Глава 27. МЕДИАЦИОННЫЕ И ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ В СОВРЕМЕННОМ ПРАВОСУДИИ

Часть седьмая. МЕДИАЦИЯ И ТРЕТЕЙСКОЕ РАЗБИРАТЕЛЬСТВО СПОРОВ

Глава 27. МЕДИАЦИОННЫЕ И ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ В СОВРЕМЕННОМ ПРАВОСУДИИ

§ 1. Медиация в разрешении судебных споров

Введенная в Конституцию РФ 1993 г. норма, гарантирующая каждому возможность судебной защиты его прав и свобод (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ), привела к отмене несудебных способов разрешения споров, что коснулось в основном созданных к тому времени на базе государственных арбитражей арбитражных судов, рассматривающих экономические споры, и значительно меньше — системы судов общей юрисдикции. Это связано с тем, что в судах общей юрисдикции право граждан на непосредственное обращение в суд в случае нарушения их прав и свобод ограничивалось крайне редко (досудебный порядок урегулирования трудовых споров, восстановление на работе в порядке подчиненности для лиц, занимающих определенные должности), в то время как в государственные арбитражи, рассматривавшие хозяйственные споры, можно было обратиться лишь после соблюдения претензионного порядка разрешения возникшего спора.

Следует отметить, что досудебный порядок разрешения трудовых споров путем обжалования работником решений администрации был сохранен, что во многих случаях позволяет возникший спор разрешить и без обращения в суд.

Возможность несудебного (внесудебного и досудебного) урегулирования споров в настоящее время приобретает особое значение, так как объем гражданских дел, поступающих в суды общей юрисдикции, неуклонно возрастает: в 2008 г. в суды поступило на рассмотрение по первой инстанции на 17,8% больше дел, чем в 2007 г., в 2009 г. — на 25,0%, чем в 2008 г., в 2010 г. — на 4,8% больше, чем в 2009 г. Аналогичная динамика поступления гражданских дел наблюдается и у мировых судей.

Некоторое снижение роста поступления дел в 2010 г. еще не свидетельствует о наметившейся тенденции.

Соответственно, увеличивается нагрузка по рассмотрению дел на каждого судью. В районных судах нагрузка судей составляет 18,1 дела ежемесячно, не считая уголовных дел и дел об административных правонарушениях, нагрузка мировых судей — 136,1 дела в месяц, не считая уголовных дел и дел об административных правонарушениях. И хотя официально утвержденных цифр по допустимым нормативам нагрузки судей не существует, ясно, что количество дел, рассматриваемых судьями, особенно в мировой юстиции, не позволяет осуществлять правосудие качественно, т.е. тщательно изучать материалы дел, спокойно и скрупулезно проводить судебное заседание, изготавливать обоснованные, мотивированные судебные решения.

А ведь осуществление правосудия и, естественно, только надлежащего качества — это задача судей, всей судебной системы, оценка деятельности которой дается именно по этому основному показателю.

Есть ли выход из создавшегося положения? Ведь качество правосудия напрямую зависит от нагрузки судей. Выход есть. И он на данном этапе состоит во внедрении в правовую систему Российской Федерации примирительных процедур (восстановительная юстиция), внесудебных и досудебных способов урегулирования споров, в том числе процедуры медиации, т.е. несудебного разрешения споров с участием посредника (медиатора).

Внедрение указанных способов разрешения споров как мер, направленных на снижение нагрузки судей, а следовательно, и на повышение качества правосудия, предусматривается федеральной целевой программой «Развитие судебной системы России» на 2007 — 2012 гг., утвержденной Постановлением Правительства РФ от 21 сентября 2006 г. N 583 (далее — Целевая программа). Целью этой Программы является «повышение качества правосудия, уровня судебной защиты прав и законных интересов граждан и организаций». В ней особо отмечается, что «внедрение примирительных процедур (восстановительной юстиции), внесудебных и досудебных способов урегулирования споров, в том числе вытекающих из административных правоотношений, будет способствовать снижению нагрузки на судей и, как следствие, экономии бюджетных ресурсов и повышению качества осуществления правосудия. При этом предполагается широкое внедрение процедур медиации в качестве механизмов реализации положений законов Российской Федерации, предусматривающих возможность примирения сторон».

27 июля 2010 г. был принят Федеральный закон N 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (медиации)» (далее — Закон о медиации). Целью этого Закона является не только создание в России правовых условий для применения медиации с участием в качестве посредника независимого лица — медиатора, но и содействие развитию партнерских деловых отношений и формированию этики делового оборота, гармонизации социальных отношений. Закон применяется к спорам, возникающим из гражданских правоотношений, а также к спорам, возникающим из трудовых и семейных правоотношений.

Процедура медиации может применяться на любой стадии урегулирования возникшего конфликта — и как несудебная, если сторонам с помощью посредника удается урегулировать спор и необходимость обращения в суд по этому вопросу отпадает, и как досудебная, если урегулировать спор с участием посредника не удается и заинтересованное лицо вынуждено обратиться в суд. Закон о медиации не применяется «к отношениям, связанным с оказанием судьей или третейским судьей в ходе судебного или третейского разбирательства содействия примирению сторон, если иное не предусмотрено федеральным законом» (ст. 1 Закона о медиации).

Законом о медиации установлены принципы проведения процедуры медиации — добровольность, сотрудничество и равноправие сторон, беспристрастность и независимость медиатора, конфиденциальность. Эта процедура может проводиться в срок, удобный для сторон, заинтересованных в скорейшем разрешении конфликта, а сокращение времени на разрешение спора сокращает и материальные затраты на урегулирование конфликта.

Надеемся, что этот Закон будет способствовать развитию медиации в нашей стране, хотя представляется, что ряд положений Закона может вызвать сомнения в целесообразности обращения к медиатору. Прежде всего мы имеем в виду отсутствие в Законе механизма принудительного исполнения медиативного соглашения. Пунктом 2 ст. 12 Закона провозглашается исполнение медиативного соглашения «на основе принципов добровольности и добросовестности сторон». Принципы прекрасные, но при высоком уровне законопослушности граждан. В Германии, где этот уровень значительно выше нашего, допускается возможность добровольного утверждения медиативного соглашения у нотариуса, после чего оно приобретает силу исполнительного документа.

