Постановление ЕСПЧ от 27.02.2014 «Дело «Коровины (Koroviny) против Российской Федерации» (жалоба N 31974/11) Часть 2

1   2   3

  1. Соответствующее внутригосударственное законодательство

 

  1. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», предусматривают, что каждому пациенту должно быть предоставлено не менее 6 кв. м для кровати в палатах психиатрических больниц общего типа и не менее 7 кв. м для кровати в палатах психиатрических больниц специализированного типа (статья 10.2.1, подпункты 13 и 14 Приложения N 1).
  2. Количество спальных мест в палатах не должно превышать четырех (пункт 10.2.3).
  3. Закон Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», с внесенными изменениями, предусматривает, что меры физического стеснения и изоляции могут применяться только в тех случаях и формах и на тот период времени, когда, по мнению врача-психиатра, иными методами невозможно предотвратить действия госпитализированного лица, представляющего опасность для него или нее и других лиц. Эти меры осуществляются при постоянном контроле медицинских работников (пункт 2 статьи 30).
  4. Пациент, находящийся в психиатрическом стационаре, имеет право вести переписку без цензуры. Однако это право может быть ограничено в интересах здоровья и безопасности пациентов, а также других лиц. Это ограничение производится заведующим отделением или главным врачом по рекомендации лечащего врача-психиатра (пункт 3 статьи 37 Закона Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»).

 

ПРАВО

  1. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

 

  1. Заявительница жаловалась от имени заявителя на условия, в которых он содержался в Казанской специализированной психиатрической больнице с интенсивным наблюдением. Она также жаловалась на то, что с 30 по 31 июля 2010 г. после инцидента с другим душевнобольным пациентом заявителя привязывали к кровати в этой больнице на 24 часа. Она ссылалась на статью 3 Конвенции, в которой говорится следующее:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является неприемлемой и по другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы
  1. Доводы сторон

 

  1. Отметив с сожалением ненадлежащие условия содержания заявителя в палатах Казанской специализированной психиатрической больницы (см. §§ 53 — 57 настоящего Постановления), власти Российской Федерации признали, что в этой связи имело место нарушение статьи 3 Конвенции. Власти Российской Федерации также признали, что привязывание заявителя к кровати на 24 часа в качестве психиатрической меры являлось чрезмерным и несоразмерным его поведению и может рассматриваться как нарушение статьи 3 Конвенции.
  2. Заявители приняли к сведению признание властей Российской Федерации.
  3. Третьи стороны — Европейский форум по проблемам инвалидности, Европейская сеть (бывших) пользователей и пациентов психиатрических учреждений, Всемирная сеть пользователей и пациентов психиатрических учреждений и Международный союз инвалидов — сделали ряд замечаний общего характера, касавшихся новейших стандартов международного права, сформулированных в Конвенции Организации Объединенных Наций о правах инвалидов, относительно правоспособности, доступа к правосудию, права на свободу и личную неприкосновенность, права на свободу от пыток и жестокого обращения и, в связи с последним, права на свободное информированное согласие в сфере здравоохранения. Они подчеркнули, в частности, что право на правоспособность являлось основополагающим правом, которое должно быть гарантировано отдельно и обеспечивать реализацию всех других прав инвалидов.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. В обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд принимает во внимание признания, сделанные властями Российской Федерации, и не находит оснований считать иначе. Следовательно, Европейский Суд делает вывод о том, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя в Казанской специализированной психиатрической больнице и фактом привязывания его к кровати на 24 часа в качестве психиатрической меры, что является бесчеловечным и унижающим достоинство обращением.

