РАЗВИТИЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ ФОРМ МАЙОРАТНОГО ПРАВА В РОССИЙСКОМ ПРАВЕ

А.Ю.Томилов

Анализируются правовые элементы института майората в российской правовой системе. Выявляются особенности формирования наследования недвижимого имущества в России и попыток государства в разные периоды исторического развития законодательно закрепить правоотношения по особому порядку наследования недвижимости, аналогичные отношениям в праве майората.

Ключевые слова: майорат, наследование недвижимого имущества,майоратное право.

Майорат как одна из форм наследования недвижимого имущества представляет интерес в силу того, что в России он не был известен и имело место его точечное введение как в период Петра I, так и после него путем заимствования существующих в Европе и главным образом в Пруссии форм наследования дворянских поместий.

К проблеме развития майората в России обращаются в основном историки. На наш взгляд, тема изучена с точки зрения оценки неудачи его введения в России. Вместе с тем вне поля зрения остаются правовые вопросы и не анализируются правовые характеристики отдельных форм майоратного владения, которые имели место в России, а также возможного использования указанной формы владения и наследования для поддержки отдельных социальных групп земельных собственников, занятых сельскохозяйственным производством.

Майорат (от лат. major — «старший») — система наследования, при которой наследуемое недвижимое имущество целиком переходит к одному лицу, старшему в роде или семье. В Европе институт майората сложился в Средние века под влиянием особых условий политической жизни. Он касался главным образом наследования ленов и зависимых рыцарских держаний и являлся одной из форм концентрации земельной собственности. Майорат препятствовал дроблению феодальных поместий и упадку феодальных фамилий. Женщины при майорате из наследования или исключаются вообще, или уступают право наследования мужчинам в одних и тех же колене, линии или степени родства.

В России порядок наследования осуществляется по закону или по завещанию [1. С. 523]. Оба указанных способа перехода прав и обязанностей умершего лица к его наследникам тради- ционен для русского права. Так, еще М. М. Михайлов в своих работах начала XIX в. отмечал, что существуют два способа наследования — по завещанию и без завещания [5. С. 548]. Вместе с тем в отдельных системах права существуют различные порядки наследования как по видам имущества, так и по субъектам наследственного права.

В отечественной правовой традиции, восходящей к Русской Правде и законодательству Московского государства и Российской империи, наследодатель имел право как разделить наследство между всеми своими детьми, так и передать его только одному из них. Именно такой подход в основном и был заложен в порядке наследственного права России. Вместе с тем в европейских государствах существовало право наследования, основанное на майорате, которое предусматривало передачу имущества только старшему сыну. Подобный подход был основополагающим при наследовании феодальных владений, и именно наличие указанного порядка, по мнению историков, послужило основанием для формирования современной европейской цивилизации.
Наиболее четко и последовательно порядок наследования в России был определен в Соборном уложении 1649 г. По мнению К. А. Неволина, указанный в нем порядок был в основном повторением предыдущего законодательства [7. С. 347]. По нему при наследовании родовых вотчин предусматривалось их передача только мужским потомкам, в том числе и по боковой линии до седьмой степени родства [Там же. С. 327]. При наследовании выслуженных вотчин за основу принимались жалованные грамоты, в которых оговаривалось, кому жалуется с перечнем лиц и на каких условиях. Приоритет отдавался наследникам по мужской линии, в том числе и внукам от дочерей.
Поместья по смерти передавались сыновьям помещика или другим родственникам — в зависимости от того, кто несет государственную службу или имел право на получение поместья. Женщины исключались из очереди на наследо
вание поместий, а затем была введена практика предоставления поместных участков на содержание [7. С. 333 — 334].
При наследовании по завещанию право распоряжаться существовало только в отношении вотчины как родовых, так и купленных имений, а поместья завещательному распоряжению не подлежали [5. С. 574]. Отцы имели право разделить поместья при своей жизни, известив об этом поместный приказ. При возникновении спора о разделе наследства предписывалось делить его в равных долях.
