Информация о Постановлении ЕСПЧ от 15.09.2015 по делу «Шишанов (Shishanov) против Республики Молдова» (жалоба N 11353/06)

По делу обжалуется жалоба заявителя на переполненность тюрем, неудовлетворительные бытовые и санитарно-гигиенические условия, а также на недостаточное количество и качество питания. По делу допущены нарушения требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Шишанов против Республики Молдова

(Shishanov v. Republic of Moldova)

(N 11353/06)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 15 сентября 2015 года (вынесено III Секцией)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Заявитель, которому в 1996 году по совокупности различных правонарушений и преступлений было назначено наказание в виде 25 лет лишения свободы, содержался в различных пенитенциарных учреждениях. Он жаловался в Европейский Суд, в частности, на переполненность тюрем, неудовлетворительные бытовые и санитарно-гигиенические условия, а также на недостаточное количество и качество питания.

В феврале 2014 года заявителя перевели в пенитенциарное учреждение, находящееся в Российской Федерации.

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции. (a) Приемлемость жалобы для ее рассмотрения по существу (возражение о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты). Европейский Суд неоднократно приходил к выводу, что внутригосударственные средства правовой защиты не гарантируют эффективного устранения негативных последствий нарушений Конвенции, вызванных плохими условиями содержания под стражей в Молдавии.

В настоящем деле средство правовой защиты, которое предлагало государство-ответчик, — подача к государству гражданского иска о возмещении ущерба — имело исключительно компенсационный характер и не могло улучшить условия содержания заявителя под стражей. Власти государства-ответчика не доказали, что практика судов Молдавии, предполагающая возложение на администрацию пенитенциарных учреждений обязанности по выплате денежной компенсации за плохие условия содержания под стражей, представляла собой в период времени, относящийся к обстоятельствам дела, устоявшуюся, неизменную и, следовательно, предсказуемую практику по гражданским делам. Таким образом, хотя подача гражданского иска о возмещении ущерба и являлась доступным средством правовой защиты, Европейский Суд не пришел к убеждению, что она была эффективна с практической точки зрения.

Относительно того, имелись ли в распоряжении заявителя эффективные превентивные средства правовой защиты, компетентный внутригосударственный орган власти не рассмотрел действия или бездействие, предположительно нарушающие статью 3 Конвенции, с точки зрения принципов и стандартов, сформулированных Европейским Судом в его прецедентной практике. Кроме того, установив факт несоблюдения в пенитенциарном учреждении положений законодательства Молдавии о гигиене заключенных, следственный судья не обязал администрацию этого пенитенциарного учреждения принять какие-либо конкретные меры. Последствия нарушений, констатированных следственным судьей, были устранены администрацией тюрьмы лишь частично. Соответственно, обращение к следственному судье не являлось эффективным с практической точки зрения.

Далее, по мнению властей государства-ответчика, заявитель должен был подать к государству гражданский иск о возмещении ущерба на основании решения следственного судьи. Однако даже если предположить, что в период, относящийся к обстоятельствам дела, это средство правовой защиты было эффективным, нельзя утверждать, что вынесение решения в пользу заключенного давало ему средства правовой защиты, позволяющие добиться признания его основных прав.

РЕШЕНИЕ

Предварительное возражение властей государства-ответчика отклонено (вынесено единогласно).

(b) Существо жалобы. Что касается соблюдения требований статьи 3 Конвенции. Условия содержания заявителя в каждом из трех пенитенциарных учреждений (переполненность тюрем, неудовлетворительные материальные и санитарно-гигиенические условия содержания под стражей, плохое качество и недостаточное количество питания) превысили уровень жестокости, который требуется согласно статье 3 Конвенции.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено единогласно).

В порядке применения статьи 46 Конвенции. В настоящем деле Европейский Суд пришел к выводу о нарушении статьи 3 Конвенции в связи с переполненностью пенитенциарных учреждений, в которых содержался заявитель, неудовлетворительными бытовыми и санитарно-гигиеническими условиями содержания в них, а также недостаточным количеством и качеством питания. С сентября 2005 года <1> Молдавия нарушила статью 3 Конвенции по аналогичным причинам в более чем 30 делах, а в производстве Европейского Суда находится более 70 жалоб, касающихся, прежде всего, тех же самых проблем.

———————————

<1> Постановление Европейского Суда по делу «Островар против Молдавии» [Ostrovar v. Moldova] от 13 сентября 2005 г., жалоба N 35207/03.

 

Несмотря на то, что власти государства-ответчика приняли меры по улучшению условий содержания под стражей, они должны предоставить в распоряжение заявителей качественный и эффективный механизм, позволяющий компетентному внутригосударственному органу власти рассматривать по существу жалобы на плохие условия содержания под стражей и соответствующим и достаточным образом компенсировать причиненный этим нарушением ущерб.

«Превентивные» и «компенсационные» средства правовой защиты должны существовать параллельно, дополняя друг друга. Если заявитель содержится под стражей в условиях, нарушающих статью 3 Конвенции, лучший способ устранить вредные последствия этого нарушения заключается в том, чтобы быстро прекратить нарушение его права не подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. Вместе с тем у каждого лица, которое содержалось под стражей в условиях, посягающих на его достоинство, должна быть возможность получить компенсацию за допущенное нарушение.

