Кассационное определение Верховного Суда РФ от 09.07.2015 N 74-О15-1

Приговор: По ч. 1 ст. 116 УК РФ за нанесение побоев, по ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ за организацию убийства двух лиц.

Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 9 июля 2015 г. N 74-О15-1

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего — Иванова Г.П.,

судей — Боровикова В.П. и Русакова В.В.

при секретаре Смирновой О.П.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению государственного обвинителя Самойлова Ю.В. и кассационным жалобам осужденного Харлампьева Э.А. и адвоката Ушницкого В.Р. на приговор Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 8 июня 2007 года, которым

ХАРЛАМПЬЕВ Э.А. <…> несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу в размере 40 000 рублей и освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования,

по ч. 3 ст. 33 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 17 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Иванова Г.П., выступления адвоката Кондакова С.В., по доводам кассационной жалобы, прокурора Полеводова С.Н., просившего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда Харлампьев Э.А. признан виновным в организации убийства двух лиц, а также в нанесении побоев.

Преступления совершены 18 марта 2005 года в районе автотрассы <…> при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании Харлампьев Э.А. виновным себя признал частично.

В кассационном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Самойлов Ю.В. просит отменить приговор, дело направить на новое судебное рассмотрение, указывает на необоснованную переквалификацию действий осужденного Харлампьева Э.А. и мягкость назначенного наказания, ссылаясь на то, что судом необоснованно исключен квалифицирующий признак «совершение преступления из хулиганских побуждений», предусмотренный ч. 2 ст. 116 и п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку Харлампьев затеял ссору с потерпевшим Ш., использовав незначительный повод, так как сотрудничество потерпевшего с администрацией колонии и совершенное ранее ограбление женщины не затрагивали Харлампьева. Судом необоснованно признано доказанным, что потерпевшие «матерились и угрожали», поскольку показания всех подсудимых в этой части опровергнуты свидетелем К. и протоколом осмотра места происшествия. Обстоятельства, при которых были убиты Ш. и Д. указывают на особую жестокость их действий. Вывод суда о том, что Ш. для Д. не был близким человеком, основан на предположении. В то же время в судебном заседании установлено, что Ш. и Д. отбывали наказание в одной колонии, после освобождения поддерживали отношения, когда Ш. стали избивать в доме К., Д. вступился за него, что свидетельствует о наличии между потерпевшими отношений близких к дружеским. Кроме этого, Д. не только страдал от того, что наблюдал смерть Ш. но и сам осознавал, что его самого ждет насильственная смерть.

В кассационной жалобе адвокат Ушницкий В.Р. выражает несогласие с приговором в отношении осужденного Харлампьева, ссылаясь на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, судом неправильно применен уголовный закон, нарушен уголовно-процессуальный закон.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Харлампьев Э.А. выражает несогласие с приговором как несправедливым и необоснованным, указывает на то, что его осудили за преступление, которое он не совершал; предъявленное ему обвинение не доказано, поскольку доказательства являются косвенными; суд, исключив из предъявленного ему обвинения п. п. «д», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, нарушил закон; председательствующий по делу судья 15 мая 2007 года вынес постановление о признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса обвиняемого Г. (т. 1 л.д. 164 — 166), протоколов допроса подозреваемых Харлампьева Э.А. (т. 1 л.д. 146 — 149), Ю. (т. 1 л.д. 150 — 153), Г. (т. 1 л.д. 137 — 138), Х. (т. 1 л.д. 139 — 141), протокол показаний на месте подозреваемого Харлампьева Э.А. (т. 1 л.д. 156 — 157), протокол показаний на месте подозреваемого Г. (т. 1 л.д. 154 — 155), а затем, не отменяя данного постановления, выносит 24 мая 2007 года постановление о признании вышеуказанных доказательств допустимыми; на предварительном следствии, несмотря на разные позиции его и Ю. их интересы представлял один и тот же адвокат Протодьяконов, несмотря на то, что интересы осужденных Х. и Г. на предварительном следствии также были разные, их защиту осуществлял адвокат Свинобоев, что является нарушением положений ст. 72 УПК РФ; адвокат Протодьяконов был назначен ему следователем, а не по его требованию и волеизъявлению, что является нарушением закона; адвокат Протодьяконов был заинтересован в исходе дела, так как раньше работал следователем; в приговоре не приведены доказательства, подтверждающие, что сговор на лишение жизни потерпевших состоялся в квартире К. и на стоянке; он не распределял роли, не выбирал время и место преступления, не предоставлял орудия преступления, не организовывал преступление; из показаний свидетелей Ф. и С. не следует, что он организовал преступление; первоначальные показания Х. и Г. противоречивы; на Г. сотрудники правоохранительных органов оказывали психическое и физическое давление; представитель потерпевших — адвокат Николаева Н.В. не предоставила ордер на участие в судебном рассмотрении дела; он женат, положительно характеризуется; при рассмотрении дела судом были нарушены положения ч. 1 ст. 291 УПК РФ, поскольку государственный обвинитель заявил ходатайство о возобновлении судебного следствия после подготовки к судебным прениям; по ст. 116 УК РФ вину признает полностью. Просит отменить приговор и прекратить уголовное преследование против него, а также признать незаконным постановление суда от 24 мая 2007 года о признании доказательств допустимыми.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, Судебная коллегия считает, что вывод суда о виновности Харлампьева в организации умышленного причинения смерти двум лицам соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из показаний осужденного Г. данных им на стадии предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании видно, что по предложению Харлампьева он, Х. Ю. Ш. и Д. поехали на автомашине Ф. Харлампьев сказал, что Ш. и Д. надо убить. На что он согласился, ножом нанес каждому из потерпевших несколько ударов (т. 1 л.д. 137 — 138, 154 — 155).

