ВЛИЯНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРИНЦИПА НАРОДОВЛАСТИЯ НА ГРАЖДАНСКОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО

Н.С.Бандорина

В статье рассматриваются вопросы влияния конституционного принципа народовластия на гражданское судопроизводство в России. Дается характеристика участию заседателей в судопроизводстве. Особое внимание уделяется статусу органов исполнительной власти и местного самоуправления.

Ключевые слова: народовластие, государство, гражданское судопроизводство, органы исполнительной власти, органы местного самоуправления .
Согласно ч. 2 ст. 3 Конституции РФ российский народ, помимо непосредственной формы власти, осуществляет свою власть в форме представительной демократии через органы государственной власти и органы местного самоуправления. Применительно к гражданскому судопроизводству это предполагает, что российские органы исполнительной власти и органы местного самоуправления могут влиять на рассмотрение судами гражданских дел, занимая различное процессуальное положение.

Между тем в литературе при рассмотрении вопроса, например о сторонах или третьих лиц, про участие в таковом качестве органов исполнительной власти и органов местного самоуправления, как правило, не упоминается. Возможно, это связано с отсутствием в теории права общего понимания самого принципа народовластия, при всей значимости которого специалисты в области конституционного права констатируют отсутствие легальной дефиниции права граждан на участие в управлении делами государства, также нет и единства среди ученых по природе этого права, его компонентного состава1. А ведь именно этот принцип и это право являются первоосновой правового положения органов исполнительной власти в гражданском процессе вообще и в исковом производстве как основном виде гражданского судопроизводства в частности.

В учебной литературе под народовластием предлагают понимать принадлежность всей власти народу, осуществление им принадлежащей ему власти свободно и в соответствии с собственной суверенной волей и интересами2. Как справедливо отмечает М.А. Липчанская, участие в управлении делами государства по международным стандартам включает в себя, как правило, следующие обязательные правомочия: право избирать, быть избранным и право на равный доступ к государственной службе, а Конституция РФ расширяет содержание такого участия за счет права граждан участвовать в отправлении правосудия3. Однако прошедшее полтора десятка лет назад реформирование судебной власти значительно сузило действие принципа народовластия в данной сфере.

Федеральным законом от 14 ноября 2002 г. № 137-ФЗ Федеральный закон от 2 января 2000 г. № 37-ФЗ «О народных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» признан утратившим силу с 1 февраля 2003 г. в части, касающейся гражданского судопроизводства, а Федеральным законом от 18 декабря 2001 г. № 177-ФЗ (в ред. от 29 мая 2002 г. № 59-ФЗ) — с 1 января 2004 г. в части, касающейся уголовного судопроизводства. Соответственно, в современном правосудии в Российской Федерации не существует такой формы проявления народовластия, как участие в качестве народных заседателей в отправлении правосудия. И если в уголовном судопроизводстве произошла замена одной формы участия граждан в правосудии на другую форму участия (в качестве присяжных заседателей), то гражданский процесс остался без обозначенной важной составляющей участия граждан в отправлении правосудия вообще и в управлении государством в частности. Некое подобие «народных» заседателей существует в арбитражном процессе, но их суть совершенно иная — речь в ст. 17 АПК РФ идет не о классическом «народном представительстве», а о вовлечении профессиональных экономистов в процесс исследования доказательств для помощи арбитражному судье в осуществлении правосудия. Смысл привлечения арбитражных заседателей к рассмотрению экономических споров — привлечь опыт и знания, которые могли бы помочь председательствующему правильно и в оптимальные сроки рассмотреть дело с вынесением решения4.

