Часть 5. Расследование хищений и незаконного оборота драгоценных металлов. Учебно-методическое пособие

5. Тактические и методические особенности проведения следственных действий в ходе расследования хищений и незаконного оборота драгоценных металлов.

5.1. Понятие и виды следственных действий. Общие условия производства следственных действий

Действующий уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не дает определения понятию «следственные действия», хотя этот термин законодателем употребляется неоднократно (пункты 17, 19, 39 ст. 5, статьи 35, 37-40, 42, 44, 74, 83, 146, 157, 164 и др.).

Вместе с тем анализ закона позволяет определить следственные действия как процессуальные действия, имеющие познавательный характер и направленные на обнаружение, фиксацию и исследование доказательств по уголовному делу, производимые в установленном законом порядке уполномоченными на то должностными лицами и органами.

Таким образом, основным признаком следственных действий является их познавательный характер, благодаря которому они отличаются от иных процессуальных действий.

Всем следственным действиям присущи общие условия, или правила их проведения. К таковым относятся:

  1. Наличие возбужденного уголовного дела[1].
  2. Проводятся только специально уполномоченным лицом или органом: следователем, дознавателем, в производстве которых находится уголовное дело, прокурором, членом следственной группы, иным должностным лицом по поручению следователя, органом дознания в процессе выполнения неотложных следственных действий.
  3. Сопровождаются протоколированием, после чего приобретают свойства доказательств.
  4. Недопустимость производства в ночное время (с  22 до 6 часов по местному времени), кроме случаев, не терпящих отлагательства.
  5. Недопустимость применение насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни и здоровья участвующих в следственных действиях лиц.
  6. Обязательность в удостоверении личности участников следственного действия, разъяснения им прав и обязанностей, предупреждение о возможной ответственности.
  7. Возможность применения технических средств и способов обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств в соответствии правилами, установленными законом, и обязательной фиксации данного обстоятельства в протоколе.
  8. Наличие специального и процессуально оснований. Под специальным понимаются фактические данные, дающие следователю, который самостоятельно определяет направление расследования и его тактику, основания для принятия  решений о проведении тех или иных следственных действий. Поскольку ряд следственных действий затрагивает конституционные права граждан и интересы третьих лиц, процессуальные основания для проведения следственных действий могут требовать специальной процессуальной формы. В зависимости от формы принятия такого решения следственные действия можно разделить на четыре группы:

а) не требующие процессуальных решений – осмотр (за исключением жилища без согласия проживающих в нем лиц), допрос, очная ставка, предъявление для опознания, следственный эксперимент, проверка показаний на месте;

б) требующие специального решения следователя в форме постановления  – освидетельствование, эксгумация, обыск (за исключением обыска в жилище и кредитной организации), выемка (за исключением предметов и документов, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну), проведение судебной экспертизы, в том числе получение образцов для сравнительного исследования;

в) требующие постановления следователя, санкционированного прокурором, – выемка предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую законом тайну (конфиденциальная информация);

г) требующие судебного решения в порядке ст. 165 УПК РФ – обыск и осмотр в жилище без согласия проживающих в нем лиц, личный обыск (если производится не в процессе задержания), выемка документов о счетах и вкладах граждан в кредитной организации, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, ее выемка и осмотр, контроль и запись переговоров, проведение судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы с помещением подозреваемого или обвиняемого в стационар.

Нарушение вышеперечисленных правил может повлечь признание полученных доказательства недопустимыми, и подобные  пробелы следствия не всегда могут быть восполнены.

Сказанное в полной мере относится и к проведению следственных действий по уголовным делам о хищениях драгоценных металлов или материалов, их содержащих, а также незаконному их обороту. Хотя очевидно, что по данной категории уголовных дел они имеют свою специфику.

Перечень следственных действий, проводимых на досудебных стадиях судопроизводства, сосредоточен в основном в четырех главах УПК — 24 (осмотр, освидетельствование, следственный эксперимент), 25 (обыск, выемка, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, контроль и запись переговоров), 26 (допрос, очная ставка, опознание, проверка показаний) и 27 (производство судебной экспертизы), относящихся к досудебному производству. А такое важнейшее следственное действие как допрос подозреваемого и обвиняемого – также в главах 12 и 23.

5.2.  Привлечение в качестве обвиняемого. Предъявление обвинения.

Привлечение в качестве обвиняемого является процессуальным действием, заключающимся в вынесении следователем или дознавателем (в случаях невозможности составления обвинительного акта в 10-дневный срок в отношении лица, содержащегося под стражей) соответствующего постановления и предъявления его лицу, совершившему преступление.

Вынести такое постановление либо изменить его вправе ограниченный круг лиц – следователь (дознаватель), в производстве которого находится уголовное дело и руководитель следственной группы. Прокурор выносит данное постановление в случае, если он принял дело к своему производству, а также в порядке п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ – при необходимости выполнения отдельных следственных или процессуальных действий.

Представляется, что в порядке производства неотложных следственных действий (ст. 157 УПК РФ) вынести постановление о привлечении в качестве обвиняемого и предъявить его вправе орган дознания. В отличие от действующего УПК РФ, УПК РСФСР (ст. 119) давал исчерпывающий перечень таких действий по установлению и закреплению следов преступления: осмотр, обыск, выемка, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей. Отсутствие такого перечня в УПК РФ дает органу дознания основания не только возбудить уголовное дело, но и в случаях, не терпящих отлагательства, избрать в отношении подозреваемого меру пресечения. Если дело подследственно другому органу как по признаку территориальной, так предметной и субъектной подследственности, передача его следователю через прокурора может потребовать более 10 суток. По нашему мнению, такие обстоятельства могут быть признаны неотложными, и предъявление обвинения в данном случае как исключение из правила будет обоснованным. Хотя очевидно, что в дальнейшем следователь будет вынужден предъявить новое обвинение.

Предъявить обвинение, т.е. представить его лицу, совершившему преступление, может как лицо, вынесшее такое постановление, так и иное должностное лицо (другой следователь, сотрудник органа дознания) по поручению следователя. В следственных группах, расследующих уголовные дела с большим числом обвиняемых, практика предъявления членом группы обвинения, сформулированного ее руководителем, является обычной.

В соответствии со ст. 172 УПК РФ обвинение должно быть предъявлено в течение 3 суток со дня его вынесения. Присутствие защитника при этом, если он участвует в деле, обязательно.

Неявка обвиняемого и защитника либо отсутствие сведений о местонахождении обвиняемого продлевают этот срок, однако в деле должны содержаться сведения о том, что обвиняемый и защитник своевременно уведомлены о месте и времени предъявления обвинения, равно как и факт неустановления местонахождения обвиняемого. Это могут быть корешки повесток, копии уведомлений с отметками о вручении, рапорта оперативных сотрудников, разного рода официальные справки, поручения органам дознания, постановление об объявлении в розыск и т.п.

Несоблюдение указанного срока без уважительных причин, выявленное в суде, лишает возможности устранить данный пробел следствия, который повлечет за собой безусловное постановление оправдательного приговора, поскольку в этом случае лицо предано суду по недействительному обвинению.

Постановление о привлечении в качестве обвиняемого является важнейшим документом предварительного расследования. В зависимости от следственной ситуации (например, виновное лицо задержано с поличным при сбыте драгоценных металлов; виновное лицо не установлено, и дело возбуждено по факту обнаружения приготовленной к хищению «закладки», содержащей драгметаллы; дальнейшее расследование дела позволило сделать вывод не только о причастности обвиняемого к незаконному сбыту драгоценных металлов, но также к их хищению и контрабанде) объем обвинения может неоднократно изменяться на протяжении всего расследования. Понятно, что наиболее выверенным и качественным является окончательное обвинение.

Постановление о привлечении в качестве обвиняемого

Оформляется обвинение в форме постановления, состоящего согласно ст. 171 УПК РФ из трех частей: вводной описательной и резолютивной.

Во вводной части указываются дата вынесения, орган и должностное лицо, вынесшее постановление, установочные данные лица, привлекаемого в качестве обвиняемого. Окончательное постановление должно быть вынесено лишь надлежащим органом в соответствии с правилами подследственности.

Наиболее сложной представляется описательная часть, содержащая описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию  –  признаков преступления, содержащихся в конкретной статье (статьях) Уголовного кодекса.

В зависимости от объема обвинения (количества эпизодов, соучастников) описательная часть может быть простой или сложной. Если речь идет об одно-  двуэпизодном преступлении, описание преступной деятельности особой сложности не представляет и должно включать в себя все необходимые признаки инкриминируемого деяния, описанные в диспозиции статьи УК:

— субъект (возможно, специальный)

— объект, рассматриваемый через призму предмета преступления (последний является признаком объекта)

— объективная сторона (время, место, способ, размер, соучастники, условия совершения преступления)

— субъективная сторона (умысел, цель, мотив и главное –  осведомленность о предмете посягательства[2])

— квалифицирующие признаки.

В случаях, когда речь идет о многоэпизодном преступлении или длительной преступной деятельности, описательная часть может состоять из нескольких разделов или глав, имеющих свои подзаголовки.

Обычно описательная часть такого постановления начинается с вводного предложения, в котором в общем виде указывается, что и когда конкретное лицо совершило. Даже если речь идет о групповом преступлении, начинаться описательная часть должна с фамилии того лица, которое привлекается в качестве обвиняемого  именно этим постановлением.

Например, «Иванов А.А., житель г. Норильска (стрелок вневедомственной охраны ОВД, мастер участка ГМК «Норильский никель», плавильшик Хлорно-кобальтово цеха Никелевого завода и т.п.) в период с июля по ноябрь 2005 г. в составе  организованной группы совершил хищение продукции ГМК «Норильский никель» – платинового концентрата, содержащего драгоценные металлы, в особо крупном размере, принял участие в совершении незаконной сделки с драгоценными металлами и совершил покушение на их контрабанду при следующих обстоятельствах».

Далее следуют разделы. Например:

  1. Хищение 256 кг платинового концентрата
  2. Незаконная сделка с драгоценными металлами
  3. Покушение на контрабанду

В каждом разделе при этом описываются обстоятельства совершенного преступления (эпизода или сходных по своей природе эпизодов)  и дается квалификация описанных действий. Обычно с примерной формулировкой: «Указанными действиями Иванов совершил преступление –  тайное хищение   чужого имущества, – предусмотренное пунктами  «а» и «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ по признакам совершения организованной группой и в особо крупном размере».

Анализ расследованных за 5 лет в г. Норильске, Амурской области и других регионах Российской Федерации уголовных дел о хищениях и незаконном обороте драгоценных металлов  позволяет сделать вывод, что следователи не всегда корректно составляют описательную часть постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Можно выделить ряд типичных ошибок при составлении важнейшего процессуального документа. Например:

  1. Нередко в описательную часть постановления включают ссылки на отдельные источники доказательств, как правило, на экспертизы.

Так, по уголовному делу Д. (г. Дудинка, 2002 г.) в постановлении указывалось, что обвиняемый хранил несколько пакетов платинового концентрата, общее содержание драгоценных металлов в которых согласно заключению эксперта (номер, дата, фамилия эксперта) составляло в трех пробах под указанными номерами 5 кг 201 г на сумму 1 млн. рублей, т.е. в крупном размере. При этом ни общего количества темно-серого порошка, каковым внешне является платиновый концентрат, ни общего количества содержащихся в нем драгоценных металлов по видам в формулировке обвинения не приводилось – следователь механически переписал не очень качественное заключение, не удосужившись осмыслить и обобщить его содержание. В итоге при рассмотрении дела судом, выявившего формальные нарушения в процессе производства экспертизы, это доказательство было признано недопустимым, и автоматически часть обвинения утратила свой смысл. Суд переквалифицировал действия Д. с ч.2 (крупный размер) на ч. 1 ст. 191 УК РФ, усмотрев лишь факт хранения драгметаллов безотносительно к их количеству. Возможно, этого бы не произошло, если бы в обвинении грамотно был назван предмет преступления, а не дана ссылка на порочный источник с результатами его исследования.

Подобная практика ссылки в обвинении на доказательства, к сожалению, является весьма распространенной и методологически неверной. Заключение эксперта – одно из доказательств, и ссылка на него уместна лишь в обвинительном заключении.

Примером грамотного описания предмета незаконного оборота драгметаллов (как и хищения) можно представить фрагмент постановления о привлечении в качестве обвиняемого по делу С. (г. Норильск, 2003 г.):

«С., не имея  законного основания и соответствующего разрешения на совершение сделки, связанной с драгоценными металлами, и на их хранение, в период с января 2003 года по 18 мая 2003 года, имея умысел на совершение незаконной сделки с драгоценными металлами, при неустановленных в ходе следствия обстоятельствах, незаконно приобрел путем совершения сделки купли-продажи, перевез и хранил в снимаемой им квартире по адресу г. Норильск ул. Павлова, 8 кв. 31 тридцать один пакет с концентратом марки КП-1 производства металлургического цеха Медного завода Заполярного Филиала ОАО «ГМК «Норильский никель», принадлежащий ОАО «ГМК «Норильский никель», и два пакета с  медным шламом с примесью концентрата марки КП-1, который является промежуточным продуктом переработки руд Заполярного Филиала ОАО «ГМК «Норильский никель», общим весом 152 килограмма 819,1 граммов, содержащих драгоценные металлы:

Рутений — 201,3 грамма, стоимостью 30 рублей за 1 грамм, на сумму 6.039 рублей;

Родий — 438,8 грамма, стоимостью 494 рубя за 1 грамм, на сумму 216.767 рублей 20 копеек;

Палладий — 55 килограммов 251,8 грамма, стоимостью 166 рублей за 1 грамм, на сумму 9.171.798 рублей 80 копеек;

Серебро — 12 килограммов 836,9 грамма, стоимостью 4 рубля 70 копеек за 1 грамм, на сумму  60.333 рубля 43 копейки;

Платину — 13 килограммов 202,2 грамма, стоимостью 647 рублей за 1 грамм, на сумму 8.541.823 рубля 40 копеек;

Золото — 3 килограмма 204 грамма, стоимостью 353 рубля за 1 грамм, на сумму 1.131.012  рублей;

Всего на общую сумму 19.127.773 рубля 83 копей».

В дальнейшем в обвинительном заключении содержание заключения эксперта было изложено более развернуто.

  1. В отдельных случаях следователи излишне детально описывают признаки субъективной стороны преступления, вменяя даже сбытчику нескольких граммов серебра подрыв экономической мощи государства, что впоследствии доказать  практически невозможно, да и не требуется.

Так, по делу о незаконном хранении 82,77 г. серебра на сумму 468 руб. 48 коп. (г. Благовещенск, 2004 г.) следователь указал (орфография и пунктуация сохранены):

«Б., достоверно зная, что серебро согласно Федерального закона РФ от 26.03.1998 г. «О драгоценных металлах и драгоценных камнях», является  драгоценным металлом, в нарушение  ст. З  ч. 2 Федерального закона РФ от 9.10.1992 г. «О валютном регулировании и валютном контроле[3]», без соответствующего разрешения, имея умысел на незаконное храпение, и перевозку драгоценного металла с целью их дальнейшей реализации, осознавая преступный характер своих действий, в виде незаконного оборота ценностей, имеющих важнейшее стратегическое значение и могущих повлиять на состояние финансовой системы РФ  в  целом и валютного рынка в частности, незаконно хранил, а также перевёз драгоценный металл, при следующих обстоятельствах:…».

Как видим, в совершенном Б. хранении серебра на сумму 468 руб. 48 коп. следователем усмотрена чуть ли не «экономическая диверсия», обратившаяся в итоге в преступление небольшой тяжести.

В другом случае (г. Зея Амурской области, 2003 г.) следователь, обвиняя С. в добыче и хранении нескольких граммов самородного золота, указал, что тот «умышленно, с целью личного обогащения, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя и желая наступления общественно-опасных последствий, совершил незаконную добычу, а затем хранил» самородное золото.  Правда, раскрыть суть этих самых последствий, о которых обвиняемый, скорее всего, не задумывался, а формальный состав преступления их наступления и не требует, следователь не смог, квалифицировав деяние исключительно по ч. 1 ст. 191 УК РФ.

Названные примеры с их жесткими формулировками не оказали влияния на судебные решения (они оказались мягкими), но продемонстрировали неоправданное и не основанное на законе стремление следователя сформулировать обвинение по максимуму, так сказать, «на всякий случай». Очевидно, это не добавило авторитета ни самому следователю, ни органу, который он представлял.

Вменяя совершение того или иного преступления, следователь должен исходить лишь из тех признаков, которые указаны в уголовном законе, перечисляя в постановлении дополнительно лишь те установленные расследованием обстоятельства, которые, по его мнению, влияют на характер и степень общественной опасности преступления, личность обвиняемого.

  1. Не объяснимое требованиями закона стремление отдельных следователей предъявить обвинение по максимуму порождают ошибочное толкование отдельных положений Особенной части УК. Так, в соответствии с диспозицией ст. 191 УК РФ наказуемым является только совершение сделки, противоречащей законодательству Российской Федерации. В этой норме законодатель не отождествил понятие «незаконное приобретение», используемое в статьях  222 и 228 УК РФ (приобретение оружия, наркотических средств) с понятием «сделка». Понятие сделки дано в ст. 153 ГК РФ, и оно предполагает действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Тем не менее, нередко следователи необоснованно вменяют совершение сделки с драгметаллами и тогда, когда ее на самом деле не было.

В качестве примеров можно привести случаи, когда следователи квалифицируют по ст. 191 УК РФ как незаконную сделку добычу драгметаллов (особенно, когда отсутствует необходимый признак этого состава – крупный размер – для квалификации действий обвиняемого по ст. 192 УК РФ) или присвоение найденного. Имеются случаи, когда обвиняемым вменяется перевозка драгметаллов, тогда как в действительности они лишь перенесли в свое жилище находку.

Так, И. был обвинен в совершении сделки «путем присвоения найденного» золота с последующим его хранением по ч. 1 ст. 191 УК РФ

С таким обвинением Тындинский городской суд (2004 г.) обоснованно не согласился, признав в действиях И. лишь наличие состава незаконного хранения драгоценного металла, оправдав его в совершении противоправной сделки. Такой вывод суда был основан на правильном понимании гражданско-правовой сути сделки.

  1. В качестве примера противоположного свойства можно привести также достаточно распространенную формулировку обвинения по ст. 191 УК РФ, когда следователь в постановлении вменяет лицу, совершившему противоправную сделку, «незаконное приобретение». Обычно: «Х. в нарушение установленных правил приобрел у неустановленного лица золотой слиток весом 200 г…». При этом не раскрывается суть сделки. А абстрактное приобретение  может либо вообще не содержать признаков преступления (например, находка) либо представлять более тяжкое преступление (например, хищение). Поэтому правильно будет указать в постановлении, какой именно вид сделки совершен привлекаемым в качестве обвиняемого лицом, и в качестве какой стороны он выступил при этом. Виды сделок перечислены в ч.2 ГК РФ. К ним, например, относятся купля-продажа (продавец и покупатель), поставка (поставщик, покупатель), мена (стороны сделки), дарение (даритель, одариваемый), заем (займодавец, заемщик), залог (залогодержатель, залогодатель), хранения (хранитель, поклажедатель).
  2. Принимая во внимание, что по своей конструкции диспозиция ст. 191 УК РФ законодателем сформулирована в бланкетной форме, т.е. отсылающей к другому закону или подзаконному акту, предъявление обвинения должно сопровождаться ссылкой и на эти акты.

Таковыми являются, исходя из диспозиции ст. 191 УК РФ, не раскрывающей понятия драгоценных металлов, но перечисляющей формы объективной стороны данного преступления – совершение сделки с драгоценными металлами, их хранение, перевозка и пересылка – Федеральный закон от 26 марта 1998 г.№ 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях»[4]. Отсюда, относя предмет незаконной сделки к драгоценным металлам  – а к таковым в силу ст. 1 названного Закона относятся не только чистые металлы:  золото, серебро, платина и металлы платиновой группы (палладий, иридий, родий, рутений и осмий), но и содержащие названные металлы сырье, сплавы, полуфабрикаты, промышленные продукты, химические соединения, изделия, монеты, лом и отходы производства и потребления, –  ссылка в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого на данный Закон уместна и обоснованна.

Перечень субъектов, которые правомочны осуществлять сделки с драгоценными металлами, дан в ст. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 30 июня 1994 г. № 756 «Об утверждении Положения о совершении сделок с драгоценными металлами на территории Российской Федерации»[5]. Поэтому, если речь идет о физическом лице, не являющемся субъектом совершения сделок с драгоценными металлами, ссылка на данное Постановление также правомерна.

Оборот драгоценных металлов, их учет и хранение урегулированы и другими подзаконными актами. В частности, постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1998 г. № 1419 «Об утверждении Порядка совершения операций с минеральным сырьем, содержащим драгоценные металлы, до аффинажа»[6], постановлением Правительства Российской Федерации от 28 сентября 2000 г. № 731 «Об утверждении Правил учета и хранения драгоценных металлов, драгоценных камней и продукции из них, а также ведения соответствующей отчетности»[7], ведомственными нормативными правовыми актами Банка России, Роскомдрагмета. Однако при этом следует иметь в виду, что данные нормативные правовые акты носят частный характер, и ссылка на них допустима, например, в случаях, если лицо привлекается за совершение должностных (служебных) преступлений (злоупотребление полномочиями, халатность), а также за незаконный оборот драгоценных металлов уполномоченным на то субъектом. Последнее не исключает совокупности с выше названными преступлениями.

Поверхностный подход к бланкетным нормам УК РФ может повлечь за собой неуместные ссылки на подзаконные акты, демонстрирующие низкий профессиональный уровень как следователя, так и контролирующих его и  надзирающих за ним инстанций.

Наглядным примером подобного «творчества» может служить фрагмент постановления о привлечении в качестве обвиняемого (Завитинский район Амурской области, 2004 г.), с сохранением его стиля, орфографии и пунктуации:

«В. умышленно, осознавая противоправный характер своих действий и желая осуществления общественно опасных действий, не имея на то специального разрешения, незаконно, в нарушении установленного Правительством порядка и условий хранения, а именно п.26 Положения о совершении сделок с драгоценными металлами на территории Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1994 г. № 756, согласно которого «… хранение … изделий, содержащих золото, серебро, и не относящихся к ювелирным изделиям бытовым изделиям, а также полуфабрикатов, содержащих золото и серебро и используемых для изготовления изделий, содержащих золото и серебро…, осуществляется в порядке п. 22 настоящего Положения, согласно которого слитки золота и серебра подлежат хранению в помещениях, оборудованных в соответствии с требованиями устанавливаемыми Комитетов Российской Федерации по драгоценным металлам и камням. Хранение … и транспортировка слитков и монеты, осуществляются только специализированными предприятиями, обладающими техническими возможностями, для их хранения и перевозки», и п. 18 Правил учета и хранения драгоценных металлов, драгоценных камней и продукции из них, а также ведения соответствующей отчетности, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 28 сентября 2000 г. №731 согласно которого «хранение драгоценных металлов и драгоценных камней осуществляется в помещениях, отвечающих специальным требованиям по технической укрепленности оборудованию средствами охранной и пожарной сигнализации, устанавливаемым федеральными органами исполнительной власти в соответствии с законодательством Российской Федерации» с целью совершения сделки, связанной с драгоценными металлами, хранил в мебельной стенке мо песту своего жительства в квартире 23 ДОС №445 драгоценные металлы, которые в соответствии с заключением эксперта № 567х от 05 мая 2004 года являются серебросодержащими сплавами  и содержат в общем количестве 5,12 грамм драгоценного металла – серебра, не относящихся к ювелирным изделиям и лому из этих изделий».

