Постановление ЕСПЧ от 08.10.2015 «Дело «Гахраманлы и другие (Gahramanli and Others) против Азербайджана» (жалоба N 36503/11) [рус., англ.] Часть 2

1   2   3   4   5

B. Итоговый отчет миссии по наблюдению за парламентскими
выборами 7 ноября 2010 г. Бюро по демократическим
институтам и правам человека организации по безопасности
и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ/БДИПЧ)
(г. Варшава, 25 января 2011 г.) (далее — отчет ОБСЕ)

53. Соответствующие извлечения из отчета ОБСЕ предусматривают следующее:
«…IV. Избирательная система и правовая основа

A. Избирательная система

Парламентские выборы проводятся по мажоритарной системе. Члены парламента избираются по 125 одномандатным округам на пятилетний срок прямым голосованием. Кандидат, который получает наибольшее количество голосов, считается избранным…

V. Проведение выборов

Парламентские выборы 7 ноября проводились трехступенчатой системой избирательных органов, возглавляемой ЦИК, состоящей из 18 членов. Действуют 125 ОИК и 5 175 УИК. Эти избирательные комиссии являются постоянными органами, назначаемыми на пятилетний срок. Члены ЦИК избираются парламентом, ОИК назначаются ЦИК, а УИК — соответствующими ОИК…
В соответствии с Избирательным кодексом состав всех избирательных комиссий отражает распределение политических сил в парламенте: три равные квоты отведены членам, выдвигаемым парламентским большинством (то есть партией «Новый Азербайджан»), членами парламента, избранными в качестве независимых кандидатов, и парламентским меньшинством (которое определяется как оставшиеся политические партии, представленные в парламенте).
Эта формула остается весьма спорной, поскольку на практике она устанавливает превалирующую роль в проведении выборов проправительственных сил, которые имеют решающее большинство во всех комиссиях. Кроме того, председатели всех избирательных комиссий в силу закона назначаются парламентским большинством. Данная превалирующая роль подрывает веру в независимость и беспристрастность органов, проводящих выборы, и не обеспечивает им доверие со стороны общества. ОБСЕ/БДИПЧ и Венецианская комиссия неоднократно рекомендовали, чтобы существующая формула была пересмотрена способом, который бы обеспечивал, чтобы избирательные комиссии не находились под властью проправительственных сил и пользовались доверием общества, в частности, доверием политических партий, оспаривающих результаты выборов. Эта рекомендация не рассматривалась…
Долгосрочные наблюдатели миссии по наблюдению за выборами ОБСЕ/БДИПЧ оценили работу ОИК как в целом эффективную и профессиональную, поскольку речь шла о технической подготовке к процессу выборов. Однако они выразили серьезные опасения относительно беспристрастности ОИК, которые в целом, как представлялось, действовали в интересах кандидатов партии «Новый Азербайджан» или независимых кандидатов, занимающих соответствующую должность и баллотирующихся на нее вновь. Отсутствие беспристрастности ОИК стало особенно очевидным в ходе процесса регистрации кандидатов и при рассмотрении ими избирательных споров…

XIV. День выборов

Хотя день выборов в целом был спокойным и мирным, международные наблюдатели сообщили о большом количестве серьезных недостатков и процессуальных нарушений, включая вбросы в урны для голосования…

A. Открытие и голосование

…В целом международные наблюдатели оценили голосование позитивно в отношении 89% посещенных избирательных участков, в то же время оценив негативно голосование на 11% посещенных избирательных участков, что является значительной долей (127 из 1 247 избирательных участков), указывая на систематические нарушения. Наиболее часто отмечаемые процессуальные нарушения во время голосования касались маркировки чернилами , важной гарантии против неоднократного голосования. На 12% посещенных избирательных участков не все избиратели были проверены на наличие следов невидимых чернил, на 8% не все избиратели маркировались чернилами. Двадцать три УИК с участков, где наблюдалось голосование, совсем не проверяли избирателей на наличие чернил, а 12 УИК не маркировали избирателей. Международные наблюдатели сообщили с семи избирательных участков, что избиратели, которые уже были маркированы, тем не менее, допускались к голосованию…
———————————
По-видимому, имеется в виду способ борьбы с фальсификациями, когда каждого, кто получил бюллетень, маркируют специальными невидимыми чернилами, видимыми при ультрафиолетовом свете. Перед выдачей бюллетеня у избирателя проверяют наличие этой метки (примеч. переводчика).

