ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ФОРМА ПРОИЗВОДСТВА ПО РЕШЕНИЮ ВОПРОСА О МЕРЕ ПРЕСЕЧЕНИЯ В ВИДЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПОД СТРАЖУ

Е.В.Миронова

Обосновывается самостоятельный характер производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу и необходимость существования его особой уголовно-процессуальной формы, раскрываются с учётом практики Европейского Суда по правам человека характерные особенности данной процессуальной формы и основные требования к ней, необходимые направления её развития и совершенствования.

Ключевые слова: процессуальная форма, уголовно-процессуальное производство, мера пресечения, заключение под стражу, Европейский Суд по правам человека.

 

Характер материально-правовых отношений, возникающих в связи с применением положений о заключении под стражу и не связанных с реализацией уголовно-правового отношения, обусловлен особой важностью права на свободу и личную неприкосновенность и необходимостью ограничения власти государства по его произвольному лишению.

В рамках деятельности по решению вопроса о заключении под стражу происходит применение материальных норм конституционного права, связанных с возможностью ограничения основных конституционных прав и свобод лица, не признанного виновным вступившим в законную силу приговором суда, норм уголовно-процессуального права, а также норм уголовного права, связанных с квалификацией инкриминируемого деяния.

При этом применение норм уголовного права не направлено на реализацию наказания, а призвано служить дополнительной гарантией защиты от произвольного ограничения конституционных прав и свобод.

Деятельность по решению вопроса о заключении под стражу имеет свой самостоятельный предмет — наличие или отсутствие основания и условий для ограничения права на свободу и личную неприкосновенность. Задача деятельности по решению вопроса о заключении под стражу заключается в установлении наличия или отсутствия основания и условий для ограничения права на свободу и личную неприкосновенность с тем, чтобы ни одно лицо не было подвергнуто заключению под стражу незаконно и необоснованно, а в каждом случае наличия основания и условий для заключения под стражу данная мера пресечения была избрана правильно.

Существование специфической, самостоятельной материально-правовой базы, лежащей в основе деятельности по решению вопроса о заключении под стражу, своего предмета и самостоятельной задачи этой деятельности объективно требует существования особой уголовно-процессуальной формы1 осуществления этой деятельности и позволяет сделать вывод о наличии в уголовном процессе самостоятельного уголовно-процессуального производства2 по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу.

При этом признание деятельности по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу самостоятельным уголовно-процессуальным производством позволяет делать выводы о дальнейших направлениях развития соответствующей процессуальной формы и проводить соотношение между производством по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу и иными самостоятельными уголовно-процессуальными производствами3, а прежде всего — с основным производством по уголовному делу, направленным на решение вопроса о виновности.

Характерной чертой процессуальной формы производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу является наличие особенностей по сравнению с основным производством по уголовному делу, заключающихся:

1) в особенностях предмета доказывания и обстоятельств, подлежащих установлению в рамках производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу;

2) особенностях средств правовой защиты лица, в отношении которого уже применена мера пресечения в виде заключения под стражу: сочетание возможности обжалования процессуального решения с возможностью подачи ходатайства об отмене, изменении заключения под стражу;

3) круге и направленности активности субъектов уголовно- процессуальной деятельности;

4) особенностях обжалования итогового решения отсутствии зависимости возможности обжалования решения о заключении под стражу от стадии производства по уголовному делу и вынесения итогового решения по уголовному делу;

6) особенностях содержания этапов производства по решению вопроса о заключении под стражу;

7) отличиях в процедуре рассмотрения и разрешения вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу; 8) специфике и характере процессуальных решений, принимаемых в ходе и по результатам рассмотрения вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу.

Другая характерная черта процессуальной формы производства по решению вопроса о заключении под стражу проявляется в необходимости соблюдения процедур, свойственных производству по уголовному делу и своего рода сближении уголовно-процессуальной формы производства по решению вопроса о виновности лица в совершении преступления и производства по решению вопроса о заключении под стражу, что обусловлено, прежде всего, характером ограничения заключением под стражу свободы и неприкосновенности личности и тяжестью возможных последствий, если решение не будет законным и обоснованным.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека «мера, лишающая человека свободы, не предоставляет фундаментальных гарантий против произвола, если предпринимается в результате процедуры, в которой ни заинтересованное лицо, ни его представитель не принимают участие» [3, с. 158]. При этом процедура по рассмотрению вопроса о законности ареста и задержания, по мнению Европейского Суда по правам человека, «не всегда должна сопровождаться такими же гарантиями, какие обязательны для разбирательства гражданских и уголовных дел», однако «должна иметь судебный характер и обеспечивать гарантии, соответствующие рассматриваемому виду лишения свободы» [3, с. 158] и должна отвечать — насколько это возможно в обстоятельствах проводимого расследования — основным требованиям справедливого судебного разбирательства [6] (при этом под требованиями справедливого судебного разбирательства Европейский Суд по правам человека подразумевает, прежде всего, требования, предъявляемые к основному производству по уголовному делу в контексте ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод [5]).

