НЕОСТОРОЖНОЕ СОПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА: УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ

Д.А.Мелешко

В статье рассматриваются признаки неосторожного сопричинения вреда и особенности производства по уголовным делам соответствующей категории, делается вывод о возможности (на основании аналогии закона) расследования уголовных дел в отношении «неосторожных сопричинителей» в рамках единого производства.

Ключевые слова: неосторожное сопричинение, неосторожное соучастие, соединение уголовных дел, аналогия закона, процессуальная аналогия.

 

Нормы института соучастия — это единственные нормы УК РФ, которые позволяют распространять бремя ответственности за совершение одного преступления на несколько лиц.

При этом в действительности случаи совместного причинения преступного вреда не сводятся лишь к соучастию в преступлении. Этот факт следует учитывать при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного расследования и при поддержании государственного обвинения в суде по соответствующей категории уголовных дел.

Так, необходимо иметь в виду, что соучастие в преступлении является хоть и типичной, но далеко не единственной формой совместного причинения вреда. Наряду с соучастием таковой признается неосторожное сопричинение вреда, под которым понимается совместное участие двух или более лиц в совершении деяния, повлекшего по неосторожности наступление общих общественно опасных последствий, предусмотренных уголовным законом. Своими действиями «неосторожные сопричинители» осознанно нарушают правила так называемого позитивного законодательства, что само по себе еще не является уголовно наказуемым деянием. Вместе с тем именно такое организованное взаимодействие лиц, сознательно идущих на нарушение правил безопасности, приводит по неосторожности к наступлению общественно опасных последствий, предусмотренных уголовным законодательством.

Эта форма совместной преступной деятельности чаще всего встречается в технической, профессиональной и управленческой сфере. Пример тому — беспрецедентные по масштабу техногенные катастрофы последних лет: авария на Саяно-Шушенской ГЭС 2009 г., повлекшая смерть 75 человек <1>; взрывы на шахте «Распадская» 2010 г., повлекшие смерть 91 человека <2>; крушение теплохода «Булгария» 2011 г., повлекшее смерть 122 человек <3>. Не менее показательны примеры прошлого столетия, такие как взрыв на Чернобыльской АЭС, крушение теплохода «Адмирал Нахимов», взрыв газопровода в Башкирии.

———————————

<1> См.: Маркин В.И. В Республике Хакасия вынесен приговор по уголовному делу об аварии на Саяно-Шушенской ГЭС. URL: http://sledcom.ru/news/item/886817 (дата обращения: 14.09.2015).

<2> См.: Жадность убивает. Срок следствия по делу о взрыве шахты в Кемерово продлили до апреля. URL: http://www.rg.ru/2015/01/19/srok.html (дата обращения: 14.09.2015).

<3> См.: Маркин В.И. Фигурантам уголовного дела о крушении теплохода «Булгария» вынесен приговор. URL: http://sledcom.ru/news/item/523068 (дата обращения: 14.09.2015).

 

В отличие от соучастия, когда совершенное общими усилиями преступление признается для соучастников совместным, при неосторожном сопричинении вреда совершенное общими усилиями сопричинителей преступление признается для каждого из них формально самостоятельным. Причина этого заключается в отсутствии в уголовном законе нормы, предусматривающей возможность привлечения к ответственности одновременно нескольких лиц за совместное причинение преступного вреда по неосторожности. Указанный факт обусловливает некоторые особенности производства по уголовным делам рассматриваемой категории.

Во-первых, расследование случаев неосторожного сопричинения вреда в отношении каждого из виновных лиц целесообразно проводить в рамках единого производства. Между тем ч. 1 ст. 153 УПК РФ не содержит такого основания для соединения уголовных дел, как совершение несколькими лицами преступления при неосторожном сопричинении вреда. Однако существенное сходство таких случаев с преступлениями, совершенными в соучастии, предопределяет возможность распространения на них положений п. 1 ч. 1 ст. 153 УПК (предусматривающего возможность соединения в одно производство уголовных дел в отношении нескольких лиц, совершивших одно или несколько преступлений в соучастии).

