Постановление ЕСПЧ от 10.10.2013 «Дело «Гакаева и другие (Gakayeva and Others) против Российской Федерации» Часть 4

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

B. Мнение Европейского Суда

1. Соблюдение правила шестимесячного срока

(a) Основные принципы
302. Европейскому Суду предстоит оценить аргументы сторон в свете положений Конвенции и его прецедентной практики (см. Постановление Европейского Суда по делу «Эстамиров и другие против Российской Федерации» (Estamirov and Others v. Russia) от 12 октября 2006 г., жалоба N 60272/00, §§ 73 — 74 ).
———————————
Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 4/2008.

303. Что касается довода властей Российской Федерации относительно несоблюдения заявителями шестимесячного срока, то Европейский Суд отмечает, что заявители должны были подать свои жалобы в Европейский Суд в шестимесячный срок, который начинает исчисляться с момента вынесения окончательного решения, или в течение шести месяцев с того момента, когда они узнали о неэффективности внутригосударственных средств защиты (см., например, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Варнава и другие против Турции», упоминавшееся выше, § 157). Европейский Суд отмечает, что власти ни в одном из дел не указали на конкретную дату начала течения шестимесячного срока или решение, после вынесения которого такой срок начинает исчисляться. Более того, власти Российской Федерации утверждали, что жалобы заявителей были преждевременными, так как уголовные расследования еще не были завершены.
304. Тем не менее Европейский Суд напоминает, что правило шестимесячного срока призвано поддерживать стабильность права и обеспечивать, чтобы дела, поднимающие вопросы по Конвенции, рассматривались в разумные сроки. Оно также защищает власти и других лиц, чьи интересы затронуты, от нахождения в состоянии неопределенности в течение длительного времени. Данное правило также призвано обеспечить, чтобы оставалась возможность установления обстоятельств дела, пока [доказательства] не утрачены (см. Постановление Европейского Суда по делу «Абуева и другие против Российской Федерации» (Abuyeva and Others v. Russia) от 2 декабря 2010 г., жалоба N 27065/05, § 175 ).
———————————
Опубликовано в специальном выпуске «Российская хроника Европейского Суда» N 2/2012.

