Вопросы судебной практики по толкованию и применению ст. 895 ГК РФ — Передача вещи на хранение третьему лицу

Содержание:
1. Ограничения на передачу вещи третьему лицу
2. Последствия передачи вещи третьему лицу в нарушение договора
3. Возмещение убытков, причиненных поклажедателю в результате хранения вещи у третьего лица

1. Ограничения на передачу вещи третьему лицу

На практике встречаются ситуации, когда отношения по хранению возникают в связи с административными и уголовными отношениями (в частности, при задержании транспортного средства, хранении вещественных доказательств). Поэтому, несмотря на то, что хранение осуществляется по гражданско-правовым договорам, в подобных случаях применяются также и нормы уголовного и административного законодательства.

 

1.1. Вывод из судебной практики: Сделка по передаче задержанных автотранспортных средств и вещественных доказательств на хранение третьему лицу без согласия их владельцев ничтожна.

Судебная практика:

Определение ВАС РФ от 07.11.2007 N 13856/07 по делу N А56-22503/2006

«…В соответствии с решением Комиссии по вопросам функционирования специализированных стоянок для хранения задержанных транспортных средств (протокол от 30.11.2005) ЗАО «ГЦ «Спецавтотехника» (ответчик) признано победителем квалификационного отбора организаций для осуществления деятельности в качестве уполномоченных организаций по помещению на специализированные стоянки, учету, хранению и выдаче задержанных транспортных средств.

Между истцом и ответчиком заключен договор от 29.12.2005 N 3/10-05 о передаче ранее задержанных и невостребованных транспортных средств для последующего учета, хранения и выдачи, в соответствии с которым истец в срок до 29.01.2006 передает, а ответчик принимает ранее задержанные и невостребованные транспортные средства для их последующего учета, хранения и выдачи, кроме того, истец переуступает ответчику принадлежащее ему право на получение стоимости транспортировки и хранения с владельцев задержанных транспортных средств.

Установив, что согласие владельцев на передачу хранящихся транспортных средств ответчику получено не было, более того, истец не предпринимал никаких действий по розыску владельцев автомобилей, и не доказал, что вынужден передать транспортные средства на хранение ответчику в силу обстоятельств и не имеет возможности получить согласие владельцев, суды обоснованно признали договор от 29.12.2005 N 3/10-05 ничтожной сделкой и отказали в удовлетворении требований об исполнении обязательств по данной сделке в натуре и взысканию по ней задолженности.

С учетом изложенного, суд надзорной инстанции не может согласиться с позицией заявителя о том, что отношения сторон не подлежат регулированию нормами гражданского законодательства…»

 

Аналогичная судебная практика:

Московский округ

Постановление ФАС Московского округа от 11.06.2008 N КГ-А40/4929-08 по делу N А40-55018/07-64-456

«…В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что он является собственником объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: г. Москва, ул. Южнопортовая, д. 21, стр. 53-54. Ответчик — ДИгМ в нарушение п. 1 ст. 209 ГК РФ распорядился объектом, заключив договор хранения объекта с ООО «ЮВТ — Распределительный центр», который, в свою очередь, предоставил возможность ООО «ЮВТ» пользоваться объектом безвозмездно.

Вещественное доказательство — вышеназванный объект незавершенного строительства — передано на ответственное хранение Департаменту имущества г. Москвы (далее — ДИгМ), с обязанием представить Акт приема объекта.

По акту от 06.09.2007 г. объект недвижимости принят ДИгМом на ответственное хранение.

17.09.2007 г. ДИгМ заключил с ООО «ЮВТ — Распределительный центр» договор хранения N 00-22434/07, на основании которого передал последнему на хранение спорный объект недвижимого имущества, являющийся вещественным доказательством по уголовному делу N 169510.

Отказывая в иске, арбитражные суды обеих инстанций сделали вывод о том, что названный договор не является гражданско-правовой сделкой, так как им фактически оформлена передача функций хранителя вещественного доказательства от ДИгМа к ответчику.

Суд кассационной инстанции находит данный вывод суда ошибочным.

В соответствии с требованиями ст. ст. 886, 892 ГК РФ хранитель, а не иное лицо, обязан хранить вещь и не вправе ею распоряжаться, а также предоставлять возможность пользования ею третьим лицам.

В силу ст. 209 ГК РФ только собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения имуществом.

Договор хранения, заключенный ДИгМом и ООО «ЮВТ — Распределительный центр» не соответствует Положению, утвержденному вышеназванным Постановлением Правительства РФ, а также требованиям ст. ст. 209, 886, 892 ГК РФ, в связи с чем в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной сделкой.

При изложенном, суд кассационной инстанции находит принятые по делу решение и постановление подлежащими отмене на основании ст. 288 АПК РФ, а исковые требования ООО «ЖБИ-Траст» в части признания сделки недействительной — подлежащими удовлетворению…»

 

2. Последствия передачи вещи третьему лицу в нарушение договора

Если хранитель в нарушение договора передает вещь на хранение третьему лицу, то в императивном порядке наступают последствия по ст. 895 ГК РФ, которые исключают применение ст. 168 ГК РФ.

