Информация о Постановлении ЕСПЧ от 28.09.2015 по делу «Буид (Bouyid) против Бельгии» (жалоба N 23380/09)

По делу обжалуется жалоба заявителей на получение ударов по лицу от сотрудников полиции во время допроса. По делу допущены нарушения требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Буид против Бельгии

(Bouyid v. Belgium)

(N 23380/09)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 28 сентября 2015 года (вынесено Большой Палатой Европейского Суда)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Заявители, два брата, один из которых в период, относящийся к обстоятельствам дела, являлся несовершеннолетним, были по отдельности допрошены сотрудниками полиции по не связанным между собой происшествиям. Они оба утверждали, что сотрудники полиции один раз ударили каждого из них по лицу. Заявители подали жалобы и вступили в производство по делу в качестве гражданских истцов, но безуспешно.

В Постановлении от 21 ноября 2013 г. (см. «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 168 <1>) Палата Европейского Суда единогласно пришла к выводу, что по делу не было допущено нарушения статьи 3 Конвенции.

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 3/2014 (примеч. редактора).

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции (материально-правовой аспект). (a) Установление обстоятельств произошедшего. Для того, чтобы возникла благоприятная презумпция обстоятельств произошедшего, лица, считающие себя жертвами нарушения статьи 3 Конвенции, должны доказать, что на них остались следы жестокого обращения и что ранее они находились под контролем сотрудников полиции или другого аналогичного органа.

В предоставленных заявителями медицинских справках, выданных в тот же день, когда происходили обжалуемые по делу события, сразу же после того, как они покинули отделение полиции, указано, что у них, помимо прочего, выявлены аритмия и значительные телесные повреждения, которые могли быть вызваны ударом по лицу. Кроме того, по делу не оспаривается, что при поступлении в отделение полиции заявители этих телесных повреждений не имели.

Наконец, сотрудники полиции на всем протяжении производства по делу на внутригосударственном уровне постоянно отрицали, что они били заявителей по лицу, тогда как сами заявители столь же последовательно утверждали обратное. Поскольку в ходе следствия имели место серьезные упущения, показания сотрудников полиции нельзя считать правдивыми только потому, что в ходе следствия не были обнаружены противоречащие им обстоятельства. Далее, ничто не подтверждает версии властей государства-ответчика о том, что заявители сами нанесли себе удары по лицу с целью добиться возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников полиции, тем более что эта версия была выдвинута не в судах Бельгии, а в Европейском Суде.

Европейский Суд считает достаточно установленным, что кровоподтеки у заявителей, которые указаны в предоставленных ими медицинских справках, появились во время нахождения в отделении полиции под контролем полицейских.

(b) Квалификация обращения, которому подверглись заявители. Власти государства-ответчика ограничились тем, что отрицали факт нанесения заявителям ударов по лицу. Из остальных материалов дела следует, что речь шла об импульсивных действиях в ответ на поведение, которое сотрудники полиции сочли неуважительным, однако этого недостаточно для того, чтобы доказать необходимость использования такого рода физической силы. Следовательно, имело место посягательство на достоинство заявителей, а значит, нарушение статьи 3 Конвенции.

Европейский Суд подчеркнул, что нанесение ударов по лицу сотрудниками правоохранительных органов человеку, полностью находящемуся под их контролем, представляет собой серьезное посягательство на достоинство этого лица.

Удар по лицу сильно воздействует на получившего его человека. Удар наносится по той части тела, которая является отражением индивидуальности человека, свидетельством его социальной идентичности и средоточием чувств, посредством которых он общается с другими людьми: зрения, речи и слуха.

Поскольку для унижающего достоинства обращения по смыслу положений статьи 3 Конвенции может оказаться достаточным, что потерпевший почувствует себя униженным в своих собственных глазах, удар по лицу — даже единичный, непредумышленный и не повлекший за собой серьезных и долгосрочных последствий для потерпевшего — можно рассматривать как унижение.

Когда сотрудники правоохранительных органов бьют по лицу человека, находящегося под их контролем, они подчеркивают тем самым отношения соподчиненности. То, что потерпевшим известно о незаконности данных действий и что они представляют собой нарушение этими сотрудниками этических и профессиональных норм и являются недопустимыми, может, кроме того, вызвать у них ощущение произвола, чувства несправедливости и бессилия.

Лица, заключенные под стражу, либо которых доставили или пригласили в отделение полиции для установления личностей или допроса, например, заявители, а также, в более общем плане, лица, находящиеся под контролем полиции или аналогичного органа, находятся в уязвимом положении. Власти, обязанные их защищать, не выполнили этой обязанности, допустив, что один из их представителей унизил заявителей, ударив рукой по лицу.

Тот факт, что сотрудник полиции мог нанести удар по лицу необдуманно, будучи раздражен неуважительным или вызывающим поведением потерпевшего, не имеет отношения к делу. В связи с этим Большая Палата не разделяет позицию Палаты Европейского Суда по данному вопросу. Конвенция полностью запрещает пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание независимо от поведения потерпевшего. В демократическом обществе жестокое обращение ни при каких обстоятельствах не является адекватной реакцией на проблемы, с которыми сталкиваются власти. Полиция, в частности, не должна «ни при каких обстоятельствах практиковать, поощрять или допускать пытки, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание» (Европейский кодекс полицейской этики). Статья 3 Конвенции возлагает на государства-участников позитивное обязательство подготовить сотрудников правоохранительных органов, обеспечивая высокий уровень компетенции при исполнении ими своих служебных обязанностей, таким образом, чтобы никто не подвергался обращению, нарушающему эту статью Конвенции.

Наконец, первый заявитель в период, относящийся к обстоятельствам дела, являлся несовершеннолетним. Крайне важно, чтобы сотрудники правоохранительных органов, которые при исполнении своих обязанностей имеют дело с несовершеннолетними, учитывали, что в силу возраста те находятся в уязвимом положении. Действия сотрудников полиции, которые можно считать допустимыми в отношении взрослых, могут нарушать требования статьи 3 Конвенции только потому, что речь идет о несовершеннолетних. Отсюда следует, что при обращении с несовершеннолетними сотрудники правоохранительных органов должны проявлять больше внимания и самоконтроля.

Следовательно, удары по лицу, нанесенные каждому из заявителей полицейскими, когда заявители находились под их контролем в отделении полиции, не являлись применением физической силы, строго необходимым в связи с их поведением, а значит, унизили их достоинство.

Причиненные заявителям телесные повреждения оказались незначительными, по-видимому, заявители не испытали серьезных физических или психических страданий, поэтому обращение с ними нельзя признать ни бесчеловечным, ни тем более пытками. Соответственно, Европейский Суд пришел к выводу, что по делу имело место унижающее достоинство обращение.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено 14 голосами «за» и тремя — «против»).

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции (процессуальный аспект). Следственные органы уделили недостаточно внимания утверждениям заявителей, которые подтверждаются предоставленными ими медицинскими справками, а также характеру действий, когда сотрудник правоохранительных органов бьет по лицу человека, полностью находящегося под его контролем. Кроме того, расследование заняло очень много времени. С момента подачи жалобы первым заявителем до вынесения постановления кассационного суда, которым следствие было завершено, прошли почти пять лет, а в случае второго заявителя — более четырех лет и восьми месяцев. Таким образом, по жалобам заявителей не было проведено эффективного расследования.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено единогласно).

КОМПЕНСАЦИЯ

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил каждому из заявителей 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code