Глава 59. ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ВСЛЕДСТВИЕ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА. § 4. Компенсация морального вреда

Статья 1099. Общие положения

Комментарий к статье 1099 ГК РФ — Гражданского кодекса Российской Федерации в действующей редакции с последними изменениями

1. Комментируемая статья открывает § 4 гл. 59 ГК РФ, содержащий нормы, определяющие условия компенсации морального вреда. Институт компенсации морального вреда играет важную роль не только в регулировании гражданско-правовых отношений, но и в обеспечении гарантий конституционных прав и свобод личности.

Действующим законодательством возможность компенсации морального вреда предусмотрена по общему правилу для случаев посягательств на нематериальные блага, принадлежащие личности. К числу таких благ относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, а также все иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона. Нематериальные блага, принадлежащие личности, являются объектами соответствующих личных неимущественных прав. Значительная часть указанных неимущественных прав представляет собой конституционные права личности или производные от таких прав субъективные гражданские права.

Необходимо признать, что в большинстве случаев практически единственным действенным способом защиты указанных благ является компенсация морального вреда — способ, применение которого позволяет хотя бы отчасти сгладить страдания, причиненные личности. Так, например, восстановить положение, существовавшее до разглашения личной тайны, невозможно в принципе. Однако не исключено, что взыскание сумм компенсации морального вреда в пользу потерпевшего способно в некоторой степени облегчить его душевное состояние. Во всяком случае потерпевший вправе воспользоваться предоставленной ему законом возможностью и обратиться с требованием о компенсации морального вреда.

Кроме того, возможность привлечения правонарушителя к ответственности в форме компенсации морального вреда выполняет и превентивную функцию. Сам факт закрепления в законе такой меры ответственности стимулирует участников гражданских правоотношений к тому, чтобы воздерживаться от посягательств на неимущественные права личности.

То обстоятельство, что наиболее эффективным инструментом защиты прав человека является способ защиты, предусмотренный гражданско-правовыми нормами, подчеркивает особую роль гражданского права в регулировании общественных отношений. Не случайно заявители, обращающиеся в Европейский суд по правам человека с жалобами на то, что они явились жертвами нарушения их прав, признанных в Римской конвенции 1950 г., в подавляющем большинстве случаев требуют присуждения им «справедливой компенсации» с опорой на ст. 41 названной Конвенции. Такого рода компенсация включает в себя и суммы компенсации морального (неимущественного) вреда.

2. Основы института компенсации морального вреда заложены в ст. 151 ГК РФ, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 г. Однако в современной истории отечественного права начало существования этого института связывают с Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. (далее — Основы 1991 г.), хотя справедливости ради необходимо заметить, что первое упоминание о моральном вреде было сделано в Законе СССР «О печати и других средствах массовой информации» 1990 г.

Статья 131 Основ 1991 г. гласила: «Моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда».

Таким образом, в названной статье было не только предложено определение понятия морального вреда, но и закреплен способ его компенсации (возмещения) — в денежной или иной материальной форме. При этом размер компенсации определялся исключительно по усмотрению суда. Однако указанные нормы, по существу, предлагали возможность возмещения морального вреда во всех случаях его причинения, в том числе и тогда, когда страдания потерпевшего связаны с утратой его имущества или с нарушением иных имущественных прав.

С принятием ГК РФ институт компенсации морального вреда был окончательно оформлен в законодательстве. Однако его содержание некоторым образом изменилось. Действующие нормы Кодекса прежде всего установили особое основание для предъявления требования о компенсации морального вреда — по общему правилу такая компенсация возможна лишь в случаях нарушения личных неимущественных прав гражданина либо посягательства на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В современной отечественной правовой науке компенсация морального вреда длительное время отрицалась со ссылкой на то, что нематериальные блага не могут быть оценены, а сама компенсация морального вреда порождает не вполне добросовестное стремление потерпевших обогатиться <1>. В настоящее время целесообразность этого института признана, а сам институт рассматривается как одно из достижений развития цивилизованной правовой системы. Сформирована и практика применения законодательства о компенсации морального вреда. В 1994 г. Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в которое впоследствии вносились изменения (1996, 1998, 2007 гг.).

———————————

<1> Об этом см.: Малеина М.Н. Личные неимущественные права граждан: понятие, осуществление, защита. М., 2000. С. 45, 46.

 

Нормы института компенсации морального вреда в настоящее время закреплены в ст. 151, § 4 гл. 59 ГК РФ, а также в ряде других законодательных актов.

