УВЕДОМЛЕНИЕ О ПОДОЗРЕНИИ В СОВРЕМЕННОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: ПРАВОВАЯ ПРИРОДА, ПОРЯДОК ВЫНЕСЕНИЯ, ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

В.Ю.Стельмах, кандидат юридических наук

Уголовное судопроизводство, предварительное расследование, дознание, подозреваемый, подозрение, уведомление о подозрении, постановление о привлечении в качестве обвиняемого.

В статье анализируется правовая природа уведомления о подозрении. Уведомление о подозрении нельзя отождествлять с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого, оно не порождает соответствующих последствий; нет необходимости дословно переносить формулировку деяния, приведенную в уведомлении о подозрении, в обвинительный акт. Аргументируется необходимость расширения сферы применения уведомления о подозрении.

 

В соответствии со ст. 91 УПК РФ подозреваемым является лицо: а) в отношении которого возбуждено уголовное дело; б) которое задержано по подозрению в совершении преступления; в) которому избрана мера пресечения до предъявления обвинения; г) которому предъявлено уведомление о подозрении. При этом решение об уведомлении о подозрении и соответствующий процессуальный документ, которым это решение облекается, предусмотрены только при производстве дознания.

Правовая природа уведомления о подозрении до настоящего времени не получила однозначной интерпретации в науке уголовного процесса. Ее уяснение возможно исходя из особенностей конструкции дознания как формы предварительного расследования.

Современный УПК РФ не предусматривает при проведении дознания вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Единственная ситуация, в которой составляется этот процессуальный документ, регламентирована ч.ч. 2 и 3 ст. 224 УПК РФ. Если в отношении подозреваемого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, то срок производства дознания сокращается и обвинительный акт должен быть составлен не позднее 10 суток со дня заключения подозреваемого под стражу (ч. 2 ст. 224 УПК РФ). Если имеющийся к этому времени срок дознания составляет менее 10 суток, дознание должно быть окончено в фактически имеющийся у дознавателя срок. При невозможности составления обвинительного акта в 10-суточный срок, в соответствии с ч. 3 ст. 224 УПК РФ, должно быть принято одно из двух решений:
1) подозреваемому предъявляется обвинение (это и есть тот единственный случай, когда при производстве дознания выносится постановление о привлечении в качестве обвиняемого);
2) отменяется мера пресечения в виде заключения под стражу (в этом случае постановление о привлечении в качестве обвиняемого не выносится, производство дознания и исчисление его сроков осуществляется в обычном порядке).

Законодатель учитывает, что лицо, подвергаемое уголовному преследованию (если уголовное дело не возбуждалось в отношении него, а оснований для его задержания не имеется), должно быть извещено о существе подозрения. Для этого законом предусмотрено вынесение такого процессуального документа, как уведомление о подозрении в совершении преступления (ст. 223.1 УПК РФ).

По буквальному смыслу закона, уведомление о подозрении выносится только в тех случаях, когда уголовное дело возбуждено по факту совершения преступления, а не в отношении конкретного лица, а основания подозревать конкретное лицо были установлены в ходе дознания. Вместе с тем в практической деятельности во многих подразделениях дознания уведомление о подозрении составляется и тогда, когда в постановлении о возбуждении уголовного дела указаны данные определенного лица. Представляется, что такая практика оправдана в случаях, когда в уведомлении инкриминируемое подозреваемому деяние описывается более детально, чем в постановлении о возбуждении уголовного дела, с подробным указанием места, времени и прочих обстоятельств совершения преступления. Иными словами, уведомление о подозрении составляется в стиле, присущем постановлению о привлечении в качестве обвиняемого. В этом случае уведомление о подозрении не дублирует постановление о возбуждении уголовного дела, а расширяет и дополняет описание действий подозреваемого. Это является, с одной стороны, преимуществом для подозреваемого, поскольку повышает его возможности по защите от подозрения. С другой стороны, ознакомление лица с формулировкой подозрения способствует и установлению обстоятельств содеянного, позволяя произвести более детализированный и конкретизированный допрос подозреваемого. Если же уведомление о подозрении содержит односложное утверждение о совершении подозреваемым преступления (такое же, как в описательно-мотивировочной части постановления о возбуждении дела), вынесение уведомления дополнительно к постановлению о возбуждении уголовного дела бессмысленно.

