Постановление ЕСПЧ от 11.06.2015 «Дело «Тычко (Tychko) против Российской Федерации» (жалоба N 56097/07)

По делу обжалуется жалоба заявителя на условия содержания его под стражей в следственном изоляторе и перевозки из следственного изолятора в суд, а также на условия содержания под стражей в здании суда, которые являлись бесчеловечными и унижающими достоинство. По делу допущены нарушения требований статей 3, 13 и пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО «ТЫЧКО (TYCHKO) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба N 56097/07)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
(Страсбург, 11 июня 2015 г.)

———————————

<1> Перевод с английского Д.Г. Николаева.

<2> Настоящее Постановление вступило в силу 11 сентября 2015 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Тычко против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), рассматривая дело Палатой в составе:
Изабель Берро, Председателя Палаты,
Элизабет Штейнер,
Ханлара Гаджиева,
Мирьяны Лазаровой Трайковской,
Юлии Лаффранк,
Паулу Пинту де Альбукерке,
Дмитрия Дедова, судей,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 19 мая 2015 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА

  1. Дело было инициировано жалобой N 56097/07, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Виктором Владимировичем Тычко (далее — заявитель) 16 ноября 2007 г.
  2. Интересы заявителя представляла М. Тычко, адвокат, практикующий в г. Волгограде. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.
  3. 4 января 2011 г. жалобы в части условий содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе, условий, в которых его перевозили из следственного изолятора в суд, условий содержания под стражей в здании суда, длительности уголовного разбирательства против заявителя и отсутствия эффективных внутренних средств правовой защиты были коммуницированы властям Российской Федерации.

 

ФАКТЫ

  1. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
  1. Заявитель родился в 1965 году и проживает в г. Волгограде.
  1. Задержание заявителя и уголовное разбирательство против него

 

  1. 15 августа 2001 г. против заявителя было возбуждено уголовное дело по подозрению в совершении мошенничества в крупном размере.
  2. 28 сентября 2001 г. заявитель был задержан и заключен под стражу.
  3. 2 октября 2001 г. и 22 июля 2002 г. против заявителя были выдвинуты обвинения.
  4. 7 августа 2002 г. уголовное дело было передано в Центральный районный суд г. Волгограда (далее — районный суд) для разбирательства.
  5. 8 октября 2002 г. было проведено первое слушание по делу. Оно проходило под председательством судьи А.
  6. 26 ноября 2002 г. заявитель был освобожден из-под стражи.
  7. 30 декабря 2002 г. дело было передано судье Г., и в соответствии со статьей 242 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) (неизменность состава суда) разбирательство уголовного дела было начато заново.
  8. С марта по июнь 2003 года и с июня 2004 года по январь 2005 года заседания откладывались семь раз: пять раз из-за неявки обвиняемых, их представителей и свидетелей и дважды, с 19 мая по 11 июля 2003 г. и с 10 декабря 2004 г. по 17 января 2005 г., вследствие ходатайств заявителя о предоставлении дополнительного времени для ознакомления с материалами дела.
  9. Тем временем, 19 января 2003 г., было возбуждено не связанное с предыдущим уголовное дело против заявителя по подозрению в хранении огнестрельного оружия и наркотических веществ. 20 января 2003 г. он вновь был заключен под стражу. 19 июня 2003 г. районный суд признал заявителя виновным в хранении оружия и наркотиков и приговорил его к восьми годам лишения свободы.
  10. 28 марта 2005 г. судья Г. ушла в декретный отпуск, и с 26 апреля 2005 г. первое дело было передано судье С. Разбирательство уголовного дела было начато заново.
  11. С мая по ноябрь 2005 года заседания откладывались два раза вследствие неявки участников разбирательства.
  12. 16 декабря 2005 г. судья С. вышел в отставку, и 14 февраля 2006 г. дело было передано судье М. Разбирательство уголовного дела еще раз было начато заново.
  13. С марта по июнь 2006 года заседания были перенесены трижды из-за неявки участников процесса.
  14. 19 июля 2006 г. судья М. вышел в отставку, и дело было передано судье Мар. Разбирательство уголовного дела было начато заново в четвертый раз.
  15. С ноября 2006 года по июнь 2008 года заседания откладывались пять раз вследствие неявки участников разбирательства.
  16. 6 августа 2008 г. районный суд признал заявителя виновным в соучастии в мошенничестве в крупном размере и приговорил его к трем годам и шести месяцам лишения свободы. Совокупное наказание по двум приговорам составило семь лет лишения свободы.
  17. 1 декабря 2009 г. Волгоградский областной суд, рассмотрев кассационную жалобу, оставил приговор без изменений.

