Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 26.01.2016 N 72-АПУ16-1

Приговор: По п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство; по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ за разбой.

Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 января 2016 г. N 72-АПУ16-1

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Иванова Г.П.

судей Зеленина С.Р. и Ермолаевой Т.А.

при секретаре Карпукове А.О. рассмотрела в судебном заседании апелляционную жалобу осужденного Кузнецова Н.А. на приговор Забайкальского краевого суда от 26 октября 2015 года, по которому

Кузнецов Н.А. <…> судимый

  1. 17 апреля 2002 года по ст. 158 ч. 2 п. п. «а», «б», «в», «г», 70 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы,
  2. 11 сентября 2002 года по ст. 166 ч. 2 п. п. «а», «в», 69 ч. 5 УК РФ к 6 годам 3 месяцам лишения свободы, освобожденный 3 мая 2006 года условно-досрочно на 2 года 10 дней,
  3. 19 января 2007 года по ст. ст. 119, 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 17 июля 2009 года по отбытии наказания,
  4. 17 марта 2014 года по ст. 119 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, освобожденный 14 ноября 2014 года по отбытии наказания, —

осужден по ст.

105 ч. 2 п. «з» УК РФ к 16 годам лишения свободы,

162 ч. 4 п. «в» УК РФ к 11 годам лишения свободы,

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание 18 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Зеленина С.Р., выступления осужденного Кузнецова Н.А. с использованием систем видеоконференцсвязи и защитника Подмаревой Е.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы осужденного о незаконности и необоснованности приговора, выступление прокурора Генеральной прокуратуры РФ Курочкиной Л.А., возражавшей против доводов апелляционной жалобы осужденного, Судебная коллегия

установила:

Кузнецов Н.А. осужден за разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и за убийство К. сопряженное с разбоем.

Преступления были совершены 16 февраля 2015 года в г. <…> при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Осужденный Кузнецов Н.А. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней считает приговор необоснованным и несправедливым.

Следователь полностью сфабриковал дело, пообещал переквалифицировать его действия на менее тяжкую статью и он, будучи обманутым, согласился дать показания, указанные следователем.

Считает показания следователя о событиях 13 апреля 2015 года ложными, в действительности сотрудники полиции избивали его и оказывали психологическое воздействие, однако суд не привел в приговоре эти показания Б.

В обвинительном заключении неправильно приведены доказательства. В деле отсутствует его отказ от следователя Б. и защитника при выполнении требований ст. 217 УПК РФ.

Также в приговоре не указаны показания свидетелей П. и С. о беспорядке в квартире потерпевшего. Показания П. на следствии и в суде противоречивы. Показания свидетеля, допрошенного под псевдонимом, вызывают сомнения, поскольку он многого не помнит и находился в состоянии опьянения. Его показания содержат предположения и слухи. Суд отказал в признании недопустимыми показаний П. и свидетеля, допрошенного под псевдонимом.

Суд положил показания свидетеля Т. в основу его осуждения, хотя свидетель Н. показал, что Т. склонен ко лжи. Суд отклонил его ходатайство о повторном допросе Т. Просит вызвать его для допроса.

Суд отказал ему в допросе Н. и Р. и не огласил их показания. Против окончания судебного следствия они возражали. Также судом отклонено ходатайство об истребовании распечатки телефонных звонков.

Утверждает, что действительно продал икону, которую ему для этого дал потерпевший К. В залог он оставил потерпевшему свои документы.

Его невиновность подтверждается тем, что его одежда была чистой, без следов крови. Эксперты С. и Л. подтвердили, что он не мог нанести удар в шею потерпевшего. В приговоре указано, что потерпевший К. сидел на стуле, а эксперт Л. пояснил, что в момент удара ножом потерпевший и нападавший стояли лицом к лицу. Не была проведена дактилоскопическая экспертиза по ножу — орудию убийства.

Следствие не установило точную дату смерти К., выводы экспертов по этому вопросу противоречивы, а суд взял за основу лишь одно из заключений. Если принять его во внимание, его виновность опровергается показаниями свидетелей П., Н и Р. Из показаний свидетеля П. видно, что 17 и 18 февраля потерпевший был еще жив.

