2.2. Реорганизация и учреждение юридического лица

Существующее юридическое лицо может стать участником отношений по созданию путем учреждения нового юридического лица. В связи с этим возникает вопрос о том, является ли такое участие (которое, понятно, чаще всего заканчивается передачей части имущества для формирования имущества нового лица) реорганизацией.

Действующее законодательство пытается, как было показано выше, разграничить способы создания юридического лица, разделяя учреждение и реорганизацию. В чем, правда, состоит здесь содержательно различие, законодательство не указывает, хотя различия такие увидеть можно:

— при создании юридического лица путем реорганизации понятно, что речь идет о создании нового лица на имущественной основе уже существующего юридического лица;

— если имущество вновь учреждаемого лица формируется его учредителями, то при создании путем реорганизации имущество формируется в абсолютном большинстве случаев за счет существующего лица, которое подвергается реорганизации.

Однако такого рода отличия никогда не убеждали участников правоотношений отказаться от соблазна квалифицировать любое участие юридического лица в учреждении другого юридического лица в качестве реорганизации. Этому весьма способствовало отсутствие внятного объяснения сущности реорганизации и существование множества феноменов, посредством которых достигаются цели, для реализации которых в основе своей реорганизация и существует.

Гипотеза, которая выдвигалась истцами в судах, была следующая: как при создании (путем учреждения), так и при реорганизации юридического лица в форме выделения, в том варианте, когда единственным учредителем вновь созданного лица становится реорганизуемое лицо, происходит передача части (иногда значительной) имущества вновь создаваемому юридическому лицу. Однако последствия таких действий совершенно различны: при реорганизации возникают права у кредиторов, которые не возникают при учреждении лица; реорганизация корпоративных организаций предполагает возникновение специальных прав у участников корпораций, ничего подобного не происходит при учреждении. Говоря проще, инвесторов и кредиторов «дочкование» беспокоило по следующим причинам: мало того, что из организации могут быть «уведены» центры прибыли, «лакомые» активы и будет снижена возможность контроля за ними, так еще и не будут задействованы предусмотренные законом при реорганизации различные компенсационные механизмы.

Действующее законодательство предусматривает возможность образования (или запрет образования) и специальный статус «дочерних» структур для некоторых организационно-правовых форм:

— хозяйственных обществ (обществ с ограниченной ответственностью, акционерных обществ). Здесь используется понятие «дочернее общество» <1>;

———————————

<1> Так, ст. 105 ГК РФ указывает на такие общества: «хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом». Наиболее полно регулирование статуса дочернего общества и специфика его отношений с так называемым основным обществом урегулированы в Федеральном законе «Об акционерных обществах» и Федеральном законе «Об обществах с ограниченной ответственностью». Так, согласно ст. 6 Федерального закона «Об акционерных обществах»: 1) дочернее общество не отвечает по долгам основного общества (товарищества); 2) основное общество (товарищество), которое имеет право давать дочернему обществу обязательные для последнего указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний. Основное общество (товарищество) считается имеющим право давать дочернему обществу обязательные для последнего указания только в случае, когда это право предусмотрено в договоре с дочерним обществом или уставе дочернего общества; 3) в случае несостоятельности (банкротства) дочернего общества по вине основного общества (товарищества) последнее несет субсидиарную ответственность по его долгам. Несостоятельность (банкротство) дочернего общества считается происшедшей по вине основного общества (товарищества) только в случае, когда основное общество (товарищество) использовало указанные право и (или) возможность в целях совершения дочерним обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) дочернего общества; 4) акционеры дочернего общества вправе требовать возмещения основным обществом (товариществом) убытков, причиненных по его вине дочернему обществу. Убытки считаются причиненными по вине основного общества (товарищества) только в случае, когда основное общество (товарищество) использовало имеющиеся у него право и (или) возможность в целях совершения дочерним обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого дочернее общество понесет убытки. Похожие положения мы находим и в ст. 6 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

 

— унитарных предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения (ст. 114 ГК РФ), здесь используется понятие «дочернее предприятие», создание которого прямо запрещено ст. 2 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Помимо этого отметим, что ст. 35 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» использует понятие «дочерние организации кредитной организации на территории иностранного государства».

Как можно понять, главную проблему может составлять «дочкование» акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью. Именно в отношении создания дочерних организаций этих организационных форм и сложилась судебная практика, основной вывод которой состоит в следующем: учреждение дочернего общества и наделение его имуществом не признается реорганизацией в форме выделения. Позиция судов основывается на том, что при учреждении никакие права и обязанности существующего юридического лица не передаются вновь созданной дочерней организации. Такую позицию занял кассационный суд Уральского округа (Постановление от 14 марта 2007 г. N Ф09-1544/07-С6): «…образование акционерным обществом дочернего общества не является реорганизацией, поскольку никакие права и обязанности существующего юридического лица вновь созданному дочернему обществу не переданы…» <1>.