Как видим, ненужное многословие следователя направленно против рядового гражданина, хранившего в своей квартире незначительное количество серебросодержащего сплава. Указанное лицо в принципе не имело права хранить данные сплавы. Но оно и не было обязано оборудовать специальное хранилище для их сохранности, вести их учет и представлять отчетность. В соответствии с цитируемым следователем постановлением Правительства № 731 от 28.09.2000 г. Правила хранения драгоценных металлов (ст. 2) распространяются на все юридические лица, в том числе воинские части и воинские формирования, а также на граждан, зарегистрированных в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей, осуществляющих деятельность в области добычи, производства, использования и обращения драгоценных металлов и драгоценных камней, сбора, заготовки, первичной обработки и переработки лома и отходов драгоценных металлов и рекуперации драгоценных камней, а также использующих изделия, содержащие драгоценные металлы и драгоценные камни (далее именуются – организации).

Как видим, гражданин В. ни под одну из перечисленных категорий не подпадал.

Думается, следователь поступил бы более правильно, если бы ограничился общими фразами о том, что В., не имея соответствующего разрешения, в нарушение действующего законодательства хранил в своей квартире серебросодержащие сплавы, отнесенные Федеральным законом «О драгоценных металлах и камнях» к драгоценным металлам.

Таковы общие наиболее типичные ошибки, допускаемые следователями при составлении описательной части постановления о привлечении в качестве обвиняемого.

Завершается описательная часть постановления о привлечении в качестве обвиняемого формулированием состава преступления, которое совершило привлекаемое  в качестве обвиняемого лицо. Однако приводимые признаки состава должны в точности соответствовать изложенным в диспозиции статьи уголовного закона (в отличие от общего описания преступления, изложенного выше, где указываются все существенные обстоятельства его совершения, включая смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства).

Например: Указанными действиями, В. Совершил незаконный оборот драгоценных металлов, выразившийся в их незаконном хранении, т.е. преступление, предусмотренное пунктами «б» и «в» ч. 2 ст. 191 УК РФ по признакам совершения преступления в крупном размере и группой лиц по предварительному сговору.

Заключительная, резолютивная часть постановления о привлечении в качестве обвиняемого (приложение № 92 к ст. 476 УПК РФ) содержит  квалификацию содеянного – ссылку на уголовный закон, который нарушил обвиняемый. По устоявшейся судебно-следственной практике и по закону (п. 4 ч.2 ст. 146 УПК РФ) юридическая квалификация содеянного начинается с пункта (пунктов), затем части, а затем статьи УК РФ. При этом пункты в буквенном выражении пишутся со строчной буквы. В уголовных делах довольно часто встречается и иная последовательность, которая хоть и не является существенной ошибкой, но  способна  вызвать легкое раздражение, как, впрочем, и грамматические ошибки, дающие повод для выводов о не только о низкой культуре самого следователя, но и проведенного им расследования.

Допрос обвиняемого

Особенности допроса обвиняемого отражены в  статьях 173-174 УПК РФ. Помимо этих особенностей на него распространяются общие требования, предъявляемые к допросу, которые предусмотренные в статьях 189-191 УПК РФ.

Если вынесение постановления о привлечении в качестве обвиняемого и его предъявление являются необходимыми процессуальными действиями, то допрос обвиняемого – тесно связанным ними следственным действием. Однако допрос обвиняемого не всегда ассоциируется с его показаниями по существу предъявленного обвинения.

Под показаниями обвиняемого следует понимать любые относящиеся к делу допустимые сведения, сообщенные обвиняемым на допросе, на очной ставке, при проверке показаний на месте и при предъявлении для опознания на стадии предварительного расследования или судебного разбирательства.

Непременным условием полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявления причин и условий, способствовавших совершению преступления, воспитательно-предупредительного воздействия уголовного процесса является строгое соблюдение процессуального законодательства на всех стадиях судопроизводства. В полной мере это требование относится к следственным действиям с участием обвиняемого, важнейшим из которых является его допрос.

Допрос обвиняемого может быть первичным, когда основной задачей следователя является выяснение отношения обвиняемого к предъявленному ему обвинению и выполнение формальных требований предоставления обвиняемому возможности аргументировано согласиться либо отвергнуть предъявляемые ему претензии. Повторные допросы носят в большей степени информационно-познавательный характер и имеют своей целью уточнение обстоятельств дела, проверку ранее данных показаний, поиск дополнительных доказательств, накопление информационного массива, влияющего на анализ и оценку показаний обвиняемого.

Вместе с тем особое процессуальное положение обвиняемого накладывает отпечаток на действия следователя в выборе тактики допроса.

Прежде всего, остановимся на общих требованиях закона, касающихся допроса обвиняемого.

Большое значение при этом имеет соблюдение принципа законности. Конституция России содержит важнейшее положение: «При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ст. 50). Этому конституционному положению соответствует положение и ст. 7 УПК РФ: нарушение судом¸ прокурором следователем, дознавателем норм УПК влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств. Согласно статье 75 УПК РФ недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 УПК РФ (предмет доказывания).

Чрезвычайно важна и статья 9 УПК РФ, закрепившая принцип уважения чести и достоинства личности. В ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. Никто из  участников уголовного судопроизводства не может подвергаться насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Законодатель счел нужным, помимо этого, в статье 164 УПК РФ об общих правилах производства следственных действий прямо указать, что при производстве следственных действий недопустимо применение насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц.

Напомним, что закон (статья 302 УК РФ) предусматривает уголовную ответственность за принуждение обвиняемого к даче показаний путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание. Квалифицирующим признаком данного преступления является применение в отношении допрашиваемого насилия, издевательств или пытки.

Следующим важным принципом является охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве. Закон обязывает суд, прокурора, следователя и дознавателя разъяснять обвиняемому его права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Если во время следственного действия обвиняемому не были разъяснены его права и обязанности, то полученные при этом показания также  признаются недопустимыми. Кстати, повторный допрос, если он проводится без участия защитника, вновь должен сопровождаться разъяснением прав обвиняемого (ч. 6 ст. 47 УПК РФ). Несоблюдение этого правила также чревато признанием полученных доказательств недействительными.

Не менее важно обеспечение обвиняемому права на защиту. Закон (статья 16 УПК РФ) говорит о том, что обвиняемому обеспечивается право на защиту, которую он вправе осуществлять лично либо с помощью защитника или законного представителя. Суд, прокурор, следователь и дознаватель должны разъяснить обвиняемому его права и обеспечить их соблюдение.

Отказ обвиняемого от защитника не обязателен для следователя (ч. 2 ст. 52 УПК РФ). Это обстоятельство необходимо учитывать и потому, что в силу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде признаются недопустимыми и не имеют юридической силы. Таким образом, если показания обвиняемого представляют интерес как источник доказательств, следователю с тактической точки зрения правильней будет принять меры к обеспечению обвиняемого защитником, не взирая на его отказ.

Вступивший в действие в 2002 г. УПК РФ содержит ряд новелл, ранее не знакомых отечественному уголовному процессу.

Во-первых, обвиняемому обязательно вручается копия постановления о привлечении его в качестве обвиняемого. В результате этого он имеет возможность тщательно с ним ознакомиться и подготовиться к защите.

Во-вторых, в тексте закона теперь прямо сказано о праве обвиняемого иметь свидание с защитником наедине и конфиденциально до первого допроса (п. 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ). Здесь есть некоторое противоречие со ст. 173 УПК РФ, обязывающей следователя допросить обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения. Выполнение этого требования может стать невозможным, если обвиняемый и защитник потребуют «таймаут» для того, чтобы «осмыслить» суть обвинения. В этой ситуации, если становится очевидным, что в день предъявления обвинения обвиняемый и защитник, затягивая время, не намерены на сотрудничество со следователем, правильней будет оформить протокол допроса, предоставив возможность обвиняемому высказаться по предъявленному обвинению, а в случае его отказа под предлогом отсрочки занести этот отказ в протокол. Повторный допрос осуществляется по правилам ч. 4 ст. 173 УПК РФ.

В-третьих, время допроса обвиняемого ограничено промежутком с 6 до 22 часов по местному времени. Допрос не может продолжаться более 8 часов и более 4 – без перерыва (ст. 187 УПК РФ).

В-четвертых, обвиняемый согласно ч. 4 ст. 173 УПК РФ не обязан давать показания, а его отказ от дачи показаний влечет за собой невозможность повторного допроса без письменного заявления самого обвиняемого.

Таким образом, законодатель стремится не допустить использования допроса в качестве средства психического насилия, когда обвиняемого, отказывающегося давать показания, продолжают вновь и вновь вызывать на допросы и допрашивать по обстоятельствам дела с целью склонения его к признанию своей вины.

Вместе с тем, по нашему мнению, повторный допрос обвиняемого возможен и без его согласия в случае, если предмет допроса выходит за рамки предъявленного обвинения, касается ранее неизвестных эпизодов или эпизодов, в которых обвиняемый не участвовал. При этом, однако, следует иметь в виду, что обвиняемый не свидетель и его отказ от дачи показаний в рамках одного уголовно дела всегда правомерен.

Допрос несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) не может превышать 4 часов в день, а без перерыва – 2 часов.

В допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого обязательно присутствует защитник, что обеспечивает следователь (дознаватель).

Подозреваемый или обвиняемый, не достигший 16 летнего возраста, а страдающий психическими расстройствами – 18 летнего возраста, допрашивается с участием педагога и (или) психолога.

Законные представители несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого (до 18 лет) допускаются к участию в деле с первого допроса. Таковыми они признаются специальным постановлением прокурора, следователя¸ дознавателя.

Допрос обвиняемого – это не только средство получения доказательств, но и важное средство защиты лица от предъявленного ему обвинения. Обвиняемый в ходе допроса имеет возможность оспаривать законность и обоснованность обвинения, приводить оправдывающие или смягчающие его ответственность доказательства, то есть реализовывать свое право на защиту.

Следователь, в свою очередь, также заинтересован в получении показаний обвиняемого. Отказ обвиняемого от дачи показаний затрудняет как собирание и проверку следователем оправдывающих и смягчающих его вину доказательств, так и проверку законности и обоснованности предъявленного обвинения.

Поэтому при отказе обвиняемого от дачи показаний следователь, на наш взгляд, должен пояснить ему, что это не будет служить препятствием для продолжения расследования, но существенно затруднит собирание оправдывающих или смягчающих его ответственность доказательств.

Убеждая обвиняемого в нерациональности отказа от показаний, следователь тем самым обеспечивает себе возможность дальнейшего с ним общения.

Закон запрещает задавать  наводящие вопросы. В остальном следователь свободен при выборе тактики допроса. Обвиняемый вправе пользоваться при допросе документами, записями. По инициативе следователя или по ходатайству допрашиваемого лица в ходе допроса могут применяться фотографирование, аудио- и (или) видеозапись.

Закон предписывает начинать допрос обвиняемого с вопроса, признает ли он себя виновным. Должны быть получены показания по каждому из пунктов предъявленного обвинения, а в случае изменения обвинения – вновь относительно всего предъявленного обвинения.

После краткого ответа на вопрос об отношении обвиняемого к предъявленному ему обвинению следователь уясняет, в чем же конкретно обвиняемый признает себя виновным, а в чем не признает, после чего переходит к подробному его допросу по всем эпизодам обвинения.

Если обвиняемый признал себя виновным в полном объеме предъявленного обвинения, допрос должен вестись так же детально, как и при отрицании им своей вины. При частичном признании обвиняемым своей вины необходимо выяснить, какие конкретные обстоятельства и эпизоды он отрицает и какие доводы при этом приводит.

Недопустима подмена развернутых и подробных показаний обвиняемого ссылкой на то, что он полностью подтверждает показания, ранее данные им при допросе в качестве свидетеля, поскольку в этом случае нарушается право обвиняемого на защиту.

Чем конкретнее, детальнее будет допрошен обвиняемый, тем большее значение для дела смогут иметь его показания.

Если обвиняемый отказывается отдачи показаний, ему разъясняется значение его показаний для защиты его законных интересов. Кроме того, обвиняемому должна быть предоставлена возможность дать объяснения о причинах отказа, которые заносятся в протокол. Протокол в этом случае может быть подписан одним следователем.

Если в ходе допроса обвиняемый, не признававший себя виновным, изменил показания, целесообразно в конце допроса вновь поставить вопрос, признает ли он себя виновным, и записать полученный ответ.

Выяснение отношения к предъявленному обвинению в целом производится на первом допросе. Последующие допросы могут быть посвящены какому-либо конкретному обстоятельству, эпизоду.

Обвиняемый допрашивается по тем обстоятельствам, которые сформулированы в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого. Он вправе сообщить о любых обстоятельствах, которые, по его мнению, имеют значение для дела. Обвиняемый может быть допрошен не только о действиях, которые совершил он сам, но и о фактах и обстоятельствах, уличающих других обвиняемых по этому же делу.

Вначале следует свободный рассказ обвиняемого по существу дела. При этом допрашиваемому предоставляется возможность изложить факты в той логической последовательности, в которой он их наблюдал. Такой порядок допроса оправдан, во-первых, потому, что при свободном рассказе допускается меньше ошибок и труднее бывает солгать, чем при ответах на вопросы, так как память воспроизводит события последовательно, а во-вторых, следователь не всегда знает, чем располагает допрашиваемый. Последний же знает гораздо больше того, что может спросить у  него следователь. В процессе свободного рассказа можно получить сведения, о которых следователь не имел представления.

Не следует без особой нужды вмешиваться в свободный рассказ допрашиваемого, ток как это может сбить его с мысли, отвлечь от последовательного повествования. Вместе с тем следователь может по ходу рассказа задавать вопросы, чтобы уточнить показания, разъяснить, что те или иные обстоятельства не относятся к делу.

По окончании свободного рассказа задаются уточняющие, дополняющие, напоминающие, контрольные вопросы, предъявляются доказательства. При этом необходимо помнить, что наводящие вопросы обвиняемому недопустимы.

В ходе допроса возможно использование вопросно-ответной системы, когда после постановки конкретного вопроса, связанного, в частности, с предъявлением доказательства, показания обвиняемого сразу записываются и до перехода к следующему вопросу подписываются допрашиваемым.

Показания обвиняемого детализируются с тем, чтобы облегчить возможность их проверки. Выясняется, кто еще может быть допрошен по изложенным обстоятельствам, в каких документах могут содержаться необходимые сведения; уточняются показания о месте, времени и других обстоятельствах события. Необходимо установить, почему обвиняемый запомнил те или иные детали.

Показания обвиняемого заносятся в протокол от первого лица и по возможности дословно (статья 190 УПК РФ). Сказанное не означает, что следователь механически записывает все, что говорит допрашиваемый. Записывая показания, следователь систематизирует их, устраняя повторы, междометия и сведения, не относящиеся к делу. Однако при этом следователь не должен допускать своих формулировок, которые по смыслу соответствовали бы не тому, что в действительности показал обвиняемый, а тому, что вкладывает в его слова сам следователь.

Дословность записи показаний предполагает сохранение специфики речи допрашиваемого. Протокол должен отражать не только содержание показаний, но и индивидуальные особенности личности обвиняемого. Предъявление обвиняемому в ходе допроса тех или иных доказательств, а также оглашение показаний других лиц, должно отражаться в протоколе в форме вопроса. Если оглашаются выдержки из показаний, в протоколе желательно привести их дословно, во всяком случае, отразить основное содержание зачитываемых показаний. При этом следует указать, кто давал такие показания, а также дату, когда оглашаемый протокол допроса составлен. Необходимость оглашения показаний других лиц возникает, как правило, в случаях, когда между показаниями, данными этим обвиняемым ранее, и теми, что получены на текущем допросе, либо между показаниями допрашиваемого и показаниями других лиц имеются противоречия.

В ходе допроса обвиняемый может составлять схемы, чертежи, рисунки, диаграммы, которые приобщаются к протоколу. Такие материалы, удостоверенные следователем и обвиняемым, рассматриваются как приложение к протоколу допроса. Категорически не могут рассматриваться как приложения к протоколу допроса уже имеющиеся у обвиняемого записи, документы и т.п. Если таковые имеют значение для дела, приобщение их к материалам расследования допустимо лишь путем производства выемки.

При каждом допросе обвиняемого следователь составляет протокол (статья 174 УПК РФ), в котором фиксируются показания обвиняемого. Протоколирование является основным средством фиксации и сохранения информации. Протокол допроса – это процессуальный документ, отражающий ход, содержание и результат допроса. Качество фиксации показаний столь же важно, как и искусство проведения допроса. Необходимо стремиться к тому, чтобы допрос содержал в себе готовые фрагменты доказательственной части обвинительного заключения. Дословное цитирование допроса в итоговом документе расследования – обвинительном заключении – предпочтительнее, чем его свободный пересказ.

Следователь составляет протокол допроса обвиняемого с соблюдением требований статьи 190 УПК РФ. Образцы протокола допроса обвиняемого и протокола дополнительного допроса обвиняемого приведены в Приложениях 43 и 44 (соответственно) к УПК РФ,

Таковы основные процессуальные особенности допроса обвиняемого, которые в полной мере относятся и к расследованию дел о хищениях и незаконном обороте драгоценных металлов.

В остальном следователь волен самостоятельно выбрать тактику допроса, которая в первую очередь зависит от того, в конфликтной (жесткое соперничество со следователем) или бесконфликтной ситуации проводится данное следственное действие.

Но в любом случае следователь должен стремится к тому, чтобы установить психологический контакт с обвиняемым. Даже если обвиняемый демонстративно лжет на допросах, следует иметь  в виду, что любая словесная информация для расследования дела полезнее отказа от общения, ибо поддается проверке, сопоставлению, оценке и дает возможность сделать вывод о ее ложности или истинности.

Приступая к допросу, желательно выбрать такую форму общения с подследственным, которая, с одной стороны, не сводится к панибратству, а с другой – не демонстрирует процессуального превосходства, властных преимуществ над допрашиваемым (вопросы здесь задаю я!). Уже при первом знакомстве с подопечным следователю желательно продемонстрировать объективность, беспристрастность, уважение к личности обвиняемого, человечность, оставаясь для обвиняемого лишь процессуальным противником, но не врагом. Существует поговорка: «лежачего не бьют». Следователь в полной мере должен руководствоваться этим правилом, какую бы антипатию не вызывал у него допрашиваемый. В каждом человеке есть положительные качества, и «достучаться» до них – суть профессионализма следователя.

В отличие от допроса подозреваемого, обвиняемый для следователя является личностью более или менее изученной. И сама процедура предъявления обвинения предполагает, что следователь обладает какой-то суммой знаний о расследуемом событии. Однако это не означает, что следователь должен приступать к допросу обвиняемого неподготовленным.

По делам о незаконном обороте драгоценных металлов, а тем более об их хищении, следователь должен уяснить для себя не только нормативную базу, касающуюся понятия драгоценных металлов и материалов, их содержащих, особенностей оборота, хранения, учета, но и особенностей их добычи, очистки и переработки, технологических особенной производства, откуда они были похищены. Кстати, эти сведения должны найти отражение и в материалах расследования: в виде копий нормативных правовых актов, инструкций, протоколов допросов специалистов. Кратко должны быть воспроизведены и в обвинительном заключении со ссылками на листы дела с той целью, чтобы и суд смог подготовиться к его рассмотрению.

В начале допроса следователю целесообразно определить состояние обвиняемого с точки зрения его готовности сотрудничать со следствием. Для этого перед обвиняемым должны ставиться вопросы, ответы на которые известны следователю. Такая тактика, во-первых, дает первичную информацию об искренности обвиняемого, а во-вторых, формирует в его гласах впечатление о хорошей осведомленности следователя и убеждение в необходимости дачи полных и правдивых показаний.

Убедившись, что допрос обвиняемого будет проходить в бесконфликтной ситуации, дальнейшие вопросы следователя могут строится в примерно следующих направлениях:

В случае совершения хищения

  1. Когда, где, под влиянием каких лиц и обстоятельств у него сформировался умысел на совершение хищения.
  2.  С кем делился намерением совершить хищение.
  3. Кто еще являлся членом преступной группы, в которой он состоит, кто организатор группы. Имеются ли подстрекатели, пособники. Где, когда и при каких обстоятельствах он познакомился с этими лицами. Что он знает об образе их жизни и роде занятий, возможностях совершить хищение.
  4. Каких образом и кем осуществлялась подготовка к хищению,  кто участвовал в его подготовке. Действия каждого члена группы. Какими сведениями располагал о предмете хищения, кто предоставил эти сведения.
  5. Обстоятельства совершенного преступления: время, место, способ, орудия, средства совершения преступления, роль каждого из соучастников.
  6. Каковы были намерения распорядиться похищенным и как им распорядился в действительности. Где оно находится.
  7. При каких обстоятельствах был задержан он и другие члены группы. Когда и от кого стало известно о задержании соучастников.
  8. Кому еще известно о совершении им и его соучастниками данного хищения
  9. Совершал ли ранее аналогичные преступления, в том числе в ставе данной преступной группы.

Выясняя эти и другие обстоятельства необходимо максимально полно детализировать показания, предвидя возможность того, что обвиняемый может от них отказаться. Детали, в том числе косвенные, должны быть проверяемыми и должны быть проверены. Именно совокупность совпадений даст в будущем возможность правильно оценить признательные показания и логически увязать их с другими доказательствами в процессе анализа при составлении обвинительного заключения.

В случае совершения противоправной сделки с драгоценными металлами

  1. Знал ли он о том, что предмет является драгоценным металлом или содержащим драгоценные металлы материалом. На чем основана его осведомленность (со слов продавца, из иных источников, на основе профессионального и жизненного опыта). Незаконная сделка с драгметаллами – преступление умышленное и осведомленность о предмете сделки – необходимое условие наступления уголовной ответственности, которое надо доказывать в первую очередь. В то же время незнание обвиняемым закона о порядке обращения драгоценных металлов юридического значения для квалификации не имеет.
  2. Когда, где и при каких обстоятельствах приобретен предмет преступления. Каково его происхождение. Обещал ли приобрести его заранее. (Если речь идет о приобретении заведомо похищенного при наличии предварительной договоренности, действия виновного надлежит квалифицировать как соучастие в хищении, а последующий сбыт похищенного – по совокупности с незаконным оборотом драгметаллов).
  3. Когда, кому и при каких обстоятельствах передан указанный предмет преступления.
  4. Если совершена сделка, то как она оформлена, ее существенные условия.
  5. Если совершено хранение, то необходимо установить место хранения и его временные рамки.
  6.  Если совершена перевозка, пересылка, уточняется, каким видом транспорта они осуществлялись.

Вопросы, которые ставятся перед обвиняемым, могут зависеть и от того, был ли он задержан с поличным, на месте преступления или вне места преступления.

