Глава 5. ПРАВОСУДИЕ В КОНТИНЕНТАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ПРАВА

Часть вторая. МОДЕЛИ ПРАВОСУДИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Глава 5. ПРАВОСУДИЕ В КОНТИНЕНТАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ПРАВА

§ 1. Основные черты континентальной модели правосудия

Континентальная система права (иногда ее называют романо-германской <1>, отдавая, видимо, дань тому мощному развитию права и юридической науки, которое наблюдалось в романоязычных и германоязычных государствах во втором тысячелетии н.э. на базе основных понятий римского права) охватывает самые различные государства Европы — от Франции на западе до России на востоке и от Скандинавских стран на севере до Италии на юге. Эта система включила государства, где законодательство и наука права возникли и развивались в значительной степени на основе принципов римского права.

———————————

<1> См.: Рене Д., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности / Пер. с фр. М., 1996. С. 21.

 

Говоря об этой системе права, знаменитый правовед Р. Давид отметил ее характерные черты: «Здесь на первый план выдвинуты нормы права, которые рассматриваются как нормы поведения, отвечающие требованиям справедливости и морали. Определить же, какими должны быть эти нормы, — вот основная задача юридической науки; поглощенная этой задачей доктрина в меньшей степени интересуется вопросами управления, отправлением правосудия и применением права: этим занимаются юристы-практики» <1>.

———————————

<1> Там же.

 

Главенствующая роль в названных странах издавна отводилась и до сих пор формально отводится писаному закону, а не судебным прецедентам, создаваемым судьями. Вот почему в этой системе права действуют своды законов — кодексы, и именно в странах континентальной системы были созданы великие памятники кодифицированного законодательства — «Саксонское зерцало», «Швабское зерцало», Русская Правда, Салическая правда (Lex Salica).

Право и законодательство в этой системе рассматриваются в качестве средства регулирования взаимоотношений между гражданами. Поэтому наиболее разработанной отраслью права оказалось гражданское право, хотя и большинство других отраслей, например уголовное и уголовно-процессуальное право, разработаны довольно глубоко (вспомним хотя бы исчерпывающее учение о составе преступления в германском и русском уголовном праве).

Вследствие того что к числу государств континентальной системы права относятся такие страны, как Испания и Португалия, бывшие в Средние века мощными колонизаторскими державами, эта система воспринята сегодня подавляющим большинством латиноамериканских государств, а также (благодаря Франции) весьма значительным числом стран так называемой Черной Африки. Из стран Азии, добровольно реципировавших континентальное право, можно назвать Турцию и отчасти Японию. Что касается Азербайджана и среднеазиатских государств — Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана, то, унаследовав основные институты этой правовой системы благодаря России, с которой они в течение столетий жили в составе одного государства, в вопросах права эти страны пока в основном разделяют позиции континентальной системы.

Водораздел между англосаксонской и континентальной системами правосудия проходит по границе между состязательным и розыскным судопроизводством. Состязательность судопроизводства предполагает равенство сторон в процессе перед реально независимым судом, что позволяет сторонам спорить ради отыскания истины по делу. Поэтому состязательность предполагает полное равенство сторон в ходе этого спора и реальную независимость суда, без наличия которой судьи не смогут обеспечить нормальное устное, гласное и непосредственное исследование доказательств по делу и дать адекватную оценку этих доказательств на базе своего внутреннего убеждения. Состязательности, характерной особенно для англосаксонской системы правосудия, противостоит розыскной тип правосудия, при котором в руках органов следствия и прокуратуры (уголовного преследователя) находятся одновременно «полномочия судебного характера, связанные с принятием решения по делу» <1>. Принято считать, что в странах с современной системой правосудия везде, включая Европу, преобладают состязательные начала, но сохраняются и немаловажные элементы розыска (особенно заметные в германском уголовном процессе).

———————————

<1> См.: Смирнов А.В. Исторические формы уголовного процесса. СПб., 2002. С. 6.

 

Континентальная система правосудия, как отмечалось выше, охватывает всю континентальную Европу. Прежде всего она представлена во Франции и в Германии (почему ее иногда называют романо-германской). Ее вполне достойно представляют Италия и Испания, Австрия и Польша, а также Россия.

Выше упоминалось, что отличительной чертой законодательства стран континентальной системы права как основы реализуемого в них правосудия является кодифицированность. Она осуществлялась постепенно в течение всего XIX в., а в России была завершена в 1903 г. принятием Уголовного уложения. Основные образцы кодификации различных отраслей права в Европе задали Франция и Германия. Во Франции кодификация завершилась принятием Гражданского кодекса (так называемого Кодекса Наполеона) в 1804 г. и Уголовного кодекса в 1810 г., которые существенным образом повлияли на формирование аналогичного законодательства в остальных континентальных странах Европы и в странах других частей света. В Германии в силу ее раздробленности до 1870 г. кодификация затянулась: Уголовный кодекс был принят лишь 15 мая 1871 г., причем его предшественники — прусский Уголовный кодекс 1851 г., испытавший сильное влияние Уголовного кодекса Франции, и Уголовный кодекс Северо-Германского союза 1870 г. тоже сильно опоздали. Что касается Уголовно-процессуального кодекса Германии (далее — УПК Германии), то он был принят только в 1877 г., а в силу вступил в конце 1890-х гг. Также в самом конце XIX в. вступили в силу Германское гражданское уложение и Гражданский процессуальный кодекс Германии.

Такое опоздание имеет и положительную сторону. Как отмечал Р. Давид, «в тот период, когда французские юристы занимались толкованием своих текстов, немецкие юристы продолжали работу университетов над текстами римского права. В Германии восторжествовала новая школа — школа пандектистов, которая привела к гораздо более высокому уровню систематизации римских принципов, чем прежде» <1>. Вследствие этого кодексы Германии повлияли на уголовное законодательство других германских государств (Австрии, Швейцарии, Нидерландов, Дании, Швеции и Норвегии) в гораздо меньшей степени, чем французские кодексы. Существенное влияние немецкие кодексы оказали только на законодательство России, что можно объяснить как тем, что в нашей стране серьезные реформы в области права начались только с крушением крепостничества, т.е. во второй половине XIX в., так и тем, что в силу исторических обстоятельств первые отечественные профессора права прошли германскую школу, а не французскую.

———————————

<1> Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 54.

 

Система континентального права географически и исторически отличается от англосаксонской системы тем, что в отличие от последней она не допускает судебного контроля за конституционностью применяемых в стране законов. Для континентальной системы права совокупность норм составляет основное содержание права, а для англосаксонской не менее, чем нормы, важны прецеденты (старые судебные решения). При этом совокупность норм ценна не только сама по себе как свод неких правил, но и как предмет истолкования и применения, а это требует и своего понятийного аппарата, и выработки собственных способов толкования норм в связи с фактом рождения и функционирования в рамках определенного социального строя, возникшего ранее, чем данная совокупность норм.

Совокупность норм изменяется время от времени. И в этом нет ничего необычного — для юриста нет ничего естественнее знакомства с новыми нормами и их освоения. Однако для него намного важнее понимать внутреннюю структуру совокупности норм, действующих в государстве, взаимосвязь между ними, терминологию законотворчества, позволяющую понять смысл и значение нового нормативного регулирования и на этой основе строить деятельность по применению норм на практике. Все эти элементы находятся за пределами текста норм, но они неизменны и на них базируется правоприменение. Прав Р. Давид, когда вслед за американским юристом Р. Паундом указывает на значимость тех элементов, которые стоят за нормами права: «Именно на них основано представление об историческом постоянстве национального права, независимо от тех модификаций, которые претерпевали нормы. Наличие этих элементов дает основание говорить о праве как о науке и делает возможным юридическое образование» <1>. Посредством этих, более постоянных, чем нормы, элементов проводится главное разграничение между континентальной и англосаксонской системами права.

———————————

<1> Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 20.

 

Континентальная система права складывалась в Европе с XII в. на базе знаменитой кодификации, проведенной византийским императором Юстинианом. Подчеркнем, что она не развивалась на базе укреплявшейся политической власти королей и создания под их эгидой сильно централизованных королевских судов, как англосаксонская система, а строилась возникавшими с XIII в. в Европе университетами, которые кропотливо, в течение веков выработали «право ученых», ставшее общим для весьма отличных друг от друга стран континентальной Европы <1>. Эти университеты учили, что гражданским обществом должно управлять право, подразумевая римское право, которое было для них лучшим в мире. Даже при условии, что им удавалось убедить в этом правителей, судей и большинство населения страны, пределы восприятия идей «права ученых» в каждой отдельной стране Европы и иных частях света были очень неодинаковы. Тем не менее предлагаемая ими модель раньше или позже стала действующим правом во всех странах Европы.

———————————

<1> Там же. С. 34.

 

В наше время континентальная система права является, пожалуй, самой распространенной в мире, включая страны, никогда не находившиеся под европейским господством. Она, видимо, близка большинству стран Азии и Африки, не говоря уже о Латинской Америке, не в последнюю очередь потому, что эта система сама позволяла реципировать себя даже частично с тем, чтобы определенная часть правоотношений (в том числе личный статус гражданина) регламентировалась нормами прежнего, традиционного права страны-реципиента.

Поскольку важнейшим принципом правосудия в странах континентальной системы права является подчинение судей только закону (принцип судейской независимости), то при этом судебная практика (по крайней мере формально) не считается источником права, хотя признание ее таковой в правовой доктрине продвигается семимильными шагами. Можно отметить подчас благосклонное отношение к ней судов, но все-таки, если говорить принципиально, страны континентальной системы права стремятся к тому, чтобы судья не превращался в законодателя. В странах же англосаксонской семьи права судебная практика, даже потесненная в последние десятилетия парламентскими актами-статутами (законами), все еще остается весьма важным источником права.

