Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 08.12.2015 N 5-АПУ15-97

Приговор: По ч. 1 ст. 105 УК РФ за убийство, по ч. 1 ст. 222 УК РФ за незаконные хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 декабря 2015 г. N 5-АПУ15-97

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Земскова Е.Ю.,

судей Шмотиковой С.А., Эрдыниева Э.Б.,

при секретаре Багаутдинове Т.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам осужденного Телина С.В., защитника осужденного — адвоката Гофштейна А.М., представителей потерпевших — адвокатов Заславского А.Н., Пузина В.А. на приговор Московского городского суда от 31 августа 2015 г., по которому

Телин С.В. <…>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы с ограничением свободы 1 год; по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем полного сложения наказаний окончательно Телину С.В. назначено 14 лет лишения свободы с ограничением свободы 1 год.

При назначении осужденному наказания в виде ограничения свободы судом установлены ограничения из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ, указанные в приговоре.

Также Телину назначена принудительная мера медицинского характера в местах лишения свободы, с учетом положений ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, п. «а» ч. 1 ст. 99 УК РФ, в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступление осужденного Телина С.В. и защитника осужденного — адвоката Гофштейна А.М., поддержавших доводы жалоб и возражавших против жалоб представителей потерпевших, выступление потерпевших К. Я. их представителей — адвокатов Заславского А.Н., Пузина В.А., поддержавших доводы жалоб и возражавших против доводов жалоб осужденного и защитника, мнение представителя Генеральной прокуратуры РФ Самойлова И.В., возражавшего против доводов жалоб осужденного и защитника, поддержавшего доводы жалоб представителей потерпевших, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда Телин признан виновным в совершении убийства К. а также в незаконном хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены 29 мая 2014 г. в г. <…> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе Телин выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, полагает, что судом не учтена причина совершения преступления вследствие психического расстройства. Обращает внимание, что из пяти несовершеннолетних детей один является инвалидом. Не учтено, что мотивом совершения преступления являлись угрозы со стороны потерпевшего и его попытка завладеть имуществом. По этой причине его мать ввиду длительной стрессовой ситуации заболела и скончалась. Просит о смягчении наказания.

Адвокат Гофштейн А.М. в основной и дополнительной апелляционных жалобах выражает несогласие с приговором ввиду его несправедливости. Утверждает, что срок лишения свободы, близкий к максимальному пределу наказания, предусмотренного санкцией статьи Особенной части УК РФ, свидетельствует о том, что судом фактически не учтена совокупность имеющихся у осужденного смягчающих наказание обстоятельств, состояние здоровья осужденного, которое оказало решающее влияние на совершение убийства, наличие на иждивении осужденного пяти малолетних детей, один из которых является инвалидом, безупречное прошлое и признание вины Телиным. Суд также не мотивировал применение принципа полного сложения наказаний на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ. Указывает на несоответствие в обвинительном заключении времени совершения убийства и времени, в которое осужденным было взято из загородного дома орудие преступления, что является основанием к отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

В апелляционных жалобах представители потерпевших — адвокаты Заславский А.Н. и Пузин В.А. высказывают несогласие с квалификацией совершенного преступления. Полагают, что судом необоснованно подвергнута критической оценке версия о том, что убийство было совершено общеопасным способом. Обращают внимание, что Телин совершил преступление в общественном месте, при максимальном скоплении людей, использовал автоматическое оружие, прицельное устройство которого было скрыто пакетом, имело самодельный глушитель, стрелял, не обладая для этого навыками, чем создавал реальную угрозу жизни иных лиц. Отмечают, что осужденный не видел момента, когда К. садился в автомобиль, в связи с чем у него не было уверенности, что за рулем находился К. Обращает внимание, что стрельбу он прекратил, лишь израсходовав весь боекомплект, а не в связи с тем, что увидел женщину на пассажирском сиденье автомобиля потерпевшего. Вывод суда об использовании осужденным специальных патронов не имеет под собой оснований, поскольку из показаний Телина не следует, что он имел представление об их поражающих свойствах. Из показаний свидетеля Н. усматривается, что при попытке задержать Телина, тот попытался произвести в него выстрел, но не смог в силу отсутствия патронов, что также указывает о его отношении к возможности причинения вреда иным лицам.

По делу поступили возражения государственного обвинителя Сафонова С.А., в которых он просит отказать в удовлетворении жалоб осужденного и адвокатов, а также возражения адвоката Гофштейна, в которых он указывает на отсутствие оснований для удовлетворения жалоб представителей потерпевших.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, Судебная коллегия находит, что приговор постановлен в соответствии с требованиями закона и оснований для его отмены либо изменения не имеется.

В основу приговора положены показания осужденного Телина об обстоятельствах совершенных преступлений; потерпевших Я. находившихся в автомобиле в момент совершения преступления; свидетеля Н., ставшего очевидцем преступления и принявшего участие в задержании Телина; свидетелей С., Т., Т., О. Л. и других, заключения экспертов, письменные доказательства, полученные в ходе производства по делу, заключения экспертов, протоколы следственных действий.

