ДОЗНАВАТЕЛЬ И ОРГАН ДОЗНАНИЯ КАК УЧАСТНИКИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Е.Н.Арестова, А.В.Борбат

Статья посвящена рассмотрению вопросов разграничения понятий «дознаватель» и «орган дознания», являющихся участниками уголовного судопроизводства. В целях установления их различий анализируются полномочия, закрепленные в нормах УПК РФ. Вносятся предложения по изменению ст. 40 УПК РФ, которая, по мнению авторов, должна предусматривать возможность производства органом дознания неотложных следственных действий по уголовным делам, подследственным как следователю, так и дознавателю.

Ключевые слова: дознаватель, орган дознания, УПК РФ, подследственность, неотложные следственные действия, полномочия, участники уголовного судопроизводства.

 

Традиционно в российском уголовном процессе в компетенцию органов дознания входило производство предварительного расследования в форме дознания по уголовным делам, по которым предварительное следствие являлось необязательным. Такое право закреплено за органом дознания и в УПК РФ. В частности, п. 24 ст. 5 УПК РФ предусматривает, что «органы дознания — государственные органы и должностные лица, уполномоченные в соответствии с настоящим Кодексом осуществлять дознание и другие процессуальные полномочия». Пункт 1 ч. 2 ст. 40 УПК РФ устанавливает, что «на органы дознания возлагается дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, — в порядке, установленном главой 32 настоящего Кодекса». В ст. 149 УПК РФ сказано, что «после возбуждения уголовного дела в порядке, установленном статьей 146 настоящего Кодекса… орган дознания… по уголовным делам, указанным в части третьей статьи 150 настоящего Кодекса, производит дознание».

Таким образом, тот факт, что орган дознания уполномочен осуществлять дознание, с точки зрения общих положений УПК РФ не вызывает сомнения. Не сомневаются в этом и ученые, работы которых по исследуемой проблематике были нами изучены. Однако попробуем проследить развитие данных декларативных положений закона в иных нормах УПК РФ, регламентирующих конкретное содержание процессуальной деятельности по расследованию преступлений в форме дознания.

Дознание начинается с момента возбуждения уголовного дела, по которому предварительное следствие является необязательным, в порядке, установленном ст. 146 УПК РФ. В ч. 1 этой статьи в качестве субъекта возбуждения уголовного дела указан наряду со следователем и дознавателем и орган дознания.

Часть 3 ст. 150 УПК РФ устанавливает перечень преступлений, уголовные дела по которым расследуются в форме дознания. Именно по этим нарушениям теоретически вправе возбуждать уголовные дела орган дознания. Однако органов дознания много, и в ч. 1 ст. 146 УПК РФ прямо указано, что они, равно как и иные субъекты возбуждения уголовного дела, должны действовать в пределах «компетенции, установленной настоящим Кодексом».

Такая компетенция определяется в первую очередь подследственностью (ст. 151 УПК РФ). То есть для начала надо решить вопрос о том, относится ли вообще совершенное преступление к подследственности органа дознания, и если да, то подследственность какого именно из указанных в законе органов дознания предусматривает принятие решения о возбуждении уголовного дела.

Правильное решение данного вопроса представляется нам очень важным. Ведь на основании п. 3 ст. 149 УПК РФ сразу после возбуждения уголовного дела орган дознания должен приступить к дознанию. Как представляется, уголовное дело, возбужденное и оконченное производством нелегитимным субъектом, не может стать предметом рассмотрения в суде. Все произведенные по такому уголовному делу процессуальные действия и решения следует признать не имеющими юридической силы, а все собранные по делу доказательства — недопустимыми как полученные с нарушениями требований УПК РФ (ст. 75 УПК РФ).

Между тем все без исключения преступления, указанные в ч. 3 ст. 150 УПК РФ, разделены законодателем между такими субъектами (для каждого из них предусмотрена соответствующая подследственность (ч. 3 ст. 151 УПК РФ)), как: дознаватели ОВД РФ, дознаватели пограничных органов ФСБ, дознаватели органов ФССП, дознаватели органов государственного пожарного надзора ФПС, следователи СК РФ, дознаватели (следователи) органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, дознаватели таможенных органов РФ.

Как видим, в данном перечне органы дознания отсутствуют, то есть законодатель не наделил их подследственностью. В качестве легитимного субъекта производства дознания указан не орган дознания, а дознаватель (в ряде случаев следователь). Таким образом, вышеуказанные декларативные положения норм закона, наделяющих орган дознания правом производства расследования в форме дознания, по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 3 ст. 150 УПК РФ, не имеют фактического подтверждения в специальной норме — ч. 3 ст. 151 УПК РФ.

