Особенности уголовно-правовой оценки предмета взятки при квалификации преступлений

Д.С.Токарев

Статья посвящена уголовно-правовой оценке предмета коррупционных преступлений в ситуациях, когда в момент пресечения преступления правоохранительным органам не удается изъять предмет взятки в натуральном виде. Автором поднимается вопрос о допустимости констатации всех признаков преступления как основания уголовной ответственности.

Ключевые слова: предмет преступления; предмет взятки; доказательства по уголовному делу; признак состава преступления.

 

В теории уголовного права предмет преступления рассматривается как факультативный признак обязательного элемента состава преступления – объекта. Говоря об уголовно-правовом значении предмета преступления большинство ученых сходятся во мнении, что если предмет преступления указан законодателем в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, то он становится обязательным . Следуя данной позиции, в случае отсутствия при совершении деяния предмета преступления необходимо констатировать отсутствие состава преступления, что в процессуальном порядке выражается в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела.

Что касается определения понятия «предмет преступления», принципиально в ключевых моментах большинство авторов дают сходные толкования.

Так, Ю. В. Грачева, А. И. Чучаев под предметом преступления понимают вещи материального мира или интеллектуальные ценности, воздействуя на которые преступник нарушает общественные отношения, охраняемые уголовным законом. Как правило, предмет преступления является материальным выражением объекта. Им признается все то, что доступно для восприятия, измерения, фиксации, а в некоторых случаях и оценки .

В диспозиции ст. 290, 2901, 291 УК РФ закреплен в качестве обязательного признака предмет преступления – взятка в виде денег, ценных бумаг, иного имущества либо в виде незаконного оказания услуг имущественного характера, иные имущественные права.

Таким образом, для квалификации содеянного как преступления необходимо установить предмет взятки.

В последнее время формируется следственная и судебная практика, когда достаточность констатации наличия предмета взятки достигается свидетельскими показаниями при отсутствии денег, ценных бумаг, иного имущества в объективной действительности (исключение – имущественные права, по своей природе не имеющие материального выражения, однако наличие которых, как правило, подтверждается юридически значимым документом).

Допустимость утверждения о наличии всех признаков состава преступления, когда такой признак, как предмет, изначально имеющий характеристику материальности, в объективной действительности не существует, порождает споры среди ученых и практиков. Может ли внутреннее убеждение суда, на котором он основывается, принимая решения о виновности лица, формироваться лишь посредствам субъективного мнения других людей или требуется оценка предмета посредством исключительно визуального, осязательного, слухового восприятия лица, отправляющего правосудие.

Суд оказывается перед непростой задачей – не допустить ошибок при оценке деяния лица с воздействием на вещь материального мира, физические свойства которой не могут быть исследованы непосредственно в судебном процессе.

С позиции Пленума Верховного Суда РФ, в части предмета взятки в виде незаконного оказания услуг имущественного характера, иных имущественных прав, преступление считается оконченным с начала выполнения с согласия должностного лица либо лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, действий, непосредственно направленных на приобретение ими имущественных выгод (например, с момента уничтожения или возврата долговой расписки, передачи другому лицу имущества в счет исполнения обязательств взяткополучателя, заключения кредитного договора с заведомо заниженной процентной ставкой за пользование им, с начала проведения ремонтных работ по заведомо заниженной стоимости) .

Что же касается получения и дачи взятки в виде денег и иных материальных ценностей, а равно незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе, посредничества во взяточничестве в виде непосредственной передачи взятки, то они считаются оконченными с момента принятия должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, хотя бы части передаваемых ему ценностей (например, с момента передачи их лично должностному лицу, зачисления с согласия должностного лица на счет, владельцем которого оно является). При этом не имеет значения, получили ли указанные лица реальную возможность пользоваться или распоряжаться переданными им ценностями по своему усмотрению.