(a) Превентивные средства правовой защиты. Наилучший способ — создать специальный орган, осуществляющий надзор за деятельностью пенитенциарных учреждений. Для того, чтобы обращение в данный орган было эффективным, он должен: i) быть независимым по отношению к органам управления пенитенциарной системой, ii) обеспечивать эффективное участие заключенных в процессе рассмотрения поданных ими жалоб, iii) рассматривать жалобы заключенных оперативно и тщательно, iv) располагать широким правовым инструментарием, позволяющим искоренить проблемы, в связи с которыми были поданы эти жалобы, и v) быть в состоянии выносить обязательные и подлежащие исполнению решения. Кроме того, необходимо, чтобы это средство правовой защиты позволяло быстро положить конец содержанию под стражей в условиях, нарушающих статью 3 Конвенции.

Еще один возможный вариант заключается в обеспечении превентивного средства правовой защиты с помощью обращения в судебный орган путем создания нового механизма или изменения уже существующего средства правовой защиты, предполагающего обращение к следственному судье. В настоящем деле обращение к следственному судье оказалось неэффективным с практической точки зрения, главным образом, с одной стороны, поскольку судья не обязал администрацию пенитенциарного учреждения принять какие-либо конкретные меры, а с другой стороны, потому, что администрация этого учреждения устранила выявленные следственным судьей нарушения лишь частично. У компетентной судебной инстанции должно быть право обязать пенитенциарные органы принять конкретные меры по устранению нарушений, способные улучшить положение не только заявителя, но и других заключенных. В то же время государство обязано установить точный порядок исполнения предписанных судами мер.

(b) Компенсационные средства правовой защиты. Лежащее на заявителях бремя доказывания не должно быть чрезмерным. От заключенных может потребоваться доказать, что имела место хотя бы видимость нарушения статьи 3 Конвенции, и представить доказательства, которые они могут без труда получить. На внутригосударственных органах власти лежит обязанность принять меры по данным утверждениям.

Что касается процессуальных гарантий, решения по жалобам заключенных должны выноситься в разумный срок, а правила подачи и рассмотрения их жалоб должны соответствовать принципу справедливости, закрепленному в пункте 1 статьи 6 Конвенции. Нормы, касающиеся судебных издержек, не должны возлагать на заключенных чрезмерного бремени. Кроме того, присуждение компенсации не должно ставиться в зависимость от наличия у истцов возможности доказать незаконность действий или бездействия конкретных ответственных лиц или органов власти. Наконец, размер присуждаемой внутригосударственными судами компенсации морального вреда не должен быть слишком низким по сравнению с суммами, которые в аналогичных делах присуждает Европейский Суд.

Компенсационное средство правовой защиты, на которое ссылались власти государства-ответчика в настоящем деле, то есть подача к государству гражданского иска о возмещении ущерба, не было эффективным с практической точки зрения. В разъяснительном постановлении Пленума Высшей судебной палаты Республики Молдова от 24 декабря 2012 г. «О порядке рассмотрения споров о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба, причиненного заключенным нарушениями статей 3, 5 и 8 Конвенции» принимается во внимание большая часть принципов, выработанных Европейском Судом в прецедентной практике по компенсационным средствам правовой защиты. Однако Высшая судебная палата возложила обязанность доказать наличие морального вреда на заявителя. Вместе с тем вывод о несоответствии условий содержания под стражей требованиям статьи 3 Конвенции сам по себе дает серьезные основания полагать, что заключенному был причинен моральный вред.

Наконец, для лиц, которые продолжают содержаться под стражей, можно предусмотреть еще один вид компенсации: сокращение срока наказания соразмерно количеству дней, проведенных ими в условиях, не соответствующих Конвенции. В настоящее время при рассмотрении уголовных дел суды Молдавии могут уменьшить срок назначенного обвиняемому наказания, если придут к выводу, что он содержался под стражей в условиях, нарушающих требования статьи 3 Конвенции. Однако срок наказания не может быть сокращен после того, как лицу был вынесен обвинительный приговор, в связи с чем многие содержащиеся под стражей лица оказались лишены подобной возможности. Законодательство Молдавии не предусматривает конкретной методики расчета уменьшения срока наказания, а внутригосударственные суды не склонны сокращать срок наказания соразмерно количеству дней, проведенных под стражей в условиях, нарушающих требования статьи 3 Конвенции.

Европейский Суд также пришел к выводу о нарушении статьи 8 Конвенции в связи с нарушением права заявителя на уважение своей корреспонденции.

КОМПЕНСАЦИЯ

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование о взыскании возмещения материального ущерба было отклонено.

(См. также Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» [Ananyev and Others v. Russia] от 10 января 2012 г., жалобы N 42525/07 и 60800/08, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 148 <1>, а также решение Европейского Суда по делу «Стелла и другие против Италии» [Stella and Others v. Italy] от 16 сентября 2014 г., жалобы N 49169/09 и др., «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 177 <2>.)

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 8/2012 (примеч. редактора).

<2> Там же. N 12/2014 (примеч. редактора).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code