Не орган дознания, а дознаватель указан и в законодательном определении понятия «дознание», закрепленного в п. 8 ст. 5 УПК РФ, — это форма предварительного расследования, осуществляемого дознавателем (следователем), по уголовному делу, по которому производство предварительного следствия необязательно.

В гл. 32 УПК РФ, регламентирующей особенности производства расследования в форме дознания, орган дознания не упомянут ни разу. В качестве субъекта составления уведомления о подозрении в совершении преступлении указан дознаватель (ч. 1 ст. 223.1 УПК РФ). Правом возбуждения перед судом ходатайства об избрании в отношении подозреваемого меры пресечения в виде заключения под стражу наделен дознаватель (ч. 1 ст. 224 УПК РФ). Обвинительный акт также составляется дознавателем (ч. 1 ст. 225 УПК РФ). Аналогичная ситуация и в главе 32.1 УПК РФ.

Не является орган дознания и субъектом применения к подозреваемому, обвиняемому мер пресечения. В частности, в ч. 1 ст. 97 УПК РФ прямо указано, что правом избрания меры пресечения наделены только дознаватель, следователь и суд. Иные меры процессуального принуждения (гл. 14 УПК РФ) также могут применяться исключительно дознавателем, следователем или судом (ч. 1 ст. 111 УПК РФ). Перечень примеров может быть очень длинным.

Таким образом, те нормы УПК РФ, которые носят общий, декларативный характер, наделяют орган дознания правом производства дознания, а специальные нормы, непосредственно регламентирующие основания и порядок производства отдельных процессуальных действий, — нет. Фактически орган дознания лишен возможности реализовать предоставленные ему законом полномочия по производству расследования в форме дознания.

В целом надо сказать, что вопрос о том, каким именно образом между органами дознания и дознавателями распределяются полномочия по производству дознания, а также о том, каким именно образом орган дознания реализует свои полномочия по производству дознания, в современной юридической литературе обсуждается не слишком активно, а высказанные по данному поводу точки зрения не всегда содержательны. Многие авторы предпочитают вообще не упоминать в соответствующих разделах своих работ о том, что согласно УПК РФ дознание может производиться не одним участником уголовного судопроизводства, а двумя — органом дознания и дознавателем. Так, например, И.И. Мельников рассматривает дознание как направление деятельности только органа дознания, но не дознавателя <1>. Б.Т. Безлепкин, напротив, указывает только дознавателя в качестве субъекта производства дознания, но не упоминает орган дознания <2>. А.С. Есина, рассматривая порядок производства дознания, говорит то об «органе дознания», то о «дознавателе» <3>, из чего следует, что в данном контексте она не проводит четкой границы между ними.

———————————

<1> Уголовный процесс: учебник / Под ред. В.М. Лебедева. М.: Дашков и К, 2003. С. 485, 486.

<2> Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России. М.: КНОРУС, 2006. С. 219.

<3> Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / Под ред. О.Г. Ковалева. Т. 1. М.: Дашков и К, 2007. С. 806 — 810.

 

О.В. Мичурина полагает, что полномочия органа дознания по производству дознания реализует дознаватель, который является «структурным компонентом» органа дознания <4>. По нашему мнению, следует разграничивать понятия «орган дознания» и «дознаватель», поскольку они представляют собой двух самостоятельных участников уголовного судопроизводства, каждому из которых соответствует собственный процессуальный статус. Наш вывод базируется на положениях гл. 6 «Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения» УПК РФ. Данной главой для органа дознания и дознавателя предусмотрены разные статьи 40 и 41. Тем самым законодателем подчеркнута их независимость друг от друга, процессуальная самостоятельность. Мы вообще не уверены в том, что даже теоретически один из участников уголовного судопроизводства может являться «структурным компонентом» другого. Утверждение о том, что дознаватель входит в состав органа дознания, по нашему мнению, также несостоятельно, как и утверждение о том, что, например, потерпевший является структурным элементом прокурора.

———————————

<4> Мичурина О.В. Концепция дознания в уголовном процессе РФ и проблемы ее реализации в органах внутренних дел: Монография. М.: МосУ МВД России, 2008. С. 121.

 

Законодатель явно не склонен смешивать понятия «дознаватель» и «орган дознания». Так, и в ч. 1 ст. 146, и в ч. 1 ст. 91 УПК РФ орган дознания указан в качестве субъекта возбуждения уголовного дела и задержания подозреваемого наряду с дознавателем, через запятую. Если бы законодатель полагал возможным реализацию полномочий органа дознания через дознавателя, то, вероятно, он не стал бы указывать в данных нормах сразу двух участников уголовного судопроизводства, ограничившись одним органом дознания.

