АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАКТИЧЕСКОГО ПРИМЕНЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ» В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РОССИЙСКИХ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ

А.С.Сидоров

Аннотация. Статья посвящена двум наиболее актуальным проблемам оперативно-розыскной деятельности в современной правоприменительной практике: 1) вопросу правомерности изъятия оперативными сотрудниками во время проведения оперативно-розыскных мероприятий документов, предметов, материалов и сообщений – при условии отсутствия явной угрозы жизни и здоровью людей, а также при отсутствии угрозы государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации; 2) вопросу законности принудительного проведения гласных оперативно-розыскных мероприятий без согласия тех лиц, в отношении которых они проводятся.

Ключевые слова: оперативно-розыскная деятельность, оперативно-розыскные мероприятия, ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

 

С момента вступления в силу Федерального закона «Об оперативно- розыскной деятельности» от 12.08.1995 № 144-ФЗ (далее по тексту – ФЗ «Об ОРД») и до настоящего времени в нашем обществе, а особенно остро в сообществе юридическом, не утихают ожесточенные споры о границах полномочий органов, осуществляющих оперативно- розыскную деятельность при проведении сотрудниками этих органов гласных оперативно-розыскных мероприятий. В частности, одной из наиболее острых проблем в числе множества прочих, сформировавшихся в результате правоприменительной практики, является вопрос: вправе ли оперативные сотрудники в ходе проведения гласных оперативно-розыскных мероприятий (далее по тексту – ОРМ) изымать заинтересовавшие их документы, предметы и пр., без каких-либо признаков угрозы жизни и здоровью граждан, а равно угрозы государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации?

Для ответа на поставленный вопрос необходимо тщательно проанализировать текст ст. 15 действующей редакции ФЗ «Об ОРД»: «органы, осуществляющие ОРД, в процессе служебной деятельности имеют право: проводить гласно и негласно оперативно-розыскные мероприятия, перечисленные в ст. 6 настоящего Федерального закона, производить при их проведении изъятие документов, предметов, материалов и сообщений, а также прерывать предоставление услуг связи в случае возникновения непосредственной угрозы жизни и здоровью лица, а также угрозы государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации».

Из текста статьи нельзя прийти к однозначному выводу: допустимо ли оперативному сотруднику во время проведения ОРМ изымать заинтересовавшие его документы (предметы и пр.) без каких-либо дополнительных условий, в том числе без возникновения угрозы жизни и здоровью граждан, государственной или иной безопасности страны?

Крайне неудачное с филологической точки зрения изложение данного положения Федерального закона об оперативно-розыскной деятельности вызывает неопределенность восприятия этой правовой нормы и возможность ее неоднозначного, двойного толкования. Данное упущение создает возможность для произвольной трактовки правил проведения ОРМ со стороны сотрудников оперативно-розыскных органов и превышения ими должностных полномочий в результате совершения действий по своему собственному усмотрению.

В последние годы широкое распространение получили случаи изъятия подлинников документации и компьютерных средств хранения информации при проведении сотрудниками правоохранительных органов в различных организациях гласных оперативно-розыскных мероприятий (особенно часто это отмечается при проведении гласного ОРМ «обследование помещений»). При этом, в обоснование законности своих действий, оперативные сотрудники, как правило, ссылаются на ч. 1 ст. 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» , утверждая, что наличие угрозы жизни граждан и т.д.» является обязательным условием лишь для прерывания услуг связи, а изъятие заинтересовавших их документов и пр. может производиться при любом (в том числе и гласном) оперативно-розыскном мероприятии без каких-либо дополнительных условий – по усмотрению лица, проводящего ОРМ.

При этом осуществляющие ОРМ сотрудники правоохранительного органа особо обращают внимание лиц, в отношении которых они проводят данное мероприятие, на положения ч. 5 указанной статьи ФЗ, которая устанавливает обязательность для исполнения законных требований должностных лиц органов, осуществляющих ОРД, всеми физическими и юридическими лицами, к которым такие требования предъявлены, а также предусматривает ответственность за неисполнение таковых законных требований.

