Информация о Постановлении ЕСПЧ от 17.11.2015 по делу «Сэфэр Йылмаз и Мэрьем Йылмаз против Турции (Sefer Yilmaz and Meryem Yilmaz v. Turkey)» (жалоба N 611/12)

Сэфэр Йылмаз и Мэрьем Йылмаз против Турции

(Sefer Yilmaz and Meryem Yilmaz v. Turkey)

(N 611/12)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 17 ноября 2015 года

(вынесено II Секцией)

———————————

<*> Перевод на русский язык Берестнев Ю.Ю.

Обстоятельства дела

Заявители являются родителями молодого человека, который погиб в сентябре 2008 года при прохождении военной службы по призыву. О его гибели немедленно сообщили в военную прокуратуру, и по этому факту было возбуждено уголовное дело.

В декабре 2009 года военный прокурор вынес постановление о прекращении производства по делу. В январе 2011 года жалоба заявителей на это постановление была отклонена военным судом. Параллельно с этим в августе 2010 года заявители, ссылаясь на Конституцию Турции и Закон N 1602 «О Высшем военном административном суде Турции», подали в Министерство внутренних дел Турции предварительное требование о выплате компенсации.

В ноябре 2010 года, не получив какого-либо ответа по прошествии более двух месяцев, что означало косвенный отказ удовлетворить их требования, заявители обжаловали бездействие административных органов власти в Высший военный административный суд Турции, который постановлением от 12 января 2011 г. отказал им в удовлетворении иска в связи с несоблюдением годичного срока для подачи предварительного требования о выплате компенсации. Жалоба заявителей на это постановление была отклонена в мае 2011 года.

 

Вопросы права

По поводу соблюдения требований пункта 1 статьи 6 Конвенции. Относительно соблюдения годичного срока давности, по истечении которого жалоба считается поданной слишком поздно, из прецедентной практики Европейского Суда следует, что в случае, когда иск о возмещении ущерба основан на предполагаемом бездействии или халатности, отсчет срока начинается с даты, когда истец узнал или должен был узнать о бездействии или халатности, которые он мог обжаловать.

Заявителям было известно о том, что их сын погиб 9 сентября 2008 г. Однако они узнали о конкретных обстоятельствах его смерти лишь после того, как им вручили постановление о прекращении производства по делу. Эти факторы имели решающее значение при подаче жалобы в Высший военный административный суд Турции.

Кроме того, заявителям было необходимо представить не просто доказательства наличия причинно-следственной связи между причиненным ущербом и прохождением их сыном военной службы, но и доказательства бездействия или халатности властей.

В настоящем деле была установлена причинно-следственная связь при наступлении несчастного случая, но требование о представлении доказательств возможного бездействия или небрежности властей соблюдено не было. До получения постановления о прекращении производства по делу заявители не знали, что военные органы власти предъявили их сыну обвинение в оставлении поста в ночное время и в продаже ручной гранаты. В настоящем деле данный факт имел решающее значение с точки зрения обоснованности жалобы с требованием о возбуждении уголовного дела, которая была подана в Высший военный административный суд Турции.

Таким образом, заявители получили реальный доступ к материалам следствия в тот момент, когда им вручили постановление о прекращении производства по делу. Именно тогда они смогли узнать о возможном бездействии или халатности властей и подать на них жалобу в суд.

Кроме того, отклонив жалобу как поданную слишком поздно на основании того, что административные жалобы не были поданы в срок, отсчет которого начался с момента халатных действий властей, а не с того момента, когда заявители о них узнали, Высший военный административный суд Турции лишил заявителей права на доступ к правосудию.

 

Постановление

По делу допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции (вынесено единогласно).

Европейский Суд также единогласно пришел к выводу, что требования статьи 2 Конвенции в ее материально-правовом и процессуальном аспектах нарушены не были.

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителям в совокупности 6 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование о компенсации материального ущерба было отклонено.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code