Из показаний допрошенного в качестве подозреваемого 2 апреля 2005 года Ю. следует, что Х. и Харлампьев избивали Д. дома у К. он также несколько раз ударил Д. Затем Харлампьев подверг избиению Ш. Он и Х. также несколько раз нанесли удары Ш. После чего по указанию Харлампьева он вызвал автомашину. Когда автомашина приехала, он по указанию Харлампьева отвел Ш. и Д. к автомашине, которые по указанию Харлампьева залезли в багажник автомашины. Когда он, Г. и Х. подошли после убийства Ш. и Д. к автомашине, в которой находился Харлампьев, последний спросил у Г., убил ли он Ш. и Д. Г. ответил, что убил (т. 1 л.д. 150 — 153).

Из анализа показаний Ю. и Г., данных ими в период предварительного следствия в качестве подозреваемых, а также из показаний свидетеля Ф., суд сделал обоснованный вывод о том, что после конфликта с потерпевшими у Харлампьева возник умысел на лишение жизни Ш. и Д., в связи с чем, он организовал их убийство. С этой целью он заранее попросил Ю. вызвать автомашину, не осведомив его о своих намерениях. Затем он склонил Г. и Х. к участию в убийстве потерпевших, заставил потерпевших поехать с ними, указывал водителю дорогу к месту убийства. После убийства потерпевших интересовался у Г. убил ли он потерпевших.

Указанным выше доказательствам в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами суд дал надлежащую оценку. При этом суд обоснованно признал достоверными показания Г. и Ю., данные ими в ходе предварительного следствия, поскольку они получены в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, согласуются с показаниями свидетелей, заключениями экспертов, сведениями, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия и другими, приведенными в приговоре, доказательствами.

В связи с чем, доводы осужденного Харлампьева о том, что его осудили за преступление, которое он не совершал, предъявленное ему обвинение не доказано являются несостоятельными.

Ссылка Харлампьева в жалобе на то, что из показаний свидетелей Ф. и С. не следует, что он организовал преступление, несостоятельна, поскольку его вина в совершении преступления установлена на основании совокупности исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательств, а не только на показаниях указанных лиц.

Вопреки утверждениям осужденного исключение судом из предъявленного ему обвинения п. п. «д», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ не является нарушением закона, поскольку изменение предъявленного Харлампьеву обвинения не повлекло ухудшение его положения и не нарушило право на защиту. При этом в приговоре приведены основания и мотивы изменения обвинения.

То обстоятельство, что судья сначала признал недопустимыми доказательствами протоколы допросов обвиняемого Г. (т. 1 л.д. 164 — 166), подозреваемых Харлампьева Э.А. (т. 1 л.д. 146 — 149), Ю. (т. 1 л.д. 150 — 153), Г. (т. 1 л.д. 137 — 138), Х. (т. 1 л.д. 139 — 141), протокол показаний на месте подозреваемого Харлампьева Э.А. (т. 1 л.д. 156 — 157), протокол показаний на месте подозреваемого Г. (т. 1 л.д. 154 — 155), а затем вынес постановление о признании протокола допроса подозреваемого Г. от 2 апреля 2005 года в т. 1 л.д. 137 — 138, протокола проверки показаний на месте подозреваемого Г. от 2 апреля 2005 года в т. 1 л.д. 154 — 155, протокола допроса подозреваемого Ю. от 2 апреля 2005 года в т. 1 л.д. 150 — 153 допустимыми доказательствами не является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку в соответствии с ч. 7 ст. 235 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым. При этом закон не требует вынесения судом постановления об отмене предыдущего решения о признании доказательства недопустимым.

С доводами осужденного Харлампьева о том, что в нарушение положений ч. 1 ст. 291 УПК РФ государственный обвинитель заявил ходатайство о возобновлении судебного следствия после подготовки к судебным прениям, согласиться нельзя, поскольку возобновление судебного следствия регулируется ст. 294 УПК РФ, согласно которой, если участники прений сторон заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд вправе возобновить судебное следствие.