Наследование по закону учитывало имущественные интересы всех детей наследодателя. В родовых вотчинах сыновья наследовали поровну, а дочери также поровну, но только при отсутствии сыновей [Там же. С. 575]. В поместьях сыновья наследовали по окладу в зависимости от выполняемой ими государственной службы; в том случае, если имелся остаток от раздела поместья по окладу, то призывались и боковые родственники, а при их отсутствии остаток шел в казну. Соответствующий порядок действовал до 1684 г., в дальнейшем порядок вотчин и поместий уравняли [Там же. С. 576]. Дочерям при подобном порядке наследования выделялась доля на прожиток, который составлял половину того, на что могла претендовать жена умершего. Прожиток сохранялся за дочерью умершего до момента ее замужества, ухода в монастырь или смерти и переходил, соответственно, мужу.
Реформа наследования, осуществленная Петром I, была аномальна для России и противоречила существовавшей правовой традиции, что в конечном счете повлияло на ее достаточно скорую отмену. И это несмотря на то, что Петр I преследовал вполне практические задачи при ее введении.
Одной из постоянных проблем Петра I было принуждение дворян к службе. В Петровские времена дворянству не предоставлялось право выбора места службы, а назначение на службу осуществлялись в ходе смотров, которые стремились проводить регулярно, и исходя из оценки дворянина ему предоставлялась соответствующая должность. Количество уклонистов среди дворян было значительным, что привело к тому, что за неявку на смотр в Москву в 1703 г. грозили смертью, в 1707 г. — налагали штраф, били батогами, ссылали в Азов и отбирали имения. Строгие меры не всегда помогали, что вынудило ввести вознаграждение за донос на скрывающихся дворян с отдачей имения наветчику [3. С. 354 — 355].
Кадровый голод, уклонение дворян от государственной службы подвели Петра I к мысли о введении майоратного порядка наследования с тем, чтобы не получившие наследство младшие сыновья отправлялись служить. Введению данного порядка наследования также благоприятствовало то, что в царствование Петра I отказались от практики раздачи поместий за службу в ополчении, заменив данный порядок на регулярную службу дворян за жалованье, а поместья стали жаловаться за особые заслуги в полную собственность. Также в этот период правовые различия между поместьем и родовой вотчиной стираются, и обе ранее различные с правовой точки зрения формы владения стали восприниматься как недвижимое имение [Там же. С. 361].
В преамбуле указа Петра I от 23 марта 1714 г. об учреждении майората разъясняется необходимость его введения. В качестве основного аргумента приводится пример, в котором описывается ситуация о последствиях раздела имения в тысячу дворов между пятью сыновьями. В нем говорится, что сыновья, которые помнят сытую жизнь при отце, но, имея только 200 дворов, будут нести каждый те же расходы, что ранее нес отец, и тем самым доведут до разорения своих крестьян, которые не только сами будут жить хуже, но и не смогут платить государственные подати. Имения сыновей также, в свою очередь, будут делиться между их детьми, и тем самым фамилия обеднеет. В указе также говорится, что прежний порядок приводил к праздности и отказу от государственной службы, а новый порядок обеспечит сохранение достатка семьи, даст возможность служить, и в этом будет государственная польза.
Указ от 23 марта 1714 г. «О порядке наследования в движимых и недвижимых имуществах» распространялся на недвижимые вещи, как родовые, выслуженные, так и купленные вотчины и поместья, дворы, которые запрещалось продавать и закладывать. По смыслу указа сюда же относили и лавки [7. С. 375].
Согласно этому указу родители имели право выбрать одного из сыновей, которому будет передана недвижимость, а движимое имущество должно быть разделено между остальными детьми. В том случае, если в семье были только дочери, указанный порядок сохранялся и для них. При отсутствии родных детей недвижимое имущество передавалось одному из членов фамилии, а недвижимое на усмотрение наследодателя.
59
Родители были обязаны заранее писать духовные завещания и определять порядок наследования имущества. Данным указом также был определен срок наступления дееспособности в 20 лет и введен запрет на браки для мужчин до 20 лет, для женщин — до 17. Девице по достижении 17 лет разрешалось, забрав свою долю имущества, жить самостоятельно или остаться с братом, но в этом случае она находились в его власти. При отсутствии наследников мужского
пола по завещанию имущество передавалось одной из наследниц по женской линии с условием принятия прерванной по мужской линии фамилии ее супругом.