Его отвод, заявленный государственному обвинителю Алехиной, оказавшей давление на свидетеля защиты, был отклонен.

Считает, что из приговора непонятно, какой вид режима исправительной колонии ему назначен.

Поддерживает позицию, высказанную его защитником в прениях сторон.

Государственный обвинитель Алехина И.П. возражает на апелляционную жалобу осужденного, считает приговор суда законным.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора суда.

Вина осужденного в совершении указанных преступлений полностью подтверждается совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.

Такими доказательствами, в частности, обоснованно признаны показания Кузнецова Н.А., данные им в ходе предварительного расследования дела в качестве обвиняемого, в том числе при проверке их на месте и на очной ставке со свидетелем С. в которых он последовательно сообщал, что проживал у К. и во время распития спиртного предложил продать принадлежавшую потерпевшему икону. Когда тот отказался, он решил похитить ее. Потерпевший попытался отобрать у него икону, тогда он взял со стола нож и ударил им К. в шею. Толкнув К. на стул, убежал из квартиры с похищенной иконой, которую сдал в ломбард. Свою куртку и документы оставил в квартире.

Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о допустимости этих показаний, поскольку протоколы следственных действий соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, они были проведены с участием защитника, после разъяснения Кузнецову Н.А. гарантированных ему прав, в том числе права не давать показания против самого себя. Протоколы следственных действий подписаны участвовавшими в них лицами без замечаний.

Указанные показания Кузнецова Н.А. о совершении им убийства потерпевшего с целью хищения иконы подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу, в частности:

протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого труп К. был обнаружен в его квартире сидящим на табурете с резаной раной шеи,

заключением судебно-медицинской экспертизы о наступлении смерти К. от обильной кровопотери в результате колото-резаного ранения шеи,

показаниями свидетеля С. о покупке у Кузнецова иконы за <…> рублей,

показаниями потерпевшего П. и свидетелей П. и С. о том, что такая икона действительно имелась у К.

Утверждения Кузнецова Н.А. о том, что он ударил потерпевшего ножом, когда тот сзади обхватил его шею рукой, опровергнуты заключением судебно-медицинской экспертизы о невозможности образования обнаруженного у К. повреждения при указанных обвиняемым обстоятельствах.

Оснований для признания показаний свидетеля, допрошенного под псевдонимом, недопустимыми не имеется, поскольку, как видно из содержания его показаний, он пояснил лишь о том, что ему сообщил при встрече сам Кузнецов Н.А. В судебном заседании как подсудимый, так и его защитник участвовали в допросе указанного свидетеля, порядок его допроса и оглашения ранее данных им показаний (т. 1 л.д. 71), судом соблюден.

Показания свидетеля о том, что Кузнецов рассказал ему, что ударом ножа убил хозяина квартиры, у которого жил, в ссоре из-за того, что хотел продать его икону, обоснованно положены в основу выводов суда о виновности осужденного в совокупности с иными доказательствами, свидетельствующими об аналогичных обстоятельствах совершенного Кузнецовым Н.А. преступления.

Доводы Кузнецова Н.А. о том, что отсутствие на его одежде следов крови является оправдывающим его обстоятельством, проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с учетом показаний эксперта С. о том, что если рана прикрыта мягкими тканями, кровь начнет фонтанировать лишь после наполнения раны кровью, через 30 секунд, до 1 минуты (т. 3 л.д. 126).

Эксперт Л. согласился с такими выводами, пояснив, что однозначно утверждать о том, что кровь должна попасть на нападающего, невозможно. Кроме того, эксперт показал, что потерпевший, исходя из характера ранения, мог находиться лицом к лицу к нападавшему, в том числе и сидя (т. 3 л.д. 128 — 130).

Выводы суда о времени совершения преступления — днем 16 февраля 2015 года являются обоснованными.

Оба эксперта, допрошенные судом, пояснили, что точное время наступления смерти потерпевшего определить невозможно из-за гнилостных изменений трупа.