Вместе с тем уведомление о подозрении нельзя считать полным аналогом постановления о привлечении в качестве обвиняемого. В известном смысле можно согласиться с Б.Т. Без- лепкиным, отмечающим, что по многим параметрам (индивидуализированному характеру, необходимости содержательной связи с предметом доказывания) уведомление о подозрении сходно с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого, однако тезисы данного автора о том, что эти два документа – «терминологическая вариация одного и того же правового явления» [1] и что уведомление о подозрении полностью идентично постановлению о привлечении в качестве обвиняемого по всем основным моментам, кроме наименования, в настоящее время представляются весьма преждевременными.

Во-первых, если в условиях предварительного следствия постановление о привлечении в качестве обвиняемого является абсолютно обязательным процессуальным документом (кроме отдельных ситуаций, когда уголовное дело прекращается либо направляется для применения принудительных мер медицинского характера), то в рамках дознания вынесение уведомления о подозрении не обязательно. Если лицо приобрело статус подозреваемого по другим основаниям, уведомление о подозрении может не составляться.

Во-вторых, закон не требует воспроизведения формулировки инкриминируемого подозреваемому деяния, приведенной в уведомлении о подозрении, в обвинительном акте. Соответственно, с учетом данного обстоятельства правоприменительная практика не идет по пути столь же детального описания действий подозреваемого в уведомлении о подозрении, как это необходимо делать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.

В-третьих, в результате вынесения уведомления о подозрении лицу придается процессуальный статус не обвиняемого, а именно подозреваемого, который имеет временный и неокончательный характер. В этом аспекте уведомление о подозрении не обладает большей «фундаментальностью» по сравнению с другими основаниями возникновения статуса подозреваемого. Законодатель изначально вводил уведомление для наделения соответствующего лица статусом именно подозреваемого, а не обвиняемого.

Если на момент составления обвинительного акта требуется усилить формулировку инкриминируемого лицу деяния по сравнению с той, которая указана в уведомлении о подозрении (как по фактическим обстоятельствам, так и по квалификации), то теоретически это можно сделать без предварительного вынесения дополненного уведомления о подозрении, поскольку уведомление, как было отмечено ранее, необходимо для сообщения лицу о подозрении, а не для формулирования обвинения. Вместе с тем дополненное уведомление о подозрении весьма желательно, поскольку подозреваемый получает возможность ознакомиться с полным объемом инкриминируемых ему деяний, а дознаватель – произвести допрос лица по всем указанным обстоятельствам, что в конечном итоге позволит более полно выяснить подлежащие доказыванию обстоятельства дела. Необходимо отметить, что подозрение и обвинение обладают принципиальной однородностью, поскольку выступают формами осуществляемого в отношении лица уголовного преследования.

В случае если объем обвинения в обвинительном акте должен уменьшиться по сравнению с формулировкой, приведенной в уведомлении о подозрении, перед составлением обвинительного акта следует в обязательном порядке вынести постановление о частичном прекращении уголовного преследования, поскольку без этого уменьшение объема обвинения не получит правового обоснования. Следует исходить из того, что подозрение, как и обвинение, представляет собой форму осуществления уголовного преследования.

Обвинительный акт в дознании формулирует окончательный объем инкриминируемых лицу преступных действий, предъявляемый по итогам стадии предварительного расследования, исходя из собранных по делу доказательств и презумпции невиновности. Утверждения о совершении лицом иных преступных действий, сделанные в форме подозрения на более ранних этапах дознания, однако не нашедшие своего подтверждения и поэтому не включенные в обвинительный акт, должны получить официальную правовую оценку. Иными словами, нельзя «по умолчанию» уменьшить объем уголовного преследования, сформулированный в обвинительном акте, по сравнению с тем, который формулировался в процессуальных документах о подозрении. Исключение этого объема из окончательного обвинения должно быть также обосновано в процессуальных документах.

