К ВОПРОСУ О ПРОБЛЕМАХ, СВЯЗАННЫХ С НАЗНАЧЕНИЕМ И ОРГАНИЗАЦИЕЙ СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКИХ ЭКСПЕРТИЗ ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ ТЯЖЕСТИ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ (ПО АРХИВНЫМ МАТЕРИАЛАМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО БЮРО СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ)

Ю.В.Зиненко, А.М.Бортников

В статье авторы на основе изучения архивных материалов отдела потерпевших, обвиняемых и других лиц КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (постановлений о назначении судебно-медицинских экспертиз и заключений эксперта) анализируют проблемы, связанные с составлением правоохранительными органами постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы, формулировкой вопросов перед экспертом и направлением необходимых материалов на СМЭ, предлагают пути их разрешения в практической деятельности, а также анализируют проблемы, связанные с допросом эксперта.

Ключевые слова: постановление, судебно-медицинская экспертиза, вред здоровью, степень тяжести, заключение эксперта, допрос эксперта, допрос специалиста.

 

Судебно-медицинская экспертиза, в том числе определения степени тяжести вреда причиненного здоровью потерпевших, имеет большое значение при расследовании преступлений против жизни, здоровья, личности, безопасности граждан и общественного порядка и представляет наиболее значительный по объему раздел работы врача – судебно-медицинского эксперта. [1, с. 5] В процессе ее проведения устанавливаются существенные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Однако производство судебно-медицинской экспертизы (СМЭ) – это не только профессиональная деятельность врача судебно- медицинского эксперта, в результате которой появляется такое важное доказательство, как заключение эксперта, но и процесс его взаимодействия с органом или лицом, назначающим экспертизу и определяющим дальнейшее направление следственных действий. [2, с. 197] От правильности постановки вопросов перед экспертом, доброкачественности и полноты собранных материалов во многом зависит законность и обоснованность итоговых выводов эксперта. [2, с. 197]

Ежегодный статистический анализ, проводимый Российским центром судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации (РЦСМЭ), показывает, что объем выполняемых экспертиз и обследований живых лиц в Российской Федерации постоянно растет.

В отделе экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (далее – КГБУЗ ККБСМЭ) ежегодно проводятся около 13 тысяч экспертиз и обследований живых лиц (табл.).

Таблица
Количество экспертиз и обследований живых лиц отдела потерпевших, обвиняемых и других лиц КГБУЗ ККБСМЭ за 2014-2018 гг.

Экспертизы по определению степени тяжести вреда здоровью составляют абсолютное большинство – около 98%, около 2% – экспертизы по определению половых состояний, возраста человека и ответов на иные вопросы.

Неверная тактика следователя, дознавателя и других лиц, назначающих СМЭ, может повлечь за собой вполне прогнозируемый результат – невозможность формулирования категорического экспертного вывода и в конечном счете определения тяжести вреда здоровью.

1. Нами проанализированы 287 постановлений о назначении СМЭ по определению тяжести вреда здоровью и экспертных заключений отдела потерпевших, обвиняемых и других лиц КГБУЗ ККБСМЭ за период 20142018 гг. Изучение архивных материалов позволило выявить большое количество недочетов, связанных с назначением СМЭ. Данное обстоятельство существенно затрудняет проведение судебно-медицинских экспертиз. Кроме этого при наличии оснований, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации (Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации») руководитель государственного судебно-экспертного учреждения вправе вернуть материалы экспертизы органу или лицу, назначившему экспертизу, без исполнения с указанием в сопроводительном письме причин возврата.

Нами выделены следующие проблемы, связанные с назначением и организацией СМЭ по определению тяжести вреда здоровью:

1) связанные с составлением постановления о назначении СМЭ;

2) связанные с направлением материалов (медицинских документов и материалов дела) на СМЭ;

3) связанные с формулировкой вопросов на разрешение СМЭ.

Проблемы, связанные с составлением процессуального документа – постановления о назначении СМЭ по определению тяжести вреда здоровью:

– в описательной части постановления в изложении обстоятельств дела следователи (дознаватели) не указывают обстоятельств произошедших событий, ограничиваются лишь датами, а иногда участниками, без раскрытия конкретных обстоятельств.

Например, следователь ставит перед экспертом вопрос: «Могли ли указанные телесные повреждения возникнуть при обстоятельствах, указанных в постановлении?». Ответ эксперта: «Высказаться о том, могли ли данные телесные повреждения возникнуть при обстоятельствах, указанных в постановлении, не представляется возможным, так как в постановлении не указаны (не конкретизированы) обстоятельства причинения повреждения».

Следующий пример. Следователь ставит перед экспертом вопрос: «Возможно ли получение телесных повреждений у гр. И. в результате самоповреждения?». Ответ эксперта: «В описательной части постановления отсутствуют сведения о факте возможного самоповреждения, а также подробная характеристика травмирующей поверхности, которая могла быть применена при самоповреждении, поэтому высказаться о возможности получения телесных повреждений в результате самоповреждения не представляется возможным»;

– в постановлениях о назначении СМЭ должностные лица при перечислении материалов (медицинских документов), направляемых на СМЭ, предметно не указывают, какие именно материалы-доказательства предоставлены в распоряжение эксперта.

