Постановление ЕСПЧ от 09.10.2012 «Дело «Асянов (Asyanov) против Российской Федерации» (жалоба N 25462/09)

По делу обжалуется жалоба заявителя на ненадлежащие условия его содержания под стражей в следственном изоляторе. По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО «АСЯНОВ (ASYANOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>

(Жалоба N 25462/09)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>

(Страсбург, 9 октября 2012 г.)

———————————

<1> Перевод с английского М.Т. Тимофеева.

<2> Настоящее Постановление вступило в силу 9 января 2013 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).

По делу «Асянов против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), рассматривая дело Палатой в составе:

Нины Ваич, Председателя Палаты,

Анатолия Ковлера,

Пэра Лоренсена,

Элизабет Штейнер,

Ханлара Гаджиева,

Мирьяны Лазаровой Трайковской,

Юлии Лаффранк, судей,

а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда, заседая за закрытыми дверями 18 сентября 2012 г., вынес в указанный день следующее Постановление:

 

ПРОЦЕДУРА

 

  1. Дело было инициировано жалобой N 25462/09, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Ринатом Рашидовичем Асяновым (далее — заявитель) 8 апреля 2009 г.
  2. Интересы заявителя представляла А. Полозова, адвокат, практикующая в г. Москве. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.
  3. Заявитель, в частности, утверждал, что он содержался под стражей в неприемлемых условиях, приведших к заражению туберкулезом, а также что меры, направленные на лечение от туберкулеза, были недостаточными.
  4. 3 сентября 2009 г. Председатель Первой Секции принял решение уведомить власти Российской Федерации о настоящей жалобе. Также было решено рассмотреть настоящую жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу (пункт 1 статьи 29 Конвенции).
  5. 4 августа, 7 и 20 сентября 2011 г. Европейский Суд затребовал от властей Российской Федерации дополнительную информацию о фактических обстоятельствах дела.

 

ФАКТЫ

  1. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
  1. Заявитель родился в 1974 году и проживает в г. Москве.
  1. УГОЛОВНОЕ ДЕЛО В ОТНОШЕНИИ ЗАЯВИТЕЛЯ

 

  1. Заявитель работал в агентстве по продаже недвижимости в г. Москве. В начале 2007 года органы милиции г. Москвы получили информацию о том, что гражданин М., представитель частной компании, искал возможность оформить государственную регистрацию прав собственности данной компании на определенные помещения. Поскольку ранее в государственной регистрации было отказано, гражданин М. нуждался в человеке, способном профессионально подготовить пакет необходимых регистрационных документов и предпочтительно имеющем связи в Федеральной регистрационной службе. Гражданин М. обратился к заявителю, который познакомил его с посредником, готовым «решить проблему» при условии, что гражданин М. передаст им 250 000 долларов США для подкупа сотрудников регистрационной службы, а также 15 000 долларов США в качестве оплаты их услуг.
  2. Милиция начала расследование в отношении коррупции в Федеральной регистрационной службе. Стали прослушиваться телефонные переговоры посредника и трех других лиц, но не заявителя.
  3. Однако, как выяснилось, заявитель и четыре других лица не намеревались использовать полученные деньги для подкупа сотрудников регистрационной службы, а планировали разделить их между собой. Один из них работал в Главном управлении Федеральной регистрационной службы по г. Москве, он должен был отслеживать процесс регистрации, осуществляемый его коллегами, и докладывать о нем своим сообщникам.
  4. 25 апреля 2007 г. сотрудники милиции арестовали заявителя и его сообщников, когда гражданин М. принес им последнюю часть из причитавшейся суммы в обмен на свидетельство о регистрации. Всем сообщникам предъявили обвинения в покушении на мошенничество, гражданину М. был присвоен статус потерпевшего.
  5. 17 июля 2008 г. Симоновский районный суд г. Москвы признал заявителя и других подсудимых по уголовному делу виновными в совершении преступления, в котором они обвинялись, и приговорил их к пяти годам лишения свободы. В ходе процесса заявитель утверждал, что у него не было намерения обмануть гражданина М. и он только лишь познакомил его с посредником.
  6. 20 октября 2008 г. Московский городской суд оставил решение районного суда в силе.

 

  1. УСЛОВИЯ СОДЕРЖАНИЯ ЗАЯВИТЕЛЯ ПОД СТРАЖЕЙ

 

  1. Общие условия содержания под стражей

 

  1. С 28 апреля 2007 г. по 5 ноября 2008 г. заявитель содержался под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-77/1 г. Москвы <1>.

