ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

«Банкротство в практике нового Верховного Суда РФ за первый год работы (2014 — 2015): акты и комментарии», Е.Д.Суворов

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 2 сентября 2014 г. N 31-КГ14-4

Комментарий

В данном деле истец предъявил в суд общей юрисдикции к должнику-застройщику, находящемуся в процедуре банкротства, следующие требования:

— о взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока передачи жилого помещения по договору участия в долевом строительстве;

— о взыскании штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя;

— о компенсации морального вреда.

Судами отказано в принятии искового заявления в отношении первых двух требований (взыскание неустойки и штрафа), требование о компенсации морального вреда рассмотрено (в иске отказано).

Требование того же кредитора о передаче ему жилого помещения (из того же договора участия в долевом строительстве) при этом судом, рассматривающим дело о банкротстве, включено в реестр требований передачи жилых помещений.

Вопрос, поставленный в комментируемом деле, можно сформулировать следующим образом: может ли быть рассмотрено вне дела о банкротстве денежное (шире — любое имущественное) требование к должнику, если оно предъявляется одновременно с требованием, которое, в силу специального указания закона, выводится из-под «специалитета» банкротной процедуры?

Принимая во внимание аргументацию суда, следует также обозначить следующие вопросы:

— имеет ли при этом значение, является соответствующее (выводимое) требование вытекающим из законодательства о защите прав потребителей или не является таковым;

— имеет ли при этом значение, к подведомственности какого суда относится требование, выведенное из-под «специалитета»?

Также дополнительной проблемой является вопрос о возможности рассмотрения вне дела о банкротстве денежного требования к должнику-застройщику при условии, что требование того же кредитора о передаче жилого помещения включено в реестр требований о передаче жилых помещений.

По мнению ВС РФ (правда, не выраженному в виде позиции явно), денежное требование к должнику может быть рассмотрено вне дела о банкротстве, если оно предъявлено одновременно с требованием, не подлежащим рассмотрению в деле о банкротстве.

Также аргументация усиливается ссылкой на то, что:

— выведенное из-под специалитета требование уже рассмотрено;

— предъявленное (нерассмотренное) требование вытекает из законодательства о защите прав потребителей.

Данное дело следует комментировать после предварительных замечаний относительно такого правового приема, используемого в банкротном регулировании, как специалитет.

Специалитет следует подразделить на три его формы:

1) процессуальный;

2) исполнительный;

3) обеспечительный.

Первая форма означает невозможность рассмотрения требования вне дела о банкротстве.

Вторая форма означает невозможность удовлетворения требования вне банкротных процедур.

Третья форма означает невозможность наложения ареста на имущество должника вне дела о банкротстве.

По большому счету три формы специалитета направлены на одну конечную цель — недопущение удовлетворения конкурсных требований в индивидуальном порядке.

В этом смысле само по себе нарушение процессуального специалитета исправимо и не должно приводить к отмене процессуального акта, коль скоро получивший судебный акт в свою пользу кредитор не получил материального удовлетворения вне конкурса.

Процессуальная форма специалитета закреплена в следующих нормах:

— абзац второй п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве (требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного названным Законом порядка предъявления требований к должнику);

— абзац второй п. 1 ст. 81 Закона о банкротстве (требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного данным Законом порядка предъявления требований к должнику);

— абзац восьмой п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве (требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного указанным Законом порядка предъявления требований к должнику);

— абзац седьмой п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве (все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в п. 1 ст. 134 упомянутого Закона, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства).

Исполнительная форма специалитета вытекает из следующих норм:

— абзац четвертый п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве (с даты введения процедуры наблюдения приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям, в том числе снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства, за исключением исполнительных документов, выданных на основании вступивших в законную силу до даты введения наблюдения судебных актов о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате компенсации сверх возмещения вреда и о возмещении морального вреда);

— абзац пятый п. 1 ст. 81 Закона о банкротстве (с даты введения финансового оздоровления осуществление имущественных взысканий по исполнительным документам приостанавливается, за исключением таких взысканий по исполнительным документам, выданным на основании вступивших в законную силу до даты введения финансового оздоровления решений о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате компенсации сверх возмещения вреда, о возмещении морального вреда);

— абзац второй п. 2 ст. 95 Закона о банкротстве (в течение срока действия моратория на удовлетворение требований кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей <1> приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям, иных документов, взыскание по которым производится в бесспорном порядке, не допускается их принудительное исполнение, за исключением исполнения исполнительных документов, выданных на основании вступивших в законную силу до введения внешнего управления решений о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате компенсации сверх возмещения вреда, о возмещении морального вреда, а также о взыскании задолженности по текущим платежам);

———————————

<1> Вводится с даты введения внешнего управления (абзац седьмой п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве).