С данной трактовкой положения ст. 15 Закона категорически не согласны подавляющее большинство российского адвокатского сообщества, многие практические работники органов прокуратуры, следственных органов, российские ученые-юристы. Ключевым в рассматриваемом споре является словосочетание «законность требований».

Отметим, что до настоящего времени официального разъяснения данного разночтения компетентными органами не издано.

Автору настоящей статьи представляется, что согласно ч. 1 ст. 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при проведении оперативно-розыскных мероприятий допускается изъятие предметов, материалов и сообщений лишь в случае возникновения непосредственной угрозы жизни и здоровью людей, а также угрозы безопасности страны. При отсутствии подобной угрозы – законные основания для изъятия отсутствуют. В обоснование этой позиции могут быть приведены следующие аргументы:

1) Если бы законодатель хотел наделить органы, осуществляющие ОРД, правом изымать любые документы (и т.д.) безотносительно наличия угрозы жизни и здоровью граждан и т.д., данная норма закона была бы построена следующим образом, исключающим ее разночтение: «органы, осуществляющие ОРД, в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий имеют право производить изъятие документов и пр., а в случае угрозы жизни и здоровью лица… также имеют право прерывать предоставление услуг связи».

Однако текст ст. 15 ФЗ об ОРД в действующей редакции синтаксически сконструирован таким образом, что наличие признака «угрозы» в качестве обязательного условия осуществления всех последовательно перечисленных действий субъекта установлено в равной степени как для прерывания услуг связи, так и для изъятия документов и пр.

2) Если согласиться с тем, что изъятие документов возможно при проведении любых оперативно-розыскных мероприятий, то логично будет предположить, что таковое изъятие возможно и во время проведения таких гласных ОРМ, как «опрос» и «наблюдение». Тем самым, например, проводящий поквартирный обход жильцов дома и опрашивающий (с их согласия) жителей конкретной квартиры сотрудник уголовного розыска наделялся бы полномочиями изъять у хозяев любой заинтересовавший его предмет – личные фотографии, письма, мобильный телефон и т.д. Фактически, оперативному сотруднику тем самым было бы предоставлено право в непроцессуальном порядке, до возбуждения уголовного дела изымать любые привлекшие его внимание документы, вещи и т.д. по его собственному усмотрению, без каких-либо ограничений, что, естественно, является совершенно недопустимым с точки зрения соблюдения гражданских прав.

3) При наличии любых разночтений отдельных положений ФЗ «Об ОРД» их трактовка должна осуществляться не в пользу интересов ведомственных правоохранительных органов, а в пользу интересов личности, так как в силу ст. 2 Конституции РФ именно человек, его права и свободы являются высшей ценностью в нашем государстве .

С необходимостью четкого, недвусмысленного ограничения полномочий органов, осуществляющих ОРД во время проведения ими гласных оперативно-розыскных мероприятий, неразрывно связана назревшая проблема внесения в ФЗ «Об ОРД» в качестве базового постулата положения о принципиальном запрещении производства каких бы то ни было гласных оперативно-розыскных мероприятий в принудительном порядке. До настоящего времени данный наболевший вопрос остается неразрешенным в законодательном порядке.

Между тем с момента принятия ФЗ об ОРД среди правоприменителей оперативно-розыскного права так и не сложилось единого мнения по поводу допустимости со стороны оперативных сотрудников в ходе осуществления гласных ОРМ различных действий принудительного характера. Суды разных субъектов Российской Федерации также неоднозначно оценивают законность проведенных таким образом оперативно-розыскных мероприятий и допустимость доказательств, полученных на их основе.