———————————

<1> Так в тексте оригинала. По-видимому, имеется в виду Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по г. Москве (также известен как Матросская тишина) (примеч. редактора).

 

(a) Описание, предоставленное властями Российской Федерации

 

(i) Количество лиц, содержавшихся под стражей в камерах

 

  1. В отношении условий содержания и количества лиц, содержавшихся под стражей, власти Российской Федерации предоставили справки, подготовленные администрацией следственного изолятора, и извлечения из книги количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе. Информация из указанных документов может быть изложена следующим образом:
Камера N Период содержания под стражей Площадь (кв. м) Количество заключенных Количество спальных мест
109 С 28 апреля по 4 мая 2007 г. 50,43 14 — 16 16
277 С 4 мая по 1 октября 2007 г. 15,9 Пять — семь Семь
202 С 1 по 3 октября 2007 г. 14,7 Восемь 10
219 С 3 по 16 октября 2007 г. 27,7 14 16
223 С 16 по 22 октября 2007 г. 9,5 Два Три
219 С 22 октября 2007 г. по 18 марта 2008 г. 27,7 15 — 16 16
717 (больница) С 18 марта по 10 апреля 2008 г. 16,66 Три — шесть Восемь
365 (больница) С 10 апреля по 5 ноября 2008 г. 30,3 Восемь — 12 16
  1. С учетом обнаружения явных изменений, внесенных в документы о количестве лиц, содержавшихся под стражей, Европейский Суд попросил власти Российской Федерации предоставить полную копию книги количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе.
  2. 7 декабря 2011 г. власти Российской Федерации сообщили Европейскому Суду, что книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, с данными, касающимися временного отрезка с 28 апреля 2007 г. по 15 апреля 2008 г., утеряна.

 

(ii) Иные аспекты условий содержания под стражей

 

  1. По утверждению властей Российской Федерации, все камеры в следственном изоляторе были оснащены исправной принудительной вентиляцией. Дополнительно окна имели вентиляционные отверстия, обеспечивавшие естественную вентиляцию помещений. Во всех камерах были раковины и туалеты, отгороженные от жилой части камеры перегородкой высотой 1,2 м. Обеденный стол находился на расстоянии как минимум 1 м от туалета. Металлические решетки на окнах не препятствовали прохождению дневного света через застекленные рамы. В течение дня электрическое освещение было включено с 6.00 до 22.00. В ночное время в туалетной зоне работали лампы слабой мощности. Заявителю разрешалось выходить на прогулку не менее часа один раз в день. В следственном изоляторе были 58 прогулочных дворов размером от 15,4 до 85,17 кв. м. Дворы были устроены таким образом, чтобы предоставить заключенным возможность выполнять физические упражнения. Во дворах были скамейки, дворы были защищены от дождя.

 

(b) Описание, предоставленное заявителем

 

  1. Заявитель не стал оспаривать достоверность предоставленной властями информации о номерах камер, в которых он содержался, периодах содержания под стражей и количестве спальных мест. Заявитель предоставил следующую информацию о количестве лиц, находившихся в этих камерах:
Камера N Период содержания под стражей Площадь (кв. м) Количество заключенных Количество спальных мест
109 С 28 апреля по 4 мая 2007 г. 50,43 Более 22 16
277 С 4 мая по 1 октября 2007 г. 15,9 14 — 18 Семь
202 С 1 по 3 октября 2007 г. 14,7 20 10
219 С 3 по 16 октября 2007 г. 27,7 22 — 32 16
223 С 16 по 22 октября 2007 г. 9,5 Более шести Три
219 С 22 октября 2007 г. по 18 марта 2008 г. 27,7 Более 22 16
717 (больница) С 18 марта по 10 апреля 2008 г. 16,66 Восемь Восемь
365 (больница) С 10 апреля по 5 ноября 2008 г. 30,3 16 16
  1. По утверждению заявителя, в камерах отсутствовала естественная или принудительная вентиляция. Окна камер были закрыты толстыми решетками и не открывались. Электрическое освещение было постоянно включено. Оно было слабым и недостаточным. Металлические решетки на окнах препятствовали попаданию в камеру дневного света.
  2. Он также утверждал, что в камерах N 109, 277, 202, 219 и 223 не было туалетов. Вместо туалетов были дыры в полу, никак не отгороженные от жилой зоны камеры. В остальных камерах унитазы были расположены в непосредственной близости от обеденного стола, перегородки отсутствовали. Заявитель имел возможность гулять на свежем воздухе каждый день. Прогулки продолжались от 40 до 60 минут в специальном дворе. Однако там одновременно находилось слишком большое количество заключенных (от 10 до 15), что делало невозможным выполнение физических упражнений. Пища была низкого качества. Один раз в неделю заключенные могли принять душ продолжительностью 15 минут. В камерах отсутствовала горячая вода. Неоднократно заявитель находился в одной камере с заключенными, больными туберкулезом, гепатитом или менингитом.

