Постановление ЕСПЧ от 08.01.2009 «Дело «Закриева и другие (Zakriyeva and Others) против Российской Федерации» (жалоба N 20583/04) [рус., англ.] Часть 3

1  2   3   4   5

Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

 

  1. Заявители ссылались на статью 3 Конвенции, утверждая, что в результате исчезновения их родственника и неспособности властей государства-ответчика расследовать данное преступление надлежащим образом они испытали душевные страдания в нарушение статьи 3 Конвенции, которая гласит:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

 

  1. Доводы сторон

 

  1. Власти Российской Федерации оспорили данные утверждения и указали, что расследование не установило, что заявители подверглись бесчеловечному или унижающему достоинство обращению, запрещенному статьей 3 Конвенции.
  2. Заявители настаивали на своих доводах.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. Ссылаясь на свою сложившуюся правоприменительную практику, Европейский Суд напоминает, что в ситуации, когда человек был похищен сотрудниками государственных служб безопасности и впоследствии исчез, его или ее родственники могут быть признаны потерпевшими в результате обращения, нарушающего статью 3 Конвенции, в связи с душевными страданиями, причиненными «исчезновением» члена их семьи и реакцией и действиями властей, когда информация была доведена до их сведения (см. Постановление Европейского Суда по делу «Курт против Турции» (Kurt v. Turkey) от 25 мая 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-III, §§ 130 — 134, и Постановление Европейского Суда по делу «Тимурташ против Турции» ( v. Turkey), жалоба N 23531/94, ECHR 2000-VI, §§ 96 — 98).
  2. Рассматривая обстоятельства настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что заявители являлись ближайшими родственниками Асланбека Хамзаева <2>. Следовательно, не вызывает сомнений тот факт, что заявители действительно испытывали душевные страдания в связи с похищением их сына, мужа и брата.

———————————

<2> То же.

 

  1. Европейский Суд отмечает, что он уже устанавливал нарушение статьи 3 Конвенции в отношении родственников исчезнувших лиц в ряде дел, касавшихся феномена «исчезновения» в Чеченской Республике (см., например, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Лулуев и другие против Российской Федерации», §§ 117 — 118, Постановление Европейского Суда по делу «Хамила Исаева против Российской Федерации» (Khamila Isayeva v. Russia) от 15 ноября 2007 г., жалоба N 6846/02 <3>, §§ 143 — 145, и Постановление Европейского Суда по делу «Кукаев против Российской Федерации» (Kukayev v. Russia) от 15 ноября 2007 г., жалоба N 29361/02, §§ 107 — 110). Однако Европейский Суд обращает внимание на то, что в этих делах власти Российской Федерации были признаны ответственными за исчезновение родственников заявителей. В настоящем деле, напротив, не было установлено «вне всякого разумного сомнения», что власти Российской Федерации были причастны к похищению Асланбека Хамзаева (см. § 70 настоящего Постановления). Учитывая изложенное, Европейский Суд отмечает, что настоящее дело существенно отличается от вышеупомянутых, поэтому он приходит к заключению, что власти государства-ответчика не могут быть признаны ответственными за душевные страдания, причиненные преступлением как таковым.

———————————

<3> Опубликовано в специальном выпуске «Российская хроника Европейского Суда» N 3/2011.

 

  1. Кроме того, в отсутствие установленной ответственности государства-ответчика за похищение Асланбека Хамзаева <1> Европейский Суд не убежден, что действия следственных органов, хотя и небрежные в такой степени, что нарушили процессуальную составляющую статьи 2 Конвенции, могли причинить заявителям душевные страдания, уровень которых превышал минимальный уровень жестокости, который необходим, чтобы обращение рассматривалось как подпадающее в сферу действия статьи 3 Конвенции (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу «Крус Варас и другие против Швеции» (Cruz Varas and Others v. Sweden) от 20 марта 1991 г., Series A, N 201, § 83).

———————————

<1> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбека Хамзатова…».

 

  1. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

 

VII. Предполагаемое нарушение статьи 5 Конвенции

 

  1. Заявители также утверждали, что Асланбек Хамзаев <2> был задержан в нарушение гарантий статьи 5 Конвенции, в соответствующих частях которой говорится следующее:

———————————

<2> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбека Хамзатова…».

 

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы, иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

… (c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения…

  1. Каждому арестованному незамедлительно сообщаются на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявляемое ему обвинение.
  2. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом «c» пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или другому должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд.
  3. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.
  4. Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию».