Международные наблюдатели отметили ряд идентичных подписей в списке избирателей на 100 посещенных избирательных участках, а также вбросы в урны для голосования в 63 случаях, что является значительным количеством. Групповое голосование было отмечено на 7% посещенных избирательных участков, голосование через представителя — на 2% и неоднократное голосование — на 1%. На 25 посещенных избирательных участках избиратели допускались к голосованию, несмотря на то, что они не могли предъявить какого-либо документа, удостоверяющего личность…
В 7% посещенных избирательных участков не все избиратели заполняли свои бюллетени тайно. Международные наблюдатели также отметили 12 случаев, когда одно лицо «помогало» ряду избирателей, потенциально подрывая тайну голосования…
Международные наблюдатели сообщили о 65 случаях напряженности на избирательных участках и вне их, 20 попытках влиять на то, за кого избирателям следует отдавать голоса, и девяти случаях запугивания избирателей. Они также отметили случаи агитации или наличия агитационных материалов поблизости от избирательных участков и на их территории. Неуполномоченные лица были выявлены на 79 избирательных участках и вмешивались в процесс или руководили им в 19 случаях.
Доверенные лица кандидатов, партий и избирательных блоков присутствовали на 91% посещенных избирательных участков, а внутригосударственные беспартийные наблюдатели — на 56%… Международные наблюдатели отметили некоторые случаи, когда наблюдатели и доверенные лица выдворялись с избирательных участков, и получали сообщения о том, что они подвергались давлению, заключению или физическому насилию. К сожалению, международные наблюдатели были ограничены в возможности наблюдения на 114 избирательных участках.

B. Подсчет голосов

В то время как 105 из 152 подсчетов, которые наблюдались, были оценены позитивно, наблюдатели негативно оценили подсчет голосов в 47 случаях (32%), что является весьма большой долей. В 14 случаях количество бюллетеней в мобильной или стационарной урне для голосования превышало количество подписей в списке избирателей или письменных запросов о выездном голосовании, и 31 урна для голосования содержала комки или стопки бюллетеней, что предполагало, что ранее имел место вброс в урну. В небольшом количестве дел УИК осуществляла подсчет голосов в другой комнате. Результаты выборов были искажены на 13 избирательных участках.
О значительных процессуальных ошибках и упущениях сообщалось с более чем четверти наблюдаемых подсчетов голосов. Значительное количество УИК не выполнило основные процедуры сверки, предусмотренные законом, такие как подсчет и внесение в протоколы количества подписей избирателей в списках избирателей (61 случай), собранных открепительных удостоверений (25 случаев) или просьб о выездном голосовании (25 случаев). Двадцать восемь УИК не аннулировали неиспользованные бюллетени после завершения голосования, а 33 не поместили испорченные бюллетени в отдельный конверт. Пятьдесят одна УИК не внесла все цифры, полученные при проведении процедур сверки, в проект протокола до открытия урн для бюллетеней, и 41 не перепроверила их на математическую непротиворечивость. На пяти избирательных участках, на которых наблюдалось голосование, печати на урнах для бюллетеней не были сохранны на момент вскрытия урн, и в 13 случаях их серийные номера не совпадали с внесенными в проект протокола в момент открытия избирательного участка.
Действительность бюллетеней не всегда определялась разумным и последовательным способом (16 и 14 случаев соответственно), и УИК не решали голосованием вопрос о действительности спорных бюллетеней в процессе 42 наблюдавшихся подсчетов голосов. В процессе 31 наблюдавшегося подсчета не каждый присутствующий мог ясно видеть, какая отметка была поставлена на бюллетенях, и в 12 случаях членам УИК или наблюдателям не разрешалось осматривать бюллетени по их требованию. В процессе 48 наблюдавшихся подсчетов установленные данные не оглашались до внесения в проект протокола. На 10 избирательных участках неуполномоченные лица присутствовали во время подсчета, а на шести такие лица вмешивались в процесс или руководили им. Участие в подсчете лиц, отличных от членов УИК, было замечено на 12 избирательных участках…

