2.2. Гражданско-правовые средства обеспечения исполнения договоров с участием потребителя

В силу специфики гражданско-правового договорного отношения с участием потребителя круг применимых гражданско-правовых средств будет также ограничен. Кроме этого, применение некоторых гражданско-правовых средств обеспечения исполнения обязательств просто нецелесообразно. Например, поручительство неприемлемо для обеспечения договорных обязательств с участием потребителя и в интересах потребителя, так как предусматривает возникновение дополнительного (акцессорного) обязательства, причем с участием третьего лица. Это, скорее всего, приводит лишь к дополнительным затратам ресурсов (материальных, человеческих, временных и т.д.). Обеспечение реализации социально значимой цели, которую потребитель преследует, участвуя в договоре с хозяйствующим субъектом, будет достигаться посредством реализации неадекватно широкого круга прав и обязанностей с привлечением дополнительных субъектов. Обеспечение достижения этой цели — удовлетворения личных, семейных и тому подобных нужд может быть реализовано и с меньшими затратами, без создания иных обязательственных отношений с вовлечением других субъектов. Залог, конечно, можно на первый взгляд рассматривать как правовое средство обеспечения исполнения обязанностей контрагента потребителя, но возникает вопрос о соотношении структуры потребительского договора и соглашения о залоге, каким образом залог инкорпорируется в потребительский договор, проще говоря, кто кому и что отдает в залог и как это соотносится с реализацией потребительского договора. Коль скоро мы говорим об обеспечении прав потребителя в договоре, то в правовой конструкции залога потребитель должен выступать залогодержателем, причем залогодержателем не своей вещи, подлежащей передаче контрагенту (иначе это будет удержание), а вещи, переданной контрагентом и принадлежащей последнему. В договоре с участием потребителя вещь, подлежащая передаче контрагентом потребителя самому потребителю, — товар, результат работы. Говорить о применении залога в договоре об оказании услуг в данном случае не приходится — услуга носит нематериальный характер и не может быть объектом залога. Если же рассматривать товар и результат работы как объект залога в потребительском договоре, то с передачей этих объектов потребителю обязанности по потребительскому договору у контрагента потребителя прекращаются, остается лишь обязанность потребителя уплатить деньги. В такой ситуации залог как правовое средство обеспечения прав потребителя просто не может быть реализован, так как обязанность, которая обеспечивается залогом, уже прекращена. Обеспечительное обязательство (кроме банковской гарантии) не может существовать без обеспечиваемого обязательства.

Именно поэтому и рассматриваются в настоящей работе только задаток и удержание имущества должника в качестве гражданско-правовых средств обеспечения исполнения договорных обязательств с участием потребителя. Данные гражданско-правовые средства не предусматривают участия в обязательстве иных лиц и связаны только с оборотом имущества между сторонами договорного обязательства.

Задаток предусматривает передачу денежных средств от одной стороны другой стороне обязательства, которая засчитывается в счет погашения денежной обязанности по договору. Названное правовое средство не предусматривает возникновение каких-либо иных обязательств в дополнение к существующему договорному обязательству, если права какого-либо из участников договорного обязательства не будут нарушены. Более того, при надлежащем исполнении обязательства сторонами защитные возможности этого правового средства не будут реализованы.

Удержание также не предполагает возникновения каких-либо иных обязанностей у должника в дополнение к существующим. Тем не менее удержание предполагает возникновение нового правоотношения, в котором обязанность должника тождественна обязанности по основному обязательству, но объем прав кредитора значительно шире, чем в основном обязательстве. Вообще вопрос о правовой природе удержания является достаточно спорным как в теории, так и в практике. В.А. Белов называет удержание вещи в числе мер оперативного воздействия, отмечая при этом, что меры оперативного воздействия применяются для самозащиты гражданских прав <1>. Е.А. Суханов отмечает, что права кредитора, удерживающего вещь, аналогичны правам залогодержателя и «близок к залогу по своей юридической природе такой способ обеспечения надлежащего исполнения обязательств, как удержание вещи» <2>. С.В. Сарбаш рассматривает удержание как одностороннюю сделку <3>. Подобная точка зрения нашла свое отражение и в практике <4>. Возможно, это связано с тем, что удержание имущества является новеллой ГК РФ по сравнению с ранее действовавшим ГК РСФСР 1964 г., а также с тем, что в Гражданском кодексе удержанию имущества лаконично посвящены всего две статьи — ст. 359, 360 ГК РФ.

———————————

<1> Белов В.А. Гражданское право: Общая часть: Учебник. М., 2002. С. 588.

<2> Суханов Е.А. Ограниченные вещные права // Хозяйство и право. 2005. N 1. С. 15.

<3> Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. М., 2003. С. 144.

<4> Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 декабря 2005 г. по делу N Ф08-5460/2005.

 

Небезосновательно можно отметить, что удержание имеет двойственную правовую природу: оно реализуется, с одной стороны, как мера оперативного воздействия, с другой стороны, как средство обеспечения исполнения обязательств.

Как мера оперативного воздействия удержание не требует предварительного письменного оформления, оно реализуется только после нарушения прав кредитора без обращения в юрисдикционные органы. Хотя следует отметить, что ст. 329 ГК РФ формально указывает на необходимость заключения соглашения об удержании, но при системно-юридическом анализе гл. 23 ГК РФ можно сделать вывод, что предварительного соглашения о применении удержания не требуется: § 4 гл. 23 ГК РФ указывает лишь на основание применения удержания — неисполнение обязательства и возможные действия кредитора. Удержание имущества должника, по сути, есть допускаемое законом неисполнение обязанности по передаче вещи от одной стороны другой стороне обязательства в случае неисполнения последней своей обязанности, предусмотренной договором. Применение же остальных средств обеспечения исполнения обязательств предусматривает предварительное письменное оформление: неустойка (ст. 331 ГК РФ), залог (ст. 339 ГК РФ), поручительство (ст. 362 ГК РФ), банковская гарантия (ст. 368 ГК РФ), задаток (ст. 380 ГК РФ). Причем несоблюдение письменной формы в большинстве случаев влечет недействительность соглашения о применении средства обеспечения исполнения обязательства. В правовом регулировании удержания имущества отсутствуют нормы о предварительном письменном оформлении удержания и о последствиях несоблюдения письменной формы соглашения об удержании. Стороны основного обязательства могут в своем соглашении лишь исключить применение удержания в качестве средства обеспечения исполнения основного обязательства (ч. 3 ст. 359 ГК РФ).

На стадии применения удержания имущества как меры оперативного воздействия цель применения удержания — понудить должника к надлежащему исполнению обязательства. При этом о надлежащем исполнении обязательства следует говорить условно, не в смысле ст. 309 ГК РФ <1>, так как применение удержания является реакцией кредитора на нарушение его прав и соответственно ненадлежащее исполнение либо неисполнение корреспондирующих с этими правами обязанностей. Удержание может обеспечивать только основное обязательство, вопрос о возможности обеспечения удержанием акцессорных обязательств в законодательстве не решен, хотя нет каких-либо серьезных теоретических препятствий для реализации возможности обеспечения удержанием имущества, допустим, обязанности по уплате неустойки.