Если взяткодатель (посредник) намеревался передать, а должностное лицо – получить взятку в значительном или крупном либо в особо крупном размере, однако фактически принятое должностным лицом незаконное вознаграждение не образовало указанный размер, содеянное надлежит квалифицировать как оконченные дачу либо получение взятки или посредничество во взяточничестве соответственно в значительном, крупном или особо крупном размере. Например, когда взятку в крупном размере предполагалось передать в два приема, а взяткополучатель был задержан после передачи ему первой части взятки, не образующей такой размер, содеянное должно квалифицироваться по пункту «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ .

Таким образом, Пленум Верховного Суда РФ исходит из того, что документирована может быть не вся сумма взятки в виде денег, а лишь ее часть. Доказательства о намерении передать часть предмета преступления в виде второй части суммы взятки может строиться без существования данного предмета в объективной действительности. Следовательно, констатируется возможность признания наличия предмета без его существования, а лишь основываясь на субъективном желании виновного (умысле) воздействовать на предмет.

Надо отметить, что такой подход к оценке предмета преступления не является единообразным в уголовно-правовом применении в целом.

Так, к «предметным преступлениям» из числа преступлений против личности относятся: убийство (ст. 105 УК РФ), изнасилование (ст. 131 УК РФ), фальсификация избирательных документов, документов референдума (ст. 142 УК РФ); из числа преступлений против государственной власти – подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ст. 327 УК РФ) и т. д.

Анализ судебной практики показывает, что в перечисленных составах преступлений суд исходит из позиции необходимости установления, документирования предмета преступления, исследования предметов, в том числе путем производства судебных экспертиз и мероприятий, связанных с объективным восприятием данного предмета правоприменителем.

Сомнительно, что может устояться практика вынесения обвинительного приговора лицу, обвиняемому в убийстве, без обнаружения трупа; обвиняемому в изнасиловании – без проведения судебно-медицинских экспертиз с телом потерпевшей; обвиняемому в фальсификации избирательных документов, документов референдума – без проведения исследования этих документов; обвиняемому в подделке документов – без исследования поддельного документа.

И напротив, при квалификации хищений, например кражи (ст. 158 УК РФ), зачастую основываются на сведениях потерпевшего о стоимости похищенного имущества даже в том случае, если у обвиняемого лица похищенное имущество не обнаружено.

Однако пытаться разграничить подход правоприменителя к оценке предмета преступления, основанный на необходимости непосредственного восприятия предмета преступления следствием и судом, или без такого восприятия, в зависимости от вида преступления или объекта посягательства, было бы неправильным. Более верным видится определить меры, необходимые для признания предмета существующим (доказанным) как признака состава преступления.

Следуя позиции Верховного Суда РФ, если часть взятки может быть признана путем доказанности умысла на ее получение, то и при совокупности сведений о получении должностным лицом взятки в целом, без документирования даже ее части, также можно констатировать наличие предмета преступления. Применительно к квалификации коррупционных преступлений, в том числе получению и даче взятки в виде денег, необходимо установить точную сумму взятки (либо ее эквивалент), получение которой охватывалось умыслом должностного лица, что непосредственно влияет на квалификацию.

В соответствии с ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются:

– показания подозреваемого, обвиняемого;

– показания потерпевшего, свидетеля;

– заключение и показания эксперта;

– заключение и показания специалиста;

– вещественные доказательства;

– протоколы следственных и судебных действий;

– иные документы.

Вместе с тем, когда предмет взятки не документирован в качестве вещественного доказательства, правоприменители все чаще сталкиваются с противоречиями в показаниях потерпевшего, свидетеля и подозреваемого (обвиняемого) относительно получения должностным лицом данного предмета.

По данным ГУ МВД России, за первое полугодие 2017 г. в адрес ГУ МВД России по Свердловской области поступило 8359 письменных обращений.

