ПРОМЕЖУТОЧНОЕ СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ И ПРАВО ЕГО САМОСТОЯТЕЛЬНОГО ОБЖАЛОВАНИЯ

А.Н.Савченко

Рассмотрен смысл понятия «итоговое судебное решение». К числу таковых относятся, в частности, приговор, определение (постановление) о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, определение (постановление) о применении либо об отказе в применении принудительных мер медицинского характера, определение (постановление) о прекращении уголовного дела в отношении несовершеннолетнего с применением принудительных мер воспитательного воздействия. Приведенные нормы сконструированы законодателем таким образом, что в них не перечисляются исчерпывающим образом процессуальные решения, которые могут быть обжалованы в апелляционном порядке до вынесения итогового судебного решения или одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу. При такой конструкции правовых норм особое значение принадлежит толкованию этой категории правоприменителями.

Ключевые слова: промежуточное судебное решение, итоговое судебное решение, уголовное преследование, прекращение уголовного дела, процессуальное решение, разумные сроки.

 

Правильно в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 г. № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» (Постановление № 26) обращено внимание судов на то, что установление единого для всех судов общей юрисдикции апелляционного порядка проверки судебных решений по уголовным делам связано с необходимостью повышения гарантированного Конституцией РФ и федеральными законами уровня судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства?

Другими словами, мы имеем принципиальное правовое суждение о том, что апелляционный порядок проверки судебного решения — это гарантированный Конституцией РФ более высокий уровень судебной защиты прав, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства. Осталось всего лишь это принципиальное понимание внедрить в судебную практику, но без авторитетного разъяснения Верховного Суда РФ, как представляется, единообразного понимания по этому вопросу достичь практически невозможно.

Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым в случае, когда оно отвечает требованиям справедливости и эффективности восстановления в нарушенных правах.

Приведенное правовое суждение Конституционного Суда РФ1 о сути правосудия бесспорно,
1 См., например: Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П по делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального ясно без доказательств (аксиоматичное), однако смысл его в практике современного отечественного правосудия, как можно судить из решений Конституционного Суда РФ, не столь аксиоматичен .

В п. 53-3 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ (УПК РФ) законодателем определено понятие «промежуточное судебное решение» — это все определения и постановления суда, за исключением итогового судебного решения. Обогащение нашего закона данной категорией, как представляется, продиктовано необходимостью внесения ясности в отношении назначения такого рода процессуальных решений, возможности некоторых из них самостоятельного обжалования в суде апелляционной инстанции с целью эффективности восстановления в нарушенных правах.

В Постановлении № 26 дано разъяснение смысла понятия «итоговое судебное решение» (п. 53-2 ст. 5 УПК РФ) — это приговор, определение, постановление суда, которыми уголовное дело разрешено по существу, либо определение или постановление суда, вынесением которых завершено производство по уголовному делу в отношении конкретного лица. К их числу отнесены, в частности, приговор, определение (постановление) о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, определение (постановление) о применении либо об отказе в применении принудительных мер медицинского характера, определение (постановление) о прекращении уголовного дела в отношении несовершеннолетнего с применением принудительных мер воспитательного воздействия.

К промежуточным судебным решениям, как следует из постановления, относятся вынесенные в ходе досудебного производства или судебного разбирательства определения и постановления суда, которыми уголовное дело не разрешается по существу или не завершается производство в отношении конкретного лица, а также судебные решения, вынесенные в процессе исполнения итоговых судебных решений.

В данном документе обращено внимание судов на то, что промежуточные решения, затрагивающие конституционные права участников уголовного судопроизводства или нарушающие их права на доступ к правосудию и рассмотрение дела в разумные сроки, а также препятствующие дальнейшему движению дела, подлежат самостоятельному обжалованию и рассмотрению в апелляционном порядке до вынесения итогового решения по делу.

В соответствии с ч. 3 ст. 389-2 УПК РФ к промежуточным судебным решениям, подлежащим самостоятельному обжалованию, относятся:

1) постановления мирового судьи о возвращении заявления лицу, его подавшему, либо об отказе в принятии заявления к производству;

2) судебные постановления или определения об избрании меры пресечения или о продлении сроков ее действия, о помещении лица в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы, о приостановлении уголовного дела, о передаче уголовного дела по подсудности или об изменении подсудности уголовного дела, о возвращении уголовного дела прокурору;

3) другие судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела, а также частные определения или постановления.

