Постановление ЕСПЧ от 16.06.2015 «Дело «Саргсян (Sargsyan) против Азербайджана» (жалоба N 40167/06) Часть 3

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

  1. Гражданский процессуальный кодекс

 

  1. Положения Гражданского процессуального кодекса, действовавшего до 1 июня 2000 г., предусматривали следующее:

«…Статья 118. Предъявление иска по месту нахождения ответчика

Иск предъявляется в суде по месту жительства ответчика.

Иск к юридическому лицу предъявляется по месту нахождения органа или имущества юридического лица.

Статья 119. Подсудность по выбору истца

«…Иски о возмещении вреда, причиненного имуществу гражданина или юридического лица, могут предъявляться также по месту причинения вреда…».

  1. Гражданский процессуальный кодекс, действовавший после 1 июня 2000 г., содержит следующие положения:

«…Статья 8. Равенство перед законом и судом

8.1. Правосудие по гражданским делам и экономическим спорам осуществляется на основе принципа равенства всех перед законом и судом.

8.2. Суд одинаково относится ко всем лицам, участвующим в деле, независимо от их расы, национальности, вероисповедания, языка, происхождения, имущественного положения, служебного положения, убеждений, принадлежности к политическим партиям, профессиональным союзам и другим общественным объединениям, места нахождения, подчиненности юридического лица, формы собственности и иных различий, которые не предусмотрены законом…

Статья 307. Установление фактов, имеющих юридическое значение

307.1. Суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение или прекращение личных или имущественных прав физических и юридических лиц.

307.2. Суд рассматривает дела об установлении:

…307.2.6. Факта владения, пользования и распоряжения недвижимым имуществом на праве собственности…

Статья 309. Подача заявления

309.1. Заявления по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, подаются в суд по месту жительства заявителя.

309.2. Заявления об установлении факта владения, пользования и распоряжения недвижимым имуществом на праве собственности подаются в суд по месту нахождения недвижимого имущества…

Статья 443. Компетенция судов Азербайджанской Республики по делам с участием иностранных лиц

443.0. Суды Азербайджанской Республики вправе рассматривать следующие дела с участием иностранных лиц:

…443.0.6. Если действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для предъявления требования о возмещении убытков, причиненных имуществу, совершено (произошло) на территории Азербайджанской Республики…».

 

  1. Заявление государства-ответчика при ратификации Конвенции

 

  1. В документе о ратификации, депонированном Азербайджанской Республикой 15 апреля 2002 г., содержится следующее заявление:

«Азербайджанская Республика заявляет, что не может гарантировать применение положений Конвенции на территориях, оккупированных Республикой Армения, пока эти территории не будут освобождены от этой оккупации».

 

  1. Соответствующее международное право

 

  1. Статья 42 Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны, Гаага, 18 октября 1907 г. (далее — Гаагская конвенция 1907 года), определяет военную оккупацию следующим образом:

«Территория признается занятою, если она действительно находится во власти неприятельской армии. Занятие распространяется лишь на те области, где эта власть установлена и в состоянии проявлять свою деятельность».

Соответственно, оккупация в значении Гаагской конвенции 1907 года существует, когда государство действительно осуществляет власть над территорией или частью территории неприятельского государства <1>. Требование о действительной власти широко признается синонимом эффективного контроля.

———————————

<1> См., например: E. Benvenisti. The International Law of Occupation (Oxford: Oxford University Press, 2012) at p. 43, Y. Arai-Takahashi. The law of occupation: continuity and change of international humanitarian law, and its interaction with international human rights law (Leiden: Martinus Nijhoff Publishers, 2009), at p. 5 — 8, Y. Dinstein. The International Law of Belligerent Occupation (Cambridge: Cambridge University Press, 2009) at 42 — 45, §§ 96 — 102, и A. Roberts. «Transformative Military Occupation; Applying the Laws of War and Human Rights», 100 American Journal of International Law 580 (2006) 585 — 586.

 

Военная оккупация считается существующей на территории или части территории, если могут быть доказаны следующие элементы: присутствие иностранных войск, которые могут осуществлять эффективный контроль без согласия суверена. Согласно распространенному экспертному мнению физическое присутствие иностранных войск является обязательным требованием к оккупации <2>, то есть оккупация невозможна без «сапог на земле», следовательно, сил, осуществляющих морской или воздушный контроль за счет морской или воздушной блокады, недостаточно <3>.

———————————

<2> Большинство экспертов, консультировавших МККК в контексте проекта об оккупации и других формах управления иностранной территорией, согласились, что для установления оккупации требуются «сапоги на земле», см.: T. Ferraro. Occupation and Other Forms of Administration of Foreing Territory (Geneva, ICRC, 2012), at 10, 17 and 33, а также E. Benvenisti. Там же, at p. 43ff, V. Koutroulis. Le debut et la fin de l’application du droit de l’occupation (Paris: Editions Pedone, 2010) at pp. 35 — 41.