По заключению судебно-медицинского эксперта В. проводившей исследование трупа, давность наступления смерти К. составляет около 2-3 недель на момент исследования трупа 4 марта 2015 года (т. 1 л.д. 231), что не противоречит дате совершения преступления, установленной следствием и судом с учетом всей совокупности доказательств.

Иного времени наступления смерти судебно-медицинскими экспертами не устанавливалось.

Таким образом, противоречий в выводах судебно-медицинских экспертов, касающихся времени наступления смерти потерпевшего, не имеется.

Показания свидетеля П. о том, что последний раз она разговаривала по телефону с потерпевшим в первой половине дня 16 февраля не противоречат установленному судом времени совершения преступления.

Показания свидетеля П. не опровергают выводов суда о виновности осужденного, основанных на совокупности достоверных и допустимых доказательств.

Действия Кузнецова Н.А. правильно квалифицированы судом первой инстанции как убийство, сопряженное с разбоем, и разбой с соответствующими квалифицирующими признаками.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Обвиняемый Кузнецов Н.А. был 28 августа 2015 года ознакомлен с материалами оконченного расследованием уголовного дела в соответствии с требованиями ст. 217 УПК РФ с участием защитника Белусяк И.П.

26 августа 2015 года Кузнецов Н.А. обратился к следователю с ходатайством о назначении ему защитника в связи с его отказом от адвоката Бозинян Р.Р. (т. 2 л.д. 170). Мотивы отказа от ранее участвовавшего в деле защитника обвиняемый не указал. Его ходатайство было удовлетворено следствием, постановлением от 26 августа 2015 года защитником была назначена адвокат Белусяк И.П. (т. 2 л.д. 173).

Таким образом, доводы осужденного о том, что соответствующие документы не были приобщены к материалам дела, являются несостоятельными.

Протокол ознакомления с материалами дела не содержит заявлений обвиняемого или его защитника об отводе следователя К.

Уголовное дело было передано 28 августа 2015 года следователю Н. постановлением руководителя следственного органа в связи с перераспределением нагрузки следователей (т. 2 л.д. 188).

Уголовное дело было передано от следователя Б. следователю К. 6 августа 2015 года (т. 2 л.д. 73), то есть, вопреки доводам апелляционной жалобы, задолго до ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела. Сведений о том, что Кузнецовым Н.А. заявлялся отвод следователю Б. в деле, в том числе в протоколах его допросов, не имеется.

Порядок разрешения отвода, заявленного подсудимым государственному обвинителю Алехиной И.П., был соблюден (т. 3 л.д. 148 — 149). Решение суда об отказе в удовлетворении отвода соответствует требованиям закона, является мотивированным, а также правильным по существу, поскольку доводы Кузнецова Н.А. об оказанном обвинителем давлении на свидетеля защиты были основаны на предположении и при проверке не подтвердились (т. 3 л.д. 56 — 57).

Доводы апелляционной жалобы о том, что сотрудники полиции избивали Кузнецова и оказывали психологическое воздействие, опровергаются показаниями Кузнецова в суде о том, что физическое насилие и угрозы к нему не применялись (т. 3 л.д. 87).

Доводы осужденного о том, что он дал такие показания в обмен на обещания следователя переквалифицировать его действия, опровергнуты показаниями допрошенного судом следователя Б. существо показаний которого приведено в приговоре при оценке доводов защиты.

Свидетель Т. был допрошен судом по ходатайству стороны защиты, по ходатайству защитника были оглашены также его показания, данные в ходе предварительного следствия. Т. показал, в частности, что он с Кузнецовым несколько дней жил у мужчины в <…> микрорайоне г. <…>, а затем встретил на улице Кузнецова, который сказал, что оставил свою куртку у этого мужчины. Данные пояснения соответствуют показаниям Кузнецова о том, что после убийства он покинул квартиру потерпевшего, оставив там свою куртку, поэтому показания Т. обоснованно приведены в приговоре в качестве доказательств, подтверждающих виновность Кузнецова Н.А.

При оценке показаний Т. осужденный необоснованно ссылается на показания Н., поскольку показания Н. в судебном заседании не исследовались.