Из общего количества поступивших обращений 2618 – жалобы. Анализ их показывает, что большая часть обращений содержат жалобы на действия (бездействие) сотрудников полиции, из них: 196 жалоб связаны с необоснованным отказом в возбуждении уголовного дела, 203 – с недостатками в работе следственных подразделений, 87 – с бездействием участковых уполномоченных полиции, 95 жалоб – на сотрудников управления по вопросам миграции, 12 жалоб – на недостатки в работе сотрудников уголовного розыска и управления по контролю за незаконным оборотом нар – котиков .

За 2018 г. в ГУ МВД России по Свердловской области зарегистрировано и поступило из других подразделений системы МВД России 39 335 письменных обращений. Увеличение связано с возложением на МВД России функций в сфере миграции и контроля за оборотом нар – котических средств, психотропных веществ и их прекурсоров. 12,5 % от общего количества поступивших обращений являются жалобами на действия (бездействие) сотрудников полиции. Из них 2115 связаны с недостатками в работе органов внутренних дел, 254 – необоснованным отказом в возбуждении уголовного дела, 122 – незаконным привлечением к административной ответственности, 75 – незаконным возбуждением уголовного дела, 169 – нарушением законности сотрудниками полиции .

По результатам проверочных мероприятий лишь 9,8 % жалоб определяются как «поддержанные», т. е. изложенные в них обстоятельства находят свое подтверждение. Остальные обращения граждан, содержащие сведения о неправомерных действиях сотрудников органов внутренних дел, содержат недостоверные сведения. Граждане решаются на сообщение недостоверных сведений в орган, имеющий право проводить проверки для последующего принятия решения о возбуждении уголовного дела, из-за стремления отомстить сотруднику правоохранительных органов за документирование факта совершенного ими правонарушения, из хулиганских побуждений или желания в целом дестабилизировать обстановку.

Указанные данные свидетельствует о необходимости критически подходить к оценке достоверности сведений, предоставляемых потерпевшими, о даче взяток должностным лицам.

В ситуации противоречия сторон, в том числе относительно характеристик предмета преступления и уж тем более его существования, формирование внутреннего убеждения лица, отправляющего правосудие, исключительно на субъективном восприятии стороны обвинения ставит под сомнение соблюдение предусмотренного ст. 49 Конституции РФ принципа презумпции невиновности и в конечном итоге законности принимаемых решений.

Для признания факта воздействия лица на предмет коррупционного преступления, в условиях отсутствия последнего в объективной действительности, необходимо наряду с показаниями потерпевшего (свидетеля) наличие иных доказательств, предусмотренных ст. 74 УПК РФ. Так, в частности, к предметам и документам, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, относятся: аудио-, фото- и видеозаписи, а также иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ, подтверждающие факт передачи предмета взятки.

В качестве вывода отметим следующее:

– в коррупционных преступлениях, к числу которых относятся преступления, предусмотренные ст. 290, 2901, 291 УК РФ, предмет взятки как обязатель-
ный признак состава преступления подлежит установлению;

– отсутствие предмета взятки в момент пресечения преступления само по себе не констатирует отсутствие обязательного признака коррупционных составов преступлений и, как следствие, отсутствие оснований привлечения лица к уголовной ответственности. Существование предмета преступления может подтверждаться комплексом допустимых ч. 2 ст. 74 УПК РФ доказательств;

– в случае невозможности оценки (исследования) предмета взятки в силу его отсутствия в объективной действительности констатация существования и восприятие его признаков не могут основываться исключительно на показаниях свидетелей и потерпевшего как субъективном восприятии материального лицами, непосредственно не отправляющими правосудие.

Библиографический список

1. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / под ред. А. В. Бриллиантова. – 2-е изд., перераб. и доп. – Москва: Проспект, 2015.
2. Уголовное право России. Общая и Особенная части: учебник / отв. ред. Ю. В. Грачева, А. И. Чучаев. – Москва: КОНТРАКТ, 2017.

Научно-практический журнал “Вестник Уральского юридического института МВД России” № 3(23), 2019

Просмотров: 0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

code