Статья 81. Вещественные доказательства

Комментарий к статье 81 УПК РФ — Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в действующей редакции

1. Предметы, которые служили орудиями преступления, — это любые материальные объекты, специально предназначенные, изготовленные или приспособленные либо найденные на месте, которые были использованы для подготовки или совершения преступления, а равно для сокрытия его следов. Орудиями преступления являются, например, пистолет, из которого произведен выстрел с целью убийства, любой рычаг, применявшийся для вскрытия помещения с целью кражи, вещь, переданная в виде взятки, фальшивый документ, при помощи которого было совершено и скрыто похищение чужого имущества, и т.д. В судебной, следственной и прокурорской практике наблюдается устойчивая тенденция, когда орудиями преступления признаются автомашины, мотоциклы и иные транспортные средства, принадлежащие лицам, привлеченным к уголовной ответственности. В период действия УПК РСФСР 1960 г. эта практика основывалась на Постановлении Президиума Верховного Совета РСФСР от 7 августа 1961 г. «О применении пункта 1 статьи 86 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в части признания орудиями преступления автомашин, мотоциклов и иных транспортных средств, принадлежащих лицам, совершившим хищение с использованием указанных средств» (Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1961. N 31. Ст. 427) и расширительном толковании его положений в высших судебных инстанциях, благодаря чему они применялись по уголовным делам о преступлениях не только против собственности, но и против личности. Согласно пункту 5 статьи 2 Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» названное Постановление утратило силу. Между тем действительность такова, что нашпигованный вооруженными людьми мощный автомобиль-внедорожник, как и боевое огнестрельное оружие, все чаще и чаще становится обычным средством совершения дерзких, тщательно спланированных, профессионально организованных преступлений, в частности актов терроризма, бандитских налетов, заказных убийств, разбойных нападений, изнасилований, похищений людей и т.п. По своей роли в современной преступной деятельности он (автомобиль) стал еще ближе к содержанию понятия «орудие», которое по его словарному определению означает техническое приспособление, при помощи которого производится какое-нибудь действие. Поэтому вопрос об изъятии транспортных средств — орудий преступления и о приобщении их к уголовному делу в качестве вещественных доказательств не утратил своей высокой актуальности.

2. Предметы, которые сохранили на себе следы преступления, — это материальные объекты, отразившие на себе воздействие события преступления, например следы рук, транспорта, орудий взлома. С помощью следов предоставляется возможность идентифицировать предметы, их оставившие.

3. Предметы, на которые были направлены преступные действия, — это непосредственные объекты преступного посягательства, например похищенная вещь, угнанный или взорванный автомобиль и т.д.

4. Содержание понятия «деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступления» (пункт 4 части третьей комментируемой статьи) детально раскрывается в пункте 10 комментария к статье 73 УПК, определяющей предмет доказывания по уголовным делам.

5. Перечень предметов, которые могут служить вещественными доказательствами, является примерным, законодатель разрешает относить к вещественным доказательствам и иные предметы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств дела. К числу иных предметов — вещественных доказательств можно, в частности, отнести «продукты» преступной деятельности: оружие, изготовленное для незаконного ношения или хранения; фальсифицированные товары; вещи, забытые или брошенные на месте происшествия (если они не относятся к орудиям преступления или предметам преступного посягательства).

6. Вещественными доказательствами могут служить лишь такие предметы, смысл и назначение которых доступны обыденному восприятию, которые можно использовать в доказывании в судебном заседании, т.е. на публике, передавая из рук в руки (стороны вправе осматривать их).

Не может быть приобщено в качестве вещественного доказательства по уголовному делу одушевленное существо, например похищенное и обнаруженное животное, потому что животное — не предмет. Оно не может подвергнуться исследованию судом и сторонами в зале судебного заседания, хотя и обладает признаками объекта преступного посягательства.

Не может быть приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства череп убитого, извлеченный из захоронения в результате эксгумации трупа для производства судебно-медицинской и баллистической экспертизы, даже при условии, что костные останки хорошо обработаны, а пулевое отверстие в лобной кости черепа способно произвести сильнейшее впечатление на участников судебного разбирательства (особенно с участием присяжных заседателей). Череп — не предмет, и использование его в суде решительно противоречит элементарным нормам этики, не говоря уж о религиозных чувствах верующих.

