4. Проблема участия государства в корпоративных организациях

Наступивший в конце первого десятилетия XXI в. финансовый кризис подвел итог курсу монетаристской политики, которую начали проводить в конце 80-х гг. XX в. Как известно, главной идеей была вера в саморегулирующую силу рынка и свободной конкуренции. Эта идея породила массовые приватизации компаний, ранее находившихся в собственности государства в странах Европы и в России, а также убежденность в том, что государство a-priori не способно к эффективному управлению и подвержено риску коррупции в большей степени, чем частные структуры. Таким образом, в области правового регулирования проведение монетаристской политики было связано с приватизацией государственного имущества и отказом государства, по возможности, от прямого регулирования и передачи части регулирующих функций саморегулируемым организациям <1>. Как писал Дж. Сорос, «основные уроки, которые следует извлечь из нынешнего финансового кризиса, я суммировал в 2008 г. в книге «Новая парадигма финансовых рынков»: финансовые рынки не стремятся к равновесию, а отклонения от него не являются случайными» <2>. Кризис заставил пересмотреть сформировавшиеся подходы.

———————————

<1> Что касается эффективности передачи регулирующих функций саморегулируемым организациям (СРО), то этот вопрос подробнее будет рассмотрен в рамках гл. 14 в разд. III настоящего пособия.

<2> Сорос Дж. Мировой финансовый кризис и его значение. Новая парадигма финансовых рынков. М., 2010. С. 35.

 

В связи с приведенной выше цитатой хотелось бы заметить, что идея о способности рынка саморегулироваться была главной идеей, торжествовавшей на рынке в 1990 — 2000 гг. Идея минимизации присутствия государства на рынке была одной из главных идей управления экономикой, выдвигавшихся монетаристами <1>. Отказ государства от обладания имуществом, приватизация принадлежащего государству имущества были проявлениями данного подхода.

———————————

<1> Начавшийся осенью 2008 года кризис стал отправным моментом, заставившим пересмотреть роль государства в рыночной экономике: «На Диком ли Западе, в современном ли Афганистане отсутствие законов или тех, кто обеспечивает их соблюдение, равносильно победе силы над правдой. Горький опыт убедил меня, что дерегулирование не предоставляет возможностей для развития новых технологий, не позволяя выскочкам вроде меня играть по-крупному, а создает лишь обманчивое впечатление, которое помогает сильным демонстрировать мощь и вседозволенность» (Перкинс Д. Экономический убийца объясняет, почему рухнули финансовые рынки и как их возродить. М., 2010. С. 114, 115). Аналогичная оценка прозвучала и из уст Вэнса Кэйбла, одного из лидеров либеральной демократической партии Великобритании на партийной конференции 30 сентября 2010 г.: «Капитализм не берет пленных и убивает конкуренцию там, где это только возможно, о чем писал Адам Смит еще 200 лет назад. Я хочу обеспечить защиту потребителям, снизить цены, создать условия для развития мелких предпринимателей, таким образом, необходим контроль за всей экономикой — в «старых» традиционных отраслях, описанных в учебниках, или в недавно приватизированных предприятиях, или в загадочных областях аудита, юридического консультирования или инвестиционных банков. Конкуренция является центральной темой в моей программе, направленной на развитие экономики и бизнеса» (http://www.Vincentcable.libdems.org.uk/news/001700/vince_cables_speech_toJiberal).

 

События кризиса 2008 года, энергичные действия государств, направленные на спасение национальных финансовых рынков, заставили переосмыслить роль государства <1>. Однако следствием изменения оценки роли государства вовсе не должны стать реприватизация имущества или возврат к проявившим себя как неэффективные методам государственного регулирования. Государство должно вернуться на рынок. Проблема состоит в подборе адекватной формы государственного присутствия на рынке.

———————————

<1> См.: The Warwick Commission on International Financial Reform: in Praise of Unlevel Playing Fields, the Report of the Second Warwick Commission // http://www2.warwick.ac.uk/research/warwickcommission.

 

Одной из форм такого присутствия является участие государства в корпоративных организациях. Анализируя ставшей классической формой участия государства в корпоративной структуре форму компании VolksWagen (далее — VW), Гернер-Берле выделяет два типа «вмешательства государства в управление корпорацией: посредством «актов регулирования» и посредством «доли участия в капитале» <1>. Случай VW интересен тем, что является классическим примером регулирования посредством специальных актов регулирования: 1) Закон о Фольксвагене 1960 года — Volkswagengesetz (далее — Закон о VW) <2> и 2) Законом об акционерных обществах 1965 года (Aktiengesetz). При этом Закон о VW устанавливал специальные нормы, отличающиеся от общего Закона об акционерных обществах: специальные нормы закрепляли за Федерацией и Землей Нижняя Саксония право назначать двух членов в наблюдательный совет VW и закрепляли за ними 20% всех голосов всех акционеров VW. Приведенные положения отражали особое значение компании как в экономическом, так и в социальном смыслах. Компания была учреждена в 1937 году для того, чтобы выпускать народные автомобили (Volksauto), т.е. такие автомобили, которые могли бы приобретать любые граждане. Проект предусматривал также сооружение города с населением 100 тыс. человек в Нижней Саксонии для обеспечения жильем рабочих завода и их семей. Руководители и работники VW считались партнерами по бизнесу.