 

2.1. Вывод из судебной практики: Передача вещи на хранение третьему лицу в нарушение договора не свидетельствует о ничтожности договора между хранителем и поклажедателем.

 

Судебная практика:

Постановление ФАС Московского округа от 04.12.2006 N КГ-А40/10578-06 по делу N А40-27820/06-52-177

«…Далее первая инстанция указала, что договор хранения от 1 января 2002 г. N 36220-хр не может быть признан мнимой сделкой, поскольку он исполнялся, а передача ООО «Компания «ФОИНТ» имущества на хранение третьему лицу не освобождает хранителя по договору от ответственности за его хранение, что ч. 3 ст. 895 Гражданского кодекса Российской Федерации прямо предусматривает иные, чем ничтожность договора хранения, последствия передачи хранителем вещей на хранение третьему лицу без согласия поклажедателя…

Установив факт совершения сторонами действий по исполнению договора хранения от 1 января 2001 г. N 36220-хр, суд обоснованно не признал этот договор мнимой сделкой, поскольку согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Первая и апелляционная инстанции обоснованно исходили из того, что в силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения, и что ст. 895 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены последствия передачи вещи хранителем на хранение третьему лицу, не связанные с недействительностью договора хранения. Кроме того, передача вещи хранителем на хранение третьему лицу возможна только при исполнении договора, а ненадлежащее исполнение договора не свидетельствует о несоответствии требованиям закона или иных правовых актов условий исполняемого договора, то есть о недействительности договора…»

 

3. Возмещение убытков, причиненных поклажедателю в результате хранения вещи у третьего лица

Статьей 895 ГК РФ определено, что хранитель отвечает за утрату вещи, переданной на хранение третьему лицу. Однако на практике встречаются случаи, когда лицо, получившее вещь и обязанное обеспечить ее сохранность, заявляет при этом, что отношения по хранению не возникают. Таким образом, встает вопрос: можно ли применить положения ст. 895 ГК РФ, когда такое лицо передает вещь на хранение третьему лицу?

 

3.1. Вывод из судебной практики: На органы исполнительной власти, которые изымают имущество и передают его на ответственное хранение третьему лицу, распространяются положения ст. 895 ГК РФ о передаче вещи на хранение третьему лицу, и указанные органы обязаны возместить убытки, причиненные утратой вещи.

 

Судебная практика:

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 N 145

«…7. Требование о возмещении убытков, причиненных истцу в связи с ненадлежащим хранением имущества, изъятого федеральным органом исполнительной власти, удовлетворено, поскольку передача такого имущества указанным органом на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества.

Общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с требованием к Российской Федерации о возмещении причиненного таможенным органом вреда в виде реального ущерба и упущенной выгоды. При этом реальный ущерб рассчитан истцом как разница между закупочной ценой и ценой фактической реализации испорченных овощей, а упущенная выгода — исходя из цены реализации овощей надлежащего качества, существующей на рынке, за вычетом закупочной цены овощей и транспортно-заготовительских расходов.

В обоснование заявленного требования истец указал, что на основании постановления таможенного органа общество привлечено к ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ). Изъятые таможенным органом на основании статьи 27.10 КоАП РФ овощи возвращены обществу с составлением акта экспертизы. Экспертизой установлено понижение качества овощей, которое произошло в результате хранения товара на складе временного хранения, не приспособленном для длительного хранения овощей. Впоследствии овощи реализованы обществом по цене ниже закупочной.

Суд первой инстанции требование истца удовлетворил исходя из того, что правомерность изъятия таможенным органом имущества общества в целях обеспечения производства по делу об административном правонарушении и привлечение общества к ответственности за совершение такого правонарушения не являются основанием для освобождения таможенного органа от обязанности обеспечить надлежащее хранение изъятого имущества. В подтверждение ненадлежащих условий хранения товара на складе временного хранения судом принято заключение эксперта, согласно которому понижение качества овощей и образование брака произошло из-за несоблюдения температурного режима хранения и ненадлежащей вентиляции помещения склада.

Довод Федеральной таможенной службы о вине склада временного хранения в причинении вреда обществу суд не принял во внимание, поскольку в силу части третьей статьи 895, статьи 906 ГК РФ обязанность обеспечить сохранность имущества, временно изъятого в рамках производства по делу об административном правонарушении, лежит на таможенном органе. Об этом также свидетельствуют положения Приказа Федеральной таможенной службы от 18.12.2006 N 1339 «О порядке хранения изъятых вещей и документов, имеющих значение доказательств по делам об административных правонарушениях»…»

 

Аналогичная судебная практика:

Акты высших судов

Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 13466/08 по делу N А04-2952/07-15/125

«…Как установлено судами, 02.09.2002 судебным приставом-исполнителем на основании исполнительного листа от 20.08.2002 N 2013, выданного Арбитражным судом Амурской области во исполнение определения от 20.08.2002 по делу N А04-2565/02-12/74 об обеспечении иска артели старателей «Авангард-2» к обществу, возбуждено исполнительное производство и наложен арест на движимое и недвижимое имущество должника. Указаний в судебном акте об обеспечении иска о необходимости изъятия арестованного имущества не было.