Данные доказательства сопоставлены судом между собой и оценены в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. На основании указанных доказательств судом правильно установлены имевшие место фактические обстоятельства преступления, его совершение осужденным Телиным. С указанными выводами суда Судебная коллегия согласна.

Доводы стороны защиты о противоречиях в указании времени изъятия Телиным оружия из места хранения и совершения им убийства в обвинительном заключении и приговоре лишены оснований.

Вопреки доводам жалобы в обвинительном заключении дата и время, 29.05.2014 года примерно в 17 часов 30 минут, указаны не применительно к моменту изъятия оружия и патронов Телиным из места хранения (в <…>) а как дата и время прибытия Телина к офису К. (к дому <…> по улице <…> города <…>) с уже имеющимся при нем огнестрельным оружием и патронами. Согласно обвинительному заключению убийство было совершено примерно в 18 часов 15 минут того же дня.

Аналогичные обстоятельства отражены в приговоре.

По выводам суда Телин взял оружие и боеприпасы 29 мая 2014 года по месту жительства и, имея их при себе, прибыл к офису потерпевшего примерно в 17 часов 30 минут в тот же день, а затем примерно в 18 часов 15 минут, прибыв на ул. <…> с оружием, совершил убийство К.

Таким образом, приговор не противоречит обвинительному заключению в части времени совершения преступлений, как это утверждает в апелляционной жалобе адвокат.

Дело рассмотрено судом с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств дела, суд правильно квалифицировал действия осужденного.

Доводы апелляционных жалоб о неправильной квалификации действий Телина Судебная коллегия считает неубедительными.

Вопрос о том, являлся ли избранный осужденным способ лишения жизни К. общеопасным, подробно проанализирован в приговоре.

Суд тщательно оценил все обстоятельства, имеющие значение для указанного вывода, и привел мотивы своего решения в приговоре.

По смыслу закона, под общеопасным способом убийства следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица (например, путем взрыва, поджога, производства выстрелов в местах скопления людей, отравления воды и пищи, которыми помимо потерпевшего пользуются другие люди).

Применительно к опасности для жизни лиц, находившихся в автомобиле вместе с К. суд правильно учел, что для признания способа убийства К. опасным для потерпевших Я. требуется не только наличие объективной опасности выстрелов для указанных лиц, но и тот факт, чтобы осужденный заведомо осознавал их присутствие в автомобиле, а также осознавал указанную опасность для их жизни в результате выстрелов при посягательстве на жизнь К.

При этом установление данного факта судом возможно лишь в том случае, если он отражен в обвинении.

Между тем, как следует из обвинительного заключения, Телину не вменялась осведомленность о нахождении в автомобиле помимо К. других лиц, в связи с чем суд в соответствии со ст. 252 УПК РФ был лишен возможности устанавливать данное фактическое обстоятельство, что правильно отметил в приговоре.

Утверждение, что Телин допускал возможность нахождения в автомобиле других лиц, не равнозначно утверждению, что осужденным факт нахождения в автомобиле других лиц заведомо осознавался, и является не более чем предположением, которое не может использоваться в обвинительном приговоре.

По обстоятельствам дела, что не оспаривается, Телин не видел момент посадки в автомобиль К. и пассажиров, а суждения некоторых свидетелей по вопросу, можно или нельзя было видеть пассажиров, находившихся в автомобиле, суд обоснованно признал не опровергающими доводы подсудимого Телина, установив наличие по делу неустранимых сомнений по этому вопросу, которые истолковал в пользу обвиняемого, как этого требует ч. 3 ст. 14 УПК РФ.

Поскольку у суда не было оснований считать, что Телин осознавал опасность для жизни потерпевших Я. во время его выстрелов по автомобилю, доводы о том, что Телин использовал автоматическое оружие, прицельное устройство которого было скрыто пакетом, имело самодельный глушитель, стрелял, не обладая для этого навыками, не свидетельствуют об ошибочности выводов суда в приговоре в указанной части.

Что касается иных лиц, которые находились на ул. <…>, опасность для которых могла заключаться в рикошетах при выстрелах, то Судебная коллегия не имеет оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, установившего отсутствие объективной опасности для указанных лиц в связи с тем, что, как следует из пояснений специалиста Л. выстрелы производились патронами, риск рикошета которых минимален, что объективно подтверждается тем фактом, что ни одна пуля за пределами салона автомобиля не обнаружена, и данное обстоятельство правильно учтено судом в своих выводах. Подтверждением тому является также протокол осмотра автомобиля, согласно которому повреждены только заднее и левое переднее стекла, а целостность других стекол не нарушена.

Поскольку выводы суда об отсутствии объективной опасности для лиц, находившихся за пределами автомобиля потерпевшего, правильно отражают действительность, то неосведомленность Телина о свойствах патронов, на что указывается в жалобах, не ставит под сомнение выводы суда о совершении преступления способом, который общеопасным не являлся.