 

  1. Состояние здоровья заявителя

 

(a) Остеохондроз

 

  1. 20 июля 2007 г. заявитель почувствовал боль в поясничном отделе и онемение левой ноги с частичной потерей двигательной активности. Его осмотрел хирург, который рекомендовал сделать рентгенограмму поясничного отдела позвоночника.
  2. 13 августа 2007 г. заявителя перевели в больницу следственного изолятора в связи с остеохондрозом поясничного отдела позвоночника, осложненного радикулопатией. Он содержался в больнице в течение 10 дней, и ему рекомендовали использовать трость при ходьбе.

 

(b) Туберкулез

 

  1. 5 мая и 2 ноября 2007 г. заявителю была сделана флюорография грудной клетки. 6 ноября 2007 г. он прошел томографию. Согласно записи в медицинской карте заявителя результаты теста были отрицательные.
  2. 18 марта 2008 г. заявитель поступил в больницу следственного изолятора для того, чтобы пройти лечение в связи с остеохондрозом. 28 марта 2008 г. заявителю была вновь сделана флюорография, которая установила некоторые изменения в его легких.
  3. С 8 апреля по 7 сентября 2008 г. заявитель находился в больнице, где получал лечение от туберкулеза. В дальнейшем курс лечения продолжился вне больницы.
  4. 14 ноября 2008 г. заявителя перевели в лечебно-исправительное учреждение ЛИУ-3, где он прошел курс лечения. Его освободили из-под стражи условно-досрочно 30 ноября 2009 г.
  5. 1 декабря 2009 г. заявитель прошел обследование в поликлинике в г. Москве. Обследование на компьютерном томографе «не исключило вероятность инфильтративного туберкулеза с одной зоной дезагрегации». Заявитель не предоставил иную информацию о состоянии его здоровья.

 

ПРАВО

  1. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

 

  1. Заявитель жаловался на условия содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-77/1 г. Москвы с 28 апреля 2007 г. по 5 ноября 2008 г. Заявитель также жаловался на то, что в следственном изоляторе он заразился туберкулезом и что меры, направленные на лечение от туберкулеза, были недостаточными. Заявитель ссылался на статью 3 Конвенции, которая предусматривает:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

  1. Власти Российской Федерации оспорили утверждения заявителя. Ссылаясь на справки, подготовленные администрацией следственного изолятора, и извлечения из книги количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, они утверждали, что условия содержания заявителя не противоречили требованиям статьи 3 Конвенции. Что касается состояния здоровья заявителя, власти Российской Федерации предоставили копию медицинской карты заявителя, из которой следовало, что туберкулез был обнаружен у заявителя в марте 2008 года. Однако в письменных соображениях от 20 января 2010 г. власти Российской Федерации указали, что заявитель болел туберкулезом до помещения под стражу в апреле 2007 года. Они также утверждали, что заявитель получил необходимое лечение от туберкулеза согласно международным стандартам. Больницы пенитенциарных учреждений, в которых содержался заявитель, имели необходимое медицинское оборудование и медикаменты. Медицинский персонал, обслуживавший заявителя, обладал знаниями и навыками, необходимыми для надлежащего лечения туберкулеза. Власти Российской Федерации обосновывали свою позицию ссылками на справки, подготовленные администрацией больницы следственного изолятора. Также Европейскому Суду были представлены копии дипломов о медицинском образовании персонала больницы.
  2. Заявитель настаивал на своей жалобе. Он утверждал, что все время содержался в переполненных камерах и личное пространство, которым он располагал, было менее 2 кв. м. Некоторые заключенные, вместе с которыми он содержался в камерах, были больны туберкулезом. В результате этого он заразился туберкулезом. Лечение, которое он получал во время содержания под стражей, было недостаточным, и состояние его здоровья ухудшилось. Он опроверг довод властей Российской Федерации о том, что он был заражен туберкулезом до заключения под стражу.

