Реализация конституционных прав граждан на нематериальные блага в контексте обновления гражданского законодательства

А.А. Молчанов, доктор юридических наук, профессор
С.С. Никитина, доктор политических наук

В статье рассматривается реализация конституционного права граждан на нематериальные блага в контексте обновления гражданского законодательства и институт защиты прав человека и гражданина в системе государственной защиты прав и свобод человека и гражданина.

Ключевые слова: нематериальные блага, конституционные принципы, личные неимущественные права, моральный вред.

 

Человек, его права и свободы являются наивысшей ценностью. В число обязанностей государства входит признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина [1, c. 15]. Тем не менее, характер и существо данной обязанности неодинаковы и предопределены характером и существом соответственных прав, гарантированных Конституцией РФ и закрепленных в ст. 2, 23, 24, 25, 45, 55 и др.[2]

Их объединяет структура института личных прав и свобод, располагающая совокупностью цепи элементов. Первый из них гарантирует физическую защищенность человека, второй – духовную, и кроме того – честь и достоинство человека, в качестве третьего выступает неприкосновенность частной и семейной жизни.

Таким образом, Конституция РФ формирует институт защиты прав человека и гражданина, учреждая конструкцию государственной защиты прав и свобод человека и гражданина.

Конкретизация и совершенствование указанных институтов находят своё продолжение в отраслевых нормах права.

С точки зрения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна рассматриваются в качестве нематериальных благ и их защиты (гл. 8 ГК РФ), а одним из принципов гражданского законодательства является непозволительность любого вмешательства кого-то в частные дела (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

В настоящее время правовая основа защиты прав и свобод граждан в России стала приобретать более чёткие очертания после принятия и вступления в силу ФЗ от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [3], которым введены новеллы, в т.ч. направленные на регулирование нормативного совершенствования защиты личных неимущественных благ граждан. Изменения и дополнения гл. 8 ГК РФ вошли в силу с 1 октября 2013 г.

Перечисление нематериальных благ в п. 1 ст. 150 ГК РФ законодателем расширено путём введения неприкосновенности жилища. В то же время из него исключены личные неимущественные права, чтобы не допустить смешивания двух понятий – «нематериальные блага» и «личные неиму-щественные права», объектами которых могут выступать и результаты интеллектуальной деятельности. Однако непонятно, почему законодателем личные неимущественные права не были включены в ст. 128 ГК РФ.

Из п. 1 ст. 150 ГК РФ законодателем также исключено и перенесено в новой редакции в абз. 3 п. 2 этой же статьи упоминание о возможности защиты нематериальных благ, принадлежавших умершему, другими лицами, когда это предусмотрено законом, и в устанавливаемом им же порядке.

В п. 2 ст. 150 ГК РФ законодатель несколько раз использует формулировку «личные неимущественные права», более чётко разграничивает их с неимущественными благами и значительно расширяет способы защиты нематериальных благ граждан.

По нашему мнению, неимущественные блага представляют собой не подлежащие стоимостной оценке духовные ценности, в отношении которых формируется поведение субъектов гражданского права, с личностью которых они непосредственно соединены.

Разграничение между понятиями «неимущественные блага» и «личные неимущественные права» продолжено в редакции законодателя в ст. 151 ГК РФ путём исключения из первого абзаца слова «другие»: в представленной интерпретации неимущественные права более не относятся к неимущественными благам.

Замена в абз. 2 ст. 151 ГК РФ ёмкого слова «лица» на «гражданина» изменило позицию законодателя о возможности использования компенсации морального вреда в пользу только «граждан», а не «граждан и юридических лиц», как это было ранее, что согласуется с п. 11 ст. 152 ГК РФ.

В соответствии с абз. 1 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» [4] в качестве «морального вреда» понимаются «нравственные или физические страдания, которые причинены действиями (бездействием), посягающими на при-надлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные бла-га (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосно-венность частной жизни, личная и семейная тайна и т. д.) или в результате которых происходит нарушение его личных неимущественных прав (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права) либо в установленных законом случаях приводят к нарушению имущественных прав гражданина».