 

— п. 5 ст. 95 Закона о банкротстве (мораторий не распространяется на требования о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате компенсации сверх возмещения вреда, о возмещении морального вреда);

— абзац шестой п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве (с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращается исполнение по исполнительным документам, в том числе по исполнительным документам, исполнявшимся в ходе ранее введенных процедур, применяемых в деле о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом);

— ст. 96 Закона об исполнительном производстве (с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления приостанавливается исполнительное производство в отношении имущественных взысканий, за исключением требований о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, компенсации морального вреда, а также о взыскании задолженности по текущим платежам и исполнительных документов о взыскании задолженности по заработной плате; с даты признания должника банкротом и открытия конкурсного производства оканчивается исполнительное производство, за исключением требований о признании права собственности, компенсации морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о применении последствий недействительности сделок, а также о взыскании задолженности по текущим платежам).

Обеспечительная форма специалитета закрепляется в следующих нормах:

— абзац четвертый п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве (с даты введения наблюдения снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства);

— абзацы третий, четвертый п. 1 ст. 81 Закона о банкротстве (с даты введения процедуры финансового оздоровления ранее принятые меры по обеспечению требований кредиторов отменяются; аресты на имущество должника и иные ограничения должника в части распоряжения принадлежащим ему имуществом могут быть наложены только в арбитражном процессе по делу о банкротстве);

— абзацы пятый, шестой п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве (с даты введения внешнего управления отменяются ранее принятые меры по обеспечению требований кредиторов; аресты на имущество должника и иные ограничения должника в части распоряжения принадлежащим ему имуществом могут быть наложены исключительно в рамках процесса о банкротстве, за исключением арестов и иных ограничений, налагаемых в гражданском или арбитражном судопроизводстве либо исполнительном производстве в отношении взыскания задолженности по текущим платежам, истребования имущества из чужого незаконного владения);

— абзац девятый п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве (с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства снимаются ранее наложенные аресты на имущество должника и иные ограничения распоряжения имуществом должника; наложение новых арестов на имущество должника и иных ограничений распоряжения имуществом должника не допускается);

— ст. 96 Закона об исполнительном производстве (с даты приостановления исполнительного производства (наблюдение, финансовое оздоровление, внешнее управление) судебный пристав-исполнитель снимает арест с имущества должника и иные ограничения, наложенные в ходе исполнительного производства, за исключением ареста на сумму, необходимую для удовлетворения требований, исполнительное производство по которым не приостанавливается. При введении процедуры финансового оздоровления или внешнего управления новые аресты на имущество должника могут быть наложены и иные ограничения по распоряжению указанным имуществом установлены исключительно в рамках процесса о банкротстве. Одновременно с окончанием исполнительного производства (при признании должника банкротом) судебный пристав-исполнитель снимает наложенные им в ходе исполнительного производства аресты на имущество должника и иные ограничения по распоряжению этим имуществом).

Разъяснения судебной практики о специалитетах. Основным актом абстрактного характера является Постановление Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. N 59.

Применительно к рассматриваемому вопросу о специалитетах и исключениях из них отметим следующие позиции указанного Постановления:

— исключением из исполнительного специалитета в процедуре наблюдения являются также виндикационные, негаторные требования, требования об исключении имущества из описи (освобождении от ареста) и ряд других требований, которые не признаются имущественными взысканиями (п. 3);

— обеспечительный специалитет в процедуре наблюдения распространяется только на аресты и иные ограничения, наложенные в обеспечение исполнения исполнительных документов (в том числе судебных актов), но не затрагивает меры в обеспечение иска (п. 7);

— снятие арестов (иных ограничений) в соответствии с обеспечительным специалитетом является основанием для погашения соответствующей записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — ЕГРП) (п. 9);