 

  1. ПРИЕМЛЕМОСТЬ ЖАЛОБЫ

 

  1. В отношении жалоб заявителя о заражении туберкулезом и последующем лечении Европейский Суд отмечает, что, даже если заявитель заразился туберкулезом во время содержания под стражей, этот факт сам по себе с необходимостью не приводит к выводу о нарушении требований статьи 3 Конвенции при условии, что он получал соответствующее лечение (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бабушкин против Российской Федерации» (Babushkin v. Russia) от 18 октября 2007 г., жалоба N 67253/01 <1>, § 56, а также Постановление Европейского Суда по делу «Алвер против Эстонии» (Alver v. Estonia) от 8 ноября 2005 г., жалоба N 64812/01, § 54). Однако непредоставление надлежащей медицинской помощи при болезни, которой лицо не страдало до момента заключения под стражу, может составить нарушение требований статьи 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Хумматов против Азербайджана» (Hummatov v. Azerbaijan) от 29 ноября 2007 г., жалобы N 9852/03 и 13413/04, §§ 108 и последующие).

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 11/2008 (примеч. редактора).

 

  1. Внутригосударственные власти должны обеспечить своевременные и точные диагностику и лечение заболеваний в пенитенциарных учреждениях (включая больницы системы исполнения наказания), а также, где это востребовано характером состояния здоровья, регулярное наблюдение в сочетании с комплексным планом лечения, нацеленным на выздоровление лица, содержащегося под стражей, или хотя бы на предотвращение ухудшения состояния его здоровья (см. Постановление Европейского Суда по делу «Сахвадзе против Российской Федерации» (Sakhvadze v. Russia) от 10 января 2012 г., жалоба N 15492/09 <2>, § 83).

———————————

<2> Опубликовано в «Российской хронике Европейского Суда» N 4/2012 (примеч. редактора).

 

  1. В настоящем деле Европейский Суд прежде всего отмечает, что медицинские документы, предоставленные властями Российской Федерации, подтверждают тот факт, что изменения в легких заявителя впервые были обнаружены в марте 2008 года. Европейский Суд, таким образом, отклоняет как бездоказательное утверждение властей Российской Федерации о том, что заявитель был болен туберкулезом до его заключения под стражу.
  2. Европейский Суд далее отмечает, что согласно утверждениям властей Российской Федерации, которые не были оспорены заявителем, последний находился под постоянным наблюдением врачей и получал надлежащую медицинскую помощь после того, как у него был обнаружен туберкулез. Ничто в содержании материалов дела не может привести Европейский Суд к выводу о том, что заявитель не получал комплексной медицинской помощи, достаточной для обнаруженной у него стадии туберкулеза.
  3. С учетом вышеизложенных доводов Европейский Суд считает, что жалоба в данной части подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
  4. Что касается жалобы заявителя на общие условия содержания под стражей в следственном изоляторе, Европейский Суд отмечает, что эта часть жалобы не является явно необоснованной в значении подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. СУЩЕСТВО ЖАЛОБЫ

 

