Соблюдение прав человека при осуществлении международного сотрудничества органами прокуратуры

Е.А.Комарова,  кандидат юридических наук, доцент

Аннотация: актуальность статьи обусловлена необходимостью соблюдения прав человека при осуществлении международного сотрудничества органами прокуратуры. Рассматривается правовая основа международного сотрудничества органов прокуратуры, особое внимание уделяется взаимодействию национального и международного права в сфере обеспечения и защиты прав и свобод человека и гражданина. Цель статьи — рассмотреть международные и национальные требования соблюдения прав и свобод человека и гражданина при осуществлении экстрадиции, а также проблемы при их реализации. Автором исследован ряд проблемных вопросов, связанных с пробелами правового регулирования применения мер процессуального принуждения при осуществлении международного сотрудничества. Реализация поставленных задач была достигнута при помощи общенаучных (диалектический, анализа, синтеза) и частнонаучных (формально-юридический, сравнительно-правовой) методов.

Ключевые слова: международное сотрудничество, экстрадиция, уголовно-процессуальное за- б конодательство, права человека, мера пресечения, задержание.

 

На фоне появления новых глобальных угроз (терроризм, торговля людьми, незаконная миграция и мн. др.) сотрудничество государств в сфере борьбы с преступностью становится все более востребованным и значимым. Правовую основу этой деятельности составляют Конституция Российской Федерации, международные договоры Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты.

Важная роль в осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства принадлежит органам прокуратуры (ст. 2 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации») [1]. Контроль за ее осуществлением возложен на Главное управление международно-правового сотрудничества Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Организационные основы и порядок международного сотрудничества органов прокуратуры с компетентными органами иностранных государств регламентируются нормативными правовыми актами Генерального прокурора РФ. Так, приказом от 12 марта 2009 г. № 67 «Об организации международного сотрудничества 5 органов прокуратуры Российской Федерации» определено, что взаимодействие с органами, организациями и учреждениями иностранных государств, а также международными органами и организациями является одним из приоритетных о направлений деятельности прокуратуры Российской Федерации [2, с. 280].

При осуществлении международного сотрудничества органами прокуратуры большое внимание уделяется обеспечению общепризнанных стандартов прав человека, что является одной из ведущих тенденций, определяющих в современных условиях развитие данного института. Интересы борьбы с преступностью не умаляют, а, напротив, актуализируют необходимость защиты прав человека при осуществлении международного сотрудничества.

Контроль за соблюдением прав человека помимо национальных структур могут осуществлять и международные судебные органы, в частности. Европейский суд но правам человека (далее — ЕСПЧ). С момента подписания и ратификации Российской Федерацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. применение правовых позиций ЕСПЧ в повседневной деятельности органов прокуратуры позволяет не только разрешать возникающие в правоприменительной практике проблемы, но и предотвращать возможные нарушения основополагающих прав и свобод участников уголовного судопроизводства в будущем.

Среди наиболее значимых позиций ЕСПЧ относительно нарушений Конвенции вопросы, связанные с институтом экстрадиции, занимают около 3 %. Как правило, в этих случаях при рассмотрении жалоб против России ЕСПЧ констатирует нарушения ст. 3 «Запрещение пыток» и ст. 5 «Право на свободу и личную неприкосновенность», вследствие чего эти нарушения ЕСПЧ признает в качестве системных |3, с. 8].

Одним из важнейших вопросов в сфере защиты прав человека, связанным с выдачей лица для уголовного преследования или исполнения приговора, является применение меры пресечения для ее обеспечения. С этой целью прокурору предоставлено право при необходимости избрать меру пресечения. Причем, если есть решение иностранного органа правосудия, то мера пресечения применяется без дополнительного подтверждения со стороны суда Российской Федерации, если нет, то прокурор выступает с ходатайством об избрании меры пресечения в судебном порядке.
Возникает вопрос: какая мера пресечения может быть применена (заключение под стражу, домашний арест или иные меры пресечения) и на какой срок?