———————————

<1> Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

 

Средством обеспечения исполнения обязательств удержание становится после реализации права кредитора на обращение взыскания на удерживаемое имущество в порядке ст. 360 ГК РФ. В идеале применение удержания создает тот же эффект, что и надлежащее исполнение обязательства, в принципе уже без активного участия должника, но с учетом компенсации кредитору понесенных издержек. По сути удержание является акцессорным обязательством, в этом его сходство со средствами обеспечения исполнения обязательств. Удержание имущества как правовое средство обеспечения исполнения обязательств также может иметь разные цели: получение объекта основного обязательства (что можно назвать основной целью) или же компенсацию нарушенного права (так называемая суррогатная цель). Все опять же зависит от предмета обеспечения, а также от правового статуса субъекта обязательства. Так, если предметом обеспечения выступает обязанность передать денежные средства (т.е. оплатить товар, работу и т.п.), то основная цель применения правового средства обеспечения исполнения обязательств — получение денежных средств. Подобно этому если объектом удержания выступает вещь, а цель кредитора — получение денежных средств, то вполне логично выглядит продажа объекта удержания в порядке, предусмотренном для реализации объекта залога (т.е. с публичных торгов). В этом случае путем реализации прав по акцессорному обязательству достигается цель участия кредитора в основном обязательстве — получение денежных средств с учетом издержек кредитора на исполнение акцессорного обязательства. Если же предметом обеспечения удержанием выступает обязанность передать вещь, то кредитор, реализуя права на продажу объекта, предусмотренные удержанием, никогда не достигнет цели исполнения обязанности должника в основном обязательстве — получения вещи. Это связано с тем, что, организуя публичные торги для реализации объекта удержания, кредитор выступает продавцом, а цель участия продавца в обязательстве купли-продажи — получение денежных средств. Поэтому в этом случае можно говорить лишь о достижении суррогатной цели — компенсации в денежной форме нарушенного права кредитора. А эта экономическая цель при удержании денежных средств может быть достигнута и без проведения публичных торгов.

Применительно к реализации прав потребителя в потребительских отношениях удержание имущества в традиционном его понимании неприменимо. Это связано с тем, что согласно ч. 1 ст. 359 ГК РФ удержание вещи применяется лишь для обеспечения исполнения денежной обязанности. В договорах с участием потребителя основная обязанность потребителя — уплатить деньги за товар (работу, услугу). Учитывая, что удержанием своего имущества исполнение своей же обязанности обеспечиваться не может, в договорах с участием потребителя удержание имущества может применить только контрагент потребителя для обеспечения исполнения обязанности потребителя уплатить деньги. Потребитель, если исходить из буквального толкования ч. 1 ст. 359 ГК РФ, подобной возможностью не обладает.

Помимо всего прочего мы убеждены, что законодательство о защите прав потребителей должно не только защищать интересы собственно потребителей, но и в определенной мере должно учитывать интересы и иных субъектов потребительских отношений — изготовителей, исполнителей и продавцов, а также уполномоченных ими организаций, которые также заслуживают внимания. Законодательство о защите прав потребителей должно избрать путь, по которому в определенный исторический момент пошло трудовое право: изначально эта отрасль законодательства была направлена исключительно на защиту интересов работников, но впоследствии законодатель несколько отошел от этой цели, получили законодательное закрепление правовые нормы, защищающие интересы работодателя (например, ст. 70, ч. 3 ст. 72.2, ч. 3 ст. 155 действующего Трудового кодекса РФ <1> и т.д.). Аналогичным образом должно развиваться и законодательство о защите прав потребителей. На сегодняшний момент в законодательстве о защите прав потребителей нет правовых норм, устанавливающих какие-либо преимущества контрагентам потребителей по сравнению с гражданским законодательством, единственным правовым средством защиты прав контрагента потребителя является возмещение убытков, причем чаще всего оно реализуется в судебном порядке, если реализуется вообще. Еще одно правовое средство, которым может воспользоваться контрагент потребителя, — неустойка, установленная в ст. 395 ГК РФ (так как на потребителе по договору лежит исполнение денежной обязанности), но данное гражданско-правовое средство более-менее широко применяется лишь в одной сфере экономической деятельности — потребительском кредитовании <2>, как и применение договорной штрафной неустойки, что, по мнению ВАС РФ, является правомерным <3>. У потребителя же возможностей правового воздействия на своего контрагента, а также на иных субъектов потребительских общественных отношений намного больше.

———————————

<1> Российская газета. N 256. 2001. 31 декабря; Парламентская газета. N 2 — 5. 2002. 5 января; СЗ РФ. 2002. N 1 (ч. 1). Ст. 3.

<2> За исключением одного случая (см. Постановление Президиума ВАС РФ от 2 марта 2010 г. N 7171/09).

<3> См.: п. 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 сентября 2011 г. N 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров» // СПС «Гарант».

 

Конечно, можно сказать, что между потребителем и его контрагентом существует экономическое неравенство, нивелировать которое и призвано законодательство о защите прав потребителей. Насчет экономического неравенства сторон потребительских отношений спорить не будем, это факт, но это не оправдывает задач законодательства о защите прав потребителей, которое направлено в том числе на охрану и защиту интересов потребителей (что следует из абз. 1 преамбулы Закона РФ «О защите прав потребителей»). Например, в тех же самых трудовых отношениях тоже существует экономическое неравенство сторон трудового договора, тем не менее трудовое законодательство защищает в некоторых случаях права и интересы экономически более сильной стороны общественного отношения — работодателя. Связано это с необходимостью эффективной защиты прав работодателя. Аналогичные правовые средства, направленные на эффективную защиту и охрану прав экономически более сильной стороны общественного отношения, должны быть предусмотрены и законодательством о защите прав потребителей.

В законодательстве о защите прав потребителей в принципе прямо предусмотрено применение лишь одного средства обеспечения исполнения обязательств — неустойки. Однако применение некоторых гражданско-правовых средств правового обеспечения, поименованных в ГК РФ, может оказаться также достаточно эффективным в правовом регулировании отношений с участием потребителей. К таким правовым средствам можно отнести задаток.

Задаток как средство обеспечения исполнения обязательств известен еще с давних времен. Во времена римского права задаток, в качестве которого определенная сумма денег или иная ценная вещь передавалась одной стороной другой стороне в момент заключения договора <1>, выступал доказательством факта заключения договора, а также выполнял функцию обеспечения надлежащего исполнения обязательства сторонами. В случае нарушения обязательства сторона, давшая задаток, теряла его, а сторона, получившая задаток, должна была возвратить его в двойном размере. Уже на тот момент задаток являлся достаточно эффективным средством обеспечения исполнения обязательств, так как в то же время обеспечивал исполнение обязанности каждой из сторон договора (например, в договоре купли-продажи задатком обеспечивается как обязанность покупателя оплатить товар, так и обязанность продавца передать товар). Залог, удержание имущества должника или поручительство обеспечивали (и обеспечивают) лишь обязанность одной из сторон: в указанном примере залогом или поручительством может обеспечиваться только исполнение обязанности продавца передать товар либо только исполнение обязанности покупателя оплатить товар, но не исполнение обеих обязанностей сразу.

