Свобода религии. Общая жалоба о конституционном положении, касающемся запрета строительства минаретов

Обзор постановлений и решений Европейского Суда по правам человека, подготовленный Секретариатом Европейского Суда по правам человека (февраль 2016 года)

СВОБОДА РЕЛИГИИ <*>

ОБЩАЯ ЖАЛОБА О КОНСТИТУЦИОННОМ ПОЛОЖЕНИИ, КАСАЮЩЕМСЯ ЗАПРЕТА СТРОИТЕЛЬСТВА МИНАРЕТОВ

——————————–

<*> Данный материал основан на справке, подготовленной Секретариатом Европейского Суда. Перевод с английского Ю.Ю. Берестнева.

 

Дела “Уардири против Швейцарии” (Ouardiri v. Switzerland) и “Ассоциация “Лига мусульман Швейцарии” и другие против Швейцарии” (Association “Ligue des musulmans de Suisse” and Others v. Switzerland)

Решение от 28 июня 2011 г. по вопросу приемлемости жалоб

Заявители: в первом деле – частное лицо, исповедующее мусульманскую веру, которое работает в фонде, занимающемся установлением взаимоотношений между исламом и остальным миром, и во втором деле – три ассоциации и фонд, общая цель которых связана с мусульманской религией, – утверждали, что запрет на строительство минаретов можно рассматривать как нарушение свободы религии и дискриминацию по религиозному принципу.

Европейский Суд объявил жалобы неприемлемыми для рассмотрения по существу (жалобы несовместимы с положениями Конвенции ratione personae <*>) на том основании, что заявители не могли утверждать, что являлись жертвами нарушения положений Конвенции. Поскольку жалобы были направлены исключительно на обжалование конституционного положения, применявшегося в Швейцарии в общем порядке, Европейский Суд постановил, в частности, что заявители не доказали наличие каких-либо крайне исключительных обстоятельств, способных наделить их статусами жертв. Напротив, их жалобы напоминали actio popularis <**>, направленный на проверку соответствия данного конституционного положения Конвенции in abstracto <***>. Кроме того, из решения Федерального суда от 21 января 2010 г., касающегося соответствия конституционного положения Конвенции, было очевидно, что суды Швейцарии могут проверять любой будущий отказ в разрешении строительства минарета на соответствие Конвенции.

——————————–

<*> Ratione personae (лат.) – ввиду обстоятельств, относящихся к лицу, о котором идет речь (примеч. переводчика).

<**> Actio popularis (лат.) – иск, предъявляемый в общественных интересах частными лицами или организациями, которые сами не являются жертвами нарушений (примеч. переводчика).

<***> In abstracto (лат.) – абстрактно, отвлеченно (примеч. переводчика).

 

ОБЯЗАТЕЛЬСТВО РАСКРЫВАТЬ РЕЛИГИОЗНЫЕ УБЕЖДЕНИЯ
ОБ УДОСТОВЕРЕНИЯХ ЛИЧНОСТИ

Дело “Синан Ишык против Турции” (Sinan  v. Turkey) <*>

от 2 февраля 2010 г.

——————————–

<*> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2015. N 7 (примеч. редактора).

 

Заявитель являлся членом алевитской религиозной общины <*>. В 2004 году он обратился в суд с требованием указать в его удостоверении личности “алевит”, а не “мусульманин”. До 2006 года в удостоверении личности должна была быть заполнена графа “религия” (но с 2006 года лицо было вправе потребовать, чтобы эта графа в удостоверении личности оставалась незаполненной). В Европейском Суде заявитель жаловался, что его обязали раскрыть свои религиозные убеждения в удостоверении личности, в общественном документе, который часто используется в повседневной жизни. Он также обжаловал отказ заменить слово “мусульманин” в графе удостоверения личности на указание его религиозной принадлежности – “алевит”. Он утверждал, что существовавшая запись не отражала реальное положение вещей и что рассмотрение дела, приведшее к отказу в его просьбе, вызывало возражения, поскольку имела место оценка его религии со стороны государства.

——————————–

<*> Они имеют глубокие корни в турецком обществе и истории. Их вера, которая находится под влиянием, в частности, суфизма и доисламских верований, рассматривается некоторыми алевитскими исламоведами как отдельная религия, а другими – как направление в исламе.