Другим важным принципом функционирования системы правосудия в странах континентальной системы является уголовная ответственность за индивидуальную вину, что, строго говоря, исключает допущение уголовной ответственности юридических лиц. Правда, в данное время эта идея активно развивается в Европе, особенно благодаря деятельности органов Евросоюза и международным конвенциям, составляемым под сильнейшим воздействием американских и английских юристов. Это привело к принятию концепции уголовной ответственности юридических лиц Францией (1992) и несколько раньше Нидерландами, а в последнее время Бельгией, Польшей и Испанией. Однако Россия, Германия, Италия и многие страны восточной и юго-восточной Европы остаются пока принципиальными оппонентами этой идеи.

Возвращаясь к роли судебной практики, следует отметить, что во всех странах континентальной системы права она основана не только на сильной традиции, но и на особенностях организации судов, а равно подготовки и подбора судей. В рамках этой системы организация судебной деятельности по отправлению правосудия отличается своей спецификой в каждой отдельной стране, но имеет и общие, присущие им всем черты. Везде в этих государствах судебная система построена по иерархическому признаку. По первой инстанции споры подсудны тем судам, которые расположены более или менее равномерно на всей территории страны. В Германии это участковые суды (Amtsgericht), суды присяжных (Schwurgericht) и суды земли (Landesgericht). Во Франции основными судами первой инстанции являются трибунал малой инстанции и отчасти трибунал большой инстанции, а также суды присяжных (court d’assises). Над ними стоят апелляционные суды (в гораздо меньшем количестве). Судебную систему возглавляет верховный суд. В Италии это суды преторов, окружные, апелляционные суды, а также суды присяжных (ассизов) и апелляционные суды присяжных, иерархию возглавляет Высший кассационный суд.

В рамках этой общей схемы немало различий в судоустройстве отдельных стран. Рассмотрим данный вопрос на примере Германии, Франции и Италии как наиболее ярких представителей континентальной системы права.

В этих странах, как и в ряде других, имеются весьма несходные между собой суды первой инстанции, их может быть несколько видов в зависимости от характера рассматриваемых ими дел.

 

§ 2. Особенности национальных моделей правосудия континентальной традиции права

Германия. В Германии существует четыре вида судебных учреждений общей компетенции, которые осуществляют уголовное правосудие: 1) участковый суд; 2) суд земли; 3) высший суд земли (Oberlandesgericht); 4) Верховный федеральный суд (Bundesgerichtshof). Создаваемый на базе судов первой ступени суд шеффенов и формируемый на основе судов двух последующих ступеней суд присяжных рассматривают в составе единой с профессиональными судьями коллегии некоторые категории наиболее серьезных уголовных дел, отнесенных законом к их компетенции. Значение этих судов особенно возросло с 1969 г., когда Верховный федеральный суд Германии был полностью лишен права рассматривать уголовные дела по первой инстанции. Говоря о компетенции германских судов первой инстанции, следует отметить, что, хотя в Германии не существует столь строгой, как, например, во Франции, зависимости предметной подсудности уголовных дел от категории уголовно наказуемых деяний, все-таки принятая в германском уголовном законодательстве классификация уголовных деяний играет немаловажную роль при определении подсудности судов первой инстанции.

В связи с этим напомним, что в наше время § 12 Уголовного кодекса (далее — УК) Германии предусматривает лишь два вида уголовно наказуемых деяний: преступление (Verbrechen) — противоправное деяние, караемое лишением свободы на срок от одного года и более, и уголовный проступок (Vergehen) — противоправное деяние, караемое лишением свободы на срок до одного года или штрафом.

Низовое звено германской системы уголовного правосудия — участковый суд. В Германии насчитывается более 800 участковых судов, число которых по отдельным землям колеблется от трех (земля Бремен) до 177 (земля Северный Рейн-Вестфалия). Дела в этом суде рассматриваются либо единолично участковым судьей, либо судом шеффенов (один профессиональный судья и два заседателя из числа граждан). Участковый судья вправе рассматривать единолично дела об уголовных проступках. Следовательно, речь идет о деяниях, за которые закон предусматривает наказание не более строгое, чем лишение свободы на срок до одного года, либо о деяниях, которые возбуждены перед участковым судом прокуратурой, и следует ожидать, что назначенные за них наказания не превысят одного года лишения свободы.

Для рассмотрения более серьезных дел в рамках участкового суда образуется суд шеффенов. Он состоит из участкового судьи в качестве председательствующего и двух заседателей из числа граждан, постоянно проживающих на территории юрисдикции данного участкового суда. В ряде случаев (когда имеется дело большого объема или рассматривается дело, переданное в данный суд из вышестоящего суда) состав суда шеффенов может быть пополнен еще одним участковым-судьей. При разбирательстве дела по существу участковые судьи и шеффены составляют единую коллегию.

Шеффенами могут быть только германские граждане, достигшие 30-летнего возраста, проживающие на территории данной общины не менее одного года и не имеющие физических либо психических недугов, которые могли бы помешать им исполнять обязанности заседателя в суде.

К отправлению функций шеффена не допускаются следующие категории лиц:

лишенные по решению суда права занимать публичные должности либо осужденные за умышленное уголовное деяние к лишению свободы на срок более шести месяцев;

находящиеся под следствием по обвинению в совершении уголовного деяния, за которое суд может лишить их права занимать публичную должность;

ограниченные по постановлению суда в праве распоряжаться своим имуществом.

Не привлекаются к исполнению обязанностей шеффена:

Федеральный президент;

члены Федерального правительства Германии и правительств входящих в Германию земель;

высшие должностные лица, которые в любой момент могут быть временно отстранены от занимаемой должности или отправлены в отставку (имеются в виду чиновники, выполняющие политические функции в аппарате Федерального правительства или правительства отдельной германской земли);

судьи, чиновники прокуратуры, полицейские чиновники, нотариусы, адвокаты, судебные исполнители;

служители культа и члены таких религиозных объединений, пребывание в составе которых несовместимо с участием в общественной деятельности, в частности при отправлении правосудия в качестве народного представителя.

Шеффены избираются по спискам, составленным местными советами сельской или городской общины из расчета три кандидата на 1 тыс. жителей общины.

Суд шеффенов рассматривает по первой инстанции те подпадающие под юрисдикцию участкового суда уголовные дела, которые участковый судья не вправе разбирать и решать единолично. В частности, суду шеффенов подсудны некоторые дела о серьезных преступлениях, если за них не ожидается назначение наказания более строгого, чем четыре года лишения свободы, при условии, что рассмотрение этих дел по первой инстанции не отнесено законом к компетенции суда земли, суда присяжных или высшего суда земли. Следует добавить, что из подсудности суда шеффенов изъяты дела, по которым в соответствии с законом могут быть назначены в качестве меры безопасности превентивная изоляция (Sicherungsverwarnung) (§ 66 УК Германии) или помещение в психиатрическую лечебницу (§ 63 УК Германии).

Другим судебным учреждением общей компетенции, рассматривающим дела по первой инстанции, является суд земли. На территории Германии образовано более 100 таких судов. В небольших землях (например, в Бремене, Сааре) существует по одному суду земли, а в больших землях (например, в Баварии) их число может превышать 20. Суд земли состоит из председателя, директоров судебных палат и членов суда.

В суде земли создаются палаты по уголовным и по гражданским делам, а с учетом специфики отдельных местностей может быть создана также палата по торговым делам. При рассмотрении конкретных дел по первой инстанции палата по уголовным делам суда земли (в этом случае она называется «большая палата») действует в составе трех профессиональных судей и двух шеффенов.

К компетенции палаты суда земли по уголовным делам относится рассмотрение по первой инстанции дел о преступлениях или уголовных проступках, которые не входят в компетенцию ни участкового суда, ни высшего суда земли либо входят в компетенцию участкового суда, но ввиду своей общественной значимости переданы на рассмотрение суда земли по ходатайству прокурора.

В некоторых случаях в ходе рассмотрения подсудного ему уголовного дела участковый суд приходит к выводу, что подсудимый заслуживает наказания, на назначение которого участковый суд не уполномочен по закону. При этом он передает дело в суд земли для разрешения его по первой инстанции.

Особо следует отметить, что при судах земли, на территории подсудности которых расположена резиденция высшего суда земли, может быть образована палата по делам о государственных преступлениях (так называемая палата по делам о защите государства), рассматривающая те дела о государственных преступлениях, которые не охватываются юрисдикцией высшего суда земли. К подсудности этой палаты согласно УК Германии относятся дела о следующих опасных преступлениях:

1) злостная пропаганда против армии, саботажные действия против средств защиты (вооружений), сбор сведений или иных материалов об обороноспособности страны для находящихся за пределами страны учреждений, партий или объединений либо для запрещенных германских партий и их членов, изготовление фотоснимков или описаний вооружения, если это создает угрозу безопасности Германии (§ 109 «d» — 109 «g»);

2) создание криминальных объединений (§ 129);

3) содействие насильственному вывозу людей за пределы национальной территории, создающему опасность для их жизни или здоровья (§ 234 «a»);

4) донос в целях провокации преследования по политическим мотивам (§ 241 «a»).

Однако, если дело о любом из названных преступлений в конкретном случае приобретает особую общественную значимость, оно может быть изъято Генеральным прокурором Германии из производства суда земли и передано на рассмотрение по первой инстанции в высший суд земли. Поэтому в действительности компетенция суда земли по делам о государственных преступлениях довольно ограниченна.

Что касается судов присяжных, то они по мере необходимости созываются при судах земли для рассмотрения четко обозначенного в законе круга дел (при этом по распоряжению министерства юстиции соответствующей земли один суд присяжных может создаваться для нескольких судов земли).

Сейчас суд присяжных в Германии рассматривает дела в составе трех профессиональных судей и двух присяжных-шеффенов, решая в открытом судебном заседании совместно вопросы, касающиеся вины подсудимого и наказания. Прежде 12 присяжных выносили вердикт о виновности или невиновности подсудимого, а судья на этой основе назначал наказание лицу, признанному присяжными виновным. В 1923 г. германский законодатель пришел к выводу о неэффективности правосудия присяжных в условиях Германии и заменил их на единую коллегию в составе трех судей и двух заседателей, решающих все вопросы уголовной ответственности совместно. Однако, несмотря на ликвидацию отдельной скамьи присяжных, прежнее название суда было сохранено. Добавим к этому, что сейчас так называемый светский элемент в лице присяжных шеффенов может и не привлекаться к участию в рассмотрении дела данным судом, если это дело рассматривается не в открытом судебном заседании.