В отношении личных неимущественных прав законодателем допущена как правовая охрана, так и их защита. Так, нормы п. 2 ст. 2 и ст. 1251 ГК РФ предусматривают защиту этих прав, а их правовое регулирование охватывается ч. 4 ГК РФ.

Затрагивая нововведения ст. 152 ГК РФ, следует отметить, что законодатель, значительно расширяя нормативное регулирование посягательств на такие нематериальные блага, как «честь», «достоинство», «деловая репутация», тем не менее по-прежнему не раскрывает содержание этих понятий, ибо это категории этики и отчасти философии, а юридическое значение они приобретают в случае оскорбления, противоправного посягательства на эти нематериальные блага, путём распространения их третьим лицам.

Распространение порочащих лиц сведений было и остается главным основанием для применения требования по суду их опровержения.

В дополнение к этому законодательным нововведением является п. 10 ст. 152 ГК РФ, где отдельным основанием выделено «распространение любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности». Как следует из законодательного определения, в этом случае сведения, не соответствующие действительности, не обязательно должны быть опорочивающими.

Законодательным нововведением в п. 1 ст. 152 ГК РФ показывается и закрепление общего правила относительно того, что опровержение обязательно следует сделать «тем же способом, каковым распространялись сведения о гражданине, или иным подобным способом».

Вопрос о применении «аналогичного» способа опровержения близко к порядку опровержения порочащих сведений в иных случаях, кроме сведений, распространённых в СМИ и в сети Интернет, в документе, исходящем от организации или ставших широко известными, устанавливается судом.

Нововведением являются п. 4-5 ст. 152 ГК РФ, устанавливающие правила для опровержения порочащих сведений, ставших широко известными, в связи с чем их опровержение нет возможности доводить до всеобщего сведения (п. 4), и распространёнными в сети Интернет (п. 5).

В обоих случаях лицо имеет право настаивать по суду на изъятии порочащей информации. Помимо этого, в первом случае лицо имеет право настаивать на пресечении или запрете дальнейшего распространения таких сведений посредством элиминирования и уничтожения без всякого компенсирования изготовленных для введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, которые содержат эти сведения, если без их уничтожения удалить соответствующую информацию нет возможности. А во втором случае – на опровержении подобных сведений тем способом, который обеспечивает доведение опровержения до пользователей сети Интернет.

Положения п. 7, 8, 9 ст. 152 ГК РФ по смыслу совпадают с правилами, которые были установлены соответственно в п. 4, 6, и 5 в старой редакции.

Наиболее важное уточнение законодатель внес в п. 11 ст. 152 ГК РФ относительно частичного применения положений данной статьи по вопросам защиты деловой репутации юридического лица. В соответствии с нормами п. 11, из перечисленных в ст. 152 ГК РФ правил к защите деловой репутации юридического лица используются все правила о защите деловой репутации гражданина, кроме правил о компенсации морального вреда, что согласуется с нововведениями абз. 2 ст. 151 ГК РФ.

К нематериальным благам, защищаемых гражданским законом, относится и изображение гражданина (фото, видео и пр.), которое по общему правилу нельзя обнародовать и использовать, не получив согласия самого гражданина [5, с. 100]. Ст. 152.1 ГК РФ «Охрана изображения гражданина» законодатель дополнил двумя новыми пунктами, согласно которым из оборота изымаются и уничтожаются без всякой компенсации на основании судебного решения те экземпляры материальных носителей, которые содержат полученное или используемое с нарушением закона изображение гражданина. Если полученное или используемое с нарушением закона изображение гражданина распространено в сети Интернет, гражданин имеет право потребовать удалить это изображение, a также пресечь или запретить дальнейшее его распространение.

Введение в гл. 8 ГК РФ новой ст. 152.2, в которой закреплены правила о применении специальных мер охраны частной жизни гражданина, имеет важное значение для углубления защиты личных неимущественных благ. В отсутствие согласия гражданина не допускается сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни (сведения о происхождении, о месте пребывания или жительства, о личной и семейной жизни). Однако это правило сопровождают следующие исключения.