<3> T. Ferraro. Там же, at pp. 17 and 137, Y. Dinstein. Там же, at p. 44, § 100.

 

  1. Правила международного гуманитарного права прямо не регулируют вопрос о воспрепятствовании в доступе к жилищам или имуществу. Однако статья 49 Конвенции [N IV] о защите гражданского населения во время войны от 12 августа 1949 г. (Четвертой Женевской конвенции) рассматривает вопросы принудительного перемещения на оккупированные территории или с них. Она устанавливает следующее:

«Воспрещаются по каким бы то ни было мотивам угон, а также депортирование покровительствуемых лиц из оккупированной территории на территорию оккупирующей державы или на территорию любого другого государства независимо от того, оккупированы они или нет.

Однако оккупирующая держава сможет произвести полную или частичную эвакуацию какого-либо определенного оккупированного района, если этого требуют безопасность населения или особо веские соображения военного характера. При таких эвакуациях покровительствуемые лица могут быть перемещены только в глубь оккупированной территории, за исключением случаев, когда это практически невозможно. Эвакуированное в таком порядке население будет возвращено обратно в свои дома немедленно после того, как боевые операции в этом районе будут закончены.

Оккупирующая держава, приступая к этим перемещениям или эвакуациям, должна, в пределах возможности, обеспечить покровительствуемым лицам надлежащие помещения; эти перемещения должны производиться в удовлетворительных условиях с точки зрения безопасности, гигиены, здоровья и питания. Члены одной и той же семьи не будут разлучены.

Как только эти перемещения или эвакуации будут осуществлены, о них должно быть сообщено державе-покровительнице.

Оккупирующая держава не сможет задерживать покровительствуемых лиц в районе, особенно подвергающемся опасностям войны, если этого не требуют безопасность населения или особо веские соображения военного характера.

Оккупирующая держава не сможет депортировать или перемещать часть своего собственного гражданского населения на оккупированную ею территорию».

Статья 49 Четвертой Женевской конвенции применяется на оккупированной территории в отсутствие конкретных норм относительно принудительного перемещения на территорию стороны конфликта. Тем не менее право перемещенных лиц «на добровольное безопасное возвращение в свои жилища или места обычного проживания, как только причины их перемещения перестают существовать», считается нормой обычного международного права (см. норму 132 Исследования МККК об обычном международном гуманитарном праве <4>), которая применяется к любой территории.

———————————

<4> J-M. Henckaerts, and L. Doswald-Beck. Customary International Humanitarian Law. Geneva/Cambridge: ICRC/Cambridge University Press, 2005. (На русском языке см.: Ж.М. Хенкертс и Л. Досвальд-Бек. Обычное международное гуманитарное право. Нормы. В 3-х т. М., 2006 (примеч. редактора)).

 

  1. Соответствующие материалы ООН и Совета Европы

 

  1. Материалы ООН

 

  1. «Принципы по вопросам реституции жилья и имущества беженцев и перемещенных лиц» («Principles on Housing and Property Restitution for Refugees and Displaced Persons») (Комиссия по правам человека, Подкомиссия по поощрению и защите прав человека, 28 июня 2005 г., E/CN.4/Sub.2/2005/17, Annex) являются наиболее полными стандартами по данному вопросу. Они также известны как Принципы Пиньейру. Цель этих принципов, которые опираются на существующее международное право прав человека и гуманитарное право, заключается в создании международных стандартов и практических руководств для государств, органов ООН и широкого международного сообщества в том, как разрешать сложные правовые и технические вопросы, сопровождающие жилищную и имущественную реституцию.

Они, inter alia, предусматривают следующее:

«…2. Право на реституцию жилья и имущества

2.1. Все беженцы и перемещенные лица имеют право на возвращение им любого жилья, земли и/или имущества, которого они были произвольно или незаконно лишены, либо на получение компенсации за любое жилье, землю и/или имущество, которые фактически не могут быть возвращены, согласно установлению независимого, беспристрастного трибунала.

2.2. Государства должны наглядно уделять первоочередное внимание праву на реституцию как предпочтительному средству правовой защиты в случае перемещения и как одному из ключевых элементов восстановления справедливости. Право на реституцию существует в качестве отдельного права и никоим образом не умаляется практическим возвращением или же невозвращением беженцев и перемещенных лиц, могущих претендовать на реституцию жилья, земли и имущества.

  1. Право на недискриминацию

3.1. Каждый человек имеет право на защиту от дискриминации по признаку расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, инвалидности, рождения или иного обстоятельства.