3. Термин «компенсация» использован законодателем применительно к моральному вреду не случайно. Как принято считать в отечественной правовой науке, нематериальные блага, нарушение которых является основанием для компенсации морального вреда, не могут иметь стоимостной оценки. В силу ст. 150 ГК РФ личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. По этой причине вред, причиненный душевному состоянию личности, может лишь компенсироваться, но никак не возмещаться.

Будучи по своей природе не только способом защиты гражданских прав, но и мерой ответственности, компенсация морального вреда может быть применена при наличии следующих условий.

Первым условием является наличие самого вреда, который выражается в физических или нравственных страданиях человека. Как отмечается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10, моральный вред может, в частности, заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью из-за причиненного увечья, иного повреждения здоровья, с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. Так, М.Н. Малеина полагает, что моральный вред может заключаться в испытываемом страхе, унижении, беспомощности, стыде, разочаровании, в переживании иного дискомфортного состояния <1>.

———————————

<1> См.: Малеина М.Н. Указ. соч. С. 48.

 

При этом необходимо отметить, что физические или нравственные страдания способно претерпевать лишь физическое, но никак не юридическое лицо. Юридическое лицо, будучи, по существу, обособленным имуществом, страдать не способно. Юридическому лицу может быть причинен имущественный вред, в том числе при нарушении его деловой репутации, однако это не создает предпосылок для компенсации морального вреда. В такого рода ситуациях защита гражданских прав осуществляется с помощью института возмещения убытков.

Между тем иное мнение по данному вопросу высказал Конституционный Суд РФ в своем Определении от 4 декабря 2003 г. N 508-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации». По мнению Конституционного Суда, «применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК Российской Федерации)». Конституционный Суд РФ счел необходимым в этом вопросе сослаться также на практику Европейского суда по правам человека, отметив, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст. 41). В названном Определении Конституционного Суда приведено решение Европейского суда по правам человека от 6 апреля 2000 г. по делу «Компания Комингерсол С.А. против Португалии», в котором Суд пришел к выводу о том, что не может быть исключена возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые «могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей степени «объективными» или «субъективными». Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании».

Тем не менее, по нашему мнению, исходя именно из природы юридического лица применять положения о компенсации морального вреда к юридическим лицам нет никаких оснований.

Вторым условием применения такой меры, как компенсация морального вреда, является причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и физическими или нравственными страданиями потерпевшего. Обязанность доказывания наличия вреда и указанной причинно-следственной связи лежит на потерпевшем. Моральный вред может быть причинен как действиями (например, незаконное вмешательство органов государственной власти в частную жизнь), так и бездействием (например, неоказание необходимой медицинской помощи пациенту).

Третье условие — противоправность поведения причинителя. Специфика института компенсации морального вреда заключается в этом отношении в том, что противоправным считается не всякое причинение морального вреда, а причинение вреда путем нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага (по общему правилу).

В то же время в качестве исключения действующее российское законодательство допускает возможность компенсации морального вреда, причиненного посягательством на имущественные права граждан. Случаи компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав, должны быть прямо предусмотрены законом. В настоящее время упоминание о компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав гражданина содержится в ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей», ст. 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации».

Кроме того, необходимо отметить, что несколько десятков других федеральных законов также содержат нормы, предоставляющие право на компенсацию морального вреда. В большинстве случаев это нормы, дублирующие положения ГК РФ и предоставляющие право на компенсацию морального вреда в случаях посягательства на частную жизнь гражданина или его честь и достоинство.

В то же время имеет место и упоминание о компенсации морального вреда в иных отраслевых правоотношениях. Так, ст. 16 Федерального закона от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» <1> указывает, что гражданин имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконным действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица при рассмотрении обращения, по решению суда.

———————————

<1> Собрание законодательства РФ. 2006. N 19. Ст. 2060.

 

В соответствии со ст. 30 СК РФ добросовестный супруг (тот, который не знал или не должен был знать о недействительности заключенного брака) вправе требовать «возмещения причиненного ему морального вреда по правилам, предусмотренным гражданским законодательством». В данном случае, по существу, нравственные или физические страдания добросовестного супруга презюмируются. Вместе с тем открытым остается вопрос о возможности компенсации морального вреда иным членам семьи. Многие субъективные права, предусмотренные семейным законодательством, являются неимущественными (например, право ребенка на получение родительского воспитания, право на общение с ребенком дедушки, бабушки, братьев, сестер и других родственников). В случае их нарушения вопрос о компенсации морального вреда должен решаться с учетом положений ст. ст. 4 и 5 СК РФ, допускающих субсидиарное применение гражданского законодательства к семейным правоотношениям.

