Информация о Постановлении ЕСПЧ от 17.11.2015 по делу «Бамухаммад (Bamouhammad) против Бельгии» (жалоба N 47687/13)

Бамухаммад против Бельгии

(Bamouhammad v. Belgium)

(N 47687/13)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 17 ноября 2015 года

(вынесено II Секцией)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Начиная с 1984 года заявителю неоднократно назначалось наказание в виде лишения свободы на длительные сроки за убийство и покушение на убийство, кражу, грабеж, захват заложников, разрушение общественных зданий, незаконное ношение оружия и т.п. В 2007 году у него были обнаружены признаки синдрома Ганзера <1> из-за дезориентации органов чувств. Кроме того, в 2012 году психиатр, к которому направили заявителя, пришел к выводу, что имеющиеся у него симптомы, возможно, вызваны «расстройством аутического спектра типа [синдрома] Аспергера <2>». С 2006 по 2013 год заявителя 43 раза переводили из одной тюрьмы в другую. Кроме того, в связи с дисциплинарными проступками, выражавшимися в агрессивном поведении, к нему неоднократно применялись особые меры безопасности и принуждения. Жалобы заявителя на эти меры были безуспешными.

———————————

<1> Синдром Ганзера — это тип искусственного расстройства психического состояния, при котором человек действует так, как если бы у него была физическая или психическая болезнь, хотя на самом деле он не болен. Синдром Ганзера иногда называют «тюремным психозом», поскольку впервые его выявили у осужденных (примеч. редактора).

<2> Синдром Аспергера — одно из пяти общих (первазивных; англ. pervasive — обширный, глубокий, распространенный) нарушений развития, характеризующееся серьезными трудностями в социальном взаимодействии, а также ограниченным, стереотипным, повторяющимся репертуаром интересов и занятий. От аутизма он отличается прежде всего тем, что речевые и когнитивные способности в целом остаются без изменения. Синдром часто характеризуется также выраженной неуклюжестью (примеч. редактора).

 

Заявитель жаловался в Европейский Суд на меры безопасности, которые к нему принимали во время содержания под стражей, и на вызванное ими ухудшение состояния его психического здоровья. В частности, он указывал на непрекращающиеся переводы из одной тюрьмы в другую, чрезвычайные меры принуждения (систематическое применение наручников, «американский гриль», личные досмотры, лишение права видеться с другими людьми, в том числе с психологом, ограничение разрешенных видов деятельности), меры по изоляции и преследованию.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции (в материально-правовом аспекте). Заявитель страдает серьезными психическими расстройствами. Они объясняются многими факторами и повлияли на историю его болезни, на продолжительность и контекст его содержания под стражей.

Особенности содержания заявителя под стражей, его постоянные переводы из одной тюрьмы в другую, неоднократное применение исключительных мер наряду с допущенными администрацией тюрьмы задержками в его лечении и отказом властей смягчить назначенное заявителю наказание вследствие ухудшения состояния его здоровья могли причинить ему страдания, превышающие уровень, неизбежно связанный с содержанием под стражей, и представляли собой унижающее достоинство обращение.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение материально-правовых требований статьи 3 Конвенции (вынесено единогласно).

По поводу соблюдения требований статьи 13 Конвенции во взаимосвязи со статьей 3 Конвенции. В дополнение к компенсационным средствам правовой защиты — привлечению государства к ответственности за бездействие и ходатайству о возбуждении уголовного дела — заявитель дважды воспользовался «превентивными» средствами правовой защиты, обратившись к судье по гражданским делам со срочным ходатайством положить конец переводам его из одной тюрьмы в другую и применению исключительных мер.

Европейский Суд напоминает: в деле «Василеску против Бельгии» (Vasilescu v. Belgium), которое касалось переполненности тюремных камер, он пришел к выводу, что теоретически это средство правовой защиты представляется достаточным для немедленного исправления ситуации, нарушающей субъективные права содержащегося под стражей лица. Действительно, судья, к которому поступило такое срочное ходатайство, может распорядиться принять меры индивидуального характера, чтобы прекратить ситуацию, нарушающую субъективные права содержащегося под стражей лица, например, что касается его отношений с другими заключенными или мер безопасности.

При этом в настоящем деле жалобы заявителя касаются не отдельно взятых мер по содержанию под стражей, а продолжающейся практики переводов из одной тюрьмы в другую и режима в той или иной конкретной тюрьме, а также влияния этих мер на здоровье заявителя. Однако из-за неоднократных переводов защита, которую обеспечивал судья по рассмотрению срочных ходатайств, оказалась неэффективной. Кроме того, когда рассматривалось первое ходатайство заявителя, его продолжали переводить из одной тюрьмы в другую. Это лишило просьбу прекратить применение мер индивидуального характера всякого смысла и не позволило заявителю доказать срочный характер данной просьбы, в силу которого ее мог бы рассматривать этот судья. К этому следует добавить, что рассмотрение жалобы на переводы заявителя из одной тюрьмы в другую по существу, в конечном счете, не увенчалось успехом.

Таким образом, обстоятельства, умышленно созданные властями государства-ответчика, не предоставляли заявителю реальной возможности воспользоваться имеющимся средством правовой защиты, подав срочное ходатайство. Следовательно, он не располагал эффективным средством правовой защиты в связи со своими жалобами на нарушение статьи 3 Конвенции.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 13 Конвенции во взаимосвязи со статьей 3 Конвенции (вынесено единогласно).

В порядке применения статьи 46 Конвенции. Закон Бельгии «О принципах [управления пенитенциарными учреждениями и правовом статусе заключенных]» 2005 года предусмотрел во внутригосударственном законодательстве особое право заключенных подавать жалобы в комиссии по обжалованию, функционирующие при наблюдательных комитетах каждой тюрьмы. Соответствующие положения этого закона еще не вступили в силу в отсутствие королевского указа о введении их в действие.

В этих обстоятельствах, как и в деле «Василеску против Бельгии», Европейский Суд рекомендовал властям Бельгии установить средство правовой защиты, учитывающее положение заключенных, которых переводят из одной тюрьмы в другую и к которым применяются такие особые меры, как к заявителю.

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 12 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование о компенсации материального ущерба было отклонено.

(См. Постановление Европейского Суда по делу «Василеску против Бельгии» (Vasilescu v. Belgium) от 25 ноября 2014 г., жалоба N 64682/12, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 179 <1>.)

———————————

<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. N 2 (примеч. редактора).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code