305. Как правило, шестимесячный срок начинает исчисляться с момента вынесения окончательного решения в процессе исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Однако в отсутствие эффективных средств правовой защиты срок исчисляется с момента совершения действий или принятия мер, в отношении которых подается жалоба. Если заявитель воспользовался предположительно существующим средством правовой защиты и лишь впоследствии узнал об обстоятельствах, которые делают такое средство защиты неэффективным, то шестимесячный срок может исчисляться со дня, когда заявителю впервые стало известно или должно было стать известно о таких обстоятельствах (см. среди прочих примеров Решение Европейского Суда по делу «Зенин против Российской Федерации» (Zenin v. Russia) от 24 сентября 2009 г., жалоба N 15413/03).
306. В делах, касающихся исчезновений, в отличие от дел по длящимся расследованиям обстоятельств смерти родственников заявителей (см. Решение Европейского Суда по делу «Эльсанова против Российской Федерации» (Elsanova v. Russia) от 15 ноября 2005 г., жалоба N 57952/00, и Постановление Европейского Суда по делу «Нарин против Турции» (Narin v. Turkey) от 15 декабря 2009 г., жалоба N 18907/02, § 50), Европейский Суд признавал, что необходимо учитывать состояние неопределенности и замешательства, которые типичны для подобной ситуации, и с учетом характера расследования исчезновений тот факт, что родственники ждали окончания расследования, проводимого властями, в течение длительного времени может признаваться оправданным, так как уголовные дела ведутся с перерывами и сопровождаются постоянными проблемами. Однако в случае, когда после инцидента прошло более 10 лет, заявители обязаны объяснить свое промедление подачи их жалобы в Европейский Суд (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Варнава и другие против Турции», §§ 162 — 163).
307. Применяя принципы, сформулированные в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Варнава и другие против Турции», Европейский Суд в недавнем Постановлении по делу «Ер и другие против Турции» (Er and Others v. Turkey) (жалоба N 23016/04, §§ 55 — 58, Постановление от 31 июля 2012 г.) указал, что заявители, которые ждали в течение почти 10 лет после исчезновения их родственника до обращения с жалобой, выполнили требование о шестимесячном сроке, поскольку на внутригосударственном уровне проводилось расследование, хотя оно и прерывалось. Европейский Суд пришел к тому же выводу и в другом деле, в котором расследование событий на внутригосударственном уровне длилось более девяти лет без каких-либо длительных периодов бездействия, а заявители делали все, что от них могло требоваться для содействия властям (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бозкыр и другие против Турции» ( and Others v. Turkey) от 26 февраля 2013 г., жалоба N 24589/04, § 49).
308. Напротив, Европейский Суд признал неприемлемыми жалобы, в которых заявители ждали более 10 лет перед обращением с жалобами, и в которых в течение длительного времени не происходило ничего, что могло бы заставить их верить в эффективность расследования. Например, в деле «Етышен и другие против Турции» ( and Others v. Turkey) (Решение Европейского Суда от 10 июля 2012 г., жалоба N 21099/06) заявители ждали около четырех лет с момента исчезновения до подачи жалобы в компетентные следственные органы и затем ждали еще 11,5 лет, прежде чем обратиться с жалобой в Страсбург. В делах «Финдик против Турции» (Findik v. Turkey) и «Омер против Турции» (Omer v. Turkey) (Решения Европейского Суда от 9 октября 2012 г., жалобы N 33898/11 и 35798/11) заявители ждали более 15,5 лет, прежде чем обратиться в Страсбург. В деле «Ташчи и Думан против Турции» ( and Duman v. Turkey) (Решение Европейского Суда от 9 октября 2012 г., жалоба N 40787/10) заявители обратились в Страсбург спустя 23 года после исчезновения. В Постановлении по делу «Ачиш против Турции» ( v. Turkey) от 1 февраля 2011 г., (жалоба N 7050/05, §§ 41 — 42) Европейский Суд отклонил в качестве представленной позже срока жалобу заявителей по статье 2 Конвенции, которая была подана по истечении более 12 лет после похищения и исчезновения родственника заявителей, так как заявители не доказали, что в расследовании были какие-либо конкретные успехи, которые могли бы оправдать задержку свыше 10 лет.
(b) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле
309. Обращаясь к обстоятельствам рассматриваемых дел, Европейский Суд отмечает, что по каждому из них на момент обращения в Европейский Суд расследования формально продолжались. Кроме того, Европейский Суд отмечает, что в трех жалобах: «Гакаева против Российской Федерации» (жалоба N 51534/08), «Есиева и другие против Российской Федерации» (жалоба N 4401/10) и «Аржиева против Российской Федерации» (жалоба N 33175/10), — заявители обратились к властям сразу после похищения и подали свои жалобы в Европейский Суд в срок от пяти до семи лет после инцидента. Из предоставленных документов следует, что в каждом из дел заявители поддерживали достаточный контакт с властями, представляли следствию очевидцев событий, запрашивали информацию и просили о доступе к материалам расследования.
310. Что касается остальных семи жалоб, которые заявители подали в Европейский Суд в течение длительного периода, варьирующегося от восьми до 10 лет после инцидента, то Европейский Суд отмечает следующее. В деле «Алимханова и другие против Российской Федерации» (жалоба N 25518/10) заявители пожаловались на арест своих родственников в течение нескольких дней после инцидента в январе 2001 года. В апреле 2004 года первая заявительница и второй заявитель дали свидетельские показания следователям, и первая заявительница была признана потерпевшей. Вскоре после этого расследование было приостановлено, но заявители не были проинформированы ни об этом приостановлении, ни о следующем приостановлении, решение о котором было вынесено в декабре 2004 года. Они ничего не знали о приостановлении расследования до февраля 2007 года и тогда попросили власти возобновить следствие. В мае 2008 года им сообщили, что расследование было вновь приостановлено, хотя оперативно-розыскные мероприятия, направленные на раскрытие преступления, проводятся. 5 апреля 2010 г., через девять лет и два месяца после похищения, заявители подали жалобу в Европейский Суд.