Ходатайства подсудимого Кузнецова Н.А. о повторном допросе свидетеля Т. заявленные 30 сентября и 26 октября 2015 года отклонено судом первой инстанции обоснованно, поскольку Т. был допрошен в суде стороной защиты 29 сентября 2015 года, в том числе об известных ему сведениях об убийстве К.

Также обоснованным является решение суда об отказе в удовлетворении ходатайства подсудимого об истребовании сведений о телефонных соединениях свидетеля П., заявленное по мотивам сомнений в достоверности ее показаний о звонках К. (т. 3 л.д. 145). Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что сведения, об исследовании которых ходатайствовал Кузнецов Н.А., не относятся к существу рассматриваемого дела.

В судебном заседании свидетель П. не давала показаний о беспорядке в квартире К. относящихся к событиям преступления. Она пояснила лишь, что беспорядок в квартире был два года назад, когда она последний раз приходила в эту квартиру, и когда еще была жива мать потерпевшего (т. 3 л.д. 113).

Показания, данные П. на следствии, в судебном заседании не оглашались, никто из участников судопроизводства об этом не ходатайствовал, поэтому доводы осужденного том, что показания свидетеля на следствии и в суде являются противоречивыми, не могут быть признаны обоснованными.

Ходатайство о признании показаний свидетеля П. недопустимым доказательством сторонами не заявлялось. Свидетель была допрошена в судебном заседании с соблюдением требований закона.

Свидетель С. была допрошена в судебном заседании с участием стороны защиты, существо ее показаний о том, что в квартире К. она видела Кузнецова, а потерпевший рассказывал ей об имеющейся у него иконе, изложено в приговоре верно.

Обстановка в квартире потерпевшего на момент совершения преступления зафиксирована в протоколе осмотра места происшествия, который был предметом исследования в судебном заседании.

В течение всего судебного разбирательства судом неоднократно по ходатайствам как стороны обвинения, так и стороны защиты, принимались меры к вызову и приводу свидетелей Н. и Р. однако установить их местонахождение не представилось возможным.

Ходатайства государственного обвинителя об оглашении их показаний были отклонены судом в связи с возражениями стороны защиты.

При рассмотрении вопроса об окончании судебного следствия подсудимый и его защитник просили отложить судебное заседание для принятия мер к обеспечению явки свидетеля Н. После отклонения этого ходатайства в связи с неизвестностью места жительства свидетеля подсудимый Кузнецов Н.А. и защитник Белусяк И.П. ходатайств не заявили, считали возможным окончить судебное следствие.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы о том, что суд отказал защите в допросе указанных лиц и не огласил их показания, не могут свидетельствовать о нарушении прав стороны защиты или процедуры судопроизводства. Приходя к такому выводу, Судебная коллегия учитывает также, что сторона защиты не была лишена ограничена в праве воспользоваться нормой части 4 ст. 271 УПК РФ и по своей инициативе обеспечить явку свидетеля в суд.

Отсутствие экспертного исследования ручки обнаруженного на месте происшествия ножа не является обстоятельством, влекущим отмену или изменение приговора, поскольку виновность Кузнецова Н.А. достоверно установлена совокупностью имеющихся в деле и исследованных судом доказательств.

Поскольку приговор суда основан на доказательствах, исследованных и проверенных в судебном заседании, доводы осужденного о том, что ряд доказательств искаженно приведен в обвинительном заключении, не может поставить под сомнение законность и обоснованность приговора.

Суд назначил осужденному наказание в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений и данных о его личности, а также наличия у осужденного как смягчающих, так и отягчающих обстоятельств. Нарушений уголовного закона при назначении осужденному наказания не допущено.

Справедливость назначенного осужденному наказания за совершенные преступления и по их совокупности сомнений у Судебной коллегии не вызывает, оснований для его смягчения не усматривается.

Согласно приговору, отбывание наказания осужденному определено в исправительной колонии строгого режима, что соответствует требованиям ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

Приговор Забайкальского краевого суда от 26 октября 2015 года в отношении Кузнецова Н.А. оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code