§ 5. Подконтрольные субъекты, их права и обязанности

Круг подконтрольных субъектов

Подконтрольными субъектами могут выступать любые лица — участники валютных отношений, если такие валютные отношения подпадают под действие российского законодательства о валютном регулировании, а участники этих отношений подлежат российскому валютному контролю с учетом территориальных пределов юрисдикции России. Иными словами, это:

— все резиденты, совершающие валютные операции, независимо от места совершения таких операций, будь это валютные операции трансграничные, внутрироссийские или полностью зарубежные. Валютные операции резидентов находятся под юрисдикцией России в силу места проживания резидентов — физических лиц и места регистрации юридических лиц. Гражданам, выезжающим за границу ненадолго, без утраты статуса валютного резидента, особенно следует об этом помнить, так как их действия, совершаемые за рубежом, например открытие счета в зарубежном банке и внесение средств на этот счет, продолжают оставаться предметом регулирования и контроля по российскому валютному законодательству. Остальные ситуации вполне очевидны и не нуждаются в пояснениях;

— нерезиденты, но не все, а только те, которые совершают валютные операции непосредственно на территории РФ: используют здесь счета в банках, покупают и продают «внешние» ценные бумаги на внутреннем рынке ценных бумаг, оплачивают местные расходы своих филиалов и представительств. Это не значит, что не внутрироссийские, а международные текущие и капитальные операции нерезидентов (платежи в Российскую Федерацию и из Российской Федерации) остаются вне пределов досягаемости российского валютного контроля: такие операции контролируются у их российской стороны. Чаще всего это сторона-резидент. Если же все стороны трансграничной операции представлены нерезидентами, то под контроль подпадает тот нерезидент, который действует в пределах российской юрисдикции, т.е. производит или получает на территории РФ исполнение по сделке, используя открытый в России счет (банковский счет или счет депо для учета «внешних» ценных бумаг).

Помимо собственно юридического аспекта, не следует забывать и сугубо практический аспект доступности тех или иных лиц для проведения в их отношении контрольных мероприятий. Нет никаких правовых препятствий к тому, чтобы валютная сделка иностранной компании, полностью или частично исполняемая на территории РФ, становилась предметом валютного контроля Российской Федерации. Однако, если компания здесь никак не представлена, контрольные мероприятия практически будут исчерпываться теми мерами, которые может применить уполномоченный банк, запрашивающий документы при открытии счета и совершении операций по нему. Провести проверку могут и органы валютного контроля, но здесь возникнет два препятствия. Истребование документов у иностранной компании, не присутствующей в России в виде филиалов и представительств, возможно только посредством сложных механизмов правовой помощи (если оставить в стороне ситуацию добровольного раскрытия информации). В случае выявления нарушения валютного законодательства практически реализовать санкции в отношении иностранной компании (проще говоря, взыскать штраф, не уплаченный добровольно) весьма затруднительно. Поэтому здесь реальная область действия валютного контроля по кругу лиц-нерезидентов ограниченна. Это ограничение фактическое, а не юридическое. Подконтрольными субъектами окажутся те компании-нерезиденты, которые постоянно присутствуют в Российской Федерации: ведут здесь дела через филиал или представительство, а также располагают имуществом в Российской Федерации, на которое может быть обращено взыскание при исполнении постановлений органов валютного контроля о привлечении к административной ответственности в виде штрафа.

Если лицо не ведет валютных операций, то оно по общему правилу не становится субъектом валютного контроля. Этим валютный контроль принципиально отличается от некоторых других видов (направлений) государственного финансового контроля, прежде всего от налогового контроля, где обязанность юридического лица или индивидуального предпринимателя подавать налоговую отчетность (декларации) постоянна, зависит исключительно от статуса налогоплательщика, а не от наличия облагаемых операций в отчетном периоде. Тем не менее в ряде случаев валютный контроль посредством наблюдения может быть постоянным. Это происходит в отношении юридических лиц — резидентов, обязанных отчитываться об остатках средств на зарубежных счетах независимо от того, велись ли валютные операции по этим счетам или в отчетном периоде счет не использовался.

 

Права и обязанности подконтрольных субъектов

Объем прав и обязанностей субъектов валютных отношений, резидентов и нерезидентов, когда они выступают в качестве субъектов проверяемых, подконтрольных субъектов, варьируется в зависимости от того, в какое контрольное правоотношение они вовлечены. Полномочия второй стороны такого правоотношения, контролирующего субъекта, самым существенным образом различаются в зависимости от субъекта (орган или агент валютного контроля) и применяемого им метода (наблюдение или проверка). Как следствие, нет единообразия и в объеме прав и обязанностей проверяемого лица. Эти права и обязанности корреспондируют с полномочиями проверяющих и создают как собственно основу для реализации контрольных мер (трудно представить проверку без обязанности проверяемого раскрыть релевантную информацию), так и правовую основу для защиты проверяемого субъекта, выступающего слабой стороной во властном контрольном правоотношении.

В самом общем виде права и обязанности подконтрольных субъектов закреплены в ст. 24 Закона о валютном регулировании <1>.

———————————

<1> Статья 24, определяя круг действия нормы в отношении резидентов и нерезидентов, использует формулировку «осуществляющие в Российской Федерации валютные операции». Эту формулировку с учетом сказанного не следует понимать ни слишком узко в отношении резидентов, ни слишком широко в отношении нерезидентов. Из смысла Закона о валютном регулировании и общего контекста его норм с очевидностью следует, что речь идет о любых участниках валютных отношений, если такие отношения подпадают под действие российского законодательства о валютном регулировании, а участники этих отношений подлежат российскому валютному контролю с учетом территориальных пределов юрисдикции России.