Например, вместо указания, что на СМЭ направлена медицинская карта стационарного больного № 335 из Красноярской межрайонной клинической больницы скорой медицинской помощи им. Н.С. Карповича на имя гр. <…>, в постановлении указано, что в распоряжение эксперта предоставлена медицинская карта стационарного больного на имя гр. <…>.

Проблемы, связанные с направлением материалов (медицинских документов и материалов, содержащих следственную информацию) на СМЭ по определению тяжести вреда здоровью:

– необходимые материалы (медицинские документы) предоставляются в неполном объеме либо вообще отсутствуют.

В качестве примера можно привести заключение эксперта Красноярского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы № 12197 от 02.12.2018 «Обстоятельства дела: 01.11.2018 примерно в 13 часов гр. Д. находился по месту своего проживания по адресу … Реализуя свои преступные действия, действуя умышленно и осознанно, фарфоровой кружкой нанес один удар в область носа гр. Т., отчего последняя испытывала сильную физическую боль».

В распоряжение эксперта предоставлен лист первичного осмотра пациента № 1235 из КГБУЗ Красноярской межрайонной клинической больницы скорой медицинской помощи им. Н.С. Карповича от 01.11.2018 на имя гр. Т., согласно которому гр. Т. была осмотрена врачом, после осмотра был сделан рентген снимок костей носа. На рентгенограмме костей носа № 113 от 01.11.2018 отмечается перелом костей носа со смещением костных отломков. Диагноз: закрытый перелом костей носа со смещением костных отломков.

Согласно п. 27 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н «Приказ Минздравсоцразвития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» в процессе изучения медицинских документов сущность вреда здоровью определить не представляется возможным (не представлен рентген снимок костей носа, подтверждающий наличие перелома).

В данном случае должностным лицом, назначающим СМЭ по определению тяжести вреда здоровью, в распоряжение эксперта был предоставлен неполный комплект медицинских документов, а именно не предоставлена рентгенограмма костей носа № 113 от 01.11.2018, подтверждающая наличие перелома. Именно поэтому в данном случае вред здоровью и механизм повреждения не определены;

– при назначении дополнительных экспертиз сотрудники правоохранительных органов не предоставляют никаких дополнительных материалов;

– при назначении дополнительных и повторных экспертиз не предоставляются материалы, которые были предоставлены в распоряжение эксперта при назначении первичной экспертизы;

– при назначении экспертиз сотрудники правоохранительных органов крайне редко предоставляют в распоряжение эксперта протоколы допросов и практически никогда не предоставляют протоколы осмотров мест происшествий, могущие сыграть существенную роль в правильной и объективной экспертной оценке обстоятельств произошедшего.

Например, следователь ставит перед экспертом вопрос: «Могли ли указанные телесные повреждения возникнуть при падении с высоты собственного роста?». Ответ эксперта: «Конкретно ответить на данный вопрос не представляется возможным, так как неизвестны обстоятельства падения из положения стоя (особенности поверхности, на которую произошло падение, положение тела во время падения и т.д.)». В данной ситуации сотруднику правоохранительных органов необходимо было предоставить эксперту протокол осмотра места происшествия, где наиболее полно и всесторонне отражается поверхность, на которую упал потерпевший.

Проблемы, связанные с формулировкой вопросов эксперту в постановлениях о назначении СМЭ:

– шаблонность при составлении вопросов;

– задаваемые вопросы не требуют медицинских знаний, а направлены на установление фактов по существу. Например, следователь ставит перед экспертом вопрос: «Возможно ли получение данной травмы несовершеннолетним гр. В. при условии свободного падения с поверхности дивана высотой 40 см?». Ответ эксперта: «Установление обстоятельств получения повреждений не входит в компетенцию судебно-медицинского эксперта, так как является действием, направленным на установление фактов по существу»;

– должностное лицо при вынесении постановления пытается способом формулировки вопросов лицу, обладающему специальными медицинскими знаниями (эксперту), получить ответы на вопросы, подразумевающие правовую оценку действий тех или иных лиц. Безусловно, оценка деяния остается за правоохранительными органами. Правильными будут вопросы, без ответов на которые суду и следователю трудно сделать вывод о преступности деяния;

– в ряде случаев должностные лица допускают стилистические погрешности при формулировке вопросов перед экспертом, не позволяющие уловить смысл вопроса. Например, следователь ставит перед экспертом вопрос: «От скольких повреждений гр. С. мог получить имеющие у него телесные повреждения?»;

– вопросы эксперту формулируются разнообразные, но часто типовые, подчеркнутые из методических рекомендаций: наличие и характер травмы, степень тяжести вреда здоровью, реже – давность и механизм нанесения повреждения и т.п., то есть отсутствует творческое переосмысление лицами, назначающими СМЭ, вопросов, которые являются «базовыми». В связи с этим ряд вопросов, имеющих значение для уголовного дела, остаются не решенными.