3.2. Государства обеспечивают, чтобы де-факто и де-юре дискриминация по вышеуказанным признакам была запрещена и чтобы все люди, включая беженцев и перемещенных лиц, считались равными перед законом…

  1. Национальные процедуры, институциональные структуры и механизмы

12.1. Государства создают и поддерживают справедливые, своевременные, независимые, транспарентные и недискриминационные процедуры, институциональные структуры и механизмы для рассмотрения и удовлетворения претензий, связанных с реституцией жилья, земли и имущества, и для исполнения соответствующих вынесенных решений…

12.5. В случаях, когда отмечается общее несоблюдение принципа господства права или когда государства неспособны приводить в действие процедуры, институциональные структуры и механизмы, необходимые для содействия реституции жилья, земли и имущества на справедливой и своевременной основе, государства обращаются с просьбой о технической помощи и сотрудничестве к соответствующим международным учреждениям для установления временных режимов в целях создания в интересах беженцев и перемещенных лиц процедур, институциональных структур и механизмов, необходимых для обеспечения эффективных средств правовой защиты в виде реституции…

12.6. Государства интегрируют процедуры, институциональные структуры и механизмы реституции жилья, земли и имущества в мирные соглашения и соглашения о добровольной репатриации…

  1. Доступность процедур подачи и рассмотрения претензий в связи с реституцией

13.1. Каждому человеку, который был произвольно или незаконно лишен жилья, земли и/или имущества, обеспечивается возможность для обращения с претензией о реституции и/или компенсации в независимый и беспристрастный орган для принятия решения по его претензии и для получения уведомления о таком решении. Государства не устанавливают никаких предварительных условий для подачи претензии о реституции…

13.5. Государства прилагают усилия к созданию во всех затронутых районах, где в данное время проживают потенциальные заявители, центров и бюро по рассмотрению претензий о реституции. Чтобы содействовать обеспечению максимального доступа для пострадавших, претензии о реституции следует разрешать подавать по почте или по доверенности, а также лично…

13.7. Государства разрабатывают бланки претензий, которые являлись бы простыми и удобными для понимания и использования…

13.11. Государства обеспечивают, чтобы лицам, желающим подать претензию о реституции, предоставлялась надлежащая, по возможности бесплатная, правовая помощь…

  1. Регистрационные и учетные документы, подтверждающие право на владение жильем, землей и имуществом

…15.7. В случаях массового перемещения, когда существует мало документальных доказательств в отношении собственности или посессорных прав, государства могут, в конечном счете, исходить из того, что лица, покидающие свои дома в определенный период, характеризующийся насилием или бедствием, делают это по причинам, связанным с насилием или бедствием, и поэтому имеют право на реституцию жилья, земли и имущества. В таких ситуациях административные и судебные власти могут независимо проводить установление фактов, связанных с документально не подтвержденными претензиями о реституции…

  1. Компенсация

21.1. Все беженцы и перемещенные лица имеют право на полную и эффективную компенсацию в качестве неотъемлемой части процесса реституции. Компенсация может предоставляться в денежной или натуральной форме. В целях соблюдения принципа восстановления справедливости государства обеспечивают, чтобы средство правовой защиты в виде компенсации использовалось лишь в тех случаях, когда средство правовой защиты в виде реституции фактически не является возможным, когда пострадавшая сторона сознательно и добровольно соглашается на компенсацию вместо реституции или когда условия оговоренного мирного урегулирования предусматривают сочетание реституции с компенсацией…».

 

  1. Материалы Совета Европы

 

  1. Органы Совета Европы неоднократно рассматривали вопросы имущественной реституции внутренне перемещенным лицам (далее также — ВПЛ) и беженцам. В контексте настоящего дела нижеследующие резолюции и рекомендации имеют особое значение.

 

  1. «Решение вопросов, касающихся имущества беженцев и перемещенных лиц» («Solving property issues of refugees and displaced persons»), Резолюция Парламентской Ассамблеи (ПА) N 1708(2010)

 

  1. Парламентская Ассамблея отметила, что в государствах — членах Совета Европы в положении перемещения оказались как минимум 2,5 миллиона беженцев и ВПЛ, в частности, на Северном и Южном Кавказе, на Балканах и в Восточном Средиземноморье и что проблема перемещенных лиц в Европе зачастую принимает затяжной характер, многие пострадавшие не могут вернуться на свою землю, в свои дома, начиная с 1990-х годов и даже с более раннего времени (пункт 2). В резолюции подчеркивается важность реституции:

«…3. Уничтожение, захват и конфискация оставленного имущества нарушают права соответствующих лиц, придают проблеме перемещенных лиц необратимый характер, затрудняют примирение и достижение мира. Поэтому реституция имущества, означающая восстановление имущественных прав и возвращение объектов недвижимости в фактическое владение бывших жильцов, оказавшихся на положении перемещенных лиц, или выплата им компенсаций, являются одними из видов возмещения ущерба, что необходимо для восстановления прав этих людей и верховенства права.