311. В деле «Магамадова против Российской Федерации» (жалоба N 28779/10) сын заявительницы был похищен в декабре 2000 года. Заявительница подала официальную жалобу в правоохранительные органы в течение нескольких недель после инцидента и подала жалобу в Европейский Суд в апреле 2010 года, то есть через девять лет и четыре месяца после случившегося. Из предоставленных документов следует, что в период с 30 ноября 2001 г. по 19 ноября 2009 г., в течение восьми лет, в рамках уголовного дела каких-либо следственных действий не проводилось и производство по делу было приостановлено, но заявительница не была уведомлена об этом. Кроме того, в двух случаях — в декабре 2006 года и феврале 2007 года — следственные органы извещали заявительницу о том, что розыски ее сына продолжались (см. § 127 настоящего Постановления). Только 19 ноября 2009 г. следователи впервые сообщили заявительнице о приостановлении производства по уголовному делу (см. § 129 настоящего Постановления).
312. В деле «Элиханова против Российской Федерации» (жалоба N 47393/10) заявительница обратилась к властям с жалобой на похищение ее сына по меньшей мере через три недели после инцидента, в декабре 2001 года, и подала свою жалобу в Европейский Суд спустя восемь лет и девять месяцев — в августе 2010 года. Из предоставленных документов следует, что в период с августа 2005 года по январь 2010 года в рамках уголовного дела каких-либо следственных действий не проводилось, пока в феврале 2010 года заявительница не ходатайствовала о доступе к материалам уголовного дела и ей не разрешили ознакомиться с ними в марте 2010 года (см. § 189 настоящего Постановления).
313. В деле «Темиралиева и другие против Российской Федерации» (жалоба N 54753/10) заявители пожаловались на похищение их родственника через несколько недель после инцидента — в августе 2002 года — и подали жалобу в Европейский Суд спустя восемь лет и два месяца после похищения — в сентябре 2010 года. В апреле 2003 года первая заявительница дала свидетельские показания властям и была признана потерпевшей по уголовному делу. Из представленных документов следует, что в августе 2006 года, в ходе расследования, было назначено проведение ряда следственных действий, следствие было приостановлено уже в октябре 2006 года (см. § 215 настоящего Постановления), и заявители не были проинформированы о приостановлении производства по уголовному делу.
314. В деле «Пайзулаева и другие против Российской Федерации» (жалоба N 58131/10) заявители пожаловались властям на похищении их родственников в апреле 2001 года, то есть в течение нескольких дней после инцидента. Они подали жалобу в Европейский Суд спустя почти девять с половиной лет после похищения — в сентябре 2010 года — и через пять лет после начала производства по уголовному делу, которое так и не было возбуждено по первоначальной жалобе, а началось лишь через четыре года после инцидента — в сентябре 2005 года (см. § 230 настоящего Постановления). Из предоставленных документов следует, что заявители поддерживали достаточный контакт с властями, давали в ходе следствия свидетельские показания, просили признать их потерпевшими по делу и запрашивали информацию о ходе расследования.
315. В деле «Вахидова против Российской Федерации» (жалоба N 62207/10) заявительница подала официальную жалобу на похищение сына в течение полутора месяцев после инцидента — в августе 2000 года. Она подала свою жалобу в Европейский Суд почти через 10 лет после этого — в октябре 2010 года. Из предоставленных документов видно, что в марте 2001 года заявительница была признана потерпевшей и допрошена следователями. С сентября 2002 года по июнь 2009 года расследование было приостановлено, в течение этого периода просьбы заявительницы о предоставлении информации остались без ответа. Она не знала о приостановлении производства по делу до июня 2009 года (см. § 261 настоящего Постановления). После ее ходатайства в июне 2009 года производство по делу было возобновлено (см. § 262 настоящего Постановления), но уже в июле 2009 года следствие было приостановлено.
316. В деле «Мусаевы против Российской Федерации» (жалоба N 73784/10) заявители жаловались на похищение их родственника вскоре после инцидента — в мае 2001 года. Они подали жалобу в Европейский Суд спустя девять с половиной лет после похищения — в ноябре 2010 года. Из предоставленных документов следует, что заявители поддерживали достаточный контакт с властями, давали в ходе следствия свидетельские показания, просили признать их потерпевшими по делу и запрашивали информацию о ходе расследования.
317. Изучив документы по делам «Алимханова и другие против Российской Федерации» (N 25518/10), «Магамадова против Российской Федерации» (N 28779/10), «Элиханова против Российской Федерации» (N 47393/10), «Темиралиева против Российской Федерации» (N 54753/10), «Пайзулаева и другие против Российской Федерации» (N 58131/10), Вахидова против Российской Федерации» (N 62207/10) и «Мусаевы против Российской Федерации» (N 73784/10), Европейский Суд приходит к выводу, что поведение каждого из заявителей в отношении следствия определялось не их убеждением в неэффективности данного средства правовой защиты, а наличием у них ожидания, что власти по собственной инициативе предоставят им надлежащий ответ на их серьезные жалобы. Они своевременно предоставили следственным органам подробное описание похищений их родственников, оказывали им содействие в поиске свидетелей и других доказательств и в полной мере сотрудничали другими способами. Таким образом, они могли разумно ожидать, что в ходе расследования в дальнейшем произойдут существенные изменения. Нельзя сказать, что эти заявители не проявили должной осмотрительности, ожидая, что продолжающееся расследование даст результаты (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Ачиш против Турции», §§ 41 — 42).
318. Обобщая сказанное, все заявители поддерживали достаточный контакт с властями, сотрудничали со следствием и, при необходимости, предпринимали меры, чтобы ознакомиться с материалами о ходе расследования и ускорить его в надежде на более эффективный результат.
319. Таким образом, Европейский Суд полагает, что по всем делам в рассматриваемые периоды проводилось следствие, хотя оно и прерывалось, и что заявители сделали все от них зависящее для содействия властям (см. упоминавшиеся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Варнава и другие против Турции», § 166, Постановление Европейского Суда по делу «Ер и другие против Турции», § 60). В связи с вышеизложенным Европейский Суд отклоняет возражение властей Российской Федерации в отношении приемлемости данных жалоб, основанное на правиле о шестимесячном сроке.