XVI. Жалобы и обращения после выборов

A. Рассмотрение ЦИК жалоб после выборов

ЦИК рассмотрела до 22 ноября более 120 жалоб, из которых 73 содержали требование о признании недействительными результатов выборов в 50 избирательных округах. Заявители ссылались на грубые нарушения, такие как вброс бюллетеней, многократное голосование и голосование за других, в частности, на избирательных участках в воинских частях, голосование неуполномоченных лиц, вмешательство и давление со стороны представителей исполнительной власти, воспрепятствование наблюдателям, нарушения закона во время подсчета голосов и подведения итогов, а также расхождения между протоколами УИК и ОИК. Они также требовали привлечения к ответственности должностных лиц и граждан, предположительно совершивших правонарушения, связанные с выборами.
Рассмотрение жалоб ЦИК было лишено надлежащей процедуры и прозрачности; изучение жалобы проводилось единолично одним членом экспертной группы, которому передавалось дело и чье мнение представлялось лишь кратко и всегда безусловно одобрялось большинством членов ЦИК. Существо жалоб не обсуждалось во время заседаний ЦИК. Вместо попытки установить суть спора она ссылалась на формальные основания, чтобы отказать в тщательном рассмотрении жалоб. В одном случае ЦИК обсуждала вопрос о том, необходимо ли рассмотрение жалобы по существу, поскольку подпись заявителя в жалобе и подпись в его документе, удостоверяющем личность, отличались, в то время как попыток связаться с заявителем не предпринималось. Некоторые жалобы были отклонены на том основании, что имелись различия в подписях наблюдателей, подписавших несколько заявлений о нарушениях, и поскольку ЦИК полагала, что наблюдатели не могли посетить количество избирательных участков в течение времени, указанного в заявлениях.
Документы, которые были представлены в качестве доказательств, такие как протоколы УИК, не рассматривались и не обсуждались в ходе заседаний под предлогом того, что они не являлись оригиналами. В ответ на жалобы, в которых утверждалось, что группы людей развозились автобусами и голосовали по несколько раз, председатель ЦИК заявил в ходе заседания, что ЦИК рассматривает лишь события на территории избирательных участков и что все прочее ЦИК не касается. Заявители присутствовали на заседаниях, на которых рассматривались их жалобы, лишь в очень немногих случаях, и жаловались на то, что получали уведомление за очень короткий срок до заседания. Они также утверждали, что УИК и ОИК в нескольких случаях отказывались принимать их жалобы. Даже хотя ОИК периодически направляли свои решения почтой с доставкой заявителям в течение нескольких дней, ЦИК отклоняла последующие жалобы на том основании, что они были поданы за пределами установленного законом трехдневного срока…

B. Рассмотрение жалоб судами

Более 60 жалоб на решения ЦИК были поданы в Бакинский апелляционный суд, и все они были отклонены. Суд оставил без изменения все решения ЦИК без тщательного рассмотрения доводов заявителей жалоб. Суд по всем делам за небольшим исключением не вызывал и не исследовал показания свидетелей, предложенных заявителями жалоб. Мотивы, по которым суд не вызывал свидетелей и не заслушивал их показания, не были приведены в решениях, хотя Гражданский процессуальный кодекс прямо предусматривает, что в мотивировочной части судебного решения должны приводиться мотивы отказа в принятии доказательств, на которые ссылаются лица, участвующие в деле.
Требования заявителей жалоб о возвращении им оригиналов документов, которые они ранее подавали в ЦИК, как правило, отклонялись. В одном деле заявитель ходатайствовал перед судом об обязании ЦИК представить запись с видеокамеры, установленной на избирательном участке, в качестве доказательства. Юрист ЦИК заявил, что видеозаписи находились в архиве и не могли быть предоставлены. Суд не рассматривал ходатайство ни в ходе слушания, ни в своем решении. Протоколы о результатах, заверенные УИК, которые отличались от размещенных на веб-сайте ЦИК, были представлены на заседаниях, но не были приняты во внимание судом, который согласился с объяснениями ЦИК, согласно которым после пересчетов не было выявлено расхождений.
Миссии по наблюдению за выборами ОБСЕ/БДИПЧ известно о примерно 30 делах, которые были рассмотрены Верховным судом. Запросы информации относительно дел, связанных с выборами, направленные миссией по наблюдению за выборами ОБСЕ/БДИПЧ в суд, остались без ответа. Суд не рассматривал нарушения и недостатки, имевшие место при рассмотрении жалоб ЦИК и Бакинским апелляционным судом, и отклонил все жалобы. Представители заявителей жалоб утверждали, что получали уведомления о слушании лишь за час или два до его начала. В целом суды не предоставляли эффективного средства правовой защиты и иногда не соблюдали законодательство страны.

