Регулирование процессуального статуса уголовно преследуемого лица в стадии возбуждения уголовного дела

И.А.Федорова

В статье рассматривается процессуальное положение лица, заподозренного в совершении преступления, с позиций отечественного законодательства, а также процессуальных законов некоторых стран ближнего зарубежья. Освещаются проблемные вопросы обеспечения прав, свобод и законных интересов участников судопроизводства в стадии возбуждения уголовного дела. Аргументируется необходимость закрепления процессуального статуса участников стадии возбуждения уголовного дела путем анализа зарубежного законодательства.

Ключевые слова: стадия возбуждения уголовного дела; уголовно преследуемое лицо; заподозренный; привлечение в качестве подозреваемого; доследственная проверка.

 

Проблемы регулирования процессуального статуса личности имеют особое значение при решении вопроса о правовом положении субъектов в уголовном судопроизводстве. Круг лиц, участвующих в стадии возбуждения уголовного дела, достаточно разнообразен, однако влияние каждого из них на процессуальную деятельность неодинаково. Наиболее подверженным нарушению прав личности субъектом, отстаивающим в стадии возбуждения уголовного дела свои личные интересы, является уголовно преследуемое лицо. Еще со времен обособления возбуждения уголовного дела в самостоятельную стадию в законе и науке утвердилось положение об отсутствии на данном этапе уголовного преследования и, как следствие, уголовно преследуемого лица. В данном подходе было свое рациональное зерно: уголовное преследование как таковое начинается лишь со стации предварительного расследования, т. к. факт совершения преступления официально признается в постановлении о возбуждении уголовного дела, т. е. по завершении стадии возбуждения уголовного дела. Другими словами, поскольку уголовное преследование появляется в стадии предварительного расследования, то в предшествующей ей стадии возбуждения уголовного дела нет ни подозреваемого, ни обвиняемого.

Внеся изменения в уголовно-процессуальный закон в марте 2013 г., современный отечественный законодатель косвенно признавал наличие уголовного преследования в стадии возбуждения уголовного дела, хотя Конституционный Суд РФ еще в 2000 г. акцентировал внимание на том, что любые действия правоохранительных органов, обращенные непосредственно против лица, в отношении которого возникло подозрение, с целью его изобличения в совершении преступления, являются уголовным преследованием . С 4 марта 2013 г. в стадии возбуждения уголовного дела не только увеличился перечень допустимых проверочных действий, но и появилась норма о праве лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении, на квалифицированную юридическую помощь, что свидетельствует о выделении на первоначальном этапе расследования уголовно преследуемого лица.

В стадии возбуждения уголовного дела подозреваемого еще нет, а значит, права и обязанности, предусмотренные этим статусом, возникают у лица только после вынесения постановления о возбуждении уголовного дела на стадии предварительного расследования. Необходимое российскому уголовно-процессуальному закону закрепление уголовного преследования в стадии возбуждения уголовного дела заключается в первую очередь в определении собственного процессуального наименования, прав и обязанностей уголовно преследуемого лица, а также в закреплении норм, регулирующих ответственность указанного лица на данном этапе судопроизводства.

Для решения проблемы уголовного преследования на первоначальном этапе расследования многие ученые предлагают исключить данную стадию из уголовного процесса . И тем самым прекратить дискуссии о процессуальном положении уголовно преследуемого лица: нет стадии — нет проблемы. Однако мы не согласны с таким положением.

Нечто похожее уже реализовано в уголовно-процессуальном законодательстве Украины и Казахстана, где отсутствует проверка заявлений о преступлении, а досудебное производство начинается с момента принятия сообщения о правонарушении.

С учетом того, что Уголовно-процессуальный кодекс Украины больше не имеет стадии возбуждения уголовного дела, рассмотрим положение уголовно преследуемого лица на первоначальной стадии расследования. Статья 42 Уголовно-процессуального кодекса Украины устанавливает, что подозреваемым является лицо, которому сообщено о подозрении, или лицо, которое задержано по подозрению в совершении уголовного правонарушения.