Какие же «другие судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела», кроме перечисленных в законе, подлежат самостоятельному обжалованию?

В ч. 2 ст. 389-2 УПК РФ законодатель указывает процессуальные решения, которые обжалуются в апелляционном порядке одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу: определения или постановления о порядке исследования доказательств, об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства и другие судебные решения, вынесенные в ходе судебного разбирательства, за исключением судебных решений, указанных в ч. 3 ст. 389-2 УПК РФ.

Приведенные нормы (ч. 2 и 3 ст. 389-2 УПК) законодателем сконструированы таким образом, что в них не перечисляются исчерпывающим образом процессуальные решения, которые могут быть обжалованы в апелляционном порядке до вынесения итогового судебного решения или одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу.

Законодателем такой же подход применен и к указанию субъектов, которым принадлежит право на апелляционное обжалование судебного решения. В соответствии со ст. 389.1 УПК РФ право апелляционного обжалования судебного решения принадлежит осужденному, оправданному, их защитникам и законным представителям, государственному обвинителю и (или) вышестоящему прокурору, потерпевшему, частному обвинителю, их законным представителям и представителям, а также иным лицам в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы.

Представляется, что под иными лицами подразумеваются обвиняемый (на стадии предварительного слушания), подсудимый (в ходе судебного рассмотрения дела после назначения дела к слушанию) и другие участники уголовного судопроизводства.

При такой конструкции правовых норм особое значение придается толкованию правоприменителями этой категории, имеющей не один, а два вида: 1) «промежуточное судебное решение», подлежащее обжалованию в апелляционном порядке до вынесения итогового судебного решения, и 2) «промежуточное судебное решение», подлежащее обжалованию одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу.

Необходимо отметить, что пленум не подошел основательно к разъяснению очень важного для судебной практики толкованию положения закона о «других судебных решениях», затрагивающих права граждан на доступ к правосудию и рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующих дальнейшему движению дела, подлежащих самостоятельному обжалованию, оставив свободу истолкования смысла данного феномена права. При этом, как представляется, наш правоприменитель ждал от пленума более ясного разъяснения смысла именно этого новейшего понятия законодательной техники.

Например, обвиняемому на стадии предварительного слушания или подсудимому на стадии разрешения ходатайств отказано в прекращении уголовного дела по амнистии на основании Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ. Затрагиваются ли в данном случае какие-либо права обвиняемого и подсудимого? Если затрагиваются, то какие? К тому же имеют ли они (права) какое-либо отношение к «доступу к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки»? Препятствуют ли дальнейшему движению дела? Если оно не подлежит самостоятельному обжалованию, то как это соотносится с требованием справедливости и эффективности восстановления в нарушенных правах?

Аналогичная ситуация складывается, когда должностные лица, наделенные правом принять процессуальное решение, отказывают в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

В обоих случаях перед судом ставится вопрос о возможности принятия итогового судебного решения на конкретной стадии уголовного судопроизводства и сторонами приводятся доводы о возможности прекращения уголовного дела, причем для принятия процессуального решения о прекращении уголовного дела не требуется исследовать доказательства, оценивать их с точки зрения достоверности, но судом (судьей) отклоняется возможность разрешения конфликта прекращением уголовного дела.

Так почему же проверка принятого такого промежуточного судебного решения, его законности и обоснованности не может быть предметом самостоятельного обжалования в апелляционном порядке? Разве отказ в прекращении уголовного дела промежуточным судебным решением в данном случае не затрагивает конституционные права участников уголовного судопроизводства?

К сожалению, судебная практика не дает ответов на поставленные вопросы и к тому же она (судебная практика) не обращается к толкованию смысла закона, в котором сформулированы довольно четкие правила сферы ее действия — «другие» судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела.

Пример 1 . Уголовное дело по обвинению Т. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса РФ (УК РФ), поступило на рассмотрение в суд и 21 марта 2011 г. В соответствии с требованиями ст. 229 УПК РФ по ходатайству обвиняемого состоялось предварительное слушание, по итогам которого была назначена дата слушания и разрешено ходатайство Т. о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон. В удовлетворении ходатайства Т. было отказано. Не согласившись с постановлением по итогам предварительного слушания только в части решения, принятого судом по его ходатайству, Т. подал кассационную жалобу. Судебной коллегией производство по жалобе подсудимого было прекращено в связи с тем, что принятое судьей решение по ходатайству Т. не подлежит самостоятельному обжалованию в кассационном порядке.