Между тем судебным приставом-исполнителем произведены изъятие арестованного имущества и передача его на ответственное хранение директору общества с ограниченной ответственностью «Февральсклес» Пешкову В.А.

Судебным приставом-исполнителем составлен акт от 16.04.2007 о невозможности возврата обществу его имущества ввиду отсутствия информации о местонахождении данного имущества и ответственного хранителя и вынесено постановление об окончании исполнительного производства N 3259/0/07.

Общество, полагая, что в результате невозврата спорного имущества ему причинен ущерб, обратилось в суд с настоящим иском.

Арест, изъятие и передача имущества должника третьему лицу на хранение производились в рамках исполнительного производства.

В данном случае правоотношения по хранению возникли между судебным приставом-исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах и выступающим поклажедателем, и хранителем, а не между собственником (владельцем) имущества и хранителем.

Исходя из положений статьи 53 Закона об исполнительном производстве (статьи 86 Закона об исполнительном производстве в новой редакции), судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества. Следовательно, собственник (владелец) утраченного имущества вправе обратиться с иском о возмещении ущерба к службе судебных приставов.

В свою очередь убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются ему хранителем в соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрено иное (статья 902 названного Кодекса).

Содержащееся в настоящем Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел…»

 

Постановление Президиума ВАС РФ от 09.07.2009 N 2183/09 по делу N А40-7356/08-22-53

«…В рамках возбужденного прокуратурой уголовного дела сотрудниками органов внутренних дел по поручению следователя прокуратуры со склада общества изъято в качестве вещественных доказательств 8 416 коробок с пиротехническими изделиями, что оформлено протоколом обыска (выемки) от 12.12.2006. Изъятое имущество помещено на хранение в учреждение Минобороны России.

Согласно постановлению следователя прокуратуры от 21.11.2007 вещественные доказательства (пиротехнические изделия) подлежали передаче законному владельцу — обществу «Центр-Сувенир».

Фактически обществу возвращено 3 342 коробки с пиротехническими изделиями. Уголовное дело прекращено 06.12.2007 за отсутствием события преступления.

Взыскание стоимости имущества, утраченного в период удержания следственными органами в качестве вещественного доказательства, является одним из требований по данному делу.

Согласно названному Положению хранение вещественных доказательств осуществляется органом, принявшим решение об их изъятии (уполномоченным органом), либо другим лицом, с которым уполномоченное лицо заключило договор; за повреждение или утрату вещественных доказательств названные лица несут ответственность согласно законодательству Российской Федерации (пункты 2, 4). Из содержания указанной инструкции усматривается, что применяется ответственность вследствие незаконных действий (параграф 65).

Такая ответственность предусмотрена статьями 15, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении которой и просит истец в связи с невозвратом имущества.

Как установлено судами и подтверждается материалами дела, уголовное дело, по которому изымалось имущество общества «Центр-Сувенир» в качестве вещественного доказательства, велось прокуратурой, ее должностными лицами санкционировались обыск и выемка, ею не был заключен договор хранения изъятого имущества с учреждением оборонного ведомства. Следовательно, органом, уполномоченным на хранение и ответственным за сохранность имущества, является прокуратура.

Однако МВД России и Минобороны России также причастны к утрате имущества общества, поскольку разместили его в заведомо не приспособленном и не обеспечивающем сохранность месте.

Исходя из статьи 1069 и пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за вред, причиненный обществу «Центр-Сувенир» в результате незаконных действий каждого из названных ведомств и их должностных лиц независимо от степени вины, несет Российская Федерация за счет своей казны.

Незаконность действий состоит в необеспечении сохранности изъятого у общества имущества, следствием чего явилась его утрата. Размер имущественного вреда подтвержден. То есть имеются условия для ответственности, в применении которой суды отказали, необоснованно мотивировав отказ подтвержденной судом общей юрисдикции законностью действий, не относящихся к мерам по сохранности имущества.

При таких обстоятельствах оспариваемые судебные акты в части отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков от утраты имущества на основании пункта 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как нарушающие единообразие в толковании и применении норм права подлежат отмене. Данное требование следует удовлетворить…»

 

Восточно-Сибирский округ

 

Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 20.11.2012 по делу N А33-11621/2011

«…Как следует из материалов дела, согласно накладным от 15.10.2010 N 05/10, 16.10.2010 N 06/10 к перевозке теплоходом СТ-799 от ООО «КАМА» принят груз б/у металлоизделия приблизительным весом 40 и 150 тонн соответственно, грузополучатель груза — общество с ограниченной ответственностью «Кама».