В конфликтной ситуации, независимо от того, идет ли речь о хищении или незаконном обороте драгоценных металлов, когда очевидно, что обвиняемый не идет на сотрудничество со следствием и либо грубо отвергает предъявленное ему обвинение, либо выдвигает защитные версии: не знал, что данный материал содержит драгоценный металл, полагал, что имею дело с металлоломом; не похищал, а нашел на свалке; купил у незнакомого лица, решив заработать на перепродаже и т.п. – допросы обвиняемого должны вестись максимально детально и неоднократно. Профессиональное умение следователя (если попытки склонить обвиняемого к сотрудничеству оказались безрезультатными) должно сводиться к кропотливому сбору доказательств по крупицам. Таковыми могут быть любые сведения о профессиональном и жизненном опыте обвиняемого, осведомленности о технических особенностях добычи и переработки материалов, содержащих драгметаллы нюансах его задержания, попытках сбыть  похищенное, оставленных следах на месте преступления, микрочастицах похищенного на руках и одежде и т.д.

Если обвиняемый задержан при попытке сбыта материалов, содержащих драгоценные металлы, или в процессе их хранения, его показания сводятся, как правило, к их добросовестному приобретению или владению по просьбе незнакомых лиц. Участие в их хищении изначально обычно отрицается.

В этом случае пред обвиняемым целесообразно поставить следующие вопросы:

— при каких обстоятельствах у допрашиваемого оказались изъятые драгметаллы, какие сведения известны о лице (лицах), их передавших;

— кто из знакомых знает об обстоятельствах приобретения этих предметов,  кто из них видел у обвиняемого изъятое;

— если обвиняемый не заглядывал внутрь упаковки, не был на месте их хищения,  то чем может объяснить наличие отпечатков пальцев рук, других следов на предметах внутри упаковки и  на месте происшествия;

— где находился в момент совершения кражи, и кто может подтвердить его показания;

— чем может объяснить свидетельские показания других лиц, в том числе знакомых о совместном совершении хищения, либо опознание его свидетелями, противоречия в показаниях его знакомых по выдвинутому алиби.

При обвиняемым отрицании своей причастности к хищению, большое значение имеет установление личных связей подозреваемого, в том числе с использованием примет, указанных свидетелями, идентификации отпечатков пальцев рук, обуви с изъятыми на месте происшествия, с вещественными доказательствами; проведение опознания, своевременных обысков и выемок по месту жительства, иных следственных действий.

Возможны случаи, когда отдельные обвиняемые, не отрицая факт знакомства с соучастниками хищения и прибытия вместе с ними к месту преступления, стремятся доказать, что они не знали об истинной цели. Они отводят себе второстепенную роль, например, водителя автомобиля, которого за соответствующую плату попросили отвезти в определенное место, прохожего, указывающего направление движения, и т.д. В этом случае они стремятся опорочить результаты следственных действий, требуют проведения очных ставок, стараются внушить соучастникам, что нужно подтвердить их показания и отказаться от ранее данных. С целью опровержения ложных показаний могут быть предъявлены как  доказательства  показания  свидетелей,  результаты   следственных экспериментов, проверок показаний на месте.

В случае, кода обвиняемый дает ложные показания, следует практиковать повторные допросы. Повторные допросы, если они проводятся со значительным промежутком времени между собой могу быть эффективны в том случае, когда зафиксированные в них детали существенным образом не совпадают. Свойства человеческой памяти имеют особенности: мозг не хранит ненужную информацию. А измышления, если они отражены в протоколе как второстепенные обстоятельства, забываются как ненужные. Поэтому следователь должен обладать умением притупить бдительность обвиняемого и, задавая ему важные с точки зрения обвинения вопросы, на который заведомо будут даны отрицательные ответы, между ними поместить с точки зрения обвиняемого и второстепенные. Не заметив «подвоха», обвиняемый будет вынужден дать правдивый или правдоподобный ответ.

На повторных допросах обвиняемый нередко старается припомнить не то, что он совершил, а то, что ранее говорил следователю. Детализация показаний при повторном допросе может выявить несоответствие с первым. Противоречивость в показаниях свидетельствует об их ложности. Стереотипные, заученные ложные показания выдают себя  косной неизменностью, тогда как образные представления характеризуются соответствующей динамикой.

Вместе с тем задача следователя – принять все меры к тому, чтобы все-таки склонить обвиняемого к сотрудничеству. Для этого возможно использование таких приемов как:

— демонстрация осведомленности и создание преувеличенного представления об информированности следователя. Включение в допрос достоверного факта может получить в глазах допрашиваемого расширенную интерпретацию, создать иллюзию, что следователю известны многие факты его и его соучастников преступной деятельности. Такая иллюзия может подтолкнуть обвиняемого к вынужденному признанию, и здесь уж остается «ловить момент» и детально фиксировать информацию;

— предъявление различных доказательств: оглашение показаний соучастников и свидетелей, близких родственников, сослуживцев, заключений экспертиз, результатов осмотров и следственных экспериментов, использование очных ставок, аудио- видеозаписей, документов, в том числе неофициальных. Однако при этом следует иметь в виду: следователь не должен пренебрегать своей обязанностью фиксировать свои действия в протоколе допроса. Даже если подобные действия не побудят обвиняемого к даче правдивых показаний, протокол с ответами обвиняемого будет иметь доказательственное значение при анализе и оценке всех доказательств в совокупности.

Криминалистикой выработаны рекомендации по использованию доказательств в процессе допроса обвиняемого.

  • Предъявлять доказательства следует после того, как лицо  допрошено по всем обстоятельствам, связанным  с доказательством, которое будет предъявляться. Реакция на предъявление этого доказательства должна фиксироваться максимально полно.
  • Предъявлять доказательства в зависимости от следственной ситуации и личности допрашиваемого.

а) от «меньшего» к «большему»

б) предъявлять доказательства «дозировано» от допроса к допросу.

При этом надо стремиться к тому, чтобы предъявление доказательств не повлекло за собой негативную реакцию обвиняемого, нередко поддерживаемую защитником, – вообще отказаться от дачи показаний, дабы «не наговорить лишнего».

  • Использовать собственные противоречия обвиняемого, цитируя их во время допроса, доводя суть показанного на последующих допросах до абсурда. Все эти противоречия умело могут быть использованы следователем, а в итоге – и судом для анализа оценки показаний допрашиваемого, убедительным фрагментом способны лечь в соответствующий раздел обвинительного заключения.

При расследовании групповых преступлений неплохой эффект достигается в результате использования конфликтов и противоречий между членами преступной группы. Конфликтная ситуация может обостряться следователем путем оглашения показаний соучастников на допросах, демонстрация видеозаписей (к очным ставкам следует относиться осторожно, лишь будучи абсолютно уверенным, в том, что изобличающее лицо не изменит свою позицию в присутствии психологически более сильного соучастника); путем избрания в отношении обвиняемых дифференцированных  мер пресечения; разобщения группы в результате создания внутренних противоречий между соучастниками.

Компрометация одного соучастника в глазах другого. Этот прием может быть использован только после хорошего изучения личности всех подозреваемых, их образа жизни, прошлого, настоящего, его поведения и существа показаний на предварительном следствии. При этом следователь должен избегать обмана, но при этом умело использовать дозволенные хитрости: недомолвки, намеки, мимику (многозначительные улыбка, покачивание головой, неоскорбительная ирония и т.п.).

Наконец, вершиной мастерства следователя является его умение подобрать «ключи» для установления такого психологического контакта  с обвиняемым, когда последний полностью доверяется следователю, раскаивается в содеянном или по другим мотивам дает правдивые показания. Кстати, американское правосудие считает такую задачу следователя наиболее важной и ответственной. Отсюда и развитость в США института сделки с правосудием. Элементы такого  института привнесены и в наше законодательство – это глава 40 УПК РФ (особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением), а также ст. 28 УПК РФ (прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием), ст. 801 УК РФ (освобождение от наказания в связи с изменением обстановки), ст. 61 УК РФ (обстоятельства, смягчающие наказание), ст. 64 УК РФ (назначение наказания более мягкого, чем предусмотрено за данное преступление). Данные основания – существенные аргументы, которые могут быть использован следователем в процессе склонения обвиняемого к конструктивному сотрудничеству. Средствами стимуляции такого поведения должны быть названные нормы права, значительно снижающие размер и вид наказания за совершенные этим лицом преступления, а в случае его незначительности и  роли в деятельности группы – и освобождающие от ответственности как его самого, так и его близких родственников, если они причастны к преступлениям. В профессиональной среде существует поговорка: «хороший свидетель лучше плохого обвиняемого». По этому не следует стремиться «притягивать к ответственности за уши». Предстать перед судом должны наиболее опасные члены преступной группы.

Однако признательные показания в российском уголовном процессе, хотя и важнейшее доказательство, но не «царица доказательств». Признание должно быть объективно подтверждено другими доказательствами. Вместе с тем нередко именно оно дает ключ к отысканию этих других доказательств. Известная аксиома: никто лучше преступника не знает обстоятельств совершенного им преступления. Поэтому как источник информации виновный – ценность непреходящяя.

Приведем пример, имеющий много общего с интересующей нас категорией дел, если при этом обвиняемый, например, кустарным способом перерабатывал или обогащал похищенные полупродукты, содержащие драгоценные металлы.

Так, в начале 90-х годов прошлого века Следственным комитетом при МВД России расследовано и передано в суд уголовное дело в отношении жителей г. Иркутска Г и В., которые на протяжении нескольких лет изготавливали и сбывали поддельные банкноты. Г. был с поличным задержан при их сбыте в г. Ташкенте и изначально не проявил желания сотрудничать со следствием. Следователь, в производстве которого находилось дело, не смог найти психологического контакта с обвиняемым. Более того, своим высокомерием и нравоучительным тоном настроил Г. против себя, в результате чего в следственном кабинете СИЗО получил от подследственного удар кулаком в лицо. Ввиду сложившейся конфликтной ситуации следователя сначала отстранили от работы с обвиняемым, а потом – и от расследования дела. Основную работу с этим обвиняемым на данном этапе возложил на себя процессуальный руководитель следователя. Многочасовые допросы, чередующиеся с беседами «о жизни», тонко высказанное «восхищение мастерством» Г., его настойчивостью в достижении результата, упорством и профессионализм, поощрение стремления обвиняемого самоутвердиться в  собственных глазах и добиться уважения следователя породили в его поведении элементы самолюбования, временами переходящего в бахвальство, и подтолкнули к откровенности, в результате которой он подробно изложил, а допрашивающее лицо не менее подробно зафиксировало в протоколе допроса, технологию изготовления фальшивых денег (действительно непростую, имитирующую засекреченную «орловскую печать», которая используется полиграфии и поныне). К сожалению, Г. не выдал следствию спрятанного им в тайге оборудования, но его подробные показания, данные, кстати, в присутствии защитника, позволили назначить комплексную технологическую экспертизу, которая полностью подтвердила возможность получения фальшивок именно таким способом. Впоследствии показания Г. в совокупности с заключением экспертов и другими доказательствами, в том числе косвенными и некоторыми вещественными были положены в основу обвинительно приговора.

Как отмечалось выше, реализация своего права на дачу показаний обвиняемым может осуществляться не только во время первого допроса после предъявления обвинения или предъявления нового обвинения, повторного допроса в качестве обвиняемого, но и во время очной ставки, проверки показаний на месте, следственного эксперимента с его участием и опознания. Особенности показаний обвиняемым во время этих следственных действий рассматриваются в соответствующих разделах настоящего пособия.

4.5.3. Допрос. Очная ставка. Опознание. Проверка показаний

4.5.3.1. Допрос

Допрос – наиболее распространенное следственное действие, проводимое на досудебной и судебной стадиях уголовного судопроизводства и направленное на получение устной и письменной информации от допрашиваемых лиц.

Закон различает несколько видов допросов в зависимости от лица, которое подвергается допросу.  Помимо подозреваемого и обвиняемого допросу могут быть подвергнуты потерпевшие и   свидетели (ст. 188 УПК РФ), эксперты (ст. 205 УПК РФ).

Если по уголовному делу как носители информации допрашиваются другие участники судопроизводства (законный представитель обвиняемого и потерпевшего, представители потерпевшего, гражданского истца или ответчика, понятые, специалисты), то их допрос оформляется по правилам допроса свидетеля. Не теряя при этом своего первоначального процессуального статуса, они приобретают и дополнительный – свидетеля.

Эксперт может быть допрошен в таковом качестве только после дачи им заключения и лишь с целью разъяснения своего заключения.

Часть 2 ст. 205 УПК РФ содержит запрет допроса эксперта по поводу сведений, ставших ему известными при производстве экспертизы, но не относящихся к ее предмету. Например, эксперт-психиатр не может быть допрошен о сообщенных ему испытуемым сведениях, касающихся участников преступления, способов его совершения, мест сокрытия похищенного имущества и т.п. Вместе с тем, полагаем, эксперт должен быть допрошен, если кто-то из участников процесса пытался оказать на него давление или иным противоправным способом вмешивался в производство экспертизы. В этом случае эксперт допрашивается в качестве свидетеля.

Правила допроса эксперта с учетом названных особенностей осуществляются по правилам допроса свидетеля.

Свои особенности имеет допрос несовершеннолетних – также в зависимости от их процессуального положения (статьи 191, 280 УПК РФ).

Допрашиваемое лицо вызывается по общему правилу письменной повесткой, в которой обязательно указывается, в каком качестве оно приглашается для допроса, разъясняются последствия неявки и необходимость иметь при себе документы, удостоверяющие личность.  Реквизиты повестки содержатся в приложении 54 к УПК РФ. Факт ее вручения должен быть подтвержден документально. В противном случае не явившееся на допрос лицо не может быть подвергнуто мерам процессуального принуждения (привод, денежное взыскание). Сказанное, однако, не означает, что явившееся на допрос лицо не может быть допрошено, если было уведомлено иным способом.

Лицо, не достигшее возраста шестнадцати лет, вызывается на допрос, как правило (за исключением экстренных случаев), через его законных представителей либо через администрацию по месту его работы или учебы. Военнослужащий вызывается через командование воинской части. Исключение – случаи, когда уведомление допрашиваемого через названных лиц может повредить интересам расследования, (например, повлечь утечку информации, оказать отрицательное влияние на будущего свидетеля и др.).

Лицо, не владеющее языком судопроизводства, бесплатно обеспечивается услугами переводчика. Следователь или дознаватель при малейшем сомнении должен принять меры для обеспечения допрашиваемого лица переводчиком. Невыполнение этого требования может повлечь утрату данного доказательства.

Перевод допроса осуществляется в устной форме, а протокол составляется на языке судопроизводства. Его копия допрашиваемому лицу не вручается.

Допрос на досудебной стадии по общему правилу проводит лицо, в производстве которого находится уголовное дело, либо по его поручению другое уполномоченное лицо.

Следователь свободен в выборе тактике допроса. При этом задавать наводящие (содержащие ответы) вопросы допрашиваемому лицу ему запрещено.

Допрашиваемые лица вправе пользоваться документами и записями, а сам процесс допроса может фиксироваться на аудио- видеопленку. Об этом заранее предупреждается допрашиваемый, который по прочтении протокола вправе ознакомится и с материалами технической фиксации допроса. Носители с такой информацией хранятся при деле и являются источником доказательств в качестве приложения к протоколу.

К протоколу допроса могут прилагаться схемы, диаграммы иные приложения, которые заверяются подписями участников. Недопустимо в качестве таких приложений приобщать к протоколу самостоятельные предметы или документы. Последние требуют самостоятельного оформления, например, протоколами выемки или осмотра.

На допросе вправе присутствовать защитник (обвиняемого или подозреваемого – профессиональный адвокат), или адвокат (свидетеля), представитель (у потерпевшего), имеющий возможность задавать подлежащие занесению в протокол вопросы, делать заявления и замечания по существу следственного действия. Также на допросе может присутствовать прокурор, начальник следственного отдела, руководитель следственной группы, Специалист, эксперт, переводчик, педагог приглашаются следователем в случае необходимости.

Как правило, допрос проводится в месте производства предварительного следствия, но может осуществляться и в месте нахождения допрашиваемого лица. При этом допрос, за исключением случаев, не терпящих отлагательства, по общему правилу должен проводиться в дневное время (с 6 до 22 часов) с перерывом на 1 час для приема пищи и не может превышать 8 часов.

Завершается допрос составлением прокола, форма и реквизиты которого содержаться в приложениях 38, 56, 59, 62, 94, 110-112, 126 к ст. 476 УПК РФ.

Протокол в конце подписывается всеми участниками допроса, которые обязательно указываются во вводной части протокола, а допрашиваемое лицо подписывает каждый лист в отдельности.

Свидетельский иммунитет. Не могут быть подвергнуты допросу в качестве свидетелей:

1) судья, присяжный заседатель – об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу; 2) адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием; 3) священнослужитель –  об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди; 4) член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия – об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими своих полномочий (ст. 56 УПК РФ).

Любое лицо вправе не свидетельствовать против себя и своих близких родственников (ст. 51 Конституции РФ, ст. 42 УПК РФ).

Потерпевший, свидетель и эксперт  обязаны дать правдивые показания об известных им обстоятельствах. Невыполнение этой обязанности влечет наложение на них денежного взыскания (ст. 111 УПК РФ) или наступление уголовной ответственности по статьям 307 и 308 УК РФ, но при условии, что они достигли 16 летнего возраста.

Несовершеннолетние свидетели и потерпевшие.

Время допроса несовершеннолетних свидетелей и потерпевших в отличие от подозреваемых и обвиняемых особенностей не имеет.

В то же время свидетели и потерпевшие, не достигшие 16-летнего возраста, об уголовной ответственности не предупреждаются, однако в протоколе перед началом допроса делается отметка о разъяснении им необходимости говорить правду.

Указанные лица, не достигшие 14 лет, всегда допрашиваются с участием педагога. Это дополнительная гарантия защиты прав несовершеннолетнего и качества содержательной стороны протокола следственного действия: малолетний свидетель или потерпевший не всегда способен адекватно воспринимать события реальности и в этом случае педагог выступает в роли своеобразного специалиста.

Лица от 14 до 18 лет могут быть допрошены с участием педагога по решению следователя или дознавателя.

В этих случаях независимо от возраста несовершеннолетнего свидетеля или потерпевшего вправе присутствовать его законные представители (ст. 191 УПК РФ).

По уголовным делам о хищении и незаконном обороте драгметаллов допрашиваются потерпевшие (если речь идет о хищении драгметаллов у физического лица или частного предпринимателя), представители потерпевшего – юридического лица (допрашиваются в качестве свидетелей), свидетели (в том числе специалисты, понятые, переводчики, представители гражданского истца и ответчика), эксперты.

По делу необходимо сформировать достаточно широкую свидетельскую базу.

Свидетельские показания – важнейший источник доказательств. Без них не расследуется ни одно уголовное дело, поскольку – это основной способ исследования предмета доказывания.

Предмет доказыванияэто совокупность фактических обстоятельств, установление которых необходимо для правильного разрешения уголовного дела.

В предмет доказывания в соответствии  со ст. 73 УПК РФ входят:

1. событие  преступления  (время,  место,  способ  и   другие обстоятельства совершения преступления, характер и размер вреда, причиненного преступлением) – признаки объективной стороны преступления;

2. виновность лица в совершении преступления, форма его  вины, цели и мотивы – признаки субъективной стороны преступления;

3. обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

4. обстоятельства,  исключающие преступность и  наказуемость деяния (возраст наступления уголовной ответственности, невменяемость, малозначительность, крайняя необходимость, обоснованный риск, физические и психическое принуждение, исполнение приказа);

5. обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание (статьи 61, 63 УК РФ);

6. обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания (амнистия, деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим, истечение сроков давности, наличие малолетних детей, тяжкое заболевание);

7. обстоятельства,  способствовавшие совершению преступления.

Все перечисленные обстоятельства устанавливаются, в том числе и с помощью свидетельских показаний.

Таким образом, законодатель лишь в общем виде обозначил обстоятельства, подлежащие доказыванию. Очевидно, что предметы доказывания по конкретным уголовным делам отличается друг от друга. Поэтому, определяя предмет доказывания, надо, прежде всего, исходить из диспозиции статьи нормы материального права, которая перечисляет конкретные признаки совершенного преступления (хищение драгоценных металлов, противоправные сделки с ними, контрабанда).

Свидетельские показания могут быть условно классифицированы по нескольким основаниям:

  1. По отношению к обстоятельствам, подлежащим доказыванию:

— Прямые – которые непосредственно содержат информацию об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания (показания свидетеля-очевидца совершения преступления).

— Косвенные – которые содержат информацию о промежуточных фактах, на основании которых можно сделать вывод о наличии или отсутствии обстоятельств, входящих в предмет доказывания (показания свидетеля, опровергающего алиби обвиняемого).

  1. По отношению к обвинению:
  • Обвинительные (уличающие).
  • Оправдательные (доказывающие непричастность или невиновность).
  1. По характеру источника (в зависимости от дистанции нахождения от события):
  • Первоначальные – (показания очевидца).
  • Производные – (слышал, как Иванов рассказывал о совершенном им преступлении).
  1. По отношению к обвиняемому:

— Показания посторонних, незаинтересованных лиц. В том числе специалистов (например, инженера-технолога об особенностях аффинажа драгметаллов), экспертов, понятых.

— Показания супругов, родственников, друзей, сослуживцев, знакомых обвиняемого.

В качестве свидетелей-очевидцев могут быть допрошены как посторонние, так и близкие люди. Думается, в качестве очевидца может быть допрошено любое лицо (близкие родственники – с их согласия), а также  адвокат, если он непосредственно наблюдал совершенное его подзащитным преступление. В этом случае совмещать статус свидетеля и очевидца он не вправе.

К показаниям супругов и близких родственников следует относиться осторожно, ибо они в силу ст. 51 Конституции РФ не обязаны свидетельствовать против обвиняемого.

Свидетелями-очевидцами могут выступать лица, наблюдавшие хищение, противоправную сделку (работники охраны, сослуживцы, прохожие, соседи и т.п.),  перевозку или пересылку ценностей (таксисты, проводники вагонов, стюардессы, пассажиры, несостоявшиеся покупатели и другие лица).

Родственники и сослуживцы, если они не обладают сведениями об обстоятельствах совершения преступления обвиняемым или его невиновности, допрашиваются о личности обвиняемого.

Специалисты-свидетели дают пояснения об особенностях технологического процесса, правилах оборота драгметаллов, их учета, хранения, перевозки, разъясняют ведомственные инструкции и иные нормативные правовые акты.

Понятые, специалисты, привлекаемые для участия в отдельных следственных действиях, могут свидетельствовать о процедуре получения доказательств, оспариваемых стороной защиты.

Следователи и особенно суды практикуют допросы оперуполномоченных БЭП и других сотрудников милиции, проводивших задержание с поличным при совершении хищения, противоправной сделки или при перевозке драгметаллов, осуществлявших оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу, присутствовавших при проведении отдельных следственных действий или проводивших их как неотложные либо по поручению следователя.

Несмотря на то, что допрос является самым распространенным следственным действием, он наряду с этим представляет наибольшую сложность в тактическом плане. В зависимости от категории свидетеля в соответствии с приведенной классификацией определяется и тактика его допроса.

Как правило в бесконфликтной обстановке проходят допросы незаинтересованных свидетелей. Родственники, знакомые, сослуживцы, соседи нередко заинтересованы в судьбе подозреваемого (обвиняемого), в силу чего не всегда могут быть искренними и откровенными.

Сослуживцы и знакомые также проявить определенную степень «сочувствия» и даже оказаться соучастниками, в связи с чем  могут давать искаженную или откровенно ложную информацию.

Сотрудники органов дознания могут стремиться представить качество своей работы по изобличению виновного в более выгодном для себя свете, чем на самом деле.

