Постановление ЕСПЧ от 08.01.2009 «Дело «Закриева и другие (Zakriyeva and Others) против Российской Федерации» (жалоба N 20583/04) [рус., англ.]

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО «ЗАКРИЕВА И ДРУГИЕ (ZAKRIYEVA AND OTHERS)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба N 20583/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
(Страсбург, 8 января 2009 года) <3>
———————————
<1> Перевод с английского Ю.Ю. Берестнева.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 6 июля 2009 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).

<3> 17 марта 2009 г. в текст Постановления были внесены изменения в соответствии с правилом 81 Регламента Суда (примеч. Секретариата Европейского Суда).
По делу «Закриева и другие против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), рассматривая дело Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты,
Анатолия Ковлера,
Элизабет Штейнер,
Дина Шпильманна,
Сверре-Эрика Йебенса,
Джиорджио Малинверни,
Георга Николау, судей,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 4 декабря 2008 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

  1. Дело было инициировано жалобой N 20583/04, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) восемью гражданами Российской Федерации (далее — заявители) 18 мая 2004 г.
  2. Интересы заявителей в Европейском Суде представляли адвокаты из неправительственной организации «Правовая инициатива по России» (Stichting Russian Justice Initiative) с главным офисом в Нидерландах и представительством в Российской Федерации. Власти Российской Федерации были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека В.В. Милинчук.
  3. 1 сентября 2005 г. Европейский Суд принял решение применить правило 41 Регламента Суда.
  4. 21 мая 2007 г. власти Российской Федерации были официально уведомлены о жалобе. Европейский Суд также принял решение о рассмотрении жалобы по существу одновременно с рассмотрением вопроса о ее приемлемости (пункт 3 статьи 29 Конвенции).
  5. Власти Российской Федерации возражали против рассмотрения жалобы по существу одновременно с рассмотрением вопроса о ее приемлемости. Рассмотрев возражение властей Российской Федерации, Европейский Суд отклонил его.

ФАКТЫ

  1. Обстоятельства дела
  1. Заявителями по настоящему делу являются:

1) Тамара Аднановна Закриева, 1951 года рождения;

2) Амнат Хасиевна Хакимова, 1978 года рождения;

3) Мовсар Асланбекович Хамзаев, 1999 года рождения;

4) Иман Асланбековна Хамзаева, 2002 года рождения;

5) Ильяс Асланбекович Хамзаев, 2003 года рождения;

6) Дук-Ваха Эсикаевич Хамзаев, 1972 года рождения;

7) Аслан Эсикович Хамзаев, 1980 года рождения;

8) Хаваж Эсикович Хамзаев, 1983 года рождения.

Вторая заявительница проживает в селе Ачхой-Мартан Чеченской Республики. Остальные заявители проживают в селе Гехи Урус-Мартановского района Чеченской Республики.

  1. Первая заявительница является матерью шестого, седьмого, восьмого заявителей, а также Асланбека Эсиковича Хамзаева, 1974 года рождения. Асланбек Хамзаев был женат на второй заявительнице, они являются родителями третьего, четвертой и пятого заявителей.

 

  1. Исчезновение Асланбека Хамзаева
  1. Версия заявителей
  1. Заявители не были свидетелями похищения Асланбека Хамзаева. Описание событий, приведенное ниже, основано на показаниях третьих сторон, предоставленных заявителями.
  2. 25 июня 2002 г. Асланбек Хамзаев навещал свою тетю Ю., проживавшую в г. Грозном. Примерно в 15.00, когда он возвращался домой в село, на контрольно-пропускном пункте недалеко от села Алды его автомобиль был остановлен группой вооруженных мужчин. Военнослужащие приказали Асланбеку Хамзаеву выйти из автомобиля, а затем посадили его в один из бронетранспортеров, стоявших недалеко от контрольно-пропускного пункта. Регистрационный номер этого бронетранспортера был покрыт грязью настолько, что видны были только две цифры из трех, «2» и «8». Затем все бронетранспортеры уехали в направлении г. Грозного.
  3. Тем временем распространился слух, что военные подразделения Российской Федерации проводили спецоперацию в окрестностях г. Грозного. Ю. беспокоилась о безопасности своего племянника и поехала в село Гехи, чтобы увидеть его. Недалеко от контрольно-пропускного пункта в селе Алды она встретила группу женщин, которые видели, как был похищен Асланбек Хамзаев, и рассказали ей об этом. Ю. поехала в г. Грозный следом за бронетранспортерами, которые она в итоге нагнала, а затем последовала за ними на охраняемую территорию военной комендатуры Заводского района г. Грозного.
  4. Позднее в тот же день заявители обратились в военную комендатуру Заводского района г. Грозного с целью узнать что-либо о местонахождении Асланбека Хамзаева, но не получили какой-либо информации.
  5. Примерно через полтора года неизвестные лица сообщили заявителям, что 25 июля 2002 г. не все бронетранспортеры прибыли в расположение военной комендатуры Заводского района г. Грозного, поскольку один из них отделился от группы и поехал в направлении Октябрьского района г. Грозного.