 

  1. Доводы сторон

 

  1. По мнению властей Российской Федерации, следователями не было получено ни одного доказательства в подтверждение того, что Асланбек Хамзаев <3> был задержан представителями государства в нарушение гарантий, закрепленных в статье 5 Конвенции.

———————————

<3> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбек Хамзатов…».

 

  1. Заявители настаивали на своей жалобе.
  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. Прежде всего Европейский Суд уже указывал на основополагающую важность гарантий статьи 5 Конвенции для обеспечения права любого лица в демократическом обществе не подвергаться произвольному задержанию. Европейский Суд также устанавливал, что задержание лица, которое впоследствии не было признано, является полным игнорированием гарантий, содержащихся в статье 5 Конвенции, и свидетельствует об особо серьезном нарушении ее положений (см. Постановление Европейского Суда по делу «Чичек против Турции» ( v. Turkey), жалоба N 25704/94, § 164, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Лулуев и другие против Российской Федерации», § 122).
  2. Тем не менее Европейский Суд не считает установленным «вне всяких разумных сомнений», что Асланбек Хамзаев <4> был задержан военнослужащими Российской Федерации (см. § 70 настоящего Постановления). Отсутствуют какие-либо основания считать, что исчезнувший мужчина был заключен под стражу в неустановленном месте, контролируемом представителями государства.

———————————

<4> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбек Хамзатов…».

 

  1. Следовательно, Европейский Суд заключает, что данная часть жалобы должна быть отклонена, поскольку она несовместима с требованием ratione personae <1> и должна быть признана неприемлемой в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

———————————

<1> Ratione personae (лат.) — одно из оснований приемлемости жалобы, заключающееся в том, что лицо, подающее жалобу, должно, во-первых, являться одним из субъектов, указанных в статье 34 Конвенции, а, во-вторых, являться прямой и непосредственной жертвой нарушения Конвенции; так называемая компетенция Европейского Суда по кругу лиц (примеч. переводчика).

 

VIII. Предполагаемое нарушение статьи 13 Конвенции

 

  1. Заявители жаловались на то, что в их распоряжении не было эффективных средств правовой защиты в связи с заявленными нарушениями, противоречащими статье 13 Конвенции, которая гласит:

«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».

 

  1. Доводы сторон

 

  1. Власти Российской Федерации утверждали, что в распоряжении заявителей были эффективные средства правовой защиты, как того требует статья 13 Конвенции, и что власти не препятствовали им в том, чтобы они воспользовались этими средствами. Заявители имели возможность обжаловать действия или бездействие следственных органов вышестоящим прокурорам или в суд, а также могли подать гражданские иски о возмещении вреда. В итоге власти Российской Федерации утверждали, что не было нарушения статьи 13 Конвенции.

 

  1. Заявители настаивали на жалобе.

 

  1. Мнение Европейского Суда

 

  1. Европейский Суд отмечает, что жалоба, поданная заявителями согласно данной статье, уже была рассмотрена в контексте статьи 2 Конвенции. Принимая во внимание выводы о нарушении процессуальной составляющей статьи 2 Конвенции (см. § 90 настоящего Постановления), Европейский Суд считает, что, поскольку жалоба на нарушение статьи 13 Конвенции в совокупности со статьей 2 Конвенции является приемлемой для рассмотрения по существу, отсутствует необходимость проводить отдельное рассмотрение этой жалобы по существу (см. mutatis mutandis Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Макарадзис против Греции» (Makaratzis v. Greece), жалоба N 50385/99, ECHR 2004-XI, §§ 84 — 86, и Постановление Европейского Суда по делу «Анык и другие против Турции» ( and Others v. Turkey) от 5 июня 2007 г., жалоба N 63758/00, § 86).

 

  1. Предполагаемое нарушение статьи 14 Конвенции

 

  1. В своей жалобе заявители утверждали, что они подверглись дискриминации по национальному признаку в нарушение статьи 14 Конвенции, которая гласит:

«Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка и религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или любым иным признакам».

