Решение ЕСПЧ от 04.05.2010 «По вопросу приемлемости жалобы N 56588/07 дело «Роберт Стэплтон (Robert Stapleton) против Ирландии» (Продолжение)

1   2

  1. Соответствующее законодательство Европы и Ирландии

 

  1. Договор о Европейском союзе

 

  1. Статьи 6.1 и 6.2 Договора о Европейском союзе гласят следующее:

«1. Союз основан на принципах свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод, а также принципе правового государства, принципах, которые являются общими для всех государств-членов.

  1. Союз в качестве основных принципов права Сообщества уважает основные права, как они гарантированы Европейской конвенцией о защите прав и основных свобод, подписанной в г. Риме 4 ноября 1950 г., и как они вытекают из общих для государств-членов конституционных традиций».

 

  1. Рамочное решение Совета Европейского союза от 13 июня 2002 г. о Европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами (2002/584/JHA) (далее — Рамочное решение)

 

  1. Рамочное решение предусматривает выполнение в любом государстве-члене («исполняющее ордер государство») вынесенного в другом государстве-члене («выдающее ордер государство») судебного решения о задержании и передаче лица в целях уголовного разбирательства (или наказания в виде лишения свободы). Преамбула к Рамочному решению предусматривает в части, касающейся рассматриваемого вопроса, следующее:

«Принимая во внимание нижеследующее:

… (5) Поставленная перед союзом цель — превратиться в пространство свободы, безопасности и правосудия — влечет за собой отмены экстрадиции между государствами-членами и установление вместо нее системы передачи лиц между судебными органами. Далее, введение новой упрощенной системы передачи подозреваемых или осужденных для исполнения приговора или для уголовного преследования обеспечивает возможность устранить такие присущие ныне действующим процедурам экстрадиции черты, как сложность и вероятность задержки. Традиционные отношения сотрудничества, которые превалировали вплоть до настоящего времени между государствами-членами, следует заменить системой свободного передвижения судебных решений по уголовным делам, включая как окончательные решения, так и решения, принятые до вынесения приговора, в рамках пространства свободы, безопасности и правосудия.

(6) Предусмотренный настоящим Рамочным решением Европейский ордер на арест представляет собой первое конкретное воплощение в сфере уголовного права принципа взаимного признания. Который был назван Европейским советом «краеугольным камнем» сотрудничества в области правосудия…

(8) Решения, относящиеся к исполнению Европейского ордера на арест, должны подвергаться достаточному контролю. Это означает, что судебный орган государства-члена, в котором было задержано разыскиваемое лицо, должен будет вынести решение в отношении его или ее о передаче…

(10) Основой для механизма Европейского ордера на арест выступает повышенная степень доверия между государствами-членами. Использование данного механизма может быть приостановлено только в случае, когда имеет место серьезное и устойчивое нарушение одним из государств-членов принципов, изложенных в параграфе 1 статьи 6 Договора о Европейском союзе, и подобное нарушение констатировал Совет согласно параграфу 1 статьи 7 указанного Договора с последствиями, предусмотренными § 2 данной статьи…

(12) Настоящее Рамочное решение уважает основные права и соблюдает принципы, признанные статьей 6 Договора о Европейском союзе и отраженные в Хартии Европейского союза об основных правах, особенно в ее главе VI. Ничто в настоящем Рамочном решении не может быть истолковано как запрещающее отказывать в передаче лица, ставшего объектом Европейского ордера на арест, если по объективным данным существуют основания полагать, что данный ордер был выдан в целях уголовного преследования или наказания лица по мотивам его пола, расы, религии, этнического происхождения, гражданства, языка, политических взглядов или сексуальной ориентации либо что положению указанного лица в связи с каким-либо из этих мотивов может быть нанесен ущерб.

Настоящее Рамочное решение не препятствует государствам-членам применять свои конституционные нормы, относящиеся к соблюдению прав на справедливое разбирательство дела, на свободу объединения, свободу печати и свободу выражения мнений в других средствах массовой информации…».