———————————

<1> Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского. М.: Юристъ, 2004. С. 194.

 

Вопрос о возможности обеспечения тем или иным правовым средством обеспечения исполнения обязательств обязательства в целом или только обязанности одной из сторон договора приобретает актуальный характер при рассмотрении вопроса о практической реализации различных правовых средств обеспечения исполнения обязательств. Если с правовыми средствами, обеспечивающими исполнение обязанности контрагента по договору, все более-менее ясно — они могут применяться для обеспечения обязанностей практически во всех обязательствах: односторонних, двусторонних и многосторонних сделках, то с правовыми средствами, обеспечивающими исполнение обязательства в целом, не все так просто.

Правовые средства, обеспечивающие исполнение обязанности контрагента, могут применяться практически во всех обязательствах. Например, поручительство — правовое средство, обеспечивающее исполнение обязанности контрагента по договору. Оно может эффективно выполнять свою обеспечительную функцию, например, в вексельном обязательстве (которое является односторонней сделкой), купле-продаже (которая является двусторонней сделкой), даже в договоре простого товарищества (который является многосторонней сделкой). Во всех этих обязательствах поручительство как средство обеспечения исполнения обязанности контрагента может применяться с одинаковым успехом. Это становится возможным благодаря предмету обеспечения — обязанности. Обязанность контрагента является элементом правоотношения, которое является внешней формой выражения реализации правовых норм, составляющих обязательство. При реализации норм, составляющих то или иное обязательство, может возникать одно, два или более правоотношения, поэтому правовое средство, обеспечивающее исполнение обязанности контрагента по договору, может применяться при исполнении практически всех обязательств, в том числе односторонних, двухсторонних и многосторонних сделок. Аналогично можно рассматривать и возможность применения иных средств обеспечения исполнения обязанностей контрагента — банковской гарантии, залога, в определенных случаях и неустойки.

Средства обеспечения исполнения обязательства в целом имеют более узкую сферу применения — они могут обеспечивать лишь исполнение двусторонних и многосторонних сделок. Это объясняется тем, что предметом обеспечения в этих правовых средствах выступают сразу все основные обязанности контрагентов (например, в купле-продаже задатком может обеспечиваться обязанность продавца передать товар одновременно с обязанностью покупателя этот товар оплатить, эти две обязанности образуют основные обязанности контрагентов обязательства, именуемого куплей-продажей). Причем исполнение данных обязанностей должно носить встречный характер, т.е. исполнение одной обязанности должно обусловливаться исполнением другой обязанности или наоборот (что определяется в каждом конкретном случае индивидуально). Например, в упомянутой купле-продаже обязанность продавца передать товар обусловливается обязанностью покупателя этот товар оплатить или наоборот: обязанность покупателя оплатить товар обусловливается обязанностью продавца этот товар передать. Обусловленность исполнения обязанностей определяется сторонами по их усмотрению, но сущности обязательства это не изменяет. Наличие взаимообусловленных обязанностей и характеризует двусторонние сделки, эти обязанности не могут существовать в отрыве друг от друга. То есть они образуют единое целое нормативное отражение общественного отношения, исполнение которого и обеспечивается средством обеспечения исполнения обязательств. К таким средствам обеспечения исполнения обязательств можно отнести задаток и в определенных случаях неустойку. Причем специфика предмета задатка состоит в том, что одна из обязанностей должна быть денежной (для обеспечения реализации платежной функции задатка), а обеспечиваемых обязанностей — только две, причем исполнение денежной обязанности должно обусловливать исполнение оставшейся части обязательства. Если же исполнение неденежной обязанности обусловливает исполнение денежной обязанности, то смысл применения задатка теряется: неденежная обязанность уже исполнена, денежная обязанность исполняется, поэтому в этом случае задаток обеспечивает исполнение лишь денежной обязанности, что не соответствует природе задатка.

Задаток также не может обеспечивать исполнение односторонних сделок (вексельное обязательство, облигацию и т.п.), так как в них отсутствует принцип взаимообусловленности исполнения обязанностей. В противном случае возникает ситуация, когда одну из обязанностей обеспечить задатком невозможно: ее обязательство вообще не предусматривает. Обеспечительная функция задатка будет реализована не в полной мере. В этом плане неустойка как средство обеспечения исполнения обязательств носит универсальный характер: она может обеспечивать односторонние, двусторонние и многосторонние сделки — все зависит от формулировок соглашения о неустойке.

На протяжении достаточно длительного времени правовое регулирование соглашений о задатке практически не изменялось <1>. В российском имущественном обороте задаток широко применялся для обеспечения самых разных обязательств: «Задаток имеет в русском быту громадное значение, каким он далеко не пользуется на Западе» <2>.

———————————

<1> Другое дело, что в разных правовых системах существуют различные взгляды на задаток, но об этом ниже.

<2> Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изд. 1907 г.) / Вступ. ст. Е.А. Суханова. М.: Спарк, 1995. С. 291.

 

В настоящее время в гражданском обороте задаток как средство обеспечения исполнения обязательств используется (например, в сфере купли-продажи недвижимости), но при этом возникает целый ряд проблемных вопросов при применении норм о задатке (например, возможность обеспечения задатком предварительного договора, вообще обязательств, в которых не предусматривается передача денег; может ли задаток выступать в определенных случаях в качестве отступного и т.д.). Однако как таковой обобщенной судебной практики по данным вопросам нет.

Тем не менее Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ 22 июля 2008 г. было вынесено Определение по делу N 53-В08-5, в котором Верховный Суд РФ оставил в силе ранее вынесенные по делу решения. Особенность дела в том, что между гражданами был заключен предварительный договор, по которому они обязались в определенный срок заключить договор купли-продажи квартиры; договор включал также соглашение о задатке. Несостоявшийся покупатель обратился с иском в суд о взыскании двойной суммы задатка со своего контрагента, по вине которого не состоялась сделка. Суд иск удовлетворил, и с ответчика была взыскана двойная сумма задатка. Следует отметить, что задатком обеспечивались лишь обязанности сторон предварительного договора заключить в будущем договор купли-продажи квартиры, но никак не обязанность продавца передать товар и обязанность покупателя оплатить товар.