C. Составление и утверждение окончательного протокола о результатах

Центральная избирательная комиссия составила и направила в Конституционный суд окончательный протокол о результатах выборов 22 ноября, даже до истечения сроков на обжалование решений ЦИК в судах. Протокол был подписан 17 из 18 членов ЦИК. Конституционный суд утвердил результаты выборов окончательным решением 29 ноября, когда дела все еще находились на рассмотрении Бакинского апелляционного суда, и сроки на обжалование решений апелляционного суда в Верховный суд еще не истекли. Это фактически лишило заинтересованных лиц возможности осуществления их конституционного права на обращение в суд».

C. Пояснительный меморандум содокладчиков Педро Аграмунта
(Pedro Agramunt) и Тадеуша Ивиньского (Tadeusz )
к Резолюции Парламентской ассамблеи Совета Европы
n 2062(2015) «Функционирование демократических институтов
в Азербайджане» («The functioning of democratic
institutions in Azerbaijan»)

54. Далее приведены извлечения из пояснительного меморандума:
«…4. Выборы
…27. Что касается Избирательного кодекса, в марте 2008 года Бюро по демократическим институтам и правам человека Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ/БДИПЧ) и Венецианская комиссия подготовили совместное заключение относительно проекта изменений в кодекс. [Национальная ассамблея] приняла изменения 2 июня 2008 г. Другое совместное заключение Венецианской комиссии и ОБСЕ/БДИПЧ было принято в июне 2008 года относительно принятых изменений в Избирательный кодекс. После этого Избирательный кодекс дополнительно менялся в июне 2010 года, апреле 2012 года и апреле 2013 года, но ключевые вопросы не были проработаны, в частности, реформа состава избирательных органов, которые не были независимыми.
28. В своем предыдущем докладе «Соблюдение обязанностей и обязательств Азербайджаном» («The honouring of obligations and commitments by Azerbaijan») от 20 декабря 2012 г. содокладчики выразили беспокойство по поводу того факта, что предыдущие рекомендации Венецианской комиссии не были приняты во внимание. Наибольшее беспокойство вызывали состав ЦИК и территориальных избирательных комиссий, регистрация кандидатов, наблюдатели, список избирателей и его точность, а также процедура рассмотрения жалоб и обращений. С тех пор Избирательный кодекс не был изменен для улучшения состава избирательных органов, регистрации кандидатов и избирателей, несмотря на рекомендации Венецианской комиссии.
29. Центральная избирательная комиссия назначается парламентом: 1/3 ее членов предлагается большинством, 1/3 — меньшинством, и последняя треть — независимыми членами парламента. Хотя в теории это может казаться приемлемой системой, на практике данная формула обеспечивает проправительственным силам решающее большинство и приводит к отсутствию в комиссии членов, относящихся к оппозиции. [Примечание: «…См. также предыдущие отчеты о выборах и совместные заключения Венецианской комиссии и ОБСЕ/БДИПЧ, выпущенные в 2008, 2005, 2004 и 2003 годах , в которых неоднократно указывалось исходя из опыта предыдущих выборов, что члены комиссии, назначенные теоретически «независимыми» секциями парламента или небольшими партиями, в действительности склонны голосовать в интересах правящей партии, см., в частности, CDL-AD(2003)015, CDL-AD(2004)016rev, CDL-AD(2005)029 и CDL-AD(2008)011″.] По закону председатели всех избирательных комиссий назначаются парламентским большинством. Окружные избирательные комиссии назначаются Центральной избирательной комиссией, а участковые избирательные комиссии назначаются соответствующими окружными избирательными комиссиями. Учитывая изложенное, состав комиссий умаляет независимость избирательных органов и тем самым подрывает доверие к избирательному процессу…
———————————
Такая последовательность в тексте оригинала (примеч. редактора).