Все эти обстоятельства, несомненно, должны учитываться при выборе тактики допроса.

В процессе допроса выявляется, уточняется и конкретизируется информация о совершенном преступлении, проверяется качество других источников информации, позволяющих раскрыть и выявить преступление, осуществить розыск скрывшегося преступника, отыскать похищенное.

Качество допроса, его доказательственная ценность находятся в прямой зависимости от достигнутого с допрашиваемым психологического контакта. Вступая во взаимоотношения с допрашиваемым, следователь по роду своей деятельности вторгается в личную жизнь допрашиваемого, нарушает независимо от его желания устоявшийся уклад и распорядок жизни свидетеля. Поэтому установление психологического контакта должно начинаться с вызова свидетеля на допрос. Закон в качестве основной формы называет вызов повесткой. Однако такой вызов изначально не учитывает планов свидетеля, что может повлечь за собой возникновение напряженности между ним и следователем уже с первой встречи. Предпочтительнее направление повестки дублировать телефонным звонком, дабы в доброжелательной форме убедить свидетеля в необходимости выполнения своего гражданского долга.

Однако если вызову подлежит лицо, подозреваемое в причастности к совершению преступления в составе группы, бывает целесообразным использовать принцип внезапности, дабы исключить утечку информации и не дать свидетелю – потенциальному соучастнику преступления – согласовать свою позицию с другими заинтересованными лицами. В этом случае вызов может сопровождаться одновременной доставкой свидетеля в место допроса.

Наиболее ценными показаниями являются показания потерпевшего как лица зачастую являющегося непосредственным участником преступления. Однако по интересующей нас категории дел потерпевшим, как правило, является юридическое лицо, а его представитель как процессуальная фигура зачастую обладает лишь косвенной информацией.

Важнейшим участником процесса, обладающим наиболее ценной информацией, является свидетель-очевидец. Таких свидетелей необходимо допрашивать в первую очередь, пока события не стерлись из его памяти.

Главная цель допроса на начальном этапе расследования (сразу после возбуждения уголовного дела) заключается в том, чтобы в первую очередь выяснить обстоятельства, характеризующие личность преступника, его приметы, место нахождения, способ преступного поведения, следы и орудия преступления, вред, причиненный собственнику или охраняемым законом общественным отношениям, место нахождения предметов преступления, сведения о соучастниках и очевидцах преступления.

Если в условиях работы «по горячим следам» следователь ориентирован на получение экспресс-информации, то при повторном допросе должен ориентироваться на фиксацию деталей. В принципе, если позволяет время, и первый допрос должен быть качественным и подробным. Однако не всегда такая возможность у следователя имеется.

При допросе свидетелей следует иметь в виду, что первоначальные показания в бесконфликтной ситуации являются наиболее точными и правдивыми, так как лишены постороннего влияния. Отсутствуют сопоставление собственных показаний с чужими, коллективное их обсуждение с другими свидетелями. Вместе с тем первоначальные показания имеют и свой минус, поскольку нередко проводятся в условиях цейтнота, очевидцы их дают в возбужденном состоянии. Более полными иногда бывают отсроченные показания. Особенно это относится к допросам не очевидцев, а других свидетелей, тем более вероятных соучастников.

Если у следователя имеются основания полагать, что важный свидетель обвинения может быть подвергнут насилию или иному противоправному влиянию со стороны участников преступления, что эти обстоятельства препятствуют его откровенности, необходимо рассмотреть вопрос о его допросе в соответствие с ч. 9 ст. 166 УПК РФ, которая дает возможность обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц путем неприведения в протоколе допроса данных об их личности. В этом случае следователь с согласия прокурора выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которую он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается и приобщается к уголовному делу.

Как и к допросу обвиняемого, к допросу свидетеля следователь должен готовиться, поскольку неподготовленный следователь не в состоянии критически осмыслить данные ему показания. В итоге допрос приобретает характер фиксации ничего не значащих сведений, в нем отсутствует наступательность, а следователь вместо исследователя превращается в оформителя. Увы, в профессии следователя встречаются отдельные представители, которые возбуждают уголовное дело, проводят следственные действия, затрачивают силы и средства, единственным результатом которых является не раскрытие и расследование преступления, а собирание доказательств того, что преступления не было. Такая деятельность на профессиональном сленге именуется «работой на корзину».

Проанализируем качество допроса вероятного подозреваемого на примере одного еще уголовного дела.

Поводом к возбуждению данного дела послужил факт задержания в одном из морских  портов нескольких контейнеров, содержавших  полторы сотни пакетов порошкообразного вещества темно-серого цвета общим весом свыше 7 тонн. Как потом выяснилось, – огарка никелевого шлама.

Поясним, никелевый шлам (нем. – тина, грязь, осадок) является продуктом первичного электролиза, из которого впоследствии термической обработки (обжига) удаляются сульфидные примеси.  Конечный продукт обжига называется  огарком, который довольно часто является предметом хищений. Во всяком случае, к лому цветных металлов он не относится и выступает промежуточным продуктом циклически замкнутого производства, в результате которого путем переплавки получают вторичные аноды (никелевые плиты). Аноды поступают на электролиз, растворяются в кислотах, из раствора которых электролитическим способом извлекается чистый никель, а в осадок выпадает вторичный шлам – ценный продукт, содержащий до 70% драгоценных металлов, именуемый концентратом платиновым. Из него на аффинажных заводах (опять-таки электролитическим способом) производятся чистые слитки драгоценных металлов.

Итак, задержанный огарок, т.е. подготовленный для плавки никелевый шлам, в количестве более 7 т представлял из себя, по заключению экспертов, материал, содержащий около 76% никеля, незначительное количество меди и кобальта – всего на сумму около 3 млн. рублей и драгоценных металлов, в основном палладия и платины, на сумму около 800 тыс. рублей.

Попутно заметим, порт, где задержан огарок, находится недалеко от металлургического комбината, отделенного от «материка» лишь морским путем в период навигации и линиями воздушного сообщения. Все население данного региона в той или иной степени существует за счет деятельности комбината и тесно с ним связано.

Грузоотправителем и грузополучателем огарка выступало одно и то же юридическое лицо (ООО), а владельцем – другое ООО,  в соответствии с уставной деятельностью арендующее на территории населенного пункта земельный участок для переработки промышленных отходов и рекультивации земель. Данное предприятие обладало лицензией на заготовку лома цветных металлов. Грузоотправитель осуществлял посреднические функции, роль которых в данной операции следствием до конца не выяснена.

В этой ситуации напрашивались и заинтересованными лицами выдвигались как минимум следующие версии:

  1. Темно-серый порошок случайно найден на свалке. Нашедшие его лица не знали, что это – огарок никелевого шлама. Предположили, что найденное  ими вещество является порошком «нержавейки», и решили сдать его как лом цветных металлов (версия подозреваемых, свидетельствующих об их невиновности);
  2. В случае, если вышеназванная версия подтвердится, следовало бы предположить, что ценный продукт оказался на свалке либо по чьей-либо халатности, либо подготовлен к хищению неизвестными лицами и помимо их воли попал в руки третьих лиц;
  3. Сотрудники фирмы-грузоотправителя, выдвинувшие защитную версию, являются участниками или соучастниками хищения никелевого огарка как:

а) предмета, содержащего драгоценные металлы

б) предмета содержащего цветные металлы

в) предмета содержащего и цветные и драгоценные металлы;

  1. Сотрудники фирмы-грузоотправителя являются членами организованной группы или преступной группировки, специализирующейся на хищениях, сбыте, переработки или контрабанде цветных и драгоценных металлов;
  2. Сотрудники фирмы-отправителя не участвовали в хищении огарка никелевого шлама, но противоправно приобрели его у расхитителей или других лиц для дальнейшего сбыта, переработки или контрабанды.

Отсюда в целях проверки выдвинутых версий у допрашиваемых лиц предстояло получить множество ответов. Для этого перед ними предстояло грамотно поставить ряд вопросов. Как эти вопросы ставились в действительности, наглядно свидетельствует протоколы допросов директора фирмы-заготовителя – фактического отправителя никелевого огарка и приемщика лома цветных металлов этой же организации. Указанные лица за несколько месяцев, прошедших после возбуждения уголовного дела были  допрошенных только по одному разу. И весьма поверхностно. Судите сами:

Директор: «Я работаю Директором ООО «А» с момента образования предприятия — 01.04.2002 года, являюсь ее учредителем.

ООО «А» имеет лицензию ЛП КК № 002759 на заготовку, переработку и реализацию лома цветных металлов, срок действия лицензии с 08.04.2003 до 07.04.2008 года. Отдельно выдается лицензия на переработку лома черных металлов. ООО «А» такой лицензии не имеет.

ООО «А» имеет с администрацией города договор двух земельных участков, площадью 17 и 14 тысяч кв. метров, расположенных в районе карьера «Д». Арендуемая территория граничит с промотвалом № 1.

Сбор металлолома моим предприятием осуществляется на арендуемой территории. Нередко автотранспорт с металлоломом, возможно, отходами металлургического комбината, вываливает содержимое на арендуемой мной территории, не доезжая до территории промотвала.

ООО «А» не занимается приемкой лома цветного металла у частных лиц.

Отправка контейнеров с ломом цветных металлов осуществляется при посредничестве ООО «В+». Контейнеры, досмотр которых проводился в морском порту, также предоставлены для перевозки ООО «В+». Контейнеры были помещены для загрузки на территорию ООО «А» в январе 20… года, загружались по мере поступления лома цветного металла.

На арендуемой ООО «А» территории в течение ноября-декабря 20.. года водителем ООО «А» М. и мастером-приемщиком ООО «А» Г. была обнаружена куча порошкообразного вещества серого цвета, более 7 тонн При помощи специального прибора – анализатора металлов я провел исследование указанного вещества, убедился в присутствии в веществе никеля. В связи с этим я решил отправить найденное вещество на переработку. Для этого я дал указание Г. собрать вещество. В металлических ящиках вещество было перевезено на охраняемую ООО «А» территорию. По мере поступления мешков, складировалось в полипропиленовые мешки. После поступления контейнеров с ООО «В+» мешки были складированы в один из них. К погрузке мешков в контейнер были привлечены работники ООО «Атлантида». Руководил погрузкой Г., что предусмотрено его должностными обязанностями. Контейнер был догружен ломом нержавеющей стали» (Действительно, мешки с порошком были скрыты металлом).

Мне не известно, каким образом вещество серого цвета, обнаруженное впоследствии при осмотре содержимого, попало на территорию промотвала, арендуемую ООО «А».

Свидетель Г., на которого сослался директор, дал в целом сходные показания (что нередко бывает при сговоре соучастников) и пояснил:

«Я поехал проверять территорию на арендуемой свалке и обратил внимание на недавно высыпанную кучу темно-серого гранулированного вещества. Куча была слабо запорошена снегом, ее кто-то высыпал недавно. Часть этого вещества находилось в полипропиленовых мешках. Я попробовал поднять один мешок, который был заполнен на одну треть, мешок оказался тяжелым. Я подумал, что это какой-то металл. Судя по тому, что следов ржавчины не было, я подумал, что это нержавейка и взял около горсти этого вещества с собой, чтобы на складе проверить имеющимся у нас прибором, что это за металл.  По внешнему виду обнаруженное мною вещество-порошок напоминал окалину (как камень). Когда приехал на склад, я  из того, что привез, сделал комок, подсушил  и проверил его на приборе «Эксперт» – анализаторе металлов и сплавов. Прибор показал  0,83%, это значит что это нержавеющая сталь.  Наш прибор не определяет содержание драгоценных металлов. Так как  наша организация специализируется на приемке и сдаче цветного металла, то этот прибор нам необходим для того, чтобы определять цветной металл – алюминий, бронзу, титан, латунь, нержавейку, медь.

Я сообщил  нашему директору о том, что я нашел на свалке,  и он сказал, чтобы все это перевезли к нам на склад. Я взял с собой рабочих и на машине «Митсубиси» мы перевезли порошок.

В конце декабря 20… года мы готовили 4 контейнера к отправке. Контейнер, в котором находились 159 мешков с порошкообразным веществом в это время не досматривался сотрудниками милиции, т.к. мы еще не знали, будем ли отправлять его на переработку, или это будет для нас не рентабельно. Но когда имеющийся к отправке металлолом не вместился в 4 контейнера, на складе осталось несколько тонн нержавейки,  то чтобы не  отправлять полупустой контейнер,  директор дал команду загрузить оставшийся металл в контейнер, где находился порошок и его тоже отправлять. Этот контейнер сотрудниками милиции не досматривался.

Мы даже не предполагали, что в порошке могут содержатся драгоценные металлы, т.к. он магнитился. Да и вряд ли кто вывез бы на свалку вещество, содержащее драгоценные металлы».

Из приведенного  допроса директора ООО не ясно:

  1. Насколько квалифицированным работником по приемке цветных металлов он является, каков общий уровень его образования и познания в металлургии и металловедении. Работал ли он ранее в этой отрасли, когда и где, каким образом приобрел познания и получил лицензию на работу с металлоломом[8].
  2. Что ему известно о правилах приема лома черных и цветных металлов, условиях лицензирования этой деятельности,  и насколько тщательно он эти правила соблюдает (из протокола видно, что лицензией на прием лома черных металлов он не обладает)[9].
  3. Что относится к лому цветных, а что к лому черных металлов. Что он называет «нержавейкой» (очевидно, речь идет о легированной стали) и к какому виду металла (черному или цветному) она относится.
  4. На каких условиях он сотрудничает с фирмой «В+», почему именно она является одновременно грузоотправителем и грузополучателей. Имеется ли у него контракт на поставку лома цветных металлов, кто является получателем и каковы существенные условия этого контракта. Кто являлся юридическим собственником порошка.
  5. В качестве чего поставлялся порошок серого цвета, как он обозначен в товарно-транспортных документах, какова его предполагаемая цена и рентабельность сделки[10].
  6. Кто, где и каким образом должен был переработать порошок и на каких условиях расплатиться за его приобретение с поставщиком.
  7. По каким признакам он отнес порошок к лому «цветных металлов», что вообще в его понимании означает «лом» и как его понимание этого товара корреспондируются с действующими инструкциями.
  8. Каким образом, каким инструментом и по какой методике он определял химический состав порошка. Может ли воспроизвести эту процедуру на следственном эксперименте.
  9. Имелись ли у него основания, исходя из профессиональных знаний, прежнего опыта, информации о профиле деятельности ведущего в регионе металлургического предприятия предположить, что отправленный им материал является его продуктом, в котором могут содержаться драгоценные металлы.

10. Имеющаяся у ООО лицензия дает право на заготовку, переработку и реализации лома цветных металлов. Аренда земельного участка по договору с арендодателем обязывает осуществлять переработку промышленных отходов и рекультивацию земель. В чем выражалось направление этой деятельности и как оно соотносится с заготовкой и реализацией лома цветных металлов в свете действующего законодательства.

11. Давал ли он своим подчиненным указание на отгрузку 7 тонн порошка, в каком качестве и почему дал такое указание.

Поставленные перед допрашиваемым вопросы и ответы на них в последствии могли быть проверены и проанализированы. Эти ответы могли оказаться противоречивыми и непоследовательными.

Дальнейшие следственные действия – качественно проведенный осмотр места свалки, на которое указывают свидетели, сравнительное исследование следов темного порошка, если бы он оказался на свалке, и изъятого порошка, следственный эксперимент по воспроизводству упомянутого свидетелями экспересс-анализа, допросы лиц, использующих арендованные ООО площади под свалку, специалистов производства об особенностях производства и учета никелевого огарка могли бы дать дополнительную конструктивную  информацию, способную продвинуть расследование в направлении раскрытия данного преступления. К сожалению, этого сделано не было, и сомнительная защитная версия директора ООО осталась неопровергнутой.

Сходные вопросы следовало задать и другому свидетелю, в показаниях которого имеется существенное противоречие. Из протокола допроса следует, что проведенный им, а не директором экспресс-анализ показал «0,85%», правда, непонятно чего. Из этого свидетель, как следует из протокола, понял, что перед ним «нержавейка». Однако в соответствии со специальными справочниками по металловедению процентное содержание никеля в легированных сталях составляет от нескольких десятых процента до 20. Изъятый же в контейнерах порошок на 76% состоял из никеля и вовсе не содержал железа – основного компонента любой стали, относящейся к группе черных металлов. Всего этого следователь до начала допроса для себя не уяснил и поэтому попросту терял время, записывая небылицы.

Тактически он мог принять решение и записать абсурдные по своей сути показания, но лишь затем, чтобы впоследствии задать дополнительные вопросы, уличить допрашиваемых во лжи и воссоздать реальную картину описываемых в показаниях  событий. Однако, похоже, в нашем случае показания «свидетелей» следователя удовлетворили.

Вместе с тем имевшиеся в их  показаниях противоречия – что же именно, сталь или никель, в своей основе содержал изъятый порошок –  могли стать основанием для проведения очной ставки, но для ее проведения предварительно необходимо было провести качественный допрос.

Свою особенность имеет и тактика определения круга допрашиваемых лиц. По делам о хищениях и незаконном обороте драгоценных металлов, как показывает практика, на первоначальном этапе расследования подозреваемый возникает и допрашивается в этом качестве в случае, если он задержан при покушении вынести предмет хищения через охраняемую территорию предприятия или если он задержан при совершении незаконной сделки.  Учитывая высокую латентность и низкую раскрываемость хищений данного вида (как правило, незаконная сделка с драгоценными металлами – это либо нераскрытое хищение драгметаллов или их незаконная добыча их из недр) большинство допрашиваемых лиц имеют процессуальный статус свидетеля. Особенность свидетелей по таким делам состоит в том, что значительная их часть легко может перейти в категорию обвиняемых. Поэтому, чтобы воссоздать реальную картину преступлению к выбору свидетелей, очередности их допроса  необходимо  подходить взвешенно.  В первую очередь, если допрос отсрочить невозможно, допрашиваются участники сделки и очевидцы сделки. Эти лица с высокой вероятностью могут в перспективе стать подозреваемыми, поэтому их показания хотя и дают первоначальную картину преступления, но часто искаженную. Предпочтительнее допросы начинать с того круга лиц, вероятность искренности которых наиболее высока. Это, в первую очередь, незаинтересованные лица – те, которые наиболее объективно могут воссоздать условия, в которых должен храниться и хранился похищенный продукт, особенности его учета, транспортировки, хранения, производства, переработки, возможность оказаться на свалке и т.п. Допросив этих лиц, изучив с их помощью необходимые нормативные материалы, следователь сможет более качественно и продуктивно допросить другую группу свидетелей, избежав ненужных повторов (в том случае если эти повторы не служат цели изобличения недобросовестного свидетеля или подозреваемого).

Допросы потерпевшего проводятся по правилам допроса свидетелей. Однако напри этом надо иметь в виду, что принятый УПК РФ (ч. 1 ст. 42) наряду с физическим лицом потерпевшим признается наряду с физическим и юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу. По делам о хищениях продукции предприятий-производителей драгоценных металлов и их полуфабрикатов потерпевшими признаются эти предприятия а их сотрудники на основании доверенности руководителей – представителями потерпевшего.

В начале данного раздела мы говорили о том, в случае необходимости представители потерпевшего, гражданского истца и ответчика могут быть допрошены в качестве свидетелей.  Изучение уголовных дел в Красноярском крае и в Мурманской области, однако, показало, что представители потерпевшего юридического лица нередко допрашиваются в качестве потерпевшего. Представляется, это неверно.  Хотя закон и называет в качестве потерпевшего наряду с физическим лицом юридическое, предоставив ему право давать показания, бланк допроса представителя потерпевшего в приложениях к УПК РФ отсутствует. Вместе с тем в другом приложении, в котором реализуется одно из важнейших прав потерпевшего на ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы (приложение 123), материалами уголовного дела  (приложение 150) законодатель между потерпевшим и его представителем знака тождества не ставит. В соответствии с ч. 5 ст. 45 УПК РФ представители потерпевшего имеют такие же процессуальные права, как и сам потерпевший, что не лишает последнего права реализовывать их самостоятельно.  Поэтому основное назначение представителя потерпевшего – реализация права на заявление гражданского иска, участие в предварительном расследовании и судебном следствии, ознакомление с процессуальными документами, заявление  ходатайств и т.п. Если представитель потерпевшего намерен дать показания (зачастую он этого не может сделать по объективным причинам), имеющие значение для дела, он сам становится носителем, источником доказательств и может быть допрошен. Точно так же может быть допрошен законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого и потерпевшего, например, об обстоятельствах воспитания, совершенного преступления и т.п. Однако при этом (а аналогии здесь уместны) вряд ли у кого возникнет мысль допрашивать одного из родителей здравствующего потерпевшего, а тем более обвиняемого в качестве потерпевшего, а тем более обвиняемого. Поэтому представителя потерпевшего, если его показания имеют отношение к предмету доказывания (размер ущерба, причины его возникновения) следует допрашивать в качестве свидетеля. В обвинительном заключении его показания приводятся соответствующим образом: «допрошенный в качестве свидетеля представитель потерпевшего Иванов И.И. показал…».  Ссылка  на допрос представителя потерпевшего в качестве потерпевшего будет, на наш взгляд, некорректной.

Таковы общие требования и рекомендации, которые могут быть использованы при выборе тактики и методики допроса свидетелей и потерпевших.

Своеобразной разновидностью допроса является очная ставка.

4.5.3.1. Очная ставка (ст. 192 УПК РФ)

Очная ставка является специфической формой допроса, в процессе которой поочередно допрашиваются ранее уже допрошенные лица, в показаниях которых имеются существенные противоречия. Цель очной ставки – устранить эти противоречия и выяснить их причину. Однако это право, а не обязанность следователя. Он может устранить противоречия и другим способом.

Очная ставка может проводиться между лицами, имеющими как одинаковое, так и различное процессуальное положение, в зависимости от чего в протоколе отражаются эти особенности, в равной мере присущие и допросу (предупреждение об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний, разъяснение прав и обязанностей).

В отличие от допроса тактика проведения очной ставки несколько ограничена ее процедурой. Перед началом следственного действия у допрашиваемых лиц в обязательном порядке выясняется отношении друг к другу. Таким образом устанавливается возможная причина их разногласий в показаниях. Затем следователь (дознаватель) поочередно предлагает допрашиваемым лицам дать показания по предмету, относительно которого проводится данное следственное действие. После этого он  может поочередно задать им дополнительные вопросы и предоставить такую возможность по отношению друг к другу.

Ранее данные показания участвующих в очной ставке лиц могут быть оглашены во время этого следственного действия, что заносится в протокол, лишь после дачи ими показаний на очной ставке. Как и во время допроса, на очной ставке допустимо предъявление вещественных доказательств и документов.

Прежний УПК об этом умалчивал. Вместе с тем в специальной литературе и прежде высказывались обоснованные рекомендации предъявлять на очных ставках имеющиеся в распоряжении следователя доказательства, в частности, для разоблачения ложных показаний участвующих в очной ставке лиц.

Правила участия в очной ставке законных представителей, переводчиков, специалистов, защитников, адвокатов, педагогов и психологов, а в некоторых случаях – и понятых (невозможность подписания протокола), не отличаются от аналогичных правил при проведении допроса.