Оперуполномоченным ОРЧ БЭП N 3 ГУВД по Красноярскому краю Маклаковым Д.В. составлен протокол наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 26.11.2010, согласно которому на лом черных металлов различный по размеру, мульды с деталями металлоконструкций, детали техники, брикеты общей массой 183,967 тонн наложен арест, арестованное имущество передано на хранение Попову Андрею Николаевичу, представителю общества с ограниченной ответственностью «Втормет» по доверенности от 01.11.2010 N 17.

Согласно расписке от 26.11.2010 Попов А.Н., действующий от имени ООО «Втормет» на основании доверенности от 01.11.2010 N 17, принял на ответственное хранение лом черных металлов массой 183,967 тонн, принадлежащий ООО «КАМА», до вынесения решения Арбитражным судом Красноярского края.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 25.01.2011 по делу N А33-18437/2010 отказано в удовлетворении заявления Главного Управления внутренних дел по Красноярскому краю о привлечении ООО «КАМА» к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Решено возвратить ООО «КАМА» изъятый согласно протоколу наложения ареста на товары, транспортные средства и иные вещи от 26.11.2010 лом черных металлов в виде брикетов, обрезков труб, деталей техники, деталей металлоконструкций, общей массой 183,967 тонн, находящийся согласно акту приема-передачи материальных ценностей на хранение от 26.11.2010 на ответственном хранении у ООО «Втормет».

Оперуполномоченным ОРЧ БЭП N 3 ГУВД по Красноярскому краю с участием представителей истца и ООО «Втормет» составлен акт 30.03.2011 об отсутствии возможности исполнения судебного решения по делу N А33-18437/2010 ввиду отсутствия лома черного металла общей массой 183,967 тонн.

Следовательно, утрата имущества, принадлежащего истцу, подтверждена материалами дела.

Судами установлено, что арест, изъятие и передача имущества истца третьему лицу на хранение производились сотрудниками ГУВД по Красноярскому краю в рамках административного производства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Поклажедателем может быть лицо, действующее на основании закона или договора и не являющееся собственником имущества.

Таким образом, осуществление полномочий по статье 27.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе арест и передача имущества на хранение, должно рассматриваться не только как осуществление административных функций, но и как основание для возникновения гражданско-правового обязательства.

В данном случае правоотношения по хранению возникли между ГУВД по Красноярскому краю, действовавшим на основании Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и выступающим поклажедателем, и хранителем — ООО «Втормет».

Следовательно, суды пришли к правильному выводу о том, что незаконность действий сотрудников ГУВД по Красноярскому краю состоит в необеспечении сохранности изъятого у общества имущества, следствием чего явилась его утрата.

Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2009 N 2183/09.

При таких обстоятельствах, судами правомерно установлено, что поскольку имущество истца утрачено в результате необеспечения его сохранности сотрудниками ГУВД по Красноярскому краю, требования истца о взыскании убытков с Российской Федерации за счет казны заявлены обоснованно…»

 

Западно-Сибирский округ

 

Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 22.08.2013 по делу N А03-17081/2011

«…В рамках данного исполнительного производства судебный пристав-исполнитель 30.05.2011 наложил арест на автомобили МАЗ-642208-232 с регистрационными номерами Н473ОМ22 и Н733РО22, о чем был составлен акт о наложении ареста (описи имущества).

Арестованное имущество оставлено на ответственное хранение Резанову А.С., представителю ООО «Фаворит», действующему по доверенности от 04.05.2011 N 24. Местом хранения определен город Барнаул, улица Гущина, 177б.

После отзыва взыскателем исполнительного листа и возврате 29.08.2011 судебным приставом-исполнителем арестованного имущества ООО «РСП» было выявлено отсутствие у автомобилей двигателей, коробок передач, радиаторов, аккумуляторов и карданных валов.

Согласно статье 86 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества.

Исходя из специфики исполнительного производства, отношения по хранению вещей (статья 886 ГК РФ) возникли между судебным приставом-исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах в качестве поклажедателя и хранителя, с другой стороны.

Следовательно, собственник (владелец) утраченного имущества вправе на основании пункта 3 статьи 19 Закона о судебных приставах требовать возмещения ущерба за счет службы судебных приставов. Данная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 N 13466/08.

Кроме того, в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» разъяснено, что передача изъятого имущества на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества. Суд удовлетворяет требования истца о возмещении убытков, причиненных утратой, недостачей или повреждением изъятого имущества, установив, что это имущество было изъято органом исполнительной власти у данного лица (пункт 10 Информационного письма).

На основании статей 16, 1069 ГК РФ убытки (вред), причиненные в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией за счет казны.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Факт утраты изъятого в ходе осуществления исполнительных действий имущества ООО «РСТ» подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами и не опровергнут ответчиками. Размер убытков в сумме 1 514 428 рублей 50 копеек подтверждается экспертным заключением Оценочно-Экспертной фирмы ООО «Спецсервис» N 12-04-23-012 АТ, назначенным судом первой инстанции согласно статье 82 АПК РФ.