Уведомление выносится индивидуально в отношении каждого подозреваемого. При установлении по делу нескольких подозреваемых уведомление о подозрении выносится в отношении каждого из них (ч. 4 ст. 223.1 УПК РФ). Общее содержание уведомления о подозрении раскрыто в ч. 2 ст. 223.1 УПК РФ, более детальные требования выработаны правоприменительной практикой. Уведомление о подозрении включает в себя три части: вводную, описательно-мотивировочную и резолютивную.

Во вводной части указывается:

– дата и место составления;

– должность, специальное звание, фамилия и инициалы дознавателя, его составившего;

– наименование документа («уведомление о подозрении»).

Описательно-мотивировочная часть содержит следующие сведения:

– данные подозреваемого (фамилия, имя, отчество подозреваемого, число, месяц, год и место рождения, место работы, семейное положение);

– формулировка инкриминируемого преступления (место, время, способ его совершения);

– полная квалификация преступления (пункт, часть, статья УК РФ). Если подозреваемому инкриминируется совершение нескольких преступлений, формулировка и квалификация приводятся по каждому из них (ч. 3 ст. 223.1 УПК РФ);

– ссылка на ст. 223.1 УПК РФ.

В резолютивной части излагаются принятые решения:

– об объявлении уведомления подозреваемому;

– о направлении копии уведомления надзирающему прокурору.

Уведомление о подозрении подписывается вынесшим его дознавателем.

Уведомление должно быть объявлено подозреваемому и его защитнику под роспись с указанием даты объявления, несмотря на то, что в УПК РФ не содержится прямого указания на необходимость совершения этих действий. Уведомление о подозрении приобщается к уголовному делу. Его копии вручаются подозреваемому и его защитнику, а также надзирающему прокурору (ч. 4 ст. 223.1 УПК РФ). В соответствии с ч. 1 ст. 223.1 УПК РФ непосредственно после объявления уведомления о подозрении подозреваемому дознаватель также составляет протокол разъяснения прав подозреваемого, в котором делается отметка о вручении ему копии уведомления о подозрении. В течение трех суток с момента вручения лицу уведомления о подозрении дознаватель обязан допросить данное лицо в качестве подозреваемого (ч. 1 ст. 223.1 УПК РФ).

Возникает резонный вопрос: достаточно ли для придания лицу статуса подозреваемого только вынесения дознавателем уведомления о подозрении (по аналогии с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого) либо требуется обязательное ознакомление лица с уведомлением? Представляется, что в настоящее время по смыслу закона правилен второй вариант. Сам термин «уведомление» предполагает не просто составление документа, а доведение его до сведения соответствующего лица. Поэтому без ознакомления уведомление о подозрении не порождает никаких юридических последствий, в том числе и возникновения у лица статуса подозреваемого, если он ранее не придан по другим основаниям.

В соответствии с действующим законом значение уведомления о подозрении состоит в том, что оно:

а) позволяет придать лицу процессуальный статус подозреваемого, если это не было сделано, нецелесообразно или невозможно сделать по другим основаниям. С учетом этого трудно согласиться с А.В. Федуловым, называющим уведомление о подозрении искусственной конструкцией, призванной компенсировать несистемные изменения в процедуре дознания [2, с. 561];

б) предоставляет возможность скорректировать подозрение и произвести более подробный и предметный допрос подозреваемого по соответствующим обстоятельствам.

Уведомление о подозрении – достаточно удобный и эффективный способ объявления лицу возникшего подозрения. Как было отмечено, оно дает возможность как соблюсти право подозреваемого на ознакомление с подозрением, так и осуществить допрос подозреваемого по инкриминируемым ему обстоятельствам преступления. Поэтому представляется целесообразным не ограничивать сферу, где допустимо составление уведомления о подозрении, только дознанием, а законодательно ввести такую же процедуру и для предварительного следствия [3].