 

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), которое следует не из отказа указать веру заявителя (алевизм) в его удостоверении личности, а из-за того, что в его удостоверении личности содержалась графа для указания религиозной принадлежности независимо от того, являлась ли она обязательной для заполнения или нет. Европейский Суд подчеркнул, что свобода исповедовать религию имела негативный аспект, а именно право не разглашать свою религиозную принадлежность.

В соответствии со статьей 46 Конвенции (обязательная сила и исполнение постановлений) Европейский Суд также указал, что удаление графы “религия” из удостоверения личности могло бы стать уместной формой возмещения, что прекратит установленное Европейским Судом нарушение.

 

О ЗАРПЛАТНО-НАЛОГОВЫХ КАРТАХ

Дело “Васмут против Германии” (Wasmuth v. Germany)

от 17 февраля 2011 г.

Данное дело касалось системы взимания церковного налога в Германии. Заявитель был адвокатом, занимавшимся частной практикой, а также работал лектором в издательстве. В его зарплатно-налоговых картах за последние годы, в графе “взимание церковного налога”, стоял прочерк, информировавший его работодателя о том, что такой налог не должен удерживаться с заявителя. Заявитель жаловался на принудительное раскрытие данных его зарплатно-налоговой карты, касавшихся отсутствия принадлежности к религиозной общине, имеющей право взимать религиозный налог.

Европейский Суд постановил, что отсутствовали нарушения статей 9 (право на свободу мысли, совести и религии) и 8 Конвенции (право на уважение личной и семейной жизни). Хотя Европейский Суд заключил, что имело место вмешательство в права заявителя, предусмотренные обеими статьями, он пришел к выводу, что вмешательство преследовало законную цель обеспечения права церкви и религиозных общин взимать религиозный налог. Кроме того, Европейский Суд установил пропорциональность вмешательства этой цели, поскольку рассматриваемая ссылка имела ограниченную информативную ценность, касавшуюся религиозных или философских убеждений заявителя: она просто сообщала фискальным органам, что заявитель не принадлежал ни к одной из церквей или ни к одной из религиозных общин, которые имели право взимать религиозный налог и осуществляли это право на практике.

 

ПРИНЯТИЕ ПРИСЯГИ ПРИ РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

Примечание.

В тексте документа, видимо, допущена опечатка: Постановление принято 03.06.2010.

Дело “Димитрас и другие против Греции”

(Dimitras and Others v. Greece) от 3 июня 2013 г.

Заявители были вызваны в суд в разные даты в качестве свидетелей, подозреваемых или потерпевших по уголовному делу. В соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом им было необходимо принять присягу, положив правую руку на Библию. Каждый раз заявители были вынуждены сообщать властям, что они не являются православными христианами и предпочитают вместо присяги сделать официальное заявление, на что они имели право. Заявители жаловались, в частности, на то, что они были обязаны раскрыть свои “неправославные” религиозные убеждения, когда давали присягу в суде.

Европейский Суд напомнил, что свобода мысли, совести и религии, которая неразрывно связана с плюрализмом, являлась одной из основ “демократического общества”, и что в своей религиозной подоплеке эта свобода являлась существенной частью идентичности любого верующего, а также ценным качеством для атеистов, агностиков, скептиков и безразлично относящихся к религии лиц. Европейский Суд уже устанавливал, что свобода исповедовать свои религиозные убеждения включала право человека не раскрывать свою веру или религиозные убеждения, а также его право не быть обязанным действовать или воздерживаться от совершения действий таким образом, чтобы можно было сделать вывод, что он имел или не имел данных убеждений, и это было тем более так, когда речь шла о способности выполнять определенные функции. В настоящем деле Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), установив, что требование к заявителям раскрыть свои религиозные убеждения с тем, чтобы иметь возможность сделать официальное заявление, оказало влияние на их свободу религии, и что вмешательство было не только неоправданным, но и не преследовало законной цели. Европейский Суд также заключил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции (право на эффективное средство правовой защиты).

См. также Постановление Европейского Суда по делу “Димитрас и другие против Греции (N 3)” (Dimitras and Others v. Greece) (N 3) от 8 января 2013 г. о принятии присяги в качестве адвоката.