  1. В своих замечаниях по поводу приемлемости и существа жалобы, датированных 21 марта 2008 г., заявители указали, что они не намерены добиваться рассмотрения жалобы на нарушение статьи 14 Конвенции.
  2. Европейский Суд, принимая во внимание статью 37 Конвенции, отмечает, что заявители не намерены добиваться рассмотрения жалобы в этой части по смыслу подпункта «a» пункта 1 статьи 37 Конвенции. Европейский Суд не усматривает причин общего характера, влияющих на соблюдение прав человека, определенных Конвенцией, которые требовали бы дальнейшего рассмотрения настоящей жалобы на основании пункта 1 статьи 37 Конвенции in fine <2> (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу «Стаматиос Карагианнис против Греции» (Stamatios Karagiannis v. Greece) от 10 февраля 2005 г., жалоба N 27806/02, § 28).

———————————

<2> In fine (лат.) — в конце (примеч. переводчика).

 

  1. Следовательно, данную часть жалобы следует исключить в соответствии с подпунктом «a» пункта 1 статьи 37 Конвенции.

 

  1. Применение статьи 41 Конвенции

 

  1. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

 

  1. Материальный ущерб

 

  1. Первая и четвертая заявительницы, пятый заявитель требовали возмещения материального ущерба в связи с утратой заработка их родственника. Они утверждали, что, хотя Асланбек Хамзаев <1> на момент задержания являлся безработным, он мог бы найти работу и получать, по крайней мере, минимальную заработную плату и финансово поддерживать их. Первая заявительница требовала по данному пункту выплатить ей компенсацию в размере 296 086,21 рубля (приблизительно 8 300 евро), четвертая заявительница — 102 958,51 рубля (приблизительно 2 900 евро) и пятый заявитель — 93 326, 21 рубля (приблизительно 2 600 евро).

———————————

<1> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбек Хамзатов…».

 

  1. Власти Российской Федерации сочли требуемые суммы чрезмерными.
  2. Европейский Суд напоминает, что должна существовать четкая причинно-следственная связь между заявленной суммой компенсации и нарушением положений Конвенции и что в соответствующих случаях может быть затребована компенсация в связи с утратой заработка. Принимая во внимание вышеприведенные выводы о том, что отсутствовало нарушение материальной составляющей статьи 2 Конвенции, Европейский Суд устанавливает, что отсутствует непосредственная причинно-следственная связь между предполагаемым нарушением права Асланбека Хамзаева <2> на жизнь и утратой первой и четвертой заявительницами, пятым заявителем финансовой поддержки, которую он мог бы оказать. Следовательно, Европейский Суд ничего не присуждает по данному основанию.

———————————

<2> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбек Хамзатов…».

 

  1. Моральный вред

 

  1. Первая заявительница потребовала 40 000 евро, четвертая заявительница и пятый заявитель потребовали по 30 000 евро каждому, а шестой, седьмой и восьмой заявители — по 5 000 евро каждому в качестве компенсации морального вреда, причиненного им потерей члена их семьи, а также равнодушием, проявленным властями в связи с этим.
  2. Власти Российской Федерации сочли требуемые суммы чрезмерными.
  3. Европейский Суд установил нарушение процессуальной составляющей статьи 2 Конвенции. Таким образом, Европейский Суд считает, что заявителям был причинен моральный вред, который не может быть компенсирован одним только фактом установления нарушения. Европейский Суд считает справедливым присудить первой и четвертой заявительницам, пятому заявителю по 2 000 евро каждому, а шестому, седьмому и восьмому заявителям по 850 евро каждому плюс любой налог, который может быть взыскан с этих сумм.

 

  1. Судебные расходы и издержки

 