2. Исчерпание внутригосударственных средств защиты

320. Европейский Суд уже указывал в нескольких аналогичных делах, что гражданское судопроизводство, возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями государственных органов в ряде подобных дел, не расценивается как эффективное средство правовой защиты в контексте требований статьи 2 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Хашиев и Акаева против Российской Федерации» (Khashiyev and Akayeva v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалобы N 57942/00 и 57945/00, §§ 119 — 121 , Постановление Европейского Суда по делу «Эстамиров против Российской Федерации» (Estamirov and Others v. Russia) от 12 октября 2006 г., жалоба N 60272/00, § 77 ). С учетом вышеуказанного Европейский Суд подтверждает, что заявители не были обязаны защищать свои права в рамках гражданского судопроизводства. Предварительное возражение властей Российской Федерации в связи с этим отклоняется.
———————————
Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 12/2005.
Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 4/2008.

321. Что касается уголовно-правовых средств защиты, то в недавнем деле Европейский Суд пришел к выводу, что ситуация с отсутствием расследований исчезновений, которые произошли в Чеченской Республике с 2000 по 2006 год, представляет собой системную проблему, и возбуждение уголовного дела не является эффективным средством правовой защиты в этом вопросе (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации», § 217).
322. В этих обстоятельствах и учитывая отсутствие ощутимого прогресса в ходе каждого из уголовных расследований на протяжении многих лет, Европейский Суд отклоняет предварительное возражение, так как при данных обстоятельствах упомянутые властями Российской Федерации средства уголовно-правовой защиты были неэффективными.

III. Оценка судом имеющихся доказательств и установление фактов

A. Доводы сторон

1. Власти Российской Федерации

323. Власти Российской Федерации не отрицали существенных фактов по каждому делу в том виде, как они были представлены заявителями. В то же время власти Российской Федерации утверждали, что внутригосударственным расследованием не было получено данных о том, что родственники заявителей были задержаны или удерживаются представителями государства. По мнению властей Российской Федерации, не были получены доказательства, достаточные при отсутствии разумных сомнений, что представители государства причастны к похищению или смерти родственников заявителей. Те обстоятельства, что похитители были вооружены и/или передвигались на транспортных средствах определенного типа, не являются достаточными, чтобы утверждать о причастности военнослужащих к похищению.

