Стадия возбуждения уголовного дела: за и против

О.В. Логунов
С.П. Умнов, заслуженный сотрудник органов внутренних дел Российской Федерации
Э.К. Кутуев, доктор юридических наук, профессор

Стадия возбуждения уголовного дела является одной из часто реформируемых. Кардинально стадия изменилась даже в рамках одного УПК РФ, не говоря уже об этапах исторического преобразования. В настоящее время существует немало предложений об исключении стадии из уголовного процесса, в т.ч. на уровне формулирования проектов нормативно-правовых актов. Целью статьи является анализ существующих точек зрения, их положительных и дискуссионных моментов, а также формулировка авторской позиции на данный институт.

Ключевые слова: стадия возбуждения уголовного дела, досудебное производство, стадия уголовного процесса, проверка сообщения о преступлении, первоначальная проверка.

 

Стадия возбуждения уголовного дела является одной из дискуссионных и проблематичных по обеспечению прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. С момента принятия УПК РФ эта стадия претерпела кардинальные изменения уже ни один раз. Несмотря на это, она до сих пор является предметом пристального внимания как процессуалистов, так и практических работников. По словам Я.А. Гаджиева, даже десятки решений Конституционного Суда Российской Федерации относительно конституционности норм, входящих в институт возбуждения уголовного дела, не решили существующих проблем, являются трудноисполнимыми, порождающими необходимость очередного реформирования указанной стадии процесса [14, с. 3]. Выявить положительные и отрицательные стороны стадии, а также предложить пути возможного реформирования – цель настоящей статьи.

Вопросами института возбуждения уголовного дела учёные занимаются на протяжении уже ни одного столетия. Так, проблемами стадии занимались: В.А. Азаров, А.С. Александров, Н.С. Алексеев, В.С. Балакшин, С.Г. Бандурин, А.Р. Белкин, Ю.П. Боруленков, В.М. Быков, С.В. Валов, Л.М. Володина, С.Е. Вицин, Б.Я. Гаврилов, Н.И. Газетдинов, С.И. Гирько, В.В. Гордиенко, А.П. Гуляев, В.Г. Даев, Ю.В. Деришев, И.С. Дикарев, Н.В. Жогин, Н.А. Кирянина, Л.Д. Кокорев, А.П. Кругликов, Л.В. Макогон, Л.А. Названова, Ю.В. Овсянников, Я.П. Ряполов, А.А. Усачев и многие другие.

Все имеющиеся на сегодняшний день точки зрения можно представить тремя направлениями: первое – стадию следует оставить, ведь это важный фильтр уголовно-процессуального механизма (представители В.А. Азаров, Н.С. Алексеев, В.Г. Даев, Л.Д. Кокорев, О.В. Мичурина и др.); второе – стадия нужна, но с существенным реформированием, т.к. она не обеспечивает соблюдение прав и законных интересов участников (С.Н. Воробей, Я.А. Гаджиев, И.В. Головинская и др.); третье – необходимо исключить возбуждение уголовного дела из стадий уголовного судопроизводства (представители А.С. Александров, Ю.П. Боруленков, Л.М. Володина, Б.Я. Гаврилов и др.)

Свои суждения авторы высказывали не только на страницах ведущих журналов, в монографиях, диссертациях, но и в виде законопроектов, вызвавших сильный резонанс и породивших множество обсуждений, нашедших как сторонников, так и противников выдвигаемых позиций. Так, свои проекты представили: Академия управления МВД России – «Об исключении института возбуждения уголовного дела», Нижегородская школа процессуалистов (автор идеи А.С. Александров) – «Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации» [11], а также фракция «Справедливая Россия» во главе с Т.Н. Москальковой [18], расширенная группа при Министерстве внутренних дел РФ по дальнейшему реформированию ОВД – «Дорожная карта дальнейшего реформирования органов внутренних дел» [9].

Прежде чем высказать своё мнение, обратимся к статистике.