  1. Статья 1 в части, касающейся рассматриваемого вопроса, предусматривает следующее:

«Определение Европейского ордера на арест и обязательность его исполнения…

  1. Государства-члены исполняют любой Европейский ордер на арест на основе принципа взаимного признания и в соответствии с положениями настоящего Рамочного решения.
  2. Настоящее Рамочное решение не вносит изменений в обязанность уважать основные права и основополагающие правовые принципы, как они закреплены в статье 6 Договора о Европейском союзе…».

 

  1. Закон 2003 года «О Европейском ордере на арест» (Закон 2003 года)

 

  1. Закон 2003 года был принят с целью исполнения Рамочного решения. Статья 37 «Основные права» и пункт 1 статьи 37 Закона 2003 года в части, касающейся рассматриваемого вопроса, звучат следующим образом:

«Лицо не может быть передано согласно данному закону в случае, если

(a) передача его или ее несовместима с обязательствами государства согласно

(i) Конвенции, или

(ii) Протоколам к Конвенции,

(b) передача его или ее будет представлять собой нарушение какого-либо положения Конституции (иного, чем причина, что преступление, указанное в Европейском ордере на арест, является преступлением, к которому применим подпункт «b» пункта 1 статьи 38)…».

 

ЖАЛОБЫ

 

  1. Заявитель жаловался, что, учитывая задержку в предъявлении ему обвинения, его передача в Соединенное Королевство на основании указанных уголовных обвинений нарушила бы его права, предусмотренные статьей 6 Конвенции.

Заявитель также сделал определенные утверждения в переписке с Европейским Судом, касавшиеся его перспектив на справедливое судебное разбирательство в Соединенном Королевстве, которые следовали из обмена конкретными устными и письменными предложениями между его адвокатами и Королевской службой уголовного преследования (CPS), Судебной службой Англии (English Court’s Service) и Комиссариатом Соединенного Королевства по защите информации (Information Commissioner’s Office) в период с 2007 по 2009 год. Заявитель, в частности, ссылался на отказ Службы уголовного преследования вести переговоры о добровольной передаче заявителя Соединенному Королевству; отказ подтвердить, что против заявителя не будут выдвинуты дополнительные обвинения (в частности, в том, что он был связан с Ирландской Республиканской Армией и, следовательно, мог преследоваться антитеррористическим законодательством Соединенного Королевства и правовыми режимами), на отказ подтвердить, что Судебная служба не обладала полномочиями по предоставлению юридической помощи (для обжалования Европейского ордера на арест в британских судах), на отказ подтвердить, что определенные документы уже были уничтожены, и непредоставление Комиссариатом по защите информации запрошенных документов. Заявитель также полагал, что неизбежным следствием его передачи было бы содержание под стражей в порядке предварительного заключения в Соединенном Королевстве в нарушение статьи 6 Конвенции.

  1. Он также жаловался в переписке с Европейским Судом, ссылаясь на статью 8 и статью 2 Протокола N 4 к Конвенции, на возложенную на него решением Верховного суда Ирландии обязанность проживать за пределами Ирландии и вдали от своей семьи.

 

ПРАВО

 

  1. Заявитель оспаривал решение судов Ирландии передать его Соединенному Королевству, поскольку судебное разбирательство в отношении него в указанной стране нарушило бы статью 6 Конвенции и, в частности, право на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. В данной статье в части, касающейся рассматриваемого вопроса, говорится следующее:

«Каждый… при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое… разбирательство дела в разумный срок… судом…».