В протоколе очной ставки показания допрашиваемых лиц записываются в той очередности, в какой они давались. Каждое из допрашиваемых лиц подписывает свои показания, каждую страницу протокола и протокол в целом. Нередко для оформления протокола очной ставки используется оргтехника (компьютер), что затрудняет подписание частей протокола в процессе его составления. В этом случае протокол и го части могут быть подписаны одновременно после его составления. Однако если следователь не уверен, что это произойдет (а такое случается, когда одно из допрашиваемых лиц меняет свои показания по ходу проведения следственного действия), целесообразно сразу же оформлять протокол на бумажном носителе и подписывать его поэтапно.

В случае, если кто-то из участников очной ставки изменил свои показания или отказался от их дачи, после очной ставки его следует допросить о причине такого решения.

Законодатель (ч. 9 ст. 166 УПК РФ) предоставил следователю при необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц не приводить в протоколе следственного действия данные об их личности. В этом случае участник следственного действия выступает под псевдонимом. Это правило может быть распространено и на проведение очной ставки при условии, что допрашиваемые лица не знакомы друг с другом, но общались, например, в процессе совершения преступления (насильник и его жертва).

Форма протокола очной ставки содержится в приложении 63 к УПК РФ.

Очная ставка с участием обвиняемого имеет свои особенности.

На практике возникает вопрос: возможно ли производство очной ставки с участием обвиняемого, который ранее отказался давать показания? Напомним, согласно ч. 4 статьи 173 УПК РФ повторный допрос обвиняемого потому же обвинению в случае его отказа отдачи показаний может производиться только по просьбе самого обвиняемого. В литературе существует точка зрения, что, поскольку очная ставка является одновременным допросом двух лиц, ее производство с участием отказавшегося от дачи показаний обвиняемого возможно только по его просьбе, как и в случае с обычным допросом. Однако буквально из закона такое требование не вытекает. А возникшие в показаниях обвиняемого и другого лица противоречия по отношению к обвинению могут иметь опосредованный характер. Представляется, что если обвиняемый во время проведенной без его просьбы очной ставки откажется от дачи показаний, то такой протокол очной ставки по его содержанию можно рассматривать как повторный допрос оппонента обвиняемого в его присутствии (как и в суде), а если все-таки обвиняемый начнет давать показания, то вряд ли их в впоследствии, если при этом присутствовал защитник, можно признать порочными по формальным основаниям.

Результаты очной ставки с участием обвиняемого могут быть различными. В одном случае, обвиняемый (подозреваемый), поняв бессмысленность своего запирательства, начнет давать правдивые показания; в другом — противоречия могут остаться не устраненными, и для установления истины потребуется сбор дополнительных доказательств; в третьем случае – оба участника могут отказаться от правдивых показаний и встать на путь лжесвидетельства. Каждая очная ставка, не достигшая своей цели, способствует еще большему сопротивлению подозреваемого (обвиняемого).  Поэтому перед проведением очной ставки следует учесть тактической риск этого следственного действия.

Проведение любой очной ставки требует тщательной подготовки. Помимо вопросов, которые решает следователь, готовясь к любому допросу, он определяет предмет очных ставок, очередность подлежащих выяснению вопросов, последовательность допроса участников. На основе анализа имеющихся материалов дела, изучения личности допрашиваемых и их взаимоотношений следователь разрабатывает варианты возможного поведения участников на очной ставке.

Преждевременно проведенная очная ставка может привести к тому, что подозреваемый (обвиняемый), признавшийся в совершении преступления, изменит свои показания. Поэтому ее целесообразно проводить в тот момент, когда ознакомление обвиняемого с показаниями другого лица не нарушит общего тактического плана расследования.

Обычно проводят очную ставку лишь тогда, когда были использованы и оказались безрезультатными иные возможности установления истины по спорным обстоятельствам дела, в частности допросы обвиняемых (подозреваемых) с предъявлением им доказательств или воспроизведением звукозаписи показаний лиц дающих правдивые показания.

При очной ставке должны быть предприняты и меры предосторожности во избежание нежелательного общения между участниками. У следователя должна быть уверенность в том, что дающее правдивые показания лицо  не изменит их под влиянием другого соучастника. Особенно остро данная проблема стоит при изобличении лидера преступной группы.

По групповым преступлениям проведение очной ставки имеет свои особенности.

Показания соучастников, свидетелей, потерпевших являются одним из важных источников информации о преступной группе, роли каждого ее члена в подготовке, совершении и сокрытии преступления.

Наиболее эффективными являются тактические приемы, применяемые при допросе участников групповых преступлений:

— использование фактора внезапности;

— последовательность предъявления имеющихся доказательств;

— приемы логического воздействия с использованием противоречий в показаниях;

— создание впечатления у допрашиваемого о полной осведомленности следователя об их преступной деятельности;

— разъяснение смягчающих вину обстоятельств,

— использование конфликтов среди участников группы и т. д.

Некоторые тактические приемы, применяемые при расследовании групповых преступлений, заслуживают подробного рассмотрения.

К сожалению, дача заведомо ложных показаний характерна для абсолютного большинства уголовных дел о групповых преступлениях и, как правило, носит «оправдательный» характер. Допросы подозреваемых и обвиняемых проходят в острой конфликтной ситуации, особенно когда соучастники имеют  противоположные интересы и стремятся к достижению различных целей в условиях информационной неопределенности относительно планов и намерений друг друга. Наиболее наглядно это проявляется при проведении очных ставок.

Когда допрашиваемый дает ложные показания, задача следователя выяснить, какие именно мотивы укрепляют его в занятой позиции: уверен ли он в том, что против него и группы нет и не может быть доказательств; отказывается от показаний,  не желая выдавать своих соучастников; не хочет признавать себя виновным; надеется уйти от ответственности и т.д. Выяснив все эти внутренние психологические расчеты и мотивы упорного запирательства обвиняемого необходимо идти по пути последовательного, логичного понижения значимости этих мотивов. И лишь подобрав подходящий момент, который значительно облегчит его показания.

Когда речь идет об очной ставке между соучастниками, то при решении вопроса о целесообразности ее проведения нельзя упускать из вида возможность нежелательного психологического воздействия на лицо, давшее правдивые показания, со стороны другого, с более сильным характером. Принимая решение о проведении очной следователь должен быть уверен в ее положительном результате. В противном случае лучше отложить или вовсе отказаться от ее проведения, так как иначе может произойти сговор между соучастниками, а это повлечет большие трудности для расследования, чем наличие противоречий в их показаниях.

Следственный опыт показывает, что очную ставку между соучастниками группового преступления не следует проводить на начальном этапе расследования, особенно в тех случаях, когда достоверность уличающих показаний не подтверждена другими доказательствами.

С осторожностью следует подходить к решению вопроса о производстве очной ставки между организатором и другими членами группы. С одной стороны, признание вины таким авторитетным членом преступной , каким является организатор, способствует даче показаний другими участниками преступления, но с другой стороны дает ему  возможность использовать очную ставку для подтверждения соучастником выгодных для него показаний. Существует и другая опасность. Узнав, что соучастник не дал правдивых показаний, организатор может отказаться от своих показаний, правдиво характеризующих участие в групповом преступлении Поэтому следователь, принимая решение о проведении очной ставки между соучастниками, должен учесть все обстоятельства дела и быть уверенным, что признавшийся соучастник на очной ставке не откажется от данных им ранее показании.

При проведении очных ставок рекомендуется применение следующих тактических приемов:

использование показаний организаторов и наиболее активных участников, твердо признавшихся в совершении преступления;

деление предмета очной ставки на несколько эпизодов, а иногда и на несколько очных ставок и поэтапное выяснение каждого из них с использованием не только показаний второго участника, но и других доказательств;

проведение повторных очных ставок, если добросовестный участник очной ставки вспомнил новые факты, имеющие значение для дела; или когда лицо во время первоначальной очной ставки изменило свои правдивые оказания, но затем вновь вернулось к ним;

детализация обстоятельств, подлежащих выяснению на очной ставке. Это даст возможность получить наиболее полные показания и склонить отрицающего вину к даче правдивых показаний;

если по делу проходит несколько обвиняемых и никто не признает себя виновным, то иногда целесообразно от иного из участников группы получить правдивые показания по какому-либо незначительному факту и предложить повторить на очной ставке этот эпизод, провести несколько очных ставок между одними и теми же или разными лицами, очередность которых определить так, чтобы вначале разрешались противоречия по менее значимым вопросам а затем –  по более  значимым;

если утрата показаний одного из участников представляет меньшую ценность чем возможность получения информации о ходе сговора соучастников, риск проведения очной ставки может быть признан обоснованным.

4.5.3.2. Проверка показаний на месте (ст. 194 УПК РФ).

Это новое для российского уголовного процесса следственное действие, которое было рождено и востребовано практикой, и до введения данной нормы в УПК РФ широко использовалось по правилам проведения допроса или следственного эксперимента. Представляет собой синтез допроса, осмотра, предъявления для опознания и следственного эксперимента.

Из названия следует, что участвующее в следственном действии лицо предварительно должно быть допрошено. Процессуальный статус такого лица может быть различным. В зависимости от этого, как и при допросе, учитываются особенности такого статуса.

Цель проверки: 1) получение новых фактических данных, которые в ходе обычного допроса получить невозможно («осуществил врезку в трубопровод, по которому транспортируется пульпа шлама, место врезки точно не помню, но могу показать»); 2) проверка правдивости ранее данных показаний (в ходе проверки установлено, что на свалке, где якобы найден медный шлам, его следы отсутствуют); 3) уточнение ранее данных показаний.

Проверка показаний осуществляется в присутствии понятых, а в случае необходимости – специалиста и переводчика. Специалист может использоваться, например, как для фиксации результатов следственного действия, так и для консультаций в технологических и инженерных вопросах (наименование трубопровода, способ врезки, давление и скорость транспортировки пульпы, особенности накопления и выгрузки шлама и т.п.).

Участие понятых обязательно по общему правилу (ч. 1 ст. 170 УПК РФ) Однако часть 3 ст. 170 содержит существенную новеллу: в труднодоступной местности, при отсутствии надлежащих средств сообщения, а также в случаях, если производство следственных действий связано с опасностью дли жизни и здоровья людей, следственные действия могут производиться без участия понятых, о чем в протоколе следственного действия делается соответствующая запись. Заметим, что эта новелла вызвала положительные отклики и среди практических работников.

Начинается проверка показаний с предложения в произвольной форме и последовательно на местности или в помещении воспроизвести события, о которых даны показания.

Одновременное участие в данном следственном действии нескольких лиц, показания которых проверяются, недопустимо. Недопустимы также  наводящие вопросы и другая излишняя информация. В противном случае результаты будут поставлены под сомнение.

Как правило, проверка показаний сопровождается фото- видеосъемкой, материалы которых приобщаются к протоколу, подписываемому всеми участниками, в качестве приложений и в этом качестве имеют доказательственное значение.

Завершается следственное действие составление протокола в соответствии со статьями 166 и 167 и с приложением под № 108 к статье 476 УПК РФ.

По делам о хищении и незаконном обороте драгметаллов проверка показаний на месте, как правило, проводится тогда, когда обвиняемый (подозреваемый) изъявляет желание показать где, каким способом и при каких обстоятельствах он совершил хищение материалов, содержащих драгоценные металлы, их добычу, хранение, переработку, сбыт, приобретение, перевозку. Обычно данное следственное действие проводится тогда, когда указанное в показаниях место события словесно описать трудно или невозможно. Вместе с тем нередко показания на месте, записанные на видеопленку, являются весомым доказательством и убеждают в добровольности сотрудничества обвиняемого со следствием,  его искренности, особенно тогда, когда обвиняемый в силу различных причин впоследствии отказался от ранее данных показаний. При этом следует, однако, помнить, что в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде признаются недопустимыми и не имеют юридической силы.

Распространяется ли данное положение на случаи, когда проверка показаний проводится в отсутствие защитника? Единства мнений, как и судебной практики, в данном вопросе нет.

Безусловно, обвиняемый и подозреваемый вправе пользоваться услугами защитника, а следователь обязан удовлетворить их ходатайство и в процессе проверки показаний на месте. Однако если обвиняемый (подозреваемый) от защитника отказался, но предварительно был допрошен с его участием, последующий отказ от показаний в суде не влечет за собой признание доказательств, полученных в ходе проверки показаний на месте, недействительными.

Сложнее дело обстоит в случаях, если проверке подвергаются показания, данные обвиняемым (подозреваемым) в отсутствие защитника.

Здесь возможны два варианта:

  1. проверка показаний проводится с участием защитника. В этом случае, по нашему мнению, последующий отказ подсудимого от дачи показаний не влечет их признание недействительными, поскольку эти показания им были подтверждены в присутствии адвоката, а следовательно, даны повторно;
  2. проверка показаний, также как и сами проверяемые показания проводятся в отсутствии защитника. В данном случае буквальный анализ п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ позволяет сделать вывод, что недействительными в суде могут признаваться только показания. В силу ст. 74 УПК РФ видами доказательств являются показания подозреваемого, обвиняемого (п.1 ч. 2) и протоколы следственных и судебных действий (п.5 ч. 2). Показаниями обвиняемого и подозреваемого согласно статьям 76 и 77 УПК РФ являются сведения, сообщенные ими на допросах, проведенных в соответствии статьями 173, 174, 187 – 190 и 275 УПК РФ. Как видим, в этом перечне отсутствует ст. 194 УПК РФ, предусматривающая процедуру проведения проверки показаний на месте. Следовательно, в данном случае источником доказательств являются не сами показания, а протокол следственного действия – протокол проверки показаний на месте. Если этот протокол оформлен надлежащим образом, последующий отказ от результатов, полученных при добровольном участии обвиняемого или подозреваемого и зафиксированных в протоколе, не влечет признание этого источника доказательств недействительным. Тем более, что об обстоятельствах оформления  протокола и результатах следственного действия можно допросить понятых (а это уже показания свидетелей). Вместе с тем наши рассуждения не бесспорны. Прежде всего, в силу того, что в начале этого раздела мы упомянули о двойственной сути описываемого следственного действия, совместившего в себе свойства нескольких следственных действий. Поэтому мы бы рекомендовали по возможности обеспечивать обвиняемого и подозреваемого защитником в процессе проведения проверки их показаний на месте и идти на риск проведения данного следственного действия без защитника лишь в крайнем случае, когда промедление может повлечь за собой утрату доказательств или вообще невозможность их получения.

Проверка показаний свидетеля и потерпевшего на месте (а это не обязательно место преступления) проводится по тем же правилам. За исключением того, что в данном случае речи об участии защитника быть не может, хотя свидетель и потерпевший также имеют право на получение квалифицированной юридической помощи от адвоката (ч. 5 ст. 189 УПК РФ). Необходимость в проверке показаний этих участников судопроизводства может быть обусловлена, например, необходимостью установления места на городской свалке, где свидетель наблюдал (или якобы наблюдал) бесхозно брошенные кем-то мешки с никелевым шламом. Свидетельские показания, подтвержденные свидетелем в ходе их проверки, психологически закрепляют позицию свидетеля, в связи с чем вероятность изменения этой позиции вследствие негативного воздействия на свидетеля со стороны заинтересованных лиц многократно меняется в меньшую сторону. Особенно, когда в ходе проведения данного следственного действия добыты дополнительные доказательства, объективно подтверждающие ранее полученные.

Анализ изученных уголовных дел, других материалов органов внутренних дел и служб безопасности предприятий, осуществляющих добычу и переработку драгоценных металлов платиновой группы, показывает, что механизм хищений продуктов, содержащих драгоценные металлы платиновой группы, складывается из следующих основных этапов (стадий):

1) хищение драгоценных металлов при добыче руды;

2) хищение драгоценных металлов в процессе обогащения руд;

3) неправомерное изъятие продуктов, содержащих драгоценные металлы, из технологического процесса и их укрытие в тайниках на территории предприятия;

4) изъятие укрытых в тайниках на территории предприятия продуктов, содержащих драгоценные металлы, и их вынос за пределы цеха или предприятия;

5) сбыт похищенных продуктов, содержащих драгоценные металлы, членам организованных преступных групп, проживающим на территории региона, в котором расположены предприятия, осуществляющие добычу и переработку драгоценных металлов платиновой группы, которые осуществляют их складирование в гаражах, зданиях и других помещениях;

6) кустарное обогащение (доводка) в ряде случаев похищенных и складируемых продуктов, содержащих драгоценные металлы, до большей концентрации;

7) транспортировка похищенных продуктов, содержащих драгоценные металлы, в различные города России, в первую очередь Москву и Санкт-Петербург с последующим их контрабандным вывозом за границу.

В зависимости от того, на каком этапе пресечено преступление и какие в связи с этим показания дали подозреваемые, обвиняемые или свидетели следователь определяет форму и способ проверки показаний на месте, а также решает, имеются ли основания для проведения по делу следственного эксперимента.

 

4.5.3.3. Опознание (ст. 193 УПК РФ)

Следующим следственным действием, в ходе которое могут быть получены доказательства, являете предъявление для опознания.

Данное следственное действие, состоящее в идентификации опознающим имеющих процессуальное значение лиц или предметов, которые он наблюдал ранее, по признакам или приметам, предварительно зафиксированным в протоколе допроса.

Законодатель различает три вида опознания – лиц, трупов и предметов, а также три формы — 1) с предъявлением опознаваемых лиц и предметов в естественном виде; 2) по фотографиям; 3) с исключением визуального контакта между опознающим и опознаваемым.

В соответствии с международной практикой защиты свидетелей и потерпевших в УПК РФ впервые введена норма, допускающая при необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких  родственников, родственников и близких лиц путем бесконтактного опознания (зеркальное стекло, видеокамера и т. д.). При этом понятые находятся рядом с опознающим лицом.

Предметы и лица предъявляются на опознание в количестве не менее трех (по понятным причинам для опознания трупов сделано исключение). При этом предметы должны быть однородными, а лица – по возможности сходными внешностью.

В случае невозможности предъявления лица или предмета, опознание может быть проведено по фотографиям, которых также должно быть не менее трех.

Если опознающий указал на одно из предъявленных ему лиц или один из предметов, та опознающему предлагается объяснить, по каким приметам или особенностям он опознал данные лицо или предмет. Наводящие вопросы недопустимы. В специальной литературе высказывались такие рекомендации: в случае положительного ответа опознающего следователь уточняет приметы, по которым было осуществлено опознание, выясняет, не изменилось ли что-нибудь во внешности опознанного. При отрицательном ответе выясняется, вызван ли он плохим запоминанием примет опознаваемого либо опознающий твердо уверен, что среди предъявленных ему лиц опознаваемого нет.

Повторное опознание по тем же приметам и признакам не допускается. Хотя в принципе, повторное опознание допустимо, но после указания в показаниях опознающего на новые признаки. Например, первоначально потерпевший не смог опознать обвиняемого, но потом вспомнил, что у него специфический тембр голоса или специфическая походка.

Нарушение правил опознания влечет утрату доказательственной силы данного следственного действия. К таковым могут быть отнесены, например,  нечетко описанные в протоколе приметы и признаки, по которым проведено опознание; предъявление на опознание неоднородных предметов или существенно отличающихся друг от друга лиц; в случае, если перед опознанием между опознающим и опознаваемыми лицом провели очную ставку или каким-либо иным образом  «проинформировали» опознающее лицо о приметах (предъявляли альбом с фотографиями, видеозапись телевизионной передачи и т.п.).

Решение о проведении опознания принимает следователь. При этом какого-либо постановления об этом не выносится. Предъявление для опознания имеет некоторое сходство с очной ставкой, поскольку и здесь и там одно лицо дает показания в присутствии другого относительно событий, которые имели место в прошлом. В этой связи не всегда легко определиться, что в данном случае правильнее провести – очную ставку или опознание.  Критерием для разграничения этих следственных действий, по нашему мнению, должно служить установленное расследованием обоюдное знакомство двух лиц. Если лица знакомы между собой (возможно, только по имени), вместе работают, проживают в одном районе и т.д., достаточным будет ограничиться очной ставкой. Если же лица незнакомы друг с другой, встречались лишь один или несколько раз, правильнее будет провести опознание, а затем, при необходимости, – и очную ставку.

Так, по делу, рассмотренному в 2002 г. Дудинским городским судом, было установлено, что Д., работая милиционером Таймырского ЛОВД, передал на хранение буфетчице Н. обслуживаемого им аэропорта пакет с платиновым концентратом. Н., показывая об этом, сообщила, что знает Д. как местного милиционера, но  лишь по имени, однако знакома и неоднократно с ним общалась по работе. Следователь в этой ситуации принял решение о проведении опознания, в ходе которого Н. среди нескольких милиционеров ЛОВД уверенно опознала Д. Конечно, в данном случае дело тот этого не пострадало, однако, на наш взгляд, такая перестраховка была излишней. Полагаем, никто бы не усомнился в доказательстве, полученном от Н., если бы следователь ограничился очной ставкой.

Процедура опознания и его результаты оформляются протоколом, который подписывают все участники, в том числе так называемые статисты и понятые, участие которых на досудебных стадиях судопроизводства в опознании обязательно.

Формы и реквизиты протоколов опознания  – приложения № 64-68.

4.5.4. Осмотр. Освидетельствование. Следственный эксперимент.

4.5.4.1.  Осмотр  (статьи 176-178, 180 УПК РФ).

Сущность данного следственного действия заключается в визуальном наблюдении материальных объектов, имеющих значение для уголовного дела, с последующей фиксацией путем протоколирования и применения технических средств их признаков.

Закон различает несколько видов осмотра: 1) места происшествия, 2) местности; 3) жилища; 4) иного помещения; 5) предметов; 6) документов (ст. 176 УПК РФ); 7) трупа (ст. 178 УПК РФ).

Осмотр живых лиц именуется освидетельствованием (ст. 179 УПК РФ).

Среди документов законодатель выделяет самостоятельный объект осмотра – почтово-телеграфную корреспонденцию (ст. 185 УПК РФ), а среди предметов – вещественные доказательства (ст. 284 УПК РФ) и фонограммы (ст. 186 УПК РФ), что объясняется непосредственной связью последних с другими следственными действиями – арестом почтово-телеграфной корреспонденции, контролем и записью переговоров.

Все виды осмотра проводятся с участием не менее двух понятых. Осмотр без понятых возможен в исключительных случаях.

Следователь вправе привлечь к осмотру специалиста (статьи 58, 168 УПК РФ) и сотрудников органов дознания.

Протоколы составляется по правилам ст. 166 и ст. 167 УПК РФ и приложений № 4, 5, 6, 44, 51, 86 к ст. 467 УПК РФ. Подписываются всеми участниками.

Для проведения осмотра должны иметься основания, то есть фактические данные, побуждающие к совершению этого следственного действия. Решения о производстве осмотра принимает лицо, в производстве которого находится уголовное дело, или которое проводит доследственную проверку на стадии его возбуждения. Однако специального решения для этого не требуется. Исключение составляет обыск в жилище при условии, что проживающие в нем лица отказываются добровольно предоставить помещение для осмотра. В этом случае выносится судебное решение в порядке, определяемом ст. 165 УПК РФ. Однако если необходимость такого осмотра не терпит отлагательства, следователь составляет протокол об отказе проживающих лиц в его проведении, после чего  проводит осмотр на основании своего постановления с последующим представлением протокола в суд для проверки законности проведенного следственного действия. Понятие жилища дано в п. 10 ст. 5 УПК РФ.

Осмотр места происшествия

Осмотр места происшествия – наиболее важное и трудоемкое следственное действие,  к тому же такой осмотр является единственным следственным действием, допустимым до возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 176 УПК РФ).