В условиях допущения Конституционным Судом РФ аналогии в уголовно-процессуальном законодательстве такой прием представляется вполне допустимым. Так, в одном из решений Конституционный Суд РФ указал, что до введения новой регламентации уголовно-процессуального института (обжалования определений и постановлений суда первой инстанции) правоприменителю надлежит исходить из возможности использования на основании процессуальной аналогии правил, предусмотренных для смежного отраслевого института (судебной проверки законности и обоснованности применения заключения под стражу в качестве меры пресечения) <4>.

———————————

<4> См.: абзац 2 п. 8 Постановления Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 г. N 20-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан».

 

Единое производство по уголовным делам в отношении «неосторожных сопричинителей» обеспечит всестороннее, объективное и полное расследование при минимальной затрате средств. К примеру, материалы уголовного дела о катастрофе на Саяно-Шушенской ГЭС при передаче в суд насчитывали 1213 томов; отдельное расследование уголовных дел в отношении каждого из семи виновных лиц повлекло бы пропорциональное и ничем не оправданное увеличение затраченных сил со стороны экспертов, оперативных работников, следователей, прокуроров, судей.

Во-вторых, при поддержании государственного обвинения прокурорам следует исходить из необходимости дифференциации ответственности лиц, совместно участвовавших в неосторожном преступлении. В основе дифференциации должны лежать оценка роли сопричинителя в наступлении преступного последствия и сопоставление ее с ролью других сопричинителей. Критериями оценки указанных ролей могут выступить продолжительность нарушения норм позитивного законодательства, цели, мотивы, характер допущенных нарушений, поведение, предшествующее и последующее совершению противоправного действия (бездействия).

В-третьих, при формулировании предложений суду о мере наказания государственным обвинителям необходимо учитывать, что уровень общественной опасности неосторожного преступления, совершенного несколькими лицами при сопричинении вреда, качественным образом не отличается от уровня общественной опасности единолично совершенного преступления, как это имеет место, к примеру, в соучастии. Сама же личность «неосторожных правонарушителей» в целом не представляет высокой степени общественной опасности, и потому их исправление может быть достигнуто без применения суровых мер наказания <5>.

———————————

<5> См.: Нерсесян В., Рарог А. Дифференциация назначения наказания за неосторожные преступления // Российская юстиция. 1999. N 7. С. 39.

 

Для правильной квалификации случаев неосторожного сопричинения вреда и привлечения к ответственности всех виновных лиц необходимо четко представлять границы рассматриваемого явления, которые определяются совокупностью его признаков.

Первый объективный признак — признак множественности лиц. Каждый из «неосторожных сопричинителей» должен обладать общими признаками субъекта преступления, перечисленными в ст. 19 УК.

Второй объективный признак — признак совместности. Совместность при неосторожном сопричинении вреда необходимо «отыскивать» на фактически допреступной стадии — в деяниях, признающихся уголовно-противоправными лишь при условии наступления криминообразующих последствий. Сами по себе такие деяния признаются правонарушениями в иных отраслях права, как, например, нарушения правил охраны труда или нарушения требований транспортной безопасности.

Неотъемлемая составляющая указанного признака — факт сложения усилий сопричинителей вреда, будь то усилия инженера и главного технолога при управлении гидроагрегатом на ГЭС или усилия хирурга и врача-анестезиолога при оказании неотложной помощи больному. Именно совместное нарушение правил в процессе осуществления общей деятельности приводит к наступлению по неосторожности общественно опасных последствий, предусмотренных УК.

Специфика неосторожного сопричинения заключается еще и в том, что деятельность виновных лиц по отношению друг к другу носит взаимообусловленный, или, другими словами, подстраховывающий характер. Одни и те же обязанности возложены на несколько лиц; действия одного сопричинителя обеспечивают возможность действий другого, поэтому наступление преступных последствий становится возможным лишь при наличии обоюдного «вклада» (противоправного действия или бездействия) каждого сопричинителя.