Заявитель утверждал, что решение Высокого суда Ирландии о том, что задержка носила такой характер, что создавала реальную опасность того, что заявителю не будет обеспечено справедливое судебное разбирательство в Соединенном Королевстве, было правильным и не выходило за рамки дискреционных полномочий, предоставляемых в соответствии с Рамочным решением судам государств, исполняющих ордер. Он утверждал, что Верховный суд Ирландии не действовал в соответствии с Рамочным решением и Конвенцией, поскольку отрицал дискреционные полномочия, которые любой судья государства, исполняющего ордер, вправе осуществлять при вынесении решения по жалобе на передачу согласно Европейскому ордеру на арест. Независимо от содержания Рамочного решения он утверждал, что Договаривающиеся Государства не вправе отступать от своих обязательств, вытекающих из Конвенции и Закона 2003 года, устанавливающего, что лицо не может быть передано, если данное действие несовместимо с положениями Конвенции (или Протоколами к ней). Он настаивал на том, что любые вопросы прав человека, касающиеся его передачи в соответствии с Рамочным решением, должны быть рассмотрены, как только они возникают, а именно государством, исполняющим ордер. В связи с этим он утверждал, что суды Ирландии должны были полностью рассмотреть с учетом допущенной в настоящем деле задержки вопрос о соблюдении статьи 6 Конвенции до передачи заявителя в Соединенное Королевство (как это сделал Высокий суд Ирландии), а противоположные действия (как поступил Верховный суд Ирландии) нарушили права заявителя, предусмотренные статьей 6 Конвенции. Более того, его передача властям Соединенного Королевства будет явно несоразмерна, принимая во внимание обстоятельства дела и затронутые права.

  1. Европейский Суд отмечает, что, несмотря на то, что исчезновение заявителя после вынесения Верховным судом Ирландии постановления о передаче было неправильным, это не делает противозаконным его заинтересованность в получении от данного суда официального заключения относительно предполагаемого нарушения Конвенции, которое, согласно его утверждению, ранее имело место (см., mutatis mutandis <1>, Постановление Европейского Суда по делу «Ван дер Танг против Испании» (Van der Tang v. Spain) от 13 июля 1995 г., Series A, N 321, p. 17, § 53, и Решение Европейского Суда по делу «Аверилл против Соединенного Королевства» (Averill v. United Kingdom) от 6 июля 1999 г., жалоба N 36408/97).

———————————

<1> Mutatis mutandis (лат.) — с соответствующими изменениями (примеч. переводчика).

 

  1. Более того, Европейский Суд напоминает, что право на справедливое судебное разбирательство уголовного дела, закрепленное статьей 6 Конвенции, занимает важное место в демократическом обществе, поэтому Европейский Суд не исключает возможность того, что в порядке исключения решением об экстрадиции может быть поднят вопрос согласно статье 6 Конвенции в обстоятельствах, когда ищущее убежища лицо подверглось или рискует подвергнуться явному нарушению своего права на справедливое судебное разбирательство в запрашивающей стране (см. Постановление Европейского Суда по делу «Серинг против Соединенного Королевства» (Soering v. United Kingdom) от 7 июля 1989 г., Series A, N 161, § 113, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Маматкулов и Аскаров против Турции» (Mamatkulov and Askarov v. Turkey), жалобы N 4682799 и N 46951/99, ECHR 2005-I, § 88).
  2. Тем не менее Европейский Суд не считает, что факты настоящего дела дают серьезные основания полагать, что появился бы реальный риск того, что заявитель подвергнется в Соединенном Королевстве такому «явному нарушению» прав, предусмотренных статьей 6 Конвенции. Европейский Суд отмечает в этой связи, что Соединенное Королевство является Договаривающейся Стороной и что как таковое оно взяло на себя обязательство соблюдать свои обязательства, предусмотренные Конвенцией, и обеспечить каждому, находящемуся под его юрисдикцией, права и свободы, установленные в Конвенции, в том числе те, которые гарантированы статьей 6 Конвенции. Соединенное Королевство включило положения Конвенции во внутригосударственное законодательство в соответствии с Законом о правах человека 1998 года.