  1. Интересы заявителей в Европейском Суде представляли адвокаты неправительственной организации «Правовая инициатива по России». Они предоставили перечень понесенных ими расходов и издержек, включая расходы на исследовательскую работу при ставке 50 евро в час, на составление юридических документов, которые были представлены в Европейский Суд и во внутригосударственные органы, при ставке 50 евро в час для юристов неправительственной организации «Правовой инициативы по России» и 150 евро в час для старших сотрудников указанной организации. Они также требовали компенсации расходов, связанных с курьерской доставкой документов, оплатой услуг переводчика, подтвержденных соответствующими счетами, и административных расходов, которые не были подтверждены какими-либо документами. Общая сумма требуемой компенсации в отношении судебных расходов и издержек, связанных с правовым представительством интересов заявителей, составила 7 773,17 евро.
  2. Власти Российской Федерации оспорили обоснованность и оправданность требуемой суммы. Они также утверждали, что требования о справедливой компенсации подписаны шестью адвокатами, двое из которых не указаны в доверенности, подписанной заявителями. Они также подвергли сомнению разумность отправки корреспонденции в Секретариат Европейского Суда курьерской службой.
  3. Европейский Суд отмечает, что заявители выдали неправительственной организации «Правовая инициатива по России» и четырем ее адвокатам доверенность. Требования заявителей о справедливой компенсации были подписаны в общей сложности шестью лицами. Имена трех из них упоминаются в доверенности, в то время как три других адвоката сотрудничали с неправительственной организацией «Правовая инициатива по России». Принимая во внимание данные обстоятельства, Европейский Суд не видит оснований сомневаться в том, что шесть адвокатов, упомянутых в требованиях заявителей о выплате компенсации судебных расходов и издержек, принимали участие в подготовке замечаний заявителей. Кроме того, Европейский Суд также не видит оснований для вывода о том, что заявители не имели права направлять свои заявления в Европейский Суд курьерской почтой.
  4. Европейский Суд должен, во-первых, установить, были ли расходы и издержки, указанные заявителями, понесены ими в действительности, и, во-вторых, были ли они необходимыми (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства», § 220).
  5. Учитывая представленные подробные данные, Европейский Суд считает указанные ставки разумными и отражающими фактические расходы, понесенные представителями заявителей.
  6. Далее Европейский Суд должен установить, действительно ли расходы и издержки, понесенные в связи с правовым представительством, были необходимы. Европейский Суд полагает, что настоящее дело было достаточно сложным и требовало определенной исследовательской и подготовительной работы. В то же время Европейский Суд отмечает, что в связи с применением пункта 3 статьи 29 Конвенции в настоящем деле представители заявителей представили свои замечания по вопросам приемлемости и существу жалобы в одном пакете документов. Однако в деле было очень мало подтверждающих документов вследствие отказа властей Российской Федерации предоставить материалы дела. В связи с этим Европейский Суд сомневается в том, что на подготовку документов требовалось так много времени, как утверждали представители заявителей.
  7. Принимая во внимание подробности требований, предъявленных заявителями, Европейский Суд считает целесообразным присудить представителям заявителей 4 500 евро за вычетом 850 евро, полученных в качестве правовой помощи от Совета Европы, плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы применительно к заявителям, и данная сумма должна быть перечислена на банковский счет представителей заявителей в Нидерландах, указанный заявителями.

 

  1. Процентная ставка при просрочке платежа

 

  1. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО

 

1) решил исключить жалобу из списка своих дел в соответствии с подпунктом «a» пункта 1 статьи 37 Конвенции в части, касающейся жалобы заявителей на нарушение статьи 14 Конвенции;

2) отклонил возражение властей Российской Федерации, касающееся злоупотребления правом на подачу жалобы;

3) отклонил возражение властей Российской Федерации, касающееся locus standi;

4) решил одновременно с существом жалобы рассмотреть возражение властей Российской Федерации относительно неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты и отклонил его;

5) объявил, что жалобы на нарушение статей 2 и 13 Конвенции являются приемлемыми для рассмотрения существу, а остальная часть жалобы — неприемлемой;

6) постановил, что отсутствовало нарушение материальной составляющей статьи 2 Конвенции в отношении Асланбека Хамзаева <1>;

———————————

<1> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбека Хамзатова…».

 

7) постановил, что имело место нарушение статьи 2 Конвенции в связи с непроведением эффективного расследования обстоятельств похищения Асланбека Хамзаева <2>;

———————————

<2> Исправлено 17 марта 2009 г.: в тексте было «Асланбека Хамзатова…».

 

8) постановил, что не возникает отдельного вопроса в соответствии со статьей 13 Конвенции в отношении предполагаемого нарушения статьи 2 Конвенции;

9) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить всем заявителям следующие суммы:

(i) по 2 000 евро (две тысячи евро) каждому в качестве компенсации морального вреда первой и четвертой заявительницам, пятому заявителю и по 850 евро (восемьсот пятьдесят евро) шестому, седьмому и восьмому заявителям каждому, подлежащие переводу в рубли по курсу, действующему на день оплаты, плюс любой налог, который может быть взыскан с этих сумм;

(ii) 3 650 евро (три тысячи шестьсот пятьдесят евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащие переводу на банковский счет представителей заявителей в Нидерландах, плюс любой налог, который может быть взыскан с заявителей;

(b) по истечении указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на указанные суммы должны начисляться простые проценты в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, действующей в период невыплаты, плюс три процента;

10) отклонил оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 8 января 2009 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты Суда
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН

1  2   3   4   5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code