Приданое супруги следовало за ее детьми при наличии детей у ее мужа от других жен. При отсутствии детей у замужней женщины ее недвижимое имущество возвращалось ее родственникам. Это же правило действовало при отсутствии детей у мужа, если жена его переживала [8. С. 91—94].
В период действия исследуемого указа его положения распространялись на новые категории лиц, например на украинских однодворцев. В него вносились различные уточнения, изменяющие смысл его отдельных положений, в частности по высочайше утвержденному докладу Сената «Об утверждении недвижимого Лариона Линева имения по духовной за внуком его, о праве родителей исключать из наследства сыновей и назначать вместо их наследниками внуков и о воспрещении продавать завещанное им имущество при жизни завещателя, без их на то согласия» [9. С. 349 — 351]. Издавались и другие постановления, дополняющие его. Это касалось вопросов порядка наследования по нисходящей линии, по боковой и восходящей, было определено право бездетной жены [7. С. 377 — 380].
Периодические уточнения указа Петра I, а также споры по праву наследования, доходившие до Сената, указывают на то, что общество не было готово в полном объеме принять петровские нововведения, что свидетельствует об определенной поспешности их введения без серьезной проработки по отношению к общественным потребностям и возможным ожиданиям со стороны дворянства. Однако часть владельцев недвижимых имений были готовы и желали установления данного порядка.
Указ императрицы Анны Иоанновны от 17 марта 1731 г. отменил введенный Петром I порядок наследования. Принятый ею Указ «О именовании поместий и вотчин недвижимыми имениями и о разделе оных между детьми по Уложению» [9. С. 377 — 380] предусматривал возврат к традиции Соборного уложения 1649 г. и обращал внимание на негативное влияние указа от 23 марта 1714 г. на родственные отношения. По указу от 17 марта 1731 г. вводился порядок раздела имущества между всеми наследниками и пережившей мужа супругой. Тем самым майорат, задуманный Петром I в России, был отменен.
60
По сложившемуся среди исследователей мнению относительно деятельности Петра I по введению майората, в основном отмечается его негативное влияние на общество. Можно выделить точку зрения К. А. Неволина и М. М. Михайлова, которые отмечали, что наследодатели в период царствования Петра I стремились еще при жизни обеспечить всех своих наследников имуществом в равной доле, а при реализации майоратного порядка наследования часто возникали споры между членами семьи по порядку раздела наследства, что вело порой к совершению преступлений и иных противоправных действий.
Законодательство Анны Иоанновны не решило всех проблем, связанных с наследованием земельных владений, но обеспечило его дальнейшее развитие в традиционном для России направлении, что, однако, не исключило возможности обращения власти к введению майоратного порядка наследования, но уже как исключение из общего порядка.
Развитие майората в России после его отмены связано с процессом вхождения в состав империи Польских земель и именными указами императора в отношении конкретных дворянских фамилий, одной из которых были Чернышевы.
Возникновение майората Чернышевых связано с законодательством Речи Посполитой и судьбой имущества князей Огинских, а именно Михаила Казимира Огинского, дяди композитора Михаила Клеофаса Огинского, который, будучи великим гетманом литовским, организовал активное сопротивление войскам генерала А. В. Суворова, но был им разбит 12 сентября 1771 г. Имущество опального гетмана «Чечерское староство» было конфисковано и передано Екатериной II генерал-фельдмаршалу, графу Захару Григорьевичу Чернышеву, а 5 февраля 1774 г. сенатским Указом «О высочайшим утверждении распоряжения Генерал-Фельдмаршала Графа Чернышева, о неразделимости имения его, состоящего в старостве Чечерском и Волоколамского уезда в селе Еропольском, с принадлежащими к нему селами и деревнями» [10. С. 906 — 908] предусматривалось, что имения, указанные в нем, а также присоединенные к ним и ранее не выходившие во владения рода Чернышевых, теперь подлежат наследованию в особом порядке, который предусматривал их передачу только по мужской линии и только одному наследнику. Дополнительно в распоряжении указывалось, что вступление во владение имением предусматривалось только с 22 лет. Распоряжение повторяло в основе своей указ Петра I от 1714 г., но касалось только владений графа Чернышева.