Что касается сроков ограничения свободы, то они могут варьироваться, в зависимости от того, участником какого международного договора является государство. Порядок избрания или применения меры пресечения для обеспечения возможной выдачи лица иностранному государству предусмотрен в ст. 466 УПК РФ. Если договором предусмотрен иной порядок чем в УПК РФ, то применению подлежит международный договор (ст. 1 УПК РФ). Однако это правило необходимо применять с учетом позиции Конституционного Суда РФ, в соответствии с которой Конвенция о защите прав человека и основных свобод, а также основанные на ней правовые позиции ЕСПЧ подлежат реализации только при условии признания высшей юридической силы Конституции РФ [4, с. 73—84].

Таким образом, единой схемы в этом случае быть не может, но прежде чем осуществлять задержание и применять меру пресечения, необходимо тщательно изучить международную правовую базу, существующую между государствами.

Наиболее часто применяемыми международными документами но данному вопросу являются Европейская конвенция о выдаче 1957 г. (далее — Европейская конвенция 1957 г.) [5] и Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях но гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. (далее Минская конвенция 1993 г.) [6].

На основании анализа Минской Конвенции 1993 г. можно сделать вывод, что до получения требования о выдаче к лицу, по ходатайству государства, может быть применена мера процессуального принуждения — задержание. Причем, если есть решение суда иностранного государства, то максимальный срок задержания составляет 1 месяц, если нет, то 48 часов. Так, ст. 62 предусматривает, что задержанное лицо должно быть освобождено, если ходатайство о взятии его под стражу не поступит в течение срока, предусмотренного законодательством для задержания (для Российской Федерации этот срок составляет 48 часов без судебного решения).

Несколько иной вариант предусмотрен в Европейской конвенции 1957 г., согласно которой срок содержания под стражей задержанных лиц (до поступления запроса о выдаче) не может превышать 40 дней с момента задержания.

Однако следует обратить внимание, что данный срок не может превышать 1 месяц при задержании лиц, разыскиваемых правоохранительными К органами Республики Узбекистан, Кыргызской Республики, Туркменистана, Азербайджанской Республики, поскольку данные государства, являясь участниками Минской конвенции 1993 г., не ратифицировали дополнительный о Протокол от 28 марта 1997 г. к данной Конвенции.

После поступления требования о выдаче к лицу может быть применена мера пресечения на срок не более 40 дней со дня взятия под стражу.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, ч. 1 ст. 466 УПК РФ не предполагает возможность задержания лица на основании ходатайства иностранного государства на срок свыше 48 часов без судебного решения, а равно применения к такому лицу меры пресечения в виде заключения под стражу вне предусмотренного уголовно-процессуальным законодательством порядка и сверх установленных им сроков [7].

Европейская конвенция 1957 г. не предусматривает разграничение на задержание и меру пресечения. Эти категории объединены в одно понятие — «временное задержание», которое можно воспринимать как меру пресечения. Однако в указанном международном документе содержится дополнительная гарантия соблюдения права человека на свободу: ст. 16 предусмотрено, что временное задержание может быть отменено, если в течение 18 дней после задержания запрашиваемая сторона не получила просьбу о выдаче и необходимые документы.  В любом случае этот период не превышает 40 дней с даты такого задержания.

Иными словами по общему правилу, прокурор в целях обеспечения возможности выдачи лица решает вопрос о необходимости избрания ему меры пресечения в порядке, предусмотренном УПК РФ. Это общая норма, поскольку существуют отдельные виды выдачи, при которых применение данной меры пресечения возможно только с разрешения суда, в частности, в случаях нахождения в розыске лица, подлежащего выдаче для приведения в исполнение приговора иностранного суда.

Сроки содержания лица под стражей и порядок их продления регламентированы общими нормами содержания лиц под стражей (ст. 109 УПК РФ).

Что касается вопроса о том, какая именно мера пресечения может быть избрана, то закон не ограничивает правоприменителя в выборе. Вместе с тем ее применение должно обеспечивать реальное исполнение решения о выдаче лица иностранному государству. УПК РФ в этом случае оговаривает применение заключения под стражу и домашний арест, а Минская конвенция 1993 г. и Европейская конвенция 1957 г. предусматривают применение только заключения под стражу.