32. …Важность независимости в составе избирательных комиссий… неоднократно подчеркивалась Венецианской комиссией, которая рекомендует, чтобы центральные избирательные комиссии включали хотя бы одного члена судейского сообщества. Эти выводы были впоследствии отражены в заключении Венецианской комиссии по проекту изменений в Избирательный кодекс Азербайджана…».

ПРАВО

I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции

55. Со ссылкой на статью 3 Протокола N 1 к Конвенции и статью 13 Конвенции заявители жаловались на то, что в избирательном округе, где они участвовали в парламентских выборах, имели место серьезные нарушения избирательного законодательства, которые делали невозможным определение подлинного волеизъявления избирателей и поэтому затронули их право участия в качестве кандидатов в свободных выборах. Внутригосударственные власти, включая избирательные комиссии и суды, не рассмотрели их жалобы надлежащим образом и не расследовали их утверждения по поводу вышеупомянутых нарушений избирательного законодательства. В частности, рассмотрение их жалобы Верховным судом было лишено эффективности, поскольку результаты выборов были утверждены Конституционным судом. Заявители также указали, что структурный состав избирательных комиссий на всех уровнях с доминированием проправительственных политических сил допускал совершение фальсификации результатов выборов членами комиссий в ущерб оппозиционным кандидатам и являлся одной из причин уклонения от ее эффективного расследования.
56. С учетом особенностей настоящего дела Европейский Суд полагает, что настоящая жалоба должна быть рассмотрена только в соответствии со статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции и что не требуется обособленного рассмотрения в соответствии со статьей 13 Конвенции. Статья 3 Протокола N 1 к Конвенции предусматривает:
«Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются проводить с разумной периодичностью свободные выборы путем тайного голосования в таких условиях, которые обеспечивали бы свободное волеизъявление народа при выборе органов законодательной власти».