Отказ в Законе о медиации от принудительного исполнения медиативного соглашения в случае неисполнения его добровольно не совсем понятен, так как российское процессуальное законодательство ГПК РФ и АПК РФ содержит нормы, предусматривающие возможность принудительного исполнения заключенного в суде мирового соглашения, если добровольно оно не исполняется. В то же время основные принципы мирного урегулирования спора как в суде, так и с участием посредника — добровольность, соблюдение взаимных интересов — совпадают.

Использование в случае необходимости принудительного способа исполнения медиативного соглашения ускоряет его исполнение, т.е. окончательное разрешение конфликта. Взамен этого, ускоренного способа исполнения медиативного соглашения законодатель предлагает в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения такого соглашения защищать свои права способами, предусмотренными гражданским законодательством — путем обращения в суд, что для добросовестной стороны, безусловно, снижает привлекательность обращения к медиатору и не достигает конечной цели — полного перевода в русло несудебного урегулирования спора не только на стадии его разрешения, но и на стадии исполнения.

Но, как бы то ни было, Закон принят, и это большой шаг вперед, сближающий правовую систему России с мировой правовой системой, давно понявшей и принявшей преимущества мирного урегулирования споров, при котором каждый из спорящих получает то, на что он реально рассчитывал, что являлось истинным его интересом в возникшем конфликте. При медиации спорящие стороны сами договариваются об устраивающих их условиях урегулирования спора, задача посредника при этом помочь сторонам выявить их истинные интересы, достичь соглашения.

Представление о том, что стороны и сами смогут договориться без посредника, верно далеко не всегда, так как, договариваясь, стороны могут войти в тяжелую конфронтацию, выйти из которой почти невозможно. Применяемые же посредником приемы при проведении медиации позволяют избегать тяжелых ситуаций, возникающих на стадии достижения соглашения.

Некоторый опыт применения медиации в России имеется. В Санкт-Петербурге с сентября 2008 г. в участках мировых судей были организованы дежурства медиаторов, помогающих гражданам, обратившимся в суд, в урегулировании семейных и бытовых конфликтов, в том числе выходящих за рамки гражданских и семейных отношений.

Накопленный за прошедшие годы опыт проведения медиации показал необходимость более широкой популяризации этой процедуры с объяснением положительных последствий ее применения. При отсутствии такой информации нередкими были случаи отказа граждан от реального ее проведения, какая-либо из сторон заявляла, что ей нужно судебное решение, а не примирение.

Практика проведения медиации у мировых судей показала их неподготовленность к работе с медиаторами.

Эти данные сообщает в статье «Специфика медиации в суде. Опыт петербургских медиаторов» <1> медиатор О.И. Андреева.

———————————

<1> Третейский суд. 2011. N 3(75).

 

В целом положительно оценивая Закон о медиации, саму процедуру медиации, подтвердившую свою эффективность в разрешении конфликтов и споров, О.И. Андреева высказывает сожаление, что Закон не распространяется на уголовные дела, количество которых в медиативной практике Санкт-Петербурга составило 56%. При этом «стороны находили конструктивные решения, удовлетворяющие их интересы, что в свою очередь снижало вероятность возникновения постконфликтов».

Положительную оценку проводимой медиаторами Санкт-Петербурга работы дал в своем выступлении на конференции по медиации заместитель начальника Управления судебного департамента при Верховном Суде РФ в г. Санкт-Петербурге А.С. Краснопевцев, подчеркнув при этом, что в целях снижения нагрузки на судей и повышения качества правосудия необходим комплексный подход.

В мировой практике применение медиации дает весьма ощутимые результаты — до 70 — 80% споров, разрешаемых с участием медиаторов, заканчиваются соглашением.

Что же нужно сделать, чтобы внедрение медиации в российскую правовую систему не откладывалось на долгие годы, чтобы как можно быстрее были поняты ее преимущества? Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 194-ФЗ в ряд статей ГПК РФ внесены изменения, скупо напоминающие участникам гражданского процесса о существовании процедуры медиации; к тому же новые нормы разбросаны по разным главам Кодекса и не концентрируют внимание сторон на этом способе урегулирования спора, на возможности и после возбуждения дела в суде обратиться к помощи посредника. Поэтому на первых порах в целях разъяснения обращающиеся в суд стороны следует более подробно информировать о положительных сторонах процедуры медиации, дающей возможность быстро и мирно урегулировать возникшие конфликты в сфере гражданских, трудовых, семейных правоотношений.

Обращение к медиаторам с целью урегулировать конфликт вне суда, а также после обращения в суд — это те возможности, которые предоставляет Закон о медиации.

Закон о медиации, как было сказано выше, не распространяется на судей, оказывающих содействие сторонам при судебном разбирательстве. Такое содействие судьи оказывают сторонам в заключении мирового соглашения, способствуя их примирению. Это содействие не должно иметь формальный характер. Судья должен применять медиативные методы, направленные на примирение сторон.

Проведенный в Уральском округе эксперимент в системе арбитражных судов показал положительный результат такого неформального подхода в работе со сторонами — количество заключенных мировых соглашений значительно возросло, соответственно же уменьшились трудозатраты судей на рассмотрение дел по существу, высвободилось время для разрешения более сложных споров.

Конечно, этим приемам нужно учиться и наиболее активно использовать их при подготовке дела к судебному разбирательству.

Возникают вопросы: достаточно ли принятого Закона о медиации, позволяет ли его активное применение снизить нагрузку судей настолько, чтобы это отразилось на качестве правосудия? Думаем, что нет. К тому же медиация в основном будет платной услугой, которая не всегда доступна спорящим сторонам. Да медиация и не единственный способ несудебного урегулирования споров, что прямо отмечено в Целевой программе.

Принимать закон по каждому возможному способу урегулирования споров, по каждой примирительной процедуре явно нецелесообразно.

Для одновременного внедрения досудебных процедур для всех или определенных категорий споров следует принять единый федеральный закон, в котором необходимо предусмотреть как обязательный досудебный порядок разрешения споров различные виды примирительных процедур. Право выбора любой из них остается за сторонами. Предложить сторонам какую-то обязательную для всех процедуру было бы неправильно, так как ч. 2 ст. 45 Конституции РФ предоставляет право каждому защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Этот порядок не лишает заинтересованных лиц права на судебную защиту, гарантированную Конституцией РФ, если в досудебном порядке спор урегулировать не удастся. Обязательный досудебный порядок следует рассматривать как меру, принятую государством во избежание кризиса судебной системы, для обеспечения качественного осуществления правосудия.