В настоящее время к юрисдикции суда присяжных в Германии отнесены следующие уголовные дела:

о простом и тяжком убийстве;

о деяниях, повлекших смерть потерпевшего (в частности, тяжкие сексуальные преступления, оставление в опасном для жизни состоянии, тяжкие телесные повреждения, похищение малолетних, незаконное лишение свободы, взятие заложников, грабеж, разбой, проведение взрывных работ, общеопасное затопление, воздушное и морское пиратство, общеопасное отравление, умышленное причинение вреда окружающей среде);

о двух составах преступлений, не повлекших смертельного исхода, но создавших угрозу жизни и здоровью людей (проведение ядерного взрыва (§ 307 УК Германии) и злоупотребление ионизирующим излучением с намерением причинить вред здоровью людей (§ 309 УК Германии)).

Для каждой сессии суда присяжных президиум соответствующего суда земли назначает из числа членов суда земли или участковых судей председателя суда присяжных и профессиональных судей этого суда. Что касается непрофессиональных членов суда присяжных-шеффенов, то их подбор производится в том же порядке, что и подбор шеффенов палаты по уголовным делам суда земли. При этом общее число присяжных определяется таким образом, чтобы каждый из них в течение отчетного года смог принять участие только в одной сессии суда присяжных, что свидетельствует о более высоких требованиях к их независимости в процессе отправления правосудия, чем это имеет место применительно к обычным шеффенам (заседателям).

Дела об особо опасных преступлениях против государства и граждан рассматриваются по первой инстанции высшим судом земли. В каждой германской земле имеется от одного до четырех высших судов земли. В их состав входят председатель, председатели сенатов по уголовным и гражданским делам и члены суда (в ранге советников).

По первой инстанции высший суд земли рассматривает уголовные дела в составе сената по уголовным делам (наряду с ним образуются сенаты по гражданским, семейным и трудовым делам). Сенат по рассмотрению уголовного дела в открытом заседании состоит из пяти профессиональных судей; вне открытого заседания допускается рассмотрение уголовного дела по первой инстанции в составе трех судей, а по ряду мелких дел о нарушении порядка — даже в составе одного судьи (§ 80-a Закона о нарушениях порядка — Ordnungswidrigkeitsgesetz).

Уголовному сенату высшего суда земли подсудны по первой инстанции следующие категории дел:

измена делу мира (подготовка агрессивной войны и подстрекательство к ней) (§ 80, 80 «a» УК Германии);

государственная измена или измена отдельной германской земле (§ 81, 82 УК Германии);

шпионаж (§ 94 УК Германии) и выдача государственной тайны (§ 95 — 97 УК Германии);

угроза демократическому правовому государству (поддержка запрещенных партий и объединений, распространение их пропагандистских материалов или эмблем, агентурная деятельность по подготовке саботажа, антиконституционный саботаж, незаконное воздействие на армию или органы безопасности, оскорбление Федерального президента, государства или его символов, а равно конституционных органов Германии (§ 84 — 90, ч. 3 § 90 «a», § 90 «b» УК Германии));

геноцид (§ 6 Германского уголовного кодекса международных преступлений);

причинение смерти в ходе совершения преступлений против человечности (ч. 3 § 7 Германского уголовного кодекса международных преступлений);

покушение на представителей иностранных государств, включая представителей дипломатических миссий, находящихся на территории Германии (§ 102 УК Германии);

простое или тяжкое убийство либо иное тяжкое преступление, если их совершение в конкретном случае направлено против устоев и безопасности Германии.

Надо добавить, что в любом случае, когда Генеральный прокурор Германии приходит к выводу, что конкретное уголовное дело вызвало особый общественный интерес, он вправе на основании § 120 Германского закона о судоустройстве передать это дело на рассмотрение по первой инстанции в уголовный сенат высшего суда земли.

Добавим, что только в Баварии — крупнейшей германской земле существует Верховный суд земли. К его подсудности по первой инстанции отнесены те же категории уголовных дел, которые в других землях рассматривают высшие суды земли. В Баварии наряду с Верховным судом действуют три высших суда земли, которые в пределах подсудных им территорий тоже выступают как суды первой инстанции по уголовным делам. Однако Верховный суд Баварии при этом является единственным судебным органом данной земли, осуществляющим еще и кассационное производство по уголовным делам.

Германский уголовный процесс, как и уголовно-процессуальное законодательство большинства стран континентальной Европы, знает три вида пересмотра приговоров по уголовным делам: апелляция, кассация и пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам.

Что касается апелляции, то в Германии существует лишь одна апелляционная инстанция — палата по уголовным делам суда земли. В этом суде обычно имеются две палаты — по уголовным делам и по гражданским делам. Палата по уголовным делам суда земли в апелляционном порядке заседает в составе профессионального судьи в качестве председательствующего (из числа судей суда земли) и двух шеффенов (тогда ее называют малой палатой по уголовным делам).

Особенность апелляционного производства состоит в том, что после обжалования дело рассматривается повторно по существу в суде второй инстанции в целях проверки правильности вынесенного судом первой инстанции приговора как по юридическим, так и по фактическим основаниям.

При апелляционном пересмотре дела в палате по уголовным делам суда земли в рассмотрении дела участвуют профессиональный судья в качестве председательствующего (это может быть любой постоянный член суда земли) и два шеффена. Этот суд второй инстанции рассматривает дело заново с полной проверкой правильности вынесенного судом первой инстанции приговора — и по юридическим, и по фактическим основаниям. В литературе справедливо отмечается <1>, что по сравнению с Францией и Италией в Германии апелляционное производство является наименее распространенной формой обжалования приговоров, потому что в первую очередь подача апелляционной жалобы допускается только на приговоры участковых судов и суда шеффенов при участковом суде (т.е. судов самого низшего звена). Обжалование в апелляционном порядке приговоров других судов не допускается. Не разрешается подача апелляционных жалоб даже на приговоры участкового судьи, вынесенные им единолично по делам о проступках против общественного порядка (Ordnungswidrigkeit — аналог наших административных правонарушений), если при этом подсудимый был оправдан или ему была определена мера наказания в виде штрафа.

———————————

<1> См., например: Лубенский А.И. Апелляционные и кассационные суды капиталистических государств. М., 1975. С. 21.

 

В ходе рассмотрения апелляции определяется круг свидетелей и экспертов, подлежащих вызову в судебное заседание апелляционной инстанции. При подготовке дела к повторному слушанию допускается представление в апелляционную инстанцию новых доказательств, в том числе вызов в суд новых свидетелей.

При рассмотрении уголовного дела по апелляции должны быть вызваны подсудимый и его защитник. Более того, Закон о судоустройстве (§ 74-e) и УПК Германии (§ 71) особо предусматривают обстоятельства, при наличии которых участие подсудимого и его защитника в апелляционном рассмотрении дела является обязательным. Во всех этих случаях неявка подсудимого или его защитника влечет отклонение апелляционной жалобы без рассмотрения ее по существу.

Надо отметить, что исследование доказательств в ходе судебного следствия в апелляционном суде проводится в более узком объеме, чем в суде первой инстанции, в частности, принцип непосредственности исследования доказательств соблюдается здесь в значительно меньшей степени. Например, в апелляционной инстанции германских судов земли допускается и широко практикуется оглашение протоколов допросов свидетелей и экспертов, проведенных ранее как в суде первой инстанции, так и в ходе предварительного расследования, вместо допроса этих лиц непосредственно судом апелляционной инстанции. Правда, по окончании судебного следствия в апелляционной инстанции все участники процесса выступают с заключительными ходатайствами, а присутствующему на заседании подсудимому всегда предоставляется последнее слово, однако пробелы непосредственной оценки доказательств данным судом это не восполняет.

Апелляционная инстанция по результатам проведенного ею судебного разбирательства вправе принять одно из следующих решений:

оставить обжалованный в порядке апелляции приговор суда первой инстанции в силе;

отменить этот приговор и вынести по делу новый обвинительный или оправдательный приговор (либо постановление о применении к подсудимому «мер исправления и безопасности»);

прекратить данное уголовное дело производством;

передать это уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Однако на практике, как правило, апелляционная инстанция разрешает дело самостоятельно без направления его на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении такого дела суд первой инстанции, в который оно передано, не связан указаниями апелляционной инстанции (т.е. палаты по уголовным делам суда земли).

Важнейшее значение при рассмотрении дела в апелляционной инстанции имеет строгое соблюдение правила о запрете поворота к худшему (reformatio in peius) для обвиняемого в этой стадии процесса.

При осуществлении правосудия по уголовным делам в Германии это правило интерпретируется следующим образом: если приговор по делу обжалован только подсудимым, его защитником или законным представителем, а равно если жалоба принесена прокурором в интересах подсудимого, то суд, рассматривающий такую жалобу, не вправе ухудшать положение подсудимого. Однако запрет поворота к худшему, действующий не только при апелляционном пересмотре дела, но и при кассации и пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам, понимается германскими законодателями и юристами довольно узко. С одной стороны, апелляционная инстанция не может ни увеличить размер наказания, назначенного судом первой инстанции, ни избрать наказание более строгого вида. С другой стороны, закон не препятствует суду при рассмотрении апелляционной жалобы, поданной в интересах подсудимого, изменить приговор с применением к осужденному уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за более тяжкое преступление, хотя и с обязательным сохранением наказания в тех пределах, которые определены первоначальным приговором. В результате, несмотря на сохранение прежней меры и прежнего размера наказания, положение подсудимого ухудшается как в плане его социального престижа, так и в плане возможных правовых последствий для подсудимого в будущем (например, при возможном объявлении амнистии).