  1. Парламентская Ассамблея считает, что реституция является оптимальным ответом на утрату возможности пользоваться жилищем, земельным участком и имуществом или права на владение ими, потому что только реституция, в отличие от других форм возмещения вреда, предоставляет выбор между тремя «долговременными решениями» проблемы перемещенных лиц: безопасное и достойное возвращение в родной дом, интеграция в общество на новом месте проживания или обустройство на другом месте проживания в стране происхождения или за рубежом…».

Парламентская Ассамблея далее сослалась на документы Совета Европы, а именно Конвенцию о правах человека, статью 31 пересмотренной Европейской социальной хартии и Рамочную конвенцию о защите национальных меньшинств, а также на Принципы Пиньейру, разработанные ООН, и призвала государства-членов принять следующие меры:

«…9. В свете вышеизложенного Ассамблея призывает государства-членов разрешать возникшие в результате произошедших конфликтов проблемы с жильем, землей и иным имуществом беженцев и ВПЛ исходя из Принципов Пиньейру, соответствующих документов Совета Европы и Рекомендации N Rec(2006)6 Комитета министров.

  1. С учетом соответствующих международных стандартов и накопленного опыта реституции имущества и осуществленных к настоящему времени в Европе программ компенсации потерь государствам-членам предлагается:

10.1) гарантировать своевременное и реальное возмещение ущерба в связи с утратой жилища, земли и иного имущества, оставленного беженцами и ВПЛ, или прав на владение ими, вне зависимости от ведущихся переговоров о разрешении вооруженных конфликтов или статуса конкретной территории;

10.2) обеспечить, чтобы возмещение причиненного ущерба носило форму реституции в виде подтверждения юридических прав беженцев и перемещенных лиц на принадлежавшее им ранее имущество и обеспечения возможности безопасно пользоваться таким имуществом или восстановления владения им. В случае, когда реституция невозможна, должна быть предоставлена адекватная компенсация в виде подтверждения ранее существовавших юридических прав на имущество и в виде денежной выплаты или предоставления имущества, в достаточной степени соизмеримого с его полной рыночной стоимостью, или в иной форме справедливого возмещения ущерба;

10.3) обеспечить, чтобы беженцы и перемещенные лица, не имевшие официально признанных прав на ранее принадлежавшее им имущество, но чье право владения оценивалось властями как действительное, получили равный и эффективный доступ к правовой защите и возмещению в связи с утратой имущества. Это особенно важно в ситуациях, касающихся социально незащищенных лиц или представителей меньшинств…

10.5) гарантировать, что причина отсутствия в своем жилище обладателей права на проживание в нем или его аренду, которые были вынуждены покинуть свое жилище, будет считаться уважительной вплоть до восстановления безопасных и достойных условий для возвращения;

10.6) обеспечить наличие быстрых, доступных и эффективных процедур предъявления претензий на возмещение ущерба. В тех местах, где люди постоянно оказывались на положении беженцев и утрачивали имущество, для оценки предъявляемых претензий следует учредить специальные третейские органы. Такие органы должны действовать по ускоренной процедуре, предусматривающей упрощенные требования к доказательным материалам и процессуальным нормам. В их сфере ведения должны находиться все виды имущества, имеющие отношение к удовлетворению потребностей перемещенных лиц в жилище и средствах к существованию, в том числе жилье, сельскохозяйственные угодья и имущество, используемое в целях предпринимательства;

10.7) обеспечивать независимость, беспристрастность и компетентность третейских органов, в том числе путем соответствующей регламентации их состава, которая может предусматривать участие иностранных членов…».

 

  1. «О беженцах и перемещенных лицах в Азербайджане, Армении и Грузии» («Refugees and displaced persons in Armenia, Azerbaijan and Georgia»), Резолюция Парламентской Ассамблеи (ПА) N 1497(2006)

 

  1. В этой резолюции Парламентская Ассамблея призвала Армению, Азербайджан и Грузию:

«…12.1) сосредоточить усилия на обеспечении мирного урегулирования конфликтов в регионе с целью создания условий для добровольного, достойного и безопасного возвращения беженцев и перемещенных лиц в родные места…

12.4) уделять приоритетное внимание возвращению перемещенных лиц и в ходе переговоров делать все возможное, чтобы позволить этим людям безопасно вернуться на родину даже до достижения общего урегулирования…

12.15) развивать практическое сотрудничество в области расследования судьбы лиц, пропавших без вести, и содействовать возвращению документов, удостоверяющих личность, и реституции имущества, в частности, с использованием опыта решения аналогичных проблем на Балканах…».