2. Заявители

324. Заявители по всем делам утверждали, что вне всякого разумного сомнения люди, которые похитили родственников заявителей, являлись представителями государства. В подтверждение своих жалоб они ссылались на доказательства, имевшиеся в их заявлениях и материалах уголовных дел, которые были раскрыты властями Российской Федерации. Заявители утверждали, что по каждому из случаев они представили доказательства prima facie , что их родственники были похищены представителями государства, и что существенные факты, лежащие в основе их жалоб, не были оспорены властями Российской Федерации. В связи с отсутствием каких-либо сведений об их родственниках в течение длительного периода и ввиду того, что ситуация непризнаваемого задержания в Чеченской Республике представляет собой опасность для жизни, они просили Европейский Суд считать их родственников погибшими.
———————————
Prima facie (лат.) — «достаточное при отсутствии опровержения» (примеч. переводчика).

B. Основные принципы

325. Ряд принципов был разработан Европейским Судом, когда он сталкивался с проблемой установления фактов, относительно которых у сторон имелись разногласия (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Эль Масри против Македонии» (El Masri v. «the former Yugoslav Republic of Macedonia») от 13 декабря 2012 г., жалоба N 39630/09, §§ 151 — 153).
326. В частности, в Европейском Суде на рассмотрении находится целый ряд дел, касающихся заявлений об исчезновениях на территории Северного Кавказа, например, в Чеченской Республике и Республике Ингушетия. Ссылаясь на вышеуказанные принципы, Европейский Суд пришел к выводу, что утверждение заявителей prima facie о случаях похищений, совершенных военнослужащими, таким образом, подпадает под контроль властей, поэтому на власти государства-ответчика переходит бремя доказывания путем раскрытия документов, которые находятся в его исключительном владении, или путем предоставления удовлетворительного и убедительного объяснения того, как на самом деле произошли рассматриваемые события (см. среди многих других Постановление Европейского Суда по делу «Косумова и другие против Российской Федерации» (Kosumova and Others v. Russia) от 7 июня 2011 г., жалоба N 27441/07, § 67 , и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации», § 99). Если власти не опровергли данную презумпцию, то это влечет за собой признание нарушения статьи 2 Конвенции в ее материальной части. И, наоборот, когда заявителям не удалось представить доказательства prima facie, тогда бремя доказывания не может быть с них снято (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Товсултанова против Российской Федерации» (Tovsultanova v. Russia) от 17 июня 2010 г., жалоба N 26974/06, §§ 77 — 81 , Постановление Европейского Суда по делу «Мовсаевы против Российской Федерации» (Movsayevy v. Russia) от 14 июня 2011 г., жалоба N 20303/07, § 76 , и Постановление Европейского Суда по делу «Шафиева против Российской Федерации» (Shafiyeva v. Russia) от 3 мая 2012 г., жалоба N 49379/09, § 71).
———————————
Опубликовано в специальном выпуске «Российская хроника Европейского Суда» N 1/2013.
Там же. N 2/2011.
Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 11/2012.

327. Европейский Суд также неоднократно делал выводы о том, что пропавший без вести человек может быть признан умершим. Принимая во внимание многочисленные дела об исчезновениях людей на территории Чеченской Республике и Республике Ингушетия, рассмотренные Европейским Судом ранее, он заключает, что в условиях конфликта, если кого-то задерживают неустановленные сотрудники государственных структур, а затем факт задержания не признается, то эти события можно рассматривать как угрожающую жизни ситуацию (см. среди многих других Постановление Европейского Суда по делу «Базоркина против Российской Федерации» (Bazorkina v. Russia) от 27 июля 2006 г., жалоба N 69481/01 , Постановление Европейского Суда по делу «Имакаева против Российской Федерации» (Imakayeva v. Russia), жалоба N 7615/02, ECHR 2006-XIII (извлечения) , Постановление Европейского Суда по делу «Лулуев и другие против Российской Федерации» (Luluyev and Others v. Russia), жалоба N 69480/01, ECHR 2006-VIII (извлечения) , Постановление Европейского Суда по делу «Байсаева против Российской Федерации» (Baysayeva v. Russia) от 5 апреля 2007 г., жалоба N 74237/01 , Постановление Европейского Суда по делу «Ахмадова и Садулаева против Российской Федерации» (Akhmadova and Sadulayeva v. Russia) от 10 мая 2007 г., жалоба N 40464/02 , Постановление Европейского Суда по делу «Алихаджиева против Российской Федерации» (Alikhadzhiyeva v. Russia) от 5 июля 2007 г., жалоба N 68007/01 , и Постановление Европейского Суда по делу «Дюбаев и Берсункаева против Российской Федерации» (Dubayev and Bersnukayeva v. Russia) от 11 февраля 2010 г., жалобы N 30613/05 и 30615/05 ).
———————————
Опубликовано в специальном выпуске «Российская хроника Европейского Суда» N 1/2008.
Там же. N 2/2008.
<5, 6> Там же. N 3/2008.
Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 12/2006.
Опубликовано в специальном выпуске «Российская хроника Европейского Суда» N 3/2008.
Там же. N 3/2010.

