ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

И.Э.Звечаровский, А.Л.Иванов

На основе анализа уголовного законодательства об освобождении от уголовной ответственности и практики его применения определяется социально-правовое значение этого института в современных условиях, высказываются предложения по совершенствованию УК РФ 1996 г. в этом направлении.

Ключевые слова: освобождение от уголовной ответственности; деятельное раскаяние; примирение с потерпевшим; освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности.

 

Институт освобождения от уголовной ответственности предусматривает следующие виды освобождения от уголовной ответственности: в связи с деятельным раскаянием (ч. 1 ст. 75 УК РФ, ч. 2 ст. 75 и соответствующие примечания к конкретным статьям Особенной части УК РФ); в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ); по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (ст. 76.1 УК РФ); в связи с истечением сроков давности (ст. 78 УК РФ); в связи с изданием акта об амнистии (ч. 2 ст. 84 УК РФ); несовершеннолетних (ч. 1 ст. 90 УК РФ).

Освобождение от уголовной ответственности выступает по сути единственной мерой уголовно-правового характера <1>, применение которой позволяет лицу, совершившему преступление, безнаказанно выйти из созданного им самим конфликта с уголовным законом. В связи с этим нельзя не обратить внимание на то, что основание применения трех из шести названных видов освобождения «создается» именно лицом, совершившим преступление (ст. 75, 76, 76.1 УК РФ). И это не считая случаев освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных так называемыми поощрительными примечаниями к статьям (частям статей) Особенной части УК РФ, количество которых на данный момент возросло до 31 с распространением их действия на 34 статьи (части статьи) Особенной части УК РФ. Отмеченное обстоятельство дает основание полагать, что в современных условиях наличие в законе института освобождения от уголовной ответственности продиктовано соображениями не столько гуманности и справедливости <2>, сколько целесообразности стимулирования лица, совершившего преступление, к совершению положительных поступков, в общей форме (формах) обозначенных в ч. 1 ст. 75 УК РФ. С точки зрения задач и принципов УК РФ 1996 г., целей уголовного наказания такая законодательная практика представляется в целом обоснованной, хотя и не всегда последовательной, о чем будет сказано ниже.

———————————

<1> Учитывая дискуссионность вопроса о понятии и видах таких мер, в настоящей статье мы относим к их числу все меры, предусмотренные в уголовном законе, за исключением принудительных мер воспитательного воздействия и медицинского характера.

<2> Хотя именно к этим принципам апеллирует Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 27 июня 2013 г. N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. N 8.

 

О потенциале действия института освобождения от уголовной ответственности можно судить по следующим показателям. По данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в 2013 г. в связи с деятельным раскаянием в преступлениях небольшой тяжести было прекращено около 10,5 тыс. дел, средней тяжести — около 2,5 тыс. дел (ч. 1 ст. 75 УК РФ). Можно ли рассчитывать на более широкое применение данной меры, если в этот же самый период из числа лиц, совершивших преступления названных категорий, 32 и 42% соответственно имели непогашенную или неснятую судимость, а закон в этом случае требует совершения преступлений названных категорий впервые. В свете требования закона об утрате общественной опасности лица, деятельно раскаявшегося в совершенном преступлении (ч. 1 ст. 75 УК РФ), вряд ли безоговорочно можно применять рассматриваемую меру, когда из общего количества лиц, совершивших преступления небольшой или средней тяжести, 22 и 25,3% соответственно в момент совершения преступления находились в состоянии алкогольного, наркотического и иного опьянения. При этом в общем количестве лиц, совершивших преступления названных категорий, трудоспособные без определенных занятий составляли около 60%, и примерно столько же от общего числа совершили преступление (преступления) в наиболее активном трудоспособном возрасте (от 25 до 49 лет) <3>.

———————————

<3> Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2013 год. Ф.10.2 [Электронный ресурс]. Судебный департамент при Верховном Суде РФ // http://www.cdep.ru.