 

Дело “Александридис против Греции” (Alexandridis v. Greece)

от 21 февраля 2008 г.

Заявитель был допущен к адвокатской практике в афинском суде первой инстанции и принес в ноябре 2005 года присягу, которая являлась предварительным условием для его практической деятельности в качестве адвоката. Он жаловался на то, что при принесении присяги он был обязан сообщить, чтобы ему разрешили сделать официальное заявление, что он не является православным христианином, поскольку существовала только стандартная форма для принесения религиозной присяги.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), отметив, что это обязательство повлияло на свободу заявителя не раскрывать свои религиозные убеждения.

 

ОБЯЗАТЕЛЬСТВО ДАВАТЬ ПРИСЯГУ, ПРЕДУСМАТРИВАЮЩУЮ РЕЛИГИОЗНУЮ ЦЕРЕМОНИЮ

Дело “Бускарини и другие против Сан-Марино” (Buscarini and Others v. San Marino) от 18 февраля 1999 г.

(Большая Палата Европейского Суда)

Избранные в Парламент Сан-Марино в 1993 году заявители жаловались на то, что они были вынуждены присягать на христианском Евангелие, чтобы занять свои места в парламенте, и, по их мнению, это демонстрировало, что реализация основополагающего политического права происходила при условии открытого признания принадлежности к определенному вероисповеданию.

Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии). Он признал, в частности, что обязательство приносить присягу не является “необходимым в демократическом обществе” в целях пункта 2 статьи 9 Конвенции, поскольку осуществление мандата, предназначенного для представления внутри парламента различных точек зрения в обществе, противоречило условию предварительного заявления о приверженности к определенной совокупности религиозных убеждений.

 

ПРОЗЕЛИТИЗМ

Дело “Коккинакис против Греции” (Kokkinakis Greece) <*>

от 25 мая 1993 г.

——————————–

<*> См. в настоящем номере на с. 27 – 56 (примеч. редактора).

Заявитель, который являлся членом религиозной организации “Свидетели Иеговы”, жаловался на предъявление ему уголовного обвинения в прозелитизме судами Греции в 1988 году после участия в разговоре о религии с соседкой, женой певчего православной церкви. Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), установив, что не было продемонстрировано, что приговор был обоснован в обстоятельствах дела насущной социальной необходимостью. Европейский Суд отметил, в частности, что суды Греции просто воспроизвели формулировку закона, который признавал прозелитизм незаконным, не уточнив достаточным образом, каким именно способом заявитель пытался убедить свою соседку, используя ненадлежащие средства.

 

Дело “Лариссис и другие против Греции” (Larissis and Others v. Greece) <*>

от 24 февраля 1998 г.

——————————–

<*> См. в настоящем номере на с. 57 – 78 (примеч. редактора).

Три заявителя, которые являлись офицерами Военно-воздушных сил и последователями Пятидесятнической церкви, были осуждены судами Греции приговорами, которые вступили в законную силу в 1992 году, за прозелитизм и попытки обратить в свою веру ряд лиц, включая троих летчиков – их подчиненных.

Европейский Суд постановил, что отсутствовало нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии) в отношении мер, принятых против заявителей в связи с прозелитизмом в адрес военнослужащих Военно-воздушных сил, поскольку государство должно было защищать младший летный персонал от неправомерного давления со стороны вышестоящих офицеров. Однако Европейский Суд установил нарушение статьи 9 Конвенции в отношении мер, принятых против заявителей в связи с прозелитизмом в адрес гражданских лиц, поскольку они не подвергались таким давлению и ограничениям, как летный персонал.

 

ОФИЦИАЛЬНОЕ ПРИЗНАНИЕ, ОРГАНИЗАЦИЯ И РУКОВОДСТВО ЦЕРКВЕЙ И РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЩИН

Дело “Хасан и Чауш против Болгарии” (Hasan and Chaush v. Bulgaria) от 26 октября 2000 г.