В некоторых регионах сформировалась явно порочная практика проведения ОРМ и использования их результатов в доказывании. Так, не прекращаются попытки проводить обследование помещений, зданий и сооружений, как вид ОРМ, до возбуждения уголовного дела – в порядке, характерном для производства обыска. При этом оперативные работники зачастую принудительно вскрывают помещения без согласия их владельцев; в ходе ОРМ, невзирая на протесты служащих, проверяют содержимое шкафов, ящиков столов, сейфов (то есть фактически обыскивают их); изымают заинтересовавших их предметы, подлинники документов, жесткие диски компьютеров; запрещают присутствующим лицам покидать место обследования до завершения ОРМ и т.д.

Нарастающий поток жалоб граждан на подобные действия сотрудников оперативно-розыскных органов повлек за собой издание Приказа МВД РФ от 30 марта 2010 г. № 249 «Об утверждении Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» , где был детально регламентирован процесс проведения данного ОРМ.

Казалось бы, что данный приказ министра должен разъяснить незаконность принудительного проведения любых гласных ОРМ в принципе и тем самым положить конец всем дискуссиям о возможности насильственного проведения гласного ОРМ «обследование помещений». Однако этого не случилось. В утвержденной названным приказом Инструкции ни единым словом не упомянуто, что любое гласное ОРМ может проводиться исключительно при наличии согласия лиц, в отношении которых оно проводится.

Более того, согласно той же Инструкции, протокол о проведенном ОРМ должен составляться лишь в случае изъятия из обследуемого помещения документов, материалов и пр., т.е. в том случае, если в ходе обследования ничего не изъято, то и никакого протокола (акта, иного документа) сотрудники оперативно-розыскного органа о произведенном ОРМ составлять не обязаны!

Проанализировав этот ведомственный документ МВД, в совокупности с данными о выполнении его положений на практике, Генеральная прокуратура РФ пришла к выводу о том, что изданный Приказ № 249 положения в рассматриваемом вопросе не улучшил, и органами внутренних дел продолжают допускаться грубые нарушения при осуществлении ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств».

21.09.2011 г. заместителем Генерального прокурора Российской Федерации Министру внутренних дел Российской Федерации было внесено представление «Об устранении нарушений федерального законодательства об оперативно-розыскной деятельности в ходе проведения гласного оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в отношении субъектов предпринимательской деятельности.

В представлении было указано, что в практике деятельности оперативных подразделений неоднократно отмечались факты активного поиска предметов и документов в отсутствие достаточной информации о месте их нахождения, а также принудительного вскрытия замков дверей, мебели и сейфов в целях осмотра и изъятия их содержимого, т.е. присутствуют элементы следственного действия «обыск», что является недопустимым.

В указанном акте прокурорского реагирования Генеральной прокуратурой была дана оценка выявленным в практике оперативно- розыскных органов МВД фактам проведения гласного обследования помещений различных предприятий и учреждений без согласия их владельцев и руководителей, как фактически незаконным обыскам.

Отметим, что вышеупомянутое представление Генпрокуратуры содержит очень важный, принципиальный момент, ссылку на судебный прецедент – решение суда, вступившее в законную силу и подтвержденное в кассационной инстанции: генеральным директором ЗАО «Мясокомбинат «Бабаевский» Т.А. Кисленко обжалованы в суд в порядке ст. 125 УПК РФ действия старшего оперуполномоченного ОРБ ГУ МВД России по Южному федеральному округу Ерицяна Д.К., проводившего гласное обследование помещений указанного предприятия, поскольку, по мнению заявителя, оно проведено при отсутствии оснований, без ее согласия и фактически представляло собой незаконный обыск .

В результате анализа выявленных нарушений ФЗ об ОРД при проведении ОРМ «обследование помещений» Генеральная прокуратура Российской Федерации пришла к выводу о том, что Приказ МВД России № 249 не способствует снижению количества нарушений при проведении указанного оперативно-розыскного мероприятия и потребовала внесения в него соответствующих изменений в части детальной регламентации прав и обязанностей оперативных сотрудников при проведении гласного ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений…».