Показательным представляется уголовное дело по обвинению Байгулова и Дятлова в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшем по неосторожности смерть человека. Байгулов, будучи техническим директором ОАО, дал задание по ремонту кровли начальнику участка Дятлову. В соответствии с заданием ремонт должны были проводить разнорабочие Артемьев, Бурчак и водитель автопогрузчика, которому поручалось поднять рабочих на крышу. При этом директор понимал, что рабочие не аттестованы, не прошли обучение и не могут выполнять работы на высоте. В свою очередь, Дятлов, выполняя приказ начальника, направил рабочих на ремонт, а водителю автопогрузчика дал указание поднять их на крышу. Дятлов знал, что любое перемещение людей с использованием грузоподъемных механизмов запрещено. Инструктаж на рабочем месте он также не провел. Допущенные Байгуловым и Дятловым нарушения привели к тому, что Артемьев упал с высоты и умер от травматического шока. По приговору суда оба лица признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК <6>.

———————————

<6> Приговор Чертановского районного суда г. Москвы от 25 марта 2013 г. в отношении Байгулова А.Г. и Дятлова И.Ю. // РосПравосудие. URL: https://rospravosudie.com/court-cher-tanovskij-rajonnyj-sud-gorod-moskva-s/act-434766672/ (дата обращения: 23.08.2015).

 

Из приведенного примера видно, что действия виновных лиц были взаимообусловлены, а возложенные на них обязанности по соблюдению правил охраны труда носили дублирующий характер. Очевидно, что добросовестное отношение к работе любого из сопричинителей предотвратило бы трагические последствия.

Квалификация неосторожного сопричинения немыслима без установления причинной связи между совместным деянием по нарушению правил и наступившими общественно опасными последствиями. При этом немаловажно, что сами последствия признаются для виновных лиц общими и не могут быть между ними разделены. В зависимости от конкретного состава преступления они выражаются либо в реальном наступлении материального вреда либо в угрозе его наступления, что характерно для «деликтов создания опасности» (к примеру, для ч. 1 ст. 215 УК) <7>.

———————————

<7> См.: Церетели Т.В. Деликты создания опасности // Советское государство и право. 1970. N 8. С. 56 — 64.

 

Объективная совместность деяния сопричинителей находит отражение в сознании каждого из них. Первый субъективный признак неосторожного сопричинения вреда — это направленность поведения сопричинителей на достижение общего результата. Объединяя свои усилия на «допреступной» стадии, виновные лица всякий раз стремятся к достижению какой-либо цели. Как правило, направленность поведения сопричинителей на достижение общего результата противоречит специальным обязанностям, возложенным на них нормативно. К примеру, на объектах жизнеобеспечения на персонал возложена обязанность по поддержанию определенного уровня безопасности, игнорируя которую работники согласованно преследуют какой-либо результат. Это может быть продолжение работы предприятия или экономия материальных средств.

Из рассмотренного признака логично следует такой субъективный признак неосторожного сопричинения вреда, как согласованность действий сопричинителей, или, другими словами, обязательная двухсторонняя психологическая связь между сопричинителями. Специфика неосторожного сопричинения вреда предопределяет взаимную осведомленность сопричинителей о существовании друг друга и о совместности совершаемых ими действий (бездействия), нарушающих правила позитивного законодательства. И последний субъективный признак — наличие неосторожной формы вины в виде легкомыслия или небрежности на стороне каждого из сопричинителей.

В заключение следует отметить, что учение о неосторожном сопричинении вреда таит в себе множество проблем, окончательное решение которых — исключительная прерогатива законодателя <8>. Однако это обстоятельство — с опорой на изложенные рекомендации — не должно, думается, выступать препятствием к привлечению к ответственности всех виновных в совершении неосторожного преступления лиц и назначению им справедливого наказания.

———————————

<8> Напр.: Установление усложненных и опосредованных причинно-следственных связей, возможность привлечения к ответственности инициаторов «допреступной» деятельности (которая, в конечном счете, и приводит к наступлению трагических последствий), оправданность существования специальных норм, регламентирующих правила назначения наказания «неосторожным сопричинителям» и др.

Пристатейный библиографический список

  1. Нерсесян В., Рарог А. Дифференциация назначения наказания за неосторожные преступления // Российская юстиция. 1999. N 7.

2. Церетели Т.В. Деликты создания опасности // Советское государство и право. 1970. N 8.

«Законность», N 5, май 2016 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code