В 2014 г. прокурорами в рамках надзора за исполнением законов на досудебных стадиях уголовного судопроизводства выявлено 5 921 866 нарушений, из них при приёме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении – 3 605 162. Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела – 19 066, отменено прокурором и по его инициативе постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела – 2 518 508 [6]. В 2015 г. прокурорам в рамках данного надзора выявлено 4 908 615 нарушений закона, из них при приёме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении – 3 732 360. Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела – 19 256, отменено прокурором и по его инициативе постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела – 2 516 501 [6]. В 2016 г. при надзоре за исполнением законов на досудебных стадиях прокурорами выявлено 5 067 850 нарушений, из них при приёме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении – 3 778 553. Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела – 19 359, отменено постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела – 2 494 172 [7]. В 2017 г. в рамках данного надзора прокурорами выявлено 5 156 665 нарушений закона, из них при приёме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении – 3 793 667. Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела – 19 359, отменено постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела – 2 381 432 [7]. За шесть месяцев 2018 г. всего в рамках надзора за исполнением законов на досудебных стадиях выявлено 2 765 254 нарушения (что на 1,4 % больше, чем за аналогичный период 2017 г.); из них при приёме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении – 1 988 202. Отменено постановлений следователей и дознавателей о возбуждении уголовного дела 8 017, отменено постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела – 1 134 570 [8].

Таким образом, показатели выявленных нарушений могут быть представлены следующей диаграммой:

Такие показатели говорят о необходимости изменения существующего порядка возбуждения уголовных дел.

Не в пользу существующей стадии свидетельствуют и технические достижения, позволяющие подать заявление о преступлении в электронном виде [19, с. 114-115]. Так, подать онлайн заявление можно через портал Государственных услуг [1]; через официальные сайты министерств и ведомств [4], через сеть дежурных диспетчерских служб по телефону «112» [2]; через мобильное приложение МВД России для смартфонов и планшетов, работающих на оперативных системах Android и iOS [10].

Расширяются методы проверки сообщения о преступлении, а также круг субъектов, правомочных проверить соответствующую информацию. Всё это говорит о том, что современная стадия возбуждения уголовного дела стала носить не уголовно-процессуальный характер. Она представляет деятельность органа дознания по выполнению возложенных на него профессиональных обязанностей, в т.ч. выходящих за рамки уголовного судопроизводства. Например, проведение оперативно-розыскного мероприятия, направленного на пресечение общественно опасного деяния, находится вне рамок процесса. Если руководитель оперативного подразделения примет решение о нерассекречивании соответствующих материалов, то уголовное судопроизводство так и не будет начато [3].

Количество допускаемых нарушений, технические достижения и возможность их использования в уголовном процессе, расширение непроцессуальных методов проверки сообщений и расширение круга субъектов, вовлекаемых в процесс на современной стадии возбуждения уголовного дела доказывают ошибочность суждений представителей первого направления о важности сохранения стадии в существующем её положении.

Представители второго направления констатируют необходимость внесения изменений в существующий порядок возбуждения уголовного дела. Но с момента введения в действие УПК РФ в гл. 19 и 20 были внесены кардинальные изменения тринадцатью федеральными законами (29 мая 2002 г. № 58-ФЗ, 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ, 12 апреля 2007 г. № 47-ФЗ, 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ, 2 декабря 2008 г. № 226-ФЗ, 28 декабря 2010 г. № 404-ФЗ, 5 июня 2012 г. № 51-ФЗ, 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ, 5 апреля 2013 г. № 54-ФЗ, 21 июля 2014 г. № 218-ФЗ, 22 октября 2014 г. № 308, 30 декабря 2015 г. № 440, 29 июля 2017 г. № 250), изданы совместные приказы не только о порядке учёта сообщений о преступлении, но и об усилении прокурорского надзора и ведомственного контроля за законностью процессуальных действий и принимаемых решений об отказе в возбуждении уголовного дела при разрешении сообщений о преступлениях (приказ Генпрокуратуры России № 147, МВД России № 209, ФСБ России № 187, СК России № 23, ФСКН России № 119, ФТС России № 596, ФСИН России № 149, Минобороны России № 196, ФССП России № 110, МЧС России № 154 от 26 марта 2014 г.). Такое количество изменений и дополнений, усиление контроля и надзора, не решило возникающих проблем стадии, а лишь добавило вопросов, увеличило количество участников, расшило полномочия, включив в уголовное судопроизводство непроцессуальную деятельность.

Такой подход ошибочен, размывает рамки процесса, исключает своевременное пресечение преступлений и не обеспечивает неотвратимости наказания. Это приводит к выводу, что ни существенные изменения, ни количество ведомственных нормативных актов и инструкций не обеспечили достижения цели соблюдения прав и законных интересов участников, а лишь доказали необходимость исключения первой стадии из уголовного судопроизводства.