На основании ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного «ущерба». Приведенные положения трудового законодательства допускают компенсацию морального вреда при нарушении как личных неимущественных, так и имущественных прав работника.

Поскольку институт денежной компенсации морального вреда является гражданско-правовым, необходимо признать, что особые правила компенсации морального вреда, закрепленные в нормативных правовых актах иной отраслевой принадлежности (не относящихся к гражданскому законодательству), являются специальными нормами по отношению к общим нормам ст. 151 и § 4 гл. 59 ГК РФ.

Проблема компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав граждан была предметом обсуждения Конституционного Суда РФ. Решением Магаданского городского суда было отказано в удовлетворении иска гражданина В.И. Щигорца в части компенсации морального вреда при нарушении ответчиком обязательств по договору комиссии, поскольку в данном случае имел место имущественный спор. Гражданин обратился в Конституционный Суд РФ с жалобой, ссылаясь на то, что ст. 151 ГК РФ исключает возможность обращения в суд с требованием о компенсации за нанесенный моральный вред по любым имущественным искам и потому не соответствует требованиям ст. ст. 19 (ч. 1), 46 (ч. 1), 52 и 55 (ч. 2) Конституции РФ.

Рассматривая этот вопрос, Конституционный Суд отметил, что современное правовое регулирование не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения. При этом в качестве примера было приведено правоотношение, регулируемое законодательством о защите прав потребителей <1>.

———————————

<1> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 16 октября 2001 г. N 252-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Щигорца Владимира Ивановича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации».

 

По нашему мнению, расширение круга случаев компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав граждан необоснованно и нецелесообразно. Такого рода подход дезавуирует институт нематериальных благ и, по существу, смешивает такие способы защиты, как возмещение убытков и компенсация морального вреда. Как отмечал С.А. Беляцкин, «моральный вред не заключает в себе никакого имущественного элемента, являясь страданием чисто физическим или чисто нравственным» <1>.

———————————

<1> Беляцкин С.А. Возмещение морального (неимущественного) вреда. М., 1997. С. 15.

 

И наконец, четвертым условием компенсации морального вреда является вина причинителя. Случаи, в которых компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, определены ст. 1100 ГК РФ. Поскольку понятие вины применительно к деликтным обязательствам законодательно не определено, в науке принято обращаться к положениям ст. 401 ГК РФ. В рамках ответственности за нарушение обязательства лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Бремя доказывания отсутствия противоправности (правомерности действий или бездействия), а также отсутствия вины причинителя ложится на самого причинителя морального вреда.

Завершая вопрос об условиях, при которых может быть применена компенсация морального вреда, отметим, что Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 20 декабря 1994 г. рекомендовал судам устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

4. Поскольку компенсация морального вреда по общему правилу связана с посягательством на нематериальные блага, на требование о компенсации морального вреда в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется. При этом, как отмечается в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г., в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные ст. 392 Трудового кодекса РФ сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

 

Статья 1100. Основания компенсации морального вреда

Комментарий к статье 1100 ГК РФ — Гражданского кодекса Российской Федерации в действующей редакции с последними изменениями

1. Несмотря на то что комментируемая статья носит название «Основания компенсации морального вреда», в ней изложены лишь случаи, в которых компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. Тем самым указанная статья подтверждает действие общего принципа ответственности за вину применительно к институту компенсации морального вреда.

2. Первым случаем компенсации морального вреда независимо от вины причинителя является причинение вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статья 1079 ГК РФ использует иной термин — «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих». Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Кроме того, владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Однако комментируемая статья содержит иное правило. Моральный вред в случаях посягательства на жизнь или здоровье граждан источником повышенной опасности компенсируется безотносительно к таким обстоятельствам, как действие непреодолимой силы или умысел потерпевшего.

3. Вторым случаем компенсации морального вреда без вины причинителя является ситуация причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Эта норма соответствует положениям п. 1 ст. 1070 ГК РФ, в соответствии с которым вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещаются за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, — за счет казны субъекта Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (см. комментарий к ст. 1070 ГК).

4. Последняя ситуация, которая освещена в комментируемой статье, — причинение вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Повторим, что правом на компенсацию морального вреда обладают исключительно физические лица, в отношении которых распространены указанные сведения.

Как отмечается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известны третьим лицам.

Критерии, которым отвечали бы порочащие гражданина сведения, не установлены законом, да и не могут быть им установлены, поскольку зависят от сложившихся в обществе представлений о достойном и недостойном поведении. Тем не менее, по мнению Верховного Суда РФ, выраженному в Постановлении от 24 февраля 2005 г. N 3, порочащими являются, в частности, сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина.