328. Европейский Суд делал выводы о презумпции смерти при отсутствии каких-либо достоверных сведений о человеке, пропавшем без вести в сроки от четырех лет (см. Постановление Европейского Суда по делу «Асхабова против Российской Федерации» (Askhabova v. Russia) от 18 апреля 2013 г., жалоба N 54765/09, § 137) до более 10 лет.
———————————
Там же. N 2/2014.

C. Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

1. Жалоба N 51534/08, «Гакаева против Российской Федерации»

329. Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, предоставленными властями Российской Федерации (см. §§ 17 и 28 настоящего Постановления), подтверждают, что сын заявительницы — Тимерлан Солтаханов был похищен 7 июня 2003 г. группой вооруженных военнослужащих в г. Шали. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявительница предоставила доказательства prima facie, что ее сын был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они были изложены заявительницей.
330. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
331. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Тимерлан Солтаханов был задержан представителями государства 7 июня 2003 г. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд считает, что Тимерлан Солтаханов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

2. Жалоба N 4401/10, «Есиева и другие против Российской Федерации»

332. Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, предоставленными властями Российской Федерации (см. §§ 49, 51, 54 и 55 настоящего Постановления), подтверждают, что родственник заявителей — Адам Есиев был похищен 19 сентября 2002 г. группой вооруженных военнослужащих в г. Урус-Мартане. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявители предоставили доказательства prima facie, что их родственник был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они ими изложены.
333. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
334. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Адам Есиев был задержан представителями государства 19 сентября 2002 г. в г. Урус-Мартане. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Адам Есиев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

3. Жалоба N 25518/10, «Алимханова и другие против Российской Федерации»

335. Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, предоставленными властями Российской Федерации (см. §§ 79 и 81 настоящего Постановления), подтверждают, что родственники заявителей — Хамзат Алимханов и Сулим Хатулов были похищены 26 января 2001 г. группой вооруженных военнослужащих в ходе проведения спецоперации в селе Комсомольское. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявители предоставили доказательства prima facie, что их родственники были похищены представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявителями.
336. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
337. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Хамзат Алимханов и Сулим Хатулов были похищены 26 января 2001 г. представителями государства. В связи с отсутствием каких-либо сведений о них с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Хамзат Алимханов и Сулим Хатулов должны считаться умершими после их непризнаваемого задержания.

4. Жалоба N 28779/10, «Магамадова против Российской Федерации»

338. Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, предоставленными властями Российской Федерации (см. §§ 118 и 120 настоящего Постановления), подтверждают, что сын заявительницы, Ахмед Газуев, был похищен 25 декабря 2000 г. группой вооруженных военнослужащих в ходе проведения спецоперации в г. Урус-Мартане. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявительница предоставила доказательства prima facie, что ее сын был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявительницей.
339. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
340. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Ахмед Газуев был похищен 25 декабря 2000 г. представителями государства. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Ахмед Газуев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

5. Жалоба N 33175/10, «Аржиева против Российской Федерации»

341. Из предоставленных документов следует, что заявительница не была свидетельницей похищения сыновей 3 мая 2005 г. и что не было каких-либо очевидцев самого похищения. По всей видимости, заявительница, которая утверждала, что видела своих сыновей после исчезновения на территории войсковой части, не сообщила об этом правоохранительным органам. В то же время предоставленные документы свидетельствуют, что с самого начала заявительница и многочисленные свидетели, допрошенные в ходе расследования, настойчиво утверждали, что к похищению причастны военнослужащие (см., например, §§ 146, 149, 151, 152 и 154 настоящего Постановления), и эта версия событий была единственной гипотезой, которая рассматривалась следственными органами (см. §§ 162 и 163 настоящего Постановления). С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявительница предоставила доказательства prima facie, что ее сыновья были похищены представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявительницей.
342. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
343. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Усман и Валид Аржиевы были похищены 3 мая 2005 г. представителями государства около села Автуры. В связи с отсутствием каких-либо сведений о них с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Усман и Валид Аржиевы должны считаться умершими после их непризнаваемого задержания.