— в рамках дела о банкротстве могут быть рассмотрены требования арбитражного управляющего в обеспечение требований кредиторов и интересов должника в соответствии со ст. 46 Закона о банкротстве, что по существу является целью обеспечительного специалитета (обеспечение возможности наложения соответствующих ограничений именно в рамках дела о банкротстве) (см. подробнее далее) (п. 10);

— в ходе процедур финансового оздоровления и внешнего управления обеспечительный специалитет распространяется также на следующие требования, выведенные из-под исполнительного специалитета: о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, компенсации морального вреда; в ходе финансового оздоровления дополнительно также на виндикационные и текущие требования; в этих случаях наложение арестов в целях реализации требований исполнительных документов возможно через суд, рассматривающий дело о банкротстве (п. 11);

— заинтересованное лицо вправе при этом ходатайствовать о применении обеспечительных мер, ограничивающих должника в распоряжении имуществом (п. 11);

— снятие арестов с открытием конкурсного производства осуществляется в интересах конкурсного управляющего (через него — в интересах конкурсной массы, предназначенной для коллективного распределения) и не должно толковаться как позволяющее изъять актив из конкурсной массы без согласия конкурсного управляющего («владельца» обеспечительного и исполнительного специалитета) (п. 13);

— обеспечительный специалитет в конкурсном производстве проявляется в возможности наложения арестов только в рамках дела о банкротстве и в отношении тех требований, которые выведены из-под исполнительного специалитета (виндикационные, негаторные требования, требования об освобождении из-под ареста и т.п.) (п. 14);

— исполнительный специалитет не действует в отношении текущих платежей в ходе любой процедуры с исключениями в конкурсном производстве — не действует в отношении обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счете в банке; обеспечительный специалитет (в рамках исполнительного производства) действует в финансовом оздоровлении и конкурсном производстве (п. 16).

Отдельные правовые позиции по данному вопросу содержатся также в Постановлении Пленума ВАС РФ от 6 июня 2014 г. N 36, среди которых можно выделить следующие:

— кредитная организация не вправе, в силу исполнительного специалитета, исполнять платежные распоряжения со счета должника, за исключением распоряжений о текущем платеже (п. 1);

— обеспечительный специалитет в процедуре наблюдения не распространяется на приостановление налоговым органом операций по счету налогоплательщика, но при этом соответствующее приостановление не препятствует исполнению требований «более высокого порядка» <1> (ст. 76 НК РФ) (п. 6).

———————————

<1> Это, однако, не означает, по нашему мнению, исключение в отношении таких требований более высоких очередей исполнительного иммунитета (ст. 63 Закона о банкротстве).

 

Суть исключений из специалитета. Существо исключений из специалитета следует выявлять после того, как будет определена природа специалитета вообще. В чем цель создания исключительных условий для исполнения, арестов и исполнительного производства? Существо специалитета предопределено спецификой конкурсного производства, целью которого является справедливое распределение недостаточных активов должника между кредиторами. Такое распределение не может происходить в индивидуальном порядке, а должно осуществляться равномерно, одновременно и прозрачно. Таким распределение актива может быть только в том случае, если оно осуществляется единым для всех образом в коллективной форме. Указанного эффекта можно достичь, запретив индивидуальное удовлетворение конкурсных требований и предусмотрев для них известную заранее форму, предполагающую открытый для всех участников распределения коллективный способ удовлетворения (состоящий из стадий оценки, монетизации и распределения).

В этом и состоит суть специалитета: это средство достижения равного пропорционального удовлетворения требований конкурсных кредиторов в условиях недостаточности (предполагаемой недостаточности) имущества должника.

Исключения из специалитета, таким образом, могут быть проверены на предмет нарушения (соответствия) указанной цели.

Основные исключения следующие:

а) текущие платежи;

б) требования о возврате имущества из чужого незаконного владения;

в) требования о признании права собственности;

г) требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью;

д) требования о выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности;

е) требования о компенсации морального вреда;

ж) требования о выплате заработной платы.

Общей закономерностью в ряде названных требований является то обстоятельство, что они не являются конкурсными требованиями.