Следует отметить, что ст. 466 УПК РФ не обязывает, а предоставляет право прокурору избрать меру пресечения в случае отсутствия по этому вопросу решения судебного органа иностранного государства либо при наличии такого решения. Этот вопрос вызывает большие сложности на практике, поскольку, в некоторых международных документах содержится прямое указание на обязанность совершения таких действий (например, ст. 60 Минской конвенции 1993 г.).

В этом случае положение ст. 466 УПК РФ вполне логично, поскольку компетентные органы Российской Федерации с целью реализации положений международного права должны обеспечить возможность передачи лица иностранному государству, имея при этом возможность самостоятельно определять меру пресечения, достаточную для ее обеспечения в пределах договорной базы между государствами и с учетом национального законодательства.

Таким образом, ограничение права человека на свободу в связи с запросом о выдаче возможно строго в предусмотренных законом случаях. Порядок избрания или применения меры пресечения для обеспечения возможной выдачи лица предусмотрен ст. 466 УПК РФ. Указанная статья регулирует вопросы применения мер пресечения уже после получения запроса о выдаче, а до этого момента применяется задержание — как строго ограниченная, краткосрочная, обеспечительная мера, применение которой возможно до получения требования о выдаче. После получения такого требования (запроса) применяется мера пресечения, предусмотренная международным договором и законодательством Российской Федерации. Среди 2 международных договоров, касающихся вопросов экстрадиции, безусловным приоритетом обладают Европейская конвенция 1957 г., а также Минская Конвенция 1993 г. Эффективное сотрудничество органов прокуратуры с компетентными органами иностранных государств гарантирует ускорение к рассмотрения требований (запросов) о выдаче лиц для осуществления уголовного преследования или исполнения приговора. Это, в свою очередь, приведет к уменьшению количества обращений лиц в Европейский суд по правам человека с жалобами на необоснованные и незаконные решения о выдаче либо об отказе в выдаче и сыграет важную роль в обеспечении прав и свобод выдаваемых лиц.

Список литературы:

1. О прокуратуре Российской Федерации : федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202-1 (в ред. от 3 июля 2016 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации. — 1995. — № 47, ст. 4472.
2. Настольная книга прокурора : в 2 ч. Ч. 2 / под. общ. ред. С.Г. Кехлерова, О.С. Капинус; науч. ред. А.Ю. Винокуров. — 4-е изд., перераб. и доп. — М.: Юрайт, 2016. — 378 с. — Сер.:  Профессиональная практика.
3. Малов, А. Сотрудничество Генеральной прокуратуры РФ с компетентными органами зарубежных государств в вопросах экстрадиции // Законность. — 2012. — № 12. — С. 6-9.
4. Щерба, С.П. Правовые позиции Европейского Суда по правам человека о роли прокурора в уголовном процессе: прецедентная практика и проблемы / С.П. Щерба, Е.В. Быкова, Т.А. Решетникова, М.А. Фролова // Вестник Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации. — 2015. — № 6. — С. 73—84.
5. Европейская конвенция о выдаче : заключена в г. Париже 13.12.1957; с изм. от 17.03.1978 // Бюллетень международных договоров. — 2000. — № 9.
6. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам : заключена в г. Минске 22.01.1993; вступ. в силу 19.05.1994, для Российской Федерации 10.12.1994; с изм. от 28.03.1997 // Собр. законодательства Рос. Федерации. — 1995. — № 17, ст. 1472.
7. По жалобе гражданина США Менахема Сайденфельда на нарушение частью третьей статьи 1 и частью первой статьи 466 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации его прав, гарантируемых Конституцией Российской Федерации : определение Конституционного Суда РФ от 1 марта 2007 г. № 333-О-П // Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»

ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА И ПРАВОВАЯ ЖИЗНЬ.№ 4 2016

No votes yet.
Please wait...

Просмотров: 109

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code