 

  1. Условия содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда

 

  1. Заявитель содержался под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда <1> с 10 октября 2001 г. по 26 ноября 2002 г., с 20 января по 19 августа 2003 г., с 23 сентября 2003 г. по 17 мая 2005 г. <2>, с 12 июля 2005 г. по 29 апреля 2008 г. и с 16 мая по 6 сентября 2008 г. Он утверждал, что камеры были чрезмерно переполнены и находились в неудовлетворительном санитарном состоянии.

———————————

<1> Так в тексте оригинала. По-видимому, имеется в виду Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Волгоградской области» (примеч. редактора).

<2> С 17 мая по 12 июля 2005 г. заявитель был госпитализирован для лечения туберкулеза.

 

  1. Камера, в которой заявитель содержался наиболее часто, имела площадь примерно 30 кв. м, в ней были 18 двухъярусных кроватей, и в ней находились от 20 до 30 заключенных в любой из вышеуказанных периодов. Заключенные были вынуждены спать по очереди.
  2. Туалет в углу камеры (отверстие в полу размером 15-20 см в диаметре) возвышался над полом на 0,4 м и был отгорожен перегородкой в 0,6 м, не обеспечивающей уединения. Туалет не имел смывной системы.
  3. Камера не была оборудована умывальником. Вместо этого заключенные должны были использовать воду из-под крана над туалетом.
  4. Обеденный стол находился в метре от туалета. За ним могли сидеть около 10 заключенных. Остальные заключенные должны были есть на бетонном полу.
  5. Пища была низкого качества. Емкости с питьевой водой находились на полу.
  6. Камера освещалась круглосуточно двумя 100-ваттными лампами накаливания. В камере была неудовлетворительная вентиляция. Воздух в камере был пропитан табачным дымом, запахом прачечной и туалета.
  7. В камере водились насекомые и грызуны.
  8. Заявителю разрешалось пользоваться душем в течение пяти минут раз в неделю.
  9. Прогулочные дворы не были оборудованы и были слишком маленькие, чтобы вместить всех заключенных надлежащим образом.
  10. Заявитель дважды заболевал туберкулезом во время содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда. У него ухудшилось зрение.
  11. Попытки заявителя обжаловать условия содержания под стражей в различных внутригосударственных органах не привели к результату.

 

  1. Условия перевозки между следственным изолятором и судом и условия содержания под стражей в здании суда

 

  1. Заявителя перевозили из следственного изолятора и суда и обратно более 100 раз с 2001 по 2008 год. Заключенные перевозились из следственного изолятора в суд в тюремном фургоне — металлическом кузове грузового автомобиля, состоящем из трех отсеков: двух отсеков, предназначенных для 20 заключенных каждый, и третьего — для одного заключенного. В фургоне не было окон и доступа к естественному свету и воздуху. Он также не был оборудован искусственным освещением и вентиляцией. В фургоне не было ремней или иных устройств безопасности, препятствующих тому, чтобы заключенные не падали и не ударялись о стены. В фургоне было душно и жарко летом и очень холодно зимой.
  2. В зоне ожидания районного суда, куда доставлялся заявитель, были четыре камеры. Каждая камера имела площадь 3 кв. м и вмещала от пяти до шести заключенных. Все камеры были оборудованы одной скамьей, на которой могли сидеть только трое заключенных. Лица, болеющие гепатитом, туберкулезом, ВИЧ-инфекцией и другими заболеваниями, содержались вместе с остальными заключенными. Каждый раз заявитель находился в таких условиях от семи до восьми часов.

 

  1. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

 

  1. Федеральный закон N 68-ФЗ <1> от 30 апреля 2010 г. (действующий с 4 мая 2010 г.) предусматривает, что в случае нарушения права на судебное разбирательство в разумный срок заинтересованное лицо имеет право требовать компенсацию морального вреда. Федеральный закон N 69-ФЗ (введенный в действие в ту же дату) внес ряд необходимых изменений в законодательство Российской Федерации.