Вероятность значительного сокращения поступления в суды дел при обязательном досудебном урегулировании высока — до 90% споров не доходило до государственных арбитражей при соблюдении обязательного доарбитражного (претензионного) порядка.

Представляется логичным в случае установления между сторонами договорных отношений согласовывать досудебный порядок урегулирования спора, вытекающего из этого договора. Учитывая важность поставленной задачи — повышение качества правосудия, снижение судебной нагрузки — следовало бы признать это условие договора существенным. Это обязывало бы стороны включать в договор избранную ими форму досудебного урегулирования спора, в противном случае договор считался бы незаключенным.

Если же договорные отношения между сторонами отсутствуют, они в случае возникновения спора должны согласовывать форму (порядок и сроки) досудебного урегулирования спора.

При оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также при оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности следует установить как обязательный досудебный порядок разрешения возникшего вопроса обращение заинтересованного лица в вышестоящий орган с соответствующей жалобой.

Это во многих случаях позволит без суда урегулировать возникший конфликт и, кроме того, обяжет вышестоящие органы власти навести в подчиненных им органах надлежащий порядок.

А как быть, если ответчик не захочет согласовать с истцом форму досудебного урегулирования спора? На помощь в этом случае должна прийти судебная медиация.

Представляется весьма эффективным введение в судах медиации как обязательного досудебного порядка разрешения споров. Если истец не может представить соглашение о согласованном с ответчиком порядке досудебного урегулирования спора, заявление, поступившее в суд, передается медиатору, который проводит со сторонами процедуру медиации. Такими медиаторами могут быть специально подготовленные работники суда и даже судьи (по делам, находящимся в производстве других судей).

Этот порядок досудебного урегулирования спора может проводиться во время или вместо подготовительных к судебному разбирательству спора действий судьи. Преимущество для сторон этого вида медиации заключается в том, что медиация, проводимая работником суда, не потребует дополнительных материальных расходов, так как будет проводиться на бесплатной основе.

Для ответчика, уклоняющегося от согласования досудебной формы урегулирования спора, следует ввести имущественные санкции.

Образцом множественности видов и подвидов несудебных способов разрешения споров является судебная система Соединенных Штатов Америки <1>. Некоторые из этих способов используются и в нашей правовой системе, например переговоры, показавшие на практике высокую эффективность. Целью переговоров является достижение спорящими сторонами соглашения по всем или по некоторым пунктам разногласий. В случае урегулирования разногласий по всем пунктам спор в суд не передается; если же разногласия урегулированы не полностью, в суд передаются лишь спорные вопросы, что в какой-то мере снижает нагрузку судей. Переговоры могут проводиться непосредственно руководителями или их представителями. К участию в переговорах привлекаются также незаинтересованные лица, выполняющие по договоренности спорящих сторон функции арбитра, посредника, консультанта.

———————————

<1> Подробнее см.: Носырева Е.И. Альтернативное разрешение споров в США. М., 2005.

 

В некоторых судах США судьи отводят специальные дни для работы со сторонами. Проводятся также встречи с участием адвокатов, целью их является оказание содействия в достижении спорящими сторонами мирового соглашения по урегулированию спора.

Очень интересна и, как представляется, перспективна и такая форма несудебного разрешения споров, как «частное правосудие», применяемое лишь в случаях, предусмотренных в законах ряда штатов. Разрешают спор в «частном правосудии», как правило, судьи в отставке. Судебные заседания проводятся по обычной процедуре; стороны могут договориться об упрощении формальных правил процедуры, им дано право определять удобное для них время и место проведения заседания, устанавливать сроки рассмотрения дела.

Особое место в правовой системе США занимает арбитраж — третейское разбирательство дела, имеющее различные формы и обязательность решения.

В Европе интересен опыт Италии, законодательно предусмотревшей обязательную досудебную медиацию по некоторым категориям гражданских дел <1>. С 21 марта 2011 г. обязательная медиация применяется ко всем спорам: из вещных прав (расстояние между строениями, узуфрукт, сервитуты и т.п.), раздела имущества, наследования; брачных договоров; договоров аренды; возмещения вреда в связи с ответственностью медицинских работников и учреждений и клеветой в печати или иных средствах массовой информации; договоров страхования, банковских и финансовых договоров. Сторона, намеревающаяся обратиться в суд, обязана предпринять попытку примирения. Вместе с исковым заявлением судье должен быть представлен документ (подписанная медиатором форма), подтверждающий попытку проведения медиации <2>.

———————————

<1> См.: Законодательный декрет от 4 марта 2010 г. N 28 «О медиации по вопросам гражданского и торгового характера» // Третейский суд. 2011. N 3(75).

<2> Там же.

 

Статистические данные за период с 21 марта по 30 июня 2011 г., приведенные Генеральной дирекцией статистики Министерства юстиции Италии, показывают, что рост числа медиаций за период с апреля по май 2011 г. составил 13%, с мая по июнь — уже 28% (с 5070 медиаций в марте-апреле до 7333 в июне), при этом больше всего споров возникало из банковских договоров, из возмещения вреда, связанного с оказанием медицинских услуг, вещными правами, договорами аренды. В 72,24% случаев обе стороны явились, и в 58,44% из этих случаев стороны смогли договориться об урегулировании спора. Интересны и данные о структуре видов медиации: 69% обращений приходится на случаи, когда процедура медиации является необходимым условием для последующего обращения в суд (обязательная медиация), 29% — добровольная медиация, и 1% — медиация, проводимая на основании постановления судьи.

Первые результаты применения Законодательного декрета о медиации в Италии отмечены в решении Европейского парламента от 13 сентября 2011 г. о введении в действие Директивы о медиации <1> в государствах — членах ЕС, о ее воздействии на медиацию и ее применении судами. В частности, в решении сказано: результаты, полученные в Италии, доказывают, что медиация позволяет обеспечить экономически выгодное и быстрое внесудебное рассмотрение споров благодаря процедурам, адаптированным к интересам сторон; обязательная медиация в итальянской правовой системе позволяет достичь заданной цели, способствуя разгрузке судов. Тем не менее Европарламент подчеркнул, что следует продвигать медиацию скорее в качестве альтернативной, жизнеспособной, менее затратной и быстрой формы осуществления правосудия, нежели в качестве обязательного аспекта судебной процедуры.

———————————

<1> Директива ЕС от 21 мая 2008 г. N 52 «О некоторых аспектах медиации по гражданским и торговым спорам». Текст на английском языке см.: Official Journal of the European Union. 24.05.2008. L136/3.