Первое: федеральным законом могут быть предусмотрены случаи, санкционирующие сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни и без согласия гражданина (например, п.10 ст. 27 ФЗ от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» [6], ст. 8 ФЗ от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» [7], ст. 20 ФЗ от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» [8] и др.). Это связано с тем, что ФЗ о противодействии коррупции устанавливает общий перечень обязанностей, ограничений и запретов, которые связаны с прохождением государственной и муниципальной службы, среди которых мы выделяем обязанности сотрудников полиции [9, с. 108]. Кроме того, обращаем внимание, что с 15апреля 2017 г. вступили в силу нормы ФЗ от 3 апреля 2017 г. № 64-ФЗ [10], в соответствии с которыми обязанности предоставлять сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера возложены также на граждан, поступающих на обучение в образовательные организации высшего образования, находящиеся в ведении федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности.

Второе: сведения о частной жизни гражданина могут собираться, храниться, распространяться и использоваться в государственных, общест-вен- ных или других публичных интересах (например, не могут стать закрытыми сведения о материальном благополучии политиков, чиновников, сотрудников правоохранительных органов и пр.).

Третье: данные о частной жизни гражданина могут собираться, храниться, распространяться и использоваться и в том случае, если ранее они стали общедоступными либо были раскрыты непосредственно гражданином либо по его желанию.

В п. 2 ст. 152.2 ГК РФ установлен запрет сторонам обязательства на разглашение ставшей «известной им при возникновении и (или) исполнении обязательства информации, касающейся частной жизни гражданина, который является стороной или третьим лицом в этом обязательстве». Однако в таком соглашении может быть прямо предусмотрена возможность подобного разглашения информации о сторонах, и в этих случаях установленный запрет не имеет своей силы.

Использование сведений, полученных с нарушением закона, о частной жизни гражданина в процессе создания произведений науки, литературы и искусства, в случае нарушения интересов гражданина таким использованием, считается неправомерным распространением (п. 3 ст. 152 ГК).

Специальный способ защиты частной жизни, установленный в п. 4 ст. 152.2 ГК РФ, относительно информации, полученной с нарушением закона, не исключает применения других способов защиты, о которых идет речь в п. 2 ст. 150 ГК РФ [11, с. 79-80].

Таким образом, рассмотрев реализацию конституционного права граждан на нематериальные блага в контексте обновления гражданского законодательства, мы пришли к выводу, что гарантия защиты нематериальных благ, принадлежащих гражданину, и перечень его основных прав и свобод в силу конституционного принципа не должны толковаться как отвержение или преуменьшение других общепризнаваемых прав и свобод человека и гражданина, согласно ст. 55 Конституции РФ.

Список литературы

1. Куртяк, И. В., Молчанов, А. А., Шуваев, А. В. Защита неимущественных прав полиции. – СПб.: Изд-во СПб ун-та МВД России, 2015. – 136 с.
2. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // СЗ РФ. – 2014. – № 31. – Ст. 4398.
3. О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой ГК РФ : федер. закон от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ // СЗ РФ. – 2013. – № 27. – Ст. 3434.
4. Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 // Российская газета. – 1995. – № 29.
5. Молчанов, А. А. Гражданское право (Общая и особенная части) : курс лекций. – СПб.: Изд-во СПб унта МВД России, 2017. – 547 с.
6. O полиции : федер. закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ // СЗ РФ. – 2011. – № 7. – Ст. 900.
7. O противодействии коррупции : федер. закон от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ // СЗ РФ. – 2008. – № 52 (ч. 1). – Ст. 6228.
8. O государственной гражданской службе Российской Федерации : федер. закон от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ // СЗ РФ. – 2004. – № 31. – Ст. 3215.
9. Молчанов, А. А., Шахматов, А. В. Правовое обеспечение воспрепятствованию коррупции в ОВД // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2018. – № 1 (77). – С. 108-112.
10. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях совершенствования государственной политики в области противодействия коррупции : федер. закон от 3 апреля 2017 г. № 64-ФЗ // СЗ РФ. – 2017. – № 15 (ч.1). – Ст. 2139.
11. Молчанов, А. А. Анализ изменений в Гражданском кодексе Российской Федерации, вступивших в силу с 1 октября 2013года // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2014. – № 3 (63). – С. 74-81.

Источник: Научно-теоретический журнал «Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России» № 3 (79) 2018 г.

Просмотров: 709

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

code