Свое мнение судебная коллегия обосновала следующим образом: «Согласно ч. 7 ст. 236 УПК РФ судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, может быть обжаловано, за исключением судебного решения о назначении судебного заседания в части разрешения вопросов, указанных в п. 1, 3—5 ч. 2 ст. 231 УПК РФ. По смыслу указанных норм (обращение к смыслу.— А. С.) к числу решений, не подлежащих самостоятельному обжалованию, относится и решение, принятое судьей по ходатайству участника процесса, в том числе и об отказе в прекращении уголовного дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ установленный законом порядок, при котором промежуточные судебные решения, принятые, в том числе, по ходатайствам, заявленным сторонами, подлежат обжалованию и пересмотру вышестоящими судами одновременно с приговором или иным итоговым решением по уголовному делу, обеспечивает независимость и самостоятельность судов первой инстанции при рассмотрении и разрешении уголовных дел и не препятствует подсудимому реализовать свое право на защиту, вновь заявив соответствующее ходатайство в ходе судебного разбирательства».

Процессуальное решение обосновано выявленным судебной коллегией смыслом некоторых положений ст. 231 УПК РФ, которые исключают, по мнению судебной коллегии, самостоятельное обжалование решения об отказе в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

Ссылка в процессуальном решении судебной коллегии на правовую позицию Конституционного Суда РФ, как представляется, в данном случае порождает больше вопросов к выявленному смыслу самой судебной коллегией ст. 231 УПК РФ о запрете обжалования решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

В частности, законом установлен и порядок, при котором самостоятельному обжалованию
подлежат промежуточные судебные решения, в том числе принятые по ходатайствам, заявленным сторонами (о передаче уголовного дела по подсудности или об изменении подсудности уголовного дела, о возвращении уголовного дела прокурору и т. п.). Почему же отказ в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон не является таким промежуточным решением? Каким образом самостоятельное обжалование решения об отказе в прекращении уголовного дела влияет на независимость и самостоятельность судов первой инстанции при рассмотрении и разрешении уголовных дел? Какой смысл подсудимому реализовать свое право на защиту заявлением вновь соответствующего ходатайства в ходе судебного разбирательства судье (суду), разрешившему ранее ходатайство отрицанием возможности прекратить уголовное дело по амнистии или в связи с примирением сторон? Наконец, почему итоговое судебное решение подлежит обжалованию, а обжалование отказа в принятии итогового судебного решения откладывается на неопределенный срок?

Пример 2. По приговору Черкесского городского суда от 27 февраля 2012 г. Э. Р. Казиев был осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ и приговорен к году лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством сроком на два года. В соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком в шесть месяцев. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 17 апреля 2012 г. приговор был изменен. Казиеву назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на один год с возложением на него обязанности не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Постановлением судьи Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 11 июля 2012 г. надзорные жалобы осужденного Э. Р. Казиева и потерпевшего соединены в одно производство, возбуждено надзорное производство, надзорные жалобы вместе с уголовным делом переданы на рассмотрение президиума Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики.

В надзорных жалобах осужденного Э. Р. Ка- зиева и потерпевшего (аналогичных по своему содержанию) ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений и прекращении производства по делу: преступление, совершенное Казиевым, отнесено к преступлениям небольшой тяжести, он добровольно возместил причиненный потерпевшему материальный ущерб и компенсировал моральный вред, вину признал, в содеянном чистосердечно раскаялся.

Они примирились друг с другом и ходатайствовали перед судом первой и кассационной инстанций о прекращении производства по делу, однако их мнение учтено не было.

Полагаем, что в соответствии с требованиями ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению за примирением сторон. Президиум, отменяя, состоявшиеся по делу судебные решения, привел следующие основания: «В соответствии со ст. 409 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения либо постановления суда при рассмотрении уголовного дела в порядке надзора являются основания, предусмотренные ст. 379 УПК РФ. Согласно ст. 379 УПК РФ основанием отмены либо изменения судебного решения являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции; нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость назначенного наказания. Президиум находит, что судом первой инстанции при постановлении приговора допущены такие нарушения уголовно-процессуального закона и неправильно применен уголовный закон, что повлияло на законность состоявшихся по делу судебных решений, вследствие чего они подлежат отмене. Согласно положениям статьи 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред. В соответствии со статьей 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный тому вред. Совершенное Казиевым Э. Р. преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, на основании ст. 15 УК РФ отнесено к преступлениям небольшой тяжести. Казиев Э. Р. совершил преступление впервые. Из материалов уголовного дела следует, что Ка- зиев Э. Р. примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему материальный и моральный вред. Препятствий для применения положений ст. 76 УК РФ по данному делу не усматривается.