 

§ 2. Восстановительные процедуры

Восстановительный подход в правосудии — это нерепрессивное преодоление вредных последствий преступного деяния и стремление восстановления (полностью или частично) состояния «до преступления» <1>. Поскольку в результате преступления нанесен ущерб (причем не только жертве, но и ее окружению, и обществу в целом), то в первую очередь это порождает у правонарушителя обязательство загладить причиненный вред. Как отмечает Р. Максудов, такая реакция на преступление в наибольшей степени отвечает потребностям жертв, ресоциализации правонарушителей и интересам общества в целом.

———————————

<1> См.: Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию: европейская практика и российский уголовно-процессуальный контекст // Вестник восстановительной юстиции. 2003. N 5.

 

При восстановительном подходе роль правосудия в первую очередь заключается в возмещении нанесенного преступлением ущерба, причем сторонам (потерпевшему, правонарушителю и пострадавшим от правонарушения членам общества) позволено непосредственно участвовать в этом процессе. В ходе переговоров, организацией и ведением которых занимаются надлежащим образом обученные специалисты (нейтральные ведущие), правонарушители и пострадавшие от преступления делятся переживаниями по поводу произошедшего, выявляют причины, приведшие к преступлению, и достигают соглашения о способе возмещения вреда. В результате встреч участники признают (осознают) несправедливость происшедшего, правонарушитель сознает последствия содеянного, нормализуется состояние жертвы. В восстановительном процессе добровольно принимают участие все стороны, при содействии нейтрального ведущего рассматриваются не только материальный ущерб и иное причинение вреда в результате преступления, но и социальные, психологические травмы, а также ущерб, нанесенный отношениям, и способы возмещения этого ущерба и преодоления последствий преступления. По сути, речь идет о медиации в уголовном процессе.

Наилучшим образом цель возмещения вреда, причиненного противоправным поведением, достигается, когда стороны во время направленных на сотрудничество встреч сами определяют, как загладить вред. В результате изменяются сами люди (преступники могут снова стать достойными членами общества, а жертвы — восстановить уверенность в себе), отношения между ними и общество (оно становится более безопасным, и для поддержания здоровых мирных отношений требуется все меньше силового вмешательства со стороны государства).

Восстановительное правосудие отличается от традиционного уголовного правосудия. Во-первых, при восстановительном подходе рассматривается прежде всего вред, причиненный преступлением, т.е. преступные действия рассматриваются более широко, нежели при традиционном карательном подходе, когда преступление сводится к нарушению закона. Во-вторых, в реакции на преступление задействованы не только государство и преступник, а гораздо больше лиц, включая жертву преступления и окружение ее и правонарушителя. В-третьих, успех оценивается по-другому: если при карательном подходе «замеряется» степень наказания, то при восстановительном подходе справедливость восстановлена тем в большей степени, чем больше вреда удалось загладить или чем больший вред удалось предотвратить. При восстановительном подходе цель правосудия — не наказание, а восстановление.

Основным механизмом, позволяющим достичь цели восстановительного правосудия, являются переговоры между жертвой преступления, правонарушителем и лицами, которых затронуло преступление (круг этих лиц понимается широко и в том числе включает родственников и друзей потерпевшего и правонарушителя). Такие переговоры добровольны (в них участвуют лишь те, кто изъявил желание) и возможны только при условии, что правонарушитель принимает на себя ответственность за совершенное им правонарушение (что логически следует из согласия правонарушителя на участие в переговорах).

Одним из видов таких переговоров является медиация с участием жертвы и преступника. Заинтересованной в возмещении вреда жертве предоставляется возможность встретиться с правонарушителем в безопасной и хорошо организованной обстановке и с помощью профессионального медиатора обсудить содеянное. Такая медиация преследует следующие цели: жертва преступления может добровольно встретиться с правонарушителем; правонарушитель больше узнает о последствиях содеянного и под влиянием полученной информации скорее примет на себя ответственность за возникший в результате правонарушения вред; жертве и правонарушителю предоставляется возможность разработать план возмещения вреда. При этом, как и в любой другой медиации, такой план проверяется на выполнимость, т.е. устанавливается, насколько реально то, что правонарушитель действительно готов исполнять обязательство по возмещению вреда.

Исследования показали, что в результате переговоров жертвы испытывали меньший страх, нежели до начала переговоров; правонарушители в большей степени были готовы исполнять принятые ими обязательства по возмещению вреда; процент рецидивов у правонарушителей, прошедших процедуру переговоров, меньше по сравнению с теми, кто такую процедуру не проходил.

Другой вид «мирных» переговоров — коллективное обсуждение с участием семей и общественности. Встреча проходит с участием жертвы, правонарушителя, семей, друзей и «группы поддержки» каждой из сторон; на встрече обсуждаются пути преодоления последствий преступления. Цели коллективного обсуждения заключаются в том, чтобы дать жертве возможность принять непосредственное участие в формировании отклика на преступление (описать свои переживания); подвести преступника к осознанию последствий своего противоправного поведения и дать ему возможность сознательно принять на себя ответственность за содеянное; задействовать «группу поддержки» правонарушителя в формировании исправления и будущего поведения правонарушителя; предоставить жертве возможность получить поддержку от его «группы поддержки».

Традиции коллективного обсуждения зародились у народа маори в Новой Зеландии; позже они стали применяться социальными службами этого государства, в Австралии в несколько измененном виде практику коллективных обсуждений начала применять полиция. В настоящее время коллективные обсуждения в одной из этих двух форм применяются в Северной Америке, Европе и на юге Африки. Они могут применяться как в ювенальной юстиции <1>, так и в работе со взрослыми правонарушителями. Исследования применения таких программ демонстрируют высокие показатели удовлетворенности жертв и правонарушителей как процедурой обсуждения, так и его результатами.

———————————

<1> Об опыте Италии в применении методов восстановительного правосудия в ювенальной юстиции см.: Семеняко М.Е. Специфика примирительных (альтернативных) процедур в уголовном судопроизводстве // Гражданин и право. 2009. N 10.