A. Приемлемость жалобы

57. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

B. Существо жалобы

1. Доводы сторон

58. Власти Азербайджана утверждали, что внутригосударственное законодательство устанавливает эффективный механизм рассмотрения ОИК, ЦИК, апелляционным судом и Верховным судом жалоб, связанных с выборами.
59. Что касается структурного состава избирательных комиссий, власти Азербайджана отметили, что на всех трех уровнях члены комиссий представляли три категории политических сил в парламенте: партию большинства, независимых и остальных партий (меньшинства). Поскольку каждая из этих сил представлена третью членов комиссий, существующая система обеспечивает, что ни одна политическая сила не находится в доминирующем положении по отношению к двум другим.
60. Власти Азербайджана утверждали, что избирательная жалоба заявителей была полно и тщательно рассмотрена избирательными комиссиями и судами в соответствии с требованиями Избирательного кодекса и другим соответствующим законодательством. Жалоба была вначале рассмотрена членом экспертной группы ЦИК, который представил заключение на заседании ЦИК. Решение ЦИК было мотивированным. Центральная избирательная комиссия получила объяснения «большого числа наблюдателей… представляющих различные политические партии, включая политические партии [самих] заявителей», которые не поддерживали утверждения заявителей. На основе этих объяснений ЦИК решила, что утверждения заявителей были необоснованными.
61. Наконец, власти Азербайджана отметили, что заявители были надлежащим образом информированы о заседании Бакинского апелляционного суда и двое из них присутствовали на нем и давали объяснения суду. Два заявителя также присутствовали на заседании Верховного суда. Что касается эффективности рассмотрения жалобы Верховным судом, власти Азербайджана отметили, что Верховный суд не только «механически сослался» на решение Конституционного суда о результатах выборов, но и полно рассмотрел все относимые правовые аспекты жалобы.
62. Заявители утверждали, что избирательные комиссии не были независимыми, а действовали под влиянием и контролем Правительства Азербайджана с целью создания различных несправедливых привилегий для проправительственных кандидатов. Хотя на первый взгляд могло казаться, что представители правящей партии формально имеют лишь треть мест в каждой избирательной комиссии, в действительности остальные члены комиссии, представляющие независимых и партии парламентского меньшинства, также помогали правящей партии и следовали указаниям властей. Кроме того, по закону председатель каждой избирательной комиссии любого уровня выдвигался партией парламентского большинства. Таким образом, на практике система позволяла проправительственным силам эффективно доминировать в каждой избирательной комиссии.
63. Заявители утверждали, что соответствующая УИК не только не рассмотрела на месте предположительно допущенные нарушения, но и активно поощряла «большинство нарушений закона». Несмотря на это ЦИК сослалась на объяснения председателей и членов соответствующих УИК, отрицавших наличие нарушений, как на основание отклонения жалоб заявителей. Она также ссылалась в основном на объяснения наблюдателей, представлявших проправительственные партии и «правительственные НПО». Центральная избирательная комиссия не объяснила, почему эти объяснения считались более достоверным доказательством, чем объяснения наблюдателей заявителей, фиксировавших предполагаемые нарушения. Она не допросила наблюдателей заявителей.
64. Как утверждали заявители, решение Бакинского апелляционного суда было недостаточно мотивированным, поскольку в нем не исследовались доводы заявителей по поводу предполагаемых нарушений и несправедливости рассмотрения ЦИК этих доводов.
65. Они также утверждали, что Верховный суд рассмотрел жалобу заявителей поверхностно и, кроме того, частично отклонил ее на основании внешней причины, а именно того факта, что Конституционный суд уже утвердил результаты выборов. Кроме того, преждевременное утверждение результатов выборов Конституционным судом, которое имело место до истечения срока подачи жалобы заявителей в Верховный суд, уменьшило общую эффективность обжалования в Верховный суд как средства правовой защиты.

2. Мнение Европейского Суда

(a) Общие принципы
66. Статья 3 Протокола N 1 к Конвенции воплощает принцип, характерный для эффективной политической демократии, и, соответственно, имеет первостепенное значение для конвенционной системы (см. Постановление Европейского Суда по делу «Мэтью-Моэн и Клерфайт против Бельгии» (Mathieu-Mohin and Clerfayt v. Belgium) от 2 марта 1987 г., § 47, Series A, N 113). Эта статья вначале, по-видимому, отличалась от других положений Конвенции и Протоколов к ней, поскольку формулировалась как обязательство Высоких Договаривающихся Сторон проводить выборы при условиях, обеспечивающих свободное волеизъявление народа, а не с точки зрения конкретного права или свободы. Однако Европейский Суд установил, что она гарантирует индивидуальные права, включая право избирать и быть избранным (там же, §§ 46 — 51).
67. Европейский Суд последовательно отмечал значение демократических принципов, лежащих в основе толкования и применения Конвенции, и подчеркивал, что права, гарантированные в соответствии со статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции, являются ключевыми для установления и поддержания основ эффективной и значимой демократии, управляемой верховенством права (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Херст против Соединенного Королевства (N 2)» (Hirst v. United Kingdom) (N 2), жалоба N 74025/01 , § 58, ECHR 2005-IX). Тем не менее эти права не абсолютны. Возможны «косвенные ограничения», и государства-участники имеют пределы усмотрения в этой сфере (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Мэтьюс против Соединенного Королевства» (Matthews v. United Kingdom), жалоба N 24833/94, § 63, ECHR 1999-I, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Лабита против Италии» (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, § 201, ECHR 2000-IV, и Постановление Европейского Суда по делу «Подколзина против Латвии» (Podkolzina v. Latvia), жалоба N 46726/99, § 33, ECHR 2002-II). Однако в последней инстанции Европейский Суд определяет, были ли соблюдены требования статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции. Он должен удостовериться в том, что условия прав избирать и быть избранным не ограничивают эти права до такой степени, чтобы умалять их сущность и лишать их эффективности, что они применяются для законной цели и что использование средства не является непропорциональным (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Мэтью-Моэн и Клерфайт против Бельгии», § 52). В частности, любые установленные условия не должны препятствовать свободному волеизъявлению народа при выборах законодательной власти, другими словами, они должны отражать или не противоречить цели сохранения целостности и эффективности избирательной процедуры, направленной на установление воли народа путем всеобщих выборов (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Херст против Соединенного Королевства», § 62).
———————————
Опубликовано в «Прецедентах Европейского Суда по правам человека». Специальный выпуск. N 10/2015 (примеч. редактора).