Сближение процессуальной формы производства по решению вопроса о заключении под стражу и формы производства по уголовному делу заключается в том, что, во-первых, правовое положение участников производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу не должно быть ограничено по сравнению с правовым положением в производстве по уголовному делу, а совокупность прав — меньше той, которая определена общим процессуальным статусом лица. Во-вторых, судебное разбирательство по решению вопроса о заключении под стражу должно обеспечивать гарантии судебной процедуры, свойственные производству по уголовному делу. В случае, если процессуальная форма не обеспечивает обозначенные требования, необходимо её изменение и внесение в уголовно-процессуальное законодательство соответствующих изменений. Как справедливо отмечает Т.В. Трубникова: «Поскольку весь уголовный процесс есть по существу способ обеспечения реализации прав субъектов на судебную защиту, то особенности той или иной стадии или того или иного производства, препятствующие реализации права одного из участников на судебную защиту, должны быть восприняты как основание для того, чтобы подвергнуть «наполнение» соответствующей стадии или построение соответствующего производства критическому разбору, пересмотру, поскольку становится очевидным, что в данном виде они не способствуют достижению целей уголовного процесса» [8, с. 20].

С этой точки зрения существенное значение имеет то, что форма процессуальной деятельности по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу должна быть единой и не должна иметь существенных различий в зависимости от стадии уголовного процесса, в которой решается вопрос о заключении под стражу, и направленности производства (производство по избранию меры пресечения в виде заключения под стражу, продлении срока содержания под стражей или производство, направленное на отмену данной меры пресечения, изменение её на менее строгую). Так, по мнению Европейского Суда по правам человека, неважно, рассматривает ли суд ходатайство об освобождении из-под стражи, поданное стороной защиты, или ходатайство о содержании лица под стражей, поданное стороной обвинения. Более того, Европейский Суд по правам человека не усматривает никаких оснований проводить различий между решениями о помещении лица под стражу, о продлении срока содержания лица под стражей или о проверке законности содержания под стражей. Все указанные процедуры должны предоставлять определённый минимум процессуальных гарантий [6]. Европейский Суд по правам человека указывает и на необходимость установления и соблюдения единого порядка производства по решению вопроса о заключении под стражу «во время следствия и судебного разбирательства» [6].

Таким образом, в какой бы стадии уголовного процесса не решался вопрос о заключении под стражу, на вынесение какого именно решения о заключении под стражу не была бы направлена активность участников, производство по решению вопроса о заключении под стражу во всех случаях имеет единую материально-правовую базу, единый предмет и единую задачу, а потому должно быть организовано по единым правилам. Представляется, что единственное различие, которое может быть в производстве по решению вопроса о заключении под стражу в зависимости от стадии уголовного процесса, заключается в различном круге участников производства, а также в их правовом положении, определяемом общим процессуальным статусом.

Помимо прочего, процессуальная форма деятельности по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу должна быть в достаточной степени регламентирована на законодательном уровне, обеспечивая законность ограничения свободы и правовую определённость положений закона, ограничивающих права и свободы личности. Так, «практика Европейского Суда свидетельствует о том, что сам порядок лишения свободы, установленный законом, должен оцениваться с точки зрения того, насколько он полон и совершенен. Нельзя говорить о законном порядке лишения (ограничения) свободы, если сам закон исчерпывающим образом не регламентирует эту процедуру» [4, с. 68-69]. С точки зрения Европейского Суда по правам человека для того, чтобы содержание под стражей отвечало стандарту «законности», оно должно быть основано на национальном законодательстве [2].

Следует сказать, что допустимость существования в рамках уголовного процесса производств, не связанных с решением основного вопроса по делу — вопроса о виновности — в литературе не столь однозначна. Так, М.К. Свиридовым последовательно проводится мысль о необходимости исключения из уголовного процесса, в частности, судебного контроля за законностью деятельности следователя в сфере конституционных прав и свобод граждан [7]. По мнению автора, «несоответствие вида процесса характеру
материального права ведёт к нарушению стержня системы процесса. Проявляется это в создании в процессе особых производств. <.. .> Неблагоприятные последствия нарушения стержня системы процесса могут проявиться в следующем: создаются условия для размывания единого предмета данного вида процесса, … становятся разнохарактерными деятельность участников процесса, их процессуальный статус»4 [7, с. 121]. Оставляя за рамками настоящей статьи дискуссию относительно допустимости и целесообразности существования иных производств в рамках уголовного процесса, не имеющих направленности на установление уголовно-правового отношения, в том числе в досудебных стадиях судопроизводства, именно уголовно-процессуальная форма деятельности по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу представляется наиболее оптимальной и целесообразной. Именно в рамках уголовного процесса возможна реализация совокупности материально-правовых норм, лежащих в основе деятельности по решению вопроса о заключении под стражу. Серьёзность последствий применения меры пресечения в виде заключения под стражу, опасность необоснованного ограничения важнейших конституционных прав и законных интересов лица, вовлечённого в уголовное судопроизводство, требует существования гарантий, реализация которых в настоящее время возможна только в рамках уголовного процесса и действующих уголовно-процессуальных принципов.