Вышеназванный приказ был отменен 1 апреля 2014 г. в связи с изданием нового Приказа МВД России № 199 «Об утверждении Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств и Перечня должностных лиц органов внутренних дел Российской Федерации, уполномоченных издавать распоряжения о проведении гласного, оперативно-розыскного мероприятия, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» .

Однако и вновь принятый ведомственный акт не содержал в себе ожидаемых не только сотрудниками органов внутренних дел, но и всем обществом необходимых разъяснений: так все же правомочны ли сотрудники органов, осуществляющих ОРД, проводить гласные ОРМ – и в частности, оперативное обследование помещений, в принудительном порядке?

Для правильного ответа на данный вопрос необходимо вспомнить, что исходя из смысла Федеральных законов «О полиции» и «Об оперативно-розыскной деятельности», обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств является оперативным (не процессуальным) осмотром жилых и служебных помещений и других объектов в целях поиска следов преступной деятельности, орудий совершения преступления, разыскиваемых преступников, а также получения другой информации, необходимой для решения задач ОРД. Таковое обследование может подразделяется на три основных вида: гласное, зашифрованное, негласное.

Негласному обследованию, проводимому втайне от владельцев осматриваемых объектов и заинтересованных лиц, присуща особая процедура (проникновение), предусмотренная ведомственными нормативными актами. Оно производится с привлечением сотрудников и средств оперативно-технических подразделений и допускается только на основании судебного решения. Естественно, что согласия владельцев помещения на такой вид оперативного осмотра не требуется (излишне говорить, что в том случае, если речь идет об обследовании жилища – необходимо будет получить разрешение суда).

При гласном обследовании помещения его участники не скрывают от окружающих целей своих действий. Гласное обследование жилища, личных вещей, частного автотранспорта, приусадебных участков может проводиться только с согласия лиц, чьи права при этом затрагиваются.

Зашифрованное обследование предполагает сокрытие истинных целей действий оперативного работника либо легендирование его должностного положения с использованием документов, зашифровывающих личность. При таком обследовании также обязательно согласие владельца объекта, а равно участие представителя организации, от имени которой оно проводится. Отдельно следует подчеркнуть, что обследование (т.е. осмотр) и обыск принципиально различаются даже по своему смысловому значению: в ходе обыска, означающего поисковую процедуру, допустимо механическое воздействие на обследуемые объекты, а термин «осмотр» означает лишь визуальное обследование объектов, не предусматривая тактильного воздействия на них («смотри, но не трогай»).

Поскольку по своей сути проводящееся до возбуждения уголовного дела ОРМ «обследование помещения» и следственное действие «обыск» представляют собой совершенно разные юридические действия, то в силу этого обстоятельства при обследовании не могут использоваться методы выявления имущества, используемые при обыске, то есть принудительное, помимо воли граждан, изъятие чего-либо невозможно.

Как уже говорилось выше, согласно ч. 1 ст. 15 ФЗ «Об оперативно- розыскной деятельности»1 при проведении ОРМ изъятие предметов, материалов и сообщений допускается лишь в случае возникновения непосредственной угрозы жизни и здоровью лица, а также угрозы безопасности страны. Если такой угрозы нет, законные основания для изъятия отсутствуют.

По данному поводу имеется судебный прецедент в виде решения Лабинского городского суда Краснодарского края от 17.06.2010 г., признавшего незаконными действия оперуполномоченного сотрудника МВД, который провел оперативно-розыскное мероприятие без согласия руководителя юридического лица. Суд пришел к выводу, что принудительный характер отыскания и изъятия документов, а также компьютерной техники свидетельствует о том, что «фактически имело место проведение не оперативно-розыскного мероприятия, а незаконного обыска».

Представляется важным отметить, что при проведении в отношении какой-либо организации оперативно-розыскных мероприятий, ее руководители и все работники вправе воспользоваться услугами адвоката, поскольку в соответствии со ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи .

И сотрудники организации, и ее руководители вправе отказаться давать какие-либо объяснения, без объяснения причин этого, сославшись на ст. 51 Конституции РФ (право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников).