 

В Северной Америке нашел широкое применение еще один вид миротворческих процедур — круги (группы) миротворчества (peacemaking or sentencing circles). Это процесс, направленный на поиск (достижение) консенсуса в отношении выработки плана приговора, учитывающего интересы всех задействованных сторон. Обсуждения проводятся с участием членов общины, жертвы, членов «группы поддержки» жертвы, правонарушителя, членов «группы поддержки» правонарушителя, судей, прокуроров, адвокатов, полиции и судейских работников. Цели этого процесса заключаются в том, чтобы содействовать восстановлению всех прав сторон, потерпевших от преступления, дать правонарушителю возможность исправиться; дать жертве, правонарушителю, членам их семей и общественности право высказать свое мнение и разделить ответственность за поиск конструктивных решений, обратившись к истокам преступного поведения; сформировать чувство общности вокруг ценностей, разделяемых общиной.

Каждая из процедур, применяемых в восстановительном правосудии, завершается соглашением о том, каким образом правонарушитель будет возмещать нанесенный преступлением вред. В качестве способов возмещения вреда могут фигурировать извинения (в устной или письменной форме), возмещение ущерба, изменение поведения преступника, проявление щедрости.

Принося извинения, правонарушитель принимает ответственность за то, что своими действиями навредил жертве; признает то обстоятельство, что в результате его поведения был причинен реальный ущерб и этот ущерб был понесен другим человеком незаслуженно. Кроме того, правонарушитель может выразить свое сожаление по поводу содеянного, что может благотворно повлиять на психологическое состояние жертвы (однако такое сожаление может быть искренним лишь в случае, если правонарушитель действительно чувствует свою вину, угрызения совести или стыд). Принося извинения, преступник меняет баланс сил в паре преступник — жертва в пользу жертвы, предоставляя ей возможность выбора: принять извинение или не принять.

Возмещение ущерба подразумевает выплату преступником денежной компенсации за причиненный финансовый ущерб. С точки зрения восстановительного правосудия возмещение ущерба рассматривается как метод привлечения правонарушителей к ответственности за содеянное и как метод возмещения вреда, причиненного жертве. Размер возмещения может быть определен в процессе медиации или коллективных переговоров либо установлен приказом судьи. Исследования показали, что возмещение увеличивает степень удовлетворенности жертвы процессом правосудия. Использование возмещения ущерба также способствует уменьшению рецидива. При этом возмещение, о котором стороны договорились в процессе медиации, будет уплачено с большей вероятностью, нежели возмещение, определенное приказом суда.

Изменение поведения правонарушителя подразумевает, что он больше не будет совершать преступлений. Поэтому медиативные соглашения включают такие моменты, как изменение окружения преступника, оказание ему помощи в овладении другими навыками поведения и поощрение положительных изменений. Для отслеживания успехов правонарушителя и оказания ему моральной поддержки могут проводиться дополнительные встречи.

Помимо извинений на словах, правонарушитель может предложить жертве какие-либо услуги, не имеющие отношения к событию преступления и к возникшему вреду, но которые жертва воспринимает как доказательство чистосердечного раскаяния.

Концепция восстановительного правосудия существует около 30 лет, за это время она получила широкое распространение по всему миру. При этом в одних странах к восстановительному правосудию формируются собственные творческие подходы (инновационный подход), в других — восстановительное правосудие интегрируется в национальные системы правосудия (интегративный подход).

Инновационный подход подразумевает использование туземных практик или обычаев; медиацию после вынесения приговора; коллективные переговоры с местными жителями, во время которых разрабатывается план социальной реинтеграции отбывшего срок наказания преступника (и в то же время жители получают возможность озвучить свои опасения и тревоги), регулярное отслеживание его поведения (при участии полиции и других государственных органов); мобилизацию ресурсов, необходимых преступнику для того, чтобы стать полноправным членом местного сообщества (используется в Канаде для работы с лицами, отбывшими срок наказания за тяжкие преступления сексуального характера, в частности за педофилию); переговоры между жертвой, правонарушителем и представителями общественности на всех этапах отправления правосудия (посредниками выступают сначала полиция, на следующем этапе — следователи), которые используются также для преодоления конфликта между гражданами и правительством (Комиссия истины и примирения в Южной Африке и Комиссия договора Вайтанги в Новой Зеландии).

Интегративный подход подразумевает органичное включение принципов восстановительного правосудия в национальные правовые системы путем внесения в национальное законодательство изменений, направленных на устранение правовых или системных барьеров для использования восстановительных программ; создание механизмов, способствующих поощрению использования таких программ; разработку структурированных программ; защиту прав жертв и правонарушителей; финансирование восстановительных программ и подготовки специалистов; планирование внедрения восстановительного подхода на муниципальном, региональном и федеральном уровнях; увеличение числа восстановительных программ (в Европе в 2008 г. насчитывалось более 500 медиативных программ и проектов, в США — более 300).

Межгосударственные органы также принимают во внимание рост интереса к восстановительному подходу в правосудии. В 1999 г. Комитет министров Совета Европы принял рекомендацию об использовании медиации при рассмотрении уголовных дел. В Международном пособии ООН о правосудии для жертв <1> отмечается, что восстановительный подход в правосудии, подразумевающий участие правонарушителя, жертвы и всего сообщества, становится все более популярным. Это сбалансированный подход к правосудию, в центре которого находится жертва, но при этом данный подход сфокусирован на правонарушителе. Ключевой чертой восстановительного правосудия во многих развитых странах стала компенсация, получаемая жертвой.

———————————

<1> URL: http://www.uncjin.org/Standards/9857854.pdf.

 

По данным сайта Restorative Justice, восстановительный подход в правосудии успешно применяется при таких составах преступления, как кража, кража со взломом; коррупция; вождение в состоянии опьянения; домашнее насилие (например, ч. 5 ст. 41-1 УПК Франции предусматривает право прокурора по требованию или с согласия жертвы провести медиацию между правонарушителем и жертвой домашнего насилия <1>); преступления, совершенные на почве ненависти; насильственные действия сексуального характера; преступления против личности; убийство; преступления против окружающей среды; «беловоротничковая» преступность.

———————————

<1> См.: URL: http://www.legifrance.gouv.fr.

 

В России имеется опыт разработки и внедрения программ восстановительного правосудия в уголовном процессе, с 1998 г. эту работу ведет Общественный центр «Судебно-правовая реформа» <1>. Им разработана модель проведения программ восстановительного правосудия, которую Центр продвигает в уголовной юстиции и особенно в области работы с несовершеннолетними правонарушителями. Тем не менее этот подход пока не нашел широкого положительного отклика со стороны ведомств, организующих работу органов уголовной юстиции, прежде всего Генеральной прокуратуры <2>.

———————————

<1> URL: http://www.sprc.ru.