 

  1. Информация, предоставленная властями Российской Федерации
  1. Власти Российской Федерации утверждали, что 25 июня 2002 г. неустановленные лица, одетые в камуфляжную форму, похитили Асланбека Хамзаева в селе Алды Заводского района г. Грозного Чеченской Республики.
  1. Розыск Асланбека Хамзаева и расследование
  1. Доводы заявителей
  1. 28 июня 2002 г. вторая заявительница обратилась в правозащитный центр «Мемориал», неправительственную организацию, находившуюся в г. Москве, и сообщила, что ее муж был задержан военнослужащими Российской Федерации, и просила сотрудников центра оказать содействие в его розыске. В тот же день адвокаты правозащитного центра «Мемориал» направили письмо в прокуратуру г. Грозного, ходатайствуя о возбуждении уголовного дела по факту исчезновения Асланбека Хамзаева.
  2. 6 августа 2002 г. прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело по факту исчезновения Асланбека Хамзаева в соответствии с частью второй статьи 126 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) (похищение человека). Делу был присвоен N 50115.
  3. 22 августа 2002 г. прокуратура г. Грозного признала первую заявительницу потерпевшей по данному делу.
  4. 6 ноября 2002 г. прокуратура г. Грозного приостановила расследование в связи с невозможностью установить лиц, причастных к преступлению.
  5. 6 марта 2003 г. первая заявительница обратилась с письмом в Прокуратуру Чеченской Республики, направив копию Специальному представителю Президента Российской Федерации по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике. Она утверждала, что ее сын был задержан военнослужащими Российской Федерации в ходе проведения операции «по зачистке», проводившейся в селе Алды, и увезен на бронетранспортере. Она ходатайствовала о возбуждении уголовного дела.
  6. 3 июня 2003 г. Главная военная прокуратура направила жалобу первой заявительницы в военную прокуратуру Объединенной группировки войск.
  7. 7 июля 2003 г. Прокуратура Чеченской Республики возобновила расследование по факту похищения Асланбека Хамзаева и надлежащим образом уведомила об этом первую заявительницу. Ей также сообщили, что она может обращаться с любыми последующими вопросами в прокуратуру Заводского района г. Грозного.
  8. 11 июля 2003 г. прокуратура Объединенной группировки войск направила жалобу первой заявительницы в военную прокуратуру — войсковую часть N 20102.
  9. 21 июля 2003 г. отдел внутренних дел Заводского района г. Грозного выдал свидетельство, подтверждавшее, что Асланбек Хамзаев считался пропавшим без вести с 25 июня 2002 г. и что дело о его розыске под N 02027 находилось на рассмотрении в отделе внутренних дел Заводского района г. Грозного.
  10. 15 августа 2003 г. военная прокуратура — войсковая часть N 20102 проинформировала первую заявительницу о том, что следствием по факту похищения Асланбека Хамзаева не было установлено, что ее сын был задержан в ходе проведения спецопераций «по зачистке» 25 июня 2002 г. Не была установлена и причастность военнослужащих Российской Федерации к данному преступлению. Прокуратура также отметила, что жалоба заявительницы была направлена в прокуратуру Урус-Мартановского района.
  11. 20 августа 2003 г. Управление Генеральной прокуратуры Российской Федерации по Южному федеральному округу проинформировало первую заявительницу о том, что ее жалоба направлена в Прокуратуру Чеченской Республики.
  12. 4 сентября 2003 г. военная прокуратура — войсковая часть N 20102 направила жалобу первой заявительницы военному коменданту Урус-Мартановского района.
  13. 25 ноября 2003 г. представители неправительственной организации «Правовая инициатива по России» обратились в прокуратуру Заводского района г. Грозного с тем, чтобы их проинформировали о том, было ли возбуждено дело по факту похищения Асланбека Хамзаева военнослужащими Российской Федерации, и какие следственные действия были предприняты. Они также просили следователей допросить определенных свидетелей преступления.
  14. 27 ноября 2003 г. Прокуратура Чеченской Республики направила письмо первой заявительницы в прокуратуру Заводского района г. Грозного с указанием приобщить его к материалам дела N 50115.
  15. 2 февраля 2005 г. неправительственная организация «Правовая инициатива по России» направила в прокуратуру Заводского района г. Грозного ходатайство о том, чтобы их проинформировали о ходе расследования по делу N 50115.