Оценив собранные доказательства согласно статье 71 АПК РФ, суд первой инстанции сделал правильный вывод о виновных действиях судебных приставов и наличии причинно-следственной связи между допущенным нарушением ФССП, не обеспечившей сохранность арестованного имущества, и возникшими у истца убытками в результате утраты этого имущества.

Поскольку ущерб истцу причинен незаконными действиями должностного лица — судебного пристава-исполнителя, то он подлежит взысканию с казны Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, являющейся главным распорядителем средств федерального бюджета.

Выводы суда первой инстанции обоснованно поддержаны судом апелляционной инстанции.

Таким образом, кассационная жалоба заявителей об отмене судебных актов и принятии нового решения подлежит отклонению…»

 

Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.04.2013 по делу N А45-19106/2012

«…Судами установлено, что в рамках сводного исполнительного производства N 50/25/6095/19/2008-СД судебными приставами-исполнителями Отдела судебных приставов г. Бердска Управления Федеральной службы по Новосибирской области произведены действия по описи и аресту имущества ООО «СибРесурс», о чем составлены акты описи и ареста от 13.03.2008, от 30.07.2008, от 31.07.2008, от 04.08.2008, от 05.08.2008, от 07.08.2008, от 11.08.2008, от 12.08.2008, от 13.08.2008, от 21.08.2008, от 30.10.2008.

Арестованное имущество службой судебных приставов-исполнителей передано на хранение ООО «Регина».

Согласно акту описи и ареста судебного пристава-исполнителя Отдела судебных приставов по г. Бердску Управления Федеральной службы судебных приставов по Новосибирской области от 22.03.2012 имущество должника — швейные машинки, которое было арестовано в рамках сводного исполнительного производства N 50/25/6095/19/2008-СД на сумму 975 853 руб. 13 коп., ООО «СибРесурс» не возвращено и у хранителя ООО «Регина» по адресу хранения: г. Новосибирск, проспект Строителей, 25 не обнаружено.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «СтройРесурс» <*> в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании стоимости утраченного после ареста имущества в сумме 975 853 руб. 13 коп.

———————————

<*> В тексте документа, видимо, допущена опечатка: вместо «ООО «СтройРесурс» имеется в виду «ООО «СибРесурс».

 

Согласно статье 1 Закона о судебных приставах на судебных приставов возлагаются задачи по исполнению судебных актов и актов других органов, предусмотренных Законом об исполнительном производстве.

Законом об исполнительном производстве определен порядок принудительного исполнения судебных актов, а также актов других органов.

Арест, изъятие и передача спорного имущества должника третьему лицу на хранение производились в рамках исполнительного производства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В данном случае правоотношения по хранению возникли между судебным приставом-исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах и выступающим поклажедателем, и хранителем, а не между собственником имущества (или взыскателем) и хранителем.

Следовательно, собственник (владелец) утраченного имущества, равно как и взыскатель, в пользу которого обращено взыскание на арестованное имущество, вправе обратиться с иском о возмещении ущерба к службе судебных приставов, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 N 13466/08.

В свою очередь убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются ему хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрено иное (статья 902 ГК РФ).

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в информационном письме от 31.05.2011 N 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» разъяснил, что суд удовлетворяет требования истца о возмещении убытков, причиненных ему утратой, недостачей или повреждением изъятого имущества, установив, что это имущество было изъято органом исполнительной власти у данного лица (пункт 10); требования взыскателя о возмещении вреда подлежат удовлетворению, если в результате незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя имевшаяся возможность взыскания долга с должника была утрачена, при этом, доказательства наличия иного имущества, за счет которого возможно исполнение требований исполнительного документа, должны быть представлены службой судебных приставов (пункт 11).

При таких обстоятельствах суды правомерно удовлетворили исковые требования…»

 

Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 22.11.2011 по делу N А03-2425/2011

«…Сельскохозяйственный производственный кооператив колхоз «Тюменцевский» (далее — СПК колхоз «Тюменцевский») обратился в арбитражный суд с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее — Федеральная служба) и управлению Федеральной службы судебных приставов по Алтайскому краю (далее — Управление) о взыскании за счет казны Российской Федерации 7 530 000 руб. убытков, причиненных утратой арестованных и изъятых в рамках исполнительного производства комбайнов, принадлежащих истцу.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением от 15.03.2010 Тюменцевского районного суда Алтайского края с СПК колхоз «Тюменцевский», Тишкова Н.И., Шевиной А.А. в солидарном порядке в пользу ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» взыскано 790 629,46 руб.

Во исполнение постановления судебного пристава — исполнителя от 13.09.2010 составлен акт описи и ареста имущества кооператива, по которому подвергнуто аресту имущество на сумму 7 530 000 руб., в том числе кормоуборочный комбайн РСМ-1000 «ДОН-680М» стоимостью 3,6 млн. руб., зерноуборочный комбайн РСМ-101 «Вектор» стоимостью 3,93 млн. руб.

По акту описи и ареста от 15.09.2010 указанное выше имущество передано на ответственное хранение председателю СПК колхоз «Тюменцевский» Тишкову Н.И.