<2> См.: Максудов Р. Заметки о восстановительном подходе и стратегии продвижения восстановительного правосудия в России // URL: http://www.sprc.ru/restjustice.html.

 

По данным, приведенным И.Г. Смирновой <1>, 45,8% судей, 43,9% прокуроров, 45,5% следователей и дознавателей и 50% адвокатов видят ценность уголовного судопроизводства в возможности восстановить и защитить права потерпевших. Как способ оптимизации расходов государства на уголовный процесс 34,7% судей, 19,5% прокуроров, 16,7% следователей и дознавателей, а также 37,5% адвокатов рассматривают внедрение альтернативных методов внесудебного разрешения уголовно-правовых споров. На основании этих данных можно сделать вывод о том, что пришло время внедрить медиационные и примирительные процедуры в российское уголовное судопроизводство. Как справедливо отмечает И.Г. Смирнова, это позволит смягчить репрессивно-агрессивный настрой общественности в отношении виновных; упростить и ускорить процесс уголовного судопроизводства, обеспечить компенсацию причиненного вреда; наконец, обеспечить большую степень безопасности и защищенности личности в уголовном процессе.

———————————

<1> См.: Смирнова И.Г. Общественное мнение об уголовном судопроизводстве: о чем говорят цифры // Журнал российского права. 2011. N 5.

 

§ 3. Проблемы реализации медиационных и восстановительных процедур

С 1 января 2011 г. действует Закон о медиации. К сожалению, в его действующей редакции не предусмотрена возможность применения медиационных процедур в уголовном или административном процессе. Тем не менее можно ожидать, что по мере расширения практики применения альтернативных способов разрешения споров придет и осознание их роли как механизма ослабления социальной напряженности, в результате чего будет законодательно закреплена возможность применения медиации и в уголовном, и в административном процессах.

Опыт применения медиации в административном и уголовном процессах имеется во многих странах <1>. Например, в Швейцарии допускается медиация в административном процессе <2>. Медиация позволяет одновременно рассмотреть частноправовые и публично-правовые аспекты спора, изучив спорную ситуацию в целом. Итогом медиации станет соглашение, одновременно имеющее силу судебного решения и договора.

———————————

<1> О возможностях и перспективах применения медиации по административным делам см.: Guy-Ecabert C. Proposer la ? // Justice — Justiz — Giustizia. 2010. No. 4; о применении медиации в уголовном процессе см.: Pastore F., Glasner B.S. La  en  pour les adultes  du code de  // Actuelle Juristische Praxis/Pratique Juridique Actuelle. 2010. N 6. P. 747 — 753.

<2> См.: Федеральный закон от 20 декабря 1968 г. о производстве по административным делам (Loi  du 20  1968 sur la  administrative (PA) Recueil  (RS) 172.021).

 

В ходе производства по административному делу административный орган переводит на юридический язык ситуацию, переживаемую сторонами, освещая относящиеся к делу обстоятельства с точки зрения права и придавая ситуации объективный характер. Свободному усмотрению лиц, участвующих в деле, места нет, даже при том, что во время возбужденного ими же процесса они имеют право быть заслушанными и несут обязанность (которая также может быть выражена правом) сотрудничать в установлении фактов.

В процедуре медиации по административному делу медиатор не придает конфликтной ситуации объективный характер. Стороны спора и административный орган при согласии между ними и при содействии медиатора разрабатывают совместное видение ситуации. При этом закон предусматривает, что медиатор вправе заниматься сбором доказательств, но проводить осмотр на месте, запрашивать проведение экспертизы или заслушивать свидетелей он может только по получении соответствующих полномочий от административного органа. Это положение позволяет в случае успеха процедуры отнести расходы по сбору доказательств на счет государства. В любом случае вопрос сбора доказательств следует обсудить со сторонами.

Разумеется, принцип законности применим и в административной медиации. Будучи участником медиации, административный орган служит гарантом соответствия медиативного соглашения закону, поскольку он уполномочен превратить такое соглашение в свое решение. В медиации по административным делам административный орган оформляет соглашение в форме собственного решения. Тем не менее такое решение является результатом договоренности между сторонами и административным органом, вследствие чего вероятность исполнения этого решения сторонами возрастает.

В качестве объективных условий применения медиации в административном процессе К. Ги-Экабер называет следующие. Необходимо и достаточно, чтобы между двумя лицами, участвующими в деле, был конфликт (речь идет именно о лицах, участвующих в деле, а не о сторонах конфликта, поскольку для того чтобы начать процесс медиации, достаточно разногласия между административным органом, вынесшим решение в качестве первой инстанции, и адресатом этого решения); чтобы императивные нормы закона не исключали возможность урегулирования спора путем переговоров; чтобы административный орган обладал достаточными полномочиями по оценке доказательств и чтобы все стороны были заинтересованы в достижении соглашения (а не в получении решения).

Субъективными условиями медиации в административном процессе К. Ги-Экабер называет способность участников дела вести переговоры и непредсказуемость решения (если сторона уверена в выигрыше, она не пойдет на медиацию). Ученый делает вывод о том, что медиация в административном процессе имеет шансы на успех, в случае если позиции сторон еще не сформированы и конфликт еще не полностью перешел в юридическую плоскость.

Идея применения медиации в сфере уголовного права возникла в рамках осмысления роли уголовной юстиции, начатого в конце 1970-х гг. в США. Тогда классической системе карательного и направленного на реабилитацию правосудия было противопоставлено восстановительное правосудие <1>.

———————————

<1> См.: Kuhn A. La  // Journal des Tribunaux. 2002. I. 99.

 

Восстановительный подход в правосудии характеризуется перемещением акцента с факта содеянного на затронутые деянием стороны. Таким образом, правонарушение воспринимается как покушение на лиц и отношения между ними, а не сводится к нарушению нормы права. Такой подход позволяет дать жертве преступления занять свое место в уголовном процессе (в классическом уголовном процессе это место по умолчанию занимает государство), получить извинения, объяснения и возмещение от правонарушителя, а также выразить свои чувства. Кроме того, благодаря восстановительному подходу возможно пробуждение в правонарушителе чувства ответственности за содеянное, ему предоставляется возможность на практике загладить последствия преступления, что может способствовать его социальной реинтеграции и реабилитации, снижая рецидив. Восстановительный подход может усилить осознание роли личности и общества в предотвращении преступлений и разрешении связанных с преступлениями конфликтов, способствуя принятию судами более конструктивных и менее репрессивных решений по уголовным делам.