6. Жалоба N 47393/10, «Элиханова против Российской Федерации»

344. Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными властями Российской Федерации (см. §§ 177 и 179 настоящего Постановления), подтверждают, что сын заявительницы Хаважи Элиханов был похищен 4 ноября 2001 г. группой вооруженных военнослужащих в ходе проведения спецоперации в г. Урус-Мартане. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявительница предоставила доказательства prima facie, что ее сын был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявительницей.
345. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
346. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Хаважи Элиханов был похищен представителями государства 4 ноября 2001 г. в г. Урус-Мартане. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Хаважи Элиханов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

7. Жалоба N 54753/10, «Темиралиева и другие против Российской Федерации»

347. Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными властями Российской Федерации (см., например, §§ 203, 206 и 208 настоящего Постановления), подтверждают, что родственник заявителей — Аслан Джамалов был похищен 9 июля 2002 г. группой вооруженных военнослужащих в г. Грозном. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявители предоставили доказательства prima facie, что их родственник был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявителями.
348. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
349. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Аслан Джамалов был задержан представителями государства 9 июля 2002 г. в г. Грозном. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Аслан Джамалов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

8. Жалоба N 58131/10, «Пайзулаева и другие против Российской Федерации»

350. Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными властями Российской Федерации (см. §§ 231 — 233 настоящего Постановления), подтверждают, что родственники заявителей — Магомед Черкасов и Аюб Истамулов были похищены 30 апреля 2001 г. группой вооруженных военнослужащих около села Верхний Нойбер. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявители предоставили доказательства prima facie, что их родственники были похищены представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявителями.
351. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
352. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Магомед Черкасов и Аюб Истамулов были задержаны представителями государства 30 апреля 2001 г. В связи с отсутствием каких-либо сведений о них с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Магомед Черкасов и Аюб Истамулов должны считаться умершими после их непризнаваемого задержания.

9. Жалоба N 62207/10, «Вахидова против Российской Федерации»

353. Несколько свидетельских показаний, собранных заявительницей, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными властями Российской Федерации (см. §§ 246 и 256 настоящего Постановления), подтверждают, что сын заявительницы — Муса Вахидов был похищен 22 июня 2000 г. группой вооруженных военнослужащих в поселке Черноречье. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявительница предоставила доказательства prima facie, что ее сын был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявительницей.
354. Власти Российской Федерации не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
355. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Муса Вахидов был похищен представителями государства 22 июня 2000 г. в поселке Черноречье Грозненского района. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Муса Вахидов должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

10. Жалоба N 73784/10, «Мусаевы против Российской Федерации»

356. Несколько свидетельских показаний, собранных заявителями, наряду с документами из материалов уголовного дела, представленными властями Российской Федерации (см., например, §§ 269, 279, 280 и 288 настоящего Постановления), подтверждают, что родственник заявителей — Роберт Мусаев был похищен 8 мая 2001 г. группой вооруженных военнослужащих в селе Дачу-Борзой. С учетом всех материалов, имеющихся в распоряжении Европейского Суда, он считает, что заявители предоставили доказательства prima facie, что их родственник был похищен представителями государства при обстоятельствах, как они изложены заявителями.
357. Власти не дали удовлетворительного и убедительного объяснения рассматриваемым событиям. Таким образом, они не выполнили своего бремени доказывания.
358. Принимая во внимание общие принципы, перечисленные выше, Европейский Суд считает установленным, что Роберт Мусаев был задержан представителями государства 8 мая 2001 г. в селе Дачу-Борзой. В связи с отсутствием каких-либо сведений о нем с этого времени, и учитывая, что такое задержание является угрожающей для жизни ситуацией (см. § 327 настоящего Постановления), Европейский Суд также считает, что Роберт Мусаев должен считаться умершим после его непризнаваемого задержания.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code