 

  1. Рекомендация N Rec(2006)6 Комитета министров к государствам-членам о внутренне перемещенных лицах

 

  1. Комитет министров рекомендовал, в частности, следующее:

«…8. Внутренне перемещенные лица имеют право на уважение их собственности и имущества в соответствии с правом прав человека. В частности, внутренне перемещенные лица имеют право на возврат имущества, оставленного после их перемещения. Если внутренне перемещенные лица лишаются собственности, такое лишение дает право на адекватную компенсацию…».

 

ПРАВО

  1. Введение

 

  1. Заявитель скончался в 2009 году. В решении по вопросу о приемлемости по настоящему делу Европейский Суд отметил, что его вдова Лена Саргсян и их дети Владимир, Цовинар и Нина Саргсяны выразили желание продолжать разбирательство в Европейском Суде и имеют на это право (см. Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу «Саргсян против Азербайджана» (Sargsyan v. Azerbaijan) от 14 декабря 2011 г., жалоба N 40167/06, §§ 1 и 51).
  2. Позднее представитель заявителя сообщил, что Нина Саргсян не хочет поддерживать жалобу. Вдова заявителя Лена Саргсян скончалась в январе 2014 года. Владимир и Цовинар Саргсяны, сын и дочь заявителя, желали поддержать разбирательство в Европейском Суде. Европейский Суд уже решил, что они имеют на это право, и не видит оснований для отхода от этой позиции.
  3. Кроме того, Европейский Суд напоминает, что в своем решении по вопросу о приемлемости от 14 декабря 2011 г. по настоящему делу он отклонил следующие возражения, выдвинутые властями Азербайджана: возражение, основанное на заявлении властей Азербайджана, депонированном с документом о ратификации, и возражения, связанные с отсутствием юрисдикции ratione temporis <1> и несоблюдением правила шестимесячного срока (см. упоминавшееся выше Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу «Саргсян против Азербайджана», §§ 71, 92 и 147). Он отложил следующие возражения, выдвинутые властями Азербайджана, до рассмотрения существа жалобы: во-первых, возражение по поводу отсутствия юрисдикции и ответственности, во-вторых, возражение о том, что заявитель не имел статуса жертвы, что касается его жалобы по поводу могил родственников, и, в-третьих, возражение по поводу исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты (см. упоминавшееся выше Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу «Саргсян против Азербайджана», §§ 76, 99 и 111).

———————————

<1> Ratione temporis (лат.) — ввиду обстоятельств, связанных с временем, критерий времени, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом (примеч. переводчика).

 

  1. Европейский Суд считает целесообразным рассмотрение вопросов исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты и отсутствия юрисдикции и ответственности в качестве отдельных пунктов, тогда как он рассмотрит возражение властей Азербайджана относительно статуса жертвы заявителя в контексте могил его родственников при рассмотрении предполагаемого нарушения статьи 8 Конвенции.

 

  1. Исчерпание внутригосударственных средств правовой защиты

 

  1. Пункт 1 статьи 35 Конвенции предусматривает следующее:

«Суд может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права, и в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу».

 

  1. Доводы сторон
  1. Заявитель

 