  1. Европейский Суд отмечает, что стороны предоставили отличающиеся описания условий содержания заявителя в следственном изоляторе. В случаях, когда между сторонами имеет место спор относительно условий содержания под стражей, Европейский Суд не должен устанавливать достоверность каждого факта, который каждая из сторон представляет по-своему.
  2. Более того, Европейский Суд подчеркивает, что в предусмотренных Конвенцией разбирательствах он не всегда руководствуется неукоснительным применением принципа affirmanti incumbit probatio («обязанность доказывания лежит на утверждающем»), поскольку в определенных случаях, таких как в настоящем деле, только власти государства-ответчика имеют доступ к информации, способной подтвердить или опровергнуть утверждения заявителя. Если власти государства-ответчика не предоставляют данную информацию без удовлетворительного объяснения причин, это может побудить Европейский Суд сделать выводы относительно обоснованности жалоб заявителя (см. Постановление Европейского Суда по делу «Ахмет Езкан и другие против Турции» (Ahmet Ozkan and Others v. Turkey) от 6 апреля 2004 г., жалоба N 21689/93, § 426).
  3. В обоснование своего утверждения о том, что условия содержания заявителя полностью соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, власти Российской Федерации предоставили справки, подготовленные администрацией следственного изолятора, и извлечения из книги количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе.
  4. В справках, подготовленных администрацией следственного изолятора, в краткой форме излагалась информация из книги количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе.
  5. В этой связи Европейский Суд отмечает, что в отдельные данные о количестве лиц в камерах, в которых содержался заявитель, были внесены явные исправления. В целях проверки представленных сведений о количестве заключенных Европейский Суд потребовал, чтобы власти Российской Федерации предоставили полную копию книги количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе. Власти Российской Федерации ответили, что книга количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе, с информацией, касающейся временного отрезка с 28 апреля 2007 г. по 15 апреля 2008 г., была утеряна. Принимая во внимание эти обстоятельства, Европейский Суд считает, что информация в представленной властями Российской Федерации копии книги количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе, недостаточно надежна, чтобы на ее основании установить факты.
  6. Что касается периода содержания заявителя под стражей с 15 апреля по 8 ноября 2008 г., Европейский Суд отмечает, что согласно книге количественного учета лиц, содержавшихся в следственном изоляторе, личное пространство, которым располагал заявитель, было не более 2,8 кв. м.
  7. Принимая во внимание вышеуказанное, Европейский Суд находит, что утверждения заявителя о переполненности камер следственного изолятора заслуживают доверия. В результате этой переполненности условия содержания заявителя под стражей в части наличия достаточного личного пространства не соответствуют минимально требуемым стандартам, установленным правоприменительной практикой Европейского Суда (см. среди прочих Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы N 42525/07 и 60800/08 <1>, §§ 120 — 138, Постановление Европейского Суда по делу «Трепашкин против Российской Федерации (N 2)» (Trepashkin v. Russia) (N 2) от 16 декабря 2010 г., жалоба N 14248/05 <2>, § 113, Постановление Европейского Суда по делу «Кожокарь против Российской Федерации» (Kozhokar v. Russia) от 16 декабря 2010 г., жалоба N 33099/08 <3>, § 96, и Постановление Европейского Суда по делу «Светлана Казмина против Российской Федерации» (Svetlana Kazmina v. Russia) от 2 декабря 2010 г., жалоба N 8609/04 <4>, § 70). Учитывая также тот факт, что заявитель был вынужден проводить 23 часа в сутки в переполненной камере, Европейский Суд устанавливает, что он подвергся бесчеловечному и унижающему его достоинство обращению в нарушение требований статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-77/1 г. Москвы с 28 апреля 2007 г. по 5 ноября 2008 г.

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 8/2012 (примеч. редактора).

<2> Там же. N 10/2011 (примеч. редактора).

<3> Там же (примеч. редактора).

<4> Там же. N 2/2012 (примеч. редактора).

 

  1. В свете вышеизложенного Европейский Суд не считает необходимым рассматривать остальную часть жалоб заявителя, касающихся иных аспектов условий его содержания под стражей в период, относящийся к обстоятельствам дела.

 

  1. ИНЫЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

 

  1. Наконец, заявитель жаловался на основании статьи 6 Конвенции на то, что гражданин М. являлся сотрудником милиции, спровоцировавшим его совершить преступление, и, ссылаясь на статью 6 Конвенции, утверждал, что решение о записи телефонных переговоров лиц, обвиняемых по этому же делу, составляло неправомерное вмешательство в его частную жизнь, поскольку он звонил на их телефонные номера.
  2. Принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении материалы и то, насколько эти жалобы относятся к его компетенции, Европейский Суд не находит в них признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией или Протоколами к ней. Следовательно, эти части жалобы должны быть отклонены как явно необоснованные согласно пунктам 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

 

III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

 

  1. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

 

  1. УЩЕРБ

 

  1. Заявитель требовал 30 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
  2. Власти Российской Федерации считали эти требования чрезмерными.
  3. Европейский Суд отмечает, что заявитель содержался в следственном изоляторе в бесчеловечных и унижающих человеческое достоинство условиях более полутора лет. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский Суд присуждает заявителю 6 500 евро, а также любой налог, подлежащий начислению на указанную выше сумму.

 

  1. СУДЕБНЫЕ РАСХОДЫ И ИЗДЕРЖКИ

 

  1. Заявитель не требовал возмещения судебных расходов и издержек, поэтому отсутствуют основания для присуждения каких-либо сумм в этой части.

 

  1. ПРОЦЕНТНАЯ СТАВКА ПРИ ПРОСРОЧКЕ ПЛАТЕЖЕЙ

 

  1. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

 

1) объявил жалобу в части условий содержания заявителя под стражей с 28 апреля 2007 г. по 5 ноября 2008 г. в Следственном изоляторе N ИЗ-77/1 г. Москвы приемлемой для рассмотрения по существу, а в остальной части — неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;

3) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить 6 500 евро (шесть тысяч пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, а также любой налог, начисляемый на указанную сумму, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты;

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эту сумму должен начисляться простой процент, размер которого определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

4) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 9 октября 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты Суда
НИНА ВАИЧ
Секретарь Секции Суда
СЕРЕН НИЛЬСЕН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code