Производство по кассации имеет в странах континентальной системы права, в частности в Германии, свои особенности. В ходе кассационного производства по уголовным делам в германских судах правильность вынесенного нижестоящим судом приговора проверяется исключительно с точки зрения соблюдения процессуальных норм в первой инстанции и точного применения норм материального уголовного права. Что касается проверки соответствия обжалуемого приговора фактическим обстоятельствам дела, то кассационная инстанция, в отличие от апелляционной, этим не занимается. Согласно ч. 1 § 337 УПК Германии основанием подачи кассационной жалобы может быть только то обстоятельство, что приговор вынесен с нарушением закона. А под нарушением закона ч. 2 того же параграфа УПК Германии подразумевает случай, когда «правовая норма не применена или применена неправильно». Понятие правовой нормы, подлежащей применению по делу в смысле § 337 УПК Германии, толкуется в германской судебной практике и науке права весьма широко: это не только нормы федерального и провинциального (отдельных германских земель) уголовного законодательства, но и правительственные постановления, положения международных договоров и конвенций, международные и внутригерманские правовые обычаи, а равно официальные и официозные толкования закона, в том числе разъяснительные постановления Верховного федерального суда.

Примечательно, что при подаче кассационной жалобы на том основании, что при вынесении приговора по первой инстанции были нарушены нормы материального уголовного права, кассатору достаточно написать в жалобе: «Я жалуюсь на нарушение нормы материального права». Ссылок на конкретную нарушенную норму материального права, а тем более мотивировки позиции жалобщика (почему он считает, что норма нарушена) не требуется. Такой подход можно понять, поскольку в любом случае при поступлении кассационной жалобы в надлежащий суд последний обязан проверить весь обжалуемый приговор в полном объеме с точки зрения правильности применения норм материального уголовного права к фактическим обстоятельствам конкретного дела.

Кассационное производство в Германии может иметь только два исхода: удовлетворение кассационной жалобы либо оставление ее без удовлетворения. Причем в первом случае кассационная инстанция, отменяя прежний приговор по делу, может сама вынести новый приговор или направить дело в нижестоящий суд для его повторного рассмотрения по существу.

Нельзя не сказать, что в германском уголовном процессе предусмотрены довольно широкие возможности вынесения кассационной инстанцией нового приговора по существу дела. В частности, это допустимо, если обжалованный в кассационном порядке приговор отменен лишь ввиду неправильного применения материального уголовного закона к установленным по делу обстоятельствам, вследствие чего в новом исследовании фактической стороны этого дела нет необходимости.

Новый приговор по существу дела, вынесенный кассационной инстанцией, может состоять:

в оправдании подсудимого;

в прекращении уголовного дела;

в осуждении подсудимого с назначением ему абсолютно определенного наказания, если таковое предусмотрено уголовно-правовой нормой;

в назначении с согласия прокурора минимального наказания по данной норме, если ее санкция предусматривает относительно определенное наказание;

в освобождении подсудимого от наказания.

Как видим, возможности такого рода, имеющиеся у кассационной инстанции, внушительны. И именно в этом, на наш взгляд, кроется одна из причин того, что такой вид пересмотра приговоров, как апелляция, занимает в уголовном процессе Германии довольно скромное место.

Добавим несколько слов о судебных органах, компетентных рассматривать уголовные дела по кассации.

Основными звеньями такого рассмотрения дел являются уголовные сенаты высших судов земли и Верховного федерального суда Германии. Уголовные дела рассматриваются в уголовном сенате коллегией из трех профессиональных судей — членов высшего суда земли (советников).

В высший суд земли могут быть поданы кассационные жалобы:

на приговоры участковых судей, по которым не допускается апелляционное обжалование;

на приговоры, вынесенные при апелляционном рассмотрении дел малыми палатами по уголовным делам судов земли;

на приговоры, вынесенные судами присяжных или большими палатами по уголовным делам судов земли по первой инстанции, если кассационная жалоба принесена исключительно по поводу нарушения норм законодательства соответствующей германской земли.

Верховный федеральный суд как высшая кассационная инстанция имеет, как и высшие суды земли, в своем составе сенат по уголовным делам и сенат по гражданским делам. Существуют также особые сенаты (например, сенат по адвокатским делам). Количество сенатов определяется министром юстиции Германии. Штат судей Верховного федерального суда, включающий председателя, председателей сенатов и федеральных судей Верховного федерального суда, назначает Федеральный президент Германии по совместному представлению министра юстиции и Комитета по выборам судей. Этот Комитет состоит из представителей правительств всех земель ФРГ и членов, избираемых Бундестагом из числа лиц, обладающих значительными познаниями в области юриспруденции (ст. ст. 3 и 4 Германского закона о выборах судей от 25 августа 1950 г.).

Возобновление уголовного дела по вновь открывшимся обстоятельствам как чрезвычайный вид пересмотра приговоров, вступивших в силу, считается в Германии исключительной процедурой. Полное название этого института в законе (§ 359 — 373 «a» книги четвертой УПК Германии) в переводе с немецкого звучит так: «Возобновление производства, завершившегося вступившим в законную силу приговором».

По утверждению некоторых германских юристов, сфера применения данной процедуры пересмотра приговоров в Германии более широкая, чем во Франции или в Италии. Проявляется это прежде всего в том, что такого рода пересмотру могут подвергнуться как обвинительные, так и оправдательные приговоры. Кроме того, в Германии очень широк перечень оснований для возбуждения ходатайства о пересмотре приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам. И наконец, в определенных случаях возобновление дела по вновь открывшимся обстоятельствам может быть предпринято в целях изменения размера наказания, назначенного вступившим в силу приговором, правда, только в сторону его смягчения. При этом есть одно исключение: если квалификация преступного деяния, несмотря на вновь открывшиеся обстоятельства, ходатаями не оспаривается, то ставить вопрос о пересмотре дела для изменения назначенного в приговоре наказания нельзя (ч. 1 § 363 УПК Германии).

Ходатайство о возобновлении дела по вновь открывшимся обстоятельствам подается в тот суд, чей вступивший в законную силу приговор оспаривается ходатаем. Этот суд после рассмотрения вопроса о допустимости поданного ходатайства и последующего исследования новых обстоятельств, которые могут дать основания для возобновления уголовного производства, запрашивает по указанным вопросам мнение прокурора и разъяснения осужденного, чтобы на этом основании принять решение о возобновлении производства по делу или об отказе в нем.

Представляется уместным хотя бы вкратце рассмотреть правосудие специальных судов по уголовным делам. Существуют всего два вида таких судов — суды по делам молодежи (Jugendgericht) и военные суды. Создание в 1908 г. детских судов в Кельне и во Франкфурте-на-Майне стало провозвестником появления через 15 лет целой отрасли позитивного права — законодательства о несовершеннолетних (в частности, имеется в виду Закон о судах по делам несовершеннолетних 1923 г.).

В 1953 г. действие норм об уголовной ответственности несовершеннолетних было распространено при определенных условиях на молодых людей в возрасте до 21 года. Именно этим объясняется тот факт, что закон, регулирующий широкий круг вопросов уголовного права, процесса и судоустройства применительно к правонарушениям юношества, был назван Законом о судах по делам молодежи (Jugendgerichtsgesetz).

Для преследования и наказания преступников, которым к моменту совершения преступления исполнилось 18 лет, но еще не исполнилось 21 года, общеуголовные и процессуальные нормы применяются постольку, поскольку Закон о судах по делам молодежи 1953 г. (в ред. 2002 г.) не содержит на этот счет иных (особых) положений.

Закон распространяется на несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет и на молодых людей в возрасте от 18 лет до 21 года. На малолетних, т.е. детей в возрасте до 14 лет, данный Закон не распространяется, а в случае совершения ими противоправных действий к ним применяются воспитательные меры.

Данный Закон применяется к несовершеннолетним и молодым людям в случае совершения ими деяния, за которые по общеуголовным нормам предусмотрено наказание, но сами эти нормы могут быть применены к несовершеннолетним и молодым людям в возрасте до 21 года только тогда, когда Закон о судах по делам молодежи не предусматривает в отношении этого контингента никакого иного регулирования.

Выделение такой специальной категории правонарушителей, как молодые люди в возрасте от 18 лет до 21 года, явилось новеллой Закона о судах по делам молодежи 1953 г., который расширил сферу применения Закона 1923 г. и заменил его. Между тем требования об этом нововведении выдвигались в Германии еще с начала XX в. В его пользу приводился, в частности, довод о том, что молодые люди в этом возрасте, как правило, не готовы (в смысле окончательного формирования личности) к тому, чтобы к ним были применены общеуголовные нормы в полном объеме. С другой стороны, воздействие на таких молодых людей специфических мер, предусмотренных в уголовном законодательстве для несовершеннолетних, может быть вполне достаточным для их ресоциализации. Правда, нельзя не заметить, что в своем решении о распространении на указанную категорию лиц норм об уголовной ответственности несовершеннолетних германский законодатель пошел на определенный компромисс. Сущность этого компромисса состоит в том, что Закон о судах по делам молодежи касается в основном подростков в возрасте 14 — 18 лет и лишь в § 105 — 112 он определяет, когда и в какой мере этот действующий в отношении подростков Закон применяется к лицам в возрасте от 18 лет до 21 года. Такое применение ограничено только случаями, когда молодой человек по уровню своего развития равен (равнозначен) подростку (разумеется, речь здесь не идет о случаях патологии, дающих право ставить вопрос о невменяемости субъекта) либо когда само деяние по своей сути характерно именно для подростков. В каждом конкретном случае суд с помощью экспертов и сведущих лиц решает, можно ли Закон о судах по делам молодежи применить к конкретному молодому человеку. Таким образом, большинство молодых людей в возрасте от 18 лет до 21 года все-таки несут уголовную ответственность на общих началах со взрослыми.