  1. Заявитель ссылался на три основных довода, чтобы доказать, что он не был обязан исчерпывать внутригосударственные средства правовой защиты.
  2. Во-первых, он утверждал, что в законодательстве Азербайджана отсутствовали эффективные средства правовой защиты, которые были бы доступными и достаточными на практике. Он, в частности, отметил, что власти Азербайджана не представили доказательств существования таких средств. Они не привели подробностей относительно гражданских дел, предположительно возбужденных во внутригосударственных судах этническими армянами. Упомянутые дела относились к наследованию и не имели прямого отношения к лицам, находящимся в положении заявителя. Коротко говоря, власти Азербайджана не привели примера армянского истца, получившего возмещение при таких обстоятельствах, как у заявителя. Кроме того, заявитель считал, что позиция, занятая властями Азербайджана в разбирательстве дела в Европейском Суде, указывает на исход любого дела, которое заявитель мог возбудить в азербайджанских судах. Согласно утверждениям властей Азербайджана соответствующие внутригосударственные органы не располагали документальными доказательствами, свидетельствующими о том, что заявитель имел имущество в селе Гюлистан или что он проживал там. Таким образом, использование внутригосударственного разбирательства в Азербайджане не сулило перспектив успеха.
  3. В порядке сравнения заявитель сослался на Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу «Демопулос и другие против Турции» (Demopoulos and Others v. Turkey) (жалобы N 46113/99, 3843/02, 13751/02, 13466/03, 10200/04, 14163/04, 19993/04 и 21819/04, ECHR 2010), в котором Европейский Суд разработал критерии оценки эффективности средства правовой защиты, предназначенного для обеспечения возмещения за утрату имущества и жилища в контексте международного конфликта. Ни одному из этих критериев не отвечали средства правовой защиты, указанные властями Азербайджана.
  4. Во-вторых, заявитель полагал, что правило исчерпания внутригосударственных средств было неприменимо в настоящем деле из-за существования административной практики, составляющей повторение действий, несовместимых с Конвенцией, и официальную терпимость государственных органов, что делало любую попытку использовать существующие средства правовой защиты бесполезной. Со ссылкой на документы различных органов ООН, в частности, Комитета по правам человека и Комитета по экономическим, социальным и культурным правам, заявитель утверждал, что отсутствовала политическая воля со стороны государства-ответчика для защиты брошенного имущества этнических армян, которое часто занимали беженцы или внутренне перемещенные лица, или предоставления компенсации за него. Кроме того, существовала практика непредоставления этническим армянам доступа к документации по поводу их имущества. Отсутствовали признаки изменения упомянутой практики. Заявитель также привлек внимание к практическим сложностям ведения судебного дела в Азербайджане. Границы между Арменией и Азербайджаном закрыты. В отсутствие дипломатических отношений между Арменией и Азербайджаном этнические армянские беженцы или граждане Армении не могли получать визы иначе как через консульские службы соседних стран. Визы выдавались только в контексте официальных визитов, организованных международными организациями или дипломатическими миссиями. Почтовое сообщение между двумя странами также не действовало.
  5. Наконец, заявитель утверждал, что в любом случае он был освобожден от использования внутригосударственных средств правовой защиты в силу личных обстоятельств. После бегства из села Гюлистан в 1992 году он утратил все свое имущество, жилище и источник дохода и был поставлен в положение незащищенности и уязвимости. Кроме того, он был серьезно болен с 2004 года.

 

  1. Власти Азербайджана

 

  1. Власти Азербайджана утверждали, что, насколько они имели эффективный контроль над территорией Азербайджанской Республики, которая не относилась к селу Гюлистан, существовали эффективные внутригосударственные средства правовой защиты. Прежде всего статья 29 Конституции 1995 года гарантировала право собственности. Кроме того, статья 68 Конституции предусматривала обязанность государства компенсировать любой вред, причиненный вследствие незаконных действий или бездействия государственных органов или их должностных лиц. Гражданский кодекс и Гражданский процессуальный кодекс, в свою очередь, содержат более подробные нормы, защищающие право собственности и владения имуществом. Предусмотрены адекватные процедуры, позволяющие гражданам и иностранцам предъявлять иски в суды Азербайджана в связи с ущербом или убытками, понесенными на территории Азербайджана (подробное изложение см. в соответствующем внутригосударственном законодательстве, §§ 88 — 92 настоящего Постановления). Власти Азербайджана оспорили утверждение о том, что существовала административная практика, делавшая использование имеющихся средств правовой защиты бесполезным.
  2. В поддержку своей позиции власти Азербайджана представили статистику Министерства юстиции по поводу дел, возбужденных этническими армянами: например, в 1991 — 2006 годах суды первой инстанции в г. Баку рассмотрели и вынесли решения по 243 гражданским делам, возбужденным этническими армянами, из которых 98 относились к жилищным спорам. Кроме того, власти Азербайджана представили копии решений по двум делам о наследовании, вынесенных апелляционными судами в пользу этнических армян, проживающих за границей. Дело «Маммадова Зиба Султан гызы против Маммадова Зоя Сергеевна и Маммадов Фархад Тариф оглу» (Mammadova Ziba Sultan gizi v. Mammadova Zoya Sergeyevna and Mammadov Farhad Tarif oglu) (решение коллегии по гражданским делам Апелляционного суда Азербайджанской Республики от 24 мая 2007 г.) касалось наследственного спора об имуществе, в котором ответчики были этническими армянами — вдовой и сыном покойного, проживавшими в США. Апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции, не согласившись с мнением последнего о том, что ответчики должны считаться недостойными наследниками. В деле Синюковой, Коровковой и Займкиной (дело Чагарян) (Sinyukova, Korovkova and Zaimkina (‘Chagaryan’), решение коллегии по гражданским делам Шакского апелляционного суда от 7 ноября 2007 г.) апелляционный суд решил, что государственная нотариальная контора г. Мингачевира должна выдать свидетельство о праве на наследство в отношении квартиры трем истцам, дочерям этнического армянина, проживающего за границей, поскольку они были признаны подавшими заявление о принятии наследства своевременно. Согласившись с тем, что указанные дела не затрагивали ситуации, сопоставимые с делом заявителя, по мнению властей Азербайджана, они доказали, что требования армян по поводу имущества и других защищенных прав могли эффективно осуществляться в правовой системе Азербайджана.
  3. Таким образом, власти Азербайджана заключили, что они доказали, что существовали эффективные средства правовой защиты. Следовательно, заявитель должен был доказать, что такие средства правовой защиты были неэффективными при данных обстоятельствах. Однако заявитель признал, что не делал попыток использовать существующие средства правовой защиты и не мог утверждать, что правовая система Азербайджана не обеспечила ему требуемую защиту от предполагаемого нарушения его прав.