———————————

<1> Схожие решения мы находим и в других делах по этому округу (Постановления ФАС Уральского округа от 14 марта 2007 г. N Ф09-1541/07-С6, от 13 марта 2007 г. N Ф09-1482/07-С6, N Ф09-1472/07-С6, N Ф09-1466/07-С6).

 

Как видно, здесь суд, высказавшись по, казалось бы, частному вопросу, между тем сформулировал свое отношение к сущности реорганизации в целом: совокупность юридических действий только тогда признается реорганизацией, когда в качестве ее последствия возникает правопреемство. Сама такая мысль не нова, как мы показали выше, существует большая группа исследователей, которые вообще сводят объяснение сути реорганизации к правопреемству.

Правопреемство не может выступать отличительным признаком только реорганизации, поскольку позитивное право признает возможность создания (учреждения) юридических лиц, сопровождаемого правопреемством. Примером такого исключения являлось создание так называемого единого хозяйствующего субъекта — открытого акционерного общества «Российские железные дороги», созданного в процессе приватизации имущества федерального железнодорожного транспорта на основании Федерального закона «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта». Статья 3 Закона указывала, что в процессе приватизации имущества федерального железнодорожного транспорта создается единый хозяйствующий субъект путем изъятия имущества у организаций федерального железнодорожного транспорта и внесения его в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта. Формирование уставного капитала единого хозяйствующего субъекта осуществлялось на основании сводного передаточного акта (ст. 4), который составлялся на основе обобщенных данных прилагаемых к нему передаточных актов, составленных на имущество каждой организации федерального железнодорожного транспорта, имущество которой вносится в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта.

На основе указанного сводного передаточного акта единому хозяйствующему субъекту передавались обязанности и права по обязательствам организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносилось в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, в отношении их кредиторов и должников (см. Определение ВАС РФ от 22 октября 2007 г. N 11845/07 «Об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации»). Причем опубликование утвержденного Правительством РФ перечня организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносилось в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, признавалось для кредиторов и должников уведомлением о внесении имущества соответствующих организаций в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта. В течение месяца со дня опубликования Правительством РФ перечня организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносилось в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, кредиторы были вправе предъявить свои требования к этим организациям. При этом согласия кредиторов на перевод их требований на единый хозяйствующий субъект не требовалось.

Названная процедура имела специфику вот в какой части. По общему правилу организации федерального железнодорожного транспорта прекращались и исключались из Единого государственного реестра юридических лиц в установленном порядке после внесения их имущества в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, однако организации федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносилось в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, продолжали осуществлять деятельность, на осуществление которой требуется получение аккредитации и необходимых специальных разрешений (лицензий), впредь до получения единым хозяйствующим субъектом (его дочерними обществами) такой аккредитации и переоформления им документов, подтверждающих наличие специальных разрешений (лицензий), лишь после чего указанные организации прекращались и исключались из ЕГРЮЛ в установленном порядке. То есть в переводе на язык действующих юридических норм это правило означало: к передаче имущества применялись правила реорганизации в части прав кредиторов, возникало правопреемство по обязательствам, но организация могла и не прекратить в результате такой «квазиреорганизации» своего существования.

Еще один пример, когда создание организации сопровождается правопреемством, — создание Государственной корпорации по строительству олимпийских объектов и развитию города Сочи как горноклиматического курорта. В соответствии со ст. 22 Федерального закона «О Государственной корпорации по строительству олимпийских объектов и развитию города Сочи как горноклиматического курорта» было указано, что со дня государственной регистрации государственной корпорации все права и обязанности по государственным контрактам, заключенным от имени Российской Федерации федеральным государственным унитарным предприятием «Объединенная дирекция Федеральной целевой программы «Развитие г. Сочи как горноклиматического курорта (2006 — 2014 годы)», переходят к Государственной корпорации, а полученные по этим контрактам до указанного дня результаты становятся дополнительным имущественным взносом Российской Федерации в Корпорацию. Опубликование указанного Закона признавалось уведомлением кредиторов и должников Федерального государственного унитарного предприятия «Объединенная дирекция Федеральной целевой программы «Развитие г. Сочи как горноклиматического курорта (2006 — 2014 годы)» о переводе их требований по государственным контрактам на Государственную корпорацию, причем согласия кредиторов на перевод их требований не требовалось. Государственной корпорации в полном объеме переходили все обязательства Федерального государственного унитарного предприятия «Объединенная дирекция Федеральной целевой программы «Развитие г. Сочи как горноклиматического курорта (2006 — 2014 годы)» перед Международным олимпийским комитетом.