 

Ситуация другого рода складывается с применением ч. 2 ст. 75 и соответствующих примечаний к статьям Особенной части УК РФ. Учитывая, что общее количество таких примечаний уже составляет более тридцати, труднообъяснимы незначительные показатели прекращения дел по ч. 2 ст. 28 УПК РФ: по преступлениям небольшой тяжести в 2013 г. прекращено всего лишь 64 дела, а по преступлениям средней тяжести — 67 дел. Примечательно, что по преступлениям более тяжким (тяжким и особо тяжким), на деятельное раскаяние в которых вроде бы и рассчитана ч. 2 ст. 75 УК РФ, эти показатели составили 82 и 3 соответственно. Учитывая императивный характер поощрительных примечаний, в отличие от нормы, предусмотренной ч. 1 ст. 75 УК РФ, можно было ожидать гораздо более широкую практику применения таких примечаний. При отсутствии особых разночтений в применении уголовного закона в этой части представляется, что причина здесь кроется в другом: отсутствие у лица, совершившего соответствующее преступление, должной и своевременной информации о наличии их в УК. Как итог мы имеем весьма невысокий уровень эффективности действия, казалось бы, всеобъемлющей нормы, предусмотренной ч. 1 ст. 75 УК РФ, а также поощрительных примечаний к статьям (к частям статей) Особенной части УК, устанавливающим уголовную ответственность за преступления небольшой и средней тяжести в рамках ч. 2 ст. 75 УК РФ: около 75% преступлений небольшой и средней тяжести в 2013 г. остались нераскрытыми <4>.

———————————

<4> Состояние преступности в России за январь — декабрь 2013 года [Электронный ресурс]. М.: ФКУ «ГИАЦ» МВД РФ, 2014 // www.sartracc.ru/Crimstat/2013/; Состояние преступности в России за январь — декабрь 2013 года. М.: Генеральная прокуратура РФ. Главное организационно-аналит. управление. Управление правовой статистики, 2014. С. 8.

 

Более чем благополучными выглядят показатели применения к лицам, совершившим преступления небольшой или средней тяжести, освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ). По итогам 2013 г. по преступлениям небольшой тяжести было прекращено 128 353 дела, средней тяжести — 56 555 дел.

Повышение эффективности действия института освобождения от уголовной ответственности в современных условиях возможно как на законодательном, так и правоприменительном уровнях. В свете Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» последнее направление может быть признано не актуальным, поскольку Пленум осветил большую часть вопросов, вызывавших до этого неоднозначное толкование на практике. Однако на одно обстоятельство организационного характера в этой связи следует обратить особое внимание. Как можно судить о действенности той или иной меры уголовно-правового характера, если практика ее применения не находит должного статистического учета? Применительно к освобождению от уголовной ответственности этот вопрос актуален тем, что до настоящего времени отсутствует (по крайней мере в открытом доступе) информация о применении этой меры на досудебных стадиях, а в данных судебной статистики она «привязана» не к лицам, совершившим преступления, а к уголовным делам. Из доступных данных МВД РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Верховного Суда РФ практически невозможно выяснить показатель рецидива среди общего количества лиц, освобожденных от уголовной ответственности, и уж тем более — по отдельным видам такого освобождения. Наверное, в ситуации, когда на долю преступлений небольшой и средней тяжести в стране ежегодно приходится около 75% от общего числа регистрируемых преступлений, а возмещение ущерба является одной из самых зримых форм деятельного раскаяния (ч. 1 ст. 75, 76, 76.1 УК РФ), было бы интересно знать соотношение этого показателя с размером причиненного ущерба по отдельным категориям преступлений. По нашим сведениям, первое место по последнему показателю стабильно занимают тяжкие преступления (60 — 65%), в то время как на долю преступлений небольшой и средней тяжести приходится около 30 — 35% ущерба, причиненного преступлениями.

Что касается состояния качества собственно правовой материи института освобождения от уголовной ответственности, то в рамках данной статьи обратим внимание на один общий и три частных вопроса его законодательной регламентации.