 

  1. Власти Армении, третья сторона

 

  1. Власти Армении обратили внимание на позицию заявителя относительно наличия в Азербайджане административной практики, запрещающей армянам, которые бежали во время конфликта, или любым другим лицам армянского происхождения возвращаться в Азербайджан или посещать его.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. Европейский Суд напоминает принципиальную важность того, что механизм защиты, созданный Конвенцией, является субсидиарным по отношению к национальным системам, гарантирующим права человека. Европейский Суд осуществляет надзор за исполнением государствами-участниками их обязательств в соответствии с Конвенцией. Он не может и не должен присваивать роль государств-участников, которые обязаны обеспечивать, чтобы закрепленные в ней основные права и свободы соблюдались и защищались на внутригосударственном уровне. Таким образом, правило исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты составляет незаменимую часть функционирования этой системы защиты. Государства освобождаются от ответственности перед международным органом за свои действия до того, как они получили возможность урегулировать дела в рамках своей собственной правовой системы, и те, кто хотят обратиться к надзорной юрисдикции Европейского Суда, что касается жалоб против государства, обязаны вначале использовать средства правовой защиты, предусмотренные национальной правовой системой (см. в числе других примеров Постановление Европейского Суда по делу «Акдивар и другие против Турции» (Akdivar and Others v. Turkey) от 16 сентября 1996 г., § 65, Reports of Judgments and Decisions 1996-IV). Европейский Суд не устает подчеркивать, что он не является судом первой инстанции и не имеет возможности, и это нецелесообразно для его функции международного суда, разрешать большое количество дел, требующих установления основных фактов или расчета денежной компенсации, которые в принципе и на практике должны являться сферой деятельности внутригосударственных судов (см. упоминавшееся выше Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу «Демопулос и другие против Турции», § 69, Решение Европейского Суда по делу «Ниази Казали и Хакан Казали против Кипра» (Niazi Kazali and Hakan Kazali v. Cyprus) от 6 марта 2012 г., жалоба N 49247/08, § 132).
  2. Европейский Суд в ряде постановлений изложил общие принципы, относящиеся к исчерпанию внутригосударственных средств правовой защиты. В деле Акдивара и других (упоминавшемся выше) он указал следующее (дополнительные ссылки на дела в скобках удалены):

«…65. Европейский Суд напоминает, что правило исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, содержащееся в статье [35 Конвенции], обязывает лиц, желающих обратиться в международный судебный или третейский орган с жалобой против государства, предварительно использовать средства правовой защиты, предусмотренные их национальной правовой системой. Соответственно, государства освобождаются от обязанности отвечать перед международным органом за свои действия до того, как они получили возможность разрешить вопрос в рамках своей собственной правовой системы. Правило основано на предположении, отраженном в статье 13 Конвенции, с которой оно имеет близкое сходство, что эффективное средство правовой защиты в отношении предполагаемого нарушения предусмотрено в национальной системе независимо от того, инкорпорированы положения Конвенции во внутригосударственное законодательство или нет. Таким образом, это является важным аспектом принципа, устанавливающего, что предусмотренный Конвенцией механизм защиты имеет субсидиарный характер по отношению к национальным системам защиты прав человека…

  1. Согласно статье [35] Конвенции при обычных обстоятельствах заявитель должен прибегнуть к средствам правовой защиты, которые доступны и достаточны для обеспечения возмещения в отношении предполагаемых нарушений. Существование средств правовой защиты должно быть достаточно определенным с точки зрения теории и практики, так как в противном случае они не будут обладать требуемой доступностью и эффективностью…

Статья [35] Конвенции также требует, чтобы жалоба, подаваемая в Европейский Суд, была представлена в соответствующий внутригосударственный орган хотя бы по сути, с соблюдением формальных требований и сроков, установленных законодательством страны, и чтобы были использованы процедурные средства, способные предотвратить нарушение Конвенции…