———————————

<1> Имеется в виду Федеральный закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (примеч. редактора).

 

  1. Пункт 2 статьи 6 Федерального закона N 68-ФЗ предусматривает, что в течение шести месяцев со дня вступления в силу закона о компенсации все лица, подавшие в Европейский Суд жалобу на нарушение их права на судопроизводство в разумный срок, могут обратиться в суды страны с требованием о компенсации.

 

ПРАВО

 

  1. ТРЕБОВАНИЕ ВЛАСТЕЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О ПРЕКРАЩЕНИИ ПРОИЗВОДСТВА ПО ЖАЛОБЕ НА ОСНОВАНИИ СТАТЬИ 37 КОНВЕНЦИИ

 

  1. В апреле и июле 2014 года власти Российской Федерации проинформировали Европейский Суд о том, что они предполагают сделать одностороннее заявление с целью разрешения вопроса, поднятого жалобой. Они также просили Европейский Суд исключить жалобу из списка дел в соответствии со статьей 37 Конвенции.
  2. Заявитель отказался от предложений властей Российской Федерации оба раза.
  3. Изучив условия одностороннего заявления властей Российской Федерации, Европейский Суд заключает, что оно не дает достаточных оснований для вывода о том, что соблюдение прав человека, как они определены в Конвенции, не требует, чтобы Европейский Суд продолжил рассмотрение дела.
  4. Таким образом, Европейский Суд отклоняет требование властей Российской Федерации о прекращении производства по делу на основании статьи 37 Конвенции и, соответственно, продолжит рассмотрение жалобы с точки зрения ее приемлемости и по существу.

 

  1. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

 

  1. Заявитель жаловался, что условия содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда, условия, в которых его перевозили из следственного изолятора в суд, и условия его содержания под стражей в здании суда являлись бесчеловечными и унижающими достоинство в нарушение статьи 3 Конвенции, которая гласит:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Пункт 1 статьи 35 Конвенции позволяет Европейскому Суду принимать дело к рассмотрению лишь при условии, что жалоба подана в течение шести месяцев с даты вынесения окончательного решения в процессе исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Если эффективное средство защиты не было доступно заявителю, шестимесячный срок начинает течь с того дня, когда были выполнены действия или приняты меры, являющиеся предметом жалобы, или с даты уведомления о действиях или их последствиях или о причинении ущерба заявителю. При наличии признаков длящейся ситуации течение шестимесячного срока начинается с момента окончания этой ситуации (см. Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы N 42525/07 и 60800/08 <1>, § 72, с дальнейшими отсылками).

———————————

<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 8/2012 (примеч. редактора).

 

  1. Поскольку правовая система Российской Федерации не предлагает эффективных средств правовой защиты в части жалоб на условия предварительного содержания под стражей, перевозки между следственным изолятором и судом и на условия содержания под стражей в здании суда (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации», § 119, Постановление Европейского Суда по делу «Романова против Российской Федерации» (Romanova v. Russia) от 11 октября 2011 г., жалоба N 23215/02 <2>, § 84, и Постановление Европейского Суда по делу «Денисенко и Богданчиков против Российской Федерации» (Denisenko and Bogdanchikov v Russia) от 12 февраля 2009 г., жалоба N 3811/02 <3>, § 104), шестимесячный период должен исчисляться с момента окончания обжалуемой ситуации.

———————————

<2> Опубликовано в «Российской хронике Европейского Суда» N 4/2012 (примеч. редактора).

<3> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 8/2012 (примеч. редактора).

 

  1. Европейский Суд отмечает, что заявитель подал жалобу на основании статьи 3 Конвенции 4 февраля 2009 г.

 

  1. Соблюдение правила шестимесячного срока в связи с жалобой заявителя на условия его содержания под стражей в следственном изоляторе

 

  1. Европейский Суд отмечает, что заявитель содержался под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда в течение следующих периодов (см. § 22 настоящего Постановления):

— с 10 октября 2001 г. по 26 ноября 2002 г.;

— с 20 января по 19 августа 2003 г.;

— с 23 сентября 2003 г. по 17 мая 2005 г.;

— с 12 июля 2005 г. по 29 апреля 2008 г.;

— с 16 мая по 6 сентября 2008 г.