  1. На наш взгляд, прежде всего, недопустима ситуация, при которой понятие, обозначающее название этого института, понятие, системно используемое в положениях и Общей, и Особенной части УК РФ, до сих пор не знает своего определения. Возможно, следствием такой неопределенности является крайняя осторожность в принятии решений об освобождении от уголовной ответственности органами предварительного расследования, ошибки, допускаемые судами, причем на самом высоком уровне, в освобождении от уголовной ответственности с одновременной ссылкой на отсутствие в деянии состава преступления <5>. В п. 1 названного выше Постановления Пленума решение рассматриваемого вопроса предложено: «освобождение от уголовной ответственности является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего преступление (в частности, от осуждения и наказания такого лица)». Принимая во внимание тот факт, что в момент совершения преступления возникает не сама уголовная ответственность, а лишь обязанность ее понести, сущность акта освобождения от уголовной ответственности видится в освобождении именно от обязанности быть осужденным со стороны государства в форме обвинительного приговора суда, а также от применения уголовного наказания и иных мер уголовно-правового характера. Как представляется, при легализации понятия освобождения от уголовной ответственности мог бы быть использован опыт в этом вопросе и наших ближайших зарубежных коллег <6>.

———————————

<5> См.: Гурулев Д. Прекращение уголовных дел в связи с деятельным раскаянием // Законность. 2014. N 7. С. 42 — 45; Определение Верховного Суда РФ от 30 июня 2011 г. N 88-О11-21 // СПС «КонсультантПлюс».

<6> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Украины от 2005 г. N 12 «О практике применения судами Украины законодательства об освобождении от уголовной ответственности» // Ведомости Верховного Суда Украины. 2006. N 2; ст. 44 — 46 УК Республики Беларусь.

 

  1. Пожалуй, применение никакой другой меры уголовно-правового характера так не зависит от категории совершенного преступления, как освобождение от уголовной ответственности. Такая зависимость прямо определена в законе при регламентации четырех видов освобождения из шести названных выше (ч. 1 ст. 75, ст. 76, 78, ч. 1 ст. 90 УК РФ). В связи с этим законодателю, постоянно расширяющему практику освобождения от уголовной ответственности не только в отношении отдельных преступлений путем установления поощрительных примечаний или отдельных видов преступлений, как это сделано в ст. 76.1 УК РФ, но и категорий преступлений (распространение действия ч. 1 ст. 75, ст. 76 УК РФ на категорию преступлений средней тяжести), следовало бы обратить внимание на явную рассогласованность положений ч. 2 ст. 75 УК РФ с целой группой норм Особенной части УК РФ. Из 31 поощрительного примечания к статьям (частям статей) Особенной части УК РФ только 11 (примечания к ст. 127.1, 205.1, 205.3, 205.4, 205.5, 206, 208, 210, 212, 223.1, 275 УК РФ) соответствуют содержанию нормы, предусмотренной ч. 2 ст. 75 УК РФ. Действие остальных примечаний, касающихся в различных комбинациях преступлений небольшой и средней тяжести, строго говоря, не основано ни на ч. 1, ни на ч. 2 этой статьи.

Поэтому представляется актуальным предложение К.В. Авсеницкой об изменении редакции ч. 2 ст. 75 УК РФ путем указания на то, что «в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса, лицо, деятельно раскаявшееся в содеянном, освобождается от уголовной ответственности без учета категории совершенного преступления по правилам, предусмотренным этими статьями» <7>. Положительным моментом данного предложения является и то, что в нем понятием деятельного раскаяния охватываются ситуации, предусмотренные поощрительными примечаниями. При системном толковании содержания ст. 75 УК РФ констатация, казалось бы, очевидная. Однако она необходима, поскольку в литературе присутствуют и иные оценки практики освобождения от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РФ как не имеющей отношения к деятельному раскаянию <8>.