В ходе проведения указанного ОРМ не предусмотрены личный досмотр, досмотр вещей граждан, находящихся в помещении, и тем паче их личный обыск. Следует знать, что ящики рабочего стола, шкаф для одежды, сейф, персональный компьютер не могут быть обследованы без согласия лица, которое их использует.

В соответствии со ст. 24 Конституции РФ, если в обследуемом помещении есть личные вещи, предметы и документы (флэш-карты, ноутбуки и др.) служащих, то в ходе ОРМ никто не вправе подвергать их осмотру.

Запретить лицам, присутствующим в помещении, покидать его до окончания процедуры, а также общаться между собой вправе лишь следователь при производстве обыска в соответствии со ст. 182 УПК РФ . Запрета на свободное перемещение присутствующих лиц во время производства оперативно-розыскных мероприятий действующим законодательством не предусмотрено, а следовательно, воспрепятствование сотрудникам покидать обследуемое помещение будет являться ограничением их конституционного права на личную свободу и неприкосновенность (ст. 22 Конституции РФ) .

По мнению автора настоящей публикации, давно настала необходимость в рассмотрении вопроса о незаконности принудительного проведения гласных ОРМ высшими органами судебной власти и долгожданной постановке всех точек над «i» в этом вопросе.

Ведь если хоть на секунду допустить теоретическую возможность принудительного проведения гласных оперативно-розыскных мероприятий, то фактически это будет означать предоставление правоохранительным органам легальной возможности во внесудебном, непроцессуальном порядке нарушать основополагающие конституционные прав граждан произвольно, по собственному усмотрению.

В этой связи представляется уместным подчеркнуть, что ФЗ «Об ОРД» имеет разрешительный характер, он наделяет перечисленные в нем субъекты ОРД исключительными правами на ограничение прав и свобод человека и гражданина, в строго определенных положениями данного Закона случаях. Органы, осуществляющие ОРД, вправе осуществлять только тот вариант действий по ограничению прав и свобод граждан, который им прямо разрешен Федеральным законом, все остальное считается запрещенным и требует специального разрешения. Правовая формула данного способа государственного правового регулирования выглядит следующим образом: «запрещено все то, что прямо не разрешено».

Как известно, действующая редакция ФЗ «Об ОРД» не содержит прямого разрешения на проведение гласных оперативно-розыскных мероприятий в принудительном порядке, без согласия на то лиц, в отношении которых данные мероприятия осуществляются.

Подводя итоги изучению рассматриваемой проблемы, не будет излишним еще раз повторить, что любые текстуальные разночтения Федеральных законодательных актов, в том числе и ФЗ «Об ОРД», согласно ст. 2 Конституции РФ должны рассматриваться и оцениваться юристами с точки зрения превалирования являющихся высшей ценностью в нашем государстве интересов конкретной личности перед ведомственными интересами каких бы то ни было государственных органов.

Ведь если мы хотим жить в правовом обществе нельзя забывать, что основной, первоочередной задачей функционирования всех без исключения правоохранительных органов государства является не создание условий для облегчения собственной служебной деятельности, а именно защита прав и свобод человека и гражданина.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ).
2. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности от 12.08.1995 № 144-ФЗ (последняя редакция).
3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 27.12.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу с 08.01.2019).
4. Приказ МВД РФ от 30.03.2010 № 249 «Об утверждении Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» (зарегистрировано в Минюсте РФ 29.06.2010 № 17645).
5. Приказ МВД России от 01.04.2014 № 199 (ред. от 17.04.2017) «Об утверждении Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации гласного оперативно- розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств и Перечня должностных лиц органов внутренних дел Российской Федерации, уполномоченных издавать распоряжения о проведении гласного оперативно- розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» (зарегистрировано в Минюсте России 21.05.2014 № 32369).

Источник: Научно-информационный журнал “Вестник Международного юридического института” № 2 (69) 2019

Просмотров: 1398

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code