Объект защиты: концепция «имущества» (часть 5)

Заявитель ввез на территорию Российской Федерации подержанный автомобиль, приобретенный им на территории Республики Беларусь. При этом при прохождении таможенного контроля в Кандалакшской таможне ему не предъявлялись требования об уплате каких-либо таможенных пошлин, а таможенным инспектором был поставлен штамп, что таможенный контроль завершен и дальнейшее таможенное оформление не требовалось. Заявитель зарегистрировал автомобиль в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Российской Федерации, однако впоследствии был проинформирован Кандалакшской таможней, что он не прошел таможенное оформление при ввозе транспортного средства на территорию Российской Федерации, в связи с чем должен представить автомобиль для таможенного оформления, а также уплатить таможенную пошлину и пени за просрочку.

В жалобе, поданной в Европейский суд, заявитель утверждал о нарушении ст. 1 Протокола N 1, так как обязательство по уплате таможенных платежей и пени после ввоза автомобиля и предоставления освобождения от уплаты таможенных платежей, по мнению заявителя, было непредсказуемым и возлагало на него чрезмерное бремя, а постановка отметки на документах об освобождении от уплаты таможенных платежей позволяла обоснованно полагать о наличии права на такое освобождение.

Европейский суд не согласился с доводами заявителя и указал, что «в соответствии с установленной прецедентной практикой условное требование, которое теряет силу в результате невыполнения условия, не может рассматриваться как «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции… в данном деле, обязав заявителя уплатить таможенные платежи, национальные власти сослались на указание Государственного таможенного комитета Российской Федерации от 28 ноября 1996 г., которое предусматривало условия предоставления освобождения от уплаты таких платежей и действовало на момент ввоза заявителем автомобиля. Заявитель не выполнил данных требований, проходя таможенный контроль. Следовательно, очевидно, что решение о предоставлении ему освобождения было явно ошибочным. Европейский суд не убежден в том, что заявитель мог иметь «законное ожидание» в отношении его освобождения от уплаты таможенных платежей или что первоначальное решение об освобождении его от уплаты таможенных платежей представляло собой его «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции» <1>.

———————————

<1> Решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Ложкин против Российской Федерации» (Lozhkin v. Russia) от 2 мая 2007 г. Жалоба N 66058/01. § 2 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2008. N 2.

Аналогичный подход к оценке административного акта продемонстрирован Страсбургским судом в деле «Галлего Зафра против Испании» <1>. Заявитель по делу получил разрешение на открытие аптеки, на основании которого им был организован пункт продажи фармацевтической продукции. Однако вскоре после начала работы аптеки заявителя разрешение на ее открытие было оспорено двумя владельцами аналогичных фармацевтических пунктов в связи с тем, что было нарушено одно из условий, необходимых для открытия нового пункта, — численность населения должна быть не менее двух тысяч жителей. Установив нарушение требований плотности населения, Верховный суд страны аннулировал выданное разрешение, отклонив жалобу заявителя. Европейский суд в обстоятельствах дела отметил, что «разрешение на открытие аптеки, являясь административным актом, не представляло собой твердо закрепленного и определенного права человека, поскольку зависело от результатов любых возможных административных жалоб со стороны третьих лиц, добивающихся отмены этого разрешения. На основании данного разрешения заявитель открыл аптеку и руководил ее работой… около десяти лет до ее окончательного закрытия как результата производства по делу об отмене этого разрешения. Вмешательство государства в права человека в данном случае не было диспропорциональным с точки зрения соблюдения всеобщих интересов и с учетом того обстоятельства, что выданное заявителю разрешение имело отзывной характер и его выдача могла быть обжалована третьими лицами» <2>.

———————————

<1> См.: решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Галлего Зафра против Испании» (Gallego Zafra v. Spain) от 14 января 2003 г. Жалоба N 58229/00 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2003. N 7.

<2> Решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Галлего Зафра против Испании» (Gallego Zafra v. Spain) от 14 января 2003 г. Жалоба N 58229/00 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2003. N 7. Ср.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Москаль против Польши» (Moskal v. Poland) от 15 сентября 2009 г. Жалоба N 10373/05 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2010. N 1.

