Объект защиты: концепция «имущества» (часть 6)

Сформировавшаяся позиция Европейского суда свидетельствует, что Конвенция как таковая не гарантирует право на пенсию по возрасту или какое-либо социальное пособие (выплату) в конкретном размере. Однако «требование», даже касающееся пенсии или социального пособия, может составлять «собственность» («имущество») по смыслу ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно имеет основания в национальном законодательстве и может быть юридически реализовано, например, если оно подтверждено судебным решением, вступившим в законную силу <1>.

———————————

<1> См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Праведная против Российской Федерации» (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 г. Жалоба N 69529/01. § 37 — 38 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2005. N 5; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Андросов против Российской Федерации» (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г. Жалоба N 63973/00. § 67 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 12; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Васильев против Российской Федерации» (Vasilyev v. Russia) от 13 октября 2005 г. Жалоба N 66543/01. § 38 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 8; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Кутепов и Аникеенко против Российской Федерации» (Kutepov and Anikeyenko v. Russia) от 25 октября 2005 г. Жалоба N 68029/01. § 55 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 5; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Юрий Романов против Российской Федерации» (Yuriy Romanov v. Russia) от 25 октября 2005 г. Жалоба N 69341/01. § 45 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 5.

 

В Постановлении по делу «Булгакова против Российской Федерации» Европейский суд подчеркнул, что «статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не включает в себя право на получение собственности, в частности, на получение социального пособия или пенсии <1>. Она не устанавливает ограничения на свободу Высокой Договаривающейся Стороны принимать решение относительно того, выбирать ли конкретную форму схемы социального обеспечения или выбирать тип или размер выплаты, полагающейся в соответствии с такой схемой. Однако давно установившаяся практика Европейского суда заключается в том, чтобы рассматривать имущественные блага, присуждаемые национальными судами по искам против государства, независимо от оснований этих исков, как «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции… В то время как простое ожидание получать пенсию не защищается Конвенцией, «законное» ожидание влечет за собой защиту статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Ожидание может стать «законным», например, в силу… судебного решения» <2>.

———————————

<1> Грамматическое толкование позволяет заключить, что Европейский суд ставит знак равенства между «получением собственности» и «получением пособия или пенсии», называя последнее частным случаем первого.

<2> Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Булгакова против Российской Федерации» (Bulgakova v. Russia) от 18 января 2007 г. Жалоба N 69524/01. § 31 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2007. N 10.

 

Вместе с тем в Постановлении Европейского суда по делу «Азинас против Кипра» <1> судьи высказали различные мнения по вопросу определения права на пенсию в качестве «имущества» по смыслу ст. 1 Протокола N 1. Предметом рассмотрения стали требования о нарушении прав в связи с лишением заявителя, государственного служащего, директора Департамента совместного развития государственной службы в г. Никосии, пенсионных выплат. Основанием явилось решение Комиссии государственной службы о возбуждении дисциплинарного производства и увольнении заявителя по причине того, что районным судом Никосии он был признан виновным в воровстве, нарушении обязательств доверенного лица и злоупотреблении властью. Европейский суд признал жалобу заявителя неприемлемой в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты и не рассматривал жалобу по существу, однако мнение судей по данному делу не было единогласным.

———————————

<1> См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Азинас против Кипра» (Azinas v. Cyprus) от 28 апреля 2004 г. Жалоба N 56679/00. ECHR 2004-III

Судья Л. Вильдхабер в Особом мнении, к которому присоединились судьи Х.Л. Розакис и А. Муларони, отметил, что нарушение ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции отсутствовало, в том числе потому, что пенсионные права заявителя не составляли существенного интереса собственника по закону. Его пенсионные права как государственного служащего не были предусматривающими взносы и зависели от существования определенных законно установленных условий <1>. Права на пенсию можно лишиться, если гражданский служащий — как в настоящем деле — увольнялся со службы в результате дисциплинарного взыскания из-за серьезного должностного правонарушения (кража, нарушение обязательств доверенного лица и превышение полномочий). При таких обстоятельствах, по мнению судьи Л. Вильдхабера, заявитель не имел «законных ожиданий» на получение пенсии <2>.