Но, как представляется, орган дознания в данных случаях фигурирует в законе в качестве самостоятельного субъекта производства процессуальных действий, если он осуществляет не дознание, а неотложные следственные действия в порядке, установленном в ст. 157 УПК РФ. На то обстоятельство, что данные процессуальные действия совершаются не дознавателем, а органом дознания, указывает необходимость утверждения начальником органа дознания постановления о возбуждении уголовного дела и протокола задержания подозреваемого.

В тех же случаях, когда речь идет о правовой регламентации производства расследования в форме дознания, представляется, что в качестве субъекта соответствующей процессуальной деятельности следует рассматривать именно дознавателя, а не орган дознания. В компетенцию же органа дознания входит возбуждение уголовного дела и производство неотложных следственных действий (ч. 1 ст. 146, ст. 157 УПК РФ).

Однако неотложные следственные действия в силу ст. 157 УПК РФ орган дознания вправе производить только по тем уголовным делам, по которым производство предварительного следствия является обязательным. Если исходить из того, что орган дознания не вправе производить расследование в форме дознания, а лишь неотложные следственные действия, то возникает новый вопрос, требующий решения.

Допустим, в Москве совершена кража (ч. 1 ст. 158 УК РФ), то есть преступление, отнесенное ч. 3 ст. 150, ч. 3 ст. 151 УПК РФ к подследственности дознавателей органов внутренних дел. В этом случае уголовное дело должно быть возбуждено и принято к производству дознавателем ОВД. Органы внутренних дел как орган дознания в данных процессуальных действиях участия принимать не будут, поскольку это выходит за пределы их компетенции.

Но в ч. 3 ст. 40 УПК РФ указаны также и такие должностные лица, как капитаны морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании; руководители геологоразведочных партий и зимовок, начальники российских антарктических станций и сезонных полевых баз, удаленных от мест расположения органов дознания; главы дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации. Однако данные должностные лица наделены правом производства не дознания, а неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым предварительное следствие обязательно. При этом все они находятся на значительном удалении от территориальных органов внутренних дел. То есть если то же самое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, будет совершено, к примеру, на борту морского судна, находящегося в дальнем плавании, то вопрос о легитимном субъекте возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 158 УК РФ остается открытым. Поэтому мы предлагаем наделить капитана данного судна процессуальными полномочиями по производству неотложных следственных действий не только по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, но и по тем, расследование которых должно осуществляться в форме дознания.

Таким образом, мы полагаем целесообразным исключить из УПК РФ все указания на то, что орган дознания вправе осуществлять дознание, предоставив соответствующее права только дознавателю.

При невозможности возбуждения уголовного дела о преступлении, указанном в ч. 3 ст. 150 УПК РФ, и принятия его к производству дознавателем оно должно быть возбуждено органом дознания, который вправе производить по нему неотложные следственные действия в срок, установленный ч. 3 ст. 157 УПК РФ, после чего направить материалы прокурору для передачи по подследственности, то есть дознавателю. Таким образом, мы предлагаем предусмотреть в законе возможность производства органом дознания неотложных следственных действий по уголовным делам, подследственным как следователю, так и дознавателю (с определенными процедурными дифферентами, касающимися момента окончания производства неотложных следственных действий).

Реализация данных предложений невозможна без внесения изменений в УПК РФ. Соответственно, мы полагаем возможным предложить следующую редакцию ст. 40 УПК РФ:

«1. К органам дознания относятся:

1) органы внутренних дел Российской Федерации и входящие в их состав территориальные, в том числе линейные, управления (отделы, отделения, пункты) полиции, органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в том числе территориальные и входящие в их структуру межрайонные, городские (районные) органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, а также иные органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности;

2) органы Федеральной службы судебных приставов;

3) начальники органов военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации, командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов;

4) органы государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы;

5) капитаны морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании, — по уголовным делам о преступлениях, совершенных на данных судах;

6) руководители геологоразведочных партий и зимовок, начальников российских антарктических станций и сезонных полевых баз, удаленных от мест расположения органов дознания, указанных в пунктах 1 — 4 настоящей статьи, — по уголовным делам о преступлениях, совершенных по месту нахождения этих партий, зимовок, станций, сезонных полевых баз;

7) главы дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации — по уголовным делам о преступлениях, совершенных в пределах территорий данных представительств и учреждений.

  1. Орган дознания правомочен:

1) возбуждать уголовное дело и производить по нему неотложные следственные действия — в порядке, установленном ст. 157 УПК РФ;

2) осуществлять иные процессуальные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом».

Российский следователь №24 — 2015

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code