 

  1. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

 

  1. Заявители также жаловались, что при рассмотрении их дела в отношении Казанской специализированной психиатрической больницы (см. §§ 42 — 45 настоящего Постановления) внутригосударственный суд не рассмотрел их жалобы, касавшиеся условий содержания заявителя в указанном медицинском учреждении, инцидента, связанного с привязыванием заявителя к кровати, и цензуры, которой администрация больницы подвергла их корреспонденцию. Они ссылались на пункт 1 статьи 6 Конвенции, в котором установлено следующее:

«В случае спора о его гражданских правах и обязанностях… каждый имеет право на справедливое… разбирательство… судом…».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является необоснованной и по другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы
  1. Доводы сторон

 

  1. Власти Российской Федерации признали, что отказ внутригосударственного суда рассмотреть жалобы заявителей, касавшихся условий содержания заявителя в Казанской специализированной психиатрической больнице, привязывания заявителя к кровати, а также цензуры, которой администрация больницы подвергала переписку заявителей, явился нарушением права заявителей на доступ к правосудию.
  2. Заявители приняли к сведению признание властей Российской Федерации.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. В обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд не видит оснований, чтобы сделать иной вывод. Таким образом, Европейский Суд полагает, что в этой связи имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

III. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции

 

  1. Заявители также жаловались на цензуру, которой администрация Казанской специализированной психиатрической больницы подвергала их корреспонденцию в течение двух периодов, когда заявитель там находился. Они ссылались на статью 8 Конвенции, в которой предусмотрено следующее:

«1. Каждый имеет право на уважение… его корреспонденции.

  1. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является явно необоснованной и по другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы
  1. Доводы сторон

 

  1. Власти Российской Федерации признали, что цезура корреспонденции заявителей со стороны администрации Казанской специализированной психиатрической больницы явилась нарушением права заявителей, закрепленного в статье 8 Конвенции.
  2. Заявители приняли к сведению признание властей Российской Федерации.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. В обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд не видит оснований, чтобы сделать иной вывод, поэтому он полагает, что в этой связи имело место нарушение статьи 8 Конвенции.

 

  1. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

  1. Ссылаясь на статьи 3, 5, 6, 8 и 17 Конвенции, заявители также обжаловали условия содержания заявителя в психиатрической больнице им. В.М. Бехтерева, незаконность заключения заявителя под стражу, его содержание в Казанской специализированной психиатрической больнице, несправедливость и длительность разбирательств, касавшихся перевода заявителя в специализированную психиатрическую больницу, и публичный характер рассмотрения в Верховном суде Республики Татарстан их дела в отношении Казанской специализированной психиатрической больницы с интенсивным наблюдением.
  2. Европейский Суд рассмотрел вышеуказанные жалобы заявителей. Однако, принимая во внимание все находящиеся в его распоряжении материалы, а также в той части, в которой указанные жалобы находятся в его компетенции, Европейский Суд считает, что они не свидетельствуют о каких-либо проявлениях нарушений прав человека и свобод, гарантированных Конвенцией или Протоколами к ней. Следовательно, данная часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции как явно необоснованная.

 

  1. Применение статьи 41 Конвенции

 

  1. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

 

  1. Ущерб

 

  1. Заявитель требовал 7 375 евро в качестве компенсации материального ущерба в связи утратой заработка. Он утверждал, что, принимая во внимание его предыдущую зарплату, он мог бы зарабатывать около 250 евро в месяц, если бы в период с 16 июня 2010 г. по 3 декабря 2012 г. он находился на амбулаторном принудительном психиатрическом лечении, а не на стационарном лечении. Заявитель также требовал 55 000 евро в качестве компенсации морального вреда. Заявительница требовала 15 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
  2. Власти Российской Федерации утверждали, что отсутствовала причинно-следственная связь между установленными нарушениями и материальным ущербом, компенсацию которого требовал заявитель. Они также утверждали, что требования заявителей в связи с причинением морального вреда были чрезмерными.
  3. Европейский Суд не усматривает причинно-следственной связи между установленными нарушениями и материальным ущербом, о котором сообщает заявитель, поэтому он отклоняет указанное требование. Что касается требований заявителей о компенсации морального вреда, Европейский Суд принимает во внимание тот факт, что им было установлено нарушение прав заявителя, закрепленных в статье 3, пункте 1 статьи 6 и статье 8 Конвенции, а также нарушение прав заявительницы, гарантированных пунктом 1 статьи 6 и статьей 8 Конвенции. Принимая решение на основе принципа справедливости, Европейский Суд присуждает заявителю 15 000 евро, а заявительнице — 7 500 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может быть взыскан с этих сумм.