Рассматривая основную жалобу заявителя, касающуюся предполагаемой опасности несправедливого судебного разбирательства по причине неоправданной задержки, Европейский Суд исходя из своей правоприменительной практики признает, что сама по себе задержка в преследовании преступлений необязательно делает уголовные разбирательства несправедливыми согласно статье 6 Конвенции (см. в качестве примера Решение Европейского Суда по делу «Савонюк против Соединенного Королевства» (Sawoniuk v. United Kingdom), жалоба N 63716/00, ECHR 2001-VI, и Решение Европейского Суда по делу «Массей против Соединенного Королевства» (Massey v. United Kingdom), от 8 апреля 2003 г., жалоба N 14399/02).

  1. Европейский Суд также отвергает довод заявителя о том, что государство, исполняющее ордер на арест или передающее запрашиваемое лицо, должно выходить за рамки рассмотрения «явного нарушения» прав и определить, существовала ли реальная опасность несправедливого уголовного разбирательства в государстве, выдавшем ордер на арест (в данном деле — Соединенное Королевство). Европейский Суд поступает так по следующим основаниям.
  2. Во-первых, такой подход противоречил бы принципам, установленным в упоминавшемся выше деле «Серинг против Соединенного Королевства» и подтвержденным последующей практикой Европейского Суда (см. в качестве примера упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Маматкулов и Аскаров против Турции»).
  3. Во-вторых, Европейский Суд согласен с выводом Верховного суда Ирландии о том, что с учетом обстоятельств по делу рассмотрение и разрешение жалоб заявителя в отношении предполагаемой несправедливости, связанной с задержкой, было бы более целесообразно проводить в судах Соединенного Королевства. По сути заявитель предлагает, чтобы суды исполняющего ордер государства (Ирландии) рассматривали бы вопросы, которые фактически или юридически целесообразнее рассматривать в государстве, выдавшем ордер (Соединенное Королевство). Заявитель утверждает, что судам Ирландии следует оценить предполагаемую задержку на основе сложных фактических и правовых вопросов, которые являются специфическими для Соединенного Королевства. Европейский Суд напоминает, что, как правило, внутригосударственные суды первой инстанции находятся в лучшем положении, чем Европейский Суд, чтобы оценить вопросы фактов и приемлемости доказательства (см. Постановление Европейского Суда по делу «Виндиш против Австрии» (Windisch v. Austria) от 9 июня 1998 г., Series A, N 186, § 25, Постановление Европейского Суда по делу «Тешейра де Кастро против Португалии» (Texeira de Castro v. Portugal) от 9 июня 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-IV, § 34, и упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу «Массей против Соединенного Королевства». То же обоснование применимо при сравнении позиций внутригосударственного и иностранного судов. Более того, дополнительные утверждения заявителя, сделанные им в переписке, не доказывают наличия какого-либо явного нарушения. Жалоба заявителя на отказ Службы уголовного преследования вести переговоры о его добровольной передаче властям Соединенного Королевства не поднимает вопроса о нарушении статьи 6 Конвенции, а его предположение о том, что в будущем ему могут быть предъявлены дополнительные обвинения, которые могут привести к применению антитеррористического законодательства, является расплывчатым и теоретическим. Заявитель пока еще не подал заявления о предоставлении правовой помощи в Соединенном Королевстве. Следовательно, Европейский Суд согласен с выводами Верховного суда Ирландии о том, что суды Соединенного Королевства находятся в лучшем положении, чтобы оценить правомерность задержки в контексте производства в указанной юрисдикции.
  4. В-третьих, утверждение заявителя о том, что он имеет право на защиту своего конвенционного права при первой соответствующей возможности (в данном деле — в судах Ирландии), является также неуместным с учетом статуса Соединенного Королевства как Договаривающейся Стороны Конвенции. Суды Соединенного Королевства обладают общеправовой юрисдикцией для приостановления судебного разбирательства в связи с предполагаемой несправедливостью, причиненной задержкой по причине злоупотребления процессом. С самого начала уголовных разбирательств в отношении него заявитель мог обратиться с ходатайством о приостановлении, аргументируя тем, что ему не будет обеспечено справедливого судебного разбирательства с учетом прошедшего времени. В частности, он мог сослаться на утрату, уничтожение и/или порчу доказательства в результате такой задержки в сочетании с любыми последующими трудностями в защите против предъявленного уголовного обвинения. Также он мог поднять вопрос о любом предполагаемом следственном нарушении, допущенном стороной обвинения, включая предполагаемые манипуляции или злоупотребления в ходе судебного процесса (см. упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу «Массей против Соединенного Королевства» и Решение Европейского Суда по делу «Ли против Соединенного Королевства» (Lee v. United Kingdom) от 26 августа 2003 г., жалоба N 56926/00). Кроме того, любое безуспешное ходатайство о приостановлении впоследствии могло стать предметом жалобы в Европейский Суд согласно статьям 6 и 34 Конвенции. В той части, в которой жалоба заявителя касается содержащегося в статье 6 Конвенции требования «разумного срока», заявитель мог, исчерпав все эффективные средства правовой защиты в Соединенном Королевстве, обратиться с этой жалобой в Европейский Суд, не ожидая результатов уголовного разбирательства в Соединенном Королевстве.