 

  1. Информация, предоставленная властями Российской Федерации
  1. 5 августа 2002 г. первая заявительница обратилась с жалобой по поводу похищения ее сына в прокуратуру г. Грозного.
  2. 6 августа 2002 г. прокуратура г. Грозного возбудила расследование по факту исчезновения Асланбека Хамзаева в соответствии с частью второй статьи 126 УК РФ (похищение человека). Делу был присвоен N 50115.
  3. 22 августа 2002 г. первая заявительница была признана потерпевшей по данному делу и допрошена. Она сообщила, что Асланбек Хамзаев проживал в селе Гехи. 24 июля 2002 г. он поехал в Заводской район г. Грозного навестить свою родственницу Ю. 25 июля 2002 г. она рассказала первой заявительнице, что днем ранее федеральные военнослужащие, проводившие спецоперацию «по зачистке», проверили документы Асланбека Хамзаева и затем отпустили его. После этого он направился домой в село Гехи. Приблизительно в 17.00 женщина сказала Ю., что неизвестные мужчины, одетые в камуфляжную форму, задержали молодого человека недалеко от дамбы. Чтобы защитить молодого человека, женщина сказала им, что она его мать. Мужчины, одетые в камуфляжную форму, доказали, что это неправда, показав ей паспорт на имя А. Хамзаева, и уехали.
  4. 27 июля 2003 г. в качестве свидетельницы была допрошена В. Она сообщила, что слышала 25 июля 2002 г. от пожилой женщины, что та видела, как федеральные военнослужащие задержали молодого человека. Когда женщина сказала военнослужащим, что задержанный мужчина является ее сыном, они показали ей паспорт на имя Асланбека Хамзаева. Женщина также упомянула, что она видела цифры «2» и «8» на замазанном регистрационном номере бронетранспортера.
  5. 31 июля 2003 г. Ю. была допрошена и пояснила, что 25 июля 2005 г. <1> она видела на автобусной остановке большую группу людей, у которых проверяли документы. Ее племянник Асланбек Хамзаев был среди них. Через час он пришел к ней домой, забрал вещи и уехал к себе домой. На следующий день ее сестра Р.Ю. рассказала ей, что со слов неизвестной женщины племянника увезли на бронетранспортере вооруженные мужчины.

———————————

<1> Так в тексте оригинала. Видимо, имеется в виду «25 июля 2002 г.» (примеч. переводчика).

 

  1. 3 августа 2003 г. был допрошен отец Асланбека Хамзаева — Х. Он утверждал, что 24 июля 2002 г. его сын поехал в село Алды. 25 июля 2003 г. <2> Ю. сообщила ему, что днем ранее военнослужащие проверили паспорт его сына. Позже Ю. рассказали, что в 17.00 неустановленные лица увезли молодого человека на бронетранспортере.

———————————

<2> Так в тексте оригинала. Видимо, имеется в виду «25 июля 2002 г.» (примеч. переводчика).