С учетом вышеизложенного, согласно установленным судом обстоятельствам, которые подтверждаются материалами уголовного дела, не вызывает сомнения в своей правильности вывод суда о том, что при посягательстве на жизнь К. Телин не знал о нахождении в салоне автомобиля иных лиц, стрельба Телиным велась в отсутствие разброса пуль, рикошеты отсутствовали, ни одной пули за пределами автомобиля не обнаружено, а выстрелы в потерпевшего со стороны водительской двери произведены практически в упор, согласно заключению эксперта N <…> от 1 августа 2014 г., с расстояния не превышающего 20 см (том 3 л.д. 140), в связи с этим оснований полагать, что Телин заведомо осознавал наличие опасности для иных лиц, Судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, судом первой инстанции был сделан обоснованный вывод об отсутствии в действиях осужденного квалифицирующего признака, предусмотренного п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Что касается утверждения стороны защиты о том, что именно угрозы со стороны К. явились причиной болезненного состояния осужденного, которое и стало следствием совершенного им преступления, состоятельными признать нельзя.

Судом правильно указано, что каких-либо объективных данных, свидетельствующих о противоправных действиях потерпевшего, по делу не установлено. С заявлениями по данному факту Телин в правоохранительные органы не обращался. Из материалов дела усматривается, что обращения К. в соответствующие органы были обоснованными и вызваны действиями Телина. Государственные организации (комитет государственного строительного надзора, объединение административно-технических инспекций г. <…>, департамент <…> г. <…> и другие) в соответствии и в рамках требования закона реагировали на обращения К.

Согласно имеющимся в деле решениям (определения Басманного районного суда от 23 января 2014 г., 27 марта 2014 г. том 5 л.д. 62 — 63, 158 — 159) не все требования К. удовлетворялись, что ставит под сомнение доводы стороны защиты о том, что осужденный в полной мере осознавал невозможность разрешения возникших проблем правовыми способами и наличие у потерпевшего влияния в государственных органах.

Из показаний свидетеля К. учредителя организации, которая ранее арендовала у К. здание, следует, что в связи с ремонтными работами на соседнем объекте были созданы препятствия для нормального функционирования его организации. Он неоднократно извещал о данном обстоятельстве К. который обещал решить этот вопрос, однако, поскольку решить проблему К. не смог, договор аренды был расторгнут.

Показания осужденного, данные им в суде и в ходе допросов на предварительном следствии, в части исходящих от К. угроз, являются противоречивыми. В суде осужденный утверждал, что К. неоднократно высказывал угрозы, в том числе физической расправы (обещал, что ему (Телину) и его матери «отвернут головы»), 30 мая 2014 г. он пояснял о завуалированных угрозах со стороны потерпевшего, а 31 мая 2014 г. мотивом совершения преступления он назвал личную неприязнь к потерпевшему, возникшую в результате действий последнего, чинившего препятствия в использовании здания.

Кроме того, согласно показаниям свидетелей С. А. О. на месте совершения преступления осужденный говорил о судебных тяжбах с потерпевшим, характеризовал его как человека, склонного к обману.

Таким образом, вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют, что у осужденного не имелось реальных оснований опасаться К. как лица, имеющего возможность и намерение причинить вред, опасный для его жизни и здоровья, а, напротив, свидетельствуют, что причиной конфликта и неприязни к погибшему являлись гражданско-правовые отношения К. и Телина.

Правильность квалификации действий осужденного сомнений не вызывает. Основания для иной квалификации содеянного Телиным Судебная коллегия не усматривает.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе судебного и предварительного следствия, которые бы путем лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства, или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, не установлено.

Ссылка адвоката на протокол допроса свидетеля Н. в той части, где им указано, что при задержании Телин попытался навести на него пистолет, не влияет на принятое судом решение. Уголовное дело рассмотрено в соответствии со ст. 252 УПК РФ, в пределах предъявленного Телину обвинения. Обвинение в нападении на Н. ему не предъявлялось.

Наказание осужденному Телину назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера, степени общественной опасности преступления и личности виновного, смягчающих наказание обстоятельств, таких как наличие у него на иждивении пятерых несовершеннолетних детей, состояния здоровья (наличия психического заболевания), а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Представленная справка о заболевании дочери Телина в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ основанием для изменения приговора не является. Иных оснований для смягчения наказаний, назначенных за совершенные преступления, Судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалоб, наказание по совокупности преступлений путем полного сложения назначено обоснованно, поскольку такой способ определения окончательного наказания при совокупности преступлений предусмотрен законом. С учетом фактических обстоятельств дела и всей совокупности данных, имеющих значение при назначении наказания, которые судом учтены, Судебная коллегия оснований для изменения приговора в этой части не усматривает.

Оснований считать назначенное наказание несправедливым, в том числе и по доводам жалоб осужденного и его защитника, не имеется.

С учетом изложенного, оснований для смягчения наказания Судебная коллегия не усматривает, поскольку все обстоятельства, имеющие значение при его назначении, судом учтены.

Также Судебная коллегия не усматривает и оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкие.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Московского городского суда от 31 августа 2015 г. в отношении Телина С.В. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвокатов Гофштейна А.М. Заславского А.Н. и Пузина В.А. — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code