 

  1. Судебные расходы и издержки

 

  1. Заявители требовали 382 000 рублей в качестве компенсации расходов, связанных с их юридическим представительством во внутригосударственных судах и в Европейском Суде, а также 1 105 рублей 12 копеек в качестве компенсации почтовых расходов.
  2. Власти Российской Федерации выразили сомнения относительно разумности и необходимости расходов, понесенных заявителями. Они рассматривали настоящее дело как относительно простое и не требовавшее большого количества подтверждающих документов. Власти Российской Федерации также отметили, что правовая позиция заявителей и письменные доказательства были одинаковыми в процессах на внутригосударственном уровне и в ходе рассмотрения дела в Европейским Суде. По их мнению, даже если дело могло требовать определенного исследования или подготовки, отсутствовала необходимость в углубленном рассмотрении дела, как утверждал адвокат заявителей.
  3. Согласно правоприменительной практике Европейского Суда, заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, только если доказано, что они были понесены в действительности и по необходимости, а также являлись разумными по количеству. Европейский Суд отмечает, что заявители предоставили квитанции, подтверждавшие почтовые расходы и оплату гонорара адвоката Б. Рыбака, представлявшего их интересы на разбирательствах на внутригосударственном уровне и в Европейском Суде. Из этих квитанций следует, что заявители заплатили 100 000 рублей за представление их интересов в Европейском Суде, а оставшуюся сумму — за представление их интересов во внутригосударственных судах. Однако Европейский Суд отмечает, что квитанции за представление интересов заявителей во внутригосударственных разбирательствах являются недостаточно подробными, чтобы определить точные расходы, понесенные в связи с жалобами, признанными приемлемыми Европейским Судом и в отношении которых было установлено нарушение Конвенции. Европейский Суд также учитывает тот факт, что власти Российской Федерации признали нарушение прав заявителей по всем представленным жалобам, поэтому адвокату заявителей не было необходимости проводить какие-либо правовые исследования на этапе подготовки показаний заявителей. Учитывая вышеизложенное, Европейский Суд считает разумным присудить сумму в размере 5 000 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных заявителями по всем пунктам, плюс любой налог, который может быть взыскан с заявителей.

 

  1. Процентная ставка при просрочке платежей

 

  1. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

 

1) объявил приемлемыми для рассмотрения по существу жалобы на нарушения:

(a) статьи 3 Конвенции, касающейся условий содержания заявителя в Казанской специализированной психиатрической больнице с интенсивным наблюдением;

(b) статьи 3 Конвенции, касающейся привязывания заявителя к кровати на 24 часа в качестве психиатрической меры;

(c) пункта 1 статьи 6 Конвенции, касающейся отказа внутригосударственных судов рассмотреть жалобы заявителя в отношении Казанской специализированной психиатрической больницы;

(d) статьи 8 Конвенции, касающейся цензуры, которой администрация Казанской специализированной психиатрической больницы подвергала корреспонденцию заявителей, а оставшуюся часть жалобы — неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя в Казанской специализированной психиатрической больнице;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с привязыванием заявителя к кровати на 24 часа;

4) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отказом внутригосударственных судов рассмотреть жалобы заявителей, касавшиеся условий содержания заявителя в Казанской специализированной психиатрической больнице, привязывания его к кровати и цензуры, которой администрация больницы подвергла корреспонденцию заявителей;

5) постановил, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции в связи с цензурой, которой администрация Казанской специализированной психиатрической больницы подвергла корреспонденцию заявителей;

6) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу, установленному на день оплаты:

(i) 15 000 евро (пятнадцать тысяч евро) плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы, заявителю и 7 500 евро (семь тысяч пятьсот евро) плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы, заявительнице в качестве компенсации морального вреда;

(ii) 5 000 евро (пять тысяч евро) обоим заявителям плюс любой налог, который может быть взыскан с них, в качестве компенсации судебных расходов и издержек;

(b) по истечении указанного трехмесячного срока и до момента окончательной выплаты на указанные суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной годовой кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей на период невыплаты, плюс три процента;

7) отклонил оставшиеся требования заявителей о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 27 февраля 2014 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты Суда Изабель БЕРРО-ЛЕФЕВР
Секретарь Секции Суда Серен НИЛЬСЕН

1   2   3

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code