 

  1. 18 мая 2004 г. была допрошена Р.Ю., которая рассказала, что 25 июля 2002 г. она, ее сын и Ю. ехали на автобусе, который сломался и остановился недалеко от дамбы в селе Черноречье. Военнослужащие забрали сына Р.Ю. для проверки документов, сестра Р.Ю. пошла вместе с ними. По возвращении сестра сказала Р.Ю., что знакомый сообщил ей, что их племянник Асланбек Хамзаев был задержан неизвестными военнослужащими и увезен на бронетранспортере в направлении школы N 39 в Заводском районе г. Грозного.
  2. 18 мая 2004 г. Ю. была вновь допрошена. Она пояснила, что 25 июля 2002 г. она и ее сестра Р.Ю. ехали на автобусе, который сломался недалеко от дамбы. Она подошла к толпе, стоявшей на автобусной остановке, где военнослужащие проводили проверку документов. Ее племянник Асланбек Хамзаев находился там. Ю. отметила, что военнослужащие проверяли его документы по компьютеру, прежде чем вернуть его паспорт. Через полчаса ее племянник вернулся к ней домой и затем лег спать. Ю. и ее муж поехали на автомобиле на автобусную остановку за ее сестрой, которая оставалась ждать у сломанного автобуса. Ее сестра показала им записку со словами «Хамзаев Асланбек», которую ей передала неизвестная женщина, сообщившая, что она видела, как военнослужащие посадили Асланбека Хамзаева в бронетранспортер и увезли. Ю. сразу же подошла к военнослужащим, стоявшим около дамбы, и спросила о своем племяннике, но они ответили, что ничего не знают о нем.
  3. 19 мая 2004 г. был допрошен муж Ю. Он сообщил, что в июне 2002 года его жена сказала ему, что военнослужащие задержали ее племянника и увезли его на бронетранспортере. В тот же день он и его жена поехали в село Черноречье. Они догнали колонну бронетранспортеров и спросили военнослужащих об Асланбеке Хамзаеве, но не получили какой-либо информации. Муж Ю. заглянул внутрь <3> нескольких бронетранспортеров, но никого там не обнаружил.

———————————

<3> Так в тексте оригинала. Конструкция бронетранспортера не предусматривает возможности свободно заглянуть снаружи в пассажирский отсек (примеч. переводчика).

 

  1. В неустановленную дату была допрошена Э., которая пояснила, что 25 июля 2002 г. в селе Алды она видела бронетранспортер и стоявших около него военнослужащих. Заглянув в окно <4> одного из бронетранспортеров, она увидела молодого человека, но его лица она не разглядела. Э. попросила военнослужащих отпустить молодого человека, заявив, что он является ее сыном. Военнослужащие спросили, как зовут молодого человека, и она ответила «Магомед». Один из военнослужащих показал ей документы на имя Асланбека Есиковича Хамзаева. Регистрационный номер бронетранспортера был запачкан и не читался.

———————————

<4> Так в тексте оригинала. Конструкция бронетранспортера не предусматривает возможности свободно заглянуть снаружи в пассажирский отсек и не имеет «окон» (примеч. переводчика).

 

  1. 28 августа 2007 г. была допрошена первая заявительница, она рассказала, что ее сын был похищен не 25 июля 2002 г., а 25 июня 2002 г.
  2. Власти Российской Федерации утверждали, что следственные органы направили ряд запросов в различные государственные органы и провели иные следственные действия, но не указали, какие именно. Согласно данным различных правоохранительных органов Чеченской Республики каких-либо спецопераций в селе Алды 25 июня 2002 г. не проводилось.
  3. В ходе расследования не удалось установить лиц, причастных к преступлению. Причастность к преступлению правоохранительных органов не была установлена. Асланбек Хамзаев не был привлечен к уголовной ответственности, его не задерживали и не помещали в изолятор временного содержания на территории Чеченской Республике.
  4. Расследование неоднократно приостанавливалось в связи с невозможностью установить лиц, причастных к преступлению, а затем возобновлялось. Заявители были надлежащим образом уведомлены обо всех постановлениях по делу, расследование по которому еще не завершено и находится на контроле Генеральной прокуратуры Российской Федерации.
  5. Несмотря на конкретные запросы Европейского Суда, власти Российской Федерации не предоставили материалов расследования по уголовному делу N 50115. Ссылаясь на информацию, полученную из Генеральной прокуратуры Российской Федерации, власти Российской Федерации утверждали, что расследование еще не завершено и что раскрытие материалов дела стало бы нарушением статьи 161 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ), поскольку материалы содержат информацию военного характера, а также личные данные свидетелей и других участников уголовного разбирательства.