Норма ч. 2 ст. 381 ГК РФ действительно предусматривает, что сторона, получившая задаток (в данном случае это будущий продавец), обязана в случае неисполнения договора по ее вине вернуть другой стороне (в данном случае несостоявшемуся покупателю) сумму задатка в двойном размере. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ решила, что Гражданский кодекс РФ не исключает возможности применения задатка как правового средства обеспечения исполнения обязанностей сторон предварительного договора. Учитывая, что дела о защите прав потребителей подведомственны судам общей юрисдикции, думается, что позиция судов общей юрисдикции по данной категории дел будет именно такой. Можно в качестве лирического отступления отметить, что суды общей юрисдикции рассматривают практически однотипные гражданские дела, связанные с задатком, — в подавляющем большинстве случаев это как раз споры, вытекающие из договора купли-продажи недвижимости (жилых и нежилых помещений, гаражей и т.п.) <1>.

———————————

<1> См., например: решение Еманжелинского районного суда Челябинской области от 1 апреля 2010 г.; решение Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от 1 сентября 2008 г.; решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 9 июля 2008 г. по делу N 2-1171/2008; решение Октябрьского районного суда г. Мурманска от 20 октября 2008 г.; решение Киржачского районного суда Владимирской области от 27 марта 2009 г. и др.

 

Однако следует отметить, что задаток может обеспечивать лишь договорное обязательство, в котором предусматривается передача денег (например, договор купли-продажи, аренды, подряда и т.п.); обязательств, в которых не предусматривается передача денег, задаток обеспечивать не может (например, договор мены) в силу наличия платежной функции задатка, которая может быть реализована, только если обязательство предусматривает передачу денег. При этом игнорировать данное обстоятельство нельзя, так как платежная функция определяет существо и эффективность обеспечительной функции — денежную сумму, которая и будет выступать в качестве средства обеспечения исполнения обязанностей контрагентов договора. Именно поэтому задаток не может обеспечивать исполнение обязанностей контрагентов предварительного договора, так как предварительный договор не порождает денежных обязательств, на что неоднократно указывали арбитражные суды. Так, ФАС Западно-Сибирского округа в Постановлении от 1 марта 2007 г. по делу N Ф04-644/2007(32025-А70-17) указал, что соглашение о задатке является недействительным <1> согласно ст. 168 ГК РФ, а переданная денежная сумма является предварительной оплатой. Разумеется, обязанности, вытекающие из предварительного договора, могут обеспечиваться иными средствами обеспечения — например, поручительством, залогом или удержанием имущества должника (по обязательствам, вытекающим из предпринимательской деятельности).

———————————

<1> Аналогичная позиция также отражена в Постановлениях ФАС Волго-Вятского округа от 21 января 2008 г. N А11-5927/2006-К1-1/148, ФАС Восточно-Сибирского округа от 25 сентября 2008 г. N А19-7385/07-Ф02-4435/08, ФАС Московского округа от 28 мая 2008 г. N КГ-А40/4456-08 и др.

 

С платежной функцией задатка связано еще одно обстоятельство — возможность реализации прав кредитора по задатку. Данная возможность возникает у стороны договора в случае неисполнения другой стороной взятых на себя обязанностей, исполнение которых обеспечивалось задатком. Согласно ч. 2 ст. 381 ГК РФ если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, то он остается у другой стороны; если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, то она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка. Очевидно, что если сторона договора, обязанная уплатить деньги, уплачивает часть денег в качестве задатка (в силу наличия у задатка платежной функции), то считается, что она уже исполнила частично свою обязанность по передаче денег. Отсюда следует, что обязанность одной из сторон договора частично исполнена, поэтому говорить о неисполнении договора данной стороной уже не приходится. Под неисполнением обязанности следует, наверное, понимать непринятие обязанной стороной каких-либо мер для исполнения возложенной на нее обязанности, даже в целях хотя бы частичного исполнения обязанности (по сути полное игнорирование возложенных обязанностей). А отсюда следует, что у контрагента стороны, давшей задаток, в принципе не может возникнуть права оставить сумму задатка за собой в случае неисполнения договора этой стороной, если сумма задатка уже внесена (т.е. обязанность частично исполнена). Во всяком случае такое заключение напрашивается из буквального толкования ст. 380, 381 ГК РФ.

Но данный вывод представляется не совсем правильным. Задаток обеспечивает исполнение обязанностей всех сторон договора, поэтому словосочетание «неисполнение договора», употребляемое в ст. 381 ГК РФ, следует понимать по-разному применительно к разным сторонам договора. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка. В данном случае словосочетание «неисполнение договора» употребляется в традиционном для гражданского права понимании. Если же речь идет об ответственности за неисполнение договора стороной, давшей задаток, то здесь словосочетание «неисполнение договора» употребляется в значении ненадлежащего исполнения обязательства, а не неисполнения обязательства (так как обязанность стороны уплатить деньги уже частично исполнена уплатой суммы задатка). Поэтому у стороны, получившей задаток, возникает право оставить задаток за собой в случае ненадлежащего исполнения договора стороной, давшей задаток, а не в случае неисполнения договора, как это следует из буквального толкования норм Гражданского кодекса РФ о задатке (так как подобная ситуация невозможна в принципе, если сумма задатка как часть цены договора уже внесена).

При этом в научной литературе также не сложилось единого мнения о возможности применения задатка для обеспечения обязанностей, вытекающих из предварительного договора. Профессор К.И. Скловский полагает, что предварительный договор может обеспечиваться задатком <1>, аналогичной позиции придерживаются М.И. Брагинский и В.В. Витрянский <2>. Другие исследователи не разделяют данного мнения и указывают, что задаток может обеспечивать лишь обязательство по уплате денежной суммы по заключенному договору <3>.

———————————

 

КонсультантПлюс: примечание.

Монография К.И. Скловского «Собственность в гражданском праве» включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2010 (5-е издание, переработанное).

 

<1> Скловский К.И. Собственность в гражданском праве: Учебно-практическое пособие. 3-е изд. М.: Дело, 2002. С. 476.

<2> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. С. 602.

<3> Настольная книга судьи по гражданским делам / Под ред. Н.К. Толчеева. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ТК «Велби»; Проспект, 2008. С. 319.

 

В целом отсутствие единого понимания сущности задатка в теории и на практике не способствует широкому распространению данного средства обеспечения исполнения обязательств, несмотря на его огромный потенциал.

Особенно эффективным может оказаться применение задатка как правового средства обеспечения реализации прав потребителя в потребительских отношениях для обеспечения права потребителя на получение товаров (работ, услуг) надлежащего качества, тем более что нет никаких серьезных теоретических препятствий для применения задатка в данной сфере. Учитывая, что основная обязанность потребителя в любом потребительском договоре — уплатить деньги, а не продать товар, выполнить работу или оказать услугу, то задаток будет эффективным средством обеспечения прав потребителя: в случае неисполнения контрагентом потребителя своих обязанностей у потребителя возникает право требования двукратной суммы задатка при условии, что потребитель сначала платит деньги, а потом получает товар (результат работы, оказание услуг). Это также соответствует общей охранительной концепции законодательства о защите прав потребителей, так как потребитель является экономически более слабой стороной договора. Исходя из этого, на наш взгляд, будет эффективным и найдет широкое применение на практике введение в законодательство о защите прав потребителей презумпции задатка в случаях, когда на потребителя возлагаются обязанности по предварительной оплате товаров, работ, услуг. Разумеется, данная презумпция должна носить неопровержимый характер, так как многие договоры с участием потребителя являются договорами присоединения (ст. 428 ГК РФ), поэтому контрагент потребителя может указать в договоре, что сумма предоплаты является авансом. Наличие подобной возможности сводит на нет обеспечительные возможности презумпции задатка.