Кроме того, применение меры пресечения в виде заключения под стражу служит обеспечению решения задач уголовного процесса, связанных с реализацией норм уголовного права, установлением лица, виновного в совершении преступления, и назначением наказания, а потому именно в рамках уголовного процесса возможно своевременное и оперативное разрешение сопутствующих производству по уголовному делу вопросов.

Немаловажно и то, что длительность содержания лица под стражей находится в прямой зависимости от длительности разбирательства по уголовному делу. При продлении срока содержания под стражей должны учитываться обстоятельства производства по уголовному делу, с другой стороны, судебное разбирательство по уголовному делу лица, в отношении которого избрано заключение под стражу, должно происходить без неоправданных задержек и осуществляться настолько быстро, насколько это возможно. И только уголовно-процессуальная форма в наибольшей степени способна обеспечить учёт всех значимых обстоятельств для правильного решения вопроса о заключении под стражу.

Таким образом, материально-правовая база и тип материально-правовых отношений, самостоятельный предмет и задачи деятельности по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу позволяют судить о наличии в уголовном процессе самостоятельного уголовно-процессуального производства и предопределяют необходимость существования и детального закрепления в законе особой уголовно-процессуальной формы данного производства, определяя как требования к процессуальной форме, так и основные, приоритетные направления её развития:

1) уголовно-процессуальная форма должна соответствовать характеру ограничения свободы и предусматривать гарантии соблюдения прав и свобод личности, вовлечённой в уголовное судопроизводство, и механизмы реализации предоставленных ей прав;

2) уголовно-процессуальная форма производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу должна быть единой и не иметь существенных различий в зависимости от стадии уголовного процесса, в которой решается вопрос о заключении под стражу, и направленности производства (производство по избранию меры пресечения в виде заключения под стражу, продлению срока содержания под стражей или производство, направленное на отмену данной меры пресечения, изменение её на менее строгую).

Именно такую процессуальную форму, в конечном итоге, можно считать как наиболее оптимальной и целесообразной, так и единственно допустимой для производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу.

Список литературы

1. Азаров В.А., Таричко И.Ю. Функция судебного контроля в истории, теории и практике уголовного процесса России: монография. Омск: Омск. гос. ун-т, 2004. 379 с.
2. Белевицкий (Belevitskiy) против Российской Федерации [Электронный ресурс]: постановление Европ. Суда по правам человека от 1 марта 2007 г. // КонсультантПлюс: справ. правовая система. Международные правовые акты. Электрон. данные.
3. Бущенко А.П. Конвенции о защите прав человека и основных свобод // Практика Европейского Суда по правам человека. М.: Спарк, 2001. Вып. 1.
4. Комментарий к Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практике её применения / под общ. ред. В.А. Туманова, Л.М. Энтина. М.: Норма, 2002. 336 с.
5. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 2. Ст. 163.
6. Лебедев (Lebedev) против Российской Федерации: постановление Европ. суда по правам человека от 25 окт. 2007 г. // Российская хроника Европейского Суда. 2008. № 2. С. 99-122.
7. Свиридов М.К. Природа судебного контроля за предварительным расследованием // Вестник Томского государственного университета. 2008. № 311. С.119-122.
8. Трубникова Т.В. Место права на судебную защиту в уголовном процессе РФ // Право на судебную защиту в уголовном процессе: европейские стандарты и российская практика: сб. ст. по материалам междунар. науч.-практ. конф. (г. Томск, 20-22 сент. 2007 г.). Томск, 2007. С. 13-21.
9. Якимович Ю.К. Дополнительные и особые производства в уголовном процессе России. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1994. 104 с.
10. Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: система стадий и система производств. Основные и дополнительные производства в уголовном процессе России. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1991. 138 с.

Примечания.

1 Под процессуальной формой подразумеваются условия осуществления уголовно- процессуальной деятельности и тот порядок (процедура), в котором такая деятельность реализуется.
2 Под уголовно-процессуальным производством автор понимает уголовно-процессуальную деятельность, направленную на окончательное решение судом того или иного вопроса, осуществляемую в особом процессуальном порядке. Следует отметить, что в литературе существует значительное число позиций об определении уголовно- процессуальных производств и выделении критериев их разграничения, равно как и об определении уголовно-процессуальной формы.
3 Автор статьи придерживается предложенной Ю.К. Якимовичем классификации уголовно-процессуальных производств и в зависимости от направленности производства по решению вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу относит последнее кчислу особых производств [9, с. 8; 10, с. 9-10].
4 За ограничение контрольных производств в досудебном производстве высказываются и другие авторы [1, с. 330].

Социогуманитарный вестник Кемеровского института (филиала) РГТЭУ № 1(10). 2013

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code