 

  1. Соответствующее внутригосударственное законодательство
  1. Краткое изложение соответствующего внутригосударственного законодательства приведено в Постановлении Европейского Суда по делу «Ахмадова и Садулаева против Российской Федерации» (Akhmadova and Sadulayeva v. Russia) от 10 мая 2007 г., жалоба N 40464/02 <1>, §§ 67 — 69.

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 12/2006.

 

ПРАВО

  1. Возражение властей Российской Федерации, касающееся злоупотребления правом на подачу индивидуальной жалобы
  1. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба была подана не с целью восстановления предположительно нарушенных прав заявителей. Реальная суть и цель жалобы носили явно политический характер, и цели ее подачи «противоречат целям и задачам правосудия, осуществляемого Европейским Судом». Они пришли к выводу о том, что со стороны заявителей имело место злоупотребление правом на подачу индивидуальной жалобы и что жалоба должна быть отклонена в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Конвенции.
  2. Европейский Суд отмечает, что жалобы, представленные заявителями к рассмотрению, касались того, что с ними обошлись несправедливо. Ничто в материалах дела не указывает на наличие какого-либо злоупотребления правом на подачу личной жалобы. Следовательно, возражение властей Российской Федерации должно быть отклонено.

 

  1. Возражение властей Российской Федерации, касающееся locus standi <2>

———————————

<2> Locus standi (лат.) — право на обращение в суд (примеч. переводчика).

 

  1. Власти Российской Федерации предположили, что заявители не были знакомы с содержанием жалобы, которая была подписана не самими заявителями, а их представителями и еще двумя сотрудниками неправительственной организации «Правовая инициатива по России». Кроме того, они высказали сомнение относительно того, что неправительственная организация «Правовая инициатива по России» подготовила замечания по приемлемости и существу жалобы от 20 декабря 2007 г. «с участием… и с согласия» заявителей. Ссылаясь на Постановление Европейского Суда по делу «Васила и Петре Константин от имени Михая Чобану против Румынии» (Vasila and Petre Constantin in the name of Mihai Ciobanu v. Romania) (от 16 декабря 2003 г., жалоба N 52414/99), власти Российской Федерации сделали вывод, что в данном деле отсутствует право на обращение в суд.
  2. Европейский Суд отмечает, что заявители выдали адвокатам неправительственной организации «Правовая инициатива по России» доверенности на представление их интересов в ходе судебного разбирательства в г. Страсбурге, в частности, уполномочили их подписывать формуляры жалобы и другие материалы, подаваемые в Секретариат Европейского Суда от их имени. Отсутствуют основания предполагать, что заявители подписали доверенности против своей воли. Следовательно, возражение властей Российской Федерации должно быть отклонено.

 

III. Возражение властей Российской Федерации, касающееся неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты

  1. Доводы сторон
  1. Власти Российской Федерации настаивали на том, что жалоба должна быть признана неприемлемой в связи с неисчерпанием заявителями внутригосударственных средств правовой защиты. Они также утверждали, что расследование по факту исчезновения Асланбека Хамзаева все еще не завершено. Кроме того, они считали, что заявители могли оспорить в суде или вышестоящему прокурору любые действия или бездействие следственных или иных правоохранительных органов, однако не воспользовались ни одним из доступных средств правовой защиты. Власти Российской Федерации также утверждали, что заявители могли подать гражданские иски о компенсации вреда, причиненного действиями или бездействием следователей, но не сделали этого.
  2. Заявители оспорили данное возражение и указали на то, что уголовное расследование было неэффективным.