В отличие от норм гражданского законодательства (ст. 380, 381 ГК РФ), которые в принципе исключают презумпцию задатка в гражданско-правовых обязательствах через требование простой письменной формы соглашения о задатке независимо от суммы задатка и требований к форме обеспечиваемого договорного обязательства, в договорных обязательствах с участием потребителей наличие подобной презумпции вовсе не выглядит таким уж нереальным.

Поэтому и основным средством обеспечения исполнения договорных обязательств, нормативно закрепленным и применяемым в отношениях с участием потребителя, является законная неустойка, которая всегда является денежным обязательством. Причем данное правовое средство нормативно закреплено таким образом, что обеспечивает реализацию прав только лица, в чьи обязанности входит уплата денег (т.е. потребителя). Кроме того, законная неустойка как правовое средство может применяться и при отсутствии письменного соглашения, что невозможно при применении «обычной» договорной неустойки.

Можно предположить, что определенным препятствием использования задатка в потребительских отношениях является также специфика гражданско-правовой ответственности хозяйствующего субъекта в потребительских отношениях — она носит явно карательный характер по сравнению с гражданско-правовой ответственностью в гражданско-правовых отношениях (т.е. неустойка взыскивается сверх убытков как штраф за неудовлетворение законных требований потребителя и т.п.). В гражданско-правовых отношениях сумма, получаемая кредитором при реализации прав по задатку, засчитывается в счет убытков. При нормативном регулировании потребительских отношений данный вопрос не урегулирован, хотя денежная сумма, получаемая потребителем в качестве неустойки, в счет убытков не засчитывается (ч. 2 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей»). Очевидно, что вопрос о соотношении денежной суммы, получаемой кредитором при реализации прав по задатку, и убытков в отношениях с участием потребителей должен решаться аналогично в силу общей правовой природы задатка и денежной неустойки: данные обязательства по своей правовой природе являются денежными. То есть двукратная сумма задатка, на которую вправе рассчитывать потребитель исходя из концепции применения обеспечительных средств в отношениях с участием потребителя, не должна засчитываться в счет убытков, причиненных потребителю неисполнением обязанностей контрагента. Однако при этом, скорее всего, исключается взыскание законной неустойки, так как в противном случае должник будет нести два вида гражданско-правовой ответственности за одно и то же нарушение прав потребителя <1>.

———————————

<1> Разумеется, если не рассматривать возмещение убытков как вид гражданско-правовой ответственности.

 

В действующей редакции Закона РФ «О защите прав потребителей» присутствует ст. 23.1, регулирующая сходные экономические отношения: в ней нормативно закрепляются правовые средства реализации прав потребителя в случае нарушения продавцом обязанности передать предварительно оплаченный товар. Появление подобной нормы в данном Законе во многом связано с фактом наличия многочисленных нарушений прав потребителей при покупке предварительно оплаченного товара. Факт наличия подобных нарушений предопределил появление необходимых изменений в Законе РФ «О защите прав потребителей», регулирующих существо правоотношений при покупке предварительно оплаченного товара и предупреждающих возникновение нарушений в данной области правоотношений <1>.

———————————

<1> Иванова Н.Ю., Игнатова Е.А., Шевченко М.А. Комментарий к Закону РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» // СПС «Гарант». 2008.

 

Денежная сумма, которую вносит потребитель в качестве предоплаты за товар, является авансом. Единственным средством обеспечения исполнения обязательства является законная неустойка (пени) в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара за каждый день просрочки. Для сравнения: если цена товара составляет 10 тыс. руб. и эта сумма была уплачена полностью в качестве предоплаты, то неустойка будет ежедневно увеличиваться лишь на 50 руб., причем с перспективой ее уменьшения в судебном порядке согласно норме ст. 333 ГК РФ.

На наш взгляд, для более эффективной реализации прав потребителя при предварительной оплате им товара (да и не только в договорах розничной купли-продажи) необходимо, чтобы денежная сумма, которую платит потребитель до передачи ему товара (результата работы, оказания услуги), признавалась не авансом, а задатком. В мировой практике есть подобный пример: ст. 908 Австрийского гражданского уложения, устанавливающая презумпцию задатка <1>. Но задаток в австрийском и российском праве имеет ряд существенных различий: в австрийском праве отсутствуют специальные требования к предмету задатка (т.е. предметом могут быть как вещь, так и деньги), задаток является способом ограничения ответственности (т.е. кредитор по основному обязательству вправе требовать возмещения убытков или оставить за собой задаток), задаток как отступное возможен, если это прямо предусмотрено договором, но, если договор не исполнялся, при частичном исполнении договора отступное невозможно. Платежная функция задатка, в отличие от российского права, не рассматривается как основная. Штрафная функция задатка (т.е. возможность взыскания двукратной суммы) не рассматривается вообще. Аналогичным образом регулируются отношения в сфере применения задатка и в английском праве, но в отличие от австрийской модели задаток не может выполнять функцию отступного, поэтому не исключает требования о возмещении убытков, не покрытых задатком <2>. В концепции законного задатка в потребительских договорных отношениях платежная и штрафная функции являются основополагающими.

———————————

<1> Ермошкина М.Ф. Задаток: понятие, правовая квалификация, отдельные виды и сфера применения: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2006. С. 36.

<2> Там же. С. 37 — 38.

 

Задаток является денежным обязательством, потребитель, уплачивая сумму задатка, установленную контрагентом, эффективно обеспечивает реализацию своих прав возможностью взыскания двукратной суммы задатка. Причем в отличие от неустойки на задаток формально не распространяется норма ст. 333 ГК РФ, согласно которой суд вправе уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Данная норма в определенной степени нивелирует карательный характер законной неустойки в потребительских отношениях. На отношения по задатку данная норма не распространяется, так как задаток в ней не назван, двукратная сумма задатка не является неустойкой. Поэтому задаток можно рассматривать как эффективное средство обеспечения исполнения обязательств с участием потребителей в смысле невозможности распространения на него нормы ст. 333 ГК РФ. Хотя в теории иногда предлагается распространить действие правовой нормы, установленной в ст. 333 ГК РФ, и на возможность взыскания двукратной суммы задатка <1>, более того, подобная позиция находит свое выражение и в практике <2>, она также отражена в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. N 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» <3>.