Место происшествия – это место события (местность, помещение, транспортное средство и т.д.), содержащее признаки преступления.

В процессе данного следственного действия с  места (объекта) осмотра могут изыматься и приобщаться к уголовному делу вещественные доказательства или образцы для сравнительного исследования, о чем делается соответствующая отметка в протоколе, а изъятые предметы упаковываются и опечатываются.

Особенно велика роль осмотра места происшествия при расследовании неочевидных преступлений, каковыми в своем большинстве являются хищения, в том числе и предметов, содержащих драгоценные металлы.

В материальных следах места происшествия может содержаться информация, без которой невозможно раскрытие преступления и изобличение виновных в нем лиц. Как правило, данное следственное действие по времени самое близкое к расследуемым событиям и именно с него начинается работа по так называемым «горячим следам».

Целью осмотра места происшествия является обнаружение следов преступления и выяснение других обстоятельств, имеющих значение для уголовного  дела.

Следы преступления – это любые материальные последствия преступления, изменения объекта или вещной обстановки, вещественные доказательства и информация о событии преступления.

К иным обстоятельствам, имеющим значение для дела, можно отнести получение любой информации для выдвижения типичных, общих и частных версий о событии, его механизме, участниках преступления, личности отдельных  преступников и преступной группы; получении данных для организации розыска и задержания вероятных участников преступления и проведения иных оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий; установление обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

В процессе производства осмотра места происшествия  на основе абстрактного и образного мышления следователь анализирует собственные ощущения, устанавливает логическую связь между ними, в результате чего возникает понимание их сущности, рождается модель совершенного преступления с ее количественными и качественными характеристиками.

Осмотр места происшествия – одно из важнейших первоначальных следственных действий, поскольку по своей сути является незаменимым и неповторимым следственным действием даже при наличии очевидцев преступления, показания которых не могут быть столь же объективными, как непосредственное восприятие.

Неповторимость осмотра места происшествия заключается в том, что в случае его некачественного или несвоевременного проведения восполнить упущенное почти не удается, как бы тщательно впоследствии не проводился повторный осмотр.

В органах внутренних дел, к подследственности которых относятся хищение и незаконный оборот драгоценных металлов, действует «Инструкция по организации взаимодействия подразделений и служб органов внутренних дел в расследовании и раскрытии преступлений»[11].

В соответствии с названной инструкцией в дежурные сутки на место преступления выезжает следственно-оперативная группа (СОГ), возглавляет которую следователь.

СОГ является основной формой взаимодействия следственных и иных подразделений, призванной обеспечить: комплексное использование сил и средств органов внутренних дел; персональную ответственность следователя, руководителей оперативных подразделений и начальников милиции общественной безопасности за проведение и результаты следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий; самостоятельность следователя в принятии решений, за исключением случаев, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством; самостоятельность сотрудников оперативных подразделений в выборе средств и методов оперативно-розыскной деятельности в рамках действующего законодательства; согласованность планирования следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий; непрерывность взаимодействия в организаторской деятельности, расследовании и раскрытии преступлений до принятия решения по уголовному делу.

При выезде на место происшествия следователь осуществляет руководство следственно-оперативной группой, определяет порядок ее работы, обеспечивает согласованную деятельность всех ее членов, направленную на установление очевидцев, пострадавших и лиц, совершивших преступление, обнаружение, фиксацию и изъятие следов преступления, формирование доказательственной базы.

При этом не уполномоченные на то законом должностные лица не вправе вмешиваться в действия следователя на месте происшествия.

Допуск к месту происшествия лиц, официально не участвующих в его осмотре, производится только с разрешения руководителя СОГ.

Через дежурного по органу внутренних дел следователь привлекает к участию в осмотре специалистов различного профиля – сотрудников экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел (ЭКУ – ЭКО) и других ведомств, а также лиц для оказания помощи при осмотре больших по площади территорий. В случае необходимости истребует дополнительные технические средства.

Совместно с членами СОГ следователь изучает первоначальные материалы, изъятые следы и иные вещественные доказательства. На основе полученной информации планирует и осуществляет неотложные мероприятия по раскрытию преступления. Дает поручения и указания оперативным сотрудникам и работникам других служб о производстве розыскных и поисковых мероприятий. При этом несет персональную ответственность за качество, полноту и результативность осмотра, применения криминалистических средств и методов, сбор, упаковку и сохранность изъятых следов и иных вещественных доказательств.

По результатам осмотра места происшествия принимает решение в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

При отсутствии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, через начальника органа внутренних дел следователь направляет материалы в орган дознания для дополнительной проверки. Однако при этом Инструкция запрещает следователю при наличии признаков подследственного ему преступления передавать материалы в подразделения, выполняющие функции органов дознания

Оперуполномоченный на месте происшествия осуществляет необходимые оперативно-розыскные мероприятия, предусмотренные Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности»[12], по обнаружению и задержанию лиц, совершивших преступление, установлению очевидцев, мест хранения и сбыта похищенного, для проведения которых взаимодействует с сотрудниками других служб органов и подразделений внутренних дел и иных ведомств;

по поручению следователя производит следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия;

сообщает в дежурную часть сведения о характере преступления, приметах подозреваемых, похищенного, а также другие данные, имеющие значение для поиска и задержания преступников.

Специалист-криминалист:

оказывает содействие следователю в обнаружении, фиксации, изъятии, упаковке и сохранении следов и иных вещественных доказательств, отборе сравнительных и контрольных образцов, а также другую помощь, требующую специальных познаний;

содействует полному и правильному отражению в протоколе осмотра полученной криминалистической информации, а также данных о применении криминалистических средств и методов;

по указанию следователя осуществляет предварительное исследование следов и иных вещественных доказательств на месте происшествия для получения розыскной информации о лицах, совершивших преступление и других фактах, подлежащих установлению.

Важным условием качественного проведения осмотра места происшествия является привлечение к его участию квалифицированных специалистов.

Специалист  в силу ст 58 УПК РФ  – это лицо, обладающее специальными знаниями и привлекаемое к участию в следственных действиях для оказания содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Специалисты привлекаются к осмотру в том случае, если следователь не обладает специальными знаниями и навыками, в достаточной мере не владеет приемами и средствами обнаружения и фиксации следов и вещественных доказательств, если требуется одновременное применение ряда средств криминалистической техники или необходимо выполнение большого объема работ, требующих специальных познаний.

Специалист может оказать криминалистическую, консультативную и техническую помощь при проведении измерений, взвешиваний, изъятии, фиксации следов и образцов, составлении планов и схем, изготовлении оттисков и слепков.

Действующая в дежурную смену при органе внутренних дел СОГ иных специалистов кроме сотрудника экспертного подразделения не имеет, и следователь вправе привлечь к ее работе любого иного специалиста.

В качестве специалистов следователь вправе привлекать не только членов СОГ, но и сотрудников предприятия, где совершено хищение, пробирной палаты и др.

В отличие от ст. 1331 УПК РСФСР следователь по своему усмотрению может привлечь специалиста к участию в любом следственном действии.

Акт привлечения специалиста к участию в деле вынесения специального постановления не требует. Данные специалиста заносятся в протокол следственного действия, с которым он по составлении знакомится и подписывает, вправе вносить в него замечания и дополнения.

Перед началом следственного действия следователь должен убедится в компетентности специалиста, поскольку несоответствие его компетенции по отношению к поставленным перед ним задачам может повлечь утрату добытых с его участием доказательств и породить сомнения в их достоверности. По этим же причинам в качестве специалиста следователь приглашает не только компетентное, но и незаинтересованное в исходе дела лицо.

В качестве специалистов часто, особенно при осмотрах мест происшествия, привлекаются штатные сотрудники экспертно-криминалистичес­ких подразделений МВД. Их предыдущее участие по уголовному делу в качестве эксперта в соответствие с действующим УПК РФ не препятствует участию в этом же деле в качестве специалиста. И наоборот (ч. 2 ст. 70 УПК РФ).

По своему статусу специалист в процессе производства следственных действий отличается от эксперта: он не проводит исследований и заключений не дает. Мнение специалиста не может быть приравнено к заключению эксперта.

Специалист вправе отказаться от участия в следственном действии по причинам своей некомпетентности. Однако нигде в законе не оговорено, что такое право у него отсутствует и в других случаях. В отличие от ранее действовавшей ст. 1331УПК РСФСР по новому закону специалист не может быть привлечен к уголовной ответственности за отказ или уклонение от выполнения своих обязанностей. Но может быть привлечен к административной ответственности по ст. 17.7 КоАП РФ за невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя.

Специалист, кроме того,  может нести ответственность за разглашение данных предварительного следствия при условии, что у него в соответствии со ст. 161 УПК РФ отобрана соответствующая подписка.

Специалист в соответствии со ст. 131 УПК РФ имеет право на материальное вознаграждение и возмещение расходов, связанных с  явкой к месту производства процессуальных действий и  проживанием. Об этом следователем специально выносится постановление. Выплаченные специалисту суммы включаются в процессуальные издержки.

Не следует игнорировать в процессе осмотра места происшествия помощь со стороны сотрудников служб экономической безопасности предприятий, где совершаются хищения, поскольку эти службы, как правило, комплектуются бывшими сотрудниками правоохранительных органов и призваны обеспечивать сохранность материальных ценностей, на которые направлено преступное посягательство. Совместная работа сотрудника службы экономической безопасности со следователем, оперуполномоченным и специалистом-криминалистом является важнейшей составляющей взаимодействия, которая при ее качественном выполнении позволит выявить лицо, совершившее преступление и создать надежную доказательственную базу для дальнейшего расследования преступления.

В рамках такой совместной работы работники служб экономической безопасности в соответствии с ч. 6 ст. 177 УПК РФ как представители администрации организации, где производится осмотр, вправе присутствовать при производстве осмотра, обращать внимание участников СОГ на важные моменты, связанные с осмотром, представлять сведения о лицах – как очевидцах происшествия, так и нарушителях, оказывать практическую помощь участникам СОГ, сообщать установленные к моменту прибытия СОГ сведения, имеющие значение для дела, а также участвовать в разработке рабочих версий совершенного преступления.

Все действия следователя отражаются в протоколе осмотра места происшествия в той последовательности, в которой они производились, и в том виде, в котором обнаруженное наблюдалось в момент осмотра. Каких-либо вероятностных предположений протокол содержать не может.

Зафиксированные в протоколе осмотра сведения должны дать возможность обнаружить место осмотра и провести в случае его необходимости повторный осмотр.

В этой связи считаем возможным проиллюстрировать данный тезис негативным примером.

По одному из уголовных дел о хищении никелевого шлама в Красноярском крае следователь, проверяя версию подозреваемых о том¸ что они якобы нашли мешки со шламом на свалке промышленных отходов,  произвел осмотр места свалки. Текст описательной части осмотра с сохранением орфографии и пунктуации воспроизводим полностью.

«Объектом осмотра является участок местности находящийся на промышленном отвале в районе карьера «Двугорбый» в трех метрах от проезжей части по правую сторону от дороги на расстоянии примерно 1 км от въезда на свалку, не доезжая 100 метров до производственного балка работников буровой установки. Снежный покров на данном участке местности на момент осмотра не нарушен. Участок местности завален различным бытовым и производственным мусором, досками, бочками, картонными коробками и т.п. При вскрытии снежного покрова обнаружены порванные полипропиленовые мешки с остатками порошкообразного вещества темно-серого цвета. Часть такого же порошкообразного вещества рассыпано здесь же на земле вперемешку со льдом и снегом на площади около 9 квадратных метров».

Как видим, данный протокол в силу его краткости и неконкретности не позволяет не только идентифицировать место возможного происшествия, но и не содержит описания каких-либо отличительных – качественных и количественных – признаков обнаруженной упаковки и находящего в ней вещества. Отметим, что никаких образцов при этом для последующего осмотра и экспертизы вообще изъято не было. Таким образом, познавательная ценность данного следственного действия практически сведена к нулю. Протокол осмотра лишь укрепил версию подозреваемых в своей невиновности. Преступление – не раскрыто.

Следы преступления, иные предметы, обнаруженные на месте происшествия, должны быть по возможности осмотрены здесь же (в необходимых случаях возможен их повторный более тщательный осмотр), а сведения об этом отражены в протоколе. Соблюдение этого правила исключит сомнения в том, когда и в ходе какого действия были обнаружены и изъяты данные предметы (документы).

Однако если для производства осмотра требуется продолжительное время или осмотр вещественных доказательств затруднен, например, ввиду отсутствия необходимой криминалистической техники, то изымаемые предметы должны быть упакованы, опечатаны, заверены подписями следователя и понятых на месте осмотра. В дальнейшем осмотр упакованных вещественных доказательств должен начинаться с осмотра целостности упаковки, наличия на ней печати и подписей понятых. Предпочтительнее, если в повторном осмотре примут участие те же понятые.

Изымаются с места происшествия только те предметы, которые могут иметь значение для дела. При этом по возможности указываются их индивидуальные признаки.

Нередко в процессе осмотра или обыска изымаются персональные компьютеры. Авторам пособия неоднократно доводилось наблюдать непрофессиональную упаковку вычислительной техники следователями, когда дисководы неумело заклеивались липкой лентой, а к ней крепилась бумажная печать. Такая упаковка не только не препятствует включению компьютера в электрическую сеть, но и позволяет модифицировать и даже уничтожить информацию, дает повод защите утверждать, что в исходном виде ЭВМ не содержала какой-либо важной информации, и опровергнуть это утверждение формально затруднительно. Выход из данного положения достаточно прост и не требует ощутимых материальных затрат: достаточно упаковать весь системный блок в новый полиэтиленовый пакет для мусора, завязать и опечатать. Такие пакета при их невысокой стоимости могут быть использованы и для упаковки других вещественных доказательств.

Как отмечалось, основным субъектом производства осмотра является следователь. В случаях, не терпящих отлагательства, осмотр места происшествия может произвести сотрудник органа дознания. Однако – только осмотр места происшествия.

Так, по делу Ш. (г. Мончегорск Мурманской области, 2004 г) осмотр места происшествия произвел участковый уполномоченный, хотя речь шла о задержании Ш. на проходной комбината с 9,5 кг. никелевого шлама под одеждой на сумму около 6 000 рублей.

Действия участкового  уполномоченного правомерны. Но только применительно к осмотру, а не затрагивающему права человека и гражданина личному обыску. Несмотря на то, что суд не усмотрел по делу нарушения закона и вынес обвинительный приговор, положив в основу результаты такого осмотра,  данное решение представляется ошибочным.

По нашему мнению, что объединение осмотра места происшествия и личного обыска в одно следственное действие не только не имело смысла, но и несло в себе риск утраты доказательств.

Поскольку до возбуждения уголовного дела представитель органа внутренних дел, каковым и являлся участковый уполномоченный, мог руководствоваться нормами другой отрасли законодательства – административным правом, грамотнее было бы  произвести досмотр задержанного по подозрению в хищении имущества режимного предприятия в соответствии со ст. 27.7 КоАП РФ.  Тем более, что как показало дальнейшее расследование, основная доказательственная информация по этому уголовному делу была получена все-таки не в результате  осмотра места происшествия, а в ходе досмотра – своеобразного личного обыска до возбуждения уголовного. Тем более, что законные основания для его производства имелись, необходимо было лишь соблюсти его форму (подробнее об этом в разделе 4.5.4.2 пособия).

Осмотр же места происшествия следовало провести в кратчайшие сроки с участием следователя (дознавателя) и привлечь для производства этого следственного действия специалистов. Возможно, в этом случае, после детального допроса Ш. об обстоятельствах якобы обнаруженного им и приготовленного неизвестными для хищения никелевого шлама, способа изъятия из хранилища и последующей упаковки (сам Ш. ранее длительное время работал со шламом на комбинате, занимался его выгрузкой из ванн, в данном цехе оказался неслучайно), последующего детального осмотра упаковки и места обнаружения шлама можно было уличить Ш. во лжи и склонить его к сотрудничеству со следствием для установления обстоятельств хищения и вероятных соучастников.

При всей своей неотложности осмотра места происшествия к его производству все-таки надо готовиться.

Первой стадией является обзорное ознакомление с местом происшествия. Именно на этом этапе следователь с учетом объекта и предмета посягательства, иных данных, в том числе и оперативных, следственной ситуации определяет границы осмотра. Таковыми могут являться границы охраняемой территории, помещения, производственного участка, цеха и т.п.  Определению границ осмотра могут служить данные охранных предприятий, обследование близлежащих зданий, помещений и строений оперативными сотрудниками с целью выявления следов преступления.

На этой стадии составляется общая схема, производится фотосъемка, видеозапись¸ которые по ходу осмотра дополняются.

Затем следователь осуществляет статический осмотр. Сущность этого осмотра заключается в осмотре и фиксации с помощью узловой и детальной съемки обстановки в том виде, в каком она наблюдается.

Далее следует динамическая стадия, в ходе которой следователь тщательно и детально осматривает все интересующие его предметы и следы. При этом следы выявляются, фиксируются и изымаются в соответствии с возможностями криминалистической техники.

В процессе расследования хищений драгоценных металлов следует обращать внимание на негативные обстоятельства – на те, которые противоречат типичной картине преступления: излишний беспорядок, неоправданная порча обстановки, отсутствие следов там, где они должны были наблюдаться или наличие их там, где они не могли возникнуть согласно выдвигаемой подозреваемыми лицами версии.

Важнейшим информационным узлом при осмотре места происшествия  является место проникновения (например, врезки в трубопровод с жидкой пульпой), место выгрузки продукта из ванны, место его транспортировки, складирования, тайник, в котором хранилось похищенное и т.д.

Особое внимание следует обращать возможные пути отхода преступников с места происшествия. Вероятные пути отхода часто  не совпадают с местом проникновения на охраняемый объект: виновные лица избирают наиболее удачный с их точки зрения маршрут для выноса похищенного. Здесь также необходимо тщательно осматривать окна, двери, коридоры, площадки, естественные емкости, места общего пользования.

В результате осмотра могут быть обнаружены и изъяты следы, дающие информацию о действиях преступника или их группы. К таковым можно отнести трасологические следы:

–         следы рук (пальцев, ладони, перчаток), ног (босых и в обуви), транспортных средств, пригодных для идентификации или позволяющих определить их родовую принадлежность;

–         следы орудий взлома, проникновения, нестандартного способа изъятия из места производства, хранения или транспортировки.

Указанные следы изначально позволяют определить количество участников преступления, способ совершения преступления, пол, возраст участников, профессиональную принадлежность.

Следы биологического происхождения: кровь, слюну, волосы, потожировое вещество, иные биологические выделения человека. Они также могут свидетельствовать о поле, возрасте, групповой принадлежности, нест идентификационные признаки.

Микроследы: частицы похищенного (находящегося в незаконном обороте) продукта, почвы, одежды, перчаток, обуви.

Следы-предметы: остатки одежды, снаряжения, инструмента, окурки, спички, пачки от сигарет и спичек. Данные следы могут свидетельствовать о профессиональных навыках, личных привычках, наклонностях пр.

Изъятые следы служат в дальнейшем основой для качественных детальных допросов, выступают предметами самостоятельных исследований и в частности криминалистических экспертиз.

Осмотр предметов и документов

Является довольно распространенным следственным действием, когда необходимо описать то или иное вещественное доказательство, например, упаковку шлама, приготовленного к хищению. Обнаружить и зафиксировать следы (потожировых выделений человека, иных веществ, микрочастицы, трасы, следы подчисток, исправлений и др.), имеющие значение для дела. Как правило, такой осмотр производится в кабинете следователя или в месте хранения вещественного доказательства.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления; на которые были направлены преступные действия; имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате преступных действий либо нажитые преступным путем;  иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Вещественные доказательства признаются таковыми лишь после их осмотра и вынесения соответствующего постановления.

Предметами осмотра могут служить предметы хищения или незаконного оборота, их упаковка, место нахождения (портфель, сумка и т.д.). Нередко при этом во время такого осмотра удается обнаружить и зафиксировать следы пальцев рук, причем на оборотной стороне упаковки, что исключает возможность подозреваемого утверждать, что он случайно коснулся данного предмета в процессе задержания или нашел его, а не сам подготовил к хищению.

Так, по делу Х. (г. Норильск, 2004 г.), обвинявшегося в хранении пяти пакетов с платиновым концентратом – конечным, наиболее ценным продуктом ОАО «ГМК «Норильский Никель», на сумму около 2 млн. рублей. Как обычно в подобных случаях, первоначально подозреваемый заявил, что «приобрел порошок у незнакомого лица» и хранил его с целью дальнейшей перепродажи. Однако в связи с тем, что показания Х. грамотно оформлены не были, защитник при этом не присутствовал, а в суде он от них отказался, заявив, что хотя и нашел порошок в тайнике душевого помещения аэропорта «Алыкель», взял одну упаковку в руки, не распечатывая, и бросил обратно, никому об этом не сообщив, Х. судом был оправдан. Суд не счел его вину доказанной, поскольку показания Х. укладывались в позже выдуманную им версию. Ошибки следствия – прежде всего отсутствие первоначального качественного, детального допроса, а затем –  и государственного обвинителя, не изучившего дела, привело к судебной ошибке и оправданию виновного лица. В материалах дела было заключение эксперта о том, что на упаковке имелись отпечатки пальцев Х. Причем не с внешней, а с оборотной ее стороны, что свидетельствовало о том, что Х. сам упаковывал, а затем хранил порошок. Тем не менее, следователь, составляя обвинительное заключение, как зачастую водится, в примитивном виде лишь скупо перечислил доказательства, а не подверг их анализу и не дал им оценки. Государственный обвинитель эти доказательства попросту не заметил.

Осмотр документов

Документы осматриваются в том случае, если они не являются официальными. Так, не следует осматривать бухгалтерскую или иную документацию, описанную в протоколе выемки. Эти документы уже сами по себе являются доказательствами по смыслу ст. 184 УПК РФ. Вместе с тем, если официальный документ был подвергнут изменению (подчистке, исправлению, содержит дописку), он может и должен быть осмотрен, поскольку в данном случае доказательственное значение имеет не содержание нормального документа, а его подделка, изменившая содержание. При этом в протоколе осмотра нет необходимости копировать документ, полностью его переписывая. В протоколе, как правило, отражаются реквизиты документа, позволяющего его идентифицировать, и те признаки, выявление которых ставится в качестве задачи  осмотра. Как правило, осмотру подвергаются  неофициальные документы, например, письма или записки, а также официальные документы в случае, если он изъяты не в организации, где должны храниться. Но и в этом случае осмотр имеет своей целью  зафиксировать реквизиты документа, а не его содержание (на содержание документа можно ссылаться, называя сам документ как носитель информации) либо оставленные на нем следы.

Изложенное только на первый взгляд кажется очевидным, поскольку на практике встречаются и курьезы. Так, по делу П. и других (г. Мурманск, 2005 г.) следователю органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, в соответствии с вышеупомянутой Инструкцией  «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд» были переданы материалы прослушивания телефонных переговоров. В частности, судебные решения и фонограммы телефонных переговоров с их распечаткой на бумажном носителе.

Указанные материалы (фонограммы) в соответствии с требованиями УПК  подлежали прослушиванию и осмотру, а правовые документы, подтверждающие законность их получения подлежали приобщению к делу как иные документы.