 

Таким образом, право, основанное на административном акте, бесспорно, является субъективным правом и подлежит защите. Вместе с тем необходимо учитывать, что административный акт может быть оспорен, в том числе в судебном порядке, поэтому основанное на нем право не обладает признаками «законного (правомерного) ожидания» и может быть в одностороннем порядке изменено или отменено. Напротив, окончательное решение суда этими признаками обладает в силу принципа верховенства права, включающего требование правовой определенности.

Основанием «законного ожидания» может служить не только закон и (или) сложившаяся судебная практика, но и условия заключенного договора. В деле «Рише и Ле Бер против Франции» <1> между заявителями-собственниками острова и властями в 1971 г. был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым заявители сохраняли право на часть земель с правом ее застройки. Однако разработанный в 1978 г. план землепользования в муниципалитете, утвержденный в 1985 г., не учитывал в полном объеме взятые на себя государством обязательства, предусмотренные актами о продаже <2> с заявителями, что аргументировалось властями экологической ценностью острова. Заявители обращались за получением разрешений на строительство, но безрезультатно. Международный правоприменитель, отвечая на вопрос о наличии у заявителей имущества в смысле ст. 1 Протокола N 1, отмечает, что «гарантия, данная заявителям, в соответствии с которой они могли сохранить часть земли, а также сохраняли право возводить определенные строения на ней, была зафиксирована письменно в основных документах, касающихся продажи. В актах о продаже или иных связанных документах не было указано, что возможность строительства зависела от правил городского планирования. Заявителям были предоставлены права на строительство в соответствии с актами о продаже, и они имели законное ожидание в отношении возможности осуществления таких прав на основании согласованных договорных условий. Таким образом, они располагали «имуществом» в значении статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции» <3>.

———————————

<1> См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Рише и Ле Бер против Франции» (Richet and Le Ber v. France) от 18 ноября 2010 г. Жалобы N 8990/07, 23905/07 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 5.

<2> В терминологии французского законодательства.

<3> Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Рише и Ле Бер против Франции» (Richet and Le Ber v. France) от 18 ноября 2010 г. Жалобы N 8990/07, 23905/07 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 5; см. также: решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Узан и другие против Турции» (Uzan and others v. Turkey) от 29 марта 2011 г. Жалоба N 18240/03 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 9 («Концессионные договоры между государством-ответчиком и компаниями-заявителями, касающиеся сооружений… для производства, передачи, распределения и продажи электроэнергии, представляли собой имущество для целей статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции»).

Достаточно широкое определение понятия законного ожидания дается в Решении Европейского суда по вопросу приемлемости по делу «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» <1>. Заявитель обратилась с жалобой о нарушении прав, причиной которого послужила незаконная отмена Федеральной службой судебных приставов постановления о наложении ареста на имущество ответчицы в ходе исполнительного производства, проводимого по судебному решению о взыскании задолженности по договору займа.

———————————

<1> См.: решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» (Lyubov Nikolayevna Krivonogova v. Russia) от 1 апреля 2004 г. Жалоба N 74694/01 // Журнал российского права. 2004. N 10.

Европейский суд, рассмотрев обстоятельства дела, пришел к следующему выводу: «…материальные права заявителя были установлены в судебном порядке. Присуждение суммы долга по судебному решению в ее пользу, окончательному, общеобязательному и подлежащему исполнению, может рассматриваться как «имущество» по смыслу ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции. Однако заявитель могла обеспечить его исполнение только посредством исполнительного производства, осуществляемого службой судебных приставов, и таким образом, владение ею своей собственностью зависело от осуществления широких полномочий органов государственной власти. Принцип того, что права, гарантируемые Конвенцией, должны быть эффективными, требует, чтобы система, в которой выгодоприобретатель по судебному решению полагался на исполнительное производство, осуществляемое государственным органом, влекла за собой ответственность государства в отношении эффективности функционирования его органов. Иными словами, такая система должна включать в себя «законные ожидания», также защищаемые ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции. Европейский суд приходит к выводу, что в настоящем деле «имущество» заявителя по смыслу ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции представляет собой материальную сумму, а также законное ожидание того, что служба судебных приставов будет осуществлять свои полномочия по исполнению судебных решений. Европейский суд полагает, что жалоба заявителя не относится к ее праву на получение присужденной ей денежной суммы, которое она никогда не утрачивала. Однако заявитель утверждала, что на ее законные ожидания неблагоприятным образом оказали влияние действия судебных приставов, которые отменили постановление о наложении ареста на имущество ответчицы, которое, по мнению заявителя, в противном случае составляло бы имущество в достаточном для погашения долга объеме» <1>.