 

(a) Содержание заявителя под стражей с 10 октября 2001 г. по 26 ноября 2002 г.

 

  1. Европейский Суд отмечает, что первый период содержания заявителя под стражей завершился 26 ноября 2002 г., когда он был освобожден из-под стражи (см. § 10 настоящего Постановления). Таким образом, жалобу на условия содержания под стражей с 10 октября 2001 г. по 26 ноября 2002 г. необходимо было подать не позднее 26 мая 2003 г. Следовательно, она подана за пределами срока и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Гришин против Российской Федерации» (Grishin v. Russia) от 15 ноября 2007 г., жалоба N 30983/02 <1>, § 83).

———————————

<1> Опубликовано в «Российской хронике Европейского Суда» N 4/2008 (примеч. редактора).

 

(b) Содержание заявителя под стражей с 20 января 2003 г. по 6 сентября 2008 г.

 

  1. Что касается последующего содержания заявителя под стражей в ходе следствия и суда в течение четырех периодов с 20 января 2003 г. по 6 сентября 2008 г. (см. § 22 настоящего Постановления), Европейский Суд полагает, что оно составляло длящуюся ситуацию. Небольшие перерывы с 19 августа по 23 сентября 2003 г., с 17 мая по 12 июля 2005 г. и с 29 апреля по 16 мая 2008 г., когда он отсутствовал в исправительном учреждении для проведения допроса и других процессуальных действий и прохождения лечения в тюремной больнице, не влияют на длящуюся природу содержания под стражей (см.. Постановление Европейского Суда по делу «Мела против Российской Федерации» (Mela v. Russia) от 23 октября 2014 г., жалоба N 34044/08 <2>, § 48, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации», § 78, и Постановление Европейского Суда по делу «Романов против Российской Федерации» (Romanov v. Russia) от 20 октября 2005 г., жалоба N 63993/00 <3>, § 73). Заявитель, таким образом, выполнил правило шестимесячного срока в отношении этой части своей жалобы.

———————————

<2> Опубликовано в «Прецедентах Европейского Суда по правам человека» N 2/2015 (примеч. редактора).

<3> Опубликовано в сборнике «Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация» N II/2005 (примеч. редактора).

 

  1. Соблюдение правила шестимесячного срока в части жалобы заявителя на условия перевозки между следственным изолятором и судом и условия содержания под стражей в здании суда

 

  1. Европейский Суд отмечает, что заявитель перевозился из следственного изолятора в суд и содержался в здании суда несколько раз с 20 января 2003 г. по 6 августа 2008 г. Отсутствие каких-либо значительных отличий в условиях перевозки и содержания в здании суда, в которых обычно находился заявитель, создает «длящуюся ситуацию» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Фетисов и другие против Российской Федерации» (Fetisov and Others v. Russia) от 17 января 2012 г., жалобы N 43710/07, 6023/08, 11248/08, 27668/08, 31242/08 и 52133/08 <4>, § 75). Подав свою жалобу 4 февраля 2009 г., заявитель, следовательно, выполнил правило шестимесячного срока в отношении этой жалобы.

———————————

<4> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека» N 7/2013 (примеч. редактора).

 

  1. Заключение

 

  1. Европейский Суд отмечает, что жалоба на условия содержания под стражей заявителя в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда в течение четырех периодов с 20 января 2003 г. по 6 сентября 2008 г. и жалобы на условия, в которых он перевозился из следственного изолятора в суд, и на условия содержания под стражей в здании суда не являются явно необоснованными в значении подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям, поэтому жалобы должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы

 

  1. Власти Российской Федерации признали нарушение статьи 3 Конвенции по всем пунктам.
  2. Заявитель принял к сведению признание властей Российской Федерации.
  3. Учитывая фактические доводы заявителя и признание властей Российской Федерации, Европейский Суд полагает, что условия содержания под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-34/1 г. Волгограда, условия, в которых он перевозился из следственного изолятора в суд, и условия его содержания под стражей в здании суда являлись бесчеловечным и унижающим достоинство обращением. Соответственно, имело место нарушение пункта 3 статьи 3 Конвенции.

