Информация о Постановлении ЕСПЧ от 03.09.2015 по делу «Сыро (Soro) против Эстонии» (жалоба N 22588/08)

По делу обжалуется жалоба заявителя на вмешательство государства в осуществление права на уважение его частной жизни. По делу допущены нарушения требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Сыро против Эстонии

(Soro v. Estonia)

(N 22588/08)

По материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 3 сентября 2015 года(вынесено I Секцией)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

После восстановления независимости от Советского Союза в 1991 году Эстония провела законодательные реформы для перехода к демократической системе правления. В феврале 1995 года был принят Закон о порядке взятия на учет и оглашения лиц, находящихся на службе в органах безопасности или органах разведки или контрразведки вооруженных сил государств, оккупировавших Эстонию, либо лиц, сотрудничавших с ними (далее — Закон об оглашении). В соответствии с Законом об оглашении сведения о предыдущих местах работы лиц, которые служили или сотрудничали с органами безопасности или разведывательными организациями прежнего режима, должны быть зарегистрированы и обнародованы. Заявитель работал водителем в Комитете государственной безопасности (далее — КГБ) в период с 1980 по 1991 год. В феврале 2004 года заявитель получил извещение, что он зарегистрирован в соответствии с Законом об оглашении и что соответствующее объявление будет опубликовано. Он не воспользовался своим правом подать жалобу, и в июне 2004 года объявление было опубликовано в печатной и интернет-версиях государственного бюллетеня.

Заявитель впоследствии пытался оспорить объявление в административных судах. Он объяснил, что ему пришлось оставить свою работу из-за публикации данной информации и что он только работал водителем в службах безопасности. Отклонив его жалобу, апелляционный суд согласился с тем, что применение Закона об оглашении могло быть вмешательством в осуществление основных прав лиц, но указал, что невозможно было установить с абсолютной уверенностью спустя десятилетия, выполнял ли конкретный водитель чисто техническую работу или на него возлагались задачи, которые делали применение Закона об оглашении соразмерным.

ВОПРОСЫ ПРАВА

По поводу соблюдения требований статьи 8 Конвенции. Опубликованная информация касалась прошлого заявителя и повлияла на его репутацию и поэтому представляет собой вмешательство государства в осуществление права заявителя на уважение его частной жизни. Вмешательство было основано на Законе об оглашении, который является достаточно ясным, доступным и преследовал законные цели предотвращения беспорядков и защиты национальной и общественной безопасности, прав и свобод других лиц.

При оценке необходимости данного вмешательства в демократическом обществе не существовало единого подхода среди Договаривающихся Государств в отношении мер по демонтажу наследия бывших коммунистических тоталитарных режимов. Ранее Европейский Суд подвергал критике отсутствие индивидуализации подобных мер. В настоящем деле Закон об оглашении не делал различия между разными уровнями бывших связей с КГБ. Хотя заявитель был проинформирован заранее о публикации и имел возможность оспорить информацию, отсутствовал доступный порядок оценки специфических задач, которые выполнялись отдельными сотрудниками спецслужб, чтобы дифференцировать опасность, которую они могут представлять через несколько лет после того, как завершилась их карьера в спецслужбах. Власти государства-ответчика не убедили Европейский Суд в том, что существовала разумная связь между преследуемой законной целью правительства и публикацией информации без учета конкретных функций бывших сотрудников КГБ. Соответствующая информация была опубликована спустя 13 лет после восстановления независимости Эстонии, и такой период времени, должно быть, уменьшил любую опасность, которую заявитель мог изначально представлять для новой демократической системы. Закон об оглашении сам по себе не налагает ограничений на будущее трудоустройство заявителя, но он, тем не менее, как утверждается, был вынужден уволиться из-за поведения своих коллег. Это свидетельствует о серьезности вмешательства государства в осуществление его права на личную жизнь, и данное вмешательство при обстоятельствах дела было несоразмерным.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции (вынесено четырьмя голосами «за» и тремя — «против»).

КОМПЕНСАЦИЯ

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 6 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование о взыскании возмещения материального ущерба было отклонено.

(См. также Постановление Европейского Суда по делу «Сидабрас и Дзяутас против Литвы» (Sidabras and Dziautas v. Lithuania) от 27 июля 2004 г., жалобы N 55480/00 и 59330/00, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 67 <1>, Постановление Европейского Суда по делу «Матийек против Польши» [Matyjek v. Poland] от 24 апреля 2007 г., жалоба 38184/03, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on case-law of the European Court of Human Rights] N 96 <2>, а также Постановление Европейского Суда по делу «Жичкус против Литвы» [Zickus v. Lithuania] от 7 апреля 2009 г., жалоба N 26652/02.)

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 1/2005 (примеч. редактора).

<2> Там же. N 10/2007 (примеч. редактора)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code