В соответствии с абзацем восьмым ст. 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы — кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, морального вреда, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом РФ (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Часть этих требований вообще не являются обязательственными требованиями, конкурс которых составляет существо банкротных процедур. Речь идет о виндикационном требовании и требовании о признании права собственности. Заявитель по данному требованию по существу ничего не просит у должника, а лишь забирает свое имущество, не входящее в конкурсную массу. Именно потому, что речь не идет о выдаче из массы, нет оснований для конкурса и нет, следовательно, оснований для ограничений индивидуального удовлетворения.

Оставшаяся группа требований — это в широком смысле требования обязательственного характера, которые потенциально могут конкурировать друг с другом. Особенностью данных требований является их привилегированный характер: они не являются конкурсными требованиями третьей (общей) очереди. Если особенностью указанных требований является их привилегированность, то нет оснований запрещать индивидуальное удовлетворение таких требований перед теми требованиями, которые призваны конкурировать друг с другом. Сложным при этом является вопрос о возможности конкуренции названных требований между собой. С одной стороны, законодатель вывел указанные требования из-под общих норм о специалитете, допустив их индивидуальное удовлетворение. С другой стороны, тот же законодатель, а за ним и судебная практика допускают возможность оспаривания преимущественного удовлетворения привилегированных требований (а также текущих) перед другими требованиями.

Например, п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве прямо разрешает применять правила об оспаривании сделок к действиям, направленным на исполнение обязанностей, возникающих в соответствии с трудовым законодательством. Сделка по удовлетворению текущего платежа может быть признана недействительной, если такое удовлетворение приводит к нарушению очередности (п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. N 63). Отметим, однако, что в последнем случае не говорится о возможности оспаривания таких сделок при нарушении пропорциональности, тем самым вопросы конкуренции текущих требований одной очереди не затрагиваются. По существу, законодатель допускает конкуренцию текущих требований, отдавая приоритет тому требованию, распоряжение о производстве платежа по которому поступило в кредитную организацию первым (абзац шестой п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве в интерпретации абзаца седьмого п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 6 июня 2014 г. N 36).

Комментарий позиции ВС РФ применительно к данному делу. Рассмотрение требования, на которое распространяется исполнительный специалитет, является одной из стадий исполнения по такому требованию, предшествующей собственно исполнению. Строго говоря, целью закона является недопущение индивидуального удовлетворения, а не воспрепятствование индивидуальному рассмотрению. В этом смысле само по себе рассмотрение дела вне дела о банкротстве не нарушает исполнительного специалитета по его смыслу, в связи с чем не является неисправимой процессуальной ошибкой. В то же время наиболее полно исполнительный специалитет (это следует и из ст. 63 Закона о банкротстве) реализуется во всех стадиях, начиная с рассмотрения дела (в терминах упомянутой статьи — предъявления требования). Исходя из этого, дело могло быть разрешено и иначе.

Остановимся на приведенных ВС РФ аргументах.

А. Требование соединено с выведенным из-под исполнительного специалитета требованием. Обстоятельство связи одного требования с другим, при котором одно из них подлежит рассмотрению в одном порядке, а другое — в ином, законодателем используется для обоснования подведомственности (ч. 4 ст. 22 ГПК РФ) либо права выбора истца при определении подсудности (ч. 10 ст. 29 ГПК РФ).

Закон не содержит норм на тот случай, когда одно требование подлежит рассмотрению в деле о банкротстве, а второе — в обычном порядке, так как порядок рассмотрения дела не тождественен подведомственности или подсудности такого дела; например, два требования могут быть и подведомственны, и подсудны арбитражному суду по месту нахождения должника, но порядок их рассмотрения (в деле о банкротстве и вне дела о банкротстве) может различаться.

В связи с изложенным следует признать, что в законодательстве отсутствует норма для определения порядка рассмотрения дела в таком случае; все, что может быть выведено, подлежит применению по аналогии (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 5 ст. 3 АПК РФ).

Представляется, что наиболее близким является случай соединения требований, подведомственных разным судам. В соответствии с ч. 4 ст. 22 ГПК РФ данное обстоятельство должно последовательно решаться следующим образом: а) разъединение требований при соответствующей возможности; б) принятие подведомственного требования и отказ в принятии неподведомственного требования. Если по первому вопросу (разъединение требований) ответ не может быть положительным, только в таком случае суд рассматривает соединенные требования в одном деле.