Представители третьего направления свою позицию мотивируют следующими выводами:

1) исключение стадии обеспечит соблюдение прав и законных интересов участников, т.к. на стадии возбуждения уголовного дела у многих статус детально не регламентирован, а в ряде случаев признается лишь после возбуждения уголовного дела. Это порождает нарушения прав участника органами уголовного преследования и в полном объёме не даёт реализовать и защитить законные интересы, не обеспечивает безопасность [16, с. 4];

2) отсутствие стадии исключит коррупционную составляющую [12, с. 32; 18];

3) начало уголовного процесса непосредственно после получения сообщения о преступлении ускорит сроки принятия основных процессуальных решений, и уменьшит количество принимаемых процессуальных решений [13, с. 147; 19];

4) как следствие ускорения производства – уменьшение финансовых затрат для обеспечения расследования [12, с. 33];

5) признание возможности расследования непосредственно после получения сообщения о преступлении расширит перечень действий, в т.ч. следственных [12, с. 33].

Указанные положительные стороны имеют право на существование, но возникают вопросы и проблемы:

1) если в сообщении о преступлении будет указано конкретное лицо как совершившее преступление, дознаватель, следователь обязан составить соответствующую статистическую карточку [5]. Такое лицо будет занесено в базы правоохранительных органов. В случае установления отсутствия состава или признаков преступления, а также доказывания непричастности такого лица к совершению расследуемого преступления в базы будет внесена отметка о прекращении уголовного преследования. Работодатель, получив такие сведения, не вникая в основания освобождения, откажет в приёме на работу, т.е. произойдёт мнимая асоциализация личности;

2) как решать вопрос на первоначальном этапе при получении сообщения о совершении преступления лицом, в отношении которого требуется особый порядок возбуждения уголовного дела?

3) как предотвратить использование упрощённой процедуры и ликвидации стадии возбуждения уголовного дела для ликвидации конкурента предпринимательской или иной коммерческой деятельности, а также конкурента на выдвижение по должности?

4) исключение стадии приведёт к приданию следователю и дознавателю несвойственных им функций, т.к. стадия предварительного расследования требует особого субъекта расследования. На стадии возбуждения уголовного дела расширенный круг субъектов, вовлекаемых в проверку сообщения о преступлении;

5) как определять подследственность на первоначальном этапе и объём выполняемых действий конкретным должностным лицом при минимальном количестве сведений о преступлении;

6) какая ответственность лица за несвоевременную передачу уголовного дела по подследственности?

7) как проверить прокурору законность действий должностных лиц на первоначальном этапе расследования?

8) какие формы реагирования прокурора на выявленные нарушения должны быть в данном случае?

Это лишь малая часть вопросов, которые возникнут при исключении стадии возбуждения уголовного дела. Решить их можно лишь кардинальным изменением досудебного производства, в т.ч. процессуального положения субъектов расследования. Это потребует изучения возможного реформирования процесса, исходя из моделей построения и требований международных стандартов, больших денежных затрат, переосмысления исторически сложившейся отечественной правоприменительной практики и существенного изменения доказательственного права [12, с. 32].

Первым шагом к таким реформам, на наш взгляд, могут быть:

– изменение объёма документооборота расследования, а именно, предлагаем признавать допустимым доказательством документы, полученные правоохранительными органами в рамках своих должностных обязанностей;

– изменение подхода к доказательственному праву, а именно, развитие и признание как доказательство электронных документов, ведь большая часть запросов и ответов на них может быть получена в минимальные сроки именно таким путём;

– изменение способов использования научных и технических достижений при проверке сообщения о преступлении. Увеличение случаев использования официальных сайтов, онлайн-действий является антикоррупционным элементом и уменьшит степень латентности нарушений на первоначальном этапе получения сообщения о преступлении [15];

– кардинально изменить алгоритм действий следователя, дознавателя. Необходимо прекратить дублирование действий должностных лиц и органов, выполненных в рамках их непосредственных профессиональных обязанностей, исключить контрольные функции из деятельности следователя и дознавателя. После возбуждения уголовного дела сегодня они заново проверяют информацию, полученную должными субъектами, придавая ей статус доказательств [17, c. 144-145]. Яркий пример

-легализация результатов оперативно-розыскных мероприятий. Сотрудники уголовного розыска проводят соответствующее мероприятие, руководитель проверяет законность принимаемых решений и ход проведения (а в предусмотренных законом случаях суд разрешает такое мероприятие), составляет постановление о передаче в следственные органы, прокурор в рамках надзора проверяет законность действий сотрудников. А следователь, дознаватель опять должны все проверить (не имея допуска к делам оперативного учёта). Почему такие результаты сразу не признавать допустимыми? Ведь сомнения следователя есть не что иное, как подозрение в совершении нарушений сотрудниками оперативных подразделений. Такие проверки выходят за рамки подследственности и не относятся к расследуемому деянию;

– расширение полномочий прокурора на данном этапе, ведь он выполняет не только надзорную функцию в уголовном судопроизводстве, но и является государственным обвинителем в суде, поэтому его мнение о достаточности оснований для начала уголовного преследования должно быть решающим.