———————————

<1> Перефразируя утверждение судьи, можно прийти к выводу, что в противном случае, т.е. если бы пенсионные взносы предусматривались, пенсионные права заявителя составляли ли бы «имущество» по смыслу ст. 1 Протокола N 1.

<2> См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Азинас против Кипра» (Azinas v. Cyprus) от 28 апреля 2004 г. Жалоба N 56679/00. ECHR 2004-III

 

К противоположному к выводу о возможности применения ст. 1 Протокола N 1 приходят в Особых мнениях судья Д. Хаджихамбиса и судьи Ж.-П. Коста и Л. Гарлицки. Аргументация судьи Д. Хаджихамбиса сводится к тому, что если бы он считал жалобу приемлемой, то «право заявителя на пенсию было бы равносильно «имуществу» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. По той причине, что, хотя в настоящем деле государственный служащий и не делал взносов по пенсионной схеме, работа в данных обстоятельствах включала общее понимание и соответствующее ожидание, что пенсия будет выплачиваться как составная часть условий службы» <1>. Таким образом, в качестве признака имущества по ст. 1 Протокола N 1 выдвигается критерий всеобщего понимания и ожидания наступления имущественных выгод.

———————————

<1> Там же.

Судьи Ж.-П. Коста и Л. Гарлицки также отмечают, что «статья 1 Протокола N 1 к Конвенции применима… Прецедентное право устанавливает… совершенно верно, что социальное обеспечение, даже при схеме, исключающей взносы, может составлять собственность по смыслу Протокола N 1 к Конвенции… В настоящем деле заявитель, который поступил на государственную службу в 1960 году, знал, что в соответствии с национальным законодательством он имеет право на выгоды при выходе в отставку (сохраняемые при увольнении, которое является редким случаем). Таким образом, он по меньшей мере имел законное ожидание получить когда-нибудь соответствующие выгоды» <1>.

———————————

<1> Там же. См. также: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Клейн против Австрии» (Klein v. Austria) от 3 марта 2011 г. Жалоба N 57028/00 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 9 («Система пенсий по старости для адвокатов Австрии финансируется за счет обязательных взносов адвокатов в сочетании со взносом государства в качестве компенсации за обязательные услуги, оказываемые адвокатами в порядке освобождения от оплаты юридической помощи… Обязательное участие в системе пенсий по старости, основанной на обязательном для всех членстве в профессиональной организации в период работы по профессии, могло породить законное ожидание права на пенсионные выплаты при прекращении работы и составляло имущество в значении статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции»).

 

В другом Постановлении Европейского суда по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» <1> заявители оспаривали существующую в Великобритании схему социальных выплат в связи с травмой на производстве или профессиональным заболеванием, предполагающую выплату льгот (сокращенных выплат) вплоть до достижения лицом пенсионного возраста. С точки зрения заявителей, существующая система сокращенных выплат с учетом разного возраста выхода на пенсию для мужчин и женщин (65 и 60 лет соответственно) представляла собой дискриминацию в нарушение ст. 14 Конвенции, взятой в совокупности со ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции. Европейский суд, излагая выводы по обстоятельствам дела, проявил определенную непоследовательность аргументации, на что абсолютно заслуженно обратил внимание судья Х. Боррего Боррего. Международный правоприменитель указал, что «ввиду того, что заявители жаловались на неравенство в сфере социального обеспечения, Европейский суд подчеркнул, что статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не включает в себя право на приобретение собственности. Он не накладывает ограничения на свободу Договаривающихся Государств решать, использовать или нет какую-либо систему социального обеспечения, а также устанавливать размер льгот в рамках этой системы» <2>. Вместе с тем, как бы «забывая» о том, что ст. 14 Конвенции самостоятельно не применяется, Европейский суд заключает, что, «однако, если государство планирует установить схему льгот либо пенсий, оно должно делать это с соблюдением статьи 14 Конвенции» <3>.