Как свидетельствует многолетняя судебная практика, соотношение молодых людей и подростков среди лиц, предстающих перед судом по делам молодежи, составляет примерно 2 : 1, вследствие чего этому суду почти в двух третях случаев <1> приходится решать (как того требует § 105 Закона о судах по делам молодежи), имеется ли хотя бы одна из двух предпосылок для рассмотрения дела данного молодого человека судом по делам молодежи, а не общим судом: 1) замедленное развитие молодого человека; 2) оценка совершенного им деяния в качестве нарушения, характерного (по виду, обстоятельствам и побудительным мотивам) для юношества. Точных критериев распознания судьей этих предпосылок нет ни в Законе, ни в подзаконных актах. Конечно, у судьи есть возможность обратиться к экспертам — психиатрам и психологам за советом, но ведь речь идет о подавляющем большинстве дел, поступающих в суды по делам молодежи. Как видим, применение Закона по делам молодежи к категории молодых людей в возрасте от 18 лет до 21 года характеризуется отсутствием единообразия, в чем так нуждается эффективное правосудие по уголовным делам. В разные периоды в различных землях Германии процент молодых людей, осужденных по данному Закону, колебался в пределах от 10 до 40% (без учета оправданий, а также прекращенных и переданных в общие суды дел) <2>. Причем этот Закон применялся к молодым людям в связи с фактами тяжких преступлений чаще, чем в связи с совершением преступлений средней или незначительной тяжести.

———————————

<1> См.: Schaffstein F. Jugendstrafrecht. Stuttgart, 1989. S. 41.

<2> См.: Creisfelds . 16. Aufl. , 2007. S. 716.

 

Суды по делам молодежи — это особые присутствия, специализированные подразделения участковых или вышестоящих судов общей компетенции, на которые возложено решение по первой и второй инстанциям дел об уголовных правонарушениях несовершеннолетних и молодых людей.

Это могут быть: 1) единоличный участковый судья по делам молодежи; 2) шеффенский суд по делам молодежи при участковом суде; 3) палата по делам молодежи при вышестоящем суде — суде земли. Шеффенский суд при этом — основное звено, рассматривающее дела по первой инстанции. Он может назначить любое наказание, предусмотренное Законом о судах по делам молодежи, вплоть до ареста несовершеннолетних (Jugendarrest) и лишения свободы несовершеннолетних (Jugendstrafe). Но его эффективность ослаблена тем, что шеффенскому суду по делам молодежи неподсудны дела о правонарушениях молодых людей в возрасте от 18 лет до 21 года, если за них грозит наказание в виде лишения свободы на срок более трех лет. В этом случае подсудность переходит к палате по делам молодежи при суде земли.

Эта палата действует как суд первой и второй инстанций.

По первой она рассматривает дела, которые по общеуголовным нормам относятся к компетенции судов присяжных, особо сложные дела и дела, по которым может быть назначено лишение свободы на срок свыше трех лет. Подсудные ей по первой инстанции дела палата рассматривает в составе трех профессиональных судей и двух заседателей.

В качестве второй инстанции палата по делам молодежи при суде земли рассматривает жалобы на приговоры единоличного участкового судьи по делам молодежи или шеффенского суда по делам молодежи, но в первом случае она заседает в составе одного профессионального судьи и двух заседателей, а во втором — в составе трех профессиональных судей и двух заседателей. Важно отметить, что правосудие в судах по делам молодежи осуществляется в соответствии с общепроцессуальными нормами, закрепленными в УПК Германии. Но существуют и свои особенности. Прежде всего имеется в виду наделение родителей и органов судебной помощи юношеству полномочиями участников процесса с самостоятельными функциями. Другая важная особенность — это сокращение производства по жалобам во второй инстанции, а также введение упрощенного порядка производства по таким делам и производства в порядке судейского приказа.

Упрощенное производство осуществляется судьей по делам молодежи, при этом участие прокурора необязательно. Судье дозволено при необходимости отступать от процессуальных правил ради быстроты разбирательства, «если это не препятствует выяснению истины по делу» (ч. 3 § 78 Закона о судах по делам молодежи). В таких случаях должны соблюдаться все нормы об обязательном присутствии обвиняемого, о вызове его родителей или законных представителей и о непременном их уведомлении о принятом судом решении. При подобных гарантиях в упрощенном производстве не может назначаться такая мера наказания, как лишение свободы.

Добавим к сказанному выше, что в производстве в судах по делам молодежи не соблюдается принцип гласности даже в момент оглашения приговора (ч. 1 § 48 Закона о судах по делам молодежи), а присутствовать при этом, помимо участников процесса, могут считанные лица. В результате нельзя не прийти к выводу, что это существенно ограничивает основные права лица, привлеченного к уголовной ответственности перед судами по делам молодежи. И хотя указанные выше особенности процесса обычно объясняются интересами подростка, заботой о его психическом здоровье, тем не менее ощущение некоторой ущербности такого законодательного регулирования остается.

Нельзя сказать, что германские юристы не видят этого противоречия, но они, считая его неизбежным при любом регулировании, оправдывают его тем, что Закон о судах по делам молодежи идет средним путем и потенциально возможное ущемление прав личности в сфере ювенальной юстиции «сводит до терпимого уровня» <1>.

———————————

<1> См.: Schaffstein F. Op. cit. S. 144.

 

Из принципа разбирательства дел несовершеннолетних в специальных судах рассматриваемый нами Закон делает ряд исключений. Им посвящен специальный раздел «Несовершеннолетний перед общеуголовным судом» (§ 102 — 104). Дела подростков разбираются общеуголовным судом в следующих случаях:

если они относятся к исключительной подсудности Федерального верховного суда или высшего суда земли;

несовершеннолетний привлечен в качестве обвиняемого по одному делу со взрослыми;

предметом судебного разбирательства являются несколько деяний одного и того же подсудимого, одну часть из которых он совершил будучи подростком, а другую часть — уже взрослым.

Укажем, что в общеуголовном суде к несовершеннолетним применяются материальные уголовно-правовые нормы, предусмотренные Законом о судах по делам молодежи. Тем не менее подобного рода исключения в определенной мере подрывают принцип специализации судебного производства по делам несовершеннолетних, нацеленной на максимальный учет специфики этих дел.

Юрисдикция судов по делам молодежи распространяется на все уголовно значимые правонарушения несовершеннолетних и приравненных к ним молодых людей, за исключением государственной измены, шпионажа и преступлений против безопасности государства, поскольку они по первой инстанции подсудны высшим судам земли.

Другим видом специальных судов в Германии являются военные суды  как специализированная ветвь системы общих судов, возглавляемая Верховным федеральным судом. Такие суды существовали в Германии с XVIII в. После окончания Второй мировой войны они фактически перестали действовать, а 20 августа 1946 г. были официально упразднены постановлением Союзного контрольного совета, руководившего тогда Германией от имени держав-победительниц.

Вследствие этого уголовные дела военнослужащих, даже если они совершали сугубо воинские преступления, рассматривались судами общей компетенции. Между тем Конституция ФРГ 1949 г. в ст. 96 предусмотрела возможность создания военных судов в качестве федеральных судов. Они должны отправлять правосудие по уголовным делам только в период военного положения (при «необходимости защиты страны»), а также в отношении военнослужащих, посланных за границу для выполнения международных военных операций, и экипажей военных кораблей, которые участвуют в таких операциях. Организационное и финансовое обслуживание военных судов как специального вида федеральных судов возложено на Федеральное министерство юстиции, а высшей судебной инстанцией для этих судов является Федеральный верховный суд (ч. 3 ст. 96 Конституции Германии).

В ч. 2 указанной статьи Конституции Германии содержится также положение о том, что особенности деятельности военных уголовных судов должны быть урегулированы специальным федеральным законом.

Таким законом мог бы стать Военно-уголовный закон от 30 марта 1957 г. (ныне действующий в ред. от 24 мая 1974 г.), поскольку именно военные уголовные суды должны были бы рассматривать дела о воинских преступлениях, предусмотренных в этом Законе. Однако данный Закон ограничился нормами материального уголовного права, предусмотрев в Особенной части 31 состав воинских преступлений (это, в частности, преступления против воинской обязанности, против армейской субординации, противоправное нарушение начальником своего воинского долга и обязанностей по руководству вверенными ему войсками). Ни судоустройственных, ни процессуальных вопросов применительно к рассмотрению указанных преступлений в военном суде данный Закон не решил, а предполагавшегося после вступления его в силу принятия специального процессуального закона для военных судов до сих пор не произошло.

Почему германский законодатель пошел именно по такому пути, отказываясь заранее урегулировать в специальном законе порядок учреждения и деятельности военных уголовных судов, понять трудно. Особенно если учесть колоссальную разветвленность германской судебной системы, которая, помимо судов общей компетенции, включает самостоятельные структуры административных, трудовых, социальных, финансовых, патентных и дисциплинарных судов, не замыкающихся в большинстве своем на Федеральном верховном суде как на своей высшей инстанции.

Так или иначе, но на сегодняшний день дела о воинских преступлениях рассматриваются в Германии судами общей компетенции. Отметим, что в крупных подразделениях германской армии (бундесвера) существуют военно-дисциплинарные суды, однако они даже в малой степени не могут восполнить пробел в законодательстве, вызванный фактическим отсутствием специальных военных судов по рассмотрению уголовных дел в отношении военнослужащих.

Франция. Во Франции Конституция понимает правосудие (justice) как деятельность судов по рассмотрению подсудных им уголовных и гражданских дел, но акцент делает на государственную поддержку этой деятельности — судебную власть ( judiciaire). Согласно ч. 1 ст. 64 Конституции Президент Франции является гарантом независимости судебной власти, а ст. 66 провозглашает судебную власть «хранительницей личной свободы гражданина». Президент возглавляет высший орган судебного управления — Высший совет магистратуры, куда входят министр юстиции (на правах его заместителя) и девять членов из числа выдающихся ученых в области права (по выбору Президента), по одному представителю от аппаратов Сената и Национального собрания, а также от Государственного совета Франции.