Еще одним примером квазиреорганизации в форме учреждения является создание холдинговой компании (без использования в названии самого слова «холдинг» <1>). Речь идет о создании открытого акционерного общества, создаваемого по решению Президента РФ (так называемое основное акционерное общество) в результате осуществления структурных преобразований в атомном энергопромышленном комплексе в соответствии с Федеральным законом «Об особенностях управления и распоряжения имуществом и акциями организаций, осуществляющих деятельность в области использования атомной энергии и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В уставный капитал этого основного общества вносились: акции акционерных обществ атомного энергопромышленного комплекса; имущественные комплексы федеральных государственных унитарных предприятий атомного энергопромышленного комплекса; учреждения, иное имущество. Обязанности и права по обязательствам федеральных государственных унитарных предприятий атомного энергопромышленного комплекса, имущественные комплексы которых вносились в уставный капитал основного акционерного общества, в отношении их кредиторов и должников передавались основному акционерному обществу на основании передаточных актов. При этом официальное опубликование прогнозного плана (программы) приватизации федерального имущества являлось уведомлением кредиторов включенных в этот план (программу) федеральных государственных унитарных предприятий атомного энергопромышленного комплекса. Требования таких кредиторов подлежали, как указывает Закон, удовлетворению в соответствии с условиями и содержанием обязательств, на которых они основаны; при этом правила п. п. 1 и 2 ст. 60 ГК РФ не применялись; согласия кредиторов на перевод их требований на основное акционерное общество не требовалось. Как видно, в последнем случае перед нами все та же «квазиреорганизация», которую мы видели и при создании единого хозяйствующего субъекта на железнодорожном транспорте. Хотя реорганизацией соответствующие действия вновь не называются, а рассматриваются они в контексте создания (учреждения) нового юридического лица.

———————————

<1> Мы намеренно используем это понятие. Действующее законодательство не содержит (и никогда не содержало) общего определения холдинга. Впервые оно применительно к процедурам приватизации появилось во Временном положении о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании государственных предприятий в акционерные общества, утвержденном Указом Президента РФ от 16 ноября 1992 г. N 1392 «О мерах по реализации промышленной политики при приватизации государственных предприятий». Согласно этому документу холдинговой компанией признается предприятие независимо от его организационно-правовой формы, в состав активов которого входят контрольные пакеты акций других предприятий. По-иному подходит к определению холдинга ст. 4 Федерального закона «О банках и банковской деятельности». Согласно этому Закону банковским холдингом признается не являющееся юридическим лицом объединение юридических лиц с участием кредитной организации (кредитных организаций), в котором юридическое лицо, не являющееся кредитной организацией (головная организация банковского холдинга), имеет возможность прямо или косвенно (через третье лицо) оказывать существенное влияние на решения, принимаемые органами управления кредитной организации (кредитных организаций).

Однако анализируемый акт — Федеральный закон «Об особенностях управления и распоряжения имуществом и акциями организаций, осуществляющих деятельность в области использования атомной энергии и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» — по существу регулирует создание холдинга.

 

Можно ли проводить какие-либо аналогии с созданием холдинга и реорганизацией? Если исходить из существующих в нашем законодательстве подходов, то никоим образом, а вот если посмотреть на реорганизацию сквозь призму существенного изменения юридической личности, то вполне возможно. Ведь при создании такого банковского холдинга меняется такая важная составляющая организация, как порядок (система) управления ею, что, несомненно, представляет собой реорганизацию, т.е., говоря иначе, «переформатирование» организации в ее существующем виде. Тут можно проводить аналогии с так называемым экономическим слиянием, которое некоторые авторы также справедливо анализируют при рассмотрении реорганизации в качестве смежного понятия (В.В. Долинская <1>). Ведь организация формально, а не только фактически утрачивает самостоятельность в принятии решений.

———————————

<1> Долинская В.В. Указ. соч. С. 13.

 

В обоих описанных случаях (создание единого хозяйствующего субъекта и создание основного общества в атомном энергопромышленном комплексе) очевидно и другое: указанные процедуры позволяли избежать главного недостатка формальной реорганизации — ее сроков. По сути, можно сказать, что сами эти процедуры были направлены на обход положений закона о необходимости проведения реорганизации (потому мы их и называем квазиреорганизацией).

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code