Например, в приведенном выше деле требование о взыскании неустойки и требование о взыскании штрафа были соединены с требованием о компенсации морального вреда, выведенным из-под процессуального специалитета. Так, в соответствии с п. 3 ст. 135 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент рассмотрения спора, требования о компенсации морального вреда удовлетворяются в размере, установленном судебным актом, что свидетельствует о необходимости рассмотрения данного требования вне дела о банкротстве. В свою очередь, требования о взыскании неустойки и штрафа являются обычными требованиями, на которые естественным образом распространяется процессуальный специалитет.

Ключевым являлся вопрос, имеется ли в данном случае возможность разъединения указанных требований. Представляется, что такой возможности не было, в связи с чем следует признать правильность позиции ВС РФ, вытекающей из применения процессуальных норм по аналогии. Отсутствие возможности разъединения в данном конкретном деле связано главным образом с необходимостью однообразного решения вопроса о наличии правонарушения, положенного в основание связанных между собой требований. В противном случае могло бы получиться, что будут приняты два конкурирующих по правовым выводам между собой судебных акта: суда общей юрисдикции по требованию о компенсации морального вреда и суда, рассматривающего дело о банкротстве, по требованиям о взыскании неустойки и штрафа.

Следует в то же время отметить, что независимо от порядка рассмотрения общеискового дела все указанные требования, включая требование о компенсации морального вреда, подлежали и подлежат исполнению (удовлетворению) в рамках дела о банкротстве.

Так, требование о компенсации морального вреда подлежало удовлетворению в первую очередь <1> (ст. 134, 135 Закона о банкротстве), требования о взыскании неустойки и штрафа — во вторую подочередь третьей очереди (п. 3 ст. 137 названного Закона). Само по себе рассмотрение таких требований вне дела о банкротстве не исключает необходимости предъявления и рассмотрения таких требований в деле о банкротстве для определения их состава и размера и включения в реестр требований кредиторов (п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве) и далее — для расчетов по ним (ст. 142 упомянутого Закона).

———————————

<1> Федеральным законом от 29 июня 2015 г. N 186-ФЗ данные требования переведены из первой очереди в разряд требований третьей очереди.

 

Следует, однако, отметить, что в тех случаях, когда требование выведено из-под процессуального специалитета, но не выведено из-под исполнительного специалитета, суд по делу о банкротстве оказывается связанным размером соответствующих требований, установленным судом вне дела о банкротстве (п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве). При несогласии с выводом о наличии такого требования или с его размером заинтересованное лицо (кредитор) может обратиться с соответствующей процессуальной жалобой на решение суда общей юрисдикции (п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. N 35).

Несмотря на то что в настоящее время выведение из-под процессуального специалитета требований о компенсации морального вреда является дискуссионным <1>, сделанные в настоящем разделе выводы одинаково применимы к соединению выведенных и обычных требований в одном процессуальном требовании, а приведенное дело служит иллюстрацией для необходимых выводов.

———————————

<1> Федеральным законом от 29 июня 2015 г. N 186-ФЗ из Закона о банкротстве исключен абз. 4 п. 3 ст. 135, являвшийся позитивным основанием для нераспространения на указанные требования процессуального специалитета, а само требование стало обычным требованием третьей очереди.

 

Б. Требование вытекает из законодательства о защите прав потребителей. Само по себе то обстоятельство, что требование вытекает из законодательства о защите прав потребителей, не является основанием для рассмотрения требования вне дела о банкротстве. Действительно, иски о защите прав потребителей относятся к подведомственности судов общей юрисдикции (п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 г. N 17), но, как ранее указывалось, подведомственность и порядок рассмотрения дела, вытекающий из специалитета, не тождественные понятия.