В ходе проведения исполнительных действий судебный пристав-исполнитель постановлением от 12.10.2010 ответственным хранителем арестованной техники назначил ООО «Логистик», установил место его хранения — с. Мезенцево, КХ «Красников», в связи с чем, указанные комбайны были изъяты у СПК колхоза «Тюменцевский» и переданы хранителю по актам от 12.10.2010.

31.10.2010 года на территории КХ «Красников» произошел пожар. Согласно акту от 31.10.2010 в результате пожара выгорели полностью кабины обоих комбайнов.

Указывая, что в результате ненадлежащего исполнения судебным приставом-исполнителем обязанностей по принятию мер по сохранности принадлежащего СПК колхоз «Тюменцевский» имущества, последнему причинены убытки, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем) и возвратить эту вещь в сохранности.

В данном случае отношения по договору хранения от 11.11.2010 N 394 возникли между управлением, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ «О судебных приставах», выступающим поклажедателем и хранителем ООО «Логистик», а не между собственником (владельцем) имущества и хранителем.

Исходя из положений статьи 53 (в старой редакции) и 86 (в новой редакции) Закона об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества.

Таким образом, вывод арбитражных судов о праве истца на возмещение ущерба за счет службы судебных приставов соответствует материалам дела…»

 

Московский округ

 

Постановление ФАС Московского округа от 04.05.2010 N КГ-А40/3702-10 по делу N А40-68335/08-102-674

«…Индивидуальный предприниматель Рубцова Ирина Валентиновна (далее — ИП Рубцова И.В.) обратилась в арбитражный суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Московскому Управлению внутренних дел на воздушном и водном транспорте и Линейному отделу внутренних дел в аэропорту Домодедово о взыскании 1 046 500 руб. убытков на основании статей 1069, 1070 Гражданского кодекса РФ.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.10.2009 в иске отказано при выводе о том, что между истцом и ответчиком — МВД РФ нет гражданско-правовых отношений по хранению имущества истца, соответственно к данным отношениям сторон — истца и ответчика не могут применяться нормы главы 47 ГК РФ, в том числе нормы статьи 895 ГК РФ.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2010 решение отменено. С Российской Федерации в лице МВД РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ИП Рубцовой И.В. взысканы убытки в сумме 1.046.500 руб.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 15.09.2005 сотрудниками ЛОВД в аэропорту Домодедово проведена проверка воздушного судна ИЛ-76 бортовой номер 76812, на борту которого согласно авиаквитанции находилось 32 323 кг икры лососевой.

В ходе проверки вся продукция, общим весом 32 323 кг была изъята, в том числе продукция, принадлежащая ИП Рубцовой И.В., и помещена на ответственное хранение ООО «Союрэ».

Третьим лицом — ООО «Союрэ» указанная продукция была утрачена.

Принимая решение об удовлетворении иска, апелляционный суд исходил из того, что изъятие рыбопродукции произошло в связи с действиями органов внутренних дел. Хранение ее производно от изъятия и осуществляется на основании правоотношений, возникших между органами внутренних дел и лицами, привлекаемыми ими для хранения, участником которых не является лицо, у которого имущество изъято.

Имущество подлежало возврату заявителю на основании решения органов внутренних дел, утрата имущества, произошла в период, когда ответственность за его сохранность несет изъявшее лицо — органы МВД РФ.

Удовлетворение иска по указанным мотивам кассационная инстанция находит соответствующим обстоятельствам дела, требованиям закона и представленным доказательствам…»

 

Постановление ФАС Московского округа от 02.06.2009 N КГ-А40/4400-09-П по делу N А40-72402/06-24-553

«…По прибытию груза, в аэропорту Домодедово сотрудниками ЛОВД на воздушном и водном транспорте была проведена проверка груза самолета, в ходе которой вся продукция, общим весом 32.323 кг была изъята, в том числе продукция принадлежащая РА «Пенжинская» и помещена на ответственное хранение ООО «Союрэ».

Впоследствии органами внутренних дел было принято решение о возврате изъятой продукции.

Третьим лицом — ООО «Союрэ» указанная продукция была утрачена.

Отказывая в удовлетворении иска о взыскании стоимости утраченной продукции, суд апелляционной инстанции указал о том, что между истцом и ответчиком — МВД РФ нет гражданско-правовых отношений по хранению имущества истца, соответственно к данным отношениям сторон — истца и ответчика не могут применяться нормы гл. 47 ГК РФ, в том числе нормы ст. 895 ГК РФ.

Отношения сторон (истца и ответчика) по изъятию имущества у истца являются административно-правовыми и регулируются нормами УПК РФ, ответчик как поклажедатель выступил только по отношению к третьему лицу в рамках административно-правовых отношений.

Однако договора хранения между сторонами не заключалось, противоправными данные действия ответчика не признаны, материалы дела не содержат таких доказательств, поэтому на момент рассмотрения дела отсутствовали правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца убытков, причиненных нарушением обязательств по хранению.