Не жалея личного и служебного времени следователь произвел осмотр документов, послуживших основанием для проведения оперативно-розыскного мероприятия, как будто речь шла о доказывании их подделки.

Еще более удивляет имеющийся в этом деле осмотр видеокассет с допросом обвиняемых, сопровождаемый полной распечаткой их содержания, тогда как кассета является неотъемлемой частью протокола другого следственного действия и  лишь его дополняет.

Бездумное цитирование таких «доказательств» в обвинительном заключении не только утомительно для читающих, но и рвет логическую цепь процесса доказывания, перегружая аналитический документ, каковым, безусловно, является обвинительное заключение, ничего не значащими деталями и частностями.

Осмотр фонограммы, естественно, предполагает перенесение на бумажный носитель в соответствии ст. 186 УПК РФ содержимого кассеты, но лишь в части фонограммы, которая, по мнению следователя, имеет отношение к данному уголовному делу. И такой протокол именуется протоколом осмотра и прослушивания. Иногда следователи называют его «расшифровкой», что в принципе неверно: расшифровка применяется при распознании криптографических записей, и таковая относится к компетенции не следователя, а эксперта.

4.5.4.2.  Освидетельствование (ст. 179 УПК РФ)

Является разновидностью осмотра, предметом которого выступает тело живого человека (осмотр животных производится по правилам осмотра предметов). Проводится на основании постановления следователя.  По нашему мнению, – лишь по возбужденному уголовному делу.

Хотя в ч. 4 ст. 146 УПК РФ в перечне материалов, направляемых прокурору для возбуждения уголовного дела, называются протокол освидетельствования и постановление о назначении судебной экспертизы, процедура возможности проведения этого следственного действия до его возбуждения законодателем никак не оговаривается, в отличие от возможности в исключительных случаях осмотра места происшествия до возбуждения уголовного дела (ст. 176 УПК РФ). Да и сам текст ч. 1 ст. 179 УПК РФ говорит об  освидетельствовании как о следственном действии, имеющем своей целью обнаружение на теле человека особых примет, следов преступления, телесных повреждений, выявления состояния опьянения или иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела. То есть речь идет о следственном действии по уже возбужденному уголовному делу, а не по материалам доследственной проверки. Налицо непоследовательность законодателя в регламентации отдельных следственных действий. Точки зрения в этом вопросе могут разделиться, но следователю не стоит рисковать в этом случае возможностью утраты доказательства и, «перестраховавшись» как и в случае с досмотром до возбуждения уголовного дела воспользоваться п. 19 ст. 11 Закона Российской Федерации «О милиции» или КоАП РФ.

Цель  – обнаружение на теле человека особых примет, следов преступления, телесных повреждений, выявления состояния опьянения или иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела, если для этого не требуется производство судебной экспертизы.

Освидетельствование в отношении подозреваемого и обвиняемого является действием для них обязательным. В отношении потерпевшего и свидетеля проводится с их согласия. Однако если освидетельствование необходимо для проверки достоверности показаний потерпевшего или свидетеля, оно может быть проведено в принудительном порядке.

По общему правилу освидетельствование производится следователем. При необходимости он вправе привлечь к участию в освидетельствовании врача или другого специалиста. Однако при освидетельствовании лица другого пола, сопряженного с его обнажением, следователь непосредственно в помещении освидетельствования не присутствует, и само освидетельствование производится врачом, после чего следователем составляется протокол.

Участия понятых для освидетельствования по закону не требуется. Но следователь свободен в своем праве пригласить их (ч. 2 ст. 170 УПК), и иногда этим правом разумно воспользоваться по так называемым «проблемным» делам.

Протокол подписывается всеми участниками, его форма определена приложением № 70 к ст. 476 УПК РФ.

По делам о хищении или незаконном обороте драгоценных металлов, особенно, если эти предметы являются полупродуктом металлургического производства, иногда освидетельствование может сопровождаться производством смывов с рук подозреваемого лица, изъятия содержимого подногтевого пространства. Правильней для этого будет пригласить специалиста.

Эти же действия можно совершить в рамках изъятия образцов для сравнительного исследования, но тогда одновременно потребуется принятие решения о производстве экспертизы со всеми вытекающими отсюда процессуальными процедурами, что не всегда желательно с тактической точки зрения.

4.5.4.3. Следственный эксперимент (ст. 181 УПК РФ)

Следственный эксперимент проводится в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела. Следователь вправе произвести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность происшедшего события и механизм образования следов. Производство следственного эксперимента допускается, если не создается опасность для здоровья участвующих в нем лиц.

В процессе расследования преступлений эксперименты проводятся в целях установления:

— возможности наблюдения, восприятия какого-либо факта;

— возможности совершения какого-либо действия;

— возможности существования какого-либо явления;

— механизма события в целом или отдельных его деталей;

— процесса образования следов события, обнаруженных в ходе расследования;

— наличия или отсутствия профессиональных или преступных навыков.

Это близкое по своей сути к проверке показаний на месте следственное действие.

Однако в отличие от проверки показаний на месте проведено оно может быть и без участия лиц, показания которых послужили основанием для его проведения. В этом случае может быть использован дублер или манекен.

В идеале, конечно, эксперимент целесообразно проводить с участием лица, давшего показания. В противном случае это лицо должно быть подробно допрошено, чтобы имелась возможность максимально полно воспроизвести  реконструируемые события.

Участвовать в следственном эксперименте могут подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель, а также специалисты и другие участники процесса. Представляется, что участие в эксперименте подозреваемого, обвиняемого, свидетеля и потерпевшего в качестве лица, непосредственно выполняющего воспроизводство действий или событий, должно осуществляться с его согласия.

Проводится это следственное действие с участием понятых (исключение – ч. 3 ст. 170 УПК РФ) в целях проверки и уточнения опытным путем данных, имеющих значение для уголовного дела. События реконструируются с максимальной точностью по отношению к событиям, имевшим место в прошлом.

Производство следственного эксперимента допускается, если не создается опасность для здоровья участвующих в нем лиц.

Решение о производстве следственного эксперимента принимает следователь, однако специального постановления для этого не требуется.

Следственный эксперимент протоколируется по общим правилам (статьи 166, 167 УПК РФ). Кроме того, в протоколе отражаются календарные, погодные, временные и иные условия проведения следственного действия, влияющие на его результаты, качество восприятия событий участниками и дающие возможность их сопоставления с имевшими место в прошлом.

По делам о хищениях и незаконном обороте драгоценных металлов следственные эксперименты проводятся, как правило, для проверки показаний обвиняемых, подозреваемых, потерпевших, свидетелей. Но в отличие от проверки показаний на месте это следственное действие преследует несколько иную цель: проверить возможность восприятия каких-либо фактов свидетелем-очевидцем, возможность совершения определенных действий, наступления каких-либо событий, а также выявить последовательность происшедшего события и механизм следообразования. При этом в отличие от проверки показаний следственный эксперимент может проводится не обязательно в том же месте, где происходили проверяемые события.

Например, обвиняемый, выгораживая соучастников, оговорил себя,  заявив, что это именно он осуществил врезку в трубопровод пульпы медного шлама или кустарно изготовил пневматическую пушку для переброса материала, содержащего драгоценные металлы, через забор режимной зоны предприятия. Усомнившись в правдивости показаний обвиняемого, следователь, предварительно допросив, предоставил ему необходимые материалы и инструменты и предложил воспроизвести эти действия повторно. В результате обвиняемый или не смог их повторить или воссоздал продукт, существенно отличающийся от исходного.

В другом случае в месте хранения было обнаружено вещество, содержащее драгоценные металлы, которое по своим химическим свойствам хотя и близко  к выпускаемой на предприятии промежуточному продукту, но отличается от технологически заданного. Обвиняемый на допросе показал, что в кустарных условиях перерабатывал штейн (промежуточный продукт плавки руд цветных металлов) отделяя путем растворения в кислотах цветные металлы от драгоценных. Воспроизведение этого процесса в ходе  следственного эксперимента и получение сходного продукта убедительно подтвердит данные допроса.

4.5.5. Обыск. Выемка.

4.5.5.1. Обыск  (ст. 182)

Обыск – одно из предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации  следственных действий. Целью обыска являются сбор и фиксация доказательств, а также отыскание предметов и ценностей, которые могут быть конфискованы по приговору суда.

В результате обыска могут быть обнаружены и изъяты лишь овеществленные объекты – орудия преступления, предметы, документы, иные носители информации (компьютерные диски, аудио- видеозаписи и др.) и ценности. Обыск может проводиться и с целью отыскания разыскиваемых лиц и трупов.

Проведение обыска до возбуждения уголовного дела противоречит ч.2 ст. 50 Конституции РФ («при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона»), а ст. 75 УПК РФ влечет признание полученных таким путем доказательств не имеющими юридической силы.

Для производства обыска (в отличие от выемки) не требуется точного знания ни объекта, подлежащего изъятию, ни места его нахождения. Однако условием принятия решения о производстве обыска является наличие достаточных фактических данных, формирующих предположение о нахождении в определенном месте имеющих значение для дела объектов. Эти данные могут быть получены как следственным путем, так и в результате оперативно-розыскных мероприятий. Порядок и форма предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности регламентированы в согласованном с Генеральной прокуратурой Российской Федерации межведомственном приказе ФСНП, ФСБ, МВД, ФСО, ФПС, ГТК, СВР России от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410 «Об утверждении Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд»[13].

В процессе обыска изымаются предметы, запрещенные к свободному обращению. Это – оружие, боеприпасы, взрывчатые, наркотические, сильнодействующие, радиоактивные вещества, яды, драгоценные камни и металлы, на владение которыми не имеется соответствующего разрешения. К таковым предметам относятся и документы, содержащие государственную тайну, если они хранятся в ненадлежащем месте или у лица, не имеющего допуска к работе с ними. Изъятию подлежат и другие заранее не известные следователю предметы, если в ходе обыска на них обнаружены следы или информация о совершении другого преступления.

Обыск может проводиться как в жилых, так и в нежилых помещениях. Под жилищем, обыск в котором требует судебного решения, понимается индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, а равно иное помещение, предназначенное для постоянного и временного проживания. К жилищу не относятся постройки, погреба, амбары, гаражи и другие помещения, отделенные от жилого дома и не используемые для проживания людей. Статус жилища (постоянного или временного) подтверждается правоустанавливающими документами (договором аренды, найма, субаренды, поднайма, ордером, свидетельством о праве собственности и т. п.).

Обыск по постановлению следователя без судебного решения проводится в нежилых помещениях – административных и хозяйственных помещениях (площадях) организаций любой формы собственности, государственных учреждениях. Данная норма отсутствовала в УПК РСФСР. Существующая норма значительно расширила полномочия следователя в процессе расследования порученного ему уголовного дела. Вместе с тем, анализируя ст. 183 УПК РФ «Основания производства выемки», следует обратить внимание на некоторые ограничения прав следователя по изъятию документов, составляющих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну. Целью обыска может быть отыскание документов, заведомо отнесенных к данной категории. Кроме того, обыски могут проводиться в государственных учреждениях, работающих с секретными документами, материалами, изделиями. По нашему мнению, в подобных случаях при вынесении постановления о производстве обыска следует получить санкцию прокурора. Однако сказанное не относится к проведению обыска в случаях, не терпящих отлагательства.

В случаях, не терпящих отлагательства, обыск в жилище (равно как и выемка) может быть проведен без получения судебного решения с последующим уведомлением об этом в течение 24 часов судьи и прокурора. Признание судом обыска незаконным влечет утрату полученных доказательств.

К охраняемым от разглашения сведениям о личной и частной жизни обыскиваемого лица и его близких относятся данные личного, интимного характера, сведения о состоянии здоровья, усыновлении, совершении нотариальных действий, имущественном положении, записи актов гражданского состояния.

Под их разглашением понимается огласка в устной или письменной форме, в том числе через средства массовой информации.

В производстве обыска (за исключением оговоренных в законе случаев) принимают участие понятые (ст. 60, 170 УПК).

Следователь вправе привлечь к участию в обыске потерпевшего, свидетеля специалиста, эксперта, переводчика, а также сотрудников органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Их участие обязательно оговаривается в протоколе следственного действия. При необходимости привлекаются подразделения силовой поддержки. Их сотрудники участниками обыска не являются и протокол следственного действия не подписывают.

Участвующим в обыске защитнику и (или) адвокату, которые вправе присутствовать при производстве данного следственного действия, но не требовать его отложения на неопределенное или длительное время, может быть на это время запрещено общение с обыскиваемыми, а также покидать место производства обыска до его окончания.

В помещении, занимаемом несколькими семьями, обыску подвергаются и места общего пользования (ванная, туалеты, балконы, кухня, коридоры).

Обыск не может производиться в ночное время (с 22 до 6 часов по местному времени), кроме случаев, не терпящих отлагательства, а повторный проводится на общих основаниях.

После возбуждения уголовного дела решающее значение для успешного расследования принадлежит безотлагательному проведению обысков и выемок. Очень важно провести указанные действия во всех местах, где проходила преступная деятельность подозреваемого или обвиняемого. Необходимо провести одновременные обыски по месту работы, по месту жительства, а также и в иных возможных местах  пребывания названных лиц. Изымать следует не только предмет преступления: драгоценные камни, драгоценные металлы, но также бухгалтерские и прочие документы, касающиеся операций с указанными предметами: счета, накладные, договоры, постовые квитанции и т.д.  Личные записи, записные книжки с адресами и телефонами, нередко – системные боки персональных ЭВМ (компьютеров).

Если речь идет о хищении или незаконном обороте полуфабрикатов, содержащих драгоценные металлы, следует особое внимание обращать на подсобное оборудование и реактивы, которые могут быть использованы для разделения драгоценных и сопутствующих им металлов или обогащения сырья, содержащего драгметаллы. Таковыми могут быть различного рода самодельные фильтры, изготовленные из металлов и пластических масс, нередко с использованием фильтрующих тканей и бумаги, кислоты – серная, соляная, азотная.

К участию в обыске (выемке) допустимо привлекать не только специалиста-криминалиста, но и специалиста по драгоценным металлам или драгоценным камням, а при выемке документов – и специалиста-бухгалтера.

Изъятые ценности осматриваются, фотографируются и приобщаются к делу в качестве вещественных доказательств. Драгоценные металлы и камни после проведения экспертных и специальных исследований должны быть сданы по постановлению следователя на хранение в финансовый отдел органа внутренних дел, где ценности хранятся до рассмотрения дела судом. В силу ст. 14 вышеназванного Закона «О валютном регулировании и валютном контроле», все полученное по недействительным сделкам и необоснованно приобретенное в результате незаконных действий с драгоценными металлами и драгоценными камнями, подлежит взысканию в доход государства.

Изъятые драгоценные металлы или драгоценные камни можно также  сдать на хранение в учреждения Гохрана.

4.5.5.2. Личный обыск (статья 184 УПК РФ)

Личный обыск – это следственное действие, направленное на отыскание и изъятие предметов, документов, ценностей, могущих иметь значение для уголовного дела и находящихся при обыскиваемом лице, в том числе в принадлежащих ему сумках, портфелях, свертках и т.п.

Как самостоятельное следственное действие, личный обыск может быть произведен при наличии достаточных данных полагать, что при обыскиваемом лице такие предметы могут находиться.

Это следственное действие проводится только в отношении подозреваемого и обвиняемого.

Для производства личного обыска, не связанного с задержанием, арестом или обыском в жилище производится на основании судебного решения (п. 6 ч. 2 ст. 29 УПК РФ), выдаваемого в порядке, предусмотренном ст. 165 УПК РФ.. Без судебного решения личный обыск может быть произведен только в трех случаях 1) при задержании лица в порядке ст. 91 УПК РФ – в отношении задерживаемого; 2) при заключении под стражу подозреваемого или обвиняемого в порядке ст. 108 УПК РФ; 3) в процессе производства обыска в жилище или помещении при наличии оснований – в отношении любого присутствующего лица.

В случае задержании или заключении под стражу личный обыск может быть произведен органами дознания, следователем, а также администрацией мест содержания под стражей.

В соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»[14] подозреваемые и обвиняемые подвергаются личному обыску как в процессе приема и размещения в местах содержания под стражей, так и при наличии достаточных оснований подозревать их в попытке проноса запрещенных предметов, веществ и продуктов питания.

В процессе производства обыска в жилище или в помещении, производимом по постановлению следователя или на основании судебного решения, при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором производится обыск, скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела, либо было замечено, как кто-то из участников обыска спрятал при себе предметы или документы, подлежащие изъятию, следователь вправе обыскать это лицо с занесением его результатов в протокол обыска.

Как и любой обыск, личный обыск может быть в исключительных случаях произведен на основании ч. 5 ст. 165 УПК РФ без судебного решения с последующим уведомлением судьи и прокурора в течение 24 часов с предоставлением указанным лицам копий постановления и протокола следственного действия. По результатам их рассмотрения судья выносит постановление о его законности.

От личного обыска, возможность проведения которого обусловлена наличием возбужденного уголовного дела, следует отличать досмотр до возбуждения уголовного дела.

Личный досмотр, досмотр транспорта и помещений предусмотрены несколькими законодательными актами. К таковым относятся Федеральный конституционный закон от 30 января 2002 г. № 1-ФКЗ «О военном положении» (ст. 7), Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 г. № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» (ст. 12), Закон Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-I  «О милиции» (ст. 11),  Федеральный закон от 6 февраля 1997 г. № 27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» (ст. 24), Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (ст. 14), Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (ст. 35), Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» (ст. 13), Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране» (ст. 15), Закон РФ от 1 апреля 1993 г. № 4730-I «О Государственной границе Российской Федерации» (ст. 30), Федеральный закон от 25 июля 1998 г. № 130-ФЗ «О борьбе с терроризмом» (ст. 13), Федеральный закон от 8 января 1998 г № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» (ст. 48), Федеральный закон от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире» (ст. 31),  Федеральный закон от 26 марта 1998 г. N 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» (ст. 28), Федеральный закон от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире» (ст. 31), Федеральный закон от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» (ст. 34), Федеральный закон от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (ст. 50), Федеральный закон от 15 июля 2000 г. № 99-ФЗ «О карантине растений» (ст. 9), Федеральный закон от 2 января 2000 г. N 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (ст. 21), Федеральный закон от 21 ноября 1995 г. N 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии» (ст. 51), Федеральный закон от 14 апреля 1999 г. № 77-ФЗ «О ведомственной охране» (ст. 11), Уголовно-исполнительный кодекс РФ 1997 г. (ст. 82), Лесной кодекс РФ 1997 г. (ст. 77), Воздушный кодекс РФ 1997 г. (ст. 85), Таможенный кодекс РФ 2003 г. (ст. 373), Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) 2001 г. (ст. 27.7).

Перечисленные законы, за исключением Таможенного кодекса РФ и КоАП РФ, не раскрывают содержания и процедуру досмотра, лишь наделяя государственные органы, должностных лиц и отдельных сотрудников таковым правом в определенных ситуациях.

Таможенный кодекс РФ является наиболее разработанным актом такого рода, предусмотревшим в ст. 373 процедуру производства личного досмотра. В нем личный досмотр назван исключительной формой таможенного контроля, который может быть проведен при наличии оснований предполагать, что физическое лицо, следующее через Государственную границу Российской Федерации и находящееся в зоне таможенного контроля, скрывает при себе и добровольно не выдает товары, запрещенные соответственно к ввозу на таможенную территорию Российской Федерации и вывозу с этой территории или перемещаемые с нарушением установленного порядка. При этом решение о проведении личного досмотра принимается начальником таможенного органа или лицом, его замещающим, в письменной форме путем наложения резолюции на рапорте должностного лица таможенного органа либо оформляется отдельным актом. Перед началом личного досмотра должностное лицо таможенного органа обязано объявить физическому лицу решение о проведении личного досмотра, ознакомить физическое лицо с его правами и обязанностями при проведении такого досмотра и предложить добровольно выдать скрываемые товары. Факт ознакомления физического лица с решением о проведении личного досмотра удостоверяется указанным лицом путем соответствующей надписи на решении о проведении досмотра. В случае отказа от совершения таких действий об этом делается отметка на решении о проведении личного досмотра, удостоверяемая подписью должностного лица таможенного органа, объявившего решение о проведении личного досмотра. Личный досмотр проводится должностным лицом таможенного органа одного пола с досматриваемым лицом в присутствии двух понятых того же пола в изолированном помещении, отвечающем санитарно-гигиеническим требованиям. О проведении личного досмотра составляется акт по форме, утвержденной приказом ГТК РФ от 20 октября 2003 г. № 1165. Акт подписывается должностным лицом таможенного органа, проводившим личный досмотр, физическим лицом, в отношении которого был проведен личный досмотр (его законным представителем), понятыми, а при обследовании тела досматриваемого – медицинским работником. Второй экземпляр акта вручается лицу, в отношении которого был проведен личный досмотр (его законному представителю).

В соответствии со ст. 392 Таможенного кодекса РФ результаты проведения таможенного контроля, оформленные в соответствии с положениями таможенного законодательства, могут быть признаны в качестве доказательств по уголовным, гражданским делам и делам об административных правонарушениях и подлежат оценке судом, арбитражным судом или должностным лицом при рассмотрении указанных дел, жалоб на решение, действие (бездействие) таможенных органов и их должностных лиц либо дел по экономическим спорам, разрешаемым арбитражным судом, наряду с другими доказательствами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, законодательством Российской Федерации о гражданском судопроизводстве и о судопроизводстве в арбитражных судах или законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, акт досмотра, составленный представителем Федеральной таможенной службы РФ в соответствии с описанными требованиями, в результате которого у досматриваемого лица будут изъяты драгоценные металлы либо материалы, их содержащие, безусловно, будет служить основанием и в последующем доказательством в незаконном хранении и перевозке названных предметов.

Однако таможенный контроль и его разновидность – личный досмотр, урегулированный Таможенным кодексом РФ, является частным случаем.

На предприятиях, добывающих и перерабатывающих руду, содержащую драгоценные металлы,  охранные функции осуществляет ведомственная охрана, либо вневедомственная охрана органов внутренних дел, либо  частные охранные предприятия. Могут ли они осуществлять досмотр и составлять акты (протоколы), могущие впоследствии стать основанием для возбуждения уголовного дела?

В принципе любые документы, полученные законным порядком, могут быть использованы в силу п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве источника доказательств. В этом смысле и материалы служебных проверок, проведенных в соответствии с трудовым и иным, регулирующим  трудовые и служебные отношения законодательством, могут быть признаны иными документами. Участники задержания и досмотра могут быть допрошены.  Однако здесь важно уяснить, а действительно ли соблюдено это законодательство, не нарушены ли при этом конституционные права граждан и могут ли такие доказательства быть признаны допустимыми.

В соответствии со ст. 11  Федерального закона «О ведомственной охране» сотрудники ведомственной охраны вправе производить административное задержание и доставление в служебное помещение ведомственной охраны или орган внутренних дел лиц, совершивших преступления или административные правонарушения на охраняемых объектах, а также производить личный досмотр, досмотр вещей, изъятие вещей и документов, являющихся орудием или непосредственным объектом правонарушения. Обеспечивать охрану места происшествия и сохранность указанных вещей и документов; применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие в случаях и порядке, которые установлены этим Федеральным законом. Вместе с тем ведомственная охрана по определению – это  совокупность создаваемых федеральными органами исполнительной власти органов управления, сил и средств, предназначенных для защиты охраняемых объектов от противоправных посягательств.