Можно допустить, что обязательства исполняющего ордер государства относительно экстрадиции/высылки в Договаривающееся Государство в определенной степени превышали те, которые были определены в упоминавшемся выше Постановлении Европейского Суда по делу «Серинг против Соединенного Королевства» (Soering v. United Kingdom) (см. Решение Европейского Суда по делу «T. I. против Соединенного Королевства» (T.I. v. United Kingdom), жалоба N 43844/98, Reports 2000-III, относительно Дублинской конвенции, и Решение Европейского Суда по делу «K.R.S. против Соединенного Королевства» (K.R.S. v. United Kingdom) от 2 декабря 2008 г., жалоба N 32733/08, относительно Дублинского регламента). Однако эти дела касаются неотъемлемых прав, предусмотренных статьями 2 и 3 Конвенции. Кроме того, они имеют отношение к высылке в другое Договаривающееся Государство, когда имелись основания полагать, что лицо может быть передано далее в третье государство, не являвшееся Договаривающейся Стороной (где лицо подверглось бы соответствующим рискам), без надлежащего рассмотрения его жалобы промежуточным (договаривающимся) государством и, в частности, без надлежащей возможности обратиться в Европейский Суд и ходатайствовать о применении обеспечительных мер. В данном деле ситуация иная: конечным пунктом передачи заявителя стало бы Договаривающееся Государство — Соединенное Королевство.

  1. В заключение, что касается ссылки заявителя на неизбежное заключение под стражу в порядке предварительного заключения в Соединенном Королевстве, Европейский Суд отмечает, что заявитель сослался на это предполагаемое неизбежное следствие его передачи в контексте статьи 6 Конвенции и что он не ссылался на статью 5 Конвенции. Хотя может случиться так, что исчезновение заявителя станет фактором, который повлияет на рассмотрение вопроса об освобождении из-под стражи под залог в Соединенном Королевстве, заявитель имел бы возможность незамедлительно после передачи в Соединенное Королевство ходатайствовать об освобождении под залог, выдвинув этот и все соответствующие критерии за и против предоставления залога, поэтому его предположение о том, что за его передачей в Соединенное Королевство неизбежно последует заключение под стражу, не является ни полным, ни убедительным.
  2. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд отклоняет жалобы заявителя на нарушение статьи 6 Конвенции в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции как явно необоснованные.
  3. Принимая во внимание вывод о том, что передача заявителя в Соединенное Королевство не нарушает его прав, гарантированных статьей 6 Конвенции, исчезновение заявителя из Ирландии, чтобы избежать данной передачи, не может рассматриваться как затрагивающее его права, гарантированные статьей 8 Конвенции и статьей 2 Протокола N 4 к Конвенции. Следовательно, Европейский Суд также отклоняет эти жалобы в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции как явно необоснованные.

 

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

объявил жалобу неприемлемой для рассмотрения по существу.

Председатель Палаты Суда
Йозеп КАСАДЕВАЛЬ
Заместитель Секретаря Секции Суда
Стенли НАЙСМИТ

1   2

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code