Для того чтобы органы суда и следствия могли использовать результаты судебно-медицинских экспертиз по определению тяжести вреда здоровью, лицам, назначающим СМЭ, необходимо знать её современные возможности для правильной постановки вопросов и качественной подготовки необходимых материалов эксперту. Этого требует профессионализм юристов, работающих в сфере расследования преступлений против личности.

В отделе потерпевших обвиняемых и других лиц КГБУЗ ККБСМЭ нами проведено неформальное интервьюирование 10 штатных государственных судебно-медицинских экспертов. Эксперты отметили, что на практике в ряде случаев должностные лица при проведении допроса эксперта по проведенному им исследованию формулируют новые вопросы, не отмеченные в постановлении о назначении экспертизы и не связанные с проведенным экспертом исследованием. Однако в ч. 1 ст. 205 УПК РФ «Допрос эксперта» формулируется следующее: «Следователь вправе по собственной инициативе либо по ходатайству лиц, указанных в части статьи 206 настоящего Кодекса, допросить эксперта для разъяснения данного им заключения. Допрос эксперта до предъявления им заключения не допускается». В ч. 2 ст. 205 УПК РФ изложено следующее: «Эксперт не может быть допрошен по поводу сведений, ставших ему известными в связи с производством судебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебной экспертизы».

Бесспорно, допрос следователем, дознавателем эксперта (именно эксперта) по вопросам, которые не сформулированы в постановлении и не связаны с проведенным им исследованием, является нарушением норм УПК РФ.

С другой стороны, в экспертной практике бывают случаи, когда эксперт указывает в своем заключении дополнительные сведения, которые были им установлены в процессе производства порученной ему экспертизы и которые имеют значение для уголовного дела, но по поводу которых ему не были поставлены вопросы, это, на наш взгляд, вполне правомерно. Однако, если в ходе допроса эксперта выясняются новые сведения, имеющие значение для расследуемого дела, но не относящиеся к предмету проведенной им судебно-медицинской экспертизы, они не могут расцениваться как доказательства.

Таким образом, полагаем, что для того, чтобы не допустить такую неточность, необходимо допросить врача судебно-медицинского эксперта по этим новым сведениям в качестве специалиста (ст. 58 УПК РФ). В этом случае можно будет говорить, что новые сведения отвечают требованиям норм УПК РФ, предъявляемым к доказательствам. Хочется подчеркнуть, что в данном случае не может выступать в качестве специалиста врач, который проводил экспертизу, явившуюся предметом допроса, привлечь к допросу в качестве специалиста необходимо другого штатного врача – судебно-медицинского эксперта.

Кроме этого считаем, что, если у лиц, назначающих судебно-медицинские экспертизы, в ходе проведения расследования возникают новые вопросы, требуется назначение дополнительной экспертизы (ч. 1 ст. 207 УПК ПРФ: «При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту»).

Таким образом, анализ экспертной практики (постановлений о назначении СМЭ и экспертных заключений) позволяет назвать несколько факторов, которые существенным образом затрудняют производство СМЭ по определению тяжести вреда здоровью, а в ряде случаев делают производство назначенной экспертизы и (или) ответы на поставленные перед экспертом вопросы невозможным.
Во-первых, неверное составление постановления о назначении СМЭ по определению тяжести вреда здоровью – при изложении обстоятельств дела, лицам, назначающим СМЭ, необходимо излагать конкретные сведения об условиях и обстоятельствах причинения повреждений.

Во-вторых, непредоставление материалов (медицинских документов и следственной информации). Хочется подчеркнуть, что зачастую одних лишь медицинских знаний бывает недостаточно для определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного человеку. Эта задача наиболее полно и объективно может быть разрешена экспертом при анализе как медицинских документов, так и иных данных, добытых следственным путем (протоколы допросов, осмотры мест происшествий и др.).

В-третьих, некорректные формулировки вопросов на разрешение СМЭ – должностное лицо, выносящее постановление о назначении СМЭ, должно формулировать конкретные вопросы, входящие в компетенцию судебно-медицинского эксперта, при формулировке вопросов требуется творческое переосмысление базовых вопросов.

Для устранения указанных факторов требуется регулярное проведение совместных совещаний и конференций (необходимо хорошо отлаженное взаимодействие по вопросам назначения СМЭ). С другой стороны, необходима разработка методических рекомендаций, информационных бюллетеней, писем по назначению судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью, а также повышение квалификации должностных лиц, назначающих СМЭ, по дополнительным образовательным программам соответствующего направления подготовки, что, несомненно, положительно скажется на качестве вынесения постановлений, подготовке необходимых материалов на СМЭ и формулировке вопросов перед экспертом.

 

Библиографический список

1. Алексеев, И.В. Судебно-медицинская экспертиза тяжести вреда, причиненного здоровью человека : учебное пособие / И.В. Алексеев. – Иркутск: ИГМУ, 2017.
2. Жирова, М.Ю. Типичные ошибки, связанные с назначением судебно-медицинской экспертизы по делам о причинении легкого вреда здоровью и побоях / М.Ю. Жирова // Актуальные проблемы экономики и права. – 2010. – № 3. – С. 197-201.

Источник: Научно-практический журнал “Вестник Сибирского юридического института МВД России” № 2 (35) 2019

Просмотров: 691

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code