Упоминание в комментируемой статье о том, что в случаях распространения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, моральный вред компенсируется независимо от вины, имеет важное значение. Невиновное нарушение этих личных неимущественных прав может иметь место в целом ряде ситуаций, например, когда распространитель информации распространяет те сведения, которые получил от третьих лиц, и считает их достоверными. Однако гражданское законодательство (ст. 1100 ГК) требует привлечь его к ответственности в форме компенсации морального вреда потерпевшему, хотя и не предусматривает оснований для регрессных требований к непосредственному источнику не соответствующих действительности сведений (лицу, первоначально распространившему ложные сведения).

5. Комментируемая статья не исключает закрепления в дальнейшем в законодательстве иных случаев компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

 

Статья 1101. Способ и размер компенсации морального вреда

Комментарий к статье 1101 ГК РФ — Гражданского кодекса Российской Федерации в действующей редакции с последними изменениями

Как уже отмечалось в комментарии к ст. 1099 ГК РФ, компенсация морального вреда, в отличие от возмещения убытков, носит компенсаторный характер, поскольку предоставляемая потерпевшему денежная сумма не представляет собой и не может представлять эквивалента нарушенного нематериального блага личности. В этой связи справедливо утверждение Верховного Суда РФ о том, что при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред законом признается вредом неимущественным, несмотря на то что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера (см. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Компенсаторный характер рассматриваемой меры связан также и с тем, что размер подлежащей уплате денежной компенсации не зависит от размера возмещаемых потерпевшему убытков. Кроме того, размер компенсации морального вреда не может быть одинаковым для каждого из потерпевших в сходных случаях. Для каждого из потерпевших размер компенсации определяется индивидуально.

В соответствии с законодательством при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать:

1) характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который, в свою очередь, должен быть оценен с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Подразумевается, что каждый потерпевший в силу психологических и иных особенностей может воспринимать события с большей или меньшей остротой и реагировать на нарушение его неимущественных прав по-разному;

2) степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. В соответствии со ст. 1100 ГК РФ по общему правилу моральный вред компенсируется при наличии вины причинителя. Исключения из этого правила установлены названной статьей;

3) требования разумности и справедливости.

Таким образом, объективный характер носят лишь первое и второе обстоятельства, подлежащие учету. Требования разумности и справедливости — категории, формируемые правосознанием суда. Проблема усмотрения суда при определении размера компенсации морального вреда нашла свое отражение в практике Конституционного Суда РФ. По мнению одной заявительницы, обратившейся в Конституционный Суд, положениями п. 2 комментируемой статьи, согласно которому при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, как неопределенными по своему содержанию, а потому не обеспечивающими равенство прав граждан в отношениях с государством, в частности при определении судом размера компенсации морального вреда, причиненного гражданам незаконными действиями государственных органов, были нарушены ее права и свободы, гарантированные ст. ст. 2, 19 и 45 Конституции РФ <1>. Рассматривая этот довод, Конституционный Суд отметил, что «само по себе использование в оспариваемой норме таких оценочных понятий, как «разумность» и «справедливость» в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы и не приводит к какому-либо неравенству при ее применении, поскольку названное правовое предписание не препятствует возмещению морального вреда гражданину в случаях, предусмотренных законодательством». Кроме того, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина <2>.

———————————

<1> Определение Конституционного Суда РФ от 15 июля 2004 г. N 276-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Веретенниковой Анны Александровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации».

<2> Определение Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2003 г. N 404-О.

 

Судейское усмотрение в вопросе о размере компенсации морального вреда не стеснено никакими рамками, формулами или таблицами расчетов этого размера. По этой причине оспаривание судебных актов в части установления сумм, подлежащих выплате потерпевшему, всегда сопряжено с особыми сложностями. Так, по одному из дел, рассмотренных Верховным Судом РФ, была принесена надзорная жалоба, указание которой о том, что взысканная в пользу гражданина компенсация морального вреда в размере 1 млн. рублей была определена без учета положений абз. 2 и 3 комментируемой статьи, т.е. вне зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, определяемых с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени вины причинителя вреда, которая, по мнению ответчика, не была установлена, нельзя признать убедительным. Оценивая этот довод, Верховный Суд РФ отметил, что, определяя размер компенсации морального вреда, подлежавшей уплате в пользу потерпевшего, суд в соответствии с требованиями закона правильно исходил из обстоятельств конкретного дела, а также принципов разумности и справедливости, поэтому оснований не согласиться с ним не имеется <1>.

———————————

<1> Определение Верховного Суда РФ от 29 июля 2008 г. N 21-В08-6.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code