68. Кроме того, объект и цель Конвенции, которая является инструментом защиты прав человека, требуют толкования и применения ее положений таким образом, чтобы их условия были не теоретическими или иллюзорными, а практическими и эффективными (см. в числе многих других примеров Постановление Европейского Суда по делу «Объединенная коммунистическая партия Турции и другие против Турции» (United Communist Party of Turkey and Others v. Turkey) от 30 января 1998 г., § 33, Reports of Judgments and Decisions 1998-I, Постановление Большой Палаты по делу «Шассанью и другие против Франции» (Chassagnou and Others v. France), жалобы N 25088/94, 28331/95 и 28443/95, § 100, ECHR 1999-III, и Постановление Европейского Суда по делу «Ликорезос против Греции» (Lykourezos v. Greece), жалоба N 33554/03, § 56, ECHR 2006-VIII). Право участвовать в выборах в качестве кандидата, гарантированное статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции и являющееся неотъемлемой составляющей концепции подлинно демократического устройства, было бы чисто иллюзорным, если бы его можно было произвольно лишить в любой момент. Следовательно, хотя государства действительно имеют широкие пределы усмотрения при установлении абстрактных условий пассивного избирательного права, тот принцип, что права должны быть эффективными, требует, чтобы избирательная процедура содержала достаточные гарантии предотвращения произвольных решений (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Подколзина против Латвии», § 35). Этот принцип, требующий предотвращения произвола, также имеет значение в других ситуациях, когда речь идет об эффективности индивидуальных избирательных прав (см. mutatis mutandis Постановление Европейского Суда по делу «Ковач против Украины» (Kovach v. Ukraine), жалоба N 39424/02, § 55, ECHR 2008).
———————————
Mutatis mutandis (лат.) — с соответствующими изменениями (примеч. переводчика).