———————————

<7> Авсеницкая К.В. Деятельное раскаяние: понятие, формы выражения, стимулирование уголовно-правовыми мерами. Дис. … канд. юрид. наук. М., 2014. С. 153.

<8> См., напр.: Гурулев Д.В. Указ. соч. С. 45; Исмаилов Ч. Освобождение от уголовной ответственности на основании примечаний к статьям Особенной части УК РФ // Законность. 2013. N 2. С. 40.

 

  1. Приведенные выше показатели практики освобождения от уголовной ответственности по ст. 76 УК РФ, судя по всему, не учитывают практику примирения с потерпевшим по уголовным делам так называемого частного обвинения. Отметим, что и Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 27 июня 2013 г. N 19 оставил этот вопрос без внимания. К слову сказать, и в литературе примирение с потерпевшим, регламентированное ст. 76 УК РФ и ч. 2 ст. 20 УПК РФ, как правило, рассматривается изолированно друг от друга <9>.

———————————

<9> См., напр.: Гарбатович Д. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим // Уголовное право. 2014. N 2. С. 31 — 36; Орлова Т.В. Производство по уголовным делам частного обвинения // Мировой судья. 2014. N 10. С. 36 — 40; Шнитенков А.В. Примирение с потерпевшим как основание освобождения от уголовной ответственности: проблемы законодательства и судебной практики // Российская юстиция. 2014. N 11. С. 54 — 55. Исключение из этого правила см.: Бозров В. Не всякое примирение освобождает от уголовной ответственности // Уголовное право. 2012. N 3. С. 110 — 114.

 

Однако такая ситуация, на наш взгляд, объяснима, лишь когда эти два вида примирения анализируются с процессуальной точки зрения, поскольку между ними действительно существуют различия не только в круге преступлений, при совершении которых оно допустимо, но и в процессуальном статусе субъектов примирения, в процедуре прекращения уголовных дел. Между тем примирение с потерпевшим, регламентированное в ч. 2 ст. 20 УПК РФ, — это, во-первых, примирение с потерпевшим от преступления небольшой тяжести (ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ), и частным здесь является не преступление, а всего лишь уголовное дело. Во-вторых, примирение с потерпевшим и в этом случае влечет за собой изменение уголовно-правового отношения и уголовно-правового статуса лица, совершившего преступление. В-третьих, освобождение от уголовной ответственности здесь является не правом, а обязанностью субъекта применения права. При этом упрощенная процедура примирения, в отличие от той, которая предусмотрена в ст. 76 УК РФ, не изменяет уголовно-правовой природы такого рода посткриминального поведения виновного. Поэтому примирение с потерпевшим по уголовным делам частного обвинения — это вопрос также и, прежде всего, материального уголовного права.

В связи с этим представляется целесообразным дополнить ст. 76 УК РФ частью второй примерно следующего содержания: «Лицо, совершившее преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1 настоящего Кодекса, освобождается от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим».

  1. Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ УК РФ 1996 г. дополнен новым видом освобождения от уголовной ответственности: по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (ст. 76.1) <10>. В специальной литературе мы не нашли ни одного положительного отклика на эту законодательную новеллу. Причем критика звучала и по поводу юридико-технического оформления этого решения (размещения рассматриваемой нормы не в Особенной, а в Общей части УК РФ) <11>, и по его сути.

———————————

<10> СЗ РФ. 2011. N 50. Ст. 7362.

<11> См., напр.: Соловьев О.Г., Князьков А.А. Об освобождении от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (статья 76.1 УК РФ) // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. N 7. С. 80 — 82. Справедливости ради следует отметить, что в этой части ст. 76.1 УК РФ получила одобрение некоторых авторов (см., напр.: Антонов А.Г. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности // Российская юстиция. 2013. N 5. С. 20 — 21).