———————————

<1> Соломкина Д.Я. Задаток по российскому гражданскому праву: Дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2007. С. 10.

<2> Постановление ФАС Московского округа от 21 июня 2000 г. N КГ-А40/2496-00.

<3> СПС «Гарант».

 

Данная дискуссия — предмет отдельного научного исследования, мы же укажем лишь на тот факт, что правовая норма, установленная в ст. 333 ГК РФ, распространяет свое действие только на правоотношения по принудительному взысканию неустойки.

Конечно, применение задатка как правового средства обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства требует соблюдения простой письменной формы соглашения о задатке. Аналогично сформулировано и общее правило о применении неустойки для обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств. Но в отношениях с участием потребителей письменной формы соглашения о неустойке не требуется, неустойка как правовое средство обеспечения исполнения обязанностей контрагента потребителя существует в силу заключения потребительского договора. Это замечание относится ко всем средствам правового обеспечения прав потребителей.

В принципе по аналогии может быть решен вопрос и с задатком: денежная сумма, уплачиваемая потребителем в качестве предоплаты за товар, теоретически (да и практически) может признаваться задатком. В этом случае мы имеем дело со своеобразной правовой конструкцией законного задатка (по аналогии с законной неустойкой) <1>. Нормативно-правовое регулирование этой правовой конструкции можно представить по аналогии с законной неустойкой: письменной формы соглашения о возможности применения данного правового средства не требуется, эта возможность существует в силу предварительной оплаты потребителем товара (работы, услуги), которая всегда оформляется письменно. В случае неисполнения обязанностей со стороны потребителя сумма задатка остается у контрагента потребителя; в случае неисполнения обязанностей со стороны контрагента потребителя он обязан вернуть задаток потребителю в двойном размере.

———————————

<1> Подробнее об этом см.: Баранов С.Ю. Задаток как правовое средство реализации прав потребителя: некоторые проблемы практики применения // Гражданское право. 2010. N 2.

 

Следует отметить, что конструкция законной неустойки предусматривает все существенные условия соглашения о неустойке: предмет (т.е. обязательство или обязанность, которые обеспечиваются применением этого правового средства) и цена (т.е. ставка или иным образом определенная денежная сумма, которая взыскивается лицом, в пользу которого установлено данное правовое средство, в случае нарушения его прав). В отличие от законной неустойки правовая конструкция законного задатка не предусматривает нормативного установления цены (т.е. размера денежных средств, передаваемых в качестве задатка), да и не может этого предусматривать — в каждом конкретном случае сумма задатка (кроме того, эта же сумма является и предоплатой) определяется индивидуально <1>. Здесь даже не имеет принципиального значения то обстоятельство, что в договорах на выполнение работ окончательная цена может быть и не известна на момент заключения договора, самое главное — определить сумму предоплаты.

———————————

<1> Причем определяется контрагентом потребителя, так как договор с участием потребителя, скорее всего, будет договором присоединения, т.е. все условия договора будут определяться контрагентом потребителя.

 

Нормы о задатке не могут устанавливать конкретное процентное соотношение суммы задатка и цены договора для всех без исключения случаев реализации этих норм. Этот вывод следует из буквального толкования ч. 1 ст. 380 ГК РФ, в которой понятие «договор» используется в смысле совокупности правоотношений, объединенных общей социально-экономической целью. То есть в ч. 1 ст. 380 ГК РФ законодатель обозначает термином «договор» конкретное общественно-экономическое отношение, облеченное в правовую форму, урегулированное ею, а не некую юридическую модель договорного общественного отношения.

Невозможность нормативного установления процентного соотношения суммы задатка и цены договора не является серьезным препятствием: денежная сумма, вносимая потребителем в качестве предоплаты за товар, вполне может определять и существенное условие правовой конструкции законного задатка — цену (т.е. размер денежных средств, передаваемых в качестве задатка). Внесение денежных средств в этом случае всегда оформляется письменно в силу требований налогового законодательства <1> и законодательства о бухгалтерском учете <2>, которое в обязательном порядке действует в отношении контрагента потребителя.

———————————

<1> См., например: ст. 313, 346.24 НК РФ и др.

<2> Статья 9 Федерального закона от 21 ноября 1996 г. N 129-ФЗ «О бухгалтерском учете». Документ утратил силу с 1 января 2013 г. в связи с принятием Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (СЗ РФ. 2011. N 50. Ст. 7344). В новом Законе аналогичное правило устанавливается нормами ст. 5 и 9.

 

Поэтому вполне возможно нормативное закрепление презумпции задатка в правовом регулировании договорных отношений с участием потребителей, может быть, в качестве альтернативного законной неустойке правового средства обеспечения исполнения обязательств, а может быть, в качестве своеобразного способа покрытия убытков, возникших у потребителя в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) своих обязанностей контрагентом потребителя. Имеется в виду, что, взыскивая двукратную сумму задатка со своего контрагента, потребитель тем самым компенсирует свое нарушенное право в качестве возмещения понесенных убытков. Кроме того, данное правовое средство при применении его для возмещения убытков вовсе не исключает применение законной неустойки для соответствующих видов договорных отношений. Тем более если рассматривать этот вопрос с процессуальной точки зрения, то перечень обстоятельств, подлежащих установлению по требованию о взыскании двукратной суммы задатка, меньше, чем при рассмотрении требования о взыскании убытков.

С другой стороны, конечно, существует возможность оставления суммы задатка у контрагента потребителя при неисполнении потребителем взятой на себя обязанности по оплате. При этом контрагент потребителя, рассчитывая на добросовестное исполнение потребителем своих обязанностей, также несет некоторые убытки <1>. Поэтому конструкцию законного задатка вполне можно рассматривать и как правовое средство охраны прав контрагента потребителя — при неисполнении потребителем своих обязанностей по договору контрагент потребителя вправе оставить сумму внесенной в качестве задатка предоплаты за собой, разумеется, с зачетом этой суммы в убытки, причиненные неисполнением договора потребителем. Тем более «создание дополнительных правовых гарантий не должно влечь умаления прав других участников договора, которые также вправе рассчитывать на справедливую защиту своих интересов» <2>.

———————————

<1> Во всяком случае это предполагается — любое нарушение субъективного гражданского права влечет причинение ущерба субъекту. Восстановление положения, существовавшего до нарушения права, требует затрат ресурсов (материальных, временных, человеческих). Другое дело, что эти затраты порой недоказуемы.

<2> Дашко А.В. Теоретико-прикладное моделирование договорных отношений с участием потребителей: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 4.