69. Европейский Суд установил, что существование внутренней системы эффективного рассмотрения индивидуальных жалоб по вопросам, связанным с избирательными правами, является одной из существенных гарантий свободных и справедливых выборов. Данная система обеспечивает эффективное осуществление индивидуальных прав избирать и быть избранным, поддерживает общее доверие к администрированию государством избирательного процесса и составляет важное имеющееся у государства средство исполнения позитивного обязательства в соответствии со статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции по проведению демократических выборов. Действительно, торжественное обязательство государства в соответствии со статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции и индивидуальные права, гарантированные этим положением, были бы иллюзорными, если бы на всем протяжении избирательного процесса конкретные примеры, указывающие на необеспечение демократических выборов, не подлежали бы обжалованию лицами в компетентном внутригосударственном органе, способном эффективно рассмотреть вопрос (см. Постановление Европейского Суда по делу «Намат Алиев против Азербайджана» (Namat Aliyev v. Azerbaijan) от 8 апреля 2010 г., жалоба N 18705/06, § 81).
70. Европейский Суд также подчеркивал важность того, чтобы органы власти, ответственные за избирательное администрирование, функционировали транспарентно и поддерживали беспристрастность и независимость от политических манипуляций (см. Постановление Европейского Суда по делу «Грузинская партия труда против Грузии» (Georgian Labour Party v. Georgia), жалоба N 9103/04, § 101, ECHR 2008), а их решения были достаточно мотивированными (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Намат Алиев против Азербайджана», §§ 81 — 90).
(b) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле
71. В настоящем деле Европейский Суд учитывает, что заявители обжаловали многочисленные случаи нарушения избирательного законодательства, которые предположительно имели место в день выборов в различных пунктах голосования в их избирательном округе. Они утверждали, что вследствие самих нарушений и уклонения внутригосударственных властей от их адекватного рассмотрения выборы в их округе не были свободными и демократическими и что официальные результаты выборов не отражали реального выбора избирателей.
72. Что касается требований заявителей по поводу конкретных случаев предполагаемых нарушений, Европейский Суд не может принять функцию установления фактов, пытаясь определить, имели ли место все или некоторые из этих предполагаемых нарушений, и если да, составляли ли они нарушения, способные воспрепятствовать свободному волеизъявлению народа. В силу субсидиарного характера своих функций Европейский Суд должен проявлять осторожность при принятии на себя роли суда первой инстанции, устанавливающего факты, когда это не представляется неизбежным с учетом обстоятельств конкретного дела. Задача Европейского Суда в соответствии со статьей 3 Протокола N 1 к Конвенции состоит в том, чтобы проверить с более общей точки зрения, соблюдало ли государство-ответчик свое обязательство проведения выборов в свободных и справедливых условиях и обеспечило ли индивидуальные избирательные права эффективно (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Намат Алиев против Азербайджана», § 77).
73. При этом Европейский Суд полагает, что заявители выдвинули очень серьезную и «доказуемую» жалобу, раскрывающую явное уклонение от проведения свободных и справедливых выборов в их округе. В частности, они жаловались на незаконное вмешательство членов избирательной комиссии, ненадлежащее влияние на выбор избирателя, воспрепятствование деятельности наблюдателей и многочисленные случаи вбрасывания. Европейский Суд полагает, что эти типы нарушений, если они надлежащим образом подтверждены как имевшие место, действительно могли потенциально исключать демократический характер выборов. Европейский Суд также отмечает, что утверждения заявителей были основаны на соответствующих доказательствах, состоящих из письменных и подписанных объяснений наблюдателей, которые дали первичные описания предполагаемых нарушений, свидетелями которых они являлись. Европейский Суд также учитывает доклад ОБСЕ (см. § 53 настоящего Постановления), который косвенно подкрепляет утверждения заявителей. Хотя данный доклад не содержал подробностей, относившихся конкретно к округу заявителей, он давал общее описание наиболее часто встречающихся проблем, выявленных во время избирательного процесса, которые были похожими на те, которые упоминали заявители.
74. Поскольку заявители выдвинули серьезную и доказуемую жалобу, государство-ответчик обязано обеспечить систему эффективного рассмотрения жалоб заявителей. Законодательство Азербайджана действительно предусматривает систему, состоящую из избирательных комиссий различного уровня, решения которых могли быть впоследствии обжалованы в апелляционный и Верховный суды. Заявители надлежащим образом использовали эту систему, и остается установить, было ли рассмотрение жалоб заявителей эффективным на практике и лишенным произвола.
75. Что касается рассмотрения жалобы заявителей ЦИК, Европейский Суд, прежде всего, надлежащим образом учитывает довод заявителей о том, что избирательные комиссии в целом не были беспристрастными в силу их структурного состава. В частности, 1/3 членов каждой комиссии любого уровня, включая ЦИК, назначалась партией парламентского большинства. Кроме того, другой член, номинально представлявший независимых депутатов парламента, формально не связанных с какой-либо политической партией, назначался «по согласованию» с партией большинства. Таким образом, семеро из 18 членов ЦИК, четверо из девяти членов каждой ОИК и трое из шести членов каждой УИК были прямо или косвенно назначены правящей партией. Вместе с тем председатели всех комиссий любого уровня назначались из числа членов, выдвинутых правящей партией. Таким образом, силы правящей партии имели относительное большинство по отношению к представителям любой другой политической силы в избирательных комиссиях любого уровня, включая ЦИК, которая рассматривала жалобу заявителей в настоящем деле. В то время как, по крайней мере, на уровне ЦИК, это большинство не было достаточным для автоматического обеспечения квалифицированного большинства не менее чем 2/3 голосов присутствующих членов, требуемых для принятия решения (см. § 35 настоящего Постановления), Европейский Суд учитывает сообщения о том, что члены комиссий, назначенные теоретически «независимыми» частями парламента, или некоторые мелкие партии фактически тяготели к голосованию совместно с правящей партией (см. § 54 настоящего Постановления).

1   2   3   4   5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code