 

  1. Мнение Европейского Суда
  1. Европейский Суд напоминает, что правило исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты согласно пункту 1 статьи 35 Конвенции обязывает заявителей прежде всего использовать средства правовой защиты, которые доступны и достаточны в рамках внутригосударственной правовой системы, а также позволяющие получить компенсацию за обжалованные нарушения. Существование средств правовой защиты должно быть в достаточной степени определенным не только в теории, но и на практике, в противном случае они не являются доступными и эффективными. Пункт 1 статьи 35 Конвенции требует также, чтобы жалобы, которые впоследствии подаются в Европейский Суд, первоначально были рассмотрены внутригосударственным органом, по крайней мере, по существу и в соответствии с официальными требованиями и в сроки, установленные внутригосударственным законодательством, и чтобы вначале были приняты все процессуальные меры, которые могут предотвратить нарушение Конвенции. Однако заявитель не обязан прибегать к средствам правовой защиты, которые являются неадекватными или неэффективными (см. Постановление Европейского Суда по делу «Аксой против Турции» (Aksoy v. Turkey) от 18 декабря 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-VI, §§ 51 — 52, Постановление Европейского Суда по делу «Акдивар и другие против Турции» (Akdivar and Others v. Turkey) от 16 сентября 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-IV, §§ 65 — 67, и Постановление Европейского Суда по делу «Ченнет Айхан и Мехмет Салих Айхан против Турции» (Cennet Ayhan and Mehmet Salih Ayhan v. Turkey) от 27 июня 2006 г., жалоба N 41964/98, § 64).
  2. Власти государства-ответчика, утверждавшие, что заявители не исчерпали внутригосударственные средства правовой защиты, обязаны достаточно ясно продемонстрировать Европейскому Суду, что средства, которые не использовали заявители, были эффективными и существовали как в теории, так и на практике в рассматриваемое время, то есть что они были доступны, были способны предоставить возмещение в отношении жалоб заявителя и обеспечивали бы разумные перспективы на успех (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Ченнет Айхан и Мехмет Салих Айхан против Турции», § 65).
  3. Европейский Суд отмечает, что в принципе правовая система Российской Федерации предусматривает два способа обращения за помощью потерпевшим от незаконных и противоправных действий государства или его представителей, а именно гражданско-правовые и уголовно-правовые средства защиты.
  4. Что касается подачи гражданского иска с целью возмещения ущерба, причиненного предположительно незаконными действиями или противоправным поведением представителей государства, Европейский Суд уже установил в ряде аналогичных дел, что данная процедура не может сама по себе считаться эффективным средством правовой защиты в контексте жалоб, поданных согласно статье 2 Конвенции. Рассмотрение гражданского иска в суде не предполагает проведения независимого расследования и не способно в отсутствие результатов следствия по уголовному делу привести к установлению лиц, виновных в убийстве или похищении людей, и, тем более, привлечь их к ответственности (см. Постановление Европейского Суда по делу «Хашиев и Акаева против Российской Федерации» (Khashiyev and Akayeva v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалобы N 57942/00 и 57945/00 <1>, §§ 119 — 121, и Постановление Европейского Суда по делу «Эстамиров и другие против Российской Федерации» (Estamirov and Others v. Russia) от 12 октября 2006 г., жалоба N 60272/00 <2>, § 77). Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд подтверждает, что заявители не были обязаны использовать гражданско-правовые средства защиты.

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 12/2005.

<2> Там же. N 4/2008.

 

  1. Что касается уголовно-правовых средств защиты, предусмотренных правовой системой Российской Федерации, Европейский Суд отмечает, что заявители обратились с жалобой в правоохранительные органы сразу после похищения Асланбека Хамзаева и что расследование ведется с 6 августа 2002 г. Заявители и власти Российской Федерации разошлись во мнении относительно эффективности расследования по факту похищения.
  2. Европейский Суд считает, что возражение властей Российской Федерации поднимает вопросы, касающиеся эффективности расследования, которые тесно связаны с существом жалоб заявителей, поэтому рассмотрение данного возражения должно быть объединено с рассмотрением жалобы по существу и рассмотрено ниже.

2   3   4   5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code