СЛОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ПРИНЦИПА СВОБОДЫ ДОГОВОРА В ПРАВЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Н.В.Мирина

В предлагаемой вниманию читателя статье речь идет об использовании основного принципа гражданского права — принципа свободы договора в праве интеллектуальной собственности. Автор рассказывает о сложностях применения данного принципа права, которые возникают в результате того, что в сфере интеллектуального права существуют свои специфические принципы, как, например, принцип защиты общественных интересов, широко применяемый в патентном праве и имеющий ряд отличий и противоречий с принципом свободы договора.

Ключевые слова: принцип свободы договора, принцип нормативной регламентации, право интеллектуальной собственности, лицензионный договор, патентные правоотношения, интеллектуальная собственность, результат интеллектуальной деятельности, принцип защиты общественных интересов.

 

Одним из «молодых» принципов гражданского права является принцип свободы договора, появившийся на правовом олимпе с принятием Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ). Предшественником принципа свободы договора был принцип нормативной регламентации договоров в любой сфере деятельности, в том числе и в интеллектуальной. В советской правовой доктрине в интеллектуальной сфере использовались и действовали типовые авторские, издательские, сценарные и другие виды типовых договоров [3]. Что касается патентных правоотношений, то в период действия принципа нормативной регламентации договоров к ним применялись известные и современной правовой доктрине лицензионные договоры. Однако в отличие от современного лицензионного договора, который, следует отметить, весьма популярен среди любых участников патентных правоотношений, лицензионный договор в советском праве использовался, как правило, исключительно во внешнеэкономической сфере. Участниками таких лицензионных договоров являлись советское государство и его зарубежный партнер [1].

Современное состояние гражданской правовой системы наделяет обладателей исключительных прав на результат интеллектуальной деятельности, которыми, как известно, могут являться как физические, так и юридические лица, правом заключать договоры, предметом которых может быть передача определенного объема исключительных прав любому контрагенту. Безусловно, такие виды договоров обладают рядом отличительных признаков, которые регулируются законодательством в сфере интеллектуальной собственности, а именно ч. 4 ГК РФ. Однако несмотря на законодательное регулирование данных правоотношений, с их применением порой возникают вопросы. Так, например, нет однозначного ответа на вопрос о том, распространяют ли свое действие на эти договоры общие положения обязательственного и договорного права. На законодательном уровне отсутствует четкое определение понятия «лицензионный договор». Представляется, что в процессе нынешней масштабной реформы отечественного гражданского законодательства не лишним было бы в Гражданском кодексе РФ дать четкое законодательное определение лицензионного договора, сформулировав его следующим образом: «Лицензионный договор — гражданско-правовой договор, в силу которого патентообладатель (лицензиар) передает право на использование охраняемого изобретения, полезной модели или промышленного образца в объеме, предусмотренном договором, другому лицу (лицензиату), а последний принимает на себя обязанность вносить лицензиару обусловленные договором платежи и (или) осуществлять другие действия, предусмотренные договором».

Следует отметить, что на практике случаются прецеденты, когда нормы принципа свободы договора не применяются, а вместо них используются специальные принципы в области патентного права, как, например, принцип защиты общественных интересов. Указанный принцип применяется в случае вынесения судом решения о выдаче принудительной лицензии лицу, желающему использовать изобретение, которое не используется патентообладателем [4].

Также существенными особенностями лицензионного договора следует назвать передачу на основании заключенного договора правообладателем как исключительных, так и неисключительных прав на объект результата интеллектуальной деятельности, идентификация содержания которых может быть весьма затруднительной, несмотря на определение вида договора. Кроме того, действия, которые предпринимает правоприобретатель, в первую очередь являются экономически значимыми для него самого, поскольку именно лицо, приобретающее право на результат интеллектуальной деятельности, стремится как можно быстрее окупить затраты, понесенные им в результате приобретения лицензии [2].

Таким образом, налицо коллизионный аспект в использовании принципа свободы договора как одного из основных принципов современного гражданского права в сфере интеллектуальных правоотношений, регулируемых ч. 4 ГК РФ. Представляется необходимым в процессе совершенствования гражданского законодательства РФ посредством принятия нового ГК РФ устранить данную коллизию с целью упрощения процесса заключения и применения лицензионного договора на передачу прав на использование результата интеллектуальной деятельности от правообладателя другому лицу.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Еременко, В. И. К вопросу о личных неимущественных правах авторов произведений / В. И. Еременко // Адвокат. — 2010. — №№ 7. — С. 27-37.
2. Ерохина, Е. В. Лицензионный договор в патентном праве / Е. В. Ерохина // Ученые записки. Вып. 8 : Защита прав и свобод человека и гражданина по российскому законодательству : сб. науч. тр. — Оренбург, 2012. — С. 218-222.
3. Свердлык, Г. А. Принципы советского гражданского права : дис. … д-ра юрид. наук / Г. А. Свердлык. — Свердловск, 1985. — 428 с.
4. Шугурова, И. В. Территориальный принцип действия прав интеллектуальной собственности: основные тенденции развития / И. В. Шугурова // Современное право. — 2010. — №° 10. — С. 76-81.

Вестник Волгоградского Государственного университета. Серия 5. Юриспруденция. 2013. № 1 (18)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code