(Большая Палата Европейского Суда)

Первый заявитель являлся главным муфтием мусульманской общины Болгарии с 1992 года. Второй заявитель был членом этой общины. После дискуссии в общине в 1994 – 1995 годах о том, кто должен быть ее лидером, Правительство Болгарии фактически заменило первого заявителя другим кандидатом, который ранее находился на этом посту. Заявители жаловались, в частности, на то, что это было противоправное и произвольное вмешательство в их право на свободу религии, а также в право верующих и религиозных общин управлять своими делами и выбирать свое руководство.

Европейский Суд полагал, что факты, демонстрировавшие неспособность властей придерживаться нейтральной позиции в осуществлении ими своих полномочий в отношении административной регистрации религиозных общин, должны привести к выводу о том, что государство вмешалось в право верующих на свободу исповедовать свою религию по смыслу статьи 9 Конвенции. Европейский Суд установил, что действия государства в пользу одного лидера разделившейся религиозной общины или действия с целью принудить общину объединиться под единым руководством вопреки желанию ее членов являлись бы вмешательством в свободу религии. В демократическом обществе государство не нуждается в мерах для обеспечения того, чтобы религиозные общины объединялись под единым руководством. В деле заявителей, отметив, что действия властей Болгарии осуществлялись по закону и на практике с целью лишить отстраненного руководителя любой возможности продолжить представлять интересы как минимум части мусульманской общины и управлять ее делами в соответствии с волеизъявлением этой части общины, Европейский Суд постановил, что имело место вмешательство во внутреннюю организацию мусульманской религиозной общины и в свободу религии заявителей. Заключив, что данное вмешательство не было предусмотрено законом, поскольку оно было произвольным и основывалось на правовых положениях, которые предоставляли неограниченную свободу действий исполнительной власти и не соответствовали требуемым стандартам ясности и предсказуемости, Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии). Кроме того, сделав вывод о том, что руководство части общины во главе с первым заявителем не смогло добиться эффективного обжалования незаконного вмешательства государства во внутренние дела религиозной общины и отстоять свои права на организационную независимость, Европейский Суд пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции (право на эффективное средство правовой защиты).

 

Дело “Бессарабская митрополия Румынской православной церкви и другие против Республики Молдова” (Metropolitan Church of Bessarabia and Others v. Moldova) <*>

от 13 декабря 2001 г.

——————————–

<*> См. в настоящем номере на с. 79 – 105 (примеч. редактора).

Данное дело касалось отказа властей Республики Молдова признать Бессарабскую митрополию Румынской православной церкви Православной христианской церковью на основании того, что она отделилась от Митрополитской церкви Республики Молдова, которая была признана государством. Заявители, Бессарабская митрополия Румынской православной церкви и ряд лиц, занимавших определенные посты в данной церкви, жаловались в связи с этим отказом и утверждали, что согласно соответствующему внутригосударственному законодательству религиозный культ не мог осуществлять свою деятельность на территории Республики Молдова, если он не был признан властями.

Европейский Суд отметил, в частности, что, поскольку церковь-заявительница не была признана, она не могла осуществлять свою деятельность. В частности, ее священнослужители не могли совершать службу в церкви, ее члены не могли исповедовать свою религию, а также, не являясь юридическим лицом, она не имела права на судебную защиту своих активов. Следовательно, Европейский Суд пришел к выводу, что отказ властей Республики Молдова признать церковь-заявительницу представлял собой вмешательство в право церкви и других заявителей на свободу религии, гарантированное пунктом 1 статьи 9 Конвенции. Установив, что, придерживаясь той точки зрения, что церковь-заявительница не являлась новой конфессией, и сделав ее признание зависимым от воли признанной церковной власти, Митрополитской церкви Республики Молдова, власти государства-ответчика не выполнили своего обязательства придерживаться нейтральной позиции и быть беспристрастными, Европейский Суд пришел к выводу о том, что отказ признать церковь-заявительницу имел такие последствия для свободы религии заявителей, что они не могли считаться пропорциональными преследуемой законной цели. Следовательно, отказ не был необходим в демократическом обществе, и имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии). Европейский Суд также постановил, что заявители не могли получить от внутригосударственных властей компенсации в отношении их жалобы, касавшейся их права на свободу религии, поэтому Европейский Суд заключил, что также имело место нарушение статьи 13 Конвенции (право на эффективное средство правовой защиты).