В сентябре 1999 г. Комитет министров Совета Европы принял Рекомендацию о медиации по уголовным делам <1>. В этом документе понятие медиации, применимое к разрешению споров в уголовном процессе, сформулировано как «любой процесс, позволяющей жертве и правонарушителю, при условии их свободного согласия, при помощи беспристрастного третьего лица — медиатора активно участвовать в решении трудностей, возникших в результате правонарушения».

———————————

<1> Recomendation N R (99) 19 of the Committee of Ministers of member States concerning mediation in penal matters // URL: http://wcd.coe.int/ViewDoc.jsp?id=420059&Site=CM.

 

Таким образом, в процессе медиации стороны должны самостоятельно выработать решение, оно не навязывается им извне. Медиация возможна только при добровольном согласии сторон; их нельзя принудить к участию в этом процессе, и в любой момент они вправе отказаться от участия; процедура конфиденциальна (в своем отчете органам правосудия медиатор не приводит содержание сессий и не дает оценки поведению сторон во время медиации; однако если по ходу медиации ему стало известно о тяжких преступлениях, он обязан о них сообщить); медиатор нейтрален и независим, он обладает специальными профессиональными навыками. До начала медиации медиатор должен получить доступ к делу, органы правосудия обязаны передать ему необходимые документы для ознакомления.

Решение о передаче уголовного дела на медиацию принимают органы, отправляющие уголовное правосудие, они же оценивают результат процесса медиации. Основные обстоятельства дела должны быть признаны сторонами как основа для медиации. Факт участия в медиации не должен использоваться как доказательство признания вины в последующем уголовном процессе.

Освобождение от ответственности, основанное на медиативном соглашении, должно иметь ту же силу, что и судебное решение: они должны препятствовать повторному преследованию в отношении тех же фактов (ne bis in idem).

Если в ходе медиации стороны не пришли к соглашению или соглашение не исполнено, дело возвращается на дальнейшее рассмотрение.

В 2001 г. кантон Женева принял основанные на Рекомендации правила о медиации в уголовном процессе. Правила предусматривают, что прокурор передает дело присяжному медиатору из списка медиаторов, который составляет правительство Женевы. Присяжный медиатор обладает необходимыми познаниями и опытом, он обязан соблюдать правила, нарушение которых карается законом. Согласно ст. 156 женевского Закона об организации судебной системы <1> медиатор по уголовным делам должен быть включен в список, одобренный правительством кантона, быть старше 30 лет, иметь высшее образование, хороший профессиональный опыт, обладать достаточными познаниями в уголовном праве и процессе, располагать познаниями и особыми навыками в сфере медиации, не иметь судимостей за умышленные правонарушения, посягающие на честь и достоинство. Прокуратура передает медиатору копию уголовного дела, после чего процесс переходит в стадию, автономную по отношению к рассмотрению дела в суде. Тем не менее прокурор сохраняет контроль над уголовным делом в течение процесса медиации, по результатам медиации он принимает решение о прекращении дела или о продолжении его рассмотрения. Для малоимущих обращение к медиатору входит в бесплатную юридическую помощь (юридическая помощь может быть оказана как в рамках судебного процесса, так и вне его, предусматривается возможность предоставления такой помощи, в случае если она необходима и если истец преследует достойный защиты интерес).

———————————

<1> Loi sur l’organisation judiciaire // URL: http://www.ge.ch/legislation/rsg/f/s_rsg_e2_05.html.

 

В Швейцарии на кантональном уровне (в кантонах Женева, Базель-Ланд, Цюрих, Вале и Фрибург) медиация по инициативе судей в уголовном процессе по делам несовершеннолетних применяется давно. С 1 января 2007 г. этот способ разрешения споров введен в Федеральный закон об уголовных делах несовершеннолетних <1>. Процедура медиации может быть применена как по инициативе следственных органов, так и по инициативе судов.

———————————

<1> Loi  du 20 juin 2003  la condition  des mineurs (DPMin) RO 2006 3545.

 

На федеральном уровне в Швейцарии философия восстановительного правосудия получила законодательное закрепление в материальном праве, а именно в Общей части Уголовного кодекса, вступившего в силу 1 января 2010 г. Статья 53 УК Швейцарии предусматривает, что компетентный орган может отказаться от преследования, возврата дела на рассмотрение судьи или назначения наказания правонарушителю, который возместил вред или предпринял все усилия, какие можно было от него ожидать, для того чтобы возместить причиненный им вред. При этом еще в 1999 г. Федеральный совет Швейцарии в своем послании о новой Общей части УК указал, что под усилиями следует понимать не только те, что правонарушитель предпринял самостоятельно, но и те, что он предпринял по настоянию другого лица, например жертвы, медиатора, адвоката или полиции.

Что же касается норм процессуального права, несмотря на то что изначально проект УПК предусматривал обязательное для всех кантонов положение о медиации в уголовном процессе для любых видов правонарушений, на стадии парламентских дебатов эта норма из нового УПК была исключена, осталось лишь положение о примирении (ст. 316). Примирение — это неформальный способ разрешения споров, обязательный или факультативный, проводимый независимым, нейтральным и беспристрастным посредником — судьей, который может предложить сторонам решение, если они не пришли к нему самостоятельно <1>. Однако Министерство юстиции разъяснило, что медиация, даже без прямого ее упоминания в УПК, может быть применена в рамках процедуры примирения <2>.

———————————

<1> См.: Mirimanoff J.A. Une nouvelle culture: la gestion des conflits // Actuelle Juristische Praxis / Pratique Jurideque Actuelle. 2009. N 2. P. 157.

<2> См.: письмо Министерства юстиции от 21 сентября 2007 г., адресованное Национальному совету // Bulletin officiel. 2007. N 1389.

 

Особого внимания заслуживает вопрос о роли судей и их отношении к медиации.

Показательно, что предложения законодательно ввести претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора для всех (или почти всех) категорий споров, с тем чтобы дать сторонам возможность разумного и мирного урегулирования возникшего конфликта и разгрузить суды, исходят от самих судей <1>, и это международная тенденция: за рубежом внедрению альтернативных методов разрешения споров успешно содействуют объединения судей в поддержку внесудебных процедур, например Швейцарское объединение судей за медиацию и примирение (Groupement Suisse des magistrats pour la  et la conciliation, GEMME-Section suisse) <2>, некоммерческая организация, входящая в Европейское объединение судей за медиацию (Groupement Europeen des magistrats pour la  — GEMME <3>) на правах национальной секции.