В настоящее время законодатель устанавливает формальные основания для возникновения у лица процессуального статуса подозреваемого. Иными словами, для приобретения данного статуса недостаточно информации о фактической причастности лица к преступлению, требуется еще и принятие определенного законом процессуального решения. При этом таким решением, как правило, является применение меры процессуального принуждения (задержания по подозрению в совершении преступления либо меры пресечения). Данную конструкцию трудно признать удачной.

Во-первых, методологически неверно, что избрание меры принуждения приводит к возникновению процессуального статуса. Очевидно, что наделение процессуальным статусом должно производиться исходя из фактической связи лица с преступным деянием, а избрание принудительных мер может осуществляться после получения лицом статуса в уголовном судопроизводстве. Иными словами, получение определенного процессуального статуса обусловливает возможность применения к его обладателю меры пресечения, но никак не наоборот.

Во-вторых, в практической деятельности часто встречаются ситуации, когда задержание по подозрению в совершении преступления или избрание меры пресечения нецелесообразно либо бессмысленно с фактической точки зрения. Например, в настоящее время в случаях, когда лицо отбывает за другое преступление наказание в виде лишения свободы и содержится в учреждении уголовно-исполнительной системы, для наделения его статусом подозреваемого, как правило, избирается мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Нетрудно увидеть, что избрание указанной меры пресечения в отношении лица, содержащегося в учреждении, исполняющем наказание, носит исключительно формальный характер. Такое решение, по сути, принимается помимо оснований избрания мер пресечения и преследует единственную цель – придать лицу процессуальный статус подозреваемого. Представляется бесспорным, что уведомление о подозрении в подобных ситуациях намного более точно соответствует реальным обстоятельствам.

В-третьих, срок действия задержания подозреваемого и меры пресечения, избранной до предъявления обвинения, крайне ограничен (48 часов и 10 суток соответственно). В правоприменительной практике часто возникают ситуации, когда в течение указанных сроков не представляется возможным ни собрать доказательства причастности лица к преступлению в объеме, достаточном для предъявления обвинения, ни прекратить уголовное преследование данного лица. Ранее в подобных случаях лицу возвращался процессуальный статус свидетеля. На первый взгляд, такое решение – в пользу данного лица. Однако фактически оно оказывается, напротив, в более уязвимом положении, поскольку сбор доказательств его причастности к совершению преступления продолжается, а объем процессуальных прав лица в качестве свидетеля становится гораздо меньшим (в частности, адвокат свидетеля участвует с процессуальных действиях только в том случае, если его явка обеспечивается самим свидетелем; свидетель обязан давать показания и т.п.). В науке высказана точка зрения о том, что в рассматриваемой ситуации отменяется только мера пресечения, избранная до предъявления обвинения, в то время как сам статус подозреваемого у лица сохраняется [4, с. 60; 5]. Такая позиция правильна в фактическом аспекте, однако вряд ли соответствует действующим формулировкам закона. Уведомление о подозрении, не имеющее конкретного срока действия, позволяет решить указанную проблему.

Библиографический список:

1. Безлепкин Б.Т. Настольная книга следователя и дознавателя / 3-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2013.
2. Федулов А.В. Уведомление о подозрении в современном уголовном процессе как юридическое основание начала действия презумпции невиновности // Юридическая техника. 2010. № 4. С. 559-561.
3. Азаренок Н.В. Предъявление обвинения и уведомление о подозрении в уголовном процессе // Российский следователь. 2013. № 7. С. 15-17.
4. Аверченко А.К., Лонь С.Л. Подозреваемый и реализация его прав в уголовном процессе. Томск: Изд-во НТЛ, 2003. 196 с.
5. Мазюк Р.В. О продолжительности процессуального статуса подозреваемого в случае применения к нему меры пресечения до предъявления обвинения // Российский следователь. 2013. № 11. С. 17-20.

Источник: Вестник Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России. № 2 (52) 2018.

Просмотров: 1182

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code