Следует отметить, что форма заимствованного майората соответствовала принятой правовой традиции Речи Посполитой, где майорат был принят в форме «ординации» (ordynacja), в соответствии с которой под майорат подпадали только земли отдельных магнатов по специальному решению короля и Сейма. Земли ордина- ции переходили к старшему сыну как неделимое
и неотчуждаемое имущество. Усадьбы в составе ординации нельзя было ни продать, ни заложить (принцип фидеикомисса).
Первая ординация была утверждена в 1470 г. в отношении семейства Ярославских, которым передавался в вечное владение город Ярослав в Галиции. В 1579 г. основаны ординации князей Радзивиллов, утвержденные королем Стефаном Баторием в 1586 г. и постановлениями сеймов 1589 и 1786 гг. В пределах своей ординации магнат был полновластным хозяином и обладал почти суверенными правами.
Дальнейшее развитие майоратных форм владения и наследования земли связано с вхождением в состав Российской империи в 1815 г. коренных земель Польши, ранее составлявших Великое герцогство Варшавское и получивших название Царства Польского после присоединения к России. Упорядочить правила установления майората, а также укрепить русское влияние в Польских землях должен был указ от 4 октября 1835 г., а также дополнившие его Указы 1842 и 1845 гг., определившие порядок пожалования майоратных поместий русским дворянам в Царстве Польском, который во многом был калькой с Прусского законодательства.
В соответствии с установленным порядком майоратами в Царстве Польском называются состоявшие в распоряжении казны недвижимые имения, пожалованные высочайшею властью разным лицам «в вечное и потомственное владение» на майоратном праве. Пожалованное имение переходило в полном составе от одного лица к другому по определенному порядку наследия, и данное имение не могло быть обременяемо новыми обязательствами, сверх возлагаемых на него при пожаловании, не подлежало залогу и продаже. Право наследования таких имений принадлежало только законным детям наследодателя греко-российского исповедания, в линии нисходящей и оставалось всегда за старшим в роде. Ближайшее право наследования имели дети мужского пола, но не устранялись из порядка наследования и дети женского пола в случае отсутствия сыновей или их потомков мужского пола. При пресечении потомства в прямой линии право наследования переходит в том же порядке на ближайшую боковую линию. При отсутствии законных наследников имение признавалось выморочным, как и в случае, когда отсутствовали наследники из потомственных российских дворян греко-российского исповедания. Передача майоратного имения в аренду была запрещена. Пожалование майоратными имениями осуществлялось правительством Николая I и Александра II в период с 1835 по 1868 г. При этом преследовались две цели: вознаграждение за заслуги чиновникам и военным, а также развитие в Царстве Польском крупного землевладения, сосредоточенного в руках русских. С точки зрения объектов хозяйствования майоратные имения представляли печальное состояние. Только незначительная группа майоратовладельцев лично управляет своими имениями. Все остальные были сданы в аренду с использованием практики обхода закона под видом их администрирования, что привело к возникновению новой профессии, связанной с «управлением майоратами» [13. С. 385 — 386].
Указ от 6 декабря 1842 г. установил правовой статус и порядок наследования казенных имений, пожалованных на правах майората в западных губерниях Российской империи. Правом владения подобным имением обладали только дворяне греко-православного вероисповедания. Переход права по наследству осуществлялся только по мужской линии. Особенностью в праве владения указанным имением была его передача в управление на праве майората и возвращение в казну при прерывании мужской линии наследования. Право собственности в данном имении распространялось как на поверхностный слой земли, так и на недра. Запрещалось передавать имение в аренду, но допускалась его передача в управление. Владельцы обязаны были уплачивать налог — 3 % чистого дохода, в противном случае устанавливалось казенное управление над имением [11. С. 54 — 55]. Вводился запрет, как на любые формы отчуждения имения: на его залог, раздел, передачу в другой род. При обязательных выкупах земли имения вырученные средства следовало внести в Государственный банк или в иное правительственное кредитное учреждение либо в государственные ценные бумаги под проценты, что должно было составлять неприкосновенный капитал майоратного имения, но с передачей процентов владельцу имения.
Следует отметить, что в правление Николая I был принят ряд законов, направленных на регулирование порядка наследования дворянских имений, в последующем это стало составной частью гражданских законов России и содержало в себе отдельные черты, свойственные праву майората. Так, ст. 1191 Законов гражданских предусматривала, что при наследовании земельных участков, отведенных по указу от 20 июля 1848 г. малоимущим дворянам для поселения, такие участки переходили по наследству без раздробления к старшему наследнику в роду [Там же. С. 105].