———————————

<1> См.: Большова А.К. Состояние и перспективы сокращения нагрузки на судей // Журнал российского права. 2010. N 10; Панова И.В. Медиация: проблемы и пути их решения // Вестник ВАС РФ. 2011. N 10(227). С. 75.

<2> URL: http://www.gemme.ch.

<3> URL: http://www.gemme.eu.

 

По мнению И. Веругстрэте <1>, первого заместителя председателя Бенилюкс в отставке и председателя GEMME, ошибочно полагать, что в Европе судьи выступают за медиацию только из-за того, что она поможет сократить нагрузку на суды. Отмечая, что это мнение свойственно скорее судьям из стран англо-американской правовой системы, которую он считает неэффективной, он полагает, что основная цель, преследуемая судьями, заключается в том, чтобы заставить людей принять на себя большую ответственность за свои проблемы и в среднесрочной перспективе изменить само общество и отношения между людьми. Как правило, судьи глубоко убеждены, что их миссия заключается не только в том, чтобы разрешать споры: их задача — подталкивать стороны к тому, чтобы они принимали на себя  ответственность за решение своих проблем. Это не означает, что судья сам будет выступать как медиатор, скорее, он будет постоянно помнить, что в ряде случаев медиация может оказаться полезна для сторон и поддержания гражданского мира в обществе в целом.

———————————

<1> См.: Verougstraete I. Judges and Mediation // EU Directive on Mediation. First Insights. Antwerpen; Apeldoorn, 2008. P. 37 — 46.

 

В Бельгии положения о договорной медиации и медиации, проводимой по решению суда, введены в Кодекс судопроизводства Законом от 21 февраля 2005 г. (ст. ст. 1730 — 1737). Медиация может применяться и в уголовном судопроизводстве на всех стадиях процесса. Такой подход законодателя объясняется желанием распространить сферу применения медиации с семейных дел на все остальные, в том числе на дела, связанные с осуществлением коммерческой деятельности, и на споры, связанные с интеллектуальной собственностью. Закон не запрещает судьям выступать в качестве медиаторов, однако еще очень немногие судьи закончили курсы медиаторов и соответствуют императивным требованиям закона, предъявляемым к медиаторам.

В пользу того, чтобы разрешить судье выступать в качестве медиатора, можно привести следующие аргументы: судья по определению беспристрастен и может позаботиться о том, чтобы каждая из сторон могла свободно изложить свою позицию; судьи обладают необходимыми юридико-техническими познаниями и могут помочь составить соглашение таким образом, чтобы оно было исполнимым. Участие в медиации и прохождение курса обучения на медиатора способно изменить восприятие мира судьей, поскольку спор, выносимый на медиацию, не сводится к юридическим аргументам, а напротив, охватывает широкий спектр человеческих отношений. Новым опытом для судьи, выступающего в качестве медиатора и привыкшего действовать с позиции силы и власти, будет то, что он сможет посвятить время и энергию сторонам и выслушать их, не будучи обремененным процессуальными правилами.

Основная причина, которой объясняется запрет на осуществление функций медиатора действующими судьями, заключается в том, что судья, будучи государственным служащим, получает полномочия не только от сторон как медиатор, но и от государства, и это подразумевает, что он, не желая того, в силу своего статуса может ущемить равноправие сторон и поставить под угрозу их переговоры. Его поведение может осложнить переговоры. В меньшей степени этот аргумент применим к судьям в отставке: на стороны этот статус произведет гораздо меньшее впечатление.

Следующая проблема заключается в конфиденциальности процедуры. Медиатор связан профессиональной тайной и обязан не разглашать информацию, ставшую ему известной в ходе медиации или в связи с ней, за исключением случаев, когда ему стало известно о преступлении.

Приемы и методы работы судей и медиаторов различны. Судьи выносят решения, а не общаются со сторонами и не ведут переговоры, что необходимо для медиатора. Судьи дают сторонам указания и направляют их к решению, которое представляется правильным судьям, а не сторонам.

Выступая против систематического вовлечения судей в процесс медиации, И. Веругстрэте полагает, что неразумно вовсе исключать судей из медиации из-за их формального статуса. В некоторых случаях из судей получаются замечательные медиаторы. Однако наибольшего успеха они способны достичь в примирительных процедурах в рамках производства по делу, когда судья может подтолкнуть стороны к достижению мирового соглашения, помогая им оценить риски. В Бельгии в этом преуспели мировые судьи, неплохие результаты были получены и в применении процедур судебного примирения в судах первой и апелляционной инстанций.

Российский Закон о медиации в нынешней его редакции не позволяет судьям и судьям в отставке выступать в качестве медиаторов, а примирительные процедуры в рамках судебного процесса в законодательстве также не прописаны. Тем не менее заслуживает внимания законопроект, разработанный Научно-консультативным советом при Высшем Арбитражном Суде РФ <1>. В нем, в частности, предусматривается включение в АПК РФ новых статей, содержащих положения о применении переговоров, иных примирительных процедур (включая медиацию) и судебного посредничества на любых стадиях процесса. Под судебным посредничеством в проекте понимается выяснение, сопоставление и сближение позиций сторон относительно путей разрешения спора, оказание им содействия в достижении взаимоприемлемого результата примирения, основанного на понимании и оценке сторонами обоснованности заявленных требований и возражений. Проектом предусмотрено, что в качестве посредника, т.е. лица, содействующего сторонам в мирном урегулировании спора и, в частности, способствующего пониманию и оценке ими юридической обоснованности заявленных требований и возражений, может выступать судья в отставке или помощник судьи. Проект неоднозначен, спорно соотношение его положений с нормами Закона о медиации, но, безусловно, пришла пора подумать о включении положений о применении примирительных процедур в процессуальное законодательство.

———————————

<1> См.: URL: http://www.arbitr.ru/nks/meetings/36705.html.

 

Интересно, что в качестве дополнительной меры стимулирования сторон к достижению соглашения законопроектом предусмотрен возврат до 70% государственной пошлины при заключении мирового соглашения или признании ответчиком иска по результатам примирительной процедуры. Представляется, что меры материального стимулирования необходимо предусмотреть и в случае применения сторонами внесудебной медиации, в частности предусмотреть предоставление лицам, обратившимся к профессиональному медиатору для разрешения спора, налогового вычета на определенную законом максимальную сумму затрат на процедуру медиации в случае достижения соглашения и на 50% этой суммы, в случае если медиация завершилась неудачей.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code