Из материалов же уголовного дела следует, что 11 мая 2007 года судебное следствие по делу было окончено и объявлен перерыв до 18 мая 2007 года. В указанный день государственный обвинитель Попова Т.П. заявила ходатайство о возобновлении судебного следствия для допроса понятых. Данное ходатайство судом было удовлетворено, судебное следствие возобновлено, заявленное государственным обвинителем ходатайство о допросе понятых рассмотрено и объявлен перерыв в судебном заседании до 21 мая 2007 года (т. 6 л.д. 110 — 111).

После перерыва государственный обвинитель заявил ходатайство о признании ранее исключенных из судебного разбирательства доказательств допустимыми. После рассмотрения этого ходатайства судебное следствие было объявлено оконченным и суд перешел к прениям сторон.

Доводы осужденного о том, что на предварительном следствии, несмотря на разные позиции его и Ю., их интересы представлял один и тот же адвокат Протодьяконов, несмотря на то, что интересы осужденных Хромова и Григорьева на предварительном следствии также были разные, их защиту осуществлял адвокат Свинобоев, что является нарушением положений ст. 72 УПК РФ, не могут быть приняты во внимание и являться основанием для отмены приговора, поскольку по данным основаниям суд признал недопустимыми доказательствами протоколы допросов подозреваемых Х. и Х. протокол проверки показаний подозреваемого Харлампьева на месте преступления. Вместе с тем, суд правильно сделал вывод о том, что при первоначальных допросах Г. и Ю., при проверке показаний Г. на месте преступления закон не был нарушен. При этом, суд обоснованно указал, что до оказания юридической помощи адвокатом Свинобоевым подозреваемому Г. и адвокатом Протодьяконовым подозреваемому Ю. они не оказывали юридической помощи другим подозреваемым по делу лицам. Адвокаты осуществляли защиту прав и интересов Ю. и Г. в соответствии со ст. 49 УПК РФ. Обстоятельств, указанных в п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ и исключающих участие защитника в производстве по уголовному делу, на момент допросов Ю. и Г. при проверке показаний Г. на месте преступления, не существовало. Поэтому защитники Свинобоев и Протодьяконов вправе были принимать участие в производстве вышеуказанных следственных действий.

Выявившиеся позже противоречия в интересах Х. и Г. Ю. и Харлампьева и обязывающие адвокатов устраниться от участия в защите Х. и Харлампьева были учтены судом, протоколы допросов Х. и Харлампьева в качестве подозреваемых, протокол проверки показаний на месте Харлампьева были признаны недопустимыми доказательствами, исключены из перечня доказательств и не использовались судом при постановлении приговора.

Нельзя также согласиться с доводами осужденного о нарушении закона, выразившемся в том, что адвокат Протодьяконов был назначен ему следователем без его волеизъявления, поскольку Харлампьев не имел защитника по соглашению и следователь в соответствии с положениями п. 5 ч. 1 и ч. 3 ст. 51 УПК РФ для защиты его интересов обеспечил участие в производстве по делу адвоката Протодьяконова. При этом, как следует из материалов уголовного дела, Харлампьев не возражал против участия адвоката Протодьяконова в качестве его защитника и отводов ему не заявлял. Утверждение Харлампьева о заинтересованности адвоката Протодьяконова в исходе дела является голословным и ничем объективно не подтверждено.

Утверждения осужденного Харлампьева о наличии противоречий в первоначальных показаниях Х. и Г. не могут быть приняты во внимание, поскольку первоначальные показания Х. данные им в качестве подозреваемого от 2 апреля 2005 года (т. 1 л.д. 139 — 141), признаны судом недопустимыми доказательствами и не приведены в приговоре.

Доводы осужденных о том, что к ним в ходе предварительного следствия применялись незаконные методы ведения следствия, судом проверялись и не нашли своего подтверждения.

Вопреки утверждениям осужденного Харлампьева в материалах уголовного дела имеется ордер адвоката Николаевой Н.В. на представление интересов потерпевших (т. 6 л.д. 85).

Судебная коллегия не находит оснований и для отмены приговора по доводам, изложенным в кассационном представлении и дополнении к нему.

Вывод суда об отсутствии в действиях осужденного хулиганских побуждений и особой жестокости основан на анализе и оценке исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательствах и мотивирован в приговоре. Оснований не согласиться с выводами суда Судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено.

Правовая оценка действиям осужденного в приговоре дана правильная.

Наказание назначено Харлампьеву с учетом всех обстоятельств, влияющих на наказание, в том числе и тех, на которые содержатся ссылки в кассационной жалобе, поэтому оснований для его смягчения, а также для его ужесточения Судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 8 июня 2007 года в отношении Харлампьева Э.А. оставить без изменения, а кассационное представление и кассационные жалобы — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code