Представляется, что соответствующая логика является разрушающей специалитет как таковой: достаточно обосновать подведомственность спора суду общей юрисдикции, чтобы предъявлять соответствующие требования вне дела о банкротстве, затрудняя тем самым контроль заинтересованных лиц над процессом рассмотрения и воспрепятствование присуждению необоснованного требования. Например, при таком толковании все споры гражданина с должником, как отнесенные к подведомственности судов общей юрисдикции (ст. 22 ГПК РФ), могут быть выведены из-под банкротного специалитета, что не может не вызывать возражений. Иначе «мимо» дела о банкротстве будут проходить требования о взыскании за оказанные должнику услуги, выполненные работы, проданные товары, требования о взыскании по расписке, требования, вытекающие из вексельных обязательств должника, и т.п., иными словами, все те требования, прозрачность и известность рассмотрения которых в деле о банкротстве представляют в настоящее время особую актуальность, особенно имея в виду отсутствие какого бы то ни было бухгалтерского учета соответствующих операций на стороне кредитора (гражданина).

Учитывая изложенное, поддержать аргумент о необходимости рассмотрения соответствующих требований (о взыскании неустойки и взыскании штрафа) вне дела о банкротстве как связанных с защитой прав потребителя оснований не имеется.

В этом смысле мы можем только поддержать отмену п. 2 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, который в целом является прообразом решения по данному делу: в нем Суд также указал на необходимость рассмотрения требования о взыскании неустойки за несвоевременную передачу объекта участнику строительства в суде общей юрисдикции вне дела о банкротстве, сославшись на потребительский характер требования, а также на его связь (соединение) с другим требованием — о компенсации морального вреда. Отмена п. 2 названного Обзора была осуществлена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 за 2015 г., утв. Президиумом ВС РФ 4 марта 2015 г. (см. вопрос N 8). В последнем Обзоре Президиум ВС РФ пришел к выводу, что требование участника строительства (в том числе и гражданина) о взыскании с должника неустойки за нарушение предусмотренного договором срока передачи объекта долевого участия может быть предъявлено к должнику-застройщику только в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве, как и денежные требования, перечисленные в подп. 4 п. 1 ст. 201.1 Закона о банкротстве. При этом вопрос о том, как поступать в случае соединения выведенных из-под специалитета требований и обычных требований, на которые специалитет распространяется, на сегодняшний день, т.е. после отмены п. 2 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, ВС РФ оказывается неразрешенным. Несмотря на то что в настоящее время выведение из-под специалитета требований о компенсации морального вреда является дискуссионным по причинам, указанным ранее, в отмененном п. 2 упомянутого Обзора можно было почерпнуть принцип, из которого исходил ВС РФ: выведение из-под специалитета обычных требований при их соединении с требованиями, рассмотрение которых осуществляется вне дела о банкротстве.

Отметим, что после отмены п. 2 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, практика стала складываться в пользу сохранения процессуального специалитета в отношении тех требований, которые предъявляются гражданами к застройщикам, если в отношении последних возбуждены дела о банкротстве (см., например, Бюллетень судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда (I квартал 2015 г.), утв. Постановлением президиума Свердловского областного суда от 27 мая 2015 г.).

Оценка проблемы с учетом включения в реестр требований о передаче жилых помещений требования заявителя. Ранее указывалось, что основное требование из договора с должником было включено в реестр требований о передаче жилых помещений. Кроме того, как следует из комментируемого Определения, истец зарегистрировал право собственности на соответствующую квартиру, переданную ему должником по акту приема-передачи.

Представляется, что данное обстоятельство (включение в реестр требований о передаче жилых помещений) может пониматься как препятствующее рассмотрению дополнительных требований (о взыскании неустойки) впоследствии по мотиву предшествующего рассмотрения тождественного спора. Спор здесь следует понимать широко — как правоотношение, по поводу которого предъявлено требование. Представляется, что предъявление требования по основному долгу из договора должно сопровождаться предъявлением всех дополнительных требований в рамках такого общего спора, вытекающего из одного правонарушения. При таком подходе взыскание неустойки в отдельном иске по мотиву нарушения договора, требование об исполнении которого в связи с тем же нарушением ранее уже было рассмотрено, не должно допускаться. Представляется, что такая же логика должна применяться и при предъявлении требований в деле о банкротстве: требование должно быть предъявлено в полном объеме и единожды. Обстоятельства данного дела, однако, не позволяют без оговорок применить предлагаемую позицию и здесь: в деле о банкротстве, как было отмечено ранее, не могло быть рассмотрено требование о компенсации морального вреда. Отсюда вытекает невозможность заявления всех требований однократно и в одном деле.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code