По существу, сообщение о подозрении — акт, предназначенный для наделения человека статусом уголовно преследуемого лица путем предъявления ему официального утверждения о совершении преступления. Несмотря на то, что в ст. 3 Уголовно-процессуального кодекса Украины прописано, что привлечение к уголовной ответственности как стадия уголовного процесса начинается с момента уведомления лица о подозрении в совершении преступления, нигде четко не указаны сроки, в которые такое лицо должно быть оповещено о том, что его подозревают и в отношении него ведется расследование. Соответственно, уголовно преследуемое лицо лишается возможности своевременно отреагировать и защитить свои права.

Также серьезной проблемой, которую порождает реализация идеи исключения стадии возбуждения уголовного дела, является то, что отсутствие формального начала уголовного дела делает невозможным обжалование факта его возбуждения. Особенно остро эта проблема встает при возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица. Как показывает судебная практика, значительное количество заявлений о совершении преступлений при их предварительной проверке не подтверждаются, но их расследование приводит к ограничению прав и свобод граждан, действия которых (возможно, фактически не совершенные) стали предметом расследования.

Обратимся также к новой редакции Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан (далее — УПК РК) от 1 января 2015 г. В соответствии со ст. 202 данного акта орган, осуществляющий досудебное расследование, выносит постановление о признании лица подозреваемым при следующих условиях: во-первых, если установлены данные, указывающие на то, что лицо совершило преступление, во-вторых, если при этом отсутствует необходимость применения к нему процессуального задержания. Также указанное постановление выносится в случае, когда до вынесения постановления о квалификации деяния подозреваемого в отношении задержанного необходимо применить меру пресечения.

В постановлении о признании лица подозреваемым содержится лишь квалификация преступления, в совершении которого оно подозревается, без указания на конкретные действия лица. Таким образом, орган, осуществляющий досудебное расследование, не обязан приводить в постановлении о признании лица подозреваемым обстоятельства, составляющие предмет доказывания (описание деяния с обозначением места и времени его совершения, иные обстоятельства). Соответственно, в условиях того, что признание лица подозреваемым не совпадает по времени с предъявлением постановления о квалификации деяния, это значительно ухудшает положение уголовно преследуемого лица, т. к. нет ясного представления о том, от чего защищаться.

Уголовно-процессуальное законодательство Казахстана предусмотрело право применять любые меры пресечения, в том числе связанные с лишением свободы, до вынесения постановления о квалификации деяния (ст. 139 УПК РК). При реализации данной нормы орган предварительного расследования обязан объявить постановление в срок, не превышающий 10 суток с момента применения меры пресечения либо с момента задержания, если подозреваемый был задержан, а потом заключен под стражу. Отсюда следует вывод, что подозреваемый может быть заключен под стражу на срок до одного месяца, не имея четкого представления о том, в чем его подозревают, зная лишь юридическую квалификацию деяния. Тем самым уголовно преследуемое лицо лишается возможности выстраивать определенную линию защиты в связи с отсутствием информации о том, от чего ему защищаться, и соответственно, ущемляется его право на защиту.

Подводя итог, приходим к выводу, что пробелы в регулировании положения личности в уголовном процессе присутствуют в законодательстве, независимо от того, выделено возбуждение уголовного дела в самостоятельную стадию или нет. Прежде всего, процессуальный статус зависит от юридической техники его закрепления и требует согласованности уголовно-процессуальных и иных нормативных правовых актов государства. Без четкого законодательного закрепления и разграничения статусов невозможна их правовая реализация. Для полного обеспечения соблюдения прав и свобод уголовно преследуемого лица на стадии возбуждения уголовного дела требуются проработка и закрепление в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации наименования, прав, обязанностей, правовых гарантий и ответственности указанного участника процесса. Законодательство Украины и Казахстана шагнуло вперед навстречу европейским стандартам, но так и не обеспечило должного процессуального закрепления статуса уголовно преследуемого лица на досудебном этапе расследования, тем самым ущемив право личности на квалифицированную юридическую помощь. Все это требует дальнейшей модернизации законодательства с учетом сложившейся правоприменительной практики.

Библиографический список

Малышева О. А. Досудебное производство в российском уголовном процессе: проблемы реализации и правового регулирования: автореф. дис. … д-ра юрид. наук / О. А. Малышева. — Москва, 2013.

Научно-практический журнал «Вестник Уральского юридического института МВД России» № 3, 2018

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

code