§ 3. Система валютных ограничений

Под системой валютных ограничений следует понимать организованную совокупность действующих в стране юридических и фактических валютных ограничений. Для того чтобы валютные ограничения не представляли собой хаотического скопления норм, система должна быть внутренне организованной. Образующие ее валютные ограничения должны удовлетворять критериям:

— единства типа правового регулирования, разрешительного или дозволительного;

— сопоставимости (не должны вступать во взаимное противоречие);

— взаимодополнения (действовать как единое целое, дополняя одно другое).

В России в настоящее время круг валютных ограничений исчерпывается юридическими валютными ограничениями. Они образуют в целом непротиворечивую систему, действуют не изолированно и дополняют одно другое. Например, ограничения на непосредственное зачисление валюты на зарубежные счета резидентов подкрепляют требование о репатриации экспортной выручки.

Тем не менее единство типа правового регулирования выдерживается в системе валютных ограничений России не полностью. Как нами было отмечено, валютное регулирование России базируется преимущественно на дозволительном принципе. Если операция не запрещена и не ограничена, она совершается свободно. Но в ряде случаев законодатель отступает от этого принципа.

Можно было бы сказать, что такие отступления — это не более чем технический прием формулирования исключений из общего дозволения совершать валютные операции. Например, можно было бы предположить, что запрет валютных операций между резидентами есть не более чем исключение из общего правила о свободном совершении валютных операций.

Но ситуация не так однозначна, поскольку дозволительный принцип формулируется в Законе о валютном регулировании туманно и только применительно к определенному кругу ситуаций, а именно:

— «если порядок осуществления валютных операций, порядок использования счетов (…) не установлены органами валютного регулирования в соответствии с настоящим Федеральным законом, валютные операции осуществляются, счета открываются и операции по счетам проводятся без ограничений» (ст. 5);

— «валютные операции между резидентами и нерезидентами осуществляются без ограничений, за исключением валютных операций, предусмотренных статьями 7, 8 и 11 настоящего Федерального закона» (ст. 6).

Получается, что дозволительный принцип выражен законодателем лишь для операций между резидентами и нерезидентами: они совершаются свободно, если в порядке, предусмотренном Законом (и, добавим, самим Законом непосредственно), не установлено валютных ограничений.

Напротив, для регулирования валютных операций между резидентами установлен разрешительный способ. По общему правилу ч. 1 ст. 9 Закона о валютном регулировании они запрещены, но далее приводится обширный перечень разрешенных исключений. Аналогично обстоит дело и с порядком зачисления средств на зарубежные счета резидентов: они должны зачисляться согласно используемой законодателем формуле, «в соответствии» с Законом о валютном регулировании. По смыслу совокупности норм ч. ч. 4, 5 и 6 ст. 12, ч. ч. 2 и 4 ст. 14 Закона о валютном регулировании это означает право на зачисление средств непосредственно на зарубежные счета, минуя счет в уполномоченном банке, только в случаях, прямо предусмотренных Законом <1>.

———————————

<1> Вполне можно обосновать, что имеет место не отход от дозволительного принципа, а технический прием конструирования круга операций, не подпадающих под общее дозволение и потому запрещенных. Законодатель указывает на такие запрещенные операции, но ограничивает их число методом исключения.

 

Отсутствие единства типа правового регулирования в системе валютных ограничений может приводить к ошибкам. Лицо, совершающее валютную операцию, может затрудниться с определением, относится ли операция, не урегулированная Законом о валютном регулировании, по умолчанию к разрешенной или к запрещенной.

Например, ст. ст. 10 и 13 Закона о валютном регулировании сформулированы так, что создается впечатление использования разрешительного принципа: в них перечислены валютные операции, разрешенные нерезидентам и в отношениях между нерезидентами. Однако если прямолинейно следовать этому подходу, получится, что на территории РФ нерезиденты, даже физические лица, не могут совершать платежи в сделках между собой наличными рублями. Такие операции в Законе о валютном регулировании не упомянуты в числе разрешенных. Также при таком подходе не ясно, могут ли нерезиденты совершать между собой сделки в отношении «внешних ценных бумаг» на территории РФ: операции с «внутренними ценными бумагами» упомянуты в числе разрешенных, а с «внешними» — нет. Здесь непоследовательное применение разных типов правового регулирования усугубляется недостатками, вызванными формулированием норм с упором на субъектный состав валютных операций.

Если бы нормы формулировались применительно к виду валютных операций, а не к субъектному составу, это упростило бы их интерпретацию исходя из связи с конечной целью — защитой национальной валюты. Тогда запрет использовать законное средство платежа на территории РФ стал бы, очевидно, бессмысленным, равно как и запрет операций с зарубежными ценными бумагами, уже находящимися в стране и в руках нерезидента.

Тем не менее в качестве ориентира можно предложить следующий подход, не абсолютный, но следующий из анализа Закона о валютном регулировании в целом и позволяющий уловить его логику:

— для валютных операций между резидентами и нерезидентами, т.е. для всех международных текущих, для всех международных капитальных операций, а также для тех валютных операций внутри страны, где одной из сторон выступает нерезидент, действует дозволительный принцип;

— для валютных операций между нерезидентами действует, по всей вероятности, сочетание дозволительного и разрешительного принципов;

— для валютных операций резидентов действует разрешительный принцип.

Повторим: это всего лишь ориентир, но не абсолютное правило, в каждом конкретном случае ситуация требует внимательного анализа нормативного материала.

К содержанию

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code