Почти сразу после указанной реформы появилось мнение, что «законодатель поторопился упразднить данную форму участия народа в отправлении правосудия суд с народными заседателями представляет собой вариант шеффенского суда, являющегося характерным атрибутом стран континентальной правовой семьи, куда относится и Россия»5. Между тем при обсуждении одобренной решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Федерального собрания РФ от 8 декабря 2014 г. Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ, планирующей соединить в себе как гражданский, так и арбитражный процесс6, была высказана отрицательная позиция относительно сохранения даже весьма условной формы народного представительства в едином гражданском процессе — арбитражных заседателей. 120 Называют два аргумента данной позиции: то, что «народный» элемент судопроизводства, как и принцип участия общественности в судебном заседании, давно стал историей, и то, что профессионализм судьи с юридическим образованием и определенными гарантиями статуса выступает важной составляющей частью современного правосудия7.

Позволим себе не согласиться с указанными аргументами, т.к. хронодискрет- ность правовых институтов в России является современной данностью и отказ законодателя от существующих ранее правил сам по себе уже не может считаться значимым аргументом для недопустимости возвращения в законодательное поле ранее уже имевшего место правового института. Что же касается профессионализма юридически образованного судьи, то вместе с положительными моментами она подразумевает и т.н. «профессиональную деформацию», избежать влияния которой как раз и помогают различные формы участия граждан в правосудии.

Рассматривая вопрос о влиянии принципа народовластия на гражданское судопроизводство, нельзя обойти процессуальный статус органов исполнительной власти и органов местного самоуправления, когда они при рассмотрении судами конкретных гражданских дел выступают в качестве лиц, участвующих в деле. Заметим, что ст. 38 ГПК РФ не конкретизирует, кто может выступать стороной в гражданском процессе, а ст. 44 АПК РФ прямо исключает возможность органа исполнительной власти занимать процессуальное положение истца или ответчика, указывая на то, что таковыми могут быть только организации и граждане. Это противоречит принципу народовластия, не соответствует действительному положению дел и учению о сторонах науки гражданского процессуального права.

Общеизвестно, что основным признаком стороны в гражданском судопроизводстве выступает предполагаемая на время обращения за судебной защитой ее связь лица со спорным материальным правоотношением, следовательно, вопрос и об определении статуса органа исполнительной власти как стороны судопроизводства должен решаться исходя из специфики правового положения такого органа о как участника гражданско-правовых (материальных) отношений. Этот подход к вполне соответствует господствующей в теории права точкой зрения, что нормы, устанавливающие статус стороны, могут находиться в различных нормативных актах и составлять институт как материального, так и процессуального права.

Гражданское право предполагает множественность субъектов, имеющих о статус государственных. К ним отнесены Российская Федерация, субъекты РФ, входящие вместе с муниципальными образованиями в категорию «публично-правовые образования» (п. 1 ст. 124 ГК РФ). Каждый из названных субъектов выступает согласно п. 2 ст. 212, ст. 214 и 215 ГК РФ самостоятельным собственником своего имущества, исходя из чего, в частности, исключается его имущественная ответственность по обязательствам других публично-правовых образований (пп. 4 и 5 ст. 126 ГК РФ). Указанное предполагает как участие публично-правовых образований в гражданских правоотношениях, так и выступление в таких правоотношениях на равных началах с частными собственниками (гражданами и ) юридическими лицами), если иное не вытекает из закона или особенностей субъектов, имеющих своей основой правосубъектность государства, соединяющую в себе как политическую организацию, облеченную властными правомочиями, так и хозяйствующего субъекта.

Из правил ст. 124-126 ГК РФ следует, что во внутреннем гражданском обороте государство участвует в гражданских правоотношениях на равных началах с другими субъектами гражданского права. Как справедливо отмечается в литературе, любая попытка установления абсолютного иммунитета государства в гражданском праве ведет к неравенству в гражданских правоотношениях его с частными субъектами (гражданами, предприятиями, организациями), когда такой субъект не всегда сможет получить защиту посредством предъявления искового требования к государству, тогда как государство всегда может стать истцом по отношению к частному лицу, если только это лицо не подпадает под консульский или дипломатический иммунитет8. Вместе с тем следует учесть, что в силу своей властной природы государство выступает особым ответчиком, т.к. органом принудительного исполнения судебных приказов, других исполнительных документов, выданных на основании судебных решений, является Федеральная служба судебных приставов, которая создана именно государством и, следовательно, зависима от него.