61

Правовые черты майоратного имения имели так называемые заповедные имения. В указе от 16 июля 1845 г. наследование в заповедных имениях определялось в соответствии с актами об учреждении данных имений, и они должны были переходить к законным наследникам одного рода по праву первородства с предпочтением в одинаковой степени мужского колена женскому [2. С. 309]. Заповедные имения не подлежали разделу и сохраняли свой статус до полного прекращения рода учредителя заповедного имения. Иные наследники имели право на получение доходов с имения в порядке, устанавливаемом в завещании. Наследование заповедных имений распространялось только на лиц, принадлежавших к потомственному дворянству. Во временно заповедных имениях наследование осуществлялось по правилам, предусмотренным для заповедных имений, с учетом отдельных особенностей относительно прав жены, а также денежных доходов и долгов, числящихся за имением.
Указ от 16 июля 1845 г. установил, а последующее законодательство подтвердило особый статус заповедных имений. Заповедные имения отличались от иных дворянских имений особым порядком наследования. К заповедным могли относиться имения, включавшие в себя не менее 5 тыс., но не более 100 тыс. десятин земли и приносящие доход не менее 6 тыс., но не более 200 тыс. руб. Допускалось и выходить за указанные параметры, но только в тех случаях, когда в состав имения входили неразделяемые с ним промышленные заведения и заводы [11. С. 44]. К заповедному имению могли относиться разделенные между собой участки земли или несколько имений, дома, ценные бумаги, драгоценности, книги, собрания произведений искусства, учебные и благотворительные заведения [Там же. С. 45].
Заповедное имение учреждалось на основании акта владельца, которым мог быть только потомственный дворянин. Акт рассматривался в Министерстве юстиции, а утверждался высочайшим указом Правительствующего Сената. С момента учреждения заповедного имения вводился запет на его продажу, дарение полностью или частями. Владелец заповедного имения пользовался доходами его, мог осуществлять в нем хозяйственную деятельность.
В соответствии с законом от 25 мая 1899 г. потомственным дворянам в ряде губерний России дозволялось создание временно заповедных имений. Порядок их создания и состав отличались от полностью заповедного. Временно заповедное имение учреждалось на основании нотариального акта, но по вопросам наследования и порядка хозяйственной деятельности полностью соответствовало заповедному имению. Отмена статуса временно заповедного имения также осуществлялась через нотариальное завещание первым наследником оного по прямой линии, а наследник по боковой линии такого права не имел [Там же. С. 53].
По законодательству Российской империи те законы, которые касались какой-либо местности или определенного населения, сохраняли свою силу и не отменялись общим законом, если это в нем специально не оговаривалось [12. С. 7]. Часть законов, регулирующих особый порядок наследования, вошли в состав российского законодательства, другие были отменены. Например, Литовские статуты были введены в 1529, 1566 и 1588 гг. и частично действовали в Восточной Белоруссии до 1831 г., а полностью отменены только в 1840 г. Правовые положения статутов стали источником особых законодательных оговорок для Полтавской и Черниговской губерний, которые сохраняли силу до 1917 г. В этих губерниях в соответствии с указанными оговорками при наследовании по боковым линиям приоритет отдавался мужской линии [2. С. 245].
Правовой опыт Российской империи не был забыт. Его востребованность отмечается в конце 1980-х — начале 1990-х годов, когда перед обществом встали вопросы поиска новых форм правового регулирования экономической жизни страны, оказавшейся в кризисном состоянии и вставшей перед необходимостью стимулирования хозяйственной активности сельского населения. Именно к этому периоду относится попытка введения наследования по форме майората для фермерского хозяйства.
