Информация о Постановлении ЕСПЧ от 15.12.2015 по делу «Ивко против Российской Федерации (Ivko v. Russia)» (жалоба N 30575/08)

Ивко против Российской Федерации

(Ivko v. Russia)

(N 30575/08)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 15 декабря 2015 года

(вынесено III Секцией)

———————————

<*> Перевод с английского Г.А. Николаева.

Обстоятельства дела

Заявитель, который страдал от гепатита C и туберкулеза, содержался под стражей с октября 2007 года по май 2013 года в связи с обвинением в незаконном обороте наркотиков. После освобождения он провел два месяца в гражданской больнице, получая лечение от туберкулеза, после чего вновь был задержан в июле 2013 года из-за других обвинений в незаконном сбыте наркотиков. Он скончался, находясь под стражей, в октябре 2014 года. В своей жалобе в Европейский Суд, поданной в 2008 году, он жаловался, в частности, на отсутствие адекватной медицинской помощи в заключении (статья 3 Конвенции). После его смерти его сожительница Юсупова уведомила Европейский Суд о своем намерении поддерживать его жалобу.

 

Вопросы права

В порядке применения статьи 34 Конвенции (статус жертвы). Данные, предоставленные Европейскому Суду, убедительно свидетельствуют, что заявитель и Юсупова находились в тесной связи, приравненной к «семейным связям». Обстоятельства дела заявителя аналогичны делу «Коряк против Российской Федерации» (Koryak v. Russia) (жалоба N 24677/10 <*>, Постановление Европейского Суда от 13 ноября 2012 г.), в котором Европейский Суд допустил близкую родственницу к продолжению разбирательства после смерти непосредственной жертвы. Оба дела касались качества медицинской помощи, оказанной тяжелобольному, в сочетании с вопросом о существовании эффективных внутригосударственных средств правовой защиты. Таким образом, Европейский Суд решил, что Юсупова имела законный интерес в поддержании жалобы заявителя и что соблюдение прав человека, определенных в Конвенции и Протоколах к ней, требует продолжения рассмотрения дела.

———————————

<*> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2014. N 10 (примеч. редактора).

 

Решение

Статус жертвы сохранен (вынесено единогласно).

По поводу соблюдения статьи 3 Конвенции. В отсутствие документов, предоставленных властями государства-ответчика, по поводу лечения заявителя в период с октября 2007 года по октябрь 2009 года, Европейский Суд принял утверждения заявителя о том, что он был лишен регулярных медицинских обследований и противорецидивного лечения. Это само по себе порождает серьезные сомнения в исполнении властями их обязательств в соответствии со статьей 3 Конвенции в отношении заявителя, который с учетом его заражения гепатитом C и туберкулезом требовал особого внимания медиков.

Европейский Суд далее рассмотрел более внимательно качество лечения, которое заявитель получал в учреждении ЛИУ-15 после его поступления туда в октябре 2012 года. По прибытии заявителю был сделан ряд основных клинических анализов и обследований, и ему был назначен лекарственный режим. Однако несмотря на осведомленность властей относительно его длительного заболевания туберкулезом и того факта, что он имел активную форму туберкулеза в течение необычно длительного периода, только в феврале 2013 года, то есть более чем через пять лет после его задержания и возникновения у властей обязанности решать медицинские проблемы заявителя, ему был впервые сделан анализ восприимчивости лекарств. Этот анализ является основным требованием Всемирной организации здравоохранения (далее — ВОЗ) к правильному диагнозу и лечению всех ранее лечившихся больных туберкулезом, с учетом особенно высокого риска возникновения устойчивости к лекарствам туберкулеза. Тест не только обеспечил бы действенность диагностических процедур и отнесение заявителя к категории стандартного лечения, но также обусловил бы выбор целесообразных уточнений режима в соответствии с результатами теста. Задержка проведения теста заявителю нарушала рекомендации ВОЗ и грозила лишением получаемого заявителем лечения основных терапевтических эффектов.

Кроме того, хотя власти знали, что заявитель болеет гепатитом C, они не приняли мер для рассмотрения вопроса о том, совместим ли его лекарственный режим с заболеванием печени. Первый анализ функции печени был проведен только в феврале 2013 года, более чем через три месяца после начала нового режима химиотерапии и более чем через пять лет после того, как власти узнали о состоянии его здоровья. Заявителю были назначены гепатопротекторы в конце октября 2013 года. Подобная пассивность со стороны властей противоречила рекомендации ВОЗ о проведении анализов функции печени в начале и процессе лечения туберкулеза и о назначении гепатотоксичных лекарств больным с серьезными заболеваниями печени.

Европейский Суд также отмечает, что после его повторного задержания в июле 2013 года заявитель, который к тому времени страдал от тяжелой и крайне запущенной стадии туберкулеза, требующей комплексного и сложного лечения, находился еще три месяца под стражей в отсутствие доступа к требуемой медицинской помощи. По мнению Европейского Суда, оставление его в этот период без жизненно важной медицинской помощи, которая могла позволить ему бороться с болезнями, угрожавшими его жизни, было неприемлемым.

Таким образом, имелись серьезные недостатки в лечении заявителя во время большей части его содержания под стражей. В итоге заявитель подвергался длительным моральным и физическим страданиям, которые умаляли его человеческое достоинство. Уклонение властей от предоставления ему медицинской помощи, в которой он нуждался, составляло бесчеловечное и унижающее достоинство обращение в значении статьи 3 Конвенции.

 

Постановление

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено единогласно).

Европейский Суд также единогласно установил нарушение требований статьи 13 Конвенции ввиду отсутствия эффективного внутригосударственного средства правовой защиты для рассмотрения жалоб заявителя на неадекватную медицинскую помощь во время содержания под стражей.

 

Компенсация

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил Юсуповой 20 000 евро, требование о компенсации материального ущерба было отклонено.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code