Что касается структурной организации французских судов, то согласно Кодексу судоустройства судами общей юрисдикции являются низовые суды, апелляционные суды и Кассационный суд Франции. Разграничение компетенции между судами первой инстанции, с одной стороны, и судами апелляционной и кассационной инстанций — с другой, соблюдается очень строго. Суды, занимающиеся рассмотрением уголовных дел, как правило, не представляют собой самостоятельных формирований (исключение представляют суды присяжных) и не отделены в административном плане от судов, осуществляющих правосудие по гражданским делам. Уголовные дела в судах рассматриваются только профессиональными судьями. Присяжные заседатели (так называемый светский элемент) появляются только в суде присяжных, но и здесь они не самостоятельны, а решают все вопросы дела в единой коллегии с профессиональными судьями. Самостоятельная скамья присяжных была ликвидирована во Франции в 1953 г. — на 30 лет позже, чем в Германии, но по тому же образцу: название суда осталось прежним, а содержание было выхолощено.

В качестве судов первой инстанции по уголовным делам выступают трибуналы малой инстанции (полицейские трибуналы) и трибуналы большой инстанции. Предметная подсудность зависит от тяжести совершенного деяния и от трехчленной классификации всех преступных деяний в Уголовном кодексе Франции, по которой они подразделяются на преступления (crime), уголовные деликты (delit) и уголовные нарушения (contravention).

Преступление — это уголовное правонарушение, караемое пожизненным лишением свободы, лишением свободы на срок до 30, 20 или 15 лет. Уголовный деликт — уголовное правонарушение, караемое лишением свободы на срок до 10 лет; штрафом, назначаемым в твердой сумме или штрафоднях (дневных ставках, размер и число которых определяет суд); неоплачиваемыми работами на общественно полезные цели; ограничением прав (водительских и т.п.); запретом на срок до пяти лет носить оружие и владеть им; конфискацией оружия; запретом на срок до пяти лет выпускать и выдавать чеки и кредитные карточки; запретом на охоту и т.д., конфискацией предмета преступления. Уголовные нарушения — это малозначительные нарушения порядка, караемые штрафом в размере до 1500 евро. Минимум такого штрафа равен 38 евро за самые незначительные нарушения и 150, 450, 750 евро — за более серьезные нарушения. Максимум данного штрафа может быть повышен до 3000 евро в случае рецидива. За нарушение могут быть назначены также лишение водительских прав, лишение разрешения на охоту, запрещение выдавать внешние чеки в течение одного года и пользоваться кредитными карточками. В очень редких случаях полицейский трибунал назначает краткосрочное лишение свободы — на срок до двух месяцев.

Дела об уголовных нарушениях рассматриваются по первой инстанции полицейскими трибуналами, об уголовных деликтах — исправительными трибуналами (уголовными отделениями трибуналов большой инстанции), а о преступлениях — судами присяжных.

По распространенности подсудных уголовных дел выделяется среднее звено судов — исправительный трибунал. Он входит в состав трибунала большой инстанции, являясь коллегиальным судебным органом, рассматривающим дела об уголовных деликтах, по которым может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет или штрафа в размере свыше 3750 евро (ст. 381 Уголовно-процессуального кодекса Франции).

Обычно исправительный трибунал состоит из председателя и двух судей, но по ряду менее значительных дел (махинации с чеками, нарушение режима хранения боевой техники и боеприпасов, приобретение имущества, заведомо добытого преступным путем, и проч.) в исправительный трибунал входит один судья, выносящий приговоры единолично (ст. 398 Уголовно-процессуального кодекса Франции). Решения единоличного судьи обжалованию не подлежат.

Диапазон дел, рассмотрение которых возложено на исправительные трибуналы, настолько велик, что иногда даже специализация отдельных судей не помогает решить проблему, вследствие чего создаются специальные суды. Например, более 25 лет назад в связи с увеличением числа разводов во Франции были созданы в экспериментальном порядке так называемые семейные суды. Их деятельность к 1987 г. породила ощущение их недостаточной эффективности, и компетентная государственная комиссия предложила ввести во Франции институт особого судьи по семейным делам <1>, включая дела о разделе имущества супругов и об опеке над детьми.

———————————

<1> См.: Системы уголовного правосудия зарубежных государств / Отв. ред. И.С. Власов. М., 2009. С. 188.

 

Система органов уголовного правосудия во Франции структурирована таким образом: суды той или иной категории, назначая наказание виновному, не могут превышать определенную санкцию, установленную как барьер для данного вида суда. Скажем, полицейский трибунал не может назначать наказание в виде лишения свободы на срок более двух месяцев, а исправительный трибунал — на срок свыше 10 лет. Более строгое наказание может быть применено лишь судом присяжных <1>.

———————————

<1> См.: Судебные системы западных государств / Отв. ред. В.А. Туманов. М., 1991. С. 168.

 

Во Франции отказались от судов присяжных в его классическом варианте, когда скамья присяжных самостоятельно выносила вердикт о виновности подсудимого, а профессиональный судья как председательствующий назначал на этом основании наказание. С 1953 г. суд присяжных во Франции компетентен рассматривать сравнительно небольшое число уголовных дел в отношении наиболее опасных деяний — преступлений, караемых лишением свободы на срок более пяти лет. Наряду с лишением свободы в ряде случаев суды присяжных применяют дополнительные наказания — конфискацию имущества и ограничение различных прав гражданина.

Суд присяжных создается при каждом апелляционном суде. Он возглавляется председателем, которым может стать первый председатель апелляционного суда, председатель одной из его палат или один из советников (членов) апелляционного суда. Кроме того, в его состав входят два асессора (назначаемые из числа советников апелляционного суда или судей трибунала большой инстанции, расположенного в той же местности, где действует суд присяжных). Помимо председателя и асессоров, в состав суда присяжных входят девять заседателей, которые составляют так называемое жюри и назначаются из числа французских граждан, проживающих в данном департаменте, достигших 23-летнего возраста, умеющих читать и писать по-французски, не пораженных в политических, гражданских и семейных правах, не страдающих психическими и умственными расстройствами. Число присяжных может быть увеличено до 12, если суд присяжных заседает в качестве апелляционной инстанции (ст. ст. 244, 248 и 249 Уголовно-процессуального кодекса Франции). Приговор присяжных не мотивируется и является окончательным.

Профессиональные судьи и члены жюри образуют единую коллегию, которая обязана ответить на вопросы, формулируемые председателем (в том числе о том, виновен ли обвиняемый в совершении рассматриваемого преступного деяния). То обстоятельство, что функции профессиональных судей и присяжных с 1953 г. остаются нераздельными и вопрос о виновности решается ими совместно, свидетельствует об отказе французского законодателя от традиционного понимания сущности суда присяжных, по которому вопрос о виновности должны решать исключительно представители народа без участия профессиональных судей. Впрочем, думается, что французский законодатель в 1953 г. все это понимал, как и германский в 1923 г., преобразуя до неузнаваемости суд присяжных и сохраняя вопреки всему его старое название. Просто каждый из них пришел к выводу, что в классическом виде этот суд не оправдал надежд, которые на него возлагались, и оказался не в состоянии осуществлять подлинное правосудие по уголовным делам.

Наряду с судами общей компетенции во Франции имеется много специальных судов. Одной из особенностей уголовного правосудия является то, что рассмотрение дел в них происходит с участием судей трибуналов большой инстанции. Такое совмещение функций имеет двоякое значение: оно обеспечивает через такую «персональную унию» единообразие судебной практики, способствует дифференцированному подходу к каждому уголовному делу и выбору наиболее адекватных процедур его рассмотрения по существу <1>.

———————————

<1> См.: Лубенский А.И., Еремин В.И. Производство по уголовным делам в судах первой инстанции капиталистических государств. М., 1977. С. 170.

 

Судами второй инстанции во французской судебной системе являются апелляционные суды. Юрисдикция каждого из них распространяется на несколько (от двух до четырех) департаментов.

Апелляционное производство во Франции — это повторное рассмотрение дела по существу, осуществляемое судом второй инстанции в установленных законом пределах по жалобе на приговор нижестоящего суда. Подача апелляции является наиболее распространенной формой обжалования приговоров во французском уголовном процессе.

В апелляционном порядке могут быть обжалованы приговоры полицейских и исправительных трибуналов. Апелляционное обжалование приговоров судов присяжных, как отмечалось выше, не допускается. Обычно не допускается также подача апелляционной жалобы на приговор полицейского трибунала, которым подсудимый приговорен только к штрафу или оправдан (если за правонарушение, по которому вынесен оправдательный приговор, законом предусмотрено наказание в виде пяти дней лишения свободы или штрафа в размере 2 евро).

Апелляционные жалобы по уголовным делам рассматриваются уголовно-апелляционными палатами апелляционных судов. В состав такой палаты входят председатель и два советника (все трое являются профессиональными судьями). В заседании палаты обязан участвовать прокурор при апелляционном суде или один из его заместителей (генеральный <1> адвокат при апелляционном суде).

———————————

<1> Термин «генеральный» не имеет значения, как в России, подразумевая обычных прокуроров и их заместителей, работающих при конкретном апелляционном суде Франции.

 

При подаче апелляций по гражданским делам соответствующая гражданская палата апелляционного суда компетентна рассматривать жалобы на решения, вынесенные по первой инстанции:

трибуналами малой инстанции;

трибуналами большой инстанции;

коммерческим судом;

советом прюдомов (судебным присутствием по трудовым делам);

паритетным судом по делам из аренды сельскохозяйственных земель.

Возвращаясь к рассмотрению уголовных дел, отметим, что в составе каждого апелляционного суда есть одна или несколько так называемых обвинительных камер. Они состоят из председателя камеры и двух членов суда и выступают как орган контроля за предварительным следствием, в частности за предварительным заключением обвиняемого, а также как орган предания суду <1>.

———————————

<1> См.: Решетников Ф.М., Мулукаева О.Р. Правовые системы стран мира. М., 1993. С. 213.