В соответствие с этими Федеральным законом право создавать органы ведомственной охраны предоставлено отдельным федеральным органам исполнительной власти.

Постановлением Правительства РФ от 12 июля 2000 г. № 514 «Об организации ведомственной охраны»[15] это право предоставлено  следующим ведомствам:

Министерству Российской Федерации по атомной энергии,

Министерству Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий,

Министерству обороны Российской Федерации,

Министерству промышленности, науки и технологий Российской Федерации,

Министерству путей сообщения Российской Федерации,

Министерству Российской Федерации по связи и информатизации,

Министерству транспорта Российской Федерации,

Министерству финансов Российской Федерации,

Министерству энергетики Российской Федерации,

Российскому авиационно-космическому агентству,

Российскому агентству по боеприпасам,

Российскому агентству по обычным вооружениям,

Российскому агентству по системам управления,

Российскому агентству по судостроению,

Российскому агентству по государственным резервам, а также их правопреемникам, образованным в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти».[16]

Таким образом, если существующая на предприятии охрана не подпадает под статус ведомственной, она не наделяется правом осуществлять личный досмотр.

Деятельность сотрудников частных охранных предприятий, с которыми на договорной основе сотрудничают иные предприятия,  регулируется Законом РФ от 11 марта 1992 г. № 2487-I «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации». В соответствие с этим законом охранной деятельностью вправе заниматься лишь предприятие, получившее в установленном порядке лицензию на оказание данного вида услуг. Охранная деятельность частных охранных предприятий не распространяется на объекты, подлежащие исключительно государственной охране. Перечень таких предприятий приведен в постановлении Правительства Российской Федерации от 14 августа 1992 г. № 587[17]  «Вопросы частной детективной и охранной деятельности». Применительно к нашей теме в этот перечень входят лишь государственные предприятия по добыче, переработке, использованию и хранению драгоценных металлов, драгоценных камней, изделий из них и других валютных ценностей, например, Гохран России.

Сотрудники частных охранных предприятий по закону не наделены правом проводить личный досмотр граждан.

Следовательно, если охрану негосударственного, например, золотодобывающего (перерабатывающего) предприятия осуществляет частное охранное предприятие, его сотрудники не являются в силу закона субъектами проведения личного досмотра и составления, что особенно важно, специальных актов (протоколов) досмотра. Трудовым законодательством, внутриведомственными инструкциями на работников режимных предприятий при заключении трудового договора может быть возложена обязанность на проходных пунктах предоставлять свою одежду, переносимые вещи и даже тело для досмотра. Однако это обстоятельство еще не наделяет сотрудников частных охранных предприятий правом оформления актов, подтверждающим результаты такого досмотра, а следовательно их доказательственная ценность может быть ничтожна. Поэтому для составления акта досмотра необходимо привлекать должностное лицо, например, сотрудника милиции.

Обратимся  к КоАП РФ. Этим кодексом в ст. 27.7 предусмотрена процедура проведения личного досмотра. Перечень лиц, уполномоченных проводить досмотры, дан в статьях 27.2 и 27.3. В этом перечне помимо сотрудников органов внутренних дел, ведомственной охраны названы сотрудники природоохранных органов, внутренних и пограничных войск, сотрудники уголовно-исполнительной системы,  таможенной службы, Федеральной службы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, транспортной инспекции и военной автомобильной инспекции. Следует отметить, что этот перечень не является исчерпывающим. В нем нет, в частности, сотрудников Федеральной службы охраны, Федеральной службы безопасности, уполномоченных лиц авиационной безопасности, которым право проведения досмотров предоставлено иными законами. Все это свидетельствует о том, что основания и процедура досмотра по своей сути мало чем отличающаяся от личного обыска, в достаточной степени законодательством не урегулирована.

Тот же КоАП РФ в ст. 27.7., определив личный досмотр как обследование вещей, проводимое без нарушения их конструктивной целостности, основанием такого досмотра назвал специальную цель – обнаружение орудий совершения либо предметов административного правонарушения. О преступлении – ни слова. Вместе с тем Закон РФ «О милиции», в его последних редакциях, обязывает работников милиции принимать участие в проведении предполетного досмотра (п. 21 ст. 10), предусмотренного Воздушным кодексом РФ, наделяет их правом проводить личный досмотр граждан, находящихся при них вещей при наличии достаточных данных полагать, что граждане имеют при себе оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, взрывные устройства, наркотические средства или психотропные вещества (п. 2 ст. 10). Как видим, в данном случае речь идет не только об административных правонарушениях, но и возможных преступлениях, предусмотренных статьями 222, 226, 228, 229 УК РФ. В соответствии с п.5 ст. 10 Закона «О милиции» работникам милиции предоставлено право проводить личный досмотр, досмотр вещей и транспорта лиц, которые незаконно проникли на охраняемые милицией объекты.  Такое проникновение также может быть связано с покушением на совершение хищения, кражи, предусмотренной ст. 158 УК РФ. При этом, как указано в Законе «О милиции», досмотр осуществляется в порядке, предусмотренном законодательством об административных правонарушениях, т.е. КоАП РФ.

По общему правилу, содержащемуся в ст. 27. 7 КоАП РФ, личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения. К таковым могут быть отнесены в соответствии со ст. 7.27 предметы мелкого хищения стоимостью до 1 МРОТ. Сказанное не означает, что большее количество похищенного лишает работника милиции использовать свое право на досмотр.  Важно, чтобы процедура досмотра соответствовала порядку, установленному законом.

Этот порядок урегулирован упомянутой ст. 27.7 КоАП РФ и предполагает проведение личного досмотра лицом одного пола с досматриваемым в присутствии двух понятых того же пола.

В исключительных случаях при наличии достаточных оснований полагать, что при физическом лице находятся оружие или иные предметы, используемые в качестве оружия, личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, могут быть осуществлены без понятых.

В случае необходимости применяются фото- и киносъемка, видеозапись, иные установленные способы фиксации вещественных доказательств.

О личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе о доставлении или в протоколе об административном задержании. В протоколе о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о физическом лице, подвергнутом личному досмотру, о виде, количестве, об иных идентификационных признаках вещей, в том числе о типе, марке, модели, калибре, серии, номере, об иных идентификационных признаках оружия, о виде и количестве боевых припасов, о виде и реквизитах документов, обнаруженных при досмотре, находящихся при физическом лице.

В протоколе о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, делается запись о применении фото- и киносъемки, видеозаписи, иных установленных способов фиксации вещественных доказательств. Материалы, полученные при осуществлении личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице, с применением фото- и киносъемки, видеозаписи, иных установленных способов фиксации вещественных доказательств, прилагаются к соответствующему протоколу.

Протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, подписывается должностным лицом, его составившим, лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, либо владельцем вещей, подвергнутых досмотру, понятыми. В случае отказа лица, в отношении которого ведется производство по делу, владельца вещей, подвергнутых досмотру, от подписания протокола в нем делается соответствующая запись. Копия протокола о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, вручается владельцу вещей, подвергнутых досмотру, по его просьбе.

Таким образом, если досмотр произведен надлежащим лицом и в соответствии с процедурой, предусмотренной, ст. 27.7 КоАП РФ или  373 Таможенного кодекса РФ, протокол (акт) данного действия следует признать надлежащим документом и источником доказательств.

Таким образом, если задержание работника произведено охраной предприятия, состоящей из сотрудников частного охранного предприятия, для составления протокола досмотра следует пригласить работника милиции.

4.5.5.3. Выемка (ст. 183)

Выемка – принудительное следственное действие, направленное на изъятие определенных предметов, когда известно их местонахождение либо когда они должны находиться в данном месте согласно установленному порядку (бухгалтерские документы – в бухгалтерии, регистрационные документы на транспорт в – ГИБДД и т.д.).

Выемка в жилище (п. 5 ч. 2 ст. 29 УПК РФ), а также предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях (ч. 4 ст. 183 УПК РФ), требует судебного решения. Выемка документов, содержащих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, производится по постановлению следователя с санкции прокурора (ч. 3 ст. 183 УПК РФ).

Государственная тайна – это сведения, отнесенные к таковым в порядке, предусмотренном Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5485-1 «О государственной тайне»[18]

Помимо государственной тайны существует понятие конфиденциальной информации – документированных сведений, доступ к которым ограничен государством или собственником информации. Разновидностью конфиденциальной информации являются служебная, коммерческая, врачебная, семейная, личная, а также профессиональная тайна (судебная, адвокатская, депутатская, медицинская, нотариальная). Примерный перечень конфиденциальных сведений содержится в Указе Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 г. №188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера»[19]. К таковым в силу ст. 11 Федерального закона от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации» относятся персональные данные, включаемые в состав федеральных информационных ресурсов, информационных ресурсов совместного ведения, информационных ресурсов субъектов Российской Федерации, информационных ресурсов органов местного самоуправления, а также получаемых и собираемых негосударственными организациями на основании лицензии[20].

Не требуется санкции прокурора на получение документов, содержащих личную (конфиденциальную) информацию, от ее собственника, если эта информация не затрагивает интересы третьих лиц.

Представляется, что выемка по возбужденному уголовному делу может быть проведана у любого лица, в том числе и в отношении предметов, находящихся при нем лично. Важно, чтобы следователь был проинформирован о месте их нахождения заранее. Такая информация может быть следствием предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности. В этом случае допустимо оформление изымаемых предметов не только путем личного обыска или досмотра, но и выемки.

4.5.6. Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185 УПК РФ)

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка – следственные действия, выраженные в ограничении прав граждан на тайну переписки. Арест на корреспонденцию накладывается в целях: а) получения фактических данных, которые могут быть использованы в процессе доказывания по уголовному делу; б) создания препятствий для обмена информацией в процессе расследования между заинтересованными лицами.

Понятием «почтово-телеграфная корреспонденция» охватываются не только сами отправления (сообщения), но и почтово-телеграфные сведения о них.

Виды почтово-телеграфных отправлений – бандероли, посылки и другие почтово-телеграфные отправления. Под «другими почтово-телеграфными отправлениями» соответствии с Федеральным законом от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» в качестве почтово-телеграфных отправлений, на которые может быть наложен арест, понимаются посылки, бандероли, денежные переводы, письма, телеграммы, телетайпограммы, факсимильные и иные виды документальных сообщений, передаваемые по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, в том числе и электронная почта[21]..

Учреждения связи – юридические лица независимо от форм собственности,  предоставляющие на основе лицензии услуги связи в качестве основного вида деятельности. К учреждениям связи относятся также индивидуальные предприниматели, осуществляющие на основе лицензии деятельность в области связи в качестве основного вида деятельности.

Арест может накладываться как на входящую, так и на исходящую корреспонденцию.

Задержанная почтово-телеграфная корреспонденция может быть осмотрена и изъята. Осмотр и выемка корреспонденции, хотя и производятся на основании единого судебного решения, представляют собой разные следственные действия, которые сопровождаются составлением протокола в соответствии с требованиями ст. 166. Особенностью осмотра и выемки почтово-телеграфной корреспонденции в учреждении связи является то, что проводятся они с участием понятых из числа работников данного учреждения. Выемка и осмотр могут сопровождаться снятием копий.

Осмотр почтово-телеграфной корреспонденции (в том числе повторный) как самостоятельное следственное действие после производства выемки может быть произведен и вне стен учреждения связи.

Для осмотра и выемки корреспонденции следователь вправе привлечь специалиста и переводчика.

При буквальном толковании отправляемые железнодорожным или воздушным транспортом контейнеры не подпадают под категории почтовых отправлений и их осмотр и выемка не требуют судебных решений.

Наложение ареста и выемка почтовых отправлений могут иметь существенное значение для расследования уголовных дел о хищении и незаконном обороте драгоценных металлов, поскольку почтовые отправления могут использоваться, используются или использовались ранее для пересылки запрещенных к обороту предметов. Кроме того, пересылка таких предметов образует самостоятельный состав преступления, а следовательно исследование фактов о почтовых отправлениях входит в предмет доказывания.

Наличие сведений в отделении связи о почтовых отправлениях  может послужить основанием для проведения других следственных действий: допросов, обысков, выемок.

4.5.7. Контроль и запись переговоров  (ст.186 УПК РФ)

Контроль и запись телефонных и иных переговоров подозреваемого, обвиняемого и других лиц допускаются лишь при производстве по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях. Под тяжкими преступлениями в соответствии со ст. 15 УК Российской Федерации понимаются умышленные преступления, за совершение которых судом может быть назначено наказание на срок свыше пяти лет лишения свободы, а особо тяжкими – на срок свыше 10 лет. При этом следует иметь в виду, что тяжесть преступления не всегда определяется статьей, по которой возбуждено уголовное дело или предъявлено обвинение. Иногда в процессе расследования уголовного дела могут стать известными сведения, факты, прямо свидетельствующие о совершении или приготовлении к совершению подозреваемым, обвиняемым или иных, связанных с ними лиц, деятельность которых проверяется в ходе расследования возбужденного уголовного дела другого, ранее не известного деяния, подпадающего под категорию тяжкого или особо тяжкого преступления. Все эти обстоятельства будут являться предметом рассмотрения в судебном заседании.

Таким образом, под категорию тяжких преступлений подпадают: ч. 2 ст. 191 УК РФ по признакам крупного размера (свыше 250 тысяч рублей), совершения преступления организованной группой или группой лиц по предварительному сговору; ч. 3 ст. 158 УК РФ по признаку проникновения в жилище и ч. 4 ст. 158 УК РФ по признакам совершения организованной группой или в особо крупном размере (свыше одного миллиона рублей).

«Другими лица», переговоры которых могут быть подвергнуты прослушиванию, — это родственники, члены семьи, близкие или знакомые люди подозреваемого и обвиняемого, а также потерпевшие и свидетели.

Близкие родственники потерпевшего, свидетеля – это супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. Угрозы, высказываемые в их адрес, как основания для прослушивания переговоров без судебного решения должны содержать признаки преступления. Их заявление о прослушивании переговоров распространяться только на личные телефоны. На иные требуется судебное решение.

Прослушивание телефонных иных переговоров следователем поручаются субъектам оперативно-розыскной деятельности.

Закон называет две разновидности контролируемых переговоров: телефонные и иные. Под «иными переговорами» понимается информация, получаемая с технических каналов связи, и устная речь.

Под телефонными переговорами понимаются как переговоры, ведущиеся по проводным сетям телефонной связи, так и по сотовой связи.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 2 октября 2003 г. № 345-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса советского районного суда г. Липецка о проверке конституционности части четвертой статьи 32 Федерального закона от 16 февраля 1995 г. «О связи», Конституционный Суд указал, что содержащаяся в части четвертой статьи 32 Федерального закона от 16 февраля 1995 года «О связи» и сохраненная в Федеральном законе от 7 июля 2003 года «О связи» (часть третья статьи 63) норма, согласно которой получение сведений о телефонных переговорах допускается на основании судебного решения, является специальной, конкретизирующей и обеспечивающей действие статей 23 (часть 2) и 24 (часть 1) Конституции Российской Федерации применительно к вопросам сохранения тайны связи.  Право каждого на тайну телефонных переговоров по своему конституционно-правовому смыслу предполагает комплекс действий по защите информации, получаемой по каналам телефонной связи, независимо от времени поступления, степени полноты и содержания сведений, фиксируемых на отдельных этапах ее осуществления. В силу этого информацией, составляющей охраняемую Конституцией Российской Федерации и действующими на территории Российской Федерации законами тайну телефонных переговоров, считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связи; для доступа к указанным сведениям органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, необходимо получение судебного решения. Иное означало бы несоблюдение требования статьи 23 (часть 2) Конституции Российской Федерации о возможности ограничения права на тайну телефонных переговоров только на основании судебного решения.

Таким образом, по смыслу данного Определения любая информация о переговорах абонентов относится к контролю телефонных переговоров и требует судебного решения. В зависимости от того, какую информацию намерен получить следователь, он может ходатайствовать перед судом либо только о контроле переговоров, либо об их контроле и записи, если речь идет о будущих переговорах.

В процессе подготовки данной работы авторы изучали следственную практику, в том числе и в Следственном комитете при МВД России. В поля зрения попалось письмо Генеральной прокуратуры, датированное маем 2005 г. и подписанное начальником отдела одного из управлений центрального аппарата. Из содержания письма следовало, что следователь, желая получить информацию о времени переговоров абонента сотовой связи, обратился в Генеральную прокуратуру за получением согласия на вынесение постановления о возбуждении перед судом ходатайства о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров. Отказав следователю, прокурорский работник ему указал, что в УПК РФ в настоящее время отсутствует порядок получения органом следствия  согласия суда  на производство выемки документов, содержащих сведения о телефонных переговорах, а значит и получить их невозможно. Таким образом, вместо содействия чиновник рекомендовал следователю обратиться в орган, осуществляющий оперативно-розыскную деятельность, с поручением осуществить эту процедуру самостоятельно, но опять же на основании судебного решения. Такая позиция представляется ошибочной, не основанной на законе. К счастью, смеем надеяться, она не является позицией всей Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Говоря о сотовой связи, надо помнить, что операторы сотовой связи могут предоставить не только запись переговоров (при условии предварительного судебного решения), но и сведения о переговорах (время, продолжительность, номера абонентов, тексты SMS сообщений и даже координаты местности, откуда велся тот или другой разговор. Эти обстоятельства могут существенно облегчить расследование преступления и облегчить процесс доказывания по уголовным делам.

Так, по одному из уголовных дел (г. Мончегорск Мурманской области, 2004 г.) К. принял предложение находящегося в розыске Ш. за 1000 долларов США вывезти с территории предприятия на служебной автомашине  854 кг никелевого шлама на сумму около 1 млн. рублей.  Связь между собой К. и Ш. во время совершения преступления поддерживали по сотовому телефону, предоставленному К лично Ш. и зарегистрированным на имя Ш.  Данный факт нашел свое подтверждение в приобщенных к делу сведениях о переговорах, предоставленных оператором сотовой связи и был положен в основу вынесения обвинительного приговора.

Срок проведения данного следственного действия, если он касается не получения информации о переговорах, а непосредственно направлен на контроль и запись переговоров, не может превышать шести месяцев. Оно прекращается по постановлению следователя, если необходимость в данной мере отпадает, но не позднее истечения срока расследования по уголовному делу. Однако, если по обстоятельствам дела, срок расследования которого не истек, требуется возобновление осуществления контроля и записи переговоров, следователь, отменив предыдущее постановление, вправе с согласия прокурора обратиться в суд с новым ходатайством, который его рассматривает на основании вновь представленных материалов.

Осмотр и прослушивание фонограммы осуществляется с составлением протокола по правилам, предусмотренным ст. 166 УПК. При этом участие понятых обязательно (ст. 60 УПК).

Кроме понятых следователь вправе привлечь к осмотру специалиста (ст. 168 УПК), а также лиц, чьи переговоры записаны. Однако их участие в осмотре для следователя не обязательно.

Привлечение к осмотру лиц, чьи переговоры записаны, имеет смысл тогда, когда эти лица идут на сотрудничество со следствием. Их участие в осмотре и прослушивании позволит более точно изложить прослушанную звукозапись, сделать акцент на наиболее важной части фонограммы, а также внести в протокол комментарии и замечания к тексту фонограммы.

По смыслу ст. 169 УПК следователь при необходимости вправе привлечь к  осмотру и прослушиванию также переводчика. Полагаем, возможно назначение лингвистической экспертизы, особенно тогда, когда переговоры изобилуют идиоматическими выражениями, сленгом, иносказаниями, целью которой будет уяснение смыслового содержания переговоров..


[1] Хотя в ч. 4 ст. 146 УПК в перечне материалов, направляемых прокурору для возбуждения уголовного дела, называются протокол освидетельствования и постановление о назначении судебной экспертизы, большинство авторов склоняются к тому, что освидетельствование до возбуждения уголовного дела  невозможно, поскольку в ст. 179 УПК, регламентирующей порядок освидетельствования,  возможность его проведения до возбуждения уголовного дела, в отличие от осмотра места происшествия, не предусмотрена. Что касается назначения судебной экспертизы, то это процессуальное действие по причине невозможности проведения на данной стадии самой экспертизы теряет практический смысл.
[2] В этой связи хочется отметить положительный опыт руководства комбината «Североникель» ОАО «Кольская ГМК». При приеме на работу в компанию будущий работник в письменной форме уведомляется о том, что вся производимая компанией продукция содержит в своем составе драгоценные металлы. Этот документ, приобщенный к материалам уголовного дела, является важным доказательством осведомленности подозреваемого о предмете хищения или его незаконного оборота.
[3] С принятием 10 декабря 2003 г. нового Федерального  закон № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» драгоценные металлы исключены из перечня валютных ценностей, и их обращение регулируется Федеральным законом от 26 марта 1998 г. № 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях».
[4] Собрание законодательства Российской Федерации. 1998, № 13, ст. 1463
[5] Собрании законодательства Российской Федерации. 1994, № 11, ст. 1291
[6] Собрание законодательства Российской Федерации. 1998, № 49, ст. 6058
[7] Собрание законодательства Российской Федерации. 1994., № 11, ст. 1291
[8]  В соответствии с Положением о лицензировании заготовки, переработки и реализации лома черных металлов, утв. постановлением Правительства РФ от 23 июля 2002 г. № 553, соискатель лицензии должен представить документы, подтверждающие его квалификацию в данном виде деятельности. Аналогичное требование содержится и в Положении о лицензировании заготовки, переработки и реализации лома цветных металлов, утв. постановлением Правительства РФ от 23 июля 2002 г. № 552)
[9] В соответствиями с Правилами обращения с ломом и отходами цветных металлов и их отчуждения, утв. постановлением Правительства РФ от 11 мая 2001 г. № 370 в документах отчуждения и транспортных документах обязательно указывается вид лома цветных металлов.
[10] В соответствии с указ. Правилами юридические лица и индивидуальные предприниматели осуществляют обращение с ломом и отходами цветных металлов и их отчуждение в случае, если имеются документы, подтверждающие их право собственности на указанные лом и отходы.
[11]  См. приказ МВД России от 20 июня 1996 г. № 334 «Об утверждении Инструкции по организации взаимодействия подразделений и служб внутренних дел в расследовании и раскрытии преступлений»
[12] Собрание законодательства Российской Федерации, 1995, № 33, ст. 3349; 1997, № 29, ст. 3502; 1998, № 30, ст. 3613; 1999., № 2, ст. 233; 2000 г. № 1 (часть I) ст. 8; 2001, № 13, ст. 11402003,  № 27 (часть I), ст. 2700; 2004. №  27 ст. 2711, № 35 ст. 3607.
[13] Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1998. № 23. Инструкция не утратила силу, несмотря на изменение структуры органов исполнительной власти.
[14] Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 29. Ст. 2759
[15] Собрание законодательства Российской Федерации 2000. №  29. Ст. 3100.
[16] Собрание законодательства Российской Федерации. 2004. № 11. Ст. 945.
[17] Собрании актов Президента и Правительства Российской Федерации.1992. № 8.  Ст. 506.
[18] Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 41. Ст. 4673
[19] Собрание законодательства Российской Федерации 1997. № 10. Ст. 1127
[20] Собрание законодательства Российской Федерации. 1995 г., № 8, Ст.609.
[21] Собрание законодательства Российской Федерации. 2003 г. № 28 Ст. 2895.

Часть 1.  Часть 2.  Часть 3.  Часть 4.  Часть 5.  Часть 6.  Часть 7.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code