Действия по проверке сообщений о преступлении до начала уголовного судопроизводства могут быть выведены из уголовного судопроизводства в полицейское расследование. Это обеспечит существенное разграничение между полномочиями дознавателя и следователя, уменьшит объём работы органа дознания, сотрудники которого сегодня выносят большое количество процессуальных документов, выходящих за пределы их профессиональных полномочий, и отвлекают от должного исполнения своих служебных обязанностей.

Полицейское расследование повысит результативность выявления преступлений, обеспечит назначение уголовного судопроизводства. О каком качестве работы может идти, например, участкового уполномоченного полиции, который обязан не только проверить сообщение о преступлении в полном объёме и принять процессуальное решение в рамках уголовного процесса, в т.ч. путём вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, если в его непосредственные обязанности входит: проведение профилактического обхода административного участка, осуществление приёма граждан и рассмотрение их обращений, которые требуют тщательной проверки и оперативного реагирования, проведение индивидуальной профилактической работы с гражданами, состоящими на профилактическом учёте, проведение отчётов перед населением о проделанной работе, незамедлительное прибытие на место совершения преступления, административного правонарушения, место происшествия, пресечение противоправных действий, устранение угрозы безопасности граждан и общественной безопасности, документирование в пределах компетенции обстоятельств совершения преступления, административного правонарушения, обстоятельств происшествия, обеспечение сохранности следов административного правонарушения, а до прибытия на место происшествия следственно-оперативной группы – сохранение следов преступления? Вся эта работа находится не в рамках уголовного судопроизводства, а в рамках профессиональных обязанностей, т.к. регламентирована не УПК РФ, а Наставлением по организации деятельности участковых уполномоченных полиции, утверждённым приказом МВД России от 31 декабря 2012 г. № 1166 «Вопросы организации деятельности участковых полиции» (с изменениями и дополнениями от 8 сентября 2016 г.). Эффективность работы существенно повысится, если после принятия сообщения и оперативного реагирования участковый передаст рапортом соответствующий материал в дознание для последующей проверки полученной информации средствами уголовного судопроизводства.

Таким образом, мы считаем необходимым исключить стадию возбуждения уголовного дела, обеспечив передачу работы по выявлению, пресечению, раскрытию преступлений непосредственно дознавателям и следователям, а материалы, собранные органом дознания в рамках их профессиональных обязанностей и переданные для приобщения к материалам уголовного дела, признавать в качестве доказательств без дополнительных действий по их легализации и сомнений в законности, т.к. они уже проверены руководителями соответствующих структурных подразделений и могут быть обжалованы сторонами процессу в предусмотренном законом порядке. Это повысит авторитет правоохранительных органов и исключит дублирование работы структурных подразделений.