———————————

<1> См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» (Stec and others v. The United Kingdom) от 12 апреля 2006 г. Жалобы N 65731/01, 65900/01. ECHR 2006

<2> Там же. § 53.

<3> Там же. См. также: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Шерифе Йиит против Турции» (Serife Yigit v. Turkey) от 2 ноября 2010 г. Жалоба N 3976/05 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 5 («Хотя статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не включает право получения социальных выплат любого рода, если государство принимает решение о создании системы пособий, оно должно сделать это в порядке, совместимом со статьей 14 Конвенции»); Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Таркоев и другие против Эстонии» (Tarkoev and others v. Estonia) от 4 ноября 2010 г. Жалобы N 14480/08, 47916/08 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 5 («Хотя статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не возлагает на государства обязанность учреждать систему социального или пенсионного обеспечения, если государство приняло решение об этом, соответствующее законодательство должно рассматриваться как порождающее имущественный интерес, относящийся к сфере действия статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции для лиц, отвечающих его требованиям. Таким образом, статья 14 Конвенции является применимой»).

 

Судья Х. Боррего Боррего, выражая в Особом мнении несогласие с позицией большинства, исходит из того, что «заявители не имели «права владения» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, гарантирующего защиту права собственности… Европейский суд после изучения практики по данному вопросу, не лишенной определенных неясностей, заявил: «Если Договаривающееся Государство производит в соответствии с внутренним законодательством выплаты в рамках права на пособие — зависимое либо независимое от предварительных отчислений, — эта законодательная норма должна рассматриваться как порождающая имущественный интерес, подпадающий под применение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции для лиц, удовлетворяющих его требованиям» <1>. Следовательно, понятие «имущество» здесь расширено и включает понятие «интерес» и применяется ко всем лицам, включая тех, которые «всю или часть своей жизни полностью зависимы от выплат по социальному обеспечению и из благотворительных фондов. Такое толкование весьма удалено от понятия «имущество» как права граждан «пользоваться на свое усмотрение своим имуществом, прибылью и результатами своего труда и творчества» (статья 16 Декларации прав человека от 23 июня 1793 г.)… Это расширенное понимание «имущества» произрастает… из способа представления этого дела и из тесной связи статьи 14 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции… Элемент «запрета дискриминации» настолько непреодолим, — тем более что дело затрагивало вопрос дискриминации по половому признаку, — что Европейский суд, игнорируя тот факт, что статья 14 Конвенции является второстепенной по отношению к прочим гарантиям и не действует независимо, признал, что не имело места нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции, ставя таким образом акцент на дискриминации, а не на вопросе собственности… толкование Европейским судом статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в настоящем деле излишне широко и лишь усугубляет неразбериху в этой области» <2>.

———————————

<1> Фрагмент приведен судьей из решения Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» (Stec and others v. the United Kingdom).

<2> Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» (Stec and others v. the United Kingdom) от 12 апреля 2006 г. Жалобы N 65731/01, 65900/01. ECHR 2006 // СПС «КонсультантПлюс». Ср. с Постановлением Европейского суда по правам человека по делу «Весселс-Бергерфот против Нидерландов» (Wessels-Bergervoet v. the Netherlands) от 4 июня 2002 г. Жалоба N 34462/97 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2002. N 6; Постановлением Европейского суда по правам человека по делу «Уиллис против Соединенного Королевства» (Willis v. the United Kingdom) от 4 июня 2002 г. Жалоба N 36042/97 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2002. N 6; Постановлением Европейского суда по правам человека по делу «Блено против Франции» (Bleneau v. France) от 26 сентября 2002 г. Жалоба N 47910/99 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2003. N 2.

Часть1   Часть 2   Часть 3   Часть 4   Часть 5   Часть 6   Часть 7   Часть 8   Часть 9   Часть 10   Часть 11   Часть 12

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code