К ВОПРОСУ ОБ ЭВОЛЮЦИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ СДЕЛОК, СОВЕРШЕННЫХ ПОД ВЛИЯНИЕМ ЗАБЛУЖДЕНИЯ В РОССИЙСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

И.В.Заикина, канд. юрид. наук, доцент доцент каф. гражданского права и гражданского процесса Московского государственного университета машиностроения (МАМИ)
Г.А.Козлитин, канд. юрид. наук, доцент доцент каф. гражданского права и гражданского процесса Московского государственного университета машиностроения (МАМИ)

Аннотация: в статье рассматриваются основные вопросы, связанные с эволюцией законодательства о недействительности сделок, совершенных под влиянием заблуждения в российском гражданском праве в период с 1994 по 2014 гг.

Ключевые слова: недействительные сделки, заблуждение, гражданское законодательство, сделка, совершенная под влиянием заблуждения.

 

После перехода России к рыночной экономике происходит обновление гражданского права, идеи плановой экономики заменяются принципами рыночного хозяйства, которые получили даёба ёа еа а ЕТ f поеообее ВО и в более подробной трактовке в Гражданском кодексе РФ (далее ГК РФ) .

Провозглашается свобода договора, равенство различных форм собственности, восстанавливаются частноправовые начала, вводятся новые формы предпринимательской деятельности.

Изменение гражданского законодательства в 1994 г. коснулось и недействительности сделок, совершенных под влиянием заблуждения. В ст. 178 ГК РФ внесли изменения, а именно: «Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения…».

Анализируя статью, стоит обратить внимание, что во-первых, ГК РФ устанавливает существенность заблуждения исходя из ошибочного предположения у участников сделки либо у одной стороны, относительно наличия того или иного свойства предмета сделки. Причем отсутствие такого свойства предмета приводит к невозможности использовать его по назначению.

Во-вторых, стоит обратить внимание, что законодатель, давая формулировку случаев заблуждения в отношении существенных свойств предмета, не поясняет какой смысл в них вложен. Это изначально закладывает основания для дискуссий и многочисленных толкований относительно объема и границ соответствующих понятий, и как следствие приводит к разночтению в доктрине и правоприменительной практике.

В-третьих, названный в статье перечень существенных заблуждений надлежит считать исчерпывающим, что значительно сужает круг оснований, по которым сторона может обратиться за защитой нарушенного права.

С другой стороны, в отличие от ГК РСФСР 1964 г. сделан шаг вперед, и законодатель определяет перечень заблуждений, на которые необходимо обратить внимание при рассмотрении дел в судах. Существенность самого заблуждения определяется судом в зависимости от обстоятельств конкретного дела, что приводит к необходимости установления в судебном порядке не только наличия собственно факта заблуждения, но и, исходя из всех обстоятельств дела, выяснить, имеет ли выявленное заблуждение правовое значение. Как следствие, суды при рассмотрении дел исходили из того, что «неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить I п I аа\ еа аёу i’ бед а ey гааёёе ^ аааепоаебаёСн Т е» .

В-четвертых, ГК РФ не предусматривает существенности заблуждения относительно лица, с которым сторона заключает сделку, хотя в истории отечественного гражданского права многие авторитетные ученые высказывались в пользу установления такого положения, например, Г.Ф. Шершеневич и Н.Л. Дювернуа в дореволюционный период , а также И.Б. Новицкий и С.В. Занковская в советский период времени .

Такой подход законодателя к этому вопросу неверен, так как быстро развивающийся рынок охватывает не только постсоветское пространство, но и международные рынки.

Его разрешение требует более детальной разработки, особенно в стремительно развивающемся мире. Технический прогресс, обилие информации и как следствие неизбежно наличие ошибки в тождестве и в существенных свойствах контрагента, что может быть следствием неосторожности или непредусмотрительности.

Федеральным законом от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ были внесены и значительно переработаны положения ст.178 ГК РФ в части определения «существенного заблуждения», указаны вероятные случаи такого заблуждения. Так новая редакция статьи звучит следующим образом: «Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку;

6) если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Анализ статьи позволяет сделать следующие выводы:

Во-первых, расширен перечень обстоятельств, которые признаются существенными заблуждениями. Помимо уже известных ранее, таких как заблуждения в отношении предмета сделки или ее существа, добавились заблуждения в отношении лиц, обстоятельств, а также очевидные оговорки, описки, опечатки и т.п. Стоит обратить внимание, что перечень заблуждений носит открытый характер, в отличие от предыдущей версии статьи.

Во-вторых, внесены основания, при наличии которых суд может отказать в признании сделки недействительной, к ним относятся: согласие другого участника сохранить сделку в силе на условиях заблуждения; либо в силу невозможности другого участника по сделке распознать заблуждение контрагента. Как следствие, предусмотрены специальные правила возмещения убытков на случай признания сделки недействительной, а именно, сторона вправе требовать от контрагента возмещения причиненного реального ущерба при условии доказательства, что заблуждение возникло по вине контрагента. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить контрагенту по его требованию причиненный реальный ущерб.

В-третьих, законодатель дополнил правила компенсации следующим законоположением: а именно ущерб не подлежит возмещению, если при совершении сделки контрагент знал или должен был знать о заблуждении; а также заблуждавшаяся сторона сама может взыскать убытки, за которые отвечает контрагент.

В-четвертых, изучение редакции статьи приводит к ряду выводов:

почти все конкретизирующие существенные заблуждения сформулированы с использованием оценочных понятий, а именно, что такое «очевидная ошибка» и в чем ее отличие от неочевидной — законодатель не объясняет;

или другое понятие «природа сделки» — его перенесли из старой редакции, однако в современной теории так и не сформировано единого и четкого определения, что не помешало законодателю применить его в законе;

вызывает неоднозначное мнение прочтение нормы, а именно, «если заблуждение было настолько сильным, что лицо, действуя с обычной осмотрительностью, не имело возможности понять в момент сделки, что оно заблуждается». Вроде бы вопрос снимается после толкования п.1 ст.178 ГК РФ, «заблуждение считается существенным, если сторона разумно и объективно оценивала ситуацию, не совершила бы сделку…».

Но из этого следует, что законодатель не соотносит понятие существенности заблуждения и глубины (степени) заблуждения, для него не столь важно, насколько сильно было заблуждение, как важно влияние заблуждения на совершение сделки.

Источник: Научно-информационный журнал “Вестник Международного юридического института” № 2 (57) 2016

Просмотров: 905

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code