 

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ ВО ВЗАИМОСВЯЗИ СО СТАТЬЕЙ 3 КОНВЕНЦИИ

 

  1. Заявитель жаловался на то, что он не имел в своем распоряжении эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении его жалоб на нарушение статьи 3 Конвенции, как того требует статья 13 Конвенции, которая гласит:

«Каждый, чьи права и свободы, признанные в… Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы

 

  1. Власти Российской Федерации признали, что заявитель не имел в своем распоряжении эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении его жалоб в соответствии со статьей 3 Конвенции в нарушение статьи 13 Конвенции.
  2. Заявитель принял к сведению признание властей Российской Федерации.
  3. При обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд не усматривает оснований для иного вывода. Таким образом, он заключает, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции во взаимосвязи со статьей 3 Конвенции.

 

  1. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

 

  1. Заявитель жаловался на то, что длительность уголовного разбирательства против него была несовместима с требованием «разумного срока», содержащимся в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который в соответствующей части предусматривает следующее:

«Каждый… при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на… разбирательство дела в разумный срок… судом…».

 

  1. Приемлемость жалобы

 

  1. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

  1. Существо жалобы

 

  1. Доводы сторон

 

  1. Власти Российской Федерации указали, что уголовное разбирательство против заявителя продолжалось восемь лет, три месяца и 15 дней. Потребовался год, чтобы внутригосударственные власти провели предварительное следствие, и более семи лет для завершения судебного разбирательства. Длительность разбирательства объяснялась сложностью дела, включавшего несколько обвинений и нескольких соподсудимых. Уголовное дело состояло из 66 томов. Несколько раз в 2002 — 2005 годах по жалобам заявителя назначались заседания в областном суде. Кроме того, трое судей были заменены в ходе разбирательства: в марте 2005 года одна из судей (Г.) ушла в декретный отпуск, в феврале и августе 2006 года двое других судей (М. и Мар.) ушли в отставку. Несколько раз заседания откладывались из-за неявки подсудимых, их адвокатов и свидетелей. Разбирательство также откладывалось по ходатайству заявителя, которому требовалось время, чтобы ознакомиться с материалами дела. С учетом вышеизложенного довода власти Российской Федерации заключили, что длительность разбирательства в настоящем деле не нарушала требования «разумного срока», установленного пунктом 1 статьи 6 Конвенции.

62. Заявитель утверждал, что его дело не было особенно сложным, так как часть обвинений была снята районным судом. Он указал, что несколько раз с 2002 по 2005 год он действительно жаловался в областной суд на процессуальные решения районного суда и что эти решения были признаны незаконными. Он утверждал, что не должен нести ответственность за задержки в ходе разбирательства во время обжалования незаконных решений. Заявитель далее пояснил, что четверо судей были сменены в ходе разбирательства: А., Г., С. и М. Разбирательство, таким образом, начиналось заново четыре раза: в 2002, 2005 и два раза в 2006 годах. Однако заявитель подчеркивал и представил доказательства, что судьи А. и М., которые предположительно вышли в отставку в 2002 и 2005 годах соответственно, продолжали вести дела в районном суде в 2007 году. Что касается отложения заседаний вследствие неявки подсудимых, заявитель утверждал, что в ходе предварительного следствия и разбирательства он содержался в следственном изоляторе и всегда доставлялся на судебные слушания. Единственный раз он не был доставлен в короткий период с мая по июль 2005 года, когда находился в тюремной больнице. Этот период времени был ничтожен по сравнению с общей длительностью разбирательства. Что касается неявки свидетелей, заявитель отмечал, что не явились свидетели обвинения и районный суд должен был принять к ним меры. Он утверждал, что большинство свидетелей обвинения не явились и он был вынужден согласиться с оглашением их показаний, данных во время предварительного расследования, чтобы ускорить разбирательство. Заявитель признал, что с 19 мая по 11 июля 2003 г. и с 10 декабря 2004 г. по 17 января 2005 г. судебные разбирательства откладывались по его ходатайствам, поскольку ему было необходимо время для ознакомления с материалами дела. Он отметил, однако, что в течение части из указанного периода районный суд все равно не работал из-за новогодних каникул. В итоге заявитель утверждал, что основной причиной чрезмерной длительности уголовного разбирательства против него была неудовлетворительная организация работы следственных органов и районного суда.

2

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code