Так, в соответствии со ст. 26 Закона РСФСР от 27.12.1990 № 461-1 «Об изменении в Законе РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» от 22.11.1990 № 348-1 в связи с принятием Постановления Съезда народных депутатов РСФСР «О программе возрождения российской деревни и развития агропромышленного комплекса» и Закона РСФСР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР»» было предусмотрено, что земельный участок гражданина, ведущего крестьянское хозяйство, передается по наследству одному из членов этого хозяйства по согласованию с другими членами крестьянского хозяйства. При отсутствии таковых участок должен передаваться одному из наследников имущества умершего, изъявившему желание вести крестьянское хозяйство. При наличии нескольких таких наследников выбор должен производиться на конкурсной основе Советом народных депутатов, в чьем ведении находится соответствующий участок. Споры о преимущественном праве наследования земельного участка подлежали рассмотрению в суде. При отсутствии наследников, желающих вести крестьянское хозяйство, земельный участок должен был передаваться по наследству в размерах, установленных для ведения личного подсобного хозяйства, либо для обслуживания жилого дома, либо для индивидуального садоводства и животноводства.
В дальнейшем законодатель привел указанный закон в соответствие с гражданским законодательством и ст. 10 Закона о крестьянском
фермерском хозяйстве; наследование имущества осуществляется в порядке, предусмотренном гражданским законодательством. В соответствии со ст. 1179 ГК РФ определены особенности наследования в крестьянском хозяйстве: после смерти любого члена крестьянского (фермерского) хозяйства наследство открывается и наследование осуществляется на общих основаниях. Если наследник умершего члена крестьянского (фермерского) хозяйства сам членом этого хозяйства не является, он имеет право на получение компенсации, соразмерной наследуемой им доле в имуществе, находящемся в общей совместной собственности членов хозяйства. Срок выплаты компенсации определяется соглашением наследника с членами хозяйства, а при отсутствии соглашения — судом, но не может превышать один год со дня открытия наследства. При отсутствии соглашения между членами хозяйства и указанным наследником об ином доля наследодателя в этом имуществе считается равной долям других членов хозяйства. В случае принятия наследника в члены хозяйства указанная компенсация ему не выплачивается.
В случае когда после смерти члена крестьянского (фермерского) хозяйства это хозяйство прекращается, в том числе в связи с тем, что наследодатель был единственным членом хозяйства, а среди его наследников нет лиц, желающих продолжать ведение крестьянского (фермерского) хозяйства, имущество этого хозяйства подлежит разделу между наследниками по правилам, установленным гражданским законодательством. Обратим внимание на то, что действующий Федеральный закон «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» запрещает раздел земельного участка крестьянского хозяйства [4].
Следует отметить, что наследование имущества члена крестьянского (фермерского) хозяйства ограничено в законе рядом условий. Так, доля в имуществе крестьянского (фермерского) хозяйства переходит к наследникам умершего на общих основаниях, если они также являются членами этого хозяйства. Наследование доли некоторыми из членов крестьянского (фермерского) хозяйства ведет к преобразованию общей совместной собственности членов крестьянского (фермерского) хозяйства в их общую долевую собственность. Наследник, который на момент открытия наследства не являлся членом крестьянского (фермерского) хозяйства, права на долю в имуществе не приобретает и вправе претендовать на денежную компенсацию соразмерно наследуемой доле, которая может определяться соглашением сторон либо судом (ст. 1179 ГК РФ). В этом случае доля умершего наследодателя в праве на земельный участок и другое имущество переходит к остальным членам крестьянского (фермерского) хозяйства. По закону допускается и другой вариант: наследник может быть принят в члены крестьянского (фермерского) хозяйства, и в этом случае указанная компенсация ему не выплачивается. Смерть единственного члена крестьянского (фермерского) хозяйства ведет к наследованию на общих основаниях только тогда, когда никто из наследников не выразит желания продолжить ведение хозяйства. По закону к наследнику, который выразит такое желание, переходит земельный участок и прочее имущество крестьянского (фермерского) хозяйства, тогда как другие наследники имеют право на получение денежной компенсации за долю в этом наследственном имуществе. Не исключено, что несколько наследников будут претендовать на имущество в целом для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства.
Можно отметить, что ни ГК РФ, ни Федеральный закон от 11 июня 2003 г. № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» прямо не предусматривают преимущественного права того или иного наследника после смерти последнего члена такого хозяйства. Как представляется, спор между ними о преимущественном праве на получение имущества наследодателя должен решаться применительно к ст. 1168 ГК РФ. Речь в ней идет о том, что преимущественным правом на неделимую вещь обладает тот из наследников, кто пользовался этим имуществом при жизни наследодателя либо являлся вместе с наследодателем участником общей собственности на это имущество [6].