Список литературы

1. Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг : федер. закон от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ (с изменениями и дополнениями от 31 июля 2018 г.) [Электронный ресурс] // СПС «Консультант- Плюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_103023/ (дата обращения: 15.08.2018).
2. О системе обеспечения вызова электронных оперативных служб по единому номеру «112» : постановление Правительства РФ от 21 ноября 2011 года № 958 (с изменениями и дополнениями от 6 марта 2015 г.) [Электронный ресурс] // СПС «Гарант». – Режим доступа: http://base.garant.ru/55172604/ (дата обращения: 25.08.2018).
3. Инструкция о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд : утв. приказом МВД России, Минобороны России, ФСБ России, ФСО России, ФТС России, СВР России, ФСИН России, ФСКН России, Следственного комитета РФ от 27 сентября 2013 г. № 776/703/509/507/1820/42/535/398/68 [Электронный ресурс] // СПС «Гарант». – Режим доступа: http://base. garant.ru/70531824/ (дата обращения: 21.08.2018).
4. Об утверждении новой редакции Программы МВД России «Создание единой информационно-телекоммуникационной системы органов внутренних дел» : утв. приказом МВД России от 20 мая 2008 г. № 435 (с изменениями и дополнениями от 28 декабря 2011) [Электронный ресурс] // Официальный сайт Воронежского института МВД России. – Режим доступа: https://ви.мвд.рф/upload/site132/document_file/7Prikaz_MVD_ Rossii_ot_20_05_2008_N_435_Ob_utverzhdenii_novoy.pdf (дата обращения: 15.08.2018).
5. Инструкция о порядке приёма, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях, о происшествиях : утв. приказом МВД России от 29 августа 2014 г. № 736 (с изменениями и дополнениями от 20 февраля 2014 г.) [Электронный ресурс] // СПС «Гарант». – Режим доступа: http://base. garant.ru/12144358/ (дата обращения: 21.08.2018).
6. Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за январь-декабрь 2015 года [Электронный ресурс] // Официальный сайт Генеральной Прокуратуры Российской Федерации. – Режим доступа: https://genproc.gov.ru/stat/data/1054853 (дата обращения: 20.08.2018).
7. Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за январь-декабрь 2017 года [Электронный ресурс] // Официальный сайт Генеральной Прокуратуры Российской Федерации. – Режим доступа: https://genproc.gov.ru/stat/data/1336134 (дата обращения 20.08.2018 г.).
8. Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за январь-июнь 2018 года [Электронный ресурс] // Официальный сайт Генеральной Прокуратуры Российской Федерации. – Режим доступа: https://genproc.gov.ru/stat/data/1434288 (дата обращения: 20.08.2018).
9. Дорожная карта дальнейшего реформирования органов внутренних дел РФ. – М.: Расширенная группа при Министерстве внутренних дел по дальнейшему реформированию ОВД [Электронный ресурс] // Официальный сайт МВД России. – https://mvd.rf/document/829054 (дата обращения: 19.05.2018).
10. Мобильное приложение МВД России [Электронный ресурс] // Официальный сайт МВД России. – htts://мвд.рф/apps (дата обращения: 21.08.2018).
11. Александров, А. С., Ковтун, Н. Н., Грачев, С. А. и др. Доктринальная модель уголовно-процессуального права Российской Федерации: Проект закона [Электронный ресурс] // Сайт «Международная Ассоциация Содействия Правосудию». – Режим доступа: http//www.iuaj.net/node/1766 (дата обращения 20.08.2018).
12. Воробей, С. Н. Вопросы повышения эффективности производства следственных и процессуальных действий в стадии возбуждения уголовного дела // Вестник Дальневосточного юридического института МВД России. – 2017. – № 2 (33). – С. 30-34.
13. Гаврилов, Б. Я. Стадия возбуждения уголовного дела: нужна ли она современному российскому уголовному судопроизводству? // Публичное и частное право. – 2015. – № 4. – С. 141-157.
14. Гаджиев, Я. А. Стадия возбуждения уголовного дела в системе российского уголовного процесса : дис. … канд. юрид. наук: 12.00.09 / Гаджиев Яхья Анверович. – М., 2015. – 289 с.
15. Ефимовский, А.В., Молчанова, М.В., Стремоухова, И. В., Стебенева, Е. В. Анализ коррупционных факторов и приоритетных мер противодействия коррупции (на основе исследования экспертных оценок): глава в методическом пособии Основные направления предупреждения коррупционных правонарушений сотрудников органов внутренних дел. – СПб: Изд-во Санкт-Петербургского университета МВД России. 2015. – С. 6-26.
16. Кожокарь, В. В. Возбуждение уголовного дела: вопросы теории и практики : автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.09 / Кожокарь Валерий Васильевич. – М., 2016. – 36 с.
17. Мичурина, О. В. Концепция дознания в уголовном процессе Российской Федерации и проблемы её реализации в органах внутренних дел : автореф. дис. . докт. юрид. наук : 12.00.09 / Мичурина Оксана Валерьевна. – М., 2008. – 61 с.
18. Москалькова, Т. Н. Необходимо исключить из УПК РФ стадию возбуждения уголовного дела [Электронный ресурс] // Официальный сайт партии «Справедливая Россия». – Режим доступа: http:www.spravedlivo. ru/4426910 (дата обращения: 24.08.2018).
19. Сиверская, Л. А. Рассмотрение сообщения о преступлениях: правовое регулирование и процессуальный порядок : дис. … канд. юрид. наук : 12.00.09 / Сиверская Людмила Анатольевна. – М., 2014. – 249 с.

Источник: Научно-теоретический журнал «Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России» № 3 (79) 2018 г.

Просмотров: 708

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

code