  1. Однако, как указывалось ранее, отсутствует обязанность прибегать к средствам правовой защиты, которые неадекватны или неэффективны. Кроме того, в соответствии с «общепризнанными нормами международного права» возможны особые обстоятельства, которые освобождают заявителя от обязанности исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, находящихся в его распоряжении (…). Правило также неприменимо, когда установлено существование административной практики, состоящей из повторения действий, несовместимых с Конвенцией, и официальной терпимости государственных органов, и ее характер делает разбирательство бесполезным или неэффективным…
  2. В сфере исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты существует распределение бремени доказывания. Государство, ссылающееся на неисчерпание внутригосударственных средств, обязано продемонстрировать Европейскому Суду, что средство правовой защиты в соответствующий период являлось эффективным и доступным теоретически и практически, то есть к нему имелся доступ, оно могло обеспечить возмещение в связи с жалобами заявителя и позволяло разумно рассчитывать на успех. Однако если эта обязанность доказывания исполнена, заявитель должен установить, что средство правовой защиты, на которое ссылались власти государства-ответчика, было фактически использовано или по какой-то причине являлось неадекватным и неэффективным при конкретных обстоятельствах дела или что существовали особые обстоятельства, освобождающие его от этого требования… Одна такая причина может заключаться в полной пассивности национальных властей перед лицом серьезных утверждений о неправомерном поведении или причинении вреда государственными агентами, например, когда они не предпринимают расследования или не оказывают помощь. В этих случаях можно сказать, что бремя доказывания вновь переходит, поэтому государство-ответчик должно показать, что им сделано в ответ на масштаб и серьезность обжалуемых вопросов.
  3. Европейский Суд подчеркивает, что применение правила должно учитывать тот факт, что оно применяется в контексте механизма защиты прав человека, который согласились учредить Высокие Договаривающиеся Стороны. Соответственно, он признает, что статья [35] Конвенции должна применяться с определенной степенью гибкости и без излишнего формализма… Он также указывал, что правило исчерпания внутригосударственных средств защиты не является абсолютным и не может применяться автоматически; при рассмотрении вопроса о том, было ли оно соблюдено, необходимо учитывать конкретные обстоятельства каждого индивидуального дела… Это означает, среди прочего, что ему требуется реально учитывать не только существование формальных средств правовой защиты в правовой системе государства-участника, но и общий контекст, в котором они применяются, а также личные обстоятельства заявителей…».
  4. Обращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отмечает, что применение пункта 1 статьи 35 Конвенции должно оцениваться на общем фоне Нагорно-Карабахского конфликта. Хотя военная фаза конфликта окончилась с прекращением огня в мае 1994 года, мирный договор до сих пор не заключен. Не оспариваются отсутствие дипломатических отношений между Арменией и Азербайджаном и закрытость границ. Кроме того, представляется, что почтовое сообщение между двумя странами отсутствует. В подобной ситуации следует признать, что могут быть препятствия для надлежащего функционирования системы осуществления правосудия. В частности, могут быть значительные практические трудности в возбуждении и поддержании разбирательства в другой стране (см. mutatis mutandis <1> упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Акдивар и другие против Турции», § 70).

———————————

<1> Mutatis mutandis (лат.) — с соответствующими изменениями (примеч. переводчика).

 

  1. Европейский Суд отмечает, что власти Азербайджана описали общую систему защиту собственности и компенсации за незаконные действия или бездействие, изложенную в Конституции и Гражданском кодексе. Однако они не пояснили, каким образом данные положения применяются в особом контексте, когда лицо находится в положении заявителя, то есть армянского беженца, который оставил имущество и жилище в результате Нагорно-Карабахского конфликта, хочет требовать реституции имущества или компенсации за утрату пользования им. Власти Азербайджана предоставили статистику по гражданским делам, возбужденным этническими армянами и разрешенным в азербайджанских судах. Помимо указания на то, что эти дела затрагивали жилищные споры, власти Азербайджана не сообщили подробностей относительно природы рассмотренных требований или исхода разбирательства. Что касается двух решений 2007 года, которые власти Азербайджана привели в качестве примера, Европейский Суд замечает, что они касаются наследственных дел и не относятся к требованиям о лишении лица, перемещенного в ходе Нагорно-Карабахского конфликта, доступа к имуществу и/или жилищу и его использования. Фактически власти Азербайджана не привели ни одного примера дела, в котором лицо, находящееся в положении заявителя, добилось успеха в азербайджанских судах.
  2. Соответственно, Европейский Суд полагает, что власти Азербайджана не исполнили обязанность доказывания доступности для заявителя средства правовой защиты, способного предоставить возмещение в части его конвенционной жалобы и имеющего разумные перспективы успеха. Таким образом, не является необходимым определять, существовала ли, как утверждал заявитель, административная практика властей Азербайджана, которая воспрепятствовала бы заявителю в использовании имеющихся средств правовой защиты. Поскольку не доказано наличие эффективных средств правовой защиты, не является необходимым рассматривать последствия, которые предполагаемое отсутствие эффективного контроля над данной областью могло иметь для действия внутригосударственных средств правовой защиты.

120. Следовательно, Европейский Суд отклоняет возражение властей Азербайджана о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code