Указанные обстоятельства оставлены без внимания судом кассационной инстанции. При таких обстоятельствах президиум считает возможным удовлетворить надзорные жалобы осужденного Казиева Э. Р. и потерпевшего и прекратить уголовное дело в отношении Казиева Э. Р. за примирением сторон».
Президиум посчитал, что промежуточное судебное решение об отказе в прекращении уголовно дела в связи с примирением сторон при наличии для этого законных оснований является незаконным.

Пример 3. По делу И. В. Грицаенко апелляционным постановлением Курского областного суда от 15 октября 2013 г. № 22-1454/2013 приговор Рыльского районного суда Курской области от 15 августа 2013 г. изменен, постановлено считать И. В. Грицаенко осужденным по приговору Рыльского районного суда Курской области от 15 августа 2013 г. по ч. 1 ст. 264 УК РФ к одиннадцати месяцам ограничения свободы в соответствии со ст. 53 УК РФ с установлением следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 23 до 6 часов, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не выезжать за пределы и не изменять место жительства (пребывания) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, являться в этот орган для регистрации раз в месяц. На основании ст. 47 УК РФ И. В. Грицаенко был лишен права управлять транспортным средством на срок в один год и девять месяцев .

Защитник осужденного И. В. Грицаенко подал апелляционную жалобу на приговор Рыльского районного суда Курской области от 15 августа 2013 г., в которой в том числе ставился вопрос о незаконности принятого процессуального решения об отказе потерпевшей в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон (так как преступление, за совершение которого осужден И. В. Грицаенко относится к категории небольшой тяжести, является неумышленным, И. В. Грицаенко загладил материальный и моральный вред потерпевшей, вину признал полностью, раскаялся, положительно характеризуется, имеет малолетнего ребенка, его жена находится в состоянии беременности, Грицаенко оказывал помощь потерпевшей после дорожно-транспортного происшествия, отягчающих обстоятельств по делу не установлено, общественно опасных последствий не наступило).

Защитник указал, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела в отношении И. В. Грицаенко, поскольку указанное ходатайство заявлено добровольно, не противоречит положениям ст. 76 УК РФ и ст. 25 и 239 УПК РФ, так как преступление не умышленное, незначительное, совершено впервые, без отягчающих обстоятельств, не общественно опасное, вред, причиненный исключительно потерпевшей, возмещен в полном объеме, государственный обвинитель был согласен на примирение и не возражал против прекращения уголовного дела, а потому он считает, что суд в нарушение закона необоснованно отказал потерпевшей в удовлетворении ее ходатайства.

По мнению защитника, промежуточное решение суда об отказе в прекращении уголовного дела на стадии предварительного слушания не только противоречит мнению подсудимого, потерпевшей, прокурора, но и предопределяет исход дела, нарушает права потерпевшей, а также положения ст. 6, 7, 14, 17, 236, 239, 297, 298, 299 УПК РФ, что является основанием для отмены и изменения приговора и иного принятого судом промежуточного решения.

Представляет интерес мотивация, приведенная в апелляционном постановлении на доводы защитника: «Что касается доводов апелляционной жалобы защитника о том, что судом на стадии предварительного слушания необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела в отношении Грицаенко И. В. за примирением сторон, то они являются несостоятельными. Исходя из положений ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ решение суда о прекращении уголовного дела ввиду примирения с потерпевшим является правом суда, а не его обязанностью. При вынесении судом постановления о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания от 25 июля 2013 года, которым в удовлетворении ходатайства потерпевшей Д. и обвиняемого Грицаенко И. В. о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон было отказано, нарушений уголовно-процессуального законодательства не допущено. Указанное решение судом принято в связи с необходимостью исследования всех обстоятельств по делу, исходя из характера предъявленного Грицаенко И. В. обвинения. В связи с чем, а также принимая во внимание, что по делу постановлено итоговое судебное решение — обвинительный приговор, указанное промежуточное судебное решение об отказе в удовлетворении ходатайства не может быть признано незаконным и подлежащим отмене» (здесь и далее в цитатах курсив мой.— А. С.).