Отдельные черты майоратного права получили свое развитие в законодательстве об особенностях предоставления гражданам Российской Федерации земельных участков в Дальневосточном федеральном округе, где не допускается заключение договоров купли-продажи, дарения, аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав собственности, владения и (или) пользования в отношении данных земельных участков.
Можно выделить особенности использования майоратного права в России: во-первых, распространение майоратной формы владения только на отдельные группы недвижимого имущества и как исключение из общего порядка; во-вторых, пользоваться майоратными правами могут только определенные субъекты, выделяемые в силу их социальной значимости для государства.
63
Несмотря на то что майоратные формы владения недвижимостью в российском праве не приживаются, они оказываются востребованы в отдельных случаях и по отношению к отдельным субъектам, что указывает на возможность их развития и использования.
64
Список литературы
1. Гражданское право. Т. 3 : учебник / под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. — М. : Л. В. Рожников, 2001. — 632 с.
2. Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями русских юристов. Книга третья / сост. И. М. Тютрюмов. — М. : Статут, 2004. — 548 с.
3. Князьков, С. Очерки из истории Петра Великого и его времени / С. Князьков. — СПб. : Книж. магазин П. В. Луковникова, 1914. — 658 с.
4. Комментарий к Федеральному закону «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» (постатейный). — М. : Изд-во Тихомирова М. Ю., 2015. — 126 с.
5. Михайлов, М. М. История русского права / М. М. Михайлов. — СПб. : тип. Департамента уделов, 1871. — Т. 1—4. — 468 + 262 с.
6. Особенности рассмотрения и разрешения отдельных категорий гражданских дел (исковое производство) / Е. Я. Баскаков [и др.] ; под ред. И. К. Пискарева. — М. : Городец, 2005. — 512 с.
7. Неволин, К. А. История российских гражданских законов. Часть третья: Книга вторая об имуществе. Раздел третий о правах на действия лиц и раздел четвертый о наследстве / К. А. Неволин. — М. : Статут, 2006. — 501 с.
8. Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Т. V. С 1713 по 1719 гг. — СПб. : тип. II отд-ния собств. его Императ. Величества Канцелярии, 1830. — 783 с.
9. Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Т. VIII. С 1728 по 1732 гг. — СПб. : тип. II отд-ния собств. его Императ. Величества Канцелярии, 1830. — 1019 с.
10. Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Т. XIX. — СПб. : тип. II отд-ния собств. его Императ. Величества Канцелярии, 1830. — 1120 с.
11. Свод Законов Гражданских. Т. X. Ч. I. — СПб. : Рус. книж. товарищество «Деятель», 1912. — 1304 с.
12. Свод Законов Российской Империи. Т. I. Ч. I. — СПб. : Рус. книж. товарищество «Деятель», 1912. — 920 с.
13. Энциклопедический словарь. Т. 18: Лопари — Малолетние преступники / под ред. проф. И. Е. Андреевского. — СПб. : Ф. А. Брокгауз, Н. А. Ефрон, 1896. — 480 с.
дата поступления: 25.01.2016
дата принятия к опубликованию: 28.03.2016
Сведения об авторе
томилов Александр юрьевич — доцент, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса Института права Челябинского государственного университета, доцент кафедры международных отношений и мировой интеграции Южно-Уральского государственного университета, Челябинск, Россия. 79043059405@yandex.ru
Библиографическое описание: Томилов, А. Ю. Развитие и использование отдельных форм майоратного права в российском праве / А. Ю. Томилов // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. — 2016. — Т. 1, вып. 1. — С. 58 — 65.
Bulletin of Chelyabinsk State University. Series: Law. 2016. Vol. 1, iss. 1. P. 58 — 65.
DEVELOPMENT AND USE OF INDIVIDUAL FORMS OF ENTAIL IN RUSSIAN LAW
A.Yu. Tomilov
Chelyabinsk State University, South Ural State University (National Research University), Chelyabinsk, Russia. 79043059405@yandex.ru
Legal elements of institute of a majorat in the Russian legal system are analyzed. The author reveals features of formation of inheritance of real estate in Russia and attempts of the state during the different periods of the historical development legislatively to fix legal relationship on a special order of inheritance of real estate similar to the relations in the right of a majorat.
Keywords: majorat, inheritance of real estate, entail.