———————————

<1> Carsten Gerner-Beuerle Shareholders between the market and the state. The VW Law and other interventions in the market economy // Common Market Law Review. 2012. V. 49. P. 97 — 144 (at p. 98).

<2> Официальное наименование Закона от 21 июля 1960 г.: Gesetz  die Uberfuhrung der Anteilsrecht an der Volkswagenwerk Gesellshaft mit beschrankter Haftung in private Hand. Законом от 9 декабря 2010 г. в названный Закон были внесены изменения.

 

Идея социального партнерства работников, управляющих и акционеров сохранила свое значение до первого десятилетия XXI в. и получила применение при разрешении конфликта, возникшего вследствие планов компании Porsche завладеть компанией VW путем «недружественного поглощения». Заключая на внебиржевом рынке опционные (срочные) сделки <1>, компания Porsche сумела овладеть контролем над 74% акций компании. В случае установления контроля над 75% обыкновенных акций компания Porsche могла бы претендовать на участие в соглашении о разделе прибыли и убытков в соответствии с разд. 291(1) Закона об акционерных обществах Германии. Последнее давало основание компании Porsche требовать ведения единого баланса. За счет этого компания Porsche рассчитывала получить компенсацию своих расходов от VW. Это, в свою очередь, вызвало недовольство у работников VW и, соответственно, Земли Нижняя Саксония.

———————————

<1> В тот период, когда заключались сделки (во второй половине 2009 г.), в германском праве не предусматривалось требование об обязательной регистрации внебиржевых сделок.

 

Для того чтобы исправить ситуацию, в Закон о VW были внесены поправки, в соответствии с которым решения были связаны с присоединением к VW. Иные же существенные для статуса VW решения требовали квалифицированного большинства свыше 80% голосов. Напомним, что в собственности Земли Нижняя Саксония находится 20% акций VW. Таким образом, было обеспечено сохранение доли государства и был подтвержден принцип корпоративного управления, воспринятый в германском праве, согласно которым задача корпоративной организации состоит не только в извлечении максимальной прибыли, но и в выполнении определенной социальной функции <1>. В ряде случаев выполнение такой социальной функции обеспечивается в том числе и за счет участия государства в имуществе корпоративной организации.

———————————

<1> Еще в 30-е гг. проблема социальной роли частных компаний обсуждалась в юридической литературе. В частности, в статье A. Berle и E.M. Dodd задавался вопрос, для кого управляющие в корпоративных организациях выступают в качестве доверительных управляющих. В качестве ответа обращалось внимание на социальную функцию, выполняемую такими организациями. (См.: Berle A., Dodd E.M. For whom are Corporate Managers Trustees? // Harvard Law Review. V. 45. 1932. P. 1145.)

 

Одно из направлений, связанных с усиливающейся ролью государства в корпоративном регулировании, — это установление императивных требований, предъявляемых к участникам предпринимательской деятельности в связи с борьбой с коррупцией. В настоящее время противодействие коррупции осуществляется таким образом, чтобы коррупционные нарушения могли пресекаться как со стороны предпринимательской организации, вынужденной прибегать к незаконным действиям для продвижения своих бизнес-интересов, так и в части пресечения коррупционных действий представителей государства. Установление императивных требований в отношении предпринимательских организаций, повышение прозрачности отчетности предпринимательских организаций способствуют выявлению коррупционных преступлений.

Во многих европейских странах привлечение работников к управлению предприятием является обязательным требованием законодательства. В итоге работники представляют примерно треть состава наблюдательных советов в акционерных обществах. В ряде стран (например, в Германии) требование включения в наблюдательный совет работников сопровождается весьма значительным количественным составом наблюдательного совета.

Как отмечалось выше, акционеры обычно не приветствуют расширение наблюдательных советов за счет включения в них работников, поскольку это в определенной степени снижает роль акционеров в управлении обществом. В то же время присутствие работников предприятия, заинтересованных в стабильности работы предприятия, стимулирует повышение уровня прозрачности и тем самым может способствовать противодействию коррупции внутри акционерного общества. Помимо требования о присутствии в составе органов управления другой формы, повышающей роль работников в управлении обществом, необходимо включение в правовые акты, регламентирующие деятельность акционерных обществ, условия о том, что органы, управляющие обществом, обязаны при принятии решений руководствоваться не только интересами акционеров и размерами выплачиваемых дивидендов, но и интересами предприятия в целом, а также социальными последствиями принимаемых решений.

Тенденция вовлечения работников в управление предприятиями нашла отражение не только в национальном законодательстве ряда стран, но и в Директивах ЕС, например в Директиве 94/45/ЕС об учреждении рабочих комитетов на предприятиях. Директива ЕС 2002/14/ЕС, касающаяся поглощения предприятий, предусматривает проведение процедур информирования работников и консультирования с ними на предмет обеспечения их прав после проведения поглощения.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code