Возможности государства как субъекта публичного права, по мнению ученых отличаются от возможностей других участников гражданских правоотношений следующими чертами: а) субъектам публичного права позволительно делать только то, что предписано законом, в то время как субъектам гражданского права разрешено делать то, что законом не запрещено; б) реализация властных полномочий субъектом публичного права является его обязанностью, приостановление деятельности им самим может быть квалифицировано как должностное преступление, тогда как для субъекта гражданского права добровольное прекращение деятельности возможно, если это не нарушает ранее взятых обязательств9.

Таким образом, суд при рассмотрении гражданских дел должен учитывать специфику статуса органа исполнительной власти. Эта специфика проявляется, например, в отказе судов в утверждении мировых соглашений, одним из участников которых выступает орган публичной власти, из-за того, что мировое соглашение по своей сути является гражданско-правовым институтом, который при оформлении публичных по своей природе правоотношений применяться не может. Не менее важной проблемой, обусловленной своеобразием статуса органа исполнительной власти и связанной с влиянием принципа народовластия на гражданское судопроизводство, является реализация прокурором предусмотренного ч. 1 ст. 45 ГПК РФ права на обращение в суд с заявлением в интересах Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований. При предъявлении прокурором подобных требований орган исполнительной власти будет занимать в гражданском судопроизводстве процессуальное положение истца. Однако суды отказывают в принятии указанных исковых заявлений со ссылкой, что такие иски подаются в интересах органов исполнительной власти, обладающих правом на самостоятельное обращение в суд. Данная ситуация вызывает вполне заслуженную критику10. По нашему мнению, любое ограничение влияния конституционного принципа народовластия на гражданское судопроизводство может быть обоснованным только с позиции необходимости соблюдения принципа разделение властей либо принципа верховенства права и с этих позиций оцениваться как нужное или ненужное явление для российского правосудия.

1 См.: Зайцев М.С. Конституционное право граждан Российской Федерации на участие в управлении делами государства: автореф. дис. … юрид. наук. Саратов, 2015. С. 4–5.
2 См.: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России: учебник. 5-е изд., перераб. и доп. М., 2014. С. 103.
3 См.: Липчанская М.А. Международные стандарты участия граждан в управлении делами государства // Известия Саратовского университета. 2011. Т. 2. Сер. Социология, Политология. Вып. 2. С. 96.

4 См.: Боннер А.Т., Блажеев В.В. и др. Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / отв. ред. М.С. Шакарян. / М., 2003. С. 44 (автор цитируемого комментария — А.Т. Боннер).
5 См.: Демичев А.А., Исаенкова О.В. Суды с народным представительством в уголовном, гражданском и арбитражном судопроизводстве России // Актуальные проблемы гражданского права и процесса: сборник материалов Международной научно-практической конференции. Вып. 1 / отв. ред. Д.Х. Валеев, М.Ю. Челышев. М., 2006. С. 381-382.
6 URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_172071/ (дата обращения: 14.01.2015).
7 См.: Исаенкова О.В. Концепция Единого ГПК — от обсуждения к реализации // Вестник гражданского процесса. 2015. № 4. С. 54.
8 См.: Исаенков А.А. Иммунитеты в гражданском процессуальном праве // Вестник гражданского процесса. 2014. № 2. С. 278-279.
9 См.: Бердашкевич А. Органы государственной власти как юридические лица // Законность. 2000. № 11. С. 32.
10 См.: Семенов А.А. Участие прокурора в разбирательстве гражданских дел по искам о признании недействительными приватизации и иных сделок по отчуждению жилых помещений // Арбитражный и гражданский процесс. 2008. № 4. С. 18.

Вестник Саратовской государственной юридической академии № 1(108), 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code