С такими выводами суда апелляционной инстанции нельзя согласиться, поскольку они сделаны в нарушение норм материального права ст. 895 ГК РФ.

Заявитель просил о взыскании убытков вследствие действий органа, не обеспечившего сохранность имущества в период проведения процессуальных действий, вопрос о законности которых в данном случае не оспаривается и не имеет отношения к предмету спора.

Изъятие рыбопродукции произошло в связи с действиями органов внутренних дел. Хранение ее производно от изъятия и осуществляется на основании правоотношений, возникших между органами внутренних дел и лицами, привлекаемыми ими для хранения, участником которых не является лицо, у которого имущество изъято.

Имущество подлежало возврату заявителю на основании решения органов внутренних дел в связи с прекращением процессуальных действий и это решение ими же не исполнено вследствие утраты имущества, произошедшей в период, когда ответственность за его сохранность несет изъявшее лицо.

В этой связи суд I инстанции правильно в соответствии с требованиями ст. 1069, 1071, 895 ГК РФ удовлетворил иск в части стоимости утраченной продукции, поскольку незаконность действий ответчика выразилась в причинении материального ущерба истцу в связи с невозвратом изъятой продукции…»

 

Северо-Западный округ

 

Постановление ФАС Северо-Западного округа от 02.04.2013 по делу N А56-27126/2012

«…Как следует из материалов дела и установлено судами, 22.04.2008 на основании исполнительного листа N 513600, выданного Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу N А56-6487/2007 о выселении общества с ограниченной ответственностью «ВЕСТА» с земельного участка N 4, расположенного у станции метро «Академическая» в городе Санкт-Петербурге (кадастровый номер 78:5210:1028), судебный пристав-исполнитель Калининского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу Ларченков А.М. возбудил исполнительное производство N 1/20586/309/18/2008.

В рамках данного исполнительного производства произведен демонтаж торгового павильона, расположенного на указанном земельном участке. По акту от 26.08.2009 торговый павильон передан на ответственное хранение ОАО «Агентство по дорожному и коммунальному хозяйству Калининского района», привлеченному к участию в совершении исполнительных действий.

На требование Общества о возврате павильона судебный пристав-исполнитель Ларченков А.М. письмом от 13.04.2010 сообщил о невозможности передачи данного имущества в связи с его хищением.

Общество, сославшись на указанные обстоятельства, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее — Закон о судебных приставах) на судебных приставов возлагаются задачи по осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве) актов других органов и должностных лиц.

Законом об исполнительном производстве определен порядок принудительного исполнения судебных актов, а также актов других органов.

В данном случае правоотношения по хранению торгового павильона возникли между судебным приставом-исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах и выступающим поклажедателем, и хранителем, а не между Обществом (собственником имущества) или взыскателем и хранителем.

Исходя из положений Закона об исполнительном производстве (статьи 86, 107) судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества, а также в необходимых случаях обеспечивает хранение имущества выселенного должника с возложением на должника понесенных расходов.

Следовательно, собственник (владелец) утраченного имущества, равно как и взыскатель, в пользу которого обращено взыскание на арестованное имущество, вправе обратиться с иском о возмещении ущерба к службе судебных приставов, а убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются ему хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрено иное (статья 902 названного Кодекса), что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 N 13466/08.

Таким образом, иск Общества (собственника торгового павильона) о возмещении убытков, возникших в связи с утратой этого имущества, подлежит удовлетворению за счет Федеральной службы…»

 

Уральский округ

 

Постановление ФАС Уральского округа от 01.08.2012 N Ф09-5799/12 по делу N А76-3719/2011

«…Согласно правовой позиции, содержащейся в п. 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», передача изъятого федеральным органом исполнительной власти имущества указанным органом на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества.

В рамках исполнительных производств от 10.11.2009 N 75/31/31250/3/2010, от 19.01.2010 N 75/31/38641/3/2010, от 08.12.2009 N 75/31/35218/3/2009 судебным приставом-исполнителем Хаткевич В.В. наложен арест на имущество должника: самоходный энергонезависимый комплекс орбитальной сварки, состоящий из автомобиля марки «ГАЗ-33022S», агрегата орбитальной сварки АДС УАСТ-1 с источником ДС400.33УКП, дизель-электрической генераторной установки Energo 40/400 IVEKO, о чем составлен акт о наложении ареста (описи имущества) от 10.02.2010.

В тот же день арестованное имущество было передано на хранение представителю взыскателя Трапезниковой О.А., что подтверждено соответствующим актом от 10.02.2010.

Оценив представленный в материалы дела акт совершения исполнительных действий от 05.04.2011, составленный с участием судебного пристава-исполнителя Центрального районного отдела судебных приставов г. Челябинска Управления Федеральной службы судебных приставов по Челябинской области Потаповой Д.Р., конкурсного управляющего общества «ИСК «Вертикаль» Часовских С.Г., представителя общества «Челпи» Шафигулиной Э.Г., представителя общества «УК «Офис-сити» Трапезниковой О.А., суды выявили, что на указанную дату судебным приставом-исполнителем Потаповой Д.Р. установлен факт отсутствия у общества «Челпи» арестованного имущества — агрегата орбитальной сварки АДС УАСТ-1. При этом установлено, что на территории склада общества «Челпи» находится сварочный аппарат марки ВД 2×313 УЗ ТУ3441-007-47936447-2000, от принятия которого конкурсный управляющий отказался со ссылкой на то обстоятельство, что сварочный аппарат не относится к имуществу, принадлежащему обществу «ИСК «Вертикаль».