———————————

<1> Решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» (Lyubov Nikolayevna Krivonogova v. Russia) от 1 апреля 2004 г. Жалоба N 74694/01 // Журнал российского права. 2004. N 10.

Обширная прецедентная практика по применению ст. 1 Протокола N 1 подтверждает, что в решении по вопросу приемлемости по делу «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» Европейский суд определил «законное ожидание» с радикальной точки зрения <1>. Во многих других своих постановлениях он занимает более взвешенную и, на наш взгляд, обоснованную позицию, рассматривая то, что в деле «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» названо «законным ожиданием», в рамках позитивной ответственности государства по ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола N 1.

———————————

<1> Несмотря на радикальный подход, Европейский суд отклонил жалобу заявителя как явно необоснованную. С точки зрения международного правоприменителя «вывод о вмешательстве в право распоряжаться своим «имуществом» зависит от способности заявителя продемонстрировать свои финансовые потери. В контексте защиты права требования, предоставляемой ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, можно утверждать, что выгодоприобретатель по долговому обязательству терпит убытки, если исполнение процедуры взыскания долга стало невозможно гарантировать… указываемый заявителем ущерб основан на предположении… что исполнительное производство в случае, если бы постановление о наложении ареста на квартиру не было отменено, было бы более эффективным. Однако не приведено никаких доказательств, которые бы свидетельствовали… что снятие ареста с квартиры повлекло последствия в виде ущерба для исполнительного производства в целом. Ни служба судебных приставов, ни национальные суды не поднимали вопрос о том, что имеются препятствия в осуществлении исполнительного производства, поскольку средств ответчика недостаточно или поскольку долг невозможно взыскать по иным причинам» (решение Европейского суда по правам человека по вопросу приемлемости по делу «Любовь Николаевна Кривоногова против Российской Федерации» (Lyubov Nikolayevna Krivonogova v. Russia) от 1 апреля 2004 г. Жалоба 74694/01 // Журнал российского права. 2004. N 10).

Анализ практики Европейского суда по делам против Российской Федерации в отношении ст. 1 Протокола N 1 позволяет утверждать, что значительную долю обращений составляют иски по поводу неисполнения или значительной задержки в исполнении вступивших в законную силу судебных решений против публично-правовых образований <1>, а также иски в связи с пересмотром вступивших в законную силу решений суда в порядке надзора <2>.

———————————

<1> Большую часть исков составляют иски по выплате пенсий, пособий на детей, пособий в связи с участием в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС и потерей кормильца, иски по выплатам военнослужащим и другим «социальным» выплатам.

<2> С аналогичными проблемами сталкивается не только Российская Федерация, но и другие страны-участницы. См.: Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Василопуло против Греции» (Vasilopoulou v. Greece) от 21 марта 2002 г. Жалоба N 47541/99 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2002. N 3; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Ангелеску против Румынии» (Anghelescu v. Romania) от 9 апреля 2002 г. Жалоба N 29411/95 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2002. N 4; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Ясюниене против Литвы» (Jasiuniene v. Lithuania) от 6 марта 2003 г. Жалоба N 41510/98 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2003. N 8; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Фраскино против Италии» (Frascino v. Italy) от 11 декабря 2003 г. Жалоба N 35227/97 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2004. N 4; Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Гальоне и другие против Италии» (Gaglione and others v. Italy) от 21 декабря 2010 г. Жалоба N 45867/07 // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2011. N 6 (жалоба касалась 475 заявителей!).

Часть1   Часть 2   Часть 3   Часть 4   Часть 5   Часть 6   Часть 7   Часть 8   Часть 9   Часть 10   Часть 11   Часть 12

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code