 

Подобное положение дел означает отход от традиционной направленности законодательства о защите прав потребителей, которое наделяет только потребителя особыми правами как экономически более слабую сторону. Тем не менее подобный подход к законодательству о защите прав потребителей уже находит свое отражение в судебной практике. Так, закрытое акционерное общество «Коммерческий банк «Русский Банк Развития» обратилось в суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека о привлечении банка к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ (включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя). Основанием для привлечения банка к административной ответственности являлось включение в кредитный договор в том числе и условия о взыскании с потребителя неустойки за просрочку потребителем погашения кредита.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ по данному делу (N А40-10023/08-146-139) принял 2 марта 2010 г. Постановление N 7171/09 <1>, согласно которому включение в кредитный договор с потребителем условия о взыскании с потребителя неустойки за просрочку потребителем погашения кредита не ущемляет его прав по сравнению с действующим законодательством. Это вполне можно назвать отходом от традиционной охранительной концепции прав потребителя в законодательстве о защите прав потребителей <2>.

———————————

<1> http://www.arbitr.ru/bras.net/f.aspx?id_casedoc=l_l_38471bf0-4604-457d-b665-d8484c550bd9

<2> Подробнее об этом см.: Баранов С.Ю. Роль судебной практики в правовом регулировании потребительских отношений // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 9.

 

Законный задаток будет психологически побуждать добросовестно исполнять свои обязанности по договору не только контрагента потребителя, но и самого потребителя, что обеспечивает реализацию принципа добросовестности участников отношений с участием потребителя, который был предложен Е.В. Вавилиным <1>.

———————————

<1> Вавилин Е.В. Осуществление и защита прав потребителей: принцип добросовестности // Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. N 5.

 

Также вполне возможно злоупотребление правом оставления суммы внесенного задатка за собой со стороны контрагента потребителя. Имеется в виду, что неисправный контрагент может оставить сумму внесенного задатка за собой, не исполняя основного обязательства. В этом случае добросовестному потребителю придется обращаться в правоохранительные органы для защиты своих прав. Здесь необходимо учитывать то, что право на оставление суммы задатка возникнет у контрагента только при неисполнении потребителем обязанности по уплате оставшейся части денежных средств. А эта обязанность в свою очередь возникает либо одновременно с исполнением обязанности контрагента по передаче товара (выполнению работ, оказанию услуг), либо после нее. То есть с точки зрения развития договорного отношения сначала осуществляется предоплата, а потом передается товар, выполняется работа, оказывается услуга. Если предоплата составляет не 100%, то одновременно с передачей товара, сдачей результата работы или сразу после этого происходит окончательный взаиморасчет сторон договора. Отсюда следует, что право на оставление суммы задатка за собой возникнет у контрагента потребителя только после исполнения обязанности по передаче товара, результата работы. Соответственно, и злоупотребление правом на оставление суммы задатка за собой возможно только после наступления указанных обстоятельств, причем необходимым условием злоупотребления должно быть неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей со стороны контрагента потребителя. Если же договор исполняется надлежащим образом, то о злоупотреблении говорить не имеет смысла. При неисполнении контрагентом потребителя обязанностей по договору у потребителя возникает право как минимум требовать исполнения обязанности по договору, при этом исходя из концепции законного задатка двукратная сумма удержанной предоплаты будет являться штрафом за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору, которую потребитель также вправе потребовать. Поэтому можно сказать, что злоупотребление правом на удержание суммы предоплаты со стороны контрагентов потребителя маловероятно, так как в этой ситуации в любом случае будет нарушаться и договор с потребителем, что является существенным нарушением прав потребителя и влечет для контрагента очень серьезные санкции. Проще говоря, во-первых, само по себе требование о возврате суммы предоплаты потребителем никогда заявляться не будет без требования, вытекающего из неисполнения или ненадлежащего исполнения договора с потребителем, и, во-вторых, коль скоро потребитель является субъектом, осуществляющим предоплату, то он вправе потребовать в этом случае, исходя из концепции законного задатка, двукратную сумму предоплаты.

Правда, следует учитывать, что 100-процентная предоплата исключает из предмета обеспечения задатка обязанность по оплате, так как она уже исполнена надлежащим образом и соответственно обеспечивать ее исполнение не имеет смысла. Обязанность по оплате исполнена, и обеспечивать ее исполнение невозможно. В этом случае задаток, очевидно, обеспечивает лишь исполнение обязанности по встречному предоставлению (т.е. передачу товара, выполнение работы, оказание услуги). Исполнение этой обязанности в договоре с участием потребителя лежит на контрагенте потребителя. Поэтому правовая конструкция законного задатка в случае 100-процентной предоплаты будет обеспечивать исполнение обязанности только контрагента потребителя, при неисполнении обязанности по передаче товара (выполнению работы, оказанию услуги) потребитель имеет право взыскать с неисправного контрагента 200% от суммы предоплаты. Контрагент потребителя оставить за собой 100-процентную сумму предоплаты за товар (работу, услугу) в рамках реализации прав по законному задатку в принципе не может ни при каких обстоятельствах.

Определенную специфику будет иметь применение данного гражданско-правового средства в договорах на выполнение работ и оказание услуг. Как известно, заказчик в договоре подряда имеет право в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора (ст. 717 ГК РФ). Аналогичным правом обладает и услугополучатель в договоре возмездного оказания услуг (ст. 782 ГК РФ). При реализации данного права заказчик (услугополучатель) обязан компенсировать подрядчику (услугодателю) понесенные в связи с исполнением договора убытки. При применении конструкции законного задатка контрагент потребителя (подрядчик, услугодатель) вправе оставить сумму предоплаты за собой в счет возникших убытков при реализации потребителем вышеуказанного права, разумеется, если предоплата осуществлялась. В этом случае принципиальных отличий от действующего законодательства о защите прав потребителей нет: если потребитель осуществил предоплату работы или услуги, то при реализации права на односторонний отказ сумма предоплаты скорее всего останется у контрагента потребителя в счет возникших убытков.

Нужно отметить, что законодательно аналогичное законному задатку правовое средство уже закреплено: законная неустойка, установленная как правовое средство обеспечения исполнения обязательств с участием потребителя в отношениях по долевому участию в строительстве жилья и иных объектов недвижимости (которые в определенных случаях тоже бывают потребительскими), является правовым средством обеспечения исполнения обязательств. Она обеспечивает как исполнение обязанности потребителя внести денежную сумму, подлежащую уплате участником долевого строительства для строительства (создания) объекта долевого строительства, так и исполнение обязанности подрядчика (застройщика) по возведению объекта долевого строительства (п. 2 ч. 2 ст. 12.1 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» <1>). Предмет обеспечения данного вида неустойки совпадает с предметом обеспечения задатка — задаток также обеспечивает в целом исполнение обязанностей обеих сторон двусторонней сделки. Еще одним похожим правовым средством обеспечения является залог, установленный опять же в упомянутом Федеральном законе «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (ч. 1 — 3 ст. 13). Компенсация подобного рода в виде взыскания двойной суммы установлена нормой ст. 1301 ГК РФ и направлена на возмещение имущественного урона <2>. В указанных правовых нормах закреплены правовые средства, которые можно объединить общей категорией законного залога. Социально-экономической целью этих правовых средств является обеспечение исполнения обязанностей застройщика по договору о долевом участии в строительстве объекта недвижимости, т.е. они обеспечивают исполнение обязанностей застройщика по договору, но не исполнение договора в целом. Соответственно, данные правовые средства могут быть применены только участниками долевого строительства с целью компенсации нарушенного права на получение объекта договора.