Развитие и использование отдельных форм майоратного права в российском праве 65 65

References
1. Sergeyev A.P., Tolstoy Yu.K. [eds.]. Grazhdanskoye pravo. T. 3 [Civil law, vol. 3]. Moscow, L.V. Rozhnikov Publ., 2001. 632 p. (In Russ.).
2. Tyutryumov I.M. Zakony grazhdanskiye s raz»yasneniyami Pravitel’stvuyushchego Senata i kommentariyami russkikh yuristov. Kniga tret’ya [Civil laws with explanations of the Ruling Senate and comments of the Russian lawyers. The third book]. Moscow, Statut Publ., 2004. 548 p. (In Russ.).
3. Knyaz’kov, S. Ocherki iz istorii Petra Velikogo i ego vremeni [Essays from the history of Peter the Great and his time]. St. Petersburg, P.V. Lukovnikov’s bookstore Publ., 1914. 658 p. (In Russ.).
4. Kommentariy k Federal’nomu zakonu «O krest’yanskom (fermerskom) khozyaystve» (postatey- nyy) [The commentary to the Federal law «On peasant (farmer) economy» (itemized)]. Moscow, Tik- homirov M.Yu. publishing house Publ., 2015. 126 p. (In Russ.).
5. Mikhaylov M.M. Istoriya russkogo prava [The history of Russian law]. St. Petersburg, Printing house of the Department of domains Publ., 1871. 204 p. (In Russ.).
6. Baskakov E.Ya. [et al.], Piskarev I.K. [ed.]. Osobennosti rassmotreniya i razresheniya otdel’nykh kategoriy grazhdanskikh del (iskovoe proizvodstvo) [Peculiarities of consideration and resolution of certain categories of civil cases (ordinary proceeding)]. Moscow, Gorodets Publ., 2005. 512 p. (In Russ.).
7. Nevolin K.A. Istoriya rossiyskikh grazhdanskikh zakonov. Chast’ tret’ya: Kniga vtoraya ob imushchestve. Razdel tretiy o pravakh na deystviya lits i razdel chetvertyy o nasledstve [The history of Russian civil laws. Part three: the second Book about the property. Section three of rights to the actions of the individuals and section fourth of the inheritance]. Moscow, Statut Publ., 2006. 501 p. (In Russ.).
8. Polnoye sobraniye zakonov Rossiyskoy imperii s 1649 goda. T. V. S 1713 po 1719 gg. [Complete collection of laws of the Russian Empire since 1649. Vol. V. From 1713 to 1719]. St. Petersburg, 1830. 783 p. (In Russ.).
9. Polnoye sobraniye zakonov Rossiyskoy imperii s 1649 goda. T. VIII. S 1728 po 1732 gg. [Complete collection of laws of the Russian Empire since 1649. Vol. VIII. From 1728 to 1732]. St. Petersburg, 1830. 1019 p. (In Russ.).
10. Polnoye sobraniye zakonov Rossiyskoy imperii s 1649 goda. T. XIX [Complete collection of laws of the Russian Empire since 1649. Vol. XIX]. St. Petersburg, 1830. 1120 p. (In Russ.).
11. Svod Zakonov Grazhdanskikh. T. X. Ch. I [Code of Civil laws. Vol. X. Pt. I]. St. Petersburg, 1912. 1304 p. (In Russ.).
12. Svod Zakonov Rossiyskoy Imperii. T. I. Ch. I [Code of laws of the Russian Empire. Vol. I. Pt. I]. St. Petersburg, 1912. 920 p. (In Russ.).
13. Andreevskiy I.E. [ed.]. Entsiklopedicheskiy slovar’. T. 18: Lopari — Maloletniye prestupniki [Encyclopedic dictionary. Vol. 18: the Lapps — Juvenile criminals]. St. Petersburg, F.A. Brockhaus, N.A. Efron Publ., 1896. 480 p. (In Russ.).
Date of receipt: 25.01.2016
Date of acceptance for publication: 28.03.2016
ПРОБЛЕМЫ УКРЕПЛЕНИЯ ЗАКОННОСТИ И ПРАВОПОРЯДКА
PROBLEMS OF STRENGTHENING OF LEGALITY AND LAW AND ORDER
УДК 343.33 ББК X408.16

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code