 

Дело “Религиозная община “Свидетели Иеговы” в г. Москве против Российской Федерации” (Jehovah’s Witnesses of Moscow v. Russia) <*>

от 10 июня 2010 г.

——————————–

<*> См.: Российская хроника Европейского Суда. N 2011. N 2 (примеч. редактора).

Заявителями являлись религиозная община “Свидетели Иеговы” в г. Москве и четыре члена этой общины. Они жаловались, в частности, на ликвидацию общины и запрет ее деятельности, а также на отказ властей Российской Федерации в перерегистрации общины. Они также жаловались на чрезмерную длительность судебного процесса, касавшегося ликвидации общины.

Европейский Суд отметил, что решение судов Российской Федерации о ликвидации общины и запрете ее деятельности привело к тому, что община не могла реализовать свое право собственности на имущество или на его аренду, не имела возможности использовать банковские счета и нанимать сотрудников, а также обеспечивать свою юридическую защиту, защиту своих членов и имущества. Это решение было основано на Законе “О свободе совести” и преследовало законную цель охраны здоровья и прав других лиц. Однако тщательно изучив доводы властей Российской Федерации, включая решения внутригосударственных судов, Европейский Суд постановил, что решение о ликвидации общины заявителя не было обоснованно соответствующими фактическими обстоятельствами. Следовательно, Европейский Суд пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), рассмотренной в свете статьи 11 Конвенции (право на свободу собраний и объединений), установив, что ликвидация общины явилась чрезмерно серьезным и непропорциональным наказанием по сравнению с законной целью, которую преследовали власти. Европейский Суд также постановил, что имело место нарушение статьи 11 Конвенции, рассмотренной в свете статьи 9 Конвенции, установив, что, отказывая в перерегистрации общины “Свидетели Иеговы”, московские власти действовали недобросовестно и пренебрегли своей обязанностью придерживаться нейтральной позиции и быть беспристрастными  <*> общины заявителя. В заключение Европейский Суд решил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство в разумные сроки), установив, что длительность процесса, касавшегося ликвидации общины, была чрезмерной.

——————————–

<*>  (фр.) – в отношении (примеч. переводчика).

 

Дело “Венгерская христианская меннонитская церковь и другие против Венгрии” (Magyar  Mennonita and Others v. Hungary)

от 8 апреля 2014 г.

Заявителями являются различные религиозные общины, некоторые их священники и члены этих общин. До принятия нового закона о церкви, который вступил в силу в январе 2012 года, религиозные общины были зарегистрированы как церкви Венгрии и получали государственное финансирование. После принятия нового закона только несколько церквей, которые были признаны, продолжали получать финансирование. Все остальные религиозные общины, такие как община заявителей, утратили свой статус церквей, но могли продолжить свою деятельность как объединения. После решения Конституционного суда, который признал некоторые положения нового закона о церкви неконституционными, религиозные общины, такие как община заявителя, смогли продолжить свою деятельность и продолжали называться церквями. Однако закон продолжал применяться в части, обязывающей общины обращаться в парламент для регистрации церкви в качестве юридического лица, если они хотели получить доступ к денежным и налоговым преимуществам, которыми они ранее пользовались. Заявители жаловались на отмену их регистрации на основании нового закона и на перерегистрацию церквей в соответствии с предоставленной властям свободой усмотрения.

Европейский Суд считает, что отмена регистрации общины заявителей как церкви составила вмешательство в их права, предусмотренные статьями 9 и 11 Конвенции. Бесспорно, что это вмешательство было предусмотрено законом, а именно Законом о церкви 2011 года. Европейский Суд был готов признать, что мера могла рассматриваться как преследовавшая законную цель предотвращения беспорядков и преступлений в целях статьи 11 Конвенции, в частности, путем попыток предотвращения мошеннической деятельности некоторых церквей. Тем не менее Европейский Суд пришел к выводу о том, что мера, применявшаяся на основе Закона о церкви, не была “необходима в демократическом обществе”, поэтому постановил, что имело место нарушение статьи 11 (право на свободу собраний и объединений), рассмотренной в свете статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии). Европейский Суд установил, в частности, что власти Венгрии не доказали, что отсутствовали какие-либо другие, менее радикальные решения проблем, связанных со злоупотреблением государственными субсидиями со стороны некоторых церквей, чем отмена регистрации общин заявителя. Кроме того, необходимость для религиозных групп обращаться в парламент за перерегистрацией в качестве церкви, а также тот факт, что к таким сообществам относились иначе, чем к зарегистрированным церквям, применительно к материальным благам без каких-либо объективных оснований, не соответствовали обязанности государства придерживаться нейтральной позиции в вопросах религии.