 

В осуществлении правосудия во Франции апелляционные суды играют важную роль, которая все более усиливается. Они унифицируют практику применения правовых норм в пределах своих округов, что в сумме дает картину этой практики для всей Франции. Как верно отмечают французские процессуалисты П. Катала и Ф. Терре, «сосредоточение правовых и процессуальных споров на данном уровне позволяет апелляционным судам не только контролировать уровень осуществления правосудия, но и устанавливать единообразную судебную практику в пределах своей подсудности» <1>.

———————————

<1> Судебные системы западных государств / Отв. ред. В.А. Туманов. С. 177.

 

Кассационный суд является высшим судебным органом Франции. При своем создании он мыслился как промежуточное звено между законом и практикой его применения, имел главной задачей охрану закона от каких бы то ни было искажений, несостоятельных толкований и др. Вопреки своему названию, Кассационный суд не является инстанцией, призванной проверять решения нижестоящих судов; его задача — обеспечить соблюдение закона самими этими судами. Он не рассматривает дела по существу, если иное специально не предусмотрено законом.

Этот Суд рассматривает кассационные жалобы на те судебные приговоры и постановления, которые не подлежат апелляционному обжалованию. Таким образом, он рассматривает только вопросы права, исследуя лишь правильность истолкования нижестоящим судом применяемой правовой нормы (нарушен ли вынесенным приговором закон, превышена ли судьями власть, допущена ли ошибка в компетенции, соблюдена ли надлежащая форма решения, не свойственна ли этому решению противоречивость).

Кассационный суд состоит из шести палат (пять — по гражданским делам и одна — по уголовным). Постановления этого суда выносятся либо одной из палат, либо смешанной палатой (включающей составы палаты по уголовным делам и одной из палат по гражданским делам), либо пленумом суда.

Эффективность работы Кассационного суда в значительной степени определяется успешной работой вспомогательных служб, входящих в его структуру. К ним относится, в частности, служба документации и исследований, возглавляемая одним из советников суда. Задача этой службы состоит в сборе информации, которая может быть использована в деятельности суда, в ее анализе и обобщении. Эта служба проводит классификацию кассационных жалоб, составляет картотеку решений Кассационного суда и наиболее важных решений, принятых иными судебными органами. Кроме того, данная служба издает бюллетени по гражданским и уголовным делам, где публикуются решения данного суда, предложенные председателями палат. Служба документации и исследований также предоставляет по запросам должностных лиц органов юстиции необходимые справки по вопросам права, копии судебных решений либо их резюме.

Судьи Кассационного суда обладают тем же статусом, что и любой другой судья судейского корпуса Франции. В частности, они не вправе принимать участие в политических дискуссиях, выступлениях, направленных на подрыв основ и формы существующего государственного устройства Франции.

Официально Кассационный суд Франции не является директивным судебным органом и не дает руководящих указаний судам на базе обобщения судебной практики. Правда, в силу своего традиционного авторитета данный Суд оказывает существенное влияние на судебную практику в зависимости от того, насколько принципиальную позицию он займет при кассационном рассмотрении конкретного дела. Вместе с тем нельзя забывать, что Франция все еще остается страной континентальной системы права (несмотря на допущение ею в Уголовном кодексе 1992 г. возможности привлечения юридических лиц к уголовной ответственности), в рамках которой считается бесспорным, что судебные решения не могут вводить новых норм права. Вследствие этого на судье формально никогда не лежит обязанность следовать судебным прецедентам, даже если они основаны на решениях Кассационного суда. Тем не менее с учетом авторитета этого Суда в судейском сообществе нельзя исключать, что зачастую он фактически своими решениями определяет (хотя бы косвенно), в каких пределах и в каком смысле низовыми судами должны применяться нормы французского законодательства.

Палата по уголовным делам Кассационного суда не занимается рассмотрением дел по первой инстанции: она рассматривает уголовные дела только в порядке кассационного производства и ревизии. В кассационном производстве разбирательство дела по существу не проводится, оценка доказательств отсутствует, вопрос о виновности не решается, правильность назначения меры наказания с точки зрения соразмерности ее с причиненным деянием ущербом не проверяется. Кассационный суд ограничивается выяснением того, правильно ли судом первой инстанции применены нормы закона к фактическим обстоятельствам содеянного и не нарушена ли предписанная законом процедура ведения уголовного процесса.

Уголовному процессу Франции известно два вида кассационного обжалования: в интересах сторон и в интересах закона <1>. Последнее осуществляется Генеральным прокурором при Кассационном суде.

———————————

<1> См.: Меньших А.А. Системы уголовного правосудия зарубежных государств. М., 2009. С. 200.

 

Кассационный суд вправе отменить обжалованный приговор с одновременным прекращением уголовного преследования (за отсутствием состава преступления, в силу акта амнистии, ввиду истечения срока давности уголовного преследования и проч.). Также Кассационный суд может изменить обжалованный приговор: исключив из него указание на дополнительное наказание, назначенное с нарушением закона; признав противоречащей закону и подлежащей отмене условную отсрочку наказания; изменив другие положения приговора, связанные с необходимостью исправить допущенную судом ошибку в применении закона. Однако Кассационный суд не имеет права изменять размер наказания, назначенного в пределах санкции правовой нормы, под тем предлогом, что оно является слишком мягким или строгим.

Что касается пересмотра вступивших в силу приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам, то он допустим только в интересах осужденного. Поэтому не разрешается пересмотр оправдательных приговоров, но допускается пересмотр не только обвинительных приговоров, которыми определена реальная или условная мера наказания, но и таких обвинительных приговоров, которые, признав обвиняемого виновным, освободили его от отбывания наказания. Кроме того, в целях полной реабилитации осужденного во французском уголовном процессе возможен пересмотр вступивших в силу обвинительных приговоров, исполнение наказаний по которым прекращено вследствие амнистии или помилования. Не подлежат пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам обвинительные приговоры, вынесенные по делам о незначительных уголовных правонарушениях.

В заключение отметим наличие в системе французского правосудия такого управленческого органа, как Высший совет магистратуры. В силу ст. 65 Конституции Совет возглавляется Президентом Франции и (в качестве его заместителя) министром юстиции Франции. Кроме того, в состав Совета входят члены, назначаемые на четыре года Президентом Франции из числа судей и других государственных служащих (прежде всего из числа ученых-юристов). Помимо участия в работе по назначению и отстранению судей, Высший совет магистратуры рассматривает дела о дисциплинарных проступках судей. Совет играет важную роль в формировании судейского корпуса и поддержании надлежащего порядка в нем.

К специальным судам во Франции относятся военные трибуналы (по родам войск), морские торговые суды, суды по делам несовершеннолетних, суды присяжных по делам несовершеннолетних. В отличие от Германии, где суды по делам несовершеннолетних (молодежи — Jugendgericht) могут в ряде случаев рассматривать дела лиц в возрасте до 21 года («молодых взрослых»), во Франции эти суды рассматривают уголовные дела лиц только в возрасте до 18 лет. Минимальный возраст лиц, чьи дела могут рассматривать суды по делам несовершеннолетних, законом не установлен.

Италия. В Италии в целом та же система уголовного правосудия, что и в большинстве других стран континентальной системы права, но с некоторыми исторически сложившимися особенностями.

Суд первой инстанции функционирует в виде единоличных судей — преторов и окружных судов, рассматривающих дела в составе трех профессиональных судей. Участие народного элемента — заседателей в этих судах не предусмотрено. Вместе с тем в Италии существуют суды ассизов — присяжных, которые рассматривают дела о наиболее тяжких преступлениях. Всего в Италии 100 судов ассизов, рассматривающих дела по первой инстанции, и 36 — по апелляционной инстанции. В юридической науке их считают аналогом французских судов присяжных, хотя последние заседают в составе трех профессиональных судей и девяти заседателей из народа, а итальянские суды ассизов — в составе двух профессиональных судей и шести судей из народа.

В Италии действует очень разветвленная система судов второй инстанции по уголовным делам: трибуналы, апелляционные суды, апелляционные суды присяжных и Высший кассационный суд. Три первые категории судов осуществляют апелляционное производство, а Высший кассационный суд — кассационное производство и ревизию (пересмотр приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам) <1>.

———————————

<1> См.: Лубенский А.И. Апелляционные и кассационные суды капиталистических государств. М., 1975. С. 12.

 

Трибуналы рассматривают апелляционные жалобы на приговоры, вынесенные преторами. Не подлежат апелляционному пересмотру приговоры преторов по делам о проступках, за которые законом предусмотрено наказание только в виде штрафа. При рассмотрении апелляционных жалоб трибуналы заседают в составе трех профессиональных судей.

В апелляционных судах рассматриваются апелляционные жалобы на приговоры трибуналов первой инстанции (в округе каждого апелляционного суда действует от 3 до 17 трибуналов первой инстанции). Дела в апелляционных судах рассматриваются коллегией в составе пяти профессиональных судей (советников апелляционного суда).

В соответствии с Законом от 12 января 1951 г. в Италии были созданы апелляционные суды присяжных. В округе каждого апелляционного суда образуется один или несколько апелляционных судов присяжных. В состав апелляционного суда присяжных входят советник Высшего кассационного суда (в качестве председателя), советник апелляционного суда и шесть непрофессиональных судей (судей из народа). Апелляционный суд присяжных созывается на сессии председателем апелляционного суда по мере необходимости. В апелляционных судах присяжных рассматривается сравнительно небольшое число дел (примерно в 20 — 25 раз меньше, чем в обычных апелляционных судах) <1>.

———————————

<1> Там же. С. 13.

 

Поскольку в Италии практически все приговоры судов первой инстанции могут быть обжалованы в апелляционном порядке, считается, что уголовные дела при желании сторон рассматриваются дважды. Это распространенное в итальянской науке права утверждение верно в том смысле, что в апелляционной инстанции рассматриваются как вопросы факта, так и вопросы права. Но следует иметь в виду, что итальянские суды второй инстанции, как, впрочем, и суды Франции и Германии, редко рассматривают по второй инстанции дела в действительно полном объеме.