С учетом изложенного суды сочли, что ненадлежащее исполнение судебным приставом-исполнителем действий по аресту имущества свидетельствует о принятии последним риска наступления для него негативных последствий, в том числе, при наличии акта приема-передачи арестованного имущества на хранение от 10.02.2010 с подписями понятых, невозможность ссылаться на принудительное изъятие у должника имущества, не соответствующего фактически арестованному, а именно: сварочного аппарата марки ВД 2×313 УЗ ТУ3441-007-47936447-2000 вместо агрегата орбитальной сварки АДС УАСТ-1 с источником ДС400.33УКП.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам ст. 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводам о том, что убытки в заявленной сумме понесены истцом в результате ненадлежащего выполнения службой судебных приставов требований законодательства об исполнительном производстве, судами обеих инстанций установлены факт причинения истцу убытков, размер понесенных убытков, установлена причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика и возникновением убытков истца.

При этом, определяя размер убытков в сумме 606 917 руб., суды обоснованно исходили из сведений, содержащихся в отчете об оценке специалиста-оценщика индивидуального предпринимателя Бузановой Е.В. от 02.04.2010 N 10032400, полученном в порядке, установленном ст. 85 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ.

При таких обстоятельствах суды правомерно удовлетворили требования истца и взыскали с ответчика убытки в заявленной сумме…»

 

Центральный округ

 

Постановление ФАС Центрального округа от 06.06.2013 по делу N А62-4550/2012

«…Изъятое оборудование передано на хранение сотрудниками ОБЭП муниципальному унитарному предприятию «Кощино» на основании акта приема-передачи от 25.10.2010.

Судом установлено, что сотрудниками ответчика в рамках проведения оперативно-разыскных мероприятий спорное имущество, принадлежащее предпринимателю, передано на хранение МУП «Кощино», что свидетельствует о фактически сложившихся отношениях по хранению в отсутствие письменного договора, заключение которого является обязанностью заявителя.

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» разъяснено, что передача изъятого имущества органом дознания на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения надлежащего хранения изъятого имущества.

Исходя из изложенного, арбитражный суд, руководствуясь положениями ст. 1069, 1070 ГК РФ, обоснованно отклонил довод заявителя о том, что УМВД России по г. Смоленску является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, поскольку взыскание осуществляется за счет казны Российской Федерации, не привлеченной к участию в деле.

Настоящее исковое требование заявлено о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим хранением имущества, изъятого федеральным органом исполнительной власти в ходе проведения оперативных мероприятий.

В силу части 3 статьи 895, статьи 906 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность обеспечить сохранность имущества, временно изъятого в рамках доследственной проверки, лежит на органе дознания.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 900 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель отвечает за недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение. Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств.

При изъятии спорного имущества и передаче его на хранение какие-либо дефекты или иные недостатки данного оборудования не установлены, что подтверждается актом от 25.10.2010, и доказательства обратного заявителем кассационной жалобы не представлены.

В подтверждение размера причиненных убытков, вызванных ненадлежащим хранением информационных киосков, истцом в материалы дела представлены договор поставки от 23.06.2010 N 11к-2010001018, товарная накладная от 29.06.2010 N 261, счет-фактура от 29.06.2010 N 261, платежное поручение от 25.06.2010 N 015.

Невозможность эксплуатации оборудования после его возврата истцу подтверждается актами от 02.04.2012 технического осмотра и проверки технического состояния оборудования, проведенных специалистами ООО «Компьютер-Сервис», и доказательства обратного в деле отсутствуют.

Бездействие уполномоченного органа, выразившееся в невозврате спорного оборудования признано незаконным вступившим в законную силу постановлением Промышленного районного суда Смоленской области.

Как видно из материалов дела, в период нахождения имущества предпринимателя на хранении с ноября 2010 года по март 2012 года ответчиком какие-либо действия по проверке условий хранения оборудования не предпринимались, что подтверждается объяснениями сотрудников ОБЭП, работников МУП «Кощино» согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.09.2012.

Оценив обстоятельства дела и представленные доказательства в их совокупности в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, учитывая, что стоимость ущерба, предъявленная ко взысканию, ответчиком не опровергнута, арбитражный суд, установив, что незаконность действий сотрудников ответчика заключается в необеспечении сохранности изъятого у предпринимателя имущества, следствием чего явилась его порча, повлекшая неработоспособность оборудования, пришел к обоснованному выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения настоящих исковых требований о взыскании с УМВД России по г. Смоленску стоимости ущерба…»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code