 

Замечания первого рода, хотя и имеют под собой основания с точки зрения традиции российского законодателя размещать нормы о деятельном раскаянии в конкретных статьях Особенной части УК РФ, на наш взгляд, все-таки не столь принципиальны в сравнении с критикой содержания ст. 76.1 УК РФ. Так, вполне обоснованными представляются замечания по поводу того, что данное законодательное решение носит избирательный и непоследовательный характер в части определения круга преступлений, перечисленных в ст. 76.1 УК РФ, что неизбежно нарушает принципы равенства и справедливости, дублирует уже имеющиеся в УК нормы (п. 2 примечания к ст. 198, п. 2 примечания к ст. 199 УК РФ) <12>. Не менее критически воспринимается установленный в ст. 76.1 УК РФ порядок и размер требуемого возмещения ущерба, что по мнению одних авторов является «плохо завуалированным государственным рэкетом» <13>, а по мнению других — таким образом конфликт с уголовным законом «низводится до уровня контрактных обязательств» <14>.

———————————

<12> См., напр.: Макарова О.В. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности // Журнал российского права. 2015. N 1. С. 111 — 118.

<13> Соловьев О.Г., Князьков А.А. Указ. соч. С. 80 — 82.

<14> Макарова О.В. Указ. соч. С. 116.

 

Оригинальность данного вида освобождения от уголовной ответственности вызывает и другого рода вопросы. Почему в отличие от общего порядка освобождения от уголовной ответственности в данном случае решение о прекращении уголовного преследования принимается «в случае, если до назначения судебного заседания ущерб, причиненный бюджетной системе Российской Федерации в результате преступления, возмещен в полном объеме» (ч. 1 ст. 28.1 УПК РФ). Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 июня 2013 г. еще более конкретизирует это положение: «Частичное возмещение ущерба, равно как и полное возмещение ущерба, произведенное после назначения судом первой инстанции судебного заседания, может быть учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание» (п. 14).

Между тем во всех иных случаях, связанных с возмещением ущерба или проявлением деятельного раскаяния в преступлении в других формах, такие поступки могут приниматься «в зачет» и на более поздних стадиях: на предварительном слушании, в ходе судебного разбирательства, по сути вплоть до момента удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора (п. 4 ч. 1 ст. 236, ч. 2 ст. 239, ст. 257 УПК РФ).

Вызывает возражения следующее разъяснение Пленума Верховного Суда РФ: «В случае совершения преступления небольшой или средней тяжести в сфере экономической деятельности выполнение не всех или не в полном объеме действий, предусмотренных статьей 76.1 УК РФ, препятствует освобождению лица от уголовной ответственности по правилам не только указанной нормы, но и статей 75 и 76 УК РФ» (п. 16). Наши контраргументы таковы.

По своей юридической природе норма, предусмотренная в ч. 2 ст. 76.1 УК РФ, — это не что иное как поощрительное примечание, действие которого распространено сразу на несколько статей (частей статей) Особенной части УК РФ, которые перечислены в этой норме. Указанная норма, в сравнении с поощрительными примечаниями, своеобразна лишь по форме (по юридико-техническому оформлению), а не по своей сути. Если это так, то применение ч. 2 ст. 76.1 УК РФ не может противоречить разъяснению Пленума Верховного Суда РФ, изложенному в п. 7 Постановления: «Невозможность применения примечания не исключает освобождение от уголовной ответственности по части 1 статьи 75 УК РФ, если лицом выполнены условия, установленные данной нормой, и вследствие этого оно перестало быть общественно опасным (например, может быть освобождено от уголовной ответственности лицо, совершившее преступление, предусмотренное частью 1 статьи 222 УК РФ, которое хотя и не сдало огнестрельное оружие в связи с его сбытом, но при этом явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию указанного преступления)» (п. 7).

У лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести из числа тех, которые названы в ч. 2 ст. 76.1 УК РФ, может отсутствовать объективная возможность выполнить все предписываемые здесь действия, да еще в требуемом объеме, но при этом оно выполняет условия, предусмотренные ч. 1 ст. 75 УК РФ, в том числе возмещает ущерб, причиненный в результате преступления, который, заметим, не тождественен по характеру и объему возмещениям, указанным в ч. 2 ст. 76.1 УК РФ. Последняя констатация основана на содержании п. 6 рассматриваемого Постановления Пленума: «В части 1 статьи 75 УК РФ ущерб представляет собой имущественный вред, который может быть возмещен в натуре (в частности, предоставление имущества взамен утраченного, ремонт или исправление поврежденного имущества), в денежной форме (в частности, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, расходов на лечение) и т.д.». Так почему же выполнение не всех или не в полном объеме действий, предусмотренных ст. 76.1 УК РФ, препятствует освобождению лица от уголовной ответственности по правилам не только указанной нормы, но и, например, ч. 1 ст. 75 УК РФ?

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ спорной представляется ссылка на невозможность применения ст. 76 УК РФ в случае выполнения не всех или не в полном объеме действий, предусмотренных ст. 76.1 УК РФ. Повторим, что ущерб, о возмещении которого идет речь в ст. 76.1 УК РФ, весьма специфичен. Он не тождественен ущербу, о котором говорится в ч. 1 ст. 75 УК РФ, и вообще не сопоставим с заглаживанием причиненного потерпевшему вреда, что является одним из оснований применения ст. 76 УК РФ. И эта констатация основана на разъяснении того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ: «Под заглаживанием вреда для целей статьи 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, которые должны носить законный характер и не ущемлять права третьих лиц, а также размер его возмещения, определяются потерпевшим» (п. 10). Но тогда лицо, совершившее преступление небольшой или средней тяжести из числа тех, которые предусмотрены в ст. 76.1 УК РФ, даже при невыполнении требований, предусмотренных в этой статье, вполне может претендовать на освобождение от уголовной ответственности по ст. 76 УК РФ, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Уязвимость законодательной регламентации освобождения от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, небесспорный комментарий этой регламентации высшей судебной инстанцией, думается, объясняют ту осторожность, которая присутствует в применении ст. 76.1 УК РФ. На практике этот вид освобождения от уголовной ответственности применяется крайне редко. По итогам 2013 г. таких случаев было 14, из них 10 касались преступлений небольшой тяжести. Напомним, что освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ, ч. 1, 2 ст. 28 УПК РФ) и с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ) в совокупности имело место чуть менее чем в 200 тыс. случаев <15>.

———————————

<15> Сводные статистические сведения о состоянии судимости в России за 2013 год. Ф.10.2 [Электронный ресурс]. Судебный департамент при Верховном Суде РФ // http://www.cdep.ru.

 

Пристатейный библиографический список

  1. Авсеницкая К.В. Деятельное раскаяние: понятие, формы выражения, стимулирование уголовно-правовыми мерами. Дис. … канд. юрид. наук. М., 2014.
  2. Антонов А.Г. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности // Российская юстиция. 2013. N 5.
  3. Бозров В. Не всякое примирение освобождает от уголовной ответственности // Уголовное право. 2012. N 3.
  4. Гарбатович Д. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим // Уголовное право. 2014. N 2.
  5. Гурулев Д. Прекращение уголовных дел в связи с деятельным раскаянием // Законность. 2014. N 7.
  6. Исмаилов Ч. Освобождение от уголовной ответственности на основании примечаний к статьям Особенной части УК РФ // Законность. 2013. N 2.
  7. Макарова О.В. Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности // Журнал российского права. 2015. N 1.
  8. Орлова Т.В. Производство по уголовным делам частного обвинения // Мировой судья. 2014. N 10.
  9. Соловьев О.Г., Князьков А.А. Об освобождении от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (статья 76.1 УК РФ) // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. N 7.
  10. Шнитенков А.В. Примирение с потерпевшим как основание освобождения от уголовной ответственности: проблемы законодательства и судебной практики // Российская юстиция. 2014. N 11.

«Уголовное право», 2015, N 4

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code