Не могут быть приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств объекты материального мира, сущность которых недоступна для восприятия обычными органами чувств и обыденным сознанием участников процесса. Нельзя, например, извлечь пользу из осмотра в судебном заседании изъятых с места происшествия микрочастиц, требующих для восприятия глазом применения сложной оптической техники, пользоваться которой умеют далеко не все судьи и присяжные заседатели. В подобной ситуации им может показаться, что их намеренно вводят в заблуждение.

Могут быть приобщены в качестве вещественных доказательств и сыграть важную практическую роль в установлении истины по делу громоздкие предметы, например автомашина, служившая орудием убийства путем наезда, или самолет, подвергавшийся захвату террористами и штурму спецподразделениями органов охраны правопорядка. Закон (часть вторая статьи 284 УПК) предусматривает возможность исследования таких источников доказательств не только следователем, но и всем составом суда по месту нахождения вещественного доказательства. Упущение, промедление, непринятие мер к приобщению подобных объектов к уголовному делу и к обеспечению их сохранности способны завести в тупик и расследование, и судебное разбирательство уголовного дела.

7. Судьба вещественных доказательств разрешается одновременно с окончательным разрешением уголовного дела, после чего прекращаются все уголовно-процессуальные правоотношения.

8. Орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации и передаются в соответствующие учреждения. Эта уголовно-процессуальная мера, получившая название специальной конфискации, представляет собой «разоружение» лица, совершившего преступление.

9. Специальная (уголовно-процессуальная) конфискация орудий преступления, имеющих имущественную ценность, допустима только на основании судебного решения даже в тех случаях, когда производство по уголовному делу закончилось его прекращением по нереабилитирующему основанию в стадии предварительного расследования: никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (статья 35 Конституции РФ).

10. Предметы, запрещенные к обращению, передаются в соответствующие учреждения или уничтожаются. Их судьба не зависит ни от формы окончания уголовного процесса, ни от оснований прекращения уголовного дела, ни от того, привлекался ли владелец этих вещей к уголовной ответственности или не привлекался. При наличии у вещи розничной цены добросовестному владельцу предусматривается выплата компенсации, если, конечно, вещь не служила орудием преступления.

11. По смыслу пунктов 4 и 4.1 части третьей комментируемой статьи вещественные доказательства, имеющие имущественную ценность, должны быть прежде всего употреблены на возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, путем их возвращения в натуре потерпевшему, а оставшиеся, если они обладают признаками, указанными в пунктах «а», «б» и «в» части первой статьи 104.1 УК (см. пункт 10 комментария к статье 73 УПК), подлежат безвозмездному обращению в доход государства, т.е. конфискации.

12. В настоящее время правительственными актами решаются лишь технические вопросы реализации конфискованного имущества и зачисления вырученных средств в бюджет (см.: Постановление Правительства РФ от 19 апреля 2002 г. N 260 «О реализации арестованного, конфискованного и иного имущества, обращенного в собственность государства» // Российская газета. 2002. 24 апр.).

13. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (часть третья статьи 35 Конституции РФ). Поэтому как конфискация ценных вещественных доказательств, так и обращение их в возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, с передачей в натуре другому лицу могут производиться только на основании судебного решения (приговора). При прекращении уголовного дела имущество, являющееся вещественным доказательством, может быть возвращено лишь тому лицу, у которого оно изъято.

14. Имущественные отношения являются основным объектом гражданско-правового регулирования. Соответственно данному обстоятельству в порядке гражданского судопроизводства разрешаются не только споры о принадлежности вещественных доказательств, имеющих имущественную ценность (пункт 6 части третьей комментируемой статьи), но и все другие споры, связанные с их возмездным хранением, в том числе о взыскании хранителем соответствующего вознаграждения (см.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 июля 2009 г. по иску ООО «Восточная Стивидорная компания» к Минфину России на сумму 3773978 руб. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2010. N 4. С. 12 — 14).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code