 

А. Права подконтрольных субъектов:

1) право «знакомиться с актами проверок». Отметим, что Закон о валютном регулировании не предусматривает ознакомления со всеми материалами проверок, например документами и объяснениями, полученными проверяющими от третьих лиц. Кроме того, Закон не предусматривает права лица представить свои возражения на акт проверки, не дает какого-либо разумного гарантированного срока на ознакомление с актом проверки. Эти пробелы затрудняют реализацию права лица на защиту на досудебном этапе;

2) право «обжаловать решения и действия (бездействие) органов и агентов валютного контроля и их должностных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации». Под решением здесь следует понимать любой ненормативный акт, затрагивающий права лица или возлагающий на него обязанности, будь то решение о назначении проверки, требование о представлении документов или итоговое решение о привлечении лица к административной ответственности, имеющее правовую форму постановления. Акт проверки решением, ненормативным правовым актом не является, если он лишь фиксирует итоги контрольных действий и служит доказательством по делу, а не властным предписанием. Как следствие, такой акт нельзя обжаловать, но можно опровергать при обжаловании постановления, вынесенного на его основе. Во всех случаях лицо вправе выбирать между административным и судебным порядком обжалования;

3) право на «возмещение в установленном законодательством Российской Федерации порядке реального ущерба, причиненного неправомерными действиями (бездействием) органов и агентов валютного контроля и их должностных лиц» <1>.

———————————

<1> Это право декларативно, случаи его реализации нам не известны.

 

Б. Обязанности подконтрольных субъектов:

1) представлять органам и агентам валютного контроля документы и информацию в случаях, предусмотренных Законом о валютном регулировании. В п. 4 ст. 23 Закона содержится закрытый перечень таких документов. В п. 5 ст. 23 установлены общие правила представления документов, обеспечивающие определенный баланс публичного интереса в проведении контроля и частных интересов проверяемых лиц. В частности, закрепляется обязанность только однократного представления каждого документа для контроля. Органы и агенты валютного контроля — разветвленная система, и право запрашивать документы есть у каждого ее участника. Если один и тот же документ истребуется у лица повторно, оно вправе отказаться его представлять — если, конечно, располагает доказательствами, что уже представляло его ранее тому же или другому <1> органу либо агенту валютного контроля. Контролирующий субъект, запрашивающий документы, обязан предоставить лицу срок на выполнение требования — не менее семи рабочих дней «со дня подачи запроса» (подп. 3 п. 1 ст. 23 Закона);

———————————

<1> Вообще-то формулировка законодателя допускает и другое толкование: документ представляется однократно только одному и тому же проверяющему, а другой орган или агент вправе требовать документы заново. Но это лишает норму большей части ее практического смысла, а кроме того, не согласуется с полномочиями контролирующих субъектов по обмену информацией и документами.

 

2) «вести в установленном порядке учет и составлять отчетность по проводимым ими валютным операциям». Отметим, что Закон о валютном регулировании подразумевает не ведение общеустановленного бухгалтерского учета, а заполнение специальных форм (паспортов сделок, справок о валютных операциях, справок о подтверждающих документах и т.п.), требующихся для целей валютного контроля; конкретное содержание этой обязанности устанавливается подзаконными актами;

3) хранить документы «в течение не менее трех лет со дня совершения соответствующей валютной операции, но не ранее срока исполнения договора» <1>;

———————————

<1> Отметим в порядке комментария, что формулировка нормы, предписывающая хранить документы не менее трех лет с момента исполнения договора, приводит к неожиданным последствиям. Так, российская компания — импортер парфюмерной продукции заключила с поставщиком долгосрочный договор поставки сроком на 10 лет — до 2017 г., предполагающий регулярные поставки партий товара, оформляемые заказами. Получается, что строго формально договор будет исполнен не ранее 2017 г. и документы по нему надо хранить до 2020 г. Однако практического смысла с точки зрения цели и задач валютного контроля в этом нет. Ведь операции по оплате партий товара совершаются каждый год, и возможные нарушения будут относиться к периоду операции, а не к сроку действия договора в целом (вспомним формулу «валютной операцией является платеж», применимую к внешнеторговым сделкам с валютой). Даже если проверить документы 10-летней давности, на их основании нельзя будет ни привлечь лицо к ответственности за истечением срока давности, ни использовать эту информацию в работе механизма обратной связи из-за утраты актуальности. Другая компания, проводящая точно такие же операции на основании разовых контрактов под каждую поставку, не будет обязана хранить документы так долго.

 

4) «выполнять предписания органов валютного контроля об устранении выявленных нарушений актов валютного законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования».

Из изложенного видно, что перечень прав подконтрольных субъектов в ст. 24 Закона о валютном регулировании не исчерпывающий. Определенные обязанности сопровождаются предоставлением дополнительных прав. Так, обязанность лица представить проверяющим документы корреспондирует с правом представить их только один раз, правом не составлять по запросу проверяющих документы, составление которых не предусмотрено законодательством, например аналитические справки, отчеты.

Напротив, перечень обязанностей по идее исчерпывающий, подзаконные акты лишь детализируют эти обязанности. Но нужно понимать, что, поскольку обязанности названы в Законе о валютном регулировании в самом общем виде, конкретное их наполнение будет существенно различаться. Правила реализации метода наблюдения посредством паспортов сделок не будут похожи на правила проведения проверок; проверки, проводимые налоговыми органами, будут отличаться от проверок Росфиннадзора. Для различий, обусловленных разницей методов контроля, есть объективные основания. Различия, которые сопровождают издание регламентов выполнения функций валютного контроля для каждого органа исполнительной власти в отдельности, таких объективных оснований могут не иметь, и, вероятно, все процедуры проверок, независимо от проверяющего субъекта, в перспективе будут стандартизованы.

К содержанию

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code