Интерес представляет не суждение о праве, а не обязанности суда прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон, при наличии для этого законных оснований, так как это суждение основывается на позициях Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, а аргументация, содержащаяся в промежуточном судебном решении суда, об отказе в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, при согласии всех участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения и защиты: «…в связи с необходимостью исследования всех обстоятельств по делу, исходя из характера предъявленного Грицаенко И. В. обвинения…» С какой целью арбитру понадобилось исследование всех обстоятельств по делу и что в характере предъявленного И. В. Грицаенко обвинения требовало исследования «всех обстоятельств по делу»? Ведь для принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон законодатель не требует даже признания обвиняемым (подсудимым) своей вины, оценки доказательств виновности обвиняемого (подсудимого). Из содержания апелляционного постановления можно вывести, что «после исследования всех обстоятельств по делу» судом был постановлен обвинительный приговор и суд не вернулся к разрешению ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, так как для его разрешения необходимо было «исследование всех обстоятельств по делу». К тому же, по мнению судьи, если «по делу постановлено итоговое судебное решение — обвинительный приговор, указанное промежуточное судебное решение об отказе в удовлетворении ходатайства не может быть признано незаконным и подлежащим отмене». Другими словами, итоговое судебное решение — вынесение приговора — исключает проверку законности промежуточного судебного решения об отказе в прекращении уголовного дела за примирением сторон.

Не будем задаваться вопросом, почему обвинительный приговор в деле И. В. Грицаенко позволил судье апелляционной инстанции признать промежуточное судебное решение об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон незаконным, сам приговор — подлежащим отмене, дело — прекращению в связи с примирением сторон. Президиум посчитал, что промежуточное судебное решение об отказе в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон при наличии для этого законных оснований является незаконным, и это послужило основанием для отмены всех предыдущих судебных решений.

Представляется ошибочным толкование судебной практикой смысла положений ст. 389-1 — 389-2 УПК РФ, которые не предоставляют прав самостоятельного обжалования постановления об отказе в удовлетворении ходатайств о прекращении уголовного дела. Складывающийся стереотип судебной практики о невозможности самостоятельного обжалования такого промежуточного судебного решения противоречит букве и духу комментируемого закона, в котором законодатель прямо указал, что самостоятельному обжалованию подлежат и «другие судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела».

В связи с затронутой проблемой уместно вспомнить, с каким трудом право на обжалование постановления о возбуждении уголовного дела в порядке ст. 125 УПК РФ получило признание в судебной практике (и только в тех случаях, если постановление вынесено в отношении конкретного лица). Причина трудного признания такого права — выявление смысла положений ст. 125 УПК РФ, в которой законодатель указал конкретно лишь два процессуальных решения — постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и постановление о прекращении уголовного дела. Законодателем правоприменителю было предоставлено право самому решать, какие решения и действия (бездействие) подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ, «которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию».

Хотелось бы пожелать иной судьбы праву на самостоятельное апелляционное обжалование промежуточного судебного решения — отказу в прекращении уголовного дела, одно из предназначений которого — право на правый и скорый суд. Законодателем данная норма сконструирована идеально, только ей не следует придавать иной смысл.

В Постановлении № 26 правильно обращено внимание судов на то, что установление единого для всех судов общей юрисдикции апелляционного порядка проверки судебных решений по уголовным делам связано с необходимостью повышения гарантированного Конституцией РФ и федеральными законами уровня судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства.

Другими словами, мы имеем принципиальное правовое суждение о том, что апелляционный порядок проверки судебного решения — это более высокий уровень, гарантированный Конституцией РФ, судебной защиты прав, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства. Осталось всего лишь это принципиальное понимание внедрить в судебную практику.

Но без авторитетного разъяснения Верховного Суда РФ, как представляется, единообразного понимания этого вопроса достичь практически невозможно.

Библиографическое описание: Савченко, А. Н. Промежуточное судебное решение и право его самостоятельного обжалования / А. Н. Савченко // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. — 2017. — Т. 2, вып. 3. — С. 72 — 78.

No votes yet.
Please wait...

Просмотров: 230

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code