Уголовное дело в апелляционной инстанции разбирается только при наличии жалобы одной из сторон процесса и лишь в той части, в какой приговор ставится сторонами под сомнение. Следовательно, апелляционная инстанция не может по своей инициативе провести столь же полное судебное разбирательство, что и в суде первой инстанции.

Следует отметить, что в итальянском уголовном процессе наряду с обвиняемым и прокурором апелляционные жалобы могут подавать гражданский истец и гражданский ответчик. Гражданский истец вправе обжаловать приговор в части гражданского иска, гражданский ответчик — оспаривать не только содержащееся в приговоре решение по делу, которым он принуждается к выплате определенного возмещения, но и сделанный в обжалованном приговоре вывод о виновности обвиняемого.

Апелляционная инстанция может прийти к выводу, что не представляется возможным вынести решение по жалобе на основе имеющихся в деле материалов. В этом случае в отступление от обычного порядка разбирательства в суде второй инстанции апелляционная инстанция вправе вынести решение о полном или частичном возобновлении судебного разбирательства. При этом апелляционная инстанция получает право истребовать дополнительные документы, допрашивать ранее допрошенных в суде первой инстанции свидетелей (как в отношении старых, так и в отношении новых фактов по делу), экспертов, дополнительно новых свидетелей, а также назначать новую экспертизу.

Одним из принципов апелляционного разбирательства в итальянском уголовном процессе является запрет ухудшать положение обвиняемого по решению апелляционной инстанции, если жалоба на приговор подана лишь обвиняемым. Но действие этого принципа ограничено: «Когда апеллянтом является только обвиняемый, — сказано в ст. 515 Уголовно-процессуального кодекса Италии, — судья не может ни назначить более строгую меру наказания по виду или размеру, ни отменить постановлений приговора, сделанных в пользу обвиняемого, но вправе… изменить юридическую квалификацию преступления, в том числе на более тяжкую». Даже если такая переквалификация преступления не влечет увеличения размера наказания, она все равно существенно ухудшает положение обвиняемого (хотя бы в плане возможной амнистии). В Уголовно-процессуальном кодексе Италии есть и другие ограничения, делающие реализацию этого демократичного принципа довольно призрачной.

Итоги рассмотрения дела апелляционной инстанцией в Италии аналогичны таковым в Германии и во Франции.

Апелляционная инстанция может: подтвердить приговор суда первой инстанции; изменить его; отменить приговор суда первой инстанции, после чего либо вынести новое решение по существу, либо передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В Высшем кассационном суде Италии имеется шесть палат — три по гражданским делам и три по уголовным. Рассмотрение дел в кассационном порядке происходит, как правило, по отдельным палатам, заседающим в составе семи профессиональных судей.

Если первый председатель Высшего кассационного суда посчитает, что вопросы, поднятые в кассационной жалобе, представляют особую важность, он может передать дело на рассмотрение объединенного заседания палат по уголовным делам в составе 15 судей.

«Высший кассационный суд, будучи высшим органом правосудия, — сказано в ст. 65 Закона о судоустройстве Италии, — обеспечивает точное исполнение и единообразное истолкование закона, единство национального позитивного права». В отличие от ряда крупных стран Европы, например Франции, где количество дел в кассационной инстанции невелико, в Италии через кассационную инстанцию проходит подавляющее большинство (до 98%) уголовных дел, которые находились в производстве низовых судов и по которым разрешена подача кассационной жалобы. Это позволяет Высшему кассационному суду Италии оказывать существенное влияние на формирование судебной практики в стране. Кроме того, косвенное влияние на складывающуюся судебную практику Высший кассационный суд оказывает еще благодаря тому, что его представители составляют значительную часть состава Высшего совета магистратуры, играющего, как и во Франции, важную роль в подборе судейских кадров, в том числе на важнейшие должности в итальянской судебной системе, а также в решении вопросов продвижения судей по службе.

В отличие от апелляционной инстанции в Высшем кассационном суде исследование новых доказательств не проводится даже в ограниченных пределах. В результате судебного разбирательства этот Суд вправе отклонить жалобу, оставив тем самым обжалованный приговор в силе, либо отменить приговор полностью или частично. Отмена приговора может быть произведена с передачей дела на новое рассмотрение по существу либо без этого (в частности, при отсутствии в действиях обвиняемого состава преступления, в связи с истечением срока давности по делу).

При кассационном рассмотрении Уголовно-процессуальный кодекс Италии допускает возможность внесения некоторых изменений в приговор в целях исправления ошибок юридического характера в мотивировке и неправильных ссылок на действующий закон, которые серьезно не повлияли на содержание резолютивной части приговора. Высший кассационный суд также вправе изменить вид и размер наказания и применить нормы закона, улучшающие положение обвиняемого, если эти изменения не требуют дополнительного исследования фактических обстоятельств дела.

Ревизионное производство является исключительным порядком пересмотра приговоров в итальянском уголовном процессе. В этом производстве пересмотру подлежат вступившие в силу судебные приговоры. Ввиду исключительности данной процедуры установлен весьма ограниченный круг обстоятельств, дающих основание для такого пересмотра. К ним относятся:

несоответствие фактов, установленных приговором, о пересмотре которого возбуждается ходатайство, фактическим обстоятельствам, установленным по другому делу;

отмена решения суда по гражданскому делу, имевшего преюдициальное значение для разрешения данного уголовного дела;

установление новых фактов и получение новых доказательств, которые с очевидностью свидетельствуют о том, что уголовно наказуемое деяние не имело места или что осужденный его не совершал;

выявление фактов, свидетельствующих о том, что обвинительный приговор основан на доказательствах, оказавшихся подложными, или при разбирательстве уголовного дела были допущены преступные злоупотребления;

установление доказательств по делу об убийстве, свидетельствующих о том, что факт смерти лица, которое считалось убитым, не подтвердился. Поэтому, например, производство в порядке ревизии не может быть возбуждено в связи с тем, что действия осужденного получили явно неверную юридическую квалификацию или определенная приговором мера наказания является слишком суровой. Нельзя также ссылаться на то, что имеющихся в деле доказательств было явно недостаточно для осуждения.

Ходатайства о пересмотре приговоров в порядке ревизии разрешаются Высшим кассационным судом. Рассматриваются они в совещательной комнате без приглашения сторон.

Суд вправе отклонить ходатайство о ревизионном пересмотре, не рассматривая его по существу, если признает его неприемлемым по формальным основаниям или явно необоснованным.

Если же Высший кассационный суд решит рассматривать такое ходатайство по существу, он может принять решение либо об отклонении его, либо об отмене обжалованного приговора. Отменяя приговор, Суд вправе, если в этом имеется необходимость, направить дело в нижестоящий суд для проведения по нему нового судебного разбирательства по существу.

Интересно, что при новом рассмотрении дела по существу обвиняемый не может быть оправдан за недостаточностью улик. Суд не вправе исключить обстоятельства, усиливающие ответственность, а также признать наличие новых смягчающих обстоятельств или изменить юридическую квалификацию содеянного.

В заключение скажем несколько слов о проблемах, возникающих в рамках уголовного процесса и правосудия в связи с членством большинства стран Европы в Европейском союзе (далее — ЕС, Евросоюз). Этих проблем было бы больше или, возможно, они были бы непреодолимыми, если бы речь шла о создании европейского уголовного процесса, вынужденного вобрать зачастую диаметрально противоположные подходы континентальной и англосаксонской систем правосудия к решению любого важного вопроса уголовного и гражданского судопроизводства. К счастью, в обозримом будущем этого не ожидается. Уголовное судопроизводство и правосудие — это отрасли права, наиболее тесно связанные с конституционным правом ввиду наличия в конституциях гарантий обеспечения основных прав граждан в сфере правосудия. На фоне прогрессирующей европейской интеграции и связанной с этим растущей трансграничной и организованной преступности раздаются требования политических деятелей и правоведов стран ЕС наделить европейские учреждения дополнительно исполнительными и распорядительными полномочиями по решению правовых вопросов. Это было бы важно ввиду наличия очевидной диспропорции между различными скоростями общего процесса европейской интеграции, с одной стороны, и интеграцией европейской уголовно-правовой системы, с другой стороны. В этих условиях создать европейскую структуру уголовного преследования вряд ли возможно <1>. Благодаря гарантии свободы личности преступники устремились без особых препятствий на внутренние рынки стран Евросоюза, а действенность решений органов уголовного преследования осталась ограниченной рамками национальных территорий. И это обстоятельство с трудом преодолевается с помощью норм, касающихся правовой помощи по уголовным и гражданским делам.

———————————

<1> См.: Noltenius B. Strafverfahrenrecht als Seismograph der  Integration // Zeitschrift  die gesamte Strafrechtswissenschaft. 2010. Band 122, Heft 3. S. 605.

 

С принятием Лиссабонского договора полномочия ЕС в сфере уголовного процесса расширены путем распространения компетенции Евроюста (европейского ведомства юстиции) вплоть до создания при нем европейской прокуратуры. Тем самым Евросоюз получил возможность издавать руководящие постановления в области уголовного судопроизводства (Mindestvorschriften — минимальные предписания). Если эти постановления достигнут намеченных целей, они могут оказать значительное влияние на судебную практику в странах — членах ЕЭС, хотя следует помнить, что эти страны остаются свободными в выборе форм и средств борьбы с преступностью.

Самым трудным при этом остается вопрос о том, станут ли страны ЕЭС поступаться своим суверенитетом ради общеевропейских органов юстиции. Исследуя данную проблему, профессор из Бонна Б. Нольтениус пишет: «Не исключено международное (межправительственное) сотрудничество между различными государствами. Но коль скоро нет сформированного (европейского. — И.В.) народа, невозможна передача полномочий высшей власти в области уголовного правосудия на надгосударственный уровень» <1>.

———————————

<1> Noltenius B. Op. cit. S. 625.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code