———————————

<1> Российская газета. N 292. 2004. 31 декабря.

<2> Хохлов В.А. Вопросы практики применения правил о компенсации в связи с нарушением исключительных прав // Закон. 2007. N 10 (СПС «Гарант»).

 

По аналогии с данными правовыми средствами можно представить и нормативное закрепление правовой конструкции законного задатка в договорах с участием потребителя: «В случае, если продавец (исполнитель), получивший сумму предварительной оплаты в определенном договором размере, не исполнил обязанность по передаче товара (выполнению работы, оказанию услуги) потребителю в установленный таким договором срок, потребитель по своему выбору вправе потребовать:

передачи оплаченного товара, выполнения работы, оказания услуги в установленный им новый срок;

возврата двукратной денежной суммы предварительной оплаты товара (работы, услуги). Данная сумма засчитывается в счет возмещения убытков <1>.

———————————

<1> Вместо положения, закрепленного в ч. 2 ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей», согласно которому потребитель вправе требовать просто возврата суммы предварительной оплаты товара.

 

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие нарушения установленного договором срока передачи предварительно оплаченного товара (работы, услуги).

В случае нарушения потребителем сроков оплаты товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) вправе потребовать полного возмещения убытков. По соглашению сторон сумма, уплаченная потребителем в качестве задатка, может быть оставлена у продавца (исполнителя) в качестве отступного (ст. 409 ГК РФ)» <1>.

———————————

<1> Сформулировано по образу и подобию ч. 2 ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей», но с более широкой областью применения.

 

Возможность применения сторонами потребительского договора отступного в виде уплаченной потребителем денежной суммы является правовым средством прекращения договора с участием потребителя, а также отступное выступает правовым средством защиты прав сторон потребительского договора. С одной стороны, отступное освобождает потребителя от полного возмещения убытков своему контрагенту, причиненных ненадлежащим исполнением своей обязанности по уплате денег. С другой стороны, контрагент потребителя освобождается от взыскания убытков, которое подразумевает, скорее всего, существенные материальные затраты — предъявление иска по месту нахождения потребителя, доказывание убытков и т.п. Причем доказывание убытков зачастую бывает проблематично. То есть отступное в данном случае выступает более простым с экономической точки зрения способом компенсации нарушенных прав контрагента потребителя, нежели возмещение убытков: ранее уплаченная потребителем денежная сумма просто остается у контрагента потребителя. Никаких обращений в юрисдикционные органы, никаких процедур по доказыванию отступное как правовое средство не предусматривает.

Также косвенно на возможность существования правовой конструкции законного задатка указывает и норма ч. 2 ст. 711 ГК РФ: «Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда». Конечно, единственный случай, когда подрядчик вправе реализовать права, предусмотренные ч. 2 ст. 711 ГК РФ, — это ст. 735 ГК РФ, но в ней указывается только на аванс, и то выдаваемый подрядчику по соглашению сторон договора подряда. Задаток также выдается по соглашению сторон, в том числе и в договоре подряда. А как же право подрядчика требовать выплаты ему аванса или задатка «в случаях и в размере, указанных в законе»? Законодательство подобной возможности не содержит, но и не исключает ее, поэтому вполне возможно существование правовой конструкции законного задатка и применение ее в виде правового средства обеспечения исполнения потребительского договора в целом.

Однако следует учитывать, что возможность оставления суммы задатка у одного из контрагентов или обязанность вернуть двойную сумму задатка является гражданско-правовой ответственностью за неисполнение договора, обеспеченного задатком <1>. Во всяком случае, такой вывод следует из содержания ч. 2 ст. 381 ГК РФ, в соответствии с которой сумма задатка засчитывается в счет убытков, причиненных неисполнением договора, а возмещение убытков является компенсацией нарушенного права кредитора и одним из условий освобождения должника от исполнения основной обязанности по договору.

———————————

<1> К аналогичным выводам пришла и Д.Я. Соломкина в своем диссертационном исследовании. См.: Соломкина Д.Я. Задаток по российскому гражданскому праву: Дис. … канд. юрид. наук. С. 63.

 

Гражданско-правовая ответственность контрагента потребителя за неисполнение договора наступает без вины, что является исключением из общих начал гражданско-правовой ответственности (ч. 3 ст. 401 ГК РФ), так как контрагент потребителя — это лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность на свой риск, которая направлена на систематическое извлечение прибыли. Гражданско-правовая ответственность потребителя, напротив, строится на общих началах гражданско-правовой ответственности, т.е. ответственность наступает лишь при наличии вины потребителя в неисполнении договора.

В качестве небольшого лирического отступления можно осветить вопрос о возможности рассмотрения в качестве объекта задатка иной валюты, нежели рубль. Согласно ст. 317 ГК РФ денежные обязательства должны исполняться в рублях, хотя и допустимо выражение денежного обязательства в иностранной валюте. Несоблюдение данного требования влечет недействительность сделки. То есть денежная сумма, передаваемая в качестве задатка, может быть выражена в иностранной валюте, но сам платеж должен осуществляться в рублях.

В целом применение правовой конструкции законного задатка как гражданско-правового средства охраны прав сторон потребительского договора, а не только потребителя будет, на наш взгляд, способствовать укреплению договорных общественных отношений с участием потребителя, сократит количество злоупотреблений со стороны хозяйствующих субъектов по отношению к потребителям, сократит количество злоупотреблений и со стороны последних. Реализация данной концепции также соответствует общим целям развития гражданского законодательства — обеспечению добросовестного и надлежащего осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей (Концепция развития гражданского законодательства: введение, п. 6) <1>, обеспечению стабильности гражданско-правового регулирования и устойчивости гражданского оборота (Концепция развития гражданского законодательства: введение, п. 9) <2> применительно к договорным потребительским отношениям.

———————————

<1> Вестник ВАС РФ. 2009. Ноябрь. N 11.

<2> Вестник ВАС РФ. 2009. Ноябрь. N 11.

 

В настоящее время обобщенной судебной практики судов общей юрисдикции по применению задатка потребителем в потребительских отношениях нет, впрочем, нет указания на возможность применения задатка в качестве правового средства обеспечения исполнения обязательств и в Законе РФ «О защите прав потребителей».

____________________________

1.1. Понятие, значение и классификация гражданско-правовых средств

1.2. Гражданско-правовые средства охраны прав потребителей, их место в системе гражданско-правовых средств

2.1. Договор как средство реализации прав потребителя

2.2. Гражданско-правовые средства обеспечения исполнения договоров с участием потребителя

2.3. Законная неустойка как средство реализации прав потребителя

ЗАКЛЮЧЕНИЕ, БИБЛИОГРАФИЯ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code