 

РЕЛИГИОЗНЫЕ ПРАЗДНИКИ

Дело “Костески против Македонии” (Kosteski v. the former Yugoslav Republic of Macedonia) <*>

от 13 апреля 2006 г.

——————————–

<*> См. в настоящем номере на с. 125 – 132 (примеч. редактора).

В апреле 1998 года заявитель был оштрафован за один день прогула, чтобы отпраздновать Байрам, мусульманский религиозный праздник. Он обжаловал решение. В июле 2000 года Конституционный суд отметил, что заявитель ссылался на права, имевшие отношение к свободе религии, но отказался предоставить доказательства, касавшиеся его убеждений. Заявитель жаловался на то, что примененный к нему штраф за отсутствие на рабочем месте во время празднования мусульманского праздника являлся нарушением статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно и в совокупности со статьей 14 Конвенции.

Европейский Суд постановил, что отсутствовало нарушение статей 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии) и отсутствовало нарушение статьи 14 Конвенции (запрет дискриминации) во взаимосвязи со статьей 9 Конвенции. Напомнив, что в статье 9 Конвенции перечислен ряд форм проявления собственной религии или собственных убеждений, но что она не защищает любое действие, мотивированное или вдохновленное религией или верой, Европейский Суд не был убежден, что присутствие на мусульманском празднике являлось проявлением убеждений заявителя по смыслу статьи 9 Конвенции или что наказание, назначенное ему за нарушение условий контракта, за прогул во время рабочего дня, был вмешательством в эти права. Кроме того, Европейский Суд не считал безосновательным тот факт, что работодатель мог рассматривать отсутствие заявителя на рабочем месте без разрешения или без явного оправдания как дисциплинарный вопрос. Европейский Суд отметил, что, если работник ссылался на конкретное исключение, тот факт, что от него потребовали определенного обоснования, не ущемлял его права и не находился в основополагающем конфликте со свободой совести.

 

Дело “Франческо Сесса против Италии” (Francesco Sessa v. Italy)

от 3 апреля 2012 г.

Заявитель исповедовал иудаизм. Он работал адвокатом. В качестве представителя одного из подавших жалобу лиц он присутствовал на слушании у следственного судьи по вопросу представления доказательств. В связи с занятостью судьи сторонам было предложено выбрать одну из двух дат для переноса заседания. Заявитель отметил, что обе даты выпадали на еврейские праздники и его религиозные обязанности не позволят ему участвовать в заседании. Слушание было назначено на одну из двух рассматриваемых дат, и заявитель подал ходатайство о переносе заседания. Сторона обвинения и адвокат ответчиков возражали против ходатайства на том основании, что отсутствовали какие-либо юридические основания для переноса слушания. Заявитель утверждал, что отказ судебных властей перенести судебное слушание, назначенное на дату религиозного праздника, помешало ему принять участие в слушаниях в качестве представителя одного из потерпевших и нарушило его право свободно исповедовать свою религию.

Европейский Суд постановил, что отсутствовало нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии). Европейский Суд не был убежден, в частности, в том, что назначение слушания на дату, совпадавшую с еврейским праздником, и отказ перенести его на более позднюю дату составляли ограничение права заявителя свободно исповедовать свою религию. Даже если предположить, что имело место вмешательство в право заявителя, гарантированное пунктом 1 статьи 9 Конвенции, Европейский Суд считает, что такое вмешательство, предусмотренное законом, было оправдано защитой прав и свобод других лиц и, в частности, правом общества на надлежащее отправление правосудия и принципом рассмотрения дела в разумные сроки. Вмешательство отличалось разумной пропорциональностью между использованными средствами и преследуемой целью.

 

РИТУАЛЬНОЕ УБИЙСТВО ЖИВОТНЫХ

Дело “Ча’аре Шалом ве Цедек против Франции” (Cha’are Shalom ve Tsedek v. France)

от 27 июня 2000 г.

(Большая Палата Европейского Суда)

Заявитель, Еврейское литургическое объединение, обратился с жалобой на отказ властей Франции выдать ему разрешение, необходимое для доступа на скотобойню с целью совершения там ритуального убийства животных согласно ультра-ортодоксальным религиозным предписаниям его членов, для которых мясо не является кошерным, если оно не “glatt” <*>. Объединение настаивало на том, в частности, что отказ в удовлетворении их просьбы нарушил его свободу исповедовать свою религию посредством совершения обряда. Оно также обжаловало нарушение статьи 14 Конвенции по той причине, что данное разрешение было получено только Еврейским консисторским объединением г. Парижа (Association consistoriale  de Paris), в которое входит большинство евреев Франции.

——————————–

<*> Мясо убойных животных не может быть “glatt”, если исследование их легких выявит малейшие повреждения.

 

Европейский Суд постановил, что отсутствовало нарушение статьи 9 Конвенции. По мнению Европейского Суда, вмешательство в право объединения-заявителя на свободу исповедовать свою религию имело бы место, только если незаконность проведения ритуального убийства сделала бы невозможным для ультра-ортодоксальных евреев есть мясо животных, убитых в соответствии с правилами отправления религиозного культа, которые они сочли применимыми. Но поскольку не было установлено, что евреи, входившие в Еврейское литургическое объединение, не могли получить мясо “glatt” или что объединение-заявитель не могло снабжать их мясом после достижения соглашения с Еврейским консисторским объединением г. Парижа, чтобы иметь возможность участвовать в ритуальном убийстве под прикрытием разрешения, полученного Еврейским консисторским объединением г. Парижа, Европейский Суд решил, что отказ в соответствующей просьбе не являлся вмешательством в право объединения-заявителя свободно исповедовать свою религию. Европейский Суд также постановил, что в настоящем деле отсутствовало нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии) во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции (запрет дискриминации).

 

ОТМЕНА РАЗРЕШЕНИЯ НА ОРГАНИЗАЦИЮ РЕЛИГИОЗНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРИ ВОЗОБНОВЛЕНИИ ВИДА НА ЖИТЕЛЬСТВО

Дело “Перри против Латвии” (Perry v. Latvia)

от 8 ноября 2007 г.

Заявитель, гражданин Соединенных Штатов Америки, был пастором в “Морниг Стар Интернейшнл” (Morning Star International), объединении христианских общин евангелическо-протестантской направленности, базирующемся в Соединенных Штатах Америки. В 1997 году он переехал жить в Латвию и основал там общину, входящую в объединение под названием “Утренняя звезда” (Rita Zvaigzne) (Morning Star). Заявитель обжаловал, в частности, что, несмотря на то, что власти Латвии выдали ему вид на жительство, они не разрешили ему заниматься религиозной деятельностью.

Европейский Суд напомнил, что свобода религии включает свободу исповедовать свою религию как единолично и частным порядком, так и сообща с другими, публично и в кругу тех, кто принадлежит к одной вере. Европейский Суд также отметил, что настоящее дело представляет собой типичный пример вмешательства в целях статьи 9 Конвенции. В деле заявителя Европейский Суд постановил, что имело место нарушение статьи 9 Конвенции (право на свободу мысли, совести и религии), установив, что вмешательство в право заявителя на свободу религии не было предусмотрено законом. Европейский Суд отметил, в частности, что действовавшее в то время законодательство Латвии не давало Управлению гражданства и иммиграции права использовать возобновление вида на жительство в качестве повода для запрещения иностранному гражданину заниматься в Латвии религиозной деятельностью. Кроме того, несмотря на то, что заявитель имел возможность продолжить участвовать в духовной жизни своего прихода в качестве обычного верующего, Европейский Суд повторил, что религиозные общины существовали повсеместно в виде организованных структур, придерживающихся правил, которые последователи часто рассматривали как имеющие божественное происхождение. Следовательно, религиозные церемонии имели сакральный смысл для верующих, если они проводились священнослужителями, наделенными такими полномочиями в